Глава 34 САРМАТЫ

  Ни персы, ни македонцы не смогли поколебать степную империю скифов. Взять над ней верх смогли только более быстрые всадники, более меткие лучники, те, для кого, как и для скифов, степь была родным домом — сарматы.

Союзники скифов по борьбе с Дарием, как считается, были и их ближайшими родственниками. Во всяком случае, Геродот рассказывает седующую легенду о происхождении сарматского народа:

«Эллины вели воину с амазонками... После победоносного сражения при Фермодонте эллины (так гласит сказание) возвращались домой на трех кораблях, везя с собой амазонок, сколько им удалось захватить живыми. В открытом море амазонки напали на эллинов и перебили [всех] мужчин. Однако амазонки не были знакомы с кораблевождением и не умели обращаться с рулем, парусами и веслами. После убиения мужчин они носились по волнам и, гонимые ветром, пристали наконец к Кремнам на озере Меотида. Кремны же находятся в земле свободных скифов. Здесь амазонки сошли с кораблей на берег и стали бродить по окрестностям. Затем они встретили табун лошадей и захватили его. Разъезжая на этих лошадях, они принялись грабить Скифскую землю.
Скифы не могли понять, в чем дело, так как язык, одеяние и племя амазонок были им незнакомы. И скифы недоумевали, откуда амазонки явились, и, приняв их за молодых мужчин, вступили с ними в схватку. После битвы несколько трупов попало в руки скифов и таким образом те поняли, что это женщины. Тогда скифы решили на совете больше совсем не убивать женщин, а послать к ним приблизительно столько молодых людей, сколько было амазонок. Юношам нужно было разбить стан поблизости от амазонок и делать все, что будут делать те; если амазонки начнут их преследовать, то они не должны вступать в бой, а бежать. Когда же преследование кончится, то юноши должны опять приблизиться и вновь разбить стан. Скифы решили так, потому что желали иметь детей от амазонок.
Отправленные скифами юноши принялись выполнять эти приказания. Лишь только женщины заметили, что юноши пришли без всяких враждебных намерений, они оставили их в покое. Со дня на день оба стана все больше приближались один к другому. У юношей, как и у амазонок, не было ничего, кроме оружия и коней, и они вели одинаковый с ними образ жизни, занимаясь охотой и разбоем.

В полдень амазонки делали вот что: они расходились поодиночке или по двое, чтобы в стороне отправлять естественные потребности. Скифы, приметив это, начали поступать так же. И когда кто-нибудь из юношей заставал амазонку одну, женщина не прогоняла юношу, но позволяла вступить с ней в сношение. Разговаривать между собой, конечно, они не могли, так как не понимали друг друга. Движением руки амазонка указывала юноше, что он может на следующий день прийти на то же место и привести товарища, знаком объясняя, что их будет также двое и она явится с подругой. Юноша возвратился и рассказал об этом остальным. На следующий день этот юноша явился на то же место вместе с товарищем и застал там уже ожидающих его двух амазонок. Когда прочие юноши узнали об этом, они укротили и остальных амазонок.
После этого оба стана объединились и жили вместе, причем каждый получил в жены ту женщину, с которой он впервые сошелся.
Мужья, однако, не могли выучиться языку своих жен, тогда как жены усвоили язык мужей. Когда наконец они стали понимать друг друга, мужчины сказали амазонкам следующее: «У нас есть родители, есть и имущество. Мы не можем больше вести такую жизнь и поэтому хотим возвратиться к своим и снова жить с нашим народом. Вы одни будете нашими женами и других у нас не будет». На это амазонки ответили так: «Мы не можем жить с вашими женщинами. Ведь обычаи у нас не такие, как у них: мы стреляем из лука, метаем дротики и скачем верхом на конях; напротив, к женской работе мы не привыкли. Ваши же женщины не занимаются ничем из упомянутого, они выполняют женскую работу, оставаясь в своих кибитках, не охотятся и вообще никуда не выходят. Поэтому-то мы не сможем с ними поладить. Если вы хотите, чтобы мы были вашими женами, и желаете показать себя честными, то отправляйтесь к вашим родителям и получите вашу долю наследства. Когда вы возвратитесь, давайте будем жить сами по себе».

Юноши послушались жен и так и поступили: они возвратились к амазонкам, получив свою долю наследства. Тогда женщины сказали им: «Мы в ужасе от мысли, что нам придется жить в этой стране: ведь ради нас вы лишились ваших отцов, и мы причинили великое зло вашей стране. Но так как вы хотите взять нас в жены, то давайте вместе сделаем так: выселимся из этой страны и будем жить за рекой Танаисом».
Юноши согласились и на это. Они переправились через Танаис и затем три дня шли на восток от Танаиса и три дня на север от озера Меотида. Прибыв в местность, где обитают и поныне, они поселились там. С тех пор савроматские женщины сохраняют свои стародавние обычаи: вместе с мужьями и даже без них они верхом выезжают на охоту, выступают в поход и носят одинаковую одежду с мужчинами»1.
История эта вполне легендарна, но есть в ней и здравое зерно. Фермодонт, с которого прибыли в Северное Причерноморье якобы амазонки — река в Каппадокии. Именно она стала исходным пунктом миграции еще одной части хеттского народа — кузнецов халибов (мосхов- месхетов) через Кавказские горы на север, как упоминалось выше. Миграция эта заняла столетия, прежде чем самые упорные дошли до Кубанских степей и встретили здесь тех ариев, выходцев из Хеттии, чей путь пролегал через Иран и Среднюю Азию, вокруг Каспийского моря в южно-русские степи. Насколько сильно пришельцы повлияли на этногенез сарматов — сказать сложно. Вполне возможно, что произошла история, чем-то напоминающая похищение сабинянок: юноши-скифы женились на девуш- ках-ализонках и бежали с ними на северо-восток от Дона, где и осели на постоянное место жительства. То, что определенные трения между воинственными невестками и мирными скифскими свекровями были, видно и из сообщения Геродота. Геродот. История. IV, 110—116. М.: Ладомир, ACT, 1999.
345

Мигранты из Малой Азии и были, по всей видимости, теми, кого античные авторы называли амазонками — насмешливым прозвищем, данным греками своим врагам- ализонам, чьей родиной, как уже говорилось выше, были берега реки Галис, текущей с гор Каппадокии и впадающей в Черное море.              -


Частично ализоны, от которых произошли славяне (малороссы-украинцы), пришли с саками-скифами из Средней Азии. Другие, о которых и идет речь в данном случае, оставшиеся после гибели Хеттской державы в Малой Азии, теперь встретились со скифами на Северном Кавказе. От этой части ализонов ведут свой род не только московиты (великороссы), но и современные осетины и абхазы.
Сарматы отличались от скифов не только большей свободой в поведении и воинственностью женщин, но и языком. После гибели Хеттии исторические пути ализо- нов-саков и ализонов-халибов разошлись на несколько столетий, и это привело к различиям в их языках. Хотя сарматы говорили по-скифски, пишет Геродот, «но исстари неправильно, так как амазонки плохо усвоили этот язык»1.
Если учесть, что сарматы принимали участие в скифоперсидских войнах в качестве вспомогательных союзных войск, можно утверждать, что этот народ уже существовал в начале VI в. до Р.Х., но был в конце VI — начале в. до Р.Х. еще недостаточно сильным и многочисленным, чтобы держать себя на равных со скифами, и находился в полузависимом состоянии от последних.
Другое предположение, которое можно сделать о происхождении сарматов, заключается в том, что ализоны-ха- либы пришли в степи Северного Кавказа вместе с отступающими из Азии скифами.
Примечательно, что посвящая практически целые книги своих трудов скифам, античные историки сообщают о сарматах весьма скудные сведения. Между тем, с III в. до Р.Х. сарматы стали настолько сильны, что начали войну против скифов. Война шла для сарматов успешно, и уже ко II в. до Р.Х. они господствовали в степи от

Дона до Дуная, отрезав славяно-скифские племена ализо- нов и землепашцев, населявших лесостепи между Днепром и Южным Бугом от царских скифов-кочевников. Последние нашли себе убежище там же, где некогда скрывались их враги-киммерийцы — в Крыму. Здесь они создали свое полукочевое Скифское царство со столицей в Неаполе Скифском на реке Салгир. Оно вело непрерывные войны как с сарматами, так и с их союзником, Боспор- ским царством и окружающими греческими городами-государствами.
Насколько скифы стали слабее в политическом и военном аспекте, говорит следующий пример. По сообщению историка II в. по Р.Х. Полиена, когда скифы напали на союзный сарматам Херсонес Таврический, сарматская царица Амага (совершившая перед этим государственный переворот и удалившая с престола своего мужа-алкого- лика), в сопровождении всего 120 всадников, проскакав за сутки 200 км, ворвалась в ставку скифскогр царя, перебила охрану, уничтожила самого царя и всех его родственников за исключением одного царевича, которого заставила немедленно подписать «вечный мир» с греками и сарматами1.
Не в последнюю очередь военные успехи сарматов объяснялись широким применением в их войсках тяжеловооруженных всадников — катафрактариев. Если у скифов последние составляли лишь небольшую элитную часть армии, то у сарматов «железные всадники» стали основным ударным родом войск. Несколько тысяч катафрактариев, неуязвимых для стрел и копий противника, стальным ураганом сметали все на своем пути, нанизывая на четырехметровые копья сразу по нескольку врагов, пробивая насквозь щиты и латы.

Сарматы активно влияли на европейскую и азиатскую политику, принимали участие в войнах на стороне Бос- порского царства и некоторых малоазийских государств, а в 179 г. до Р.Х. сарматский царь Гатал стал союзником понтийского царя Митридата VI в его войне против Рима. С этого момента территория Северного Причерноморья

стала называться в Европе Сарматией[342]. Это название получило широкую популярность после написания Клавдием Птолемеем «Космографии» (И в.) и просуществовало вплоть до Средних веков, и еще в XVII в. великороссов европейцы называли сарматами. Как пример можно привести «Трактат о двух Сарматиях» Матвея Меховско- го (к. XV — начало XVI вв.) и «Книга Историография по- чатия имене, славы и расширения народа славянского...» далматинского историка Мавро Орбини (1601 г.), изданная на русском языке по распоряжению Петра I в 1722 г. Сарматским в начале Христианской эры называли Балтийское море. Добрались сарматы даже до острова Рюген, где основали святилище арийского белого бога-всад- ника Свентовита, победителя дракона.
Русские летописи также указывают, что русы есть часть сарматского народа. Густинская летопись начинается с того, что сообщает: «Розшедшемуся Словенскому народу в Сармации седеши комуждо на своем месте...»[343]
Таким образом, мы видим, что сарматы, как и скифы, стали предками славяно-русского народа, с той лишь разницей, что ализоны-скифы преимущественно участвовали в этногенезе малороссов, а ализоны-сарматы — великороссов. Современные лингвистические и археологические исследования отмечают связь славянства со скифосарматским населением степей Причерноморья[344].
Сарматы так и не создали единого государства, подобного Скифскому царству, и изначально состояли из нескольких крупных племенных союзов, самыми известными из которых были языги, роксоланы, сираки, аорсы и
аланы[345]. Последние жили на Северном Кавказе, по крайней мере, до X в. по Р.Х. Их потомками сегодня являются осетины. Аланы сыграли большую роль в истории. Они господствовали в первом тысячелетии по Р.Х. в степях Ставрополья, а после нападения гуннов в 371 г. часть аланских племен, бежавшая из родных степей, дошла до Франции и Испании[346].
Другой племенной сарматский союз, роксоланов, некоторые исследователи считают непосредственными предками русов. М.В. Ломоносов писал о происхождении русов от роксалан[347]. Именно роксоланы сыграли основную роль в разгроме скифов, отвоевав у них во II—I вв. до Р.Х. Причерноморские степи между Доном и Днепром. В следующем столетии они занимают территорию западнее Днепра и начинают совершать набеги на Балканы. Во II—III вв. по Р.Х. роксоланы воюют с Римской империей на Дунае.
На рубеже Христианской эры из общей массы скифосарматского населения Северного Причерноморья начинают все отчетливей выделяться славяно-русские племена. Некоторые сведения об этом процессе можно почерпнуть из сочинений римских авторов и донесений римской разведки.
«Еще в I в. до н.э. римский географ Страбон сообщал о племенах «росхолан» (роксолан), живших на пространстве от берегов Днепра до берегов Дона. Известный римский чиновник и историк Гай Плиний Секунд Старший (23—79 гг. н.э.) среди варваров также называл роксолан и венедов, живших севернее Понта Евксинского (Черного моря) за Дунаем. Военная разведка римлян начала исследовать Сарматию (Восточную Европу) еще при импе
раторах Клавдии и Нероне — между 41 и 68 гг. н.э. Уже в 68 г. н.э., еще до постройки валов Траяна, роксоланы ворвались в Мизию и разбили там римлян. Известный римский историк Публий Гай Корнелий Тацит (сер. I в. н.э. — ум. после 113 г.), в прошлом военный и консул,, называл и соседей роксолан, родственный им воинственный народ венедов, умевший хорошо сражаться в пешем строю. Но, пожалуй, наиболее яркую картину движения и расположения варварских народов Восточной Европы дал в своем «Географическом руководстве» римский географ Клавдий Птолемей (89—167 гг. н.э.). Он сообщал, что все свои сведения о Сарматии получил в войсках Восточного Легиона (части которого базировались в Таврии). Сообщения Птолемея относятся к 140 г. н.э. Среди других варварских племен Восточной Европы он называет сербов, саваров (северу) и борусков (скорее всего — самоназвание роского племени лесной и лесостепной полосы), живших восточнее Балтийского моря на Восточно-Европейской равнине. Названием, родственным имени этого племени, была обозначена греками и одна из крупнейших рек Восточной Европы — Борисфен (Днепр)[348], а также одно из древнейших поселений на киевских высотах у Днепра — Боричев. В начале III века на официальной карте Римской империи (Tabula Peutingeriana — Певтингерова карта) появились значительные надписи: по левому берегу Дуная — «VENEDI», а между Южным Бугом (Гипанисом) и Доном (Танаисом) — «ROXYLANI»[349].
Однако распространение сарматских племен не ограничивалось Причерноморьем. Сарматы расселились дале

ко на запад и север, что, видимо, обуславливалось и продолжающимся отступлением «вечной мерзлоты» и других остаточных ледниковых явлений (например, болот и озер) все дальше на северо-запад, в район современных Карелии, Финляндии и Северной Швеции. Себастьян Мюнстер, немецкий ученый, в изданной им «Географии» (1528 г.) называет Балтийское море и всю северную Атлантику вплоть до Гренландии Сарматским морем: «Сармация весьма пространная область, которая многие народы и государства в себе заключает ... Европейская Сармация к востоку рекою Танаисом и Меотическим болотом от Азии разделена, к западу Вислою, или скорее рекою Одером, к югу Венгерскими горами... к северу же Сарматским морем окружена, которое около Норвегии до неведомой земли Гренландии простирается»[350]. Татищев причисляет к сарматам все так называемые «угро-финские» народы вплоть до Северного Ледовитого океана[351], первыми среди них называя собственно финнов.
Заселение Севера Европейской части России началось практически сразу после прихода сюда скифов, не позднее VI—V вв. до Р.Х. Геродот пишет, что выше савроматов, первоначально поселившихся в междуречье Дона и Волги, примерно в 200—300 км к северо-востоку от Азовского моря, жили будины («в 15 днях пути от Меотийского озера», т.е. примерно в 500 км).
«За будинами к северу сначала простирается пустыня на семь дней пути, а потом далее на восток живут фисса- геты — многочисленное и своеобразное [многолюдное и особое] племя. Живут они охотой. В тех же краях по соседству с ними обитают люди по имени иирки. Они также промышляют охотой... Над иирками к востоку живут
другие скифские племена. Они освободились от ига царских скифов и заняли эту землю»[352].
Современные историки располагают фиссагетов (тис- сагетов)[353] между средним течением Волги и Уралом (от современного Волгограда до Уральска), а иирков — на правом берегу реки Урал (по линии Уральск — Оренбург). Отделившиеся от сколотов скифы, как явствует из сообщения Геродота, жили где-то между Уфой и Самарой вплоть до Камы на севере.
Эта группа племен, лесных охотников и рыболовов, стала основой этногенеза т.н. «угро-финских» народов. Во всяком случае, именно иирки считаются предками угров (венгров-мадьяр)[354] и, соответственно, гуннов.
Территория расселения фиссагетов, иирков и «освободившихся» скифов совпадает с районом распространения т.н. Ананьинской культуры в регионе средней Волги и Камы. Она названа так по имени деревни Ананьино в Вятской губернии, где были открыты первые типичные места захоронений. Культура принадлежит периоду от VI до II в. до Р.Х., то есть совпадает хронологически со скифским владычеством в черноморских степях. Судя по ее остаткам, люди, которые создали ее, были в основном охотниками и рыболовами. На стоянках найдено большое количество орудий охоты и рыболовства, включая гарпуны. Обнаружены зерна конопли, которые скифы Северного Причерноморья использовали как наркотическое вещество[355]. Люди Ананьинской культуры вели оживленную торговлю мехами, экспортируя их далеко на юг. Среди ук-


Племена и народы ВосточнЬй Европы в период готского и гуннского господства. Заслуживает особого внимания существование культуры «Москворецких городищ», а также наличие следов огромных ледниковых озер в районе Припяти.

рашений ананьинской культуры типичны бронзовые ожерелья и браслеты, представляющие головы животных, а также кожаные ремни с бронзовыми пластинами и пряжками. Некоторые из них напоминают греко-скифское искусство, демонстрируя особо близкое сходство с предметами, обнаруженными в греческой колонии в Ольвии, в устье реки Днепр. Изображение животных и птиц соответствует кавказскому типу. Бронзовые ножи относятся к минусинскому типу, в то время как железные ножи схожи с произведенными в области Кобан. Очевидно, что анань- инские люди поддерживали коммерческие отношения с различными регионами, а само Ананьино было перекрестком важных международных торговых путей. Волжский водный путь, соединяющий Ананьино с Кавказом, был, возможно, важнейшим. В дополнение к этому греческие купцы использовали также сухопутную дорогу из Ольвии на среднюю Волгу[356].
Регион рапространения Ананьинской культуры был третьим районом формирования славяно-русского народа. Тесная связь с савроматами и особенно с Кавказом, откуда поступали железные изделия, дает возможность говорить об особой роли мосхов в развитии этой группы племен. Во всяком случае, нет ничего невозможного в том, что хали- бы-мосхи, двигаясь с Северного Кавказа через земли сарматов и фиссагетов вверх по Волге, пришли в бассейн Мо- сквы-реки, основав там будущую столицу России.
Картину широкого расселения многочисленных «угро- финских» племен (чье происхождение от саков-скифов, а, следовательно, от ариев, не подлежит сомнению) описал в своей «Истории...» Татищев. По мере изменения климата в лучшую сторону Вятка, Сев. Двина, побережье Белого моря, Карелия и Финляндия были заселены уграми,

Расселение угро-финнов и славян в Восточной Европе.
Расселение угро-финнов и славян в Восточной Европе.
Начало I тысячелетия no Р.Х.
пермяками, вотяками, карелами и финнами[357]. Матвей Меховский называет народы этого региона скифами: «... на Северо-Востоке, в конце Северной Азии находятся народы и области, именуемые собственно Скифией, подвластные московскому князю, и покоренные первоначально Иваном, князем Московским, а именно Пермь, Башкирия (Baskird), Черемиссия (Czermeissa), Югра и Корела...»[358]

Таким образом, на территории Восточной Европы сложились три региона, в которых шел этногенез славяно-русских племен на основе скифов-пахарей, сарматов- роксаланов и угро-финнов-мосхов. Но неожиданно этот процесс был прерван так называемым Великим переселением народов, которое нанесло смертельный удар скифосарматскому господству в степях Причерноморья.

  
<< | >>
Источник: Манягин В. Г.. История Русского народа от потопа до. 2009

Еще по теме Глава 34 САРМАТЫ:

  1. ГЛАВА IX. ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ: ГЛАВА ГОСУДАРСТВА И ПРАВИТЕЛЬСТВО § 1. ГЛАВА ГОСУДАРСТВА
  2. ВВЕДЕНИЕ, ИЛИ ГЛАВА «О МЕТОДЕ»              4 ГЛАВА 1. ФРАКТАЛЫ ИСТОРИИ              6 Плутархиада              6 Индекс совпадений              12 Бабочка Лоренца под звездой Вифлеема              19 Аэропланы тьмы египетской              25 ГЛАВА 2. РЕАЛЬНЫЕ ИКС-ФАЙЛЫ              39 «Восток» — дело тонкое              39 Величайший обман столетия              46 Нечистый эксперимент              51 В поисках утраченной гравицапы              63 Как из людей делают баранов              73 ГЛАВ
  3. Глава сорок первая
  4. Глава тридцатая * В
  5. Глава первая
  6. Глава первая
  7. Глава двенадцатая 1
  8. Глава двадцатая 1
  9. Книга вторая Глава первая 1 За исключением Camestres, Вагосо, Disamis и Bocardo. —
  10. Глава первая
  11. Глава первая
  12. Глава десятая 1
  13. Глава первая
  14. Глава первая
  15. Глава первая
  16. Глава первая
  17. ГЛАВА 1. ПРИНЦИПЫ ЛЕЧЕНИЯ КРИТИЧЕСКИХ СОСТОЯНИЙ – 1258912.
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -