Задать вопрос юристу

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ В ПАМЯТНИКАХ XIV—XVII ВВ.

Задонщина Слово о великом князе Дмитрии Ивановиче и о брате его, князе Владимире Андреевиче, как победили супостата своего царя Мамая ...И сказал князь великий Дмитрий Иванович: «Брат, князь Владимир Андреевич, пойдем туда, прославим жизнь свою миру на диво, чтобы старые рассказывали, а молодые помнили! Испытаем храбрецов своих и реку Дон кровью наполним за землю Русскую и за веру христианскую!»...
Черна земля под копытами, костями татарскими поля засеяны, и кровью их земля полита. Могучие рати сошлись тут и потоптали холмы и луга, и замутили реки, потоки и озера. Кликнуло Диво в Русской земле, велит послушать грозным землям. Понеслась слава к Железным Воротам1 и к Ворнавичу2, к Риму и к Кафе3 по морю, и к Тыр- нову4, а оттуда к Царьграду на похвалу князьям русским: Русь великая одолела рать татарскую на поле Куликове, на речке Непрядве. На том поле грозные тучи сошлись. Часто сверкали в них молнии и гремели громы могучие. То ведь сразились сыны русские с погаными татарами, чтоб отомстить за свою обиду. Сверкают их доспехи золоченые, гремят князья русские мечами булатными по шлемам хи- новским... Не туры рыкают у Дону великого на поле Куликове. То ведь не туры побиты у Дону великого, а посечены князья русские и бояре и воеводы... И сказал Пересвет-чернец5...: «Лучше нам порубленными быть, чем в плен попасть к поганым татарам!» Поскакивает Пересвет на своем борзом коне, золоченым доспехом сверкая, а уже многие лежат посечены у Дона великого на берегу... Подобало в то время старому помолодеть, а молодому плечи свои развернуть. И говорит чернец Ослябя6 своему брату Пересвету-чер- нецу: «Брат Пересвет, вижу на теле твоем раны тяжкие, уже катиться, брат, твоей голове с плеч на траву ковыль, и моему сыну Якову лежать на зеленой ковыль-траве на поле Куликове, на речке Не- пРядве за веру христианскую, за землю Русскую»... И стал великий князь Дмитрий Иванович со своим братом, с кня- Зем Владимиром Андреевичем, и с остальными своими воеводами на костях на поле Куликове, на речке Непрядве. Страшно и горестно, ^Ратья, было смотреть: лежат трупы христианские как сенные стога У Дона великого на берегу, а Дон-река три дня кровью текла... Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 217 Икона XV в. «Никола в житии». Клеймо «Приведение в учение». Мальчик держит дощечку, на которой будет учиться писать. И сказал князь великий Дмитрий Иванович: «Братия, бояре и князья и дети боярские, то вам суженое место между Доном и Днепром, на поле Куликове, на речке Непрядве. Положили вы головы свои за землю за Русскую и за веру христианскую» [5, с. 385—397]. Наставление тверского епископа Семена Полотский князь Константин, прозванный Безруким, собираясь укорить у себя на пиру за что-то своего тиуна, сказал при всех епископу: «Владыко, где будет тиун на том свете?» Епископ Семен 218 Антология педагогической мысли народов СССР отвечал: «Где и князь!» Князь же, рассердившись, говорит епископу: «Тиун неправедно судит, взятки берет, имущество людей с торгов продает, мучит, злое все делает, а я тут при чем?» И говорит епископ: «Если князь хороший, богобоязненный, людей бережет, правду любит, то выбирает тиуном или иным начальником человека доброго и богобоязненного... разумного, праведного, творящего все по законам божиим и судить умеющего. Тогда князь — в рай, и тиун — в рай. Если же князь лишен страха божия, христиан не бережет, сирот не милует и вдовиц не жалеет, то ставит тиуном или начальником человека злого, бога rte боящегося, закона божия не знающего, судить не умеющего,— только для того, чтобы добывал князю имущество, а людей не щадил. Как взбесившегося человека напустил на людей, вручив ему меч,— так и князь, дав округу злому человеку, губит людей. Тут и князь в ад, и тиун с ним в ад!» [5, с. 377]. Из «Жития Стефана Пермского» И еще детищем сый, из млада, вдан бысть грамоте учити, юже вскоре извыче всю грамоту, яко до года... и чтець бысть в соборнеи церкви... И бысть отрок доброразумичен зело... К детям играющим не приставаше: иже в пустоше текущим, и всуе тружающимся, и тщетнаа гонящим не внимаше ни водворяшеся с ними; но от всех детских обычаев и нрав, и игр отвращаашеся, но точию на славословие упражняася, и грамоте прилежаше, и книгам всякым вычению издався: ти тако... вмале много извыкнувшу ему естественою остротою ума своего. Научи же ся в граде Устьюзе всей грамотичней хытрости и книжнеи силе... многы книгы почитавшу... И изучися сам языку пермьскому, и грамоту новую перьмскую сложи, и азбукы не знаемы с чини по предложению перьмского языка, якоже есть ^бе, и книгы русскыа на пермьскии язык преведе, и преложи и пРеписа. Желаа же болшаго разума, яко образом любомудриа изучися и греческой грамоте, и книгы греческиа извыче, и добре почитавше я> и присно имяше я у себе. И бяше умея глаголати треми языки [I]. Из «Жития Сергия Радонежского» —Преиде неколика время месяцей, егда и отдоен бысть законом естества... и от* пелен разрешается, и от колыбели свобожается. И тако абие отроча ростяше прочее время, по обычаю телесного возраста, преуспевая душею, и телом, и духом, и исполняяся разума... донде же достиже седмаго лета возрастом, в егда родители его вдаша его грамоте учити... [7, с. 278]. Отрывок из письма В. Д. Ермолина поляку Якобу ...Дорогой пан, этих книг в таком виде, как ты полюбил хранить, купить не удастся. Этих книг имеется много, да не так выполненных, как тебе хочется,— по обыкновению все в разных переплетах. Кто так написал, у себя и держит, а на деньги не продаст. А если уж тебе захотелось по дружескому ко мне расположению, то следует, пане, прислать мне свою бумагу и с этим делом подождать. А я согласно твоему поручению прикажу многим доброписцам такие книги изготовить с хороших списков в привычном для тебя виде, как ты любишь. А я хочу от всего сердца оказать твоей милости дружескую услугу. А вместе с своею бумагою пришли и денег побольше, на которые то выполнять. А лишнего я нигде нисколько не переплачу, а сделаю для тебя, пане, все согласно твоему замыслу и желанию, как любишь... [8, с. 43]. Послание Геннадия Господину отцу моему Симону митрополиту всея Руссии, сын твой архиепископ Великаго Новагорода и Пскова, владыка Генадей челом биет... Да бил есми челом государю великому князю, чтобы велел училища учинити, а ведь яз своему государю воспоминаю на его же честь да и на спасение, а нам бы простор был: занеже ведь толко приведут кого грамоте горазда, и мы ему велим одны октении учити, да поставив его да отпущаю боржае1, и научив, как ему божественная служба совершати; ино им на меня ропту неть. А се приведут ко мне мужика, и яз велю ему апостол дати чести... и он и по тому едва бредет, и яз его оторку2, и они извет творят: «Земля, господине, такова, не можем добыта, кто бы горазд грамоте»; ино де ведь то всю землю излаял, что нет человека в земле, кого бы избрати на поповство. Да мне бьют челом: «Пожалуй деи, господине, вели учити»; и яз прикажу учити их октении, и он и к слову не может пристати, ты говоришь ему то, а он иное говорит; и яз велю ему учити азбуку, и они, поучився мало азбуки, да просятся прочь, а и не хотят ее учити. А иным ведь силы книжные не мощно достати, толко же азбуку границу и с подтителными словы выучит, и он силу познает в книгах великую; а они не хотят учитись азбуке, да хотя и учатся, не от усердия, а он живет долго; да тем-то на меня брань бывает от их нерадения, а моей силы нет, что ми их не учив ставити. А яз того для бью челом, государю, чтобы веле^ училища учинити, да его разумом и грозою, а твоим благословеньем, то дело исправится; а ты бы, господин отец наш, государем нашим, а своим детем великим князем печаловался, чтобы велели училища учинити... А се мужики невежи учат робят да речь ему испортит, да первое изучит ему вечерню, ино то мастеру принести каша да гривна денег, а завтреня также, а и свыше того, а часы то особно, да те поминки опро- че могорца, что рядил от него; а от мастера отидет, и он ничего не умеет, толко-то бредет по книге, а церковного постатия ничего не знает. Только ж государь укажет псалтырю с следованием изучити, да и все, что выше писано, да что от того укажет имати, ино учащимся легко, а сяк не смеют огурятися3. А чтобы и попов ставленных велел учити, занеже то нерадение в землю вошло, и толко послышат то учащиися, и они с усердием приймут учение. А ныне у меня побежали ставленикы четыре, Максимко, да Куземко, да Офоноско, да Омельян- ко мясник, а тот с неделю не поучився, ступил прочь с ними ж; а и православны ли те будут? По мне, ино те непригожи в попы; о тех-то бог пророком рече: «Ты разум мой отверже, аз же отрину тебе, да не будеши мне служитель». И ты бо, господин отец наш, государем великим князем печаловался; а яз твой сын, тебе, своему господину отцу, челом бию... [2, с. 146—148]. Афоризмы из сборника «Пчела» Не место может украсить добродетель, но добродетель — место. Копающий яму под ближним своим — упадет в нее. Лучше малое имущество, добытое правдой, чем многое богатство — без правды. Рана от верного друга достойнее, чем поцелуй врага. Не покидай старого друга, ведь новый не будет похож на него. Друг верный не изменится — и нет меры доброте его. Не так огонь жжет тело, как душу разлука с другом. Уменье коня узнается на войне, а верный друг — в беде. Золото огнем испытывается, а друг — жизненными напастьми. Друга ищи не того, кто любезен с тобой, кто с тобой соглашается, а крепкого советника, кто полезного для тебя ищет и противится твоим необдуманным словам. Муж обличающий лучше льстящего. Всем угождать — зло. Богатым все люди друзья. Того считай другом, кто любит тебя, а не тех, что вокруг тебя. Кто хочет другими управлять, пусть сначала научится владеть собой. Кто многим страшен, тот будет многих бояться. Не богатый благоразумен, а тот, кто богатства не требует. Большое богатство глупым детям не приносит пользы. Лучше, в худые одежды одеваясь, радоваться, чем в дорогих — печалиться. Уча — учи поступками, а не словами. Не следует сыпать жемчуг перед свиньями. Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 221 Не ищи ни от рыб голоса, ни от ненаученного доброго дела. Ученье имеет корень горький, а плод сладкий. Злой конь уздой воздержится, а быстрый гнев умом обуздается. Кроткое слово укрощает гнев. Ни быстро упущенной птицы не можешь опять поймать, ни слова, вылетевшего из уст, не можешь вернуть. Лучше ногами споткнуться, чем языком. Следует дважды слушать, а один раз сказать [5, с. 215, 217]. Афоризмы из сборника «Мудрость Менандра» Ум — большое богатство для человека. В каждом доме есть один раб — сам хозяин. Лучше молчать, чем зло говорить. Или не делай тайны, или, задумав ее, знай ее только сам. Лучше ум копить, чем богатство лукавое. Держись со всеми как равный, если в жизни ты и выше. Рассуждать умеют многие, а понимать — не все. Меч ранит тело, а злое слово — ум. Нет никакого имущества дороже друга. Не радуйся, видя других в беде. Отец тот, кто вскормит, а не тот, кто родит. Человеческому уму время — учитель. Много друзей при хорошей жизни, а не в несчастье. Легче утешать, чем самому терпеть страдание. Бывает иной раз смолчать лучше, чем сказать. Богатого все считают мудрым. Получив добро, помни, а сделав — забудь [5, с. 217, 219]. Постановления «Стоглава» об обучении и училищах Глава 25. О дьяцех, хотящих во дьяконы и в попы ставитися. О ставленикех, хотящих во дьяконы и в попы ставитися, а грамоте мало умеют; и святителем их поставити — ино сопротивно священным правилом, а не поставити — ино святыя церкви без пения будут, а провославные хрестьяне без покаяния умирати. И святителем избира- ти по священным правилам — в попы ставити 30 лет, а в диаконы 25 лет; а грамоте бы умели, чтобы могли церковь божию содержати и детей своих духовных, православных хрестьян, управити могли по священным правилом. Да о том их святители истязуют с великим запрещением1: почему мало умеют грамоте, и они ответ чинят: мы-де учимся у своих отцов, или у своих мастеров, а инде нам учитися негде; сколько отцы наши и мастеры умеют, потому и нас учат, а отцы их и мастеры их и сами потомуж мало умеют... а учитися им негде. А прежде сего в российском царствии на Москве, и в Великом Новеграде, и по иным городам многия училища бывали, грамоте, 222 Антология педагогической мысли народов СССР ление: вам и чадам вашим. Аше сего моего писания не внемлете и наказания не послушаете, и потому не учнете жити, и не тако творити, яко же есть писано, сами себе ответ дадите в день страшного суда; и аз вашим винам и греху не причастен, кроме моея души; аз о сем всяком благочинии благословлял, и плакал, и молил, и поучал, и писание предлагал вам; и еще восприимете сие мое худое учение и грубое наказание, и сие со всею чистотою душевною; и прочитал, прося у бога помощи и разума, поелику возможно, как бог вразумит вас; и начнете делом творити вся си: будет на вас милость божия, и пре- чистыя богородицы, и великих чудотворцев, и наше благословение, отныне и до века, и дом ваш, и чада ваша, и стяжание ваше, и обилие ваше, что вам бог подаровал от нашего благословения и от своих трудов, да будет благословенно, исполнено всяких благ, во веки, аминь. 14. Како чтити детем отцов своих духовных и повиноватися им. Подобает ведати се: како чтити детем отцов своих духовных. Изыскати отца духовного добра, боголюбива, и благоразумна, и рассудительна, а не потаковника, пьяницу; ни сребролюбива, ни гневлива; такова подобает чтити, и повиноватися ему во всем; и каятися пред ним со слезами; исповедати грехи своя не стыдно и бессрамно; и заповеди его храните. А призывати его к себе в дом часто, и извещатися всегда, во всякой совести; и наказание его с любовью приимати, и послушати его во всем, и чтите его, и бейте челом пред ним низко; он учитель наш и наставник; и имейте его со страхом и любовью; к нему приходите, и приношение ему давайте от своих трудов по силе; и советовати с ним часто о житие полезном, и восстязатись от грехов своих1; и како учити и любити мужу жена своя и чада, а жене мужа своего слушати, и спрашиватися по вся дни; а извещатися о гресех своих всегда пред отцем духовным, и обнажати грехи своя вся, и покорятися пред ним во всем: тии бо бдят о душах ваших, и ответ дадут о вас в день страшного суда; а не поносити их, не осуждати, не укоряти; а о ком учнут печаловатися, ино его слушати, и виноватого пожаловати, по вине смотря, с ним же рассудя. 15. Како детей своих воспитати во всяком наказании и страсе божии. А пошлет бог, у кого дети, сынове или дщери, ино имети попечение отцу и матери о чадех своих: снабдити их и воспитати в добре наказании; и учити страху божию и вежеству и всякому благочинию; и, по времени и детем смотря и по возрасту, учити рукоделию; матери дщери, а отцу сынове, кто чего достоин, каков кому просуг2 бог даст; любити их, и беречи, и страхом спасати. Уча и наказуя, и рассуждая, раны возлагати: наказуй дети во юности, покоит тя на старость твою; и храните, и блюсти о чистоте телесней, и от всякого греха, отцем чад своих, яко же зеницу ока и яко своя душа. Аще что дети согрешают отцовым и матерним небрежением, им о тех гресех ответ дати в день страшйЬго суда. А дети, аще небрегомы будут, в ненаказании отцов и матерей, аще что согрешат или что зло сотворят, и отцем и матереМ, с детьми, от бога грех, а от людей укор и посмех, а дому тщета, а себе скорбь и убыток, а от судей продажа и соромота. Аще У богобоязливых родителей, и у разумных и благорассудных, чада 224 Антология педагогической мысли народов СССР зоспитани в стасе божии, и в добре наказании, и в благорассудном учении, всякому разуму и вежеству, и промыслу, и рукоделию, и те чада с родители своими бывают от бога помиловани, а от священ- наго чину благословены, а от добрых людей хвали ми; а егда будут в совершене возрасте, добрые люди, с радостию и с благодарением, женят сыновей своих по своей версте3, по суду божию; а дщери за их дети замуж выдают. И аще от таковых, которое чадо бог возьмет, в покаянии и с причастием; то от родителю бесскверная жертва к богу приносится, и в вечные кровы вселяются; а имеют дерзновение у бога милости про- сити, и оставление грехов и о родителях своих. 17. Како дети учити и страхом спасати. Казни сына своего от юности его, и покоит тя на старость твою, и даст красоту душе твоей. И не ослабляй, бия младенца: аще бо жезлом биеши его, не умрет, но здравее будет, ты бо, бия его по телу, а душу его избавляеши от смерти. Дщерь ли имаши: положи на них грозу свою, соблюдеши я от телесных; да не посрамиши лица своего, да в послушании ходит; да не свою волю приимши, и в неразумии сотворится знаем твоим в посмех, и посрамят тя пред множеством народа; аще бо отдаси дщерь свою без порока, то яко велико дело совершиши, и посреди собора похвалишися; при концы не постонеши на ню. Любя же сына своего, учащай ему раны, да последи о нем возвесе- лишися. Казни сына своего измлада, и порадуешися о нем в мужестве: и посреди злых похвалишися, и зависть приимут враги твои. Воспитай детище с прещением4 и обрящеши о нем покой и благословение. Не смейся к нему, игры творя: в мале бо ся ослабиши, в велице поболи- ши, скорбя; и после же яко оскомины твориши душе твоей. И не дажь ему власти во юности, но сокруши ему ребра, донележе растет, а, ожесточав, не повинет ти ся; и будет ти досажение, и болезнь души, и тщетна домови, погибель имению, и укоризна от сусед, посмех пред враги, пред властию платеж и досада зла. 22. Каковы люди держать и как о ним промышлять; во всяком учении, и в божественных заповедях, и в домовном строении. А людей У себя добрых дворовых держати, чтобы были рукоделны: кто чему достоин и какому рукоделию учен. Не вор бы, не бражник, не зерщик , не тать, не разбойник, не чародей, не корчмит, не оманщик. Всякой бы человек у добраго государя научен страху божию, и вежеству, и смиренью, и всяким добродетелем; доброму промыслу, не солгал, не разбил, никого бы не обидел; сыт бы был государевым жалованьем да оден или своим рукоделием. А чем государь пожалует: платьем, или л°шедь, и всяким нарядцом, или пашенькою, или какою торговлею, а и сам что замыслит своими труды, ино лучшее платенко верхнее и нижнее, и рубашка и сапог — блюсти по праздником и при добрых Л1ОДех, в ведро, а всегда бы было чистенько, и не изваляно, и не изгряз- Нено, и не излито, и не измочено, и не измято. А который человек глуп, и груб, и невежда, и небрежен, а и есть У нево платенко, государьско жалованье, или своими труды сделано, да еРечи не умеет, ино государю или кому приказано, у таких нечювст- Венников платье берегут у себя лучшее; дадут коли во время надеть, да опять, снемше, у себя блюдут. А всем дворовым людям наказ: всегда, что делают, в ветшаном платье, а как пред государем и при людех, в чистом повседневном платейце; а в праздники и при добрых людей, или с государем, или с государынею где быти: ино в лучшем платье; а беречи от грязи, и от дожжа, и от снегу; и пришед, да сняв платейце, высушить и вымять, и вытерьть, и выпахать; хорошенько укласть и упрятать, где то живет. Ино и себе мило, и от людей чесно, и государю споро, и слушкам прочно, и всегды внове. А люди б были во чти и в грозе и во всяком дозоре. Промеж бы себя не кралися; чужого бы отнюдь не хотели ни коими дела, а государьского бы берегли, все за один; а государю бы и государыни не лгали, и не клеветали ни на кого ни в чем. А государи бы тем не потакали, а обыскивали бы прямо: ставя с очей на очи; дурному бы не попущали, а доброго бы жаловали; ино всяк добру ревнует и государьское жалованья хочет выслужить правдою и прямою своею службою; и государьским наказом и добрым науком век живет, и душу спасет, и государю служит и богу угодит. Да наипаче указывати, которым вместно, к церкви божии всегда ходити, и по праздником; или во дворе петья слушати, и особ наедине молитися; чистота телесная хранити от всякого пьянства и лакомства и от безвременного пития и ествы; и объядения и пиянства выздержатися; и отцов бы духовных и с женами своими имети; и на покояния приходили. А женатые с своими женами законно бы жили, по духовнаго отца наказанию. Да чему сам от государя научен, того бы и жены наказывали: всякому страху божию и вежеству; и государыни бы слушали, и повиновалися во всем; и своими труды и рукодельем выслуживалася, а не крала бы, и не лгала, и не бражничала, и с дурными речми к государыне не приходила, и волхвов, и с кореньем и с зельем, кто тем промышляет, с теми бы отнюдь не зналася, и государем бы про таких людей не сказывали: то бо суть слуги бесовские; служили бы государем своим верою и правдою, и добрыми делы, и праведными труды. А государи бы и государыни людей своих: мужей, и жен, и ребят, и всяких слуг жаловали, и кормили, и поили, и одевали; и в тепле бы жили, и во всяком покои и в благоденстве всегда. И государя бы, себя и свою душу, и дом свой, добре строив, и домочадцов безо всякия скорби,— тоже нищих и странных и убогих, вдовиц и сирот, покоити достойно, от своих праведных трудов. И к церквам божиим и церковником и в монастыри приносити милостыня, и к себе, в домы своя, призывати: ино то и богу приятно и души полезно. А отнюдь бы не вмещалося в дом ни от насилия, ни от грабления, или от всякого мше- лоимства6, ни от посулу, ни от поклепу, ни от резоимства7, ни от ябедничества, ни от крива суда. Аще от сего зла бог соблюдет, тот дом будет благословен отныне и до века. 39. Аще муж сам не учит, ино суд от бога приимет; аще сам творит и жену и домочадцов учит, милость от бога приимет. Аще муж сам того не творит, что в сей памяти писано, и жены не учит, и дом свой не по бозе строит, и о своей души не радит, и людей своих по сему писанию не учит, и он сам погублен в сем веце и в будущем, и дом свой погубит. Аще ли добрый муж о своем спасении радит, и жену наказует, 226 Антология педагогической мысли народов СССР тако же домочадцов своих всякому страху божию учит, и законному християньскому жительству, яко же есть писано,— и он, вкупе со всеми; в благоденстве по бозе жизнь свою препроводит и милость божию получит [6, с. 126—132]. Благословение от благовещенского попа Сильвестра возлюбленному моему единородному сыну Анфиму Сын мой! Ты имеешь на себе и святительское благословение и жалование государя царя, государыни царицы, братьев царских и всех бояр, и с добрыми людьми водишься, и со многими иноземцами большая у тебя торговля и дружба; ты получил все доброе: так умей совершать о боге, как начато при нашем попечении... В церкви и дома на молитве самому, жене, детям и домочадцам стоять со страхом, не разговаривать, не озираться, читать единогласно, чисто, не вдвое. Священнический и иноческий чин почитай; повинуйся отцу духовному, в дом свой призывай священников служить молебны. В церковь приходи с милостынею и с приношением. Церковников, нищих, малолетних, бедных, скорбных, странствующих призывай в дом свой, по иле накорми, напой, согрей, милостыню давай в дому, в торгу, на пути. Помни, сын, как мы жили: никогда никто не вышел из дома нашего тощ или скорбен. Имей любовь нелицемерную ко всем, не осуждай никого, не делай другому, чего сам не любишь, и больше всего храни чистоту телесную, да возненавидь хмельное питье; господа ради отвергни от себя пьянство: от него рождаются все злые обычаи; если от этого сохранит тебя господь, то все благое и полезное от бога получишь, от людей честен будешь и в душе своей просвет сотворишь на всякие добрые дела. Жену люби и в законе с ней живи; что сам делаешь, тому же и жену учи: всякому страху божию, всякому знанию и промыслу, рукоделью и Домашнему обиходу, всякому порядку. Умела бы сама и печь и варить, всякую домашнюю порядню знала б и всякое женское рукоделье; хмельного питья отнюдь бы не любила, да и дети и слуги у ней так же бы его не любили; без рукоделья жена ни на минуту б не была, так же и слуги. С гостями у себя и в гостях отнюдь бы не была пьяна, с гостями вела бы беседу о рукоделье, о домашнем порядке, о законной христианской жизни, а не пересмеивала бы, не переговаривала бы ни о ком; в гостях и дома песней бесовских и всякого срамословия ни себе, ни слугам не позволяла бы; волхвов, кудесников и никакого чарования не знала бы. Если жена не слушается, всячески наказывай страхом, а не гневайся; наказывай наедине, да наказав примолви, и жалуй и люби ее. Также детей и домочадцев учи страху божию и всяким добрым делам. Домочадцев своих одевай и корми достаточно. Ты видел, как я жил в благоговении и страсе божии, в простоте сердца, в церковном пРИлежании, со страхом всегда пользуясь божественным писанием; Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 227 Глиняные игрушки. «Медведь» — XVII в., «Коники» — XVI—XVII вв. ты видел, как я был от всех почетаем, всеми любим; всякому старался я угодить: ни перед кем не гордился, никому не прекословил, никого не осуждал, не просмеивал, не укорял, ни с кем не бранился; приходила от кого обида — терпел и на себя вину полагал; оттого враги делались друзьями. Не пропускал я никогда церковного пения; нищего странного, скорбного никогда не презрел, заключенных в темницы, пленных, должных выкупал, голодных кормил; рабов своих всех освободил и наделил; и чужих рабов выкупал. рЛвсе эти рабы наши свободны, и добрыми домами живут и молят за нас бога, и добра хотят нам всегда. Теперь домочадцы наши все свободные, живут у нас по своей воле. Видел ты, сколько я сирот, и рабов, и убогих, мужского пола и женского, в Новгороде и в Москве вскормил и вспоил до совершенного возраста, научил кто к чему был способен: многих грамоте, писать, петь; иных иконному писанию, других книжному рукоделию; одних серебряному мастерству, других другому какому-нибудь рукоделию, некоторых выучил торговать. Также и мать твоя многих девиц, сирот и бедных воспитала, выучила и, наделив, замуж отдавала; а мужчин мы поженили у добрых людей. Многие из них в священническом и дьяконском чину, в дьяках, подьячих и во всяких чинах, кто чего дородился и в чем кому благоволил бог. Во всех этих наших вскормленниках и послуживцах ни сраму, ни убытка, никакой продажи от людей, ни людям от нас, ни тяжбы ни с кем не бывало; а от кого из них досада и убытки большие бывали, то все на себе 228 Антология педагогической мысли народов СССР понесено, никто того не слыхал, а нам то бог исполнил. И ты, сын, так же делай: на себе всякую обиду понеси и претерпи: бог сугубо исполнит. Гостей приезжих у себе корми; а на соседстве и с знаковыми любовно живи, о хлебе, о соли, о доброй сделке, и всякой ссуде. Доедешь куда в гости, поминки недорогие вези да любовь. А в пути от стола подавай домохозяевам и приходящим, сажай их с собою за стол и питейца также подавай; а маломочным милостыню давай. Если так будешь делать, то везде тебя ждут и встречают, в путь провожают, 0т всякого лиха берегут... на дороге не разобьют. Кормят вот для чего: доброго за добро, а лихого от лиха, чтобы на добро обратился. Во всем этом убытка нет: в добрых людях хлеб-соль заемное дело; и поминки тоже, а дружба вечная и слава добрая. На дороге, в пиру, в торговле отнюдь сам брани не начинай, а кто выбранит, терпи бога ради. Если людям твоим случится с кем-нибудь брань, то ты на своих бронись, а будет дело кручиновато, то и ударь своего, хотя бы он и прав был: тем брань утолишь, также убытка и вражды не будет. Недруга напоить и накормить: то вместо вражды дружба. Вспомни великое божие милосердие к нам и заступление: от юности и до сего времени на поруку я не давал никого, ни меня никто не давал, на суде не бывал ни с кем. Видел ты сам мастеров всяких было много, деньги я давал им на рукоделье вперед, много было из них смутьянов и бражников, но со всеми с теми в сорок лет расстался я без остуды, без пристава, без всякой кручины.
Все то мирено хлебом да солью, да питьем, да податей, да своим терпением. А сам у кого что покупал, продавцу от меня милая ласка, без волокиты платеж, да еще хлеб и соль сверх. Отсюда дружба во век: мимо меня не продаст, худого товара не даст. Кому что продавывал, все в любовь, не в обман: не понравится кому мой товар, назад возьму и деньги отдам; о купле и продаже ни с кем брани и тяжбы не бывало, оттого добрые люди во всем верили, иноземцы и здешние. Никому ни в чем не солгано, не манено, не пересрочено; ни кабалы, ни записи на себя ни в чем не давывал, ложь никому ни в чем не бывала. Видел ты сам, какие большие сплетки со многими людьми бывали, да все, дал бог, без вражды кончалося. А ведаешь и сам, что не богатством жито с добрыми людьми: правдою, да ласкою, да любовью, а не гордостию, и безо всякой лжи [10, с. 173— 176]. Прещение вкратце о лености и нерадении всякому бываемому во учении и поучение о любомудре ном разумении и о прилежном к нему постижении От некоего нарочита дидаскала, чтобы во умена память не престала всякому во учении бываемому и от божия благодати неэираемому и яко добро есть учение во младости, нежели во старости. Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 229 Аще и двоестрочием слогается, но обач от тогож божественного писания избирается. Того ради достоит сие во учении цо почасту прочитати, чтобы ко учению крепостне прилежати и леность и нерадение от себе отревати, як леность и нерадение погубляет всяко благое дело, паче же всего губит душу и тело. Бодрость же и тщание много добра сотворяет, понеж сию безмерную нашу царицу горе возвышает, зде тебе зримому нами ученику и всем таяжде всякому возрасту реку подобает вам учение любити, аки сладкую реку пити, понеж учение добро похвально есть при всех. Аще получить его в младых летех того ради достоит ти о сем нерадети, но упразнившемуся прилеж мудрости не умети. Какой что учнем писати к твоей младости не тако бывает лепо учение в старости, якож к мягкому воску печать воображается, зело и учение от младых ногтей крепкотне во ум вкореняется. Юность и младость тобою владеет, многуж спону из обильства деет и нечтож дрожа мудроумного учения, хотя кто и много имеет у себе телесного наслаждения. Аще еси изобилен всем, да не будеши ленив и привсем леность гаки и нерадение добра не сотворяет, ум же и мысли на зло дело претворяет. Ныне молим изрядное твое прирожение, иж бы тебе держати в себе крепко умное разумение. Какож паки напишем к твоему младому возрастению, иже тебе прилежати к сему доброму разумению, тул во время расти избавляет от телесного уязвления и тое бо разумение избавило тя от словесного посрамления. Честь и бесчестье мужу во устех, юность ж и младость разумная преудивит всех, червит веком багры царские, есть ж и учение по премногу украшает теж чины градские, реки и источники и вся животная напояют, не менее ж того и мудрии мужие учением своим всех наслаждают. Ей ей неложно тебе от грешных устне своих изнесем, церковного ж великого светильника глаголы сопринесем, свет убо есть и разум доброе учение, аще будет у тебе к нему крепкое рвение и во истинну паки похвален будеши от всех, а и ныне остроумие твое хвально есть при инех, такмо отрини от себе леность и нерадение, иже погубляют доброе разумение, 230 Антология педагогической мысли народов СССР 0 зрим, что если к учению остроумен, паДУемСЯ» чт°б ты в то во учебное время был единодумен, аще надеешися на то свое остроумие, дерзож паки рцем лепос погубляет и само благоразумие, 0ко нездраво нечисто к солнцу зрит, вемы ж не всякии младые ум крепостне ко учению прилежит, аще бе тя таковым даром обогатил, телесное ж твое благолепие вельме украсил. ]/[ тебе бы всего того лепостно своею не потеряти, со многим радением ко учению сему прилежати. Яко сладко ядение кушати и отеческого повеления слушати. дки семидална хлеба с сахары кушати и аще не восхощем послушания имети, то не можешь великая мудрости имети. Прочее буди со здравием многолетен и противу вопросов ученик быти ответен во веки веков аминь. А нас от своего жалования не отринь, а в том на нас гнева и досады не держи, но в разумении своем положи. Что пишем к тебе яко бы претительно, чтобы было тебе разумительно. Лиха ж тебе не хотим токмо младый ум твой крепим, чтоб ты был мужествен и разумен во всем и не посрамлен был ни в чем. Аще ли ты ныне и тяжко мнится, но последи ум твой и сердце возвеселится. Зря все бе тако все доброе учение, аки паки некое сладкое вкушение и ныне пишем тебе акы к полному леты, чтоб тебе и днесь перенимати разумные советы. И вышереченную ту леность от себе отревати и децкому игранию не внимати. А мы грешнии рождшг тя и твоему жалованию жадни и по вашему велению ради приходити к вам повся дни и по своей силе убозеи тебя учити, чтоб тебе настоящее сие учение получити. Вещши сего не имам, что к тебе писати, младого и колеблющего ума с нуждою будет наказати. И подобает ти сие писанецо блюсти до своего живота, чтоб всегда назирала твоя разуличная острота. Лености и нерадению тебе не вдаватися и против их крепостне вооружатися, аЩе научити себе в вышереченном том младости, т° и велия честь и хвала будет в старости, Паки писано есть учение свет, п°неж приводит в мудрых совет, Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. а неученье нарицается тьма, понеже от мудрых посрамляется весьма. Адамант камень тяжек есть изменением, такожи любомудростным муж драг есть своими разумением и паки наказанный мудрости и исполненыи умной глупости, аки злат сосуд бисера наполнен или як некий источник сладкия воды исполнен. А неученому горе аки сосуд скудельничь пуст, понеж ничтож может добра изнесть от своих уст и всегда ходят во своем неразумии и не размышляет о своем безумии. Токмо обычеи ему есть мудрых укоряти и сердца их раздражати и свое безумие утешати и чтоб никому ничего не знати. И ты сего деянию не внимай, но лучшее от всего избирай и на усте своем пологай, а нас, грешных, в памяти своей не забывай и сему письменцу конец, а всем наставники учитель отщии нам творец, ему ж слава и держава во веки веком, а окроме его не тако жити не о ком, прочее буди покровен вышнею десницею, да воздаст ти разума и смысла сторицею. Азбука отпускная тебе, моему ученику, истинно и неложно тебе изреку. Яко не печалуюся тако ни о ком, понеж не зрю такова рячению ни в ком. Накож тебе господь бог подаровал, мню яко от чрева материя таковым даром тебе назнаменовал. Звание же твое тезоименито и тебе б то да иное от ба разумение всегда на памяти своей держати, и никако же ти обывати и выну ему хресту своему и богу молитися и о том да инем тебе от него даре трезвитися и обоготил тя аки никим драгим богатством, сиреч изрядным тем калигравством. Еще ж к тому и зелным тем великим рачением, всяка убо добро бывает божественным мановением... Слогает же ес сие тебе посланейцо по алфавиту, чтоб ти о бога по сему своему умению быти имениту, аще ж и двоестрочием счиняется, обаче и твое остроумие тому научается. Аз бо многогрешный имярек твои дидаскал, много тебе от своих си калигравственных словес писал, божиею благостью научил тебе своему умению и тебе бы держати к нему ревность велию. Всегда б тебе на памяти своей держати и дедкое б тебе мудрование о себе оревати, грубо воистинну и неразумное же нашед погубити и многие труды ни во что положите. добро убо есть во всяком таком любомудрии упражнятися и пустотных игр отвращатися. Ей ничто же учения дражайти, некогда ж бывает сребра и злата множайши. ЯСити бо во младости всякому человеку без учения нелепо, якож не ученому коню ходите будет свирепо. Зело убо есть непохвально неученому неучену быти и не добрым именованием слыти. Зрю тя ныне в таковем учении велми разумна, да не услышу тя никогда леностью твоею и нерадением безумна. Ничто же честнее в человецех учения и тебе бы не преслушати сего нашего к тебе речения и аще не похощешь сих наших словес к себе слышати, то не будет семил да хлеба с сахары кушати. Красно убо есть воистинну учена мужа зрети, яко злата сосуда подобает его имети. Ленивых же и неродивых о себе охуждают и не умеющих ничего велми не похваляют. Муж мудр хвалим есть от всех... никакож не мози ленитися, всегда б тебе о досужестве своем трезвитися, отроческом убо паки и децкому невнимати и их мудрование далече от себя отревати. Похвала младым и старым учение, того ради подобает ти о сем имети много рачения. Резвость конная на рати познавается, а мудроумной муж от своего досуга похваляется. Срам есть мужа ничтож умети, глупо ж и неразумно мудра себе мнети. Тернии и волчец подавляет пшеницу, леность же и нерадение погубляет и хитротвердую десницу. Учение паче злата и сребра бывает, понеж хитростью своею всех удивляет. Филосовские обычаи и нравы нас учат, 0 всякой хитрости прилеж нам упражнятися велят, хитрость бо науки любит прилежание, 0 лености ж и нерадения добра не бывает, Но и паче многое добро погибает. Царские дворы изрядне устроняюся от разумных, Хощу и тебе видети во многоумных. ^естно и славно о человецех богатство, ^°Хвально ж вельми бывает и хитроручное изрядство. белковидное ухищрение дивно есть зрети, Не Менее ж того и калигравство чистое кому имети... Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 233 И тако тя таковым даром обогатил, а яз грешный по егож велицей милости тебя научил и тебе б паки о сем не ленитися, и всегда б тебе о том трезвитися, и будеши похвален в велицем сем же государстве... [4, с. Ill Hgj Наказание к учителям, како им детей учити грамоте и како детям учитися божественному писанию и разумению Како им подобает искусство имети в словесах, и в речах, и в пословицах, чтобы ученикам их было в научение и воизвещении разума, а не в срам и понос, паче же да не в грех. Подобает убо вам, учителям, ^ведати, како вам младых детей учити божественным письменам. Первое убо вначале буквам, сиречь азбуце. Потом же ча- совнику и псалтири и прочим божественным книгам. И паче же убо всего ежебы вам наказати и изъучити учениками азбуке часто и прямо по существу, како каждое слово речию зовется, и неспешно. А и самим бы вам знати же естество слова, и силу их разумети, и где говорити дебело и тоностно, и где с пригибением уст, и где с раз- движением, и где просто. Паче же ять с естем разнити еже бы не речие вместо в «пЪния» — пение, а вместо «пЪти» — пети» и вместо «сЪсти» — «сести» и прочая таковая. Сие бо вельми зазорено и укорно, еже ять вместо ести глаголяти, так также и есть вместо яти. От сего бывает велие несмысльство учению. Такоже бо и верхняя сила знати и ученикам своим сказывати имена и силу их, яко убо наяждо их свою силу имать... Когда ученик говорит разумно и внятно и слышать от него приятно, донеже в слогах разум мног держать точки и запятые. А неведая сего яко во тьме шатается. А осем нам подобает зело прилежати, чтобы ученикам спешно не говорити, но говорити бы противу силы верхнего разума. А от спеха разума учению не боуде и языку ученикам великая спона, наче же и богу досада и душам нашим великий грех. Стихи воспитательного характера Слово о ленивых О чадо мое любимое! Рассмотряйтеся и разумейте истину, Не долго спите, не долго лежите, Якожь многожды спати иматы без меры, Добра не добыта, а лиха не избыти. А слава добрые не получити, 234 Антология педагогической мысли народов СССР А красные ризы не носити, А медвяны чаши не испивати, А своего хлеба не едати, А богу и князю милу не бывати, А сладости не зидати... [3, с. 569]. Похвала розге Розгою дух святый детище бити велит: Розга убо мало здравия вредит. Розга разум во главу детем погоняет. Учит молитве и злых убо всех стрезает. Розга родителем послушны дети творит, Розга божественного писания учит. Розга, аще убиемо, но не ломит кости,— Детищь оставляет всякие злости... Благослави, боже, оные леса, Яже розга родят на долгия времяна! [3, с. 585]. Спор по поводу Катехизиса Лаврентия Зизания ...Илья и Гришка: У тебя в книге написано о кругах небесных, о планетах, зодиях, о затмении солнца, о громе и молнии, о трес- новении, шибании и перуне, о кометах и о прочих звездах, но эти статьи взяты из книги Астрологии, а эта книга Астрология взята от волхвов еллинских и от и дол ослу жите лей, а потому к нашему правословию не сходна. Зизаний: Почему же не сходна? Я не написал колеса счастия и рождения человеческого, не говорил, что звезды управляют нашею жизнию; я написал только для знания; пусть человек знает, что все это тварь божия. Илья и Гришка: Да зачем писал для знания? Зачем из кнИги Астрологии ложные речи и имена звездам выбирал, а иные речи от своего умышления прилагал и неправильно объявлял? Зизаний: Что же я неправильно объявлял? Какие ложные речи и имена звездам выбирал? Илья и Гришка: А разве это правда, говоришь: облака, надувшись, сходятся и ударяются и от того бывает гром, и звезды называешь Животными зверями, что на тверди небесной? Зизаний: Да как же, по-вашему, писать о звездах? Илья и Гришка: Мы пишем и веруем, как Моисей написал: сотворил два светила великие и звезды, и поставил их бог на тверди Небесной светить по земле и владеть днем и ночью, а животными Зверями Моисей их не называл. Зизаний: Да как же эти светила движутся и обращаются? Илья и Гришка: По повелению божию. Ангелы служат, тварь в°дя. Зизаний: Волен бог да государь, святейший кир, Филарет-патри- арх, я ему о том и бить челом приехал, чтоб мне недоумение мое исправил, я и сам знаю, что в книге моей много недельного написано. Илья и Гришка: Прилагаешь новый ввод в Никифоровы правила, чего в них не бывало; нам кажется, что этот ввод у тебя от латинского обычая; сказываешь, что простому человеку или иному можно младенца или какого человека крестить. Зизаний: Да это есть в Никифоровых правилах. Илья и Гришка: ...У нас в греческих Никифоровых правилах нет, разве у вас вновь введено, а мы таких новых вводов не принимаем. Зизаний: Да где же у вас взялись греческие правила? Илья и Гришка: Киприан-митрополит, когда пришел из Констан- тинограда на русскую митрополию, то привез с собою правильные книги христианского закона, греческого языка правила и перевел на славянский язык, божиею милостью они пребывают и до сих пор безо всяких смутков и прикладов новых вводов, да и многие книги греческого языка есть у нас старых переводов, а которые теперь к нам выходят печатные книги греческого языка, то мы их принимаем и любим, если они сойдутся с старыми переводами, а если в них есть какие-нибудь новизны, то мы их не принимаем, хотя они и греческим языком тиснуты, потому что греки теперь живут в великих теснотах, в неверных странах, и печатать им по своему обычаю невозможно. Зизаний: И мы новых переводов греческого языка книг не принимаем же; я думал, что в Никифоровых правилах в самом деле написано, а теперь слышу, что у вас этого нет, так и я не принимаю; простите меня бога ради; я для того сюда и приехал, чтоб мне от вас здесь лучшую науку принять [11, с. 333—334]. Привилегия Московской академии •...Мы великий государь... тщахомся1 врученное нам царство право правити и должности царские совершати. От них же есть первая и величайшая должность охранение восточные православные веры и тоя о расширении промышление. Та же той подобная о благочинном государства управлении и о защищении имети тщание. Знающе же убо едину оных и прочих царских должностей родительницу и всяких благ изобретательницу и совершительницу быти мудрость: ибо оною паче иных всех образов слава божия умножается, православная наша восточная вера от злокозненных еретических хитростей в целости сохраняется и расширяется; варварские народы богознанием просвещаются; правоверные же ко известнейшему познанию догматов веры достизают и очищения совести хранйТИ научаются. Тоюжде вся царствия благочинное расположение, пра~ восудства управления и твердое защищение и великое распростри нение приобретают. Сокращение же да речем: мудростию во веШа* гражданских и духовных познаваем злое и доброе. Злое — да от него уклонимся; доброе же — да ему последуем. И желающе за пребывание с премудростью нам великому государю присно быти, ни о чесом же тако тщание наше сотворяем, яко же о изобретении премудрости, с нею же вся благая от бога людем дарствуются... Того ради... благоволим в царствующем нашем и богоспасаемом граде Москве при монастыре премудрости и смысла подателя всемилостивого Спаса, иже в Китае на Песках, нарицаемом Старый, на взыскание2 юных свободных учений мудрости и собрания общего ради от благочестивых и в писании божественном благоискусных дидаскалов, изощрения разумов, храмы чином Академии устроити; и во оных хощем семена мудрости, то есть науки гражданские и духовные, наченше от грамматики, пиитики, реторики, диалектики, философии разумительной, естественной и нравной, даже до богословия, учащей вещей божественных и совести очищения, постановите. При том же и учению правосудия духовного и мирского и прочим всем свободным наукам, ими же целость Академии, сиречь училищ, составляется быти. И в ней всему чину академическому, иже чин напишется и нашим царским рассмотрением по совету с отцом нашим и богомольцем святейшим патриархом усудится, постановится и утвердится; и оному во всякой целости не порушно содержитися. Блюстителю же того дела и учителем подобающее учреждение сот- ворити, заповедающе всем, иже требуют ума, да приидут тамо и ядят хлеб слова божия, и пиют вино рассуждения без всякого сребро даяния туне. И того ради во вечную оного добропохвального нашего царского дела крепость и утверждение, и от всяких еретиков и ересей православные нашей восточные веры охранение, сице царским нашим словом неизменно поставляем и вечно утверждаем: 1. Ради того училища вечного утвердительства, за основание полагаем на житие блюстителю и учителем монастырь Спаса, иже во граде Китае близ Неглинских врат. На устроение же училищ по чину Академии земли подле того монастыря... и того училища блюстителю и учителем на довольное и лепотствующее3 препитание и нужных исполнение к оному Спаса монастырю жалуем, придаем во вечное время [монастыри, волости, пустоши]... 3. Во училище же нашем быти установляем блюстителю и учителем, благочестивым и от благочестивых родителей рожденным и воспитанным во православной христианской восточной вере российского и греческого народа... 5. Сему училищу быти общему и всякого чина, сана и возраста л*одем, точию4 православные христианские веры, приходящим ради научения, без всякого зазора свободному, в нем всякие от церкви благословенные благочестивые науки да будут. А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной и иных, таким не учити и Учителей таковых не имети. Аще же таковые учители где обрящутся, и оны со учениками, яко чародеи, без всякого милосердия да сожгутся. 6. Указ царский непорушно полагаем, еже бы ни единому кому 3Де в царствующем граде Москве и в прочих нашея державы градех, разве5 сего от нас учиненного училища, в своих домех греческому польскому и латинскому и прочим странным6 языкам без ведомости и позволения училищ блюстителя и учителей домовых учителей не держати и детей своих не учити, точию в сем единном общем училище да учатся, во еже бы от разных домовых учителей, паче же от иностранных и иноверных, противности каковой-либо вере нашей провославной не внестися и не быти разногласию... 10. Аще же которые люботрудние отроцы сего предрагого сокровища, то есть мудрости, по грамматической хитрости и прочих наук свободных, аки из недр земли злата, из различных диалектов писаний, наипаче же славенского, еллино-греческого, польского и латинского, потщатся изыскивати прилежно; и оным за их в науках тщание, за свидетельством училищ блюстителя и учителей, от нас, великого государя, имать быти достойное мздовоздаяние. А по совершении свободных учений имуть быти милостивно пожалованы в приличные чины их разуму, и наше царское особое восприимут, яко мудрые, щедре милосердие. А не научащихся свободным учениям, всяких чинов людей, детей их, разве благородных, в наши государские чины, в стольники, в стряпчие и в прочие, в ня же от нас великого государя жалуются благородные ни за какие дела, кроме умения и явственных на войнах и в иных государственных, нашия государские части ко умножению и государства к расширению соделаний, не допущати. 11. Иже имут, из разных стран, в наше царствие, разных вер и ересей ученые свободных наук люди приезжати ради каких-нибудь вин и восхощут в нашем царствии жити: и оных в вере рассмотрения силу даем блюстителю училищ от нас устроенных, и учителем, и свидетельство от них даяти; и кто по их свидетельству каковыя за своя науки чести, или жалования, или достоинства годен, и тем по их свидетельству совершати, а о них же они судят, яко не суть годны в нашем царствии, ради в вере нашей развращения быти, и оных абие из нашего царствия, яко негодных здешняго пребывания, из царствующего града выслати за пределы нашего царствия. А без свидетельства училищ блюстителя и учителей, иностранным ученым людям, в наше царствие приходящим, в их учениях словесных, и письменных, яже имут быти восточной нашей православной вере и церковным преданиям противны, никому им во оном не верити, и им не согласовати, и до нашея царския милости и жалования таковых не допущати. И нашего царского величества державы всяких чинов духовным и мирским людям никому таковых у себе в домех не держати и их никаковым образом не защищати, дабы вси знали наше царское в православной вере крепкое и, за сохранением божиим, никоим- либо образом зыблемое пребывание и тоя, яко зеницы ока, хранение. 12. Блюстителю того училища и учителем при достойной их и подобающей чести даем нашим царским повелением силу, еже бы им крепце наблюдати, дабы от противно святыя нашея православ- ныя веры мудрствующих, всякого чина людей, каковыя в вере противности и распри и раздоры не являлися; аще же явятся, и оных 238 Антология педагогической мысли народов СССР блюстителю нам великому государю изъявляти7 и их веры и святых отец древняго церковного предания противности предлагати, нам же с советом святейшего патриарха таковым противником, или в про- тивстве веры и церковных преданиях подозренным со блюстителем училищ и учительми в вере, и церковных преданиях, состязания весьма не давати. И нетако божественная и святых отец наших писания толкующих, якоже толкует истинны и всякия веры достойный толков- щик, святая наша восточная соборная и апостольская церковь, словес их и рассуждений никако же приимати и никому того никоим образом ни яве, ни тай творити, не допущати, ведяще, яко сумняйся в вере, не имать спастися. Творящим убо или глаголющим православной нашей восточной вере и церковным преданиям противная, нашего царствия всякого чина иностранным и иноверным людям зде живущим, за достоверным свидетельством блюстителя училищ и учителей, дая им во оном веру, нашим царским повелением запрещати и смиряти, и достойным градским судом таковых, яко хулителей нашея восточныя святыя веры и церковных преданий целость терзателей, без всякого помилования судити; воеже бы всякому ведя наше царское крепкое в православной нашей вере и в преданиях церковных утверждение и о за- щищении тоя присное, усердное, крепкое промышление, никто же когда коим-либо образом восхоте оной делом и словом противен быти и укоризну каковую той приносити. 13. Из разных вер и ересей к нашей православной восточной вере приходящих и ону приемлющих, всех вписати в книги и отдати блюстителю училищ со учительми, дабы они их в хранении нашея православныя веры и церковных преданий наблюдали, и кто из них како житие свое в ней препровождает, и крепко ли и цело ону и цер- ковныя предания содержит, известие имели. Аще же кто из новопросвещенных не цело храняй православную нашу веру и церковныя предания явится, и такового в дальные наши грады, на Терек и в Сибирь ссылати. Аще же кто явится в держании своея прежния веры или ереси, из нея же пришел есть к православной вере, а нашея веры в хулении, и таковый да сожжется без всякого милосердия. 14. И о сем им блюстителю со учительми тщатися крепце, еже бы всякого чина духовным и мирским людем волшебных и чародейных и гадательных, и всяких от церкви возбраняемых богохульных и богоненавистных книг и писаний у себя никому весьма не держати, и по оным не действовати, и иных тому не учити. А у них же та- ковыя книги, или писания ныне суть, и оным таковыя книги и писания сожигати, и никаких бы волхвований и чародеяний и гаданий впередь не держати. Такожде и неученым людем свободных учений никому польских, и латинских, и немецких, и лютерских, и калвин- ских, и прочих еретических книг у себя в домех не держати и их, за неимением довольного рассуждения и ради в вере нашей усо- мнения, не читати, и нигде никому из оных еретических книг и их восточной нашей православной вере и церковным преданиям противных толкований состязаний не имети и подлогов не подлагати; Развитие педагогической мысли и просвещения в XIV — XVII вв. 239 зане обычай есть прелестником, яко они, таковые подлоги подлагая, глаголют, еже они то творят не ради в вере и церковных преданиях усумнения, но чином наукотворного состязания8. И таковыя книги еретические сожигати или к блюстителю училищ и учителем при- носити. Аще же кто сему нашему царскому повелению явится противен и отныне начнет кто от духовных и мирских всякого чина людей волшебныя и чародейныя и гадательныя и всякия, от церкви возбраняемыя, богохульныя и богоненавистныя книги и писания у себя коим ни буди образом держати, и по оным действовати, и иных тому учити, или и без писания таковыя богоненавистныя делеса творити, или таковыми злыми делами хвалитися, яко мощен он таковыя творити; и таковой человек за достоверным свидетельством без всякого милосердия да сожжется. Аще же кто свободных учений неискусный имать польские, и латинские, и немецкие, и лютерские, и калвинские, и иные еретические книги в доме своем имети, и их читати, и из книг состязание имети, и подлоги на усумнения нашея восточныя веры и церковных преданий подлагати; и таковых предаяти казни, смотря по их вине, нещадно. 15. Аще кто от чуждоземцев и русских людей при пиршестве, или во ином каковом ни буди месте, при достодолжных свидетелех, православную нашу христианскую веру или церковныя предания хулити и укорительная каковая словеса о ней глаголати имать, и таковаго на суд во оном деле отдавати блюстителю училищ со учи- тельми. И аще кто в хулительстве нашея веры, или церковных преданий во укорительных словесах по суду явится, или во отрицании призывания святых в помощь, и святых икон поклонения и мощей святых почитания обличится, и таковый без всякого милосердия сожжен да будет... 17. Государственную нашу вивлиофику9 в сохранение предаем блюстителю училищ со учительми, и оной нашей вивлиофики при том нашем училище вечно быти утверждаем. 18. Строение же того училища достойным образом Академии нашею царскою казною да строится; и того хранение и о целости его промышление наше царского величества ныне и впредь текущая времена да будет... Аще же кто по нас великому государе явится, не бояйся бога и церкви божией, и православному нашему царствию добра не желаяй, учений ненавистник, завистник или пакостник, и яве или тай сему делу божию препинаяй 10 и от нас великого государя се наше утвержденное постановление в чем нарушаяй, или противность сему привилегию каковую привносяй, и таковому сама всемогущая десница божия, премудрость, местница в сем и в будущем веце да будет, и гнев господень да поженет и во вся дни живота его, дондеже рассыпатися костем его при аде... [13, с. 72—77].
<< | >>
Источник: С.Д. Бабишин, Б. Н. Митюров. Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского государства XIV — XVII вв. 1985

Еще по теме ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ В ПАМЯТНИКАХ XIV—XVII ВВ.:

  1. РАЗВИТИЕ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ И ПРОСВЕЩЕНИЯ В XIV—XVII ВВ.
  2. С.Д. Бабишин, Б. Н. Митюров. Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского государства XIV — XVII вв, 1985
  3. «Л1Т0ПИСЕЦ» ДВОРЕЦКИХ- ПАМЯТНИК УКРАИНСКОГО ЛЕТОПИСАНИЯ XVII в. Ю. А. Мыцык
  4. Раздел II. Западные земли в XIV - XVII вв.
  5. Культура Московского государства (XIV-XVII вв.)
  6. Лекция 2 ЕДИНОЕ РОССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО (XIV - XVII вв.)
  7. Нравственные позиции государства и предпринимательства в эпоху становления и укрепления российской монархии (XIV-XVII вв.)
  8. РАЗВИТИЕ ПРОСВЕЩЕНИЯ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ В МОСКОВСКОМ ГОСУДАРСТВЕ XVII в.
  9. Приложение 1. Тест по педагогической психологии[XVII]
  10. Раздел I ИСТОРИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ до XVII в.
  11. Раздел II ИСТОРИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ XVII-XVIII вв.
  12. Глава XVII КОРЕЯ В XVII-XVIII вв.
  13. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС КАК ПРЕДМЕТ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ НАУКИ
  14. Правила установки памятников
  15. ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ О ПАМЯТНИКАХ ПОСЛЕАПОСТОЛЬСКОГО ПЕРИОДА
  16. 5. Правовой режим памятников природы, дендрологических парков и ботанических садов
  17. Памятники шумеро-аккадской словесности
  18. ПАМЯТНИКИ ПИСЬМЕННОСТИ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
  19. Видевдат как памятник правовой мысли