<<
>>

СОИ и система стратегических сил СССР—США


Вернемся к нашей модели системы стратегических вооружений двух государств и рассмотрим на ней, перед каким выбором ставит вторую сторону развертывание Оодной из сторон средств ПРО.
Итак, развертывание стороной В системы ПРО резко изменило границы области стратегической стабильности, и точка 1, находившаяся глубоко внутри этой области, оказалась теперь в области стратегического превосходства стороны В.
Как сможет теперь сторона А восстановить равновесие? Первый, наиболее очевидный путь — наращивая свои наступательные средства, т. е. сдвигая точку 1 вправо параллельно оси координат до положения 1’, например. Иногда высказывается мнение, что это наиболее эффективный и дешевый путь действий в создавшейся ситуации.
Утверждается при этом, что простое увеличение наступательных средств, сводящее на нет эффект ПРО противника, намного дешевле и технически доступней, чем развертывание дорогостоящей, основанной на ультрасовременной технологии системы ПРО.
Этот аргумент приводится, в частности, в связи с очевидным стремлением авторов СОИ достигнуть еще одного побочного эффекта своей инициативы — втянуть Советский Союз в изнурительную дорогостоящую технологическую гонку вооружений.
К сожалению, ответ на этот вызов не так прост. Дело в том, что развертывание ПРО, реальная эффективность которой заранее неизвестна, вносит в стратегическую ситуацию очень большой дополнительный элемент неопределенности.

Действительно, никто не может заранее поручиться, на какую именно величину сдвигается вправо граница области стабильности. Величина этого сдвига зависит от надежности функционирования системы ПРО, которая, во-первых, точно непредсказуема и, во- вторых, может изменяться со временем в связи с совершенствованием технологии. Поэтому теряется очень важное условие стратегической стабильности — уверенность каждой стороны в своих возможностях и возможностях противника. Нет полной гарантии, что точка Г, например, находится уже в области стратегической стабильности. А вдруг величина надежности системы ПРО противника выше наших оценок, и на самом деле граница области стабильности находится правее точки Г.
Так возникает естественная с точки зрения обеспечения собственной безопасности тенденция к дальнейшему наращиванию наступательных вооружений стороной А.
Кроме того, очень трудно предположить, чтобы в такой ситуации военно-политическое руководство стороны А согласилось в качестве реакции на развертывание стороной В системы ПРО ограничиться лишь наращиванием своих наступательных средств. Логика гонки вооружений неизбежно приводит к тому, что любое эффективное оружие, появляющееся у одной из сторон, оказывается и у другой стороны. Таким образом, сравнительно легкого и дешевого ответа на СОИ, к сожалению, нет. Неизбежным результатом этой инициативы будет резкое увеличение обеими сторонами гонки вооружений как наступательных средств, так и средств ПРО и специальных методов борьбы с ними.

В этом отношении прав обозреватель «Вашингтон Пост» Роберт Кайзер, написавший 10 марта 1985 г. в статье «Обезоруживающее отсутствие искренности»: «Из всех проявлений нечестности, которой сейчас пронизано обсуждение этих проблем, пожалуй, самое нечестное предположение состоит в том, что каким-то образом создание системы в духе „звездных войн" положит конец гонке вооружений. Спрашивается, почему? Даже самый идеализированный вариант успешной оборонительной системы оставит простор для изобретательности противника — особенно если учесть, что готовая система никогда не может быть испытана в условиях, хотя бы
отдаленно напоминающих те, которые возникнут, если ее действительно когда-нибудь придется использовать.
Другая сторона будет тратить миллиарды на „контрмеры" — на создание дополнительных наступательных боеголовок и ложных целей для преодоления системы обороны; на новейшие, может быть, сверхзвуковые крылатые ракеты, которые смогут проскочить ниже оборонного щита; на сложное новое оружие для поражения базирующихся в космосе компонентов американской системы и т. д.
Другая сторона, кроме того, будет создавать собственную оборону. Она будет копировать любую новую стратегическую систему, которую разработаем мы. Таким образом, когда она начнет работать над обороной, мы сможем тратить новые миллиарды на собственные контрмеры — новые чудеса для преодоления вражеской оборонительной системы. Другими словами, самое большее, на что мы можем рассчитывать, - это ситуация в которой обе сверхдержавы должны будут исходить из того, что решение начать ядерную войну равносильно взаимному самоубийству.
Но это как раз та самая ситуация, с которой мы сталкиваемся сегодня. Нет особых оснований тратить сотни или тысячи миллиардов долларов ради восстановления статус-кво на более высоком и более рискованном уровне изощренности».
С этим довольно точным сценарием последствий осуществления СОИ можно согласиться почти во всем, кроме утверждения о восстановлении статус-кво. На самом деле результатом будет не восстановление статус-кво, а новая стратегическая ситуация с меньшей стабильностью и меньшей безопасностью для обеих сторон. Чтобы разобраться в этом подробнее, привлечем снова модельные соображения.
На рис. 16.2 мы видели, как изменяются границы области стратегической стабильности в результате введения одной из сторон системы ПРО. Более сложные изменения произойдут в результате совместного развертывания систем ПРО. Во-первых, область стратегической стабильности будет сдвигаться вверх-вправо, вдоль диагонали диаграммы.
На практике это означает то громадное удорожание гонки вооружений, о котором речь шла выше. Но появится еще новый эффект резкой дестабилизации стратегической ситуации.
Значительно возрастет область стратегической неопределенности. В частности, именно в этой области скорее всего окажутся точки, отвечающие современному состоянию системы стратегических сил. Область стратегической неопределенности характеризуется тем, что ни одна из сторон не обладает гарантированной способностью ко второму ответному удару, но в то же время одна из них или даже каждая могут нанести неприемлемый для противника ущерб в первом ударе. Таким образом, эффект сдерживания отсутствует и в момент острого кризиса решение успеть нанести первый удар, чтобы не оказаться обезоруженным, может показаться рациональным.
Область стратегической неопределенности распространится очень широко, так как никогда не будут известные точные характеристики надежности соответствующих систем ПРО.
Крайне нестабильный кризисный период начнется с самого первого момента развертывания системы одной из сторон. Сразу же придут в движение границы области стабильности. Ни одна из сторон не будет в уверенности относительно возможностей своих и противника. Риск войны как ядерной, так и неядерной (например, превентивной атаки по еще только создаваемой оооро- нительной системе другой стороны, прежде чем она будет развернута) резко возрастет.
Таким образом, процесс совместного развертывания системы ПРО не приносит ту же стабильность за более доро1ую цену, а, напротив, подрывает все материальные и психологические основы стратегической стабильности и взаимного сдерживания.
<< | >>
Источник: Геловани В. А., Бритков В. Б., Дубовский С.В.. СССР и Россия в глобальной системе (1985-2030): Результаты глобального моделирования. 2009

Еще по теме СОИ и система стратегических сил СССР—США:

  1.              Глава 16 Проблема баланса стратегических сил СССР и США
  2. Система стратегических действий Вооруженных Сил
  3. О стратегическом характере современных войн и способах стратегического применения Вооруженных Сил
  4. Сценарно-функциональный подход к анализу баланса стратегических сил
  5. Стратегическое применение видов Вооруженных Сил
  6. Стратегическое развертывание Вооруженных Сил и ведение военных действий в начальный период войны
  7. Последствия СОИ для мировой глобальной системы
  8. КРИТИКА ТЕХНИЧЕСКИХ АСПЕКТОВ СИСТЕМЫ СОИ
  9. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ЗАДАЧА ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ США
  10. Военно-стратегические концепции США 1970-х - начала 1980-х гг.
  11. ДОГОВОР между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшемсокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2) (США ратифицировали 26 января 1996 г., Россия — 14 апреля 2000 г.)
  12. ИЗУЧЕНИЕ РАЗВИТИЯ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫХ СИЛ В КУРСАХ ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО МИРА, СРЕДНИХ ВЕКОВ И СССР
  13. Военно-стратегическое положение России и система военных угроз
  14. Свидетельство (Василий Аксенов, в начале восьмидесятых годов выехал из СССР, живет в США)
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -