<<
>>

§ 3. Философия реализма как фундаментальный синтез материализма и идеализма. Исторические формы реалистического мировоззрения

Мировоззрение определяется прежде всего тем, как решается проблема бытия. В традиционном плане онтология, т. е. философское учение о бытии, трактовалась как учение о мире, каким он существует вне и независимо от человека.
Такое представление об онтологии вытекало из определения материи как объективной реальности, существующей вне и независимо от человека. Таким образом, уже здесь, в исходном философском учении происходит разрыв материи и духа и противопоставление их друг другу. При этом понятие «дух» закрепляется за человеком, а материя оказывается лишенной духа. А многочисленные попытки в истории философии перебросить мост от материи к духу или от духа к материи не давали должных результатов. В этих условиях мы предлагаем новую парадигму, т. е. новый стиль мышления, новую мировоззренческую систему. Парадигма эта сводится к тому, что в действительности материя и дух представляют 17 неразрывное внутреннее единство на всех уровнях организации бытия. Это значит, что дух соотносится не только с человеком, но, в принципе, с любым состоянием материи. В известном смысле можно утверждать, что одушевленной оказывается вся материя, но, конечно, не в духе традиционного панпсихизма, о чем подробнее будет сказано ниже.

При этом мы не можем здесь согласиться с Тейяром де Шарденом в том, что духовная (по его терминологии — радиальная) составляющая эволюционного процесса соединяется с материальной (тангенциальной) составляющей только тогда, когда она достигает сравнительно высокого уровня организации, т. е. на высоких уровнях эволюции материального мира [4]. Получается, что, пока материя не достигла высоких уровней организации, материя и дух оказываются оторванными друг от друга. Фактически близка к этой точка зрения марксизма, упорно отстаивающего тезис о том, что дух соотносится только с человеком, как высшим продуктом эволюции. Правильнее здесь будет говорить о том, что интенсивность проявления духа на разных уровнях организации материи будет различной, но духовный компонент присущ материи на любом уровне.

Для научного мышления характерно глубокое убеждение в том, что любой материальный объект может быть представлен в виде некоторой совокупности пространственно локализованных элементов и системы отношений между ними. В этом случае как раз и происходит разрыв между материей и духом, ибо что касается духа, то он не может быть выражен в рамках строго научных, пространственно-временных представлений, в системе категорий «пространство», «время», «причинность» и др. Многовековые попытки науки сделать это ни к каким положительным результатам не привели. И как следствие данного положения — изгнание понятия «дух» из научно-материалистической философии. Маркиз де Сад, известный не только как скандальный писатель, но и как философ-материалист, в своем произведении «Тереза-философ» выразил эту ситуацию, новое отношение к духу предельно четко и ясно: «Что такое сознание? Как оно так может: существовать и одновременно нигде не быть? Если оно где-то есть, то оно должно занимать какое-то место, если оно занимает место, то ясно, что оно из чего-то состоит, а если оно из чего-то состоит, то это и есть материя.

Значит, дух, сознание есть химера или же это — проявление материи». Итак, если дух существует, значит, он должен занимать какое-то пространство, если он занимает какое-то пространство, значит, он имеет качественную определенность. Иными словами, дух — либо материя, ее проявление, либо химера. Так и считала научная философия два последних столетия. А между тем существует 18 огромный исторический опыт, который не позволяет вписать проблему духа в столь простую схему.

Утверждение новой онтологии сопровождается созданием новой картины мира. Существующая картина мира носит явно выраженный сциентистский характер, что четко выражается в ее традиционном названии «научная картина мира». Поскольку она носит последовательно научный характер, в ней, естественно, не нашлось достойного места для человека. Поэтому не удивительно, что, наряду с ней, во все времена, вплоть до настоящего, формируются такие картины мира, как художественная, философская, религиозная, мифологическая и т. п. Все эти картины мира существуют изолированно и очень трудно поддаются стыковке и интеграции.

Конечно, и раньше были определенные догадки по поводу такой картины мира на разных этапах развития человеческого общества. Здесь можно указать на взгляды представителей эпохи Возрождения (Леонардо да Винчи, Дж. Бруно и др.), а также представителей русского космизма (A. JI. Чижевский, В. И. Вернадский, JI. Н. Гумилев и т. д.). В качестве примера можно указать также принцип «позитивного всеединства» В. С. Соловьева, философию «общего дела» Н. Ф. Федорова, на понимание человека как конспекта мира у П. А. Флоренского. Однако положения всех указанных авторов, как правило, формулировались в виде интуитивных догадок. Мы же сознательно используем целостный подход и соответствующую методологию для построения новой онтологии и соответствующей ей картины мира.

В истории человеческой мысли были уже многочисленные попытки преодоления разрыва материи и духа, создания целостной интег- ративной картины мира. При этом предлагались самые разнообразные формы синтеза, что нашло свое отражение в различных названиях, среди которых чаще других встречаются «гилозоизм», «панлогизм», «пантеизм» и др.

Гилозоизм (в переводе с греческого — вещество и жизнь) — философское учение об универсальной одушевленности природы, приписывающее способность ощущать и мыслить всем формам материи. Хотя термин «гилозоизм» был введен только в XVII в., сами гилозоисты существовали и раньше. Классическим трудом, дающим яркое представление о гилозоизме, является работа Дж. Бруно «Диалоги».

Пантеизм (в переводе с греческого — все и бог) — философское учение, отождествляющее понятия «бог» и «природа». Пантеисты утверждали, что одушевленность природы гарантируется тем, что сама природа есть бог, т. е. самой природе приписываются все свойства духа, по крайней мере уровни одушевленности, присущие человеку. Известно, например, что Б. Спиноза приписывал своей субстанции (при 19 роде) способность мыслить, объявив мышление, наряду с протяженностью, ее атрибутом, т. е. неотъемлемым свойством.

Панпсихизм (в переводе с греческого — все и душа) — философское учение, по которому вся природа обладает одушевленностью, психикой. Среди психологов одно время широкое распространение получили представления, что психика присуща не только человеку и высшим животным, но и другим материальным объектам. Этой позиции в той или иной мере придерживались и некоторые философы, среди которых можно назвать Д. Беркли, Д. Юма и Э. Маха.

Панлогизм (в переводе с греческого — все и учение) — философское учение, согласно которому единственными движущими силами всякого развития в природе и обществе являются законы логики. Панлогизм, наиболее полно развитый в философии Г. Гегеля, фактически приписал не только человеку, но и всей природе способность к логическому мышлению.

Нью-эйдж (в переводе с английского — новый век) — современное учение, широко использующее научную аргументацию и массовую культуру для объяснения единства материи и духа. Но, на наш взгляд, обыденный уровень, на котором ведется рассмотрение проблемы, приводит к тому, что и дух и материя оказываются крайне слабо выраженными.

Для лучшего выявления позитивных и негативных сторон существующих попыток синтеза материи и духа рассмотрим одно из этих учений, наиболее близкое к реализму в нашем его понимании, пантеизм, более подробно.

Нам представляется, что пантеизм является учением привлекательным для философии, ибо оно стремится объяснить многообразие мира из некоторого единого принципа, содержащего в себе жизнь и разумность. Теоретически пантеизм можно представить себе в двух формах, которые и были реализованы в ходе развития религиозной и философской мысли. С одной стороны, можно представить себе положение, когда единичное и многообразное (природа) исчезают, растворяются в бесконечном единстве божественного бытия, а с другой — когда бесконечное единство (Бог) разливается во всяком многообразии явлений.

Итак, мы видим, что в рамках пантеизма четко ставится проблема соотношения материального и духовного (Бога и Природы). И решение предлагается как слияние этих двух принципиально противоположных начал, в результате чего исчезает одна из противоположных сторон: либо Природа растворяется в Боге, либо Бог разливается во всей Природе. Здесь предполагается, что материальное и духовное в своей основе имеют все же нечто общее. 20

Мы же исходим из того, что материя и дух ЯВЛЯЮТСЯ слиянно-не- слиянными. В таком случае проблема с самого начала выводится за границы пантеистических представлений. Эти начала взаимно дополняют друг друга и всегда сосуществуют друг с другом: материя не существует без духа, а дух без материи (природы). Но они не могут превращаться друг в друга, что вовсе не исключает их взаимного влияния. По обосновываемому нами реалистическому мировоззрению, материя и дух, составляя единую субстанцию, представляют, тем не менее, два разных лика этой субстанции. Иными словами, реализм на место привычных монизма и дуализма с необходимостью ставит дуалистический монизм, признающий единую субстанцию, но с двумя противоположными ликами, не сводимыми один к другому. Здесь может быть установлена аналогия с известным в психологии явлением: психо-физиологическим парадоксом. Данный парадокс заключается в том, что психическое не выводимо полностью из физиологического, хотя и находится с ним в нерасторжимом единстве.

Все перечисленные концепции, пытавшиеся установить единство материи и духа (гилозоизм, панпсихизм, пантеизм, нью-эйдж, панлогизм и другие), оказались несостоятельными потому, что они с самого начала исходили из тезиса, что материя и дух в чем-то являются если и не тождественными, то, по крайней мере, аналогичными друг другу, что предполагало их выводимость одного из другого. И не случайно, поэтому, вечно существующие в философии попытки преодоления дуализма материи и духа так и не дали должных результатов, которые бы были приняты научным сообществом.

Вместе с тем движение научного сообщества к согласию, компромиссам, а также все большее внимание к вненаучным методам познания, к союзу философии с другими отраслями духовной деятельности создают реальные предпосылки для превращения реализма в одно из важнейших, если не самое важное философское направление.

В движении к реализму у философии есть и свои собственные внутренние предпосылки. Дело втом, что всем наукам присущи две противоположные тенденции развития: дифференциация и интеграция. Действительны они и для философии, причем в последние века преобладала первая тенденция — дифференциация, разложение. Это привело к тому, что когда-то единая философия разделилась на множество мелких самостоятельных учений, мало или никак не связанных друг с другом. Если философию сравнить со священным сосудом, в котором хранились высшие достижения человеческого духа, то сейчас этот сосуд разбился на множество мелких осколков, и каждый именно себя считает хранителем и продолжателем вековечных традиций. Практически каждый из этих осколков (направлений), как это ни парадоксально зву 21 чит, претендует на определенный синтез, не осуществленный никем до него. Так, практическая философия соединила теорию с практикой, психоанализ — философию с решением задач в психиатрии, позитивизм применил философскую методологию к решению актуальных проблем науки, экзистенциализм, соединив философию с искусством, решил смысложизненные проблемы философского существования, марксистская философия соединила философскую теорию с практикой революционного преобразования мира и т. д.

В отличие от всех существующих школ и направлений, реалистическая философия единственная способна осуществить нелокальный, а глобальный синтез. Это связано с предельно широким содержанием, которое исторически вкладывается в термин «реализм». Этим термином, во-первых, обозначается идеалистическое направление развития философской мысли. Здесь уместно вспомнить реализм средневековой философии, который, признавая реальность существования универсалий (общих понятий), фактически восходит к идеализму Платона. Реализмом, во-вторых, обозначалась и материалистическая ветвь философии: от А. И. Герцена в XIX веке до реализма и неореализма современной англо-американской философии (Дж. Мур). Реализмом, в-третьих, называется направление в философии, пытающееся синтезировать крайности материализма и идеализма.

По-видимому, первым, кто это пытался сделать, был Фома Аквин- ский, который, преодолев крайности реализма и номинализма, свое направление назвал «умеренным реализмом». И хотя его реализм нельзя назвать полным, поскольку он был осуществлен в рамках ортодоксального богословия, но Аквинский сделал главное для реализма: он объявил о необходимости синтеза науки и религии, т. е. научного и вненаучного знания.

Первым реалистом в рамках рационалистической философии был И. Кант. Для традиционно мыслящих материалистов и идеалистов позиция Канта представлялась непоследовательной, противоречивой, и ему в равной мере доставалось и от материалистов, и от идеалистов. Кант добавил еще одно важное звено в здание реалистического мировоззрения: он показал необходимость сочетания чисто рационалистических подходов с творческим воображением, без которого знание о мире не может быть полным. Вот что по поводу реализма писал последователь И. Канта Ф. Шеллинг: «Поскольку я познаю, объективное и субъективное так объединены в самом знании, что невозможно одно счесть более первичным, чем другое. Нельзя различить, что ранее, что позже — единство того и другого дается сразу... Наподобие этих двух деятельностей совершенно так же обусловливают друг друга идеализм и реализм. Если рефлексия распространяется лишь на 22 — идеальную деятельность, то получается идеализм с его утверждением, что предел полагается единственно самим Я. Если же рефлексию я обращаю исключительно на реальную деятельность, то получается реализм, характеризующийся утверждением, что предел не зависит от Я. Если же рефлексия моя распространяется на то и другое, то возникает нечто третье, что можно назвать идеал-реализмом, или тем, что до сих пор было известно под наименованием трансцендентального идеализма» [6]. Реализм изначально исходит из признания неразрывной связи теоретических конструкций и практической деятельности людей, объективного существования предметов и субъективного (творчески-преобразующей деятельности познающего субъекта), материального и идеального. Эти идеи получили широкое распространение в России. Влияние Шеллинга на русскую духовную культуру осуществлялось наиболее ощутимо по двум каналам: через философию и искусство, тесно взаимодействующих между собой.

Следует отметить, что реализм в России имел свою специфику. С одной стороны, он проявлялся в многообразии форм: наука, искусство, философия, политика, педагогика, а с другой — в силу этого обстоятельства, имел размытые границы. Ярким представителем реализма в науке был Д. И. Менделеев, который, преодолев противоположность материализма и идеализма, считал, что окружающему миру изначально присущи три равнозначимые составляющие, а именно: материя, энергия и дух.

В философии позиции реализма последовательно придерживался А. И. Герцен, который признавал универсальность ума как всеобщего свойства материи и тем самым как бы перебрасывал мост между материей и духом. Как известно, в последовательном идеализме и материализме все выводится исключительно из духа или материи, и поэтому переходной мост становится бессмысленным. Свое мировоззрение реализмом называл и Д. И. Писарев. Реализм у него означает переход от философии теории к философии практики.

В искусстве XIX в. широкое распространение получило течение, также присвоившее себе название реализма. Реалисты, пытаясь отразить действительность таковой, какова она есть, с необходимостью должны были рассматривать ее как единство материи и духа. Это можно видеть хотя бы на примере передвижников, наиболее стойких приверженцев реализма в изобразительном искусстве. Они открыто порвали с официальной академической традицией в живописи, требовавшей следовать классическим эталонам, идеалам, и ориентировались на изображение реальных процессов и явлений окружающего мира. Например, в картинах И. Левитана единство материи и духа воплощалось в единстве душевного мира автора с реальным пейзажем. Все сказанное 23 в равной мере относится и к другим видам искусства: музыке («Могучая кучка»), литературе (от А. Пушкина до Ф. Достоевского). В более позднем течении социалистического реализма найденная гармония духа и материи была, к сожалению, нарушена вследствие доминирования идеи революционного развития, подобно доминированию идеи Бога в средневековой схоластике. Здесь мы видим неумолимое проявление положения диалектики о смыкании крайностей, переходе их друг в друга: доведенный до предела материализм неминуемо становится идеализмом, в соответствии с которым жизнь начинает восприниматься не такой, какая она есть на самом деле, а через призму революционной идеи об этой жизни.

В сфере политики реализм представляли С. Суворов, А. Луначарский, В. Базаров, А. Богданов и др. Их манифестом была книга «Очерки реалистического мировоззрения», изданная в 1904 г., где перечисленные авторы подробно излагали свою позицию.

Теоретические концепции реализма находили свое выражение и в обыденной жизни, в частности в деятельности появившихся в это время многочисленных реальных училищ, которые ставили в качестве основной задачи гармоничное сочетание процессов образования и воспитания с получением навыков, необходимых для успешной профессиональной деятельности. Таким образом, мы видим, что реализм не является чисто философским направлением, ибо требует объединения всех основных сфер духовной деятельности человека (философии, науки, искусства, политики, педагогики) со сферами практической деятельности, а потому он проявляется в каждой из них специфическим образом.

Итак, реализм понимался неоднозначно не только в истории мировой философской мысли, но и в истории русской культуры. Если реализм Писарева тяготел к вульгарному материализму и противопоставлялся только идеализму, то реализм типа Богданова — Базарова имел явную идеалистическую окраску; недаром свой реализм они определяли как «чистый идеализм познания». Наиболее взвешенным и аргументированным нам представляется понимание реализма, данное Д. И. Менделеевым. Поскольку предложенное им понимание реализма наиболее созвучно нашему, остановимся на его взглядах подробнее.

Прежде всего следует отметить, что Менделеев оставался на прочных научно-материалистических позициях, не впадал в идеалистическую крайность, как Луначарский с товарищами: «Мировая трагедия на том и основана, что духовное, внутреннее и личное не существуют сами по себе, без материального, внешнего и общественного и сими последними в такой же мере определяются, как и обратно, с тем яв- 24 ным ограничением, что материально-внешнее, что бы ни говорили Платон и всякие иные мудрецы, возникает раньше, начальнее и назойливее духовно-внутреннего» [7].

Из признания факта исторической, генетической первичности материального перед идеальным в общественной жизни, а также факта, что материальные потребности должны удовлетворяться «первее всего», Менделеев не делал вывода об онтологической первичности материального или об его первостепенности. Напротив, в плане онтологическом материя и дух — равновеликие составляющие, поскольку в качестве вечной, несливаемой, исходной, все определяющей троицы он признавал вещество (или материю), силу (или энергию) и дух (или психоз). Таким образом, Менделеев избежал той ошибки, которую допустил марксизм, когда относительную первичность материального перед идеальным в общественной жизни он онтологизиро- вал, возвел в абсолют. Менделеев отказался от материализма и идеализма в пользу реализма, поскольку первые есть древние формы философствования, основанные на непримиримой вражде, современному же состоянию духа более соответствует реализм, стремящийся к мирным решениям возникающих конфликтов. «Истинный идеализм и истинный материализм представляют продукты древности, реализм же дело новое сравнительно с длиною исторических эпох. Так, например, как идеализму, так и материализму свойственно стремление к наступательным войнам, определяемым или просто материальными побуждениями и нуждами, или идеальными стремлениями народов, а реализм всегда идет против всяких наступательных войн и стремится уладить противоречия, исходя из действительных обстоятельств, в государственной же жизни — от истории. Идеалисты и материалисты видят возможность перемен лишь в революциях, а реализм признает, что действительные перемены совершаются только постепенно, путем эволюционным» [7].

Реализм не только в наибольшей степени отвечает современному уровню развития общества, он, кроме того, в большей степени отвечает чаяниям русского народа «... нельзя отказать в том, что реализм присущ некоторым народам по преимуществу, как идеализм и материализм другим. И я полагаю, что наш русский народ, занимая географическую середину старого материка, представляет лучший пример народа реального, народа с реальными представлениями. Это видно уже в том отношении, какое замечается у нашего народа ко всем другим, в его уживчивости с ними и его способности поглощать их в себе, а более всего в том, что вся наша история представляет пример сочетания понятий азиатских с западноевропейскими. Мне кажется, что теперь, именно теперь нужнее всего уразуметь указанные разли-

— 25 чия. Так как, с одной стороны, нас многое влечет в сторону ответа идеальным требованиям, с другой стороны, громко говорят материальные потребности народа, а с третьей — русская истории внушает реальное сочетание тех и других и понимание недостаточности всякой односторонности, которая не свойственна только реализму, стремящемуся узнать действительность в ее полноте без одностороннего увлечения и достигать успеха или прогресса путем исключительно эволюционным» [7]. Мы разделяем представление, что особенностям российского национального менталитета более свойственна философия реализма, поскольку русский народ, как никакой другой, способен соединить в себе несоединимое: европейскую хватку, практицизм, ориентацию на материальное с азиатской созерцательностью, иррациональностью, погруженностью во внутренний мир.

Мировоззрение реализма (реалистическое мировоззрение) не получило в дальнейшей истории нашей страны должной оценки и распространения. Это связано с тем, что здесь на многие десятилетия господствующее положение заняла философия марксизма, ориентированная на доминировании материи и игнорировании духа. Ей противостояла столь же односторонняя идеалистическая философия. Ожесточенная и бесконечная борьба между ними оттеснила на задний план, заглушила на долгие годы все остальные школы и направления. В наши дни, с крушением господствующего положения марксистской философии, снова, по принципу маятника, исследователи впадают в другую крайность — в идеализм. Поэтому восстановление реалистического мировоззрения приобретает сейчас особую актуальность.

С момента возникновения философии и в течение более чем 2500-летнего ее существования происходила и происходит непримиримая борьба материализма и идеализма, когда за реальное признается либо только идеальное: панлогизм, иррационализм, волюнтаризм, либо только материальное: материализм, позитивизм, прагматизм. Бесперспективность такой борьбы наводит на мысль, что возникла типичная патовая ситуация, когда ни одна из борющихся сторон не в состоянии одолеть другую. В истории философии были, конечно, попытки подняться над этими противоположностями, но они не привели к позитивным результатам. Это говорит о том, что необходим какой-то компромисс между материализмом и идеализмом. Реализм, по нашему мнению, может рассматриваться как наиболее удачная, наиболее продуктивная форма такого согласия. То, что абсолютизация либо духа, либо материи неизбежно ведет в тупик, хорошо иллюстрирует пример гегелевской диалектики. Абсолютизируя борьбу материализма и идеализма, он пришел к выводу, что «противоречие есть жизненный нерв всякого развития». Фактически перед 26 ————— нами абсолютизация антагонизма. Заимствование этого положения К. Марксом, Ф. Энгельсом, а затем и В. И. Лениным и его последователями повлекло за собой многочисленные социальные потрясения (революции, гражданские войны, террор и пр.), стоившие человечеству многих миллионов жизней. В результате в обществе сформировалась установка на борьбу, непримиримость к инакомыслию, что продолжает сказываться и в наши дни.

Это не следует понимать в том смысле, что мы отрицательно относимся к диалектике, в том числе и к гегелевской. Но одновременно для нас являются очевидными и ее существенные недостатки. Соглашаясь с тем, что противоречия действительно лежат в основе всякого процесса (движения, развития), мы не можем утверждать абсолютность борьбы. Еще античные философы — Пифагор, Гераклит и др. — справедливо считали, что противоречие лежит и в основе гармонии (не только борьбы). Если этот тезис станет достоянием коллективного разума, то это сможет освободить политическую ситуацию в мире от многих присущих ей катаклизмов.

Учение о противоречии, единстве противоположностей, находящихся в сущности всех явлений и процессов, называется диалектикой. Соответственно, противоположное направление, изучающее явления мира застывшими, по изолированным частям, называется метафизикой1. В начале нашего столетия известный русский религиозный философ Н. А. Бердяев убедительно доказывал невозможность материалистической диалектики, поскольку материализм, принимая часть (материю) за целое (весь мир) неминуемо не способен к целостному, адекватному отражению действительности. Позже известный советский философ В. И. Свидерский не менее убедительно показал невозможность и идеалистической диалектики, поскольку идеализм, принимая часть, отдельную сторону (дух) за всю реальность, также не способен к полноценному пониманию действительности. Оба философа равно правы. И материализм, и идеализм, кичащиеся своим монизмом (т. е. сведением мира к единому началу), не способны увидеть мир во всей его полноте и целостности, в единстве противоположностей — в единстве материи и духа. Абсолютизация ими односторонности не случайно породила нетерпимость и воинственность. И только реализм, доходя до признания единства и взаимопро- никновения двух наиболее фундаментальных противоположных сторон мира — материи и духа, составляет философию подлинно глобального синтеза. Лишь единицы среди философов и ученых мира доходили до этого глобального синтеза. Но ведь были такие!

Реализм является той самой «бритвой Оккама», которая единственная способна дать адекватное отражение мира во всей его реальности и полноте. Ведь только реализму под силу осуществить синтез односторонних философских направлений — материализма и идеализма, ибо он с этой целью и создавался. Только реализм способен осуществить синтез рационализма и иррационализма, поскольку, наряду с научно-рациональными подходами, дающими знание о материальной составляющей мира, он способен на творческое воображение, сказочное мировосприятие, восторг, столь необходимые для освоения духовной составляющей мира. И поэтому только утверждение реалистического мировоззрения будет способствовать возрождению философии, как высшего проявления человеческого духа.

Почему реалистическая философия, являясь наиболее целостным, наиболее богатым из всех существующих направлений философии, так и не обрела господствующие позиции? На рубеже XVIII—XIX вв. впервые обосновывалась возможность реалистической философии. На рубеже XIX—XX вв. уже доказывалась ее необходимость и будущее господствующее положение. Сейчас — и снова на рубеже веков — осуществляется третья, и возможно решающая, попытка утвердить реалистическую философию. Почему же до сих пор она так и не заняла предсказанное ей господствующее положение в философии? На наш взгляд, основных причин три.

Первая причина — внутренняя. Дело в том, что в рамках самой философии синтез материалистического и идеалистического представлений невозможен. Поэтому мало объявить себя реалистом и даже верно обосновать его сущность и необходимость. Многие так называемые реалисты по этой причине скатывались либо на позиции вульгарного материализма (Д. И. Писарев), либо — на позиции идеализма, что характерно для философов, называвших себя идеал-реалистами (Ф. Шеллинг, В. Вундт, Н. О. Лосский). Подлинный реализм предполагает и требует не только сочетание материализма и идеализма, но и философии с наукой и вненаучным знанием. Для этого надо выйти за пределы собственно философии, к целостному знанию, которое вобрало бы в себя все лучшее, что достигли философия, наука, искусство и религия. Несмотря на то, что такой синтез у всех на устах, более того, он стал даже своеобразной модой, философия, по большому счету, к такому синтезу сейчас не готова. Очень многие философы высказывают убеждение, что целостное знание вообще невозмож- 28 но и что его никогда не было. Но целостное знание, которое раньше называлось синкретическим, было реальностью у древних народов и раннегреческих философов, которое смогли сплавить воедино, не разрывать и не противопоставлять научные, религиозные, художественно-образные и философские представления. Да и позже мы не раз встречаем людей с целостным представлением о мире. Сейчас все более утверждается мысль, что время разбрасывать камни проходит, настает время их собирать, т. е. целостное знание, стремление к нему становится знамением времени.

Вторая причина — внешние условия, которые не способствовали утверждению реалистической философии. XX век явился веком двух мировых войн и последовавшей за ними глобальной мировой холодной войны. С завершением ее мы (втом числе и Россия) сразу же вступили в полосу локальных военных конфликтов, что также не способствует распространению среди населения идей компромисса, согласия, а среди философов — идеи «третьего пути». Воинственность, неприятие инакомыслия, распространенность идей «борьбы до последнего конца» — все это далеко не лучшая ситуация для выработки реалистического мировоззрения. Как следствие — воинственное неприятие идей философского реализма в нашем обществе со стороны подавляющего большинства философов.

Третья причина—чисто психологическая—состоит в родовом (призрак рода) неприятии срединного пути. Нам слишком долго внушали, что середина есть болото (Маркс), что середина презренна (Ленин), что всякий третий путь есть предательство, есть путь в никуда, — и такое представление стало чуть ли не аксиомой. И почему-то забылось народное представление о середине как золотой середине, в котором намного больше мудрости. Но реалистическая философия не есть середина, а именно синтез, снимающий крайности двух абстрактных линий в истории философии — материализма и идеализма. А как синтез она не сводится к механической сумме составляющих ее частей, а представляет новое знание, зачастую принципиально отличное и от материалистического и от идеалистического.

Манифест реалистической философии:

—реалистическая философия призвана преодолеть известный разрыв материи и духа, материального и идеального; —

материя должна определяться по-новому, как объективная реальность, допускающая возможность фиксирования с помощью органов чувств и приборов, противоположная духу, но вне и без него не существующая; —

дух определяется как нематериальная составляющая мира, связанная с материей и без нее не существующая, но определяющая ак- 29 тивность материи, ее способность к самоорганизации, порядку и гармонии на базе закономерностей; —

онтология теперь может быть определена как учение о всеобщих характеристиках мира в контексте их взаимоотношения с соответствующими характеристиками человека, ибо человек понимается как «конспект мира», как ключ к его разгадке и в конечном счете как микрокосм; —

новое понимание онтологии неизбежно влечет за собой и новое понимание гносеологии, когда выравниваются в правах научные и вне- научные формы и методы познания, а отношение между ними строится по принципу дополнительности, обеспечивающему стереоскопическое видение мира.

Итак, возможна ли на этот раз победа реалистического мировоззрения? Если новый век станет веком компромиссов, поисков согласий, то реалистическая философия неизбежно завоюет господствующие позиции. Но если он явится лишь модификацией ушедшего века, то реалистическая философия неминуемо будет выброшена на свалку истории, как это уже не раз происходило в прошлом.

Литература: 1.

Квасов Д. Д. Общие закономерности возникновения и развития Земли и планет. Л., 1986. 2.

Из дневников В. И. Вернадского///Природа. 1967.№ 10. С. 101. 3.

Вернадский В. И. Труды по всеобщей истории науки. М., 1988. С. 51-67, 58, 85. 4.

Тейяр де Шарден. Феномен человека. М., 1980. 5.

Кукушкина Е. И., Логунова Л. Б. Мировоззрение, познание, практика. М., 1989. 6.

Шеллинг Ф. Система трансцендентального идеализма. Л., 1936. С. 11,74. 7.

Менделеев Д. И. Заветные мысли. М., 1995. С. 393—394, 5, 6. 8.

На переломе. Философия и мировоззрение. (Философские дискуссии 20-х годов). М., 1990.

<< | >>
Источник: В.Л. Обухов , Ю.Н. Солонин , В.П. Сальников и В.В. Василькова. ФИЛОСОФИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ПОЗНАНИЯ: Учебник для магистров и аспирантов — Санкт-Петербургский университет МВД России; Академия права, экономики и безопасности жизнедеятельности; СПбГУ; СПбГАУ; ИпиП (СПб.) — СПб.: Фонд поддержки науки и образования в области правоохранительной деятельности «Университет». — 560 с.. 2003

Еще по теме § 3. Философия реализма как фундаментальный синтез материализма и идеализма. Исторические формы реалистического мировоззрения:

  1. 3. Хабермас против фундаментальных положений исторического материализма
  2. 1. ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ И ИСТОРИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ- ОСНОВА НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ
  3. «Умный» идеализм и его близость к материализму. Критика кантианства с позиций «умного» идеализма
  4. §2 Цельное мировоззрение: синтез философии, науки и религии
  5. 1.1. Исторические типы мировоззрения и философия
  6. 1. Материализм или реализм?
  7. 23.1. Идеализм и реализм
  8. 23.2. Неореализм и идеализм: тенденция к синтезу
  9. Между идеализмом и реализмом
  10. 1. Мировоззрение, его сущность и структура. Исторические типы мировоззрения.
  11. Философия как вид мировоззрения
  12. Проблема Я и несовместимость идеализма и материализма.
  13. 2. «МАТЕРИАЛИЗМ» И «ИДЕАЛИЗМ» В ТРАКТОВКЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  14. 22. В чем проявляется античная специфика материализма и идеализма древних греков?
  15. III. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕАЛИЗМА И АТОМИСТИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
  16. 2. Принцип субстанциальности сознания: еще раз о полемике материализма и идеализма
  17. МИРОВОЗЗРЕНИЕ И ФИЛОСОФИЯ КАК МАКСИМАЛЬНО ОБЩИЕ ЯВЛЕНИЯ ДУХОВНОЙ КУЛЬТУРЫ
  18. тема 10 Место XX века во всемирно-историческом процессе. Новый уровень исторического синтеза — глобальная общепланетарная цивилизация