<<
>>

10. Вправе ли комиссионер передать комитенту права и обязанности по контракту с третьим лицом без согласия третьего лица в случаях, когда контрактом это прямо запрещено

В практике МКАС возникал вопрос о соотношении условия контракта, запрещающего передачу прав и обязанностей по нему без согласия другой стороны, и положения российского законодательства (ч. 2 п. 2 ст. 119 Основ гражданского законодательства 1991 г.), обязывающего комиссионера передать комитенту по его требованию права и обязанности по сделке с третьим лицом, совершенной комиссионером по поручению комитента.

Рассматривая дело N 186/1994 (Определение от 25.01.95) <*>, МКАС признал этот вопрос не имеющим юридического значения для разрешения данного спора, поскольку пришел к выводу, что требование, являвшееся предметом спора, по своему содержанию не охватывается арбитражной оговоркой, и тем самым отсутствуют предпосылки для рассмотрения заявленного иска.

В контракте было указано, что споры между продавцом и покупателем по вопросам, касающимся исполнения контракта (купли-продажи), передаются в Арбитражный суд при ТПП РФ. Спор же касался отношений, возникших из договора на транспортно-экспедиционное обслуживание, заключенного истцом с транспортно-экспедиционной компанией, не являвшейся стороной контракта, в котором содержится арбитражная оговорка. Ответчик считал, что иск заявлен ненадлежащей стороной, а истец (комитент, которому комиссионер передал свои права и обязанности по контракту с зарубежным партнером) предъявил требование о признании недействительным указанного условия контракта ввиду его противоречия ст. 119 Основ гражданского законодательства 1991 г. Применение к данному спору российского законодательства было предусмотрено контрактом. Сторона контракта (продавец), передавшая истцу свои права и обязанности по контракту, являлась российским спецэкспортером, а истец - производителем товара, подлежавшего поставке в соответствии с контрактом.

--------------------------------

<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 15 - 16.

Учитывая, что этот вопрос (признанный Арбитражным судом не имеющим значения для разрешения конкретного спора) имел общее значение, в первом издании настоящей книги (с. 71 - 76) были подробно рассмотрены на основе законодательства, действовавшего в России до 1 марта 1996 г., связанные с ним проблемы. Высказанные соображения сохраняют значение для случаев, когда к отношениям сторон применяется действовавшее в то время законодательство и, в частности, ст. 119 Основ гражданского законодательства, а также Основные условия регулирования договорных отношений при осуществлении экспортно-импортных операций, утвержденные Постановлением Совета Министров СССР от 25.07.88 N 888 <*>.

--------------------------------

<*> Следует иметь в виду, что Федеральным законом РФ от 26 января 1996 г. "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" (п. 2) признан утратившим силу п. 6 Постановления Верховного Совета РФ от 3 марта 1993 г. "О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации". Соответственно с 1 марта 1996 г. прекратилось действие в качестве нормативных актов Положения о поставках продукции производственно-технического назначения и Положения о поставках товаров народного потребления, утвержденных Постановлением Совета Министров СССР от 25 июля 1988 г., а также Основных условий регулирования договорных отношений при осуществлении экспортно-импортных операций, утвержденных тем же Постановлением.

Это в принципе не исключает возможности для сторон договора использовать указанные документы в качестве договорных условий путем ссылки на них в договоре либо воспроизведения в нем текста соответствующего положения. Однако такая возможность исключена, если в ГК РФ, ином законе или правовом акте по этому вопросу содержатся предписания, сформулированные в императивной форме. Учитывая, что они предназначались для применения в условиях планово-регулируемого оборота, спорной представляется возможность использования в отношениях по договору поставки Положений о поставках и Основных условий регулирования договорных отношений при осуществлении экспортно-импортных операций в качестве обычаев делового оборота (см. ст. 5 и п. 5 ст. 421 ГК РФ) или примерных условий договора (ст. 427 ГК РФ). В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ N 18 от 22.10.97 "О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки" (Вестник ВАС РФ. 1998. N 3) выражен именно такой подход к этим документам. Отмечено, что при разрешении споров арбитражные суды могут их применять в качестве согласованных условий обязательства не только при наличии в договоре прямой ссылки на конкретный пункт этих Положений, но и тогда, когда из текста договора очевидно намерение сторон его применять. Этот же подход должен применяться и к Основным условиям регулирования договорных отношений при осуществлении экспортно-импортных операций (утвержденным тем же Постановлением Правительства СССР, что и Положения о поставках). Хотя эти Основные условия не названы ни в отмеченном Постановлении Верховного Совета РФ от 3 марта 1993 г. (п. 6), ни в Постановлении Пленума ВАС РФ N 18, такой вывод основывается на том, что по своему юридическому характеру Основные условия аналогичны Положениям о поставках, но отличаются от них по сфере применения. Они предназначались для использования в качестве нормативного акта в условиях планово-регулируемого оборота.

В части второй ГК РФ (ст. 993) содержится прямой ответ на поставленный вопрос. В соответствии с п. 2 этой статьи в случае неисполнения третьим лицом сделки, заключенной с ним комиссионером, комиссионер обязан по требованию комитента передать ему права по такой сделке с соблюдением правил об уступке требования (ст. ст. 382 - 386, 388, 389). При этом согласно п. 3 ст. 993 ГК РФ уступка прав комитенту по сделке в таких случаях допускается независимо от соглашения комиссионера с третьим лицом, запрещающего или ограничивающего такую уступку, что не освобождает комиссионера от ответственности перед третьим лицом в связи с уступкой права в нарушение соглашения о ее запрете или об ограничении.

В связи с этой новеллой в законодательстве необходимо обратить внимание на ряд моментов. Во-первых, новые положения существенно отличаются от ранее действовавшего законодательства.

В ГК РСФСР 1964 г. (п. 1 ст. 413) предусмотрено, что по исполнении поручения комиссионер обязан передать комитенту по его требованию все права в отношении третьего лица, вытекающие из сделки, совершенной комиссионером с этим третьим лицом. В то же время согласно другому положению ГК РСФСР 1964 г (ч. 4 ст. 411) комитент, извещенный о нарушении третьим лицом сделки, вправе потребовать передачи ему требований комиссионера к этому лицу по указанной сделке. В Основах же (ч. 2 п. 2 ст. 119), как отмечалось выше, предусмотрено, что по требованию комитента комиссионер должен передать ему права и обязанности по сделке с третьим лицом <*>.

--------------------------------

<*> Следует заметить, что в Гражданском кодексе РСФСР 1922 г., действовавшем до 1 октября 1964 г. (гл. IX, вступившая в силу в 1926 г., с изменениями 1927 и 1933 годов), содержалось иное регулирование. На комиссионера была возложена обязанность передать комитенту по его требованию все обязательства против третьих лиц, вытекающие из договора комиссии (ст. 275-е). Но комитент был вправе требовать передачи ему требований комиссионера к третьему лицу по заключенным за счет комитента договорам лишь в случае, если третье лицо нарушило условия договора или если комиссионер объявлен несостоятельным (ст. 275-ш).

В силу же части второй ГК РФ передаче подлежат права по сделке, а не права и обязанности, т.е. не весь комплекс взаимных обязательств сторон по сделке. Во-вторых, уступка прав должна оформляться по правилам ГК РФ об уступке требования. В-третьих, обязанность комиссионера передать комитенту права по сделке сформулирована императивно с исключением возможности для комиссионера или третьего лица ссылаться на запретительные или ограничительные условия контракта. В-четвертых, на комиссионера возлагается ответственность перед третьим лицом за передачу комитенту прав по сделке в нарушение соглашения между комиссионером и третьим лицом о ее запрете или об ограничении. В-пятых, как и в ранее действовавшем законодательстве, не решен вопрос о праве комитента потребовать от комиссионера не уступки требования в отношении третьего лица, а предъявления самим комиссионером к третьему лицу иска в интересах комитента. Применительно к внешнеэкономическим сделкам этот вопрос крайне актуален, поскольку зачастую внешнеэкономический контракт содержит арбитражную оговорку, использование которой в ряде случаев было бы в интересах комитента. Между тем комиссионеры в определенных случаях предпочитают уступить комитенту право требования к третьему лицу вместо того, чтобы предъявлять к нему иск. Встречаются случаи, когда между комитентами и комиссионерами возникает спор, за чей счет должен вестись процесс против третьего лица. Целесообразно в договоре комиссии оговаривать соответствующее условие. Новые условия ГК РФ вызывают необходимость для российских организаций, действующих в качестве комиссионеров на основании договоров, заключаемых с другими российскими организациями-комитентами, включать в контракты международной купли-продажи с иностранными контрагентами условие, предоставляющее комиссионеру возможность передать комитенту права по контракту международной купли-продажи товаров в случае его неисполнения иностранным контрагентом.

Вопрос о передаче комиссионером комитенту требований к третьим лицам в праве зарубежных государств решается неодинаково. В английском праве (в котором применяется не договор комиссии, а агентский договор) исходят из того, что принципал (применительно к нашему случаю - комитент) наделен правом преследовать в судебном порядке третье лицо, с которым заключил сделку в его интересах агент <*>. И в праве других государств (в частности, Франции и Германии) предусматривается, что комитент вправе потребовать от комиссионера передать требования к третьему лицу из сделки, заключенной комиссионером с третьим лицом, и даже при определенных обстоятельствах (при несостоятельности комиссионера) предъявить третьему лицу требование и без такой передачи.

--------------------------------

<*> См., в частности: Шмиттгофф К. Экспорт: право и практика международной торговли. М.: Юриздат, 1993. С. 145, 151.

В Директиве Совета Европейского Экономического Сообщества от 18 декабря 1986 г. о координации законодательства государств - членов ЕЭС по вопросу о независимых торговых агентах не содержится по этой проблеме каких-либо указаний <*>. В Женевской конвенции о представительстве при международной купле-продаже товаров 1983 г. <**> содержится соответствующее регулирование (в разработке в рамках УНИДРУА проекта этой Конвенции и в дипломатической конференции участвовали представители Советского Союза; в силу Конвенция не вступила). В частности, в ней предусмотрено, что, если агент действует за счет принципала в пределах своих полномочий и третье лицо знало или должно было знать, что агент действует в качестве агента, его действия непосредственно связывают принципала и третье лицо. В то же время действия агента, совершаемые в пределах его полномочий, могут связывать только агента и третье лицо, если третье лицо не знало и не было в состоянии знать, что агент действует в качестве агента, или когда из обстоятельств дела вытекает, например ввиду ссылки на договор комиссии, что агент обязывает только себя. Особые правила предусмотрены Конвенцией для случаев, когда агент не исполнил или не был в состоянии исполнить обязательства по отношению к принципалу в связи с тем, что третье лицо не выполняет свои обязательства: принципал вправе осуществить непосредственно против третьего лица права, приобретенные за его счет агентом. Непосредственно к принципалу может обратиться и третье лицо, если агент не осуществляет или не в состоянии осуществить свои обязательства по отношению к третьему лицу. В соответствующих случаях агент должен сообщить третьему лицу имя принципала или принципалу - имя третьего лица. Конвенция предусматривает право на особую оговорку для государств - ее участников, в которых внешняя торговля в целом или в определенных областях осуществляется исключительно специально уполномоченными на это организациями. Согласно этой оговорке такие организации или организации, поименованные в списке, в случаях, когда они действуют на внешнем рынке в качестве продавцов или покупателей, не будут рассматриваться в качестве агентов в их отношениях с другими организациями того же государства. Как отмечает С.Ю. Рябиков <***>, предложение о включении в Конвенцию изложенного выше положения было внесено рядом стран Восточной Европы, когда в них действовала особая система организации внешней торговли, но оно не потеряло актуальности и в настоящее время.

--------------------------------

<*> Неофициальный ее перевод приложен к брошюре: Рябиков С.Ю. Агентские соглашения во внешнеэкономических связях. М: Совинтерюр, 1992. С. 79 - 85.

<**> О ее содержании и истории разработки см. там же. С. 65 - 69.

<***> См.: Рябиков С.Ю. Указ. соч. С. 68 - 69.

Спорным представляется и вопрос о том, сохраняет ли силу арбитражная оговорка контракта в отношениях между третьим лицом и комитентом (которому комиссионер передал по требованию комитента права и обязанности по контракту без согласия третьего лица). Соглашение об арбитраже носит процессуальный характер и, безусловно, связывает именно те стороны, которые его заключили. Требует соответствующих доказательств и специальных обоснований утверждение о том, что такая передача охватывает и процессуальное право на передачу спора в арбитраж.

В этой связи представляют интерес несколько решений МКАС по спорам, в которых возникал вопрос о взаимоотношениях комиссионера с третьим лицом по контракту, заключенному в интересах комитента, и этого третьего лица с комитентом.

При разрешении спора между российской организацией и швейцарской фирмой (дело N 14/1993, решение от 16.03.95) <*> ответчик (швейцарская фирма) настаивал на том, что предметом рассмотрения Арбитражным судом должны являться его отношения с комитентом, а не с комиссионером, учитывая, что первоначально им был заключен контракт с комитентом, который в силу не вступил в связи с неполучением комитентом лицензии на экспорт товара. При вынесении решения МКАС исходил из того, что имеющим правовое значение является только самостоятельный контракт, заключенный между истцом и ответчиком и порождающий их взаимные права и обязанности. Комитент не является стороной контракта, и соответственно правом требования из него к ответчику обладает комиссионер, а не комитент.

--------------------------------

<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 55 - 63.

В споре с российской организацией ответчик, которым являлась фирма из США (дело N 1/1996, решение от 23.10.97) <*>, ходатайствовал о признании комиссионера ненадлежащим истцом (таковым он считал комитента, по поручению которого комиссионер заключил контракт с ответчиком). МКАС отклонил это ходатайство, отметив в решении, что после объяснению истца о факте неисполнения ответчиком его обязательств по контракту был немедленно информирован комитент, от которого не последовало каких-либо заявлений относительно передачи ему требования к ответчику. Поскольку материалами дела был доказан факт невыполнения ответчиком его контрактной обязанности оплатить полученный им товар, с него была взыскана в пользу комиссионера соответствующая сумма.

--------------------------------

<*> См.: Арбитражная практика... за 1996 - 1997 гг. С. 240 - 243.

В связи с неполной оплатой товара, поставленного германской фирмой (продавец) по контракту с российской организацией (покупатель), являвшейся комиссионером в силу договора, заключенного с другой российской организацией (дело N 407/1995, решение от 08.10.96) <*>, истец предъявил иск комиссионеру и комитенту. Требования к комитенту истец обосновывал, в частности, тем, что дополнительным соглашением к контракту, подписанным продавцом и покупателем (комиссионером), предусматривалось право комитента непосредственно оплачивать истцу товар, которым комитент и пользовался. Кроме того, истцом и комитентом был подписан акт сверки поставок и взаиморасчетов по контракту. Покупатель (комиссионер) поддержал подход истца о привлечении в процесс комитента в качестве второго ответчика. МКАС исключил комитента из числа ответчиков по следующим соображениям:

--------------------------------

<*> См.: Там же. С. 110 - 113.

- истцом не представлены данные о наличии между ним и комитентом соглашения о разрешении споров. То обстоятельство, что генеральный директор организации комитента визировал дополнения к контракту, на что ссылались продавец и покупатель, не может рассматриваться в качестве доказательства наличия необходимого соглашения и для признания комитента стороной контракта, заключенного продавцом с покупателем;

- привлечение третьего лица к участию в исполнении контракта в качестве покупателя товара, плательщика и т.п. не освобождает покупателя от ответственности перед продавцом за выполнение принятых на себя обязательств по контракту.

Китайской организацией был предъявлен иск к двум российским организациям в связи с частичной непоставкой товаров, в отношении которых истцом была произведена предоплата в соответствии с контрактами, заключенными с одним из ответчиков (дело N 201/1997, решение от 02.03.98) <*>. На основании представленных документов было признано, что покупатель являлся комиссионером, действовавшим на основании договора, заключенного с другим ответчиком. Истцом совместно с первым и вторым ответчиком было подписано соглашение о возврате суммы предоплаты с выплатой штрафа в согласованном ими размере поставками товара или в случае невозможности осуществления таких поставок путем уплаты суммы долга с начислением процентов годовых. Согласие на рассмотрение спора в МКАС было дано арбитражным управляющим второго ответчика. Второй ответчик (комитент) возражал против его привлечения в процесс по следующим основаниям:

--------------------------------

<*> См.: Арбитражная практика... за 1998 г. С. 66 - 70.

- он не является стороной контракта, на основании которого предъявлен иск;

- им не давалась гарантия исполнения первым ответчиком его обязательств по контракту, и соглашение о погашении задолженности подписано от его имени неуполномоченным лицом;

- согласие его арбитражного управляющего на рассмотрение спора МКАС - выражение личного мнения этого лица.

С учетом конкретных обстоятельств дела и представленных доказательств МКАС обязал обоих ответчиков солидарно уплатить истцу сумму основного долга и штраф. При принятии решения о признании соглашения действительным МКАС принял во внимание предписания Венской конвенции о соблюдении добросовестности в международной торговле (п. 1 ст. 7) и об определении намерения стороны или понимания с учетом всех соответствующих обстоятельств (п. 3 ст. 8).

При рассмотрении иска российской организации к китайской (дело N 47/1997, решение от 14.04.98) <*> надлежащим истцом с учетом обстоятельств была признана та российская организация, которой передала право требования по контракту, из которого возник спор, другая российская организация, подписавшая данный контракт, фактически выступая в роли комиссионера (не имея поручения комитента). Сам этот контракт должен был быть признан в силу ст. 183 ГК РФ сделкой, заключенной неуполномоченным лицом, однако из материалов дела следовало, что комитент (грузоотправитель), в интересах которого заключался контракт, своими фактическими действиями одобрил эту сделку. Грузоотправителем с истцом был заключен договор комиссии, и грузоотправитель проявлял заинтересованность в разрешении спора с ответчиком, обратившись в МКАС с соответствующим письмом. В решении отмечено, что передача права требования предусмотрена ч. 1 ст. 382 ГК РФ, при этом согласие должника на такую передачу не требуется. Кроме того, по договору комиссии согласно ст. 996 ГК РФ право собственности как на товар, так и на цену за товар в любом случае принадлежит грузоотправителю. Ответчик в своих объяснениях по иску не выдвигал возражений ни против правомочий истца на предъявление иска, ни против наличия арбитражного соглашения.

--------------------------------

<*> См. там же. С. 97 - 100.

При рассмотрении ряда конкретных дел в практике МКАС возникал вопрос, подлежит ли удовлетворению встречный иск или требование о зачете, предъявленные к истцу, когда они основаны не на договоре истца с ответчиком, а вытекают из отношений между ответчиком и третьим лицом, находящимся в договорных отношениях с истцом. При разрешении конкретных споров МКАС руководствовался следующим подходом, который следует также из того, что изложено выше.

Во-первых, учитывались обстоятельства каждого конкретного случая.

Во-вторых, исследовался вопрос о том, охватывается ли арбитражным соглашением сторон такой встречный иск или требование о зачете. В конкретных случаях МКАС признавал, что они выходят за рамки арбитражного соглашения, и поэтому в компетенцию МКАС не входит разрешение таких споров, если только истец по основному иску не даст на это согласия.

В-третьих, не удовлетворялось требование ответчика о привлечении третьего лица в процесс в качестве соответчика, поскольку на это отсутствовало его согласие, а участником арбитражного соглашения он не является.

В-четвертых, заключенный контракт создает права и обязанности только для его сторон. Применительно к случаю, когда истец является комиссионером, а третье лицо - комитентом по договору, на основании которого истец заключил контракт с ответчиком, часть первая п. 2 ст. 119 Основ гражданского законодательства 1991 г. прямо предусматривает, что по сделке, совершенной комиссионером с третьим лицом, приобретает права и становится обязанным комиссионер, хотя бы комитент и был назван в сделке <*>. Вопрос об ответственности комиссионера за действия (бездействие) комитента может возникать только тогда, когда из-за таких действий (бездействия) комитента не выполняются обязанности комиссионера по контракту, заключенному им с третьим лицом. В таких случаях комитент может рассматриваться в качестве третьего лица, привлеченного комиссионером к исполнению контракта с ответчиком.

--------------------------------

<*> В ГК РФ (ст. 990) содержится важное дополнение: прямо указано, что это правило действует и в случае, когда комитент вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.

В-пятых, то обстоятельство, что в силу закона (п. 2 ст. 119 Основ гражданского законодательства 1991 г.) по требованию комитента комиссионер должен передать ему права и обязанности по сделке, не может служить основанием для признания права третьего лица, состоящего в договоре с комиссионером, предъявлять к комиссионеру требования, вытекающие из его отношений с комитентом, или требовать вступления комитента в процесс вместо комиссионера или вместе с ним.

Приведенные ниже решения МКАС могут служить дополнительной иллюстрацией такого подхода Арбитражного суда.

В деле N 329/1993 (решение от 21.06.94) ответчик, признавая обоснованность требований истца об оплате стоимости товара, поставленного ему в соответствии с контрактом, заключенным между истцом и ответчиком, предъявил встречное требование. Основанием для него служила непоставка дополнительных количеств этого же товара, согласованная ответчиком с предприятием - производителем, поставляющим товар истцу для выполнения его обязательств по контракту с ответчиком. Констатировав, что никаких дополнений либо изменений к контракту между истцом и ответчиком, расширяющих или изменяющих круг сторон по сделке, сторонами контракта не подписывалось, МКАС отметил, что невыполнение третьим лицом каких-либо обязательств перед ответчиком не является основанием для встречного требования по данному иску. Кроме того, по мнению МКАС, между сторонами отсутствует соглашение о рассмотрении споров в МКАС по дополнительным поставкам. При этом МКАС не посчитал убедительными такие, в частности, аргументы ответчика:

1) переговоры по заключению и исполнению контракта велись в ряде случаев с участием представителей предприятия - производителя товара;

2) извещение об отказе предприятия от поставки дополнительных количеств было сообщено ответчику истцом, указавшим, что он действует по поручению предприятия;

3) по контракту стоимость товара должна была переводиться непосредственно на счет предприятия, а истцу - лишь комиссионные.

В другом деле (N 54/1994, решение от 19.12.94) ответчик ссылался на то, что получатель товара по контракту, заключенному ответчиком с истцом, не выполнил своих обязательств перед ответчиком. В связи с этим ответчик предъявил к зачету по контракту с истцом свои требования, основанные на контракте между ответчиком и получателем товара. МКАС констатировал, что выполнение обязательства по контракту между истцом и ответчиком не обусловлено выполнением обязательств по контракту между ответчиком и получателем товара. Между истцом и получателем товара не было и договоренности об уступке требования по контракту. Соответственно заключенный контракт создает права и обязанности только для истца и ответчика. Поэтому требования ответчика к получателю товара не могут быть зачтены в качестве его встречных требований к стороне контракта. Было также признано, что требования ответчика к получателю товара не подпадают под арбитражную оговорку контракта.

<< | >>
Источник: p>М.Г. РОЗЕНБЕРГ. КОНТРАКТ МЕЖДУНАРОДНОЙ КУПЛИ-ПРОДАЖИ. СОВРЕМЕННАЯ ПРАКТИКА ЗАКЛЮЧЕНИЯ. РАЗРЕШЕНИЕ СПОРОВ. 4-е изд. - М.: Книжный мир.. 2003

Еще по теме 10. Вправе ли комиссионер передать комитенту права и обязанности по контракту с третьим лицом без согласия третьего лица в случаях, когда контрактом это прямо запрещено:

  1. 12. Должно четко проводиться различие между передачей третьему лицу обязательств по контракту и возложением на третье лицо исполнения обязанностей по контракту
  2. 9. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН ПРИ ИСПОЛНЕНИИ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ТРЕТЬИМ ЛИЦОМ
  3. 12. Права и обязанности сторон во внешнеторговом контракте
  4. 201. Общая обязанность не причинять вреда другому лицу, кроме случаев, когда это оправдывается законом.
  5. 56. В отношении каких лиц возникают последствия при передаче права, воплощенного в ценной бумаге; случай, когда переданное право не действует в отношении третьих лиц.
  6. Гендерный контракт в повседневной жизни (теневой контракт)
  7. Случай 4. Спонсорский контракт (женщина на содержании)
  8. Случай 3? Контракт «домохозяйка-кормилец»
  9. Случай 1. Контракт «работающая мать»33
  10. Случай 2. Контракт «женщина-профессионал»
  11. 14. Признается действительным соглашение сторон о применении к отношениям по заключенному между ними контракту Общих условий поставок, предназначенных для контрактов между партнерами из других государств
  12. 10. ОТЛИЧИЕ ИНСТИТУТА ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ТРЕТЬИМ ЛИЦОМ ОТ ДРУГИХ ИНСТИТУТОВ ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОГО ПРАВА
- Авторское право - Адвокатура России - Адвокатура Украины - Административное право России и зарубежных стран - Административное право Украины - Административный процесс - Арбитражный процесс - Бюджетная система - Вексельное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право России - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Лесное право - Международное право (шпаргалки) - Международное публичное право - Международное частное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Правовая охрана животного мира (контрольные) - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор в России - Прокурорский надзор в Украине - Семейное право - Судебная бухгалтерия Украины - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Теория государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право России - Уголовное право Украины - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право Украины - Экологическое право (курсовые) - Экологическое право (лекции) - Экономические преступления - Юридические лица -