<<
>>

Мировоззренческие и методологические следствия новой системы мира (Бруно, Кеплер, Галилей)

Коперниканская система начала путь решительного отказа от ант- ропоцентристских представлений, геоцентризма в самом широком — методологическом и мировоззренческом смысле. Как писал Дж.
Бернал, она, лишив человека богоизбранного места во Вселенной, не умалила его гордости, а, напротив, возвысила его уверенностью в своих познавательных возможностях. Осмысление новой системы мира вылилось в настоящую революцию. Человек благодаря сдвигу в восприятии стал жить как бы в ином мире. (Очень интересно этот сдвиг прослеживается в живописи буквально двух-трех посткопер- никанских десятилетий — геоцентрически замкнутое пространство сменяется бесконечной, наполненной движением Вселенной.) Максимальный вклад в мировоззренческое содержание копер- никанской революции внесла натурфилософия Джордано Бруно (1548-1600). В своих выводах из концепции Коперника, приведших его на костер инквизиции, итальянский философ приписывает природе атрибуты, до того связываемые только с Богом, — вечность, бесконечность, утверждает о бесчисленности миров (возможно, населенных разумными существами). В концепции Бруно Универсум — это единая в противоположностях, динамичная и яркая Вселенная, природа — «внутренний мастер — двигатель, действующий изнутри и производящий из своего лона все формы». Человек же — неотъемлемая, органичная часть «божественной» природы, сливающаяся с ней в «героическом восторге» ее познания. В концепции «героического энтузиазма» смертный человек причастен бессмертию человечества, которое обретается через познание и передачу его результатов следующим поколениям: краткость жизни — лишь призыв к действию, «полному гордости и упоения». Попытки остановить прогресс науки — это «агония торжествующего зверя» (так называлась одна из книг Бруно). Смертный приговор инквизиции содержал формулировку: «за развращение молодежи». Тем не менее инквизиция предложила ему, уже на костре, сохранение жизни в обмен на отречение от развращающих умы взглядов.
Это был хитрый ход — в глазах толпы она возвращала смутьяна на «истинный путь», а главное, обеспечивала мгновенную утрату интереса к его идеям. В историю вошел и ответ Бруно: «Вы с большим ужасом произносите приговор, чем я его выслушиваю». Иначе поступил Галилей: согласившись под угрозой пыток на отречение от учения о движении Земли, он смог после этого, несмотря на преклонный возраст, написать главный свой труд (именно этим Галилей оправдывал свое отречение). В «Диалогах о двух системах мира» не прямо, но достаточно прозрачно он доказывал вращение Земли. Там описана беседа, один из участников которой, Симпли- чио (букв, простачок), говорит: «Послушайте, до чего додумались некоторые умники... Мало того, что вращение Земли противоречит Писанию, оно не в ладах и со здравым смыслом: ведь тогда все, что есть на Земле — люди, коровы, дома, — слетели бы с нее». На что собеседник отвечает: «Да, друг Симпличио, так бы и случилось... если бы Земля не обладала силой тяготения». Трудно поверить, что инквизиция не читала новый труд Галилея, но главное было сделано — с его показательным отречением она перехватила ситуацию; официальное же признание правоты Галилея было сделано католической церковью только в конце XX в. Бессмысленно судить, кто прав — Галилей или Бруно: история науки делается живыми людьми, каждый из которых поступает так, как ему более естественно. Натурфилософия Бруно в известном смысле завершала линию ренессансного пантеизма. Со вступлением в Новое время идеи анимистической, одушевленной Вселенной вытесняются механико-математической картиной мира. Переломной фигурой в этом плане являлся И. Кеплер (1571-1630). Находясь под влиянием «Натуральной магии» Парацельса и «Signature Rerum» («Знак вещей») византийского монаха XIV в. Агриппы, глубоко увязая в средневековых представлениях о природе и ее познании, будучи не только астрономом, но и астрологом («как по нужде, так и по призванию»), Кеплер органичным образом ввел в свои исследования математику. Немецкий ученый продолжил общеметодологическую линию Коперника, где связаны две ведущие нормы описания и объяснения природы — простоты и необходимости.
Вместе с тем он был убежден, что Творец не мог быть ограничен в своем замысле антропоморфными условиями. Прежде всего это касалось идущего еще из античности идеала круговых орбит, которые сохранились у Коперника (и даже у Галилея), что чрезвычайно усложняло вычисления в гелиоцентрической системе (моряки продолжали плавать по старой испытанной системе, которая правильно описывала — в геоцентрических координатах — взаимные расположения и движения звезд). Кеплер же исходил из того, что «замысел Творца мог быть строже и изящней одновременно». Когда изнурительные попытки изобразить движения планет посредством вписанных и описанных многоугольников (в «Космографической тайне») не дали результатов, Кеплер обратился к возрождающей пифагореизм «Музыкальной гармонии», разлитой в мире и исходящей от Творца. Уверенность в такой гармонии, подкрепляемая открытиями в астрономии, математике бесконечно малых, стереометрии, оптике (включая находки живописцев в области перспективы), позволила ученому в начале XVII в. выдвинуть «эйнштейновский» идеал исследования природы — не просто описать, как устроен мир, но и обосновать, почему именно так. В значительной степени такая убежденность питалась протестантской религией, согласно которой изучение природы — это познание «храма Господня» и замысла его, открывающегося только упорному, благочестивому и бескорыстному исследователю. На пути к «Harmonia Mundi», продлившемуся целых 28 лет, Кеплеру потребовалось создать тома «Новой астрономии» (1609), «Диоптрики» (1611) — фундаментального труда по геометрической оптике, «Новой стереометрии» (1615) — столь же фундаментальной работы по бесконечно малым, имеющей важное самостоятельное значение, и, совместно с Тихо де Браге (1546-1601), «Рудольфовых таблиц». А. Эйнштейн писал о Кеплере: «Он жил в эпоху, когда не было еще уверенности в существовании некоторой общей закономерности для всех явлений природы. Какой глубокой была у него вера в такую закономерность, если, никем не поддерживаемый и непонятый, он на протяжении многих десятков лет черпал в ней силы для трудного и кропотливого исследования»31. Исходя из гелиоцентрической системы, Кеплер обосновывает центральное положение Солнца как «великого ректора» (управителя) вселенной. Ученого не могло остановить даже то, что орбиты планет оказались не кругами, а эллипсами, в одном из фокусов которых все же было Солнце, что лишний раз убеждало в совершенстве Высшего Промысла. Поиск соотношений периодов обращений планет, предпринятый рыцарем науки, направляло то замечательное обстоятельство, что тогда были уже известны (вместе с Землей и Солнцем) именно семь членов искомой системы (звезды благоволили старому ученому!). Отведя каждому из них по одной нотной линии, Кеплер приписывал им не один тон, а целую музыкальную фразу, что обеспечивало, в совокупности для всех планет, полифоническую и контрапунктическую гармонию. В итоге выявилась устойчивая связь «высоты тона» (скорости) с расстоянием планет от Солнца. Так были сформулированы законы обращения планет. Можно лишь представить себе охватившее ученого «неистовство священного ужаса и восторга, будто он прикоснулся к деснице господней». Это было «звездным часом» (С. Цвейг) не только для Кеплера, но для человечества! Великий ученый заключил «Гармонию мира» словами: «Прочтется ли она современниками моими или потомством, мне нет дела. Она подождет своего читателя. Разве Господь Бог не ждал 6 тыс. лет созерцателя своего творения?» Законы Кеплера стали вехой, возвещавшей вступление науки в продолжавшуюся свыше двух веков эру механико-математического естествознания. Вопросы и задания 1. Почему и в какой форме происходило возрастание значения науки? 2. Какой тип человека выдвигала эпоха Возрождения? Каким образом гуманистические идеалы могли способствовать развитию науки? 3. Почему особую роль приобрело искусство и какое это имело значение для развития науки? 4. Почему произошел переход от теизма к пантеизму и как это отразилось на исследованиях природы? 5. Какое отношение к развитию науки имела Реформация? 6. Опишите путь к созданию гелиоцентрической системы. В чем состоит мировоззренческое и методологическое значение открытия Коперника, почему оно расценивается как научная революция? 7. Кем и в каком направлении производилось развитие новой системы мира, почему оно приняло столь драматичную форму?
<< | >>
Источник: Торосян В.Г.. История и философия науки : учеб, для вузов. 2012

Еще по теме Мировоззренческие и методологические следствия новой системы мира (Бруно, Кеплер, Галилей):

  1. Антропный принцип, его мировоззренческое и методологическое значение
  2. Галилей и итальянская картина мира
  3. МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ЗДОРОВЬЯ В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРНОЙ ТРАДЦИИ
  4. Теоцентризм как мировоззренческая и методологическая норма средневекового мышления
  5. § 3. Формирование новой картины мира в эпоху Возрождения
  6. КОНТУРЫ НОВОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ МИРА
  7. ВЕРСАЛЬСКО-ВАШИНГТОНСКАЯ СИСТЕМА ПОСЛЕВОЕННОГО МИРА КАК ИТОГ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОИНЫ ЗА ПЕРЕДЕЛ МИРА
  8. От астрологии к строго научной астрономии. Иоганн Кеплер.
  9. Самсонов Александр Львович. Система мира и миры систем, 2009
  10. ГАЛИЛЕЙ
  11. Глава IV ПОСТРЕАЛИЗМ: ФОРМИРОВАНИЕ НОВОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ СИСТЕМЫ