<<
>>

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ [Наведение и силлогизм как два способа доказательства диалектических положений]

ю После того как это определено, следует рассматривать отдельно, сколько имеется видов диалектических доводов. Один вид — это наведение, а другой — силлогизм. Что такое силлогизм, было уже сказано раньше Наведение же есть восхождение от единичного к общему2.
Например, если кормчий, хорошо знающий свое дело,— лучший кормчий и точно так же правящий колесницей, хорошо знающий свое дело,— лучший, то и 15 вообще хорошо знающий свое дело в каждой области — лучший. Наведение — [способ] более убедительный и более очевидный и для чувственного восприятия более доступный и применяемый большинством людей. Силлогизм же — [способ] более неодолимый и более действенный против тех, кто склонен спорить.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

[Средства для построения умозаключений]

20 Итак, те виды [сказываемого], относительно которых приводятся доводы и из которых они составляются, пусть различаются так, как было сказано раньше Средств2 же, при помощи которых мы строим умозаключения, имеется четыре: первое — это принятие положений; второе — умение разбирать, в скольких значениях употребляется каждое [имя]; третье — нахож- 25 дение различий, а четвертое — рассмотрение сходства. В некотором смысле последние три средства также суть положения, ибо на основании каждого из них можно составить положение, например чтб предпочтительно — прекрасное, или доставляющее удовольствие, или полезное, а также что чувственное восприятие отличается от знания тем, что при потере знания есть возможность приобрести его снова, а при потере чувственного восприятия нет такой возможности, и [точно так же положение], что здоровое относится к здоровью,

как сильное — к силе. Ведь первое из этих положений основывается па многозначности [имен], второе — на различии, а третье — на сходстве.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

[Первое средство для построения силлогизма — принятие положений]

Итак, положения следует выбирать столькими способами, сколько было установлено нами различий между [диалектическими] положениями, а именно 35 следует приводить пли мнения всех, ИЛИ большинства людей, пли мнения мудрых — всех, либо большинства, либо самых известных из них, а также мнения, [не] противные кажущимся [правдоподобными], а также мнения, согласующиеся с искусствами. Следует также юзь выставлять в виде положений мнения, противоречащие мнениям, которые противоположны кажущимся правдоподобными, как было сказано раньше 1. Полезно также составлять положения, выбирая не только выражающие правдоподобие, по и сходные с ними, например ЧТО ОДНО И ТО же чувство воспринимает противополож- 5 ности (ибо пх изучает одпа и та же наука), а также [положение о том], что мы видим, что-то принимая, а не испуская2 (ибо и в других видах чувственного восприятия дело обстоит точно так же), ведь мы слышим, когда что-то принимаем, а не испускаем, и таким же образом отведываем что-то. Далее, все то, что бывает во всех или в большинстве случаев, еле- ю дует брать в качестве начала и в качестве тезиса, кажущегося правильным.

Ибо оно допускается теми, кто сразу не замечает, что в каком-то случае дело обстоит не так. Следует также выбирать [положения] из сочинений, а записи следует делать о каждом роде отдельно, например о благе или о живом существе, притом о всяком благе, начиная с того, что оно есть. Следует is также помечать рядом мпепия отдельпых [философов], например то, что говорил Эмпедокл: что существует четыре элемента тел3, ведь можно выставлять в качестве тезиса высказывания известных [философов].

Чтобы изложить в общих чертах, [укажем, что] имеется три вида положений и проблем, а именпо: 20 одни положения, касающиеся нравственности, другие — природы, третьи —построенные на рассуждении \

Касающиеся нравственности — такие, как, например, следует ли повиноваться больше родителям или законам, еслп они не согласуются друг с другом. Построенные на рассуждении — такие, как, например, изучает ли одна и та же наука противоположности или нет, а касающиеся природы — такие, как, например, вечей 25 ли мир или нет. Точно так же и проблемы [делятся на три вида]. Какие же относятся к какому [виду], указать через определение нелегко, поэтому следует стараться с каждой из них ознакомиться посредством упражнения в наведении, разбирая указанные примеры.

30 Для философии, конечно, эти положения следует составлять сообразно с истиной, а для мнеиия — диалектически. Однако все положения следует брать как можно более общими и пз одного [общего] составлять много [частных] положений, например [сначала следует брать положение о том], что одна и та же наука изучает противолежащие друг другу [вещи], а затем что она изучает противоположности и соотнесенное. И таким же образом следует эти положения делить до 35 тех пор, пока их можно делить; например, что одна и та же наука изучает благо и зло, белое и черное, холодное и теплое. И точно так же в других случаях5.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

[Второе средство для построения силлогизма — различение многозначности имен]

юоа Итак, того, что сказано уже о положениях, достаточно. Что касается многозначности, то следует не только разбирать разные значения, но и стараться дать их основания, например следует указать не только то, что в одном смысле благо означает справедливость и 5 мужество, а в другом — сильное и здоровое, но и то, что первые суть благо потому, что они определенные качества, а последние — потому, что они способствуют чему-то, а не потому, что они определенные качества, И точно так же в других случаях.

Говорится ли о чем-то многозначно по виду или в одном значении,— это должно рассмотреть следую- 10 щимп способами. Прежде всего нужно выяснить, во многих ли значениях употребляется противоположное [данному], все равно, имеется ли расхождение по виду или по имени. Дело в том, что некоторые противоположности различаются прямо и по имени. Например, острому противоположно: для звука — низкое, для имеющего объем — тупое Стало быть, ясно, что о противоположном острому говорится по-разному. А если об этом говорится по-разному, то и об остром. Ибо для каждого из них противоположное будет иным. Ведь не одно и то же острое противоположно тупому и низкому, хотя острое противоположно каждому из них. С другой стороны, низкому2 противоположно: для звука — высокое, а для имеющего объем — легкое. Так что «низкое» многозначно, поскольку и противоположное ему многозначно. Точно так же противоположное прекрасному будет: для живого существа — безобразное, а по отношению к жилищу — негодное3. Так что «прекрасное» одноименно.

У некоторых же [противоположностей] нет, правда, никакого расхождения в имени, по различие в них непосредственно явствует из того, что они принадлежат к разным видам, например у яркого и тусклого4, ибо говорит: яркий и тусклый звук и точно так же — яркий и тусклый цвет. Таким образом, у них нет расхождения в имени, но различие в них непосредственно явствует из того, что они принадлежат к разным видам. Ибо не в одном и том же смысле говорится, что свет яркий и звук яркий. Это обнаруживается и при помощи чувственного восприятия. Ибо для одного и того же по впду имеется одно и то же чувство. Яркое же у звука и яркое у цвета мы различаем не одним и тем же чувством, а одно — зрением, другое — слухом. И точно так же обстоит с острым и тупым на вкус и у имеющего объем: последнее воспринимаем осязанием, а первое — отведыванием. Таким образом, у них нет расхождения в имени — ни у пнх самих, пи у противоположного им, ведь тупое противоположно II тому и другому.

Далее, следует выяснить, не обстоит ли дело так, что в одном случае что-то имеет нечто противоположное себе, а в другом вовсе не имеет; например, удовольствию от питья противоположно страдание от жажды, но удовольствию от рассмотрения [теоремы], что диагональ несоизмерима со стороной [квадрата], ничего не противоположно. Так что об удовольствии говорится в различных значениях. И точно так же разумной любви противоположна ненависть, чувственной же любви ничего не противоположно. Ясно, таким образом, что «любовь» однойменна. Далее, многозначность следует выяснять по чему-то промежуточному: не обстоит ли дело так, что у одних [противоположностей] имеется нечто промежуточное, а у других — нет или имеется и у тех и у других, но не одно и то же; например, для белого и черного цвета промежуточным будет серое, а для яркого и тусклого звука —- ничего, или если и есть, то это глухое, как говорят некоторые: глухой звук — промежуточный. Так что «белое», или «яркое», одноименно, точно так же как и «черное», или «тусклое». Далее, следует выяснить, пе обстоит ли дело так, что одни [противоположности] имеют много промежуточного, а другие — только одно, как, например, яркое и тусклое, а именно: у цветов много промежуточного, у звука же одно — глухое.

Кроме того, следует выяснить, не говорится ли в разных значениях о противолежащем чему-то по противоречию. Ибо если о чем-то говорится в разных значениях, то так же и о противолежащем ему говорится в разных значениях; например, «не видеть» означает разное: одно значение —- быть лишенным зрения, другое — не пользоваться зрением. Если «но видеть» означает разное, то необходимо, чтобы и «видеть» означало разное, ибо каждому из двух значений «не видеть» что-то противолежит, например «быть лишенным зрения» противолежит «обладать зрением», а «не пользоваться зрением» — «пользоваться» им.

Далее следует рассмотреть [противоположности], выражающие лишенность и обладание. А именно, если об одной из них говорится в разных значениях, то так же и о другой. Например, если «воспринимать» означает разное — ив отношении души, и в отношении тела, то и «быть невосприимчивым» означает разное — и в отношении души, и в отношении тела. А что только что приведенные примеры противолежат друг другу как случаи лишенности и обладания,— это ясно, потому что живые существа от природы обладают и тем и другим впдом восприятия — ив отношении души, и в отношении тела.

Далее следует обратить внимание на словоизменение5. А именно, если «справедливо» означает разное, то и «справедливое» означает разное. Ибо каждому

значению слова «справедливо» соответствует [таное же] значение слова «справедливое». Например, если «справедливо» означает судить о чем-то и по собственному убеждению, и должным образом, то так же и «справедливое». И точно так же, если «здоровое» означает разное, то и «здорово» означает разное6. Например, если «здоровое» означает способное или содей- 85 ствовать здоровью, или сохранять его, или быть его признаком, то и «здорово» означает способно или содействовать здоровью, или сохранять его, или быть его признаком. И точно так же в других случаях: если само слово означает разное, то и при изменении своих окончаний оно будет означать разное, а если при из- Ю7а менении своих окончаний оно означает разное, то и само оно так же.

Следует также обратить внимание на роды категорий применительно к имени, одни лн и те же они во всех случаях. Ибо если они не одни и те же, то названное есть нечто одноименное; например, хорошее j означает в еде доставляющее удовольствие, во врачебном искусстве — способствующее здоровью, а для души — какое-то качество, например быть благоразумным, или мужественным, или справедливым. И точно так же в отношении человека оно означает какое-то качество. Иногда же оно означает время, например своевременное, ведь говорят: хорошо то, что своевременно. А часто оно означает количество, например от- 10 носительно умеренного, ведь говорят также, что хорошо то, что в меру. Так что «хорошо» одноименно. Точно так же и яркое по отношению к телу означает цвет, а в звуке — ясно слышимое7. Примерно то же самое и в отношении острого, ибо оно точно так же не во всех случаях имеет одно и то же зпачеиие. В самом деле, «острый» (резкий) звук есть быстрый звук, 15 как говорят сведущие в числовой гармонии8. Острый же угол есть угол меньше прямого, а острый нож — это остроугольный нож 9.

Следует также обратить внимание на роды тех вещей, у которых одно и то же имя: не обстоит лидрло так, что они разные и не подчинены друг другу? Например, onos 10 означает живое существо и орудие, ведь это имя имеет разный смысл, а именно: в одном слу- 20 чае оно означает такое-то живое существо, а в другом — такое-то орудие. Если же один род подчинен

другому, то не необходимо, чтобы понятия были разными. Например, для ворона роды — живое существо и птпца. Стало быть, когда мы говорим, что ворон — птица, то мы также утверждаем, что он такое-то живое существо. Так что о нем сказываются оба рода. Точно так же, когда мы говорим, что ворон — двуногое живое существо, имеющее крылья, мы утверждаем, что он птица. Следовательно, и в этом случае оба рода и их понятие сказываются о вороне п. Однако это не бывает в тех случаях, когда один род не подчинен дру- 30 гому. В самом деле, когда мы говорим об орудии, мы не говорим о живом существе, а когда говорим о живом существе, мы не говорим об орудии.

Следует, однако, обратить внимание не только па предмет обсуждения, пе обстоит ли дело так, что роды его различны и но подчинены друг другу, но и на противоположное ему, ибо если о противоположном предмету обсуждения говорится в различных значениях, то ясно, что так же и о нем.

Полезно также обратить внимание па определение, получаемое от сочетаний, например яркого тела и яркого звука. Ибо если убрать из них собственное, то должен остаться один и тот же смысл. Но это не бывает у одноименных вещей, например в только что 107ь приведенном случае. Ибо первое есть тело, имеющее такой-то п такой-то цвет, а другое — ясно слышимый звук. Стало быть, если отделить тело и звук, то оставшееся у каждого из них не одно и то же. Напротив же, если яркое было бы однозначащим, то сказанное о 5 каждом из них должно было бы быть одним и тем же.

Часто, однако, даже в самих определениях остается незамеченным сопутствующее одноименное. Вот почему следует обратить внимание и на определения. Например, если утверждают, что то, что есть признак здоровья, и то, что способствует здоровью, означают нечто соразмерное со здоровьем, не следует успокаиваться, а пужно разобраться, что же такое «сораз- 10 мерно» в каждом случае, например означает ли это в одном случае то, что способствует здоровью, а в другом — то, что есть признак какого-то состояппя.

Далее следует рассмотреть, возможно ли сравнение по [присущности] в большей или в одинаковой мере, например яркий звук и яркая одежда или острый вкус и острый (резкий) звук. Ведь нельзя говорить ни то,

ЧТО ОНИ В одинаковой мерс ярки И остры, ни ТО, ЧТО 15 одно ярко и остро в большей мере, чем другое. Так что «яркое» и «острое» одноименны. Ведь все соимеп- ные вещи сравнимы, так как им что-то приписывается или в одинаковой мере, или одному в большей мере, чем другому.

Так как у разных и не подчиненных друг другу родов разными будут и видовые отличия, как, напри- 20 мер, у живого существа и знания (ведь у них видовые отличия разные), то следует обратить внимание на то, не названы ли одним и тем же именем видовые отличия разпых и не подчиненных друг другу родов, например острое (резкое) для звука и для имеющего объем. Ведь звук от звука отличается «остротой» (резкостью) , и точно так же — имеющее объем от имеющего объем. Так что «острое» одноименно, ибо ОНО есть 25 видовое отличие разных и не подчиненных друг другу родов.

Далее следует выяснить, не имеет ли названное одним и тем же именем разные видовые отличия, например chroma 12 у тел и в пении, ибо отличие его у тол состоит в способности или рассеивать, или собирать зрение 13, a chroma в песнях не имеет этих отли- зо чий. Так что chroma одноименно. Ибо у одинаковых вещей — одинаковые видовые отличия.

Кроме того, так как вид не есть видовое отличие ни одной вещи, то следует обратить внимание на то, не есть ли одно из названных одним и тем же именем вид, а другое — видовое отличие, например у тел «яркое» есть вид цвета, а в звуке — видовое отличие, ибо »5 звук от звука отличается яркостью 14.

<< | >>
Источник: Аристотель. Сочинения в 4-х томах. Том 2. Изд-во Мысль, Москва; 687 стр.. 1976

Еще по теме ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ [Наведение и силлогизм как два способа доказательства диалектических положений]:

  1. ГЛАВА ВТОРАЯ [Силлогизм и наведение в диалектических рассуждениях]
  2. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ [Пользование вопросами при доказательстве. Ошибочные силлогизмы, возражения и неправильные формы умозаключений]
  3. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ [Положение и проблема как предмет спора. Диалектические положения и проблемы]
  4. Глава IX О СОСТАВНЫХ СИЛЛОГИЗМАХ; О ТОМ, КАК ИХ МОЖНО СВЕСТИ к ОБЫЧНЫМ СИЛЛОГИЗМАМ И СУДИТЬ О НИХ НА ОСНОВЕ ТЕХ ЖЕ ПРАВИЛ
  5. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ [Доказательство через приведение к невозможному по второй фигуре]
  6. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ [Условия построения всех силлогизмов по первой фигуре. Непосредственные и условные силлогизмы]
  7. ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ [Первая фигура силлогизма как наиболее подходящая для познания]
  8. Глава IV О ФИГУРАХ И МОДУСАХ СИЛЛОГИЗМОВ В ОБЩЕМ. О ТОМ, ЧТО СИЛЛОГИЗМ МОЖЕТ ИМЕТЬ ТОЛЬКО ЧЕТЫРЕ ФИГУРЫ
  9. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ [Наведение Ч
  10. § 2. Основные положения диалектического материализма о причинной связи и их применение к ответственности за внедоговорный вред
  11. Два стержневых положения гегелевской диалектики в их ленинской трактовке
  12. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ [Преимущество доказательства утверждения перед доказательством отрицания]
  13. Глава 5. Искусственный отбор как доказательство эволюции
  14. § v Является ли согласие народов по вопросу о божестве достоверным доказательством того, что бог существует? Как излагал это доказательство эпикуреец Веллей в одном произведении Цицерона?
  15. 1.2.2. Два взгляда на общество: 1) как на простую совокупность людей и 2) как на целостное образование (организм)
  16. § 7. Как выглядит диалектическая картина мира?
  17. ГЛАВА IV НАВЕДЕНИЯ БИОЛОГИИ
  18. ГЛАВА X НАВЕДЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ
  19. 2.4 Метафизика как философский антипод диалектического метода.