<<
>>

Перспективы развития военной стратегии и системы военной безопасности России

На вопросы, в каком направлении и как может развиваться военная стратегия России в будущем, дать даже приблизительный ответ нелегко хотя бы потому, что все еще нет ясности в главном: что произойдет в перспективе с Европой и Азией, Содружеством независимых государств и с самой Россией; сохранится ли блок НАТО и какие он примет формы; удастся ли построить эффективную систему глобальной европейской и азиатской безопасности или она так и останется в мечтах; сохранится ли СНГ, будет ли это Содружество развиваться в направлении интеграции или, наоборот, распада; удастся ли обеспечить единство России или вместо нее возникнут отдельные государственные образования; в каком направлении будет развиваться научно-технический прогресс; какой облик примут вооруженные силы и средства борьбы в третьем тысячелетии? Все это далеко не праздные вопросы, которые встают перед политиками и стратегами всего мира.

Вполне вероятно, что при неблагоприятном развитии событий отечественная военная стратегия будет носить на себе все негативные черты общества. В лучшем случае ей удастся сохранить свои традиционные черты, но все равно она будет внутренне противоречива, пассивна и непоследовательна. При худшем раскладе она может утратить свою самостоятельность и стать придатком военной стратегии НАТО, зависимой от военной политики и стратегии США.

Но лучше быть оптимистами. Допустим, что ничего этого не произойдет. Россия, преодолев все свои трудности, сохранит статус великой державы, а в политической сфере ей удастся обуздать сепаратистские устремления и сохранить свою целостность. В стране наступит экономическая стабилизация и начнется возрождение национальной экономики. В большей или меньшей степени будут решены многие социальные проблемы. Удастся удержать на необходимом уровне военно-промышленный комплекс, преодолеть кризис в развитии науки и техники. После завершения военной реформы и Вооруженные Силы страны восстановят свою боевую мощь.

В каком же направлении может развиваться при таком ходе событий отечественная военная стратегия?

С достаточной степенью достоверности можно ожидать, что военная политика и военная стратегия выйдут на новый этап своего развития. Безусловно, будет скорректирована, а скорее всего разработана принципиально новая военная стратегия, которая сконцентрирует в себе некоторые элементы традиционной российской военной стратегии; но, разумеется, она будет серьезно отличаться как от советской военной стратегии, так и от стратегии переходного периода. Это будет стратегия активных и решительных действий, базирующаяся на высших достижениях науки и техники, основанная на рациональном применении тонких военных технологий и новых способов вооруженной борьбы во всех пространственных сферах. Безусловно, это лишь самые общие контуры стратегии. Конкретные стратегические концепции будут зависеть от многих обстоятельств.

В военно-технической области многое может зависеть, с одной стороны, от того, удастся ли создать оружие на новых физических принципах, развернуть ударные системы космического базирования, образовать эффективную территориальную ПРО, а с другой — как будет идти разоруженческий процесс.

Как известно, согласно Договору СНВ-2 через 7—10 лет предусматривается оставить на оснащении вооруженных сил США и России ограниченное количество ядерных вооружений. Возможная динамика этого процесса представлена в таблице 18.

Таблица 18 Динамика сокращения СНВ

Этапы сокращения

Количество боеголовок на носителях

МБР

БРПЛ

ТБ

Всего

Россия на момент подписания СНВ-1 после выполнения СНВ-1 через 7 лет после ратификации СНВ-2 через 10 лет после ратификации

США на момент подписания СНВ-1 после выполнения СНВ-1 через 7 лет после ратификации СНВ-2 через 10 лет после ратификации

/>6612

3100

1200

500

2450

1400

1200

500

2084

1800

2160

1700-1750

5760

3500

2160

1700-1750

855

1100

440-880

750-800

2353

1100

440-880

750-800

10271

6000

3800-4250

3000-3500

10563

6000

3800-4250

3000-3500

Таким образом, в случае ратификации Договора СНВ-2 Россия на 1 января 2003 г. будет иметь на вооружении 1 055 МБР, 344 ракеты на БРПЛ и 79 тяжелых бомбардировщиков, а также 3000—3500 стратегических ядерных боеприпасов.

Анализ этих цифр показывает, что обе стороны будут обладать формально равными возможностями сдерживания, но реализация СНВ-2 вынуждает Россию полностью перестроить стратегические ядерные силы, ликвидировать наиболее эффективные МБР, оснащенные РГЧ, уничтожить все старты тяжелых ракет. А это потребует огромных финансовых затрат, да и вообще вряд ли осуществимо в короткий срок. Создание и развертывание новых стратегических ракетных систем типа «Тополь-М2» в подвижном и шахтном вариантах вместо устаревших МБР позволят лишь частично решить связанные с этим сложные проблемы.

Вполне закономерен вопрос: достаточно ли остающихся носителей и боезарядов для выполнения задач сдерживания? Оценочный анализ дает положительный результат. Поэтому можно и дальше идти по пути поэтапного уменьшения стратегических ядерных потенциалов всех ядерных государств мира, но, разумеется, на строго паритетной и равноправной основе. Вместе с тем надо считаться и с некоторыми опасными моментами, которые при таком решении могут возникнуть. Это создание одной из сторон (скорее всего Соединенными Штатами Америки) высокоэффективной ПРО с элементами космического базирования, развертывание новых типов крылатых ракет дальнего действия с ядерными боеголовками и системами высокоточного наведения, а также дальнейшее развитие средств «информационной войны», что может существенно нарушить баланс стратегических сил. При таких условиях возникнут сложные проблемы, которые могут серьезно подорвать основы международной безопасности.

Еще более существенное влияние на перспективную военную стратегию России окажет военно-политическая обстановка, в том числе возможная структура европейской военной безопасности и коллективной безопасности СНГ. Уже сейчас в

этой области возникает множество весьма непростых вопросов: Как строить систему военной безопасности? В чем может состоять ее предназначение? Из каких составных элементов эта система должна состоять? Какой может быть ее внутренняя и внешняя структура? Как ее организовать и каким должен быть механизм ее действия в мирное время и в случае войны? Как в общую систему общеевропейской и азиатской безопасности вписать национальные оборонные структуры отдельных государств, а также коллективную безопасность СНГ?

Указанные проблемы нуждаются в безотлагательной теоретической проработке.

При этом было бы ошибкой исходить только из современной военно-политической ситуации. Надо учитывать ближайшие и долгосрочные перспективы возможного развития обстановки не только в Европе, Азии, но и во всем мире. Соответственно важно исследовать различные варианты формирования политической и собственно военной системы безопасности. В их числе должны быть особо рассмотрены по крайней мере пять основных вариантов, каждый из которых так или иначе может воздействовать на военную политику и стратегию России. Главная суть этих важнейших версий состоит в следующем. Система военной безопасности Европы, охватывая весь европейский континент от Атлантики до Урала, образуется на базе НАТО с преобразованием этого блока и расширением сфер его ответственности на восточноевропейские страны, включая в перспективе территории России, Украины, Белорусии и Балтии. Система военной безопасности создается на основе взаимодействия двух союзов — НАТО и оборонительного союза СНГ (на основе договора о коллективной европейско-азиатской обороне). Система европейской военной безопасности формируется в условиях создания и согласованного существования нескольких блоков: НАТО, Союза восточноевропейских государств, Союза балтийских государств, Союза четырех европейско-азиатских стран, Союза трех славянских стран (России, Украины и Белорусии) и т. п. Система военной безопасности создается на безблоковой основе в условиях роспуска НАТО (целесообразнее преобразовать его в политическую структуру) и отказа от формирования других замкнутых военно-политических организаций. Система азиатской безопасности организуется в единстве с европейской системой безопасности или как самостоятельная структура с участием США, России, Китая, Японии и других азиатских государств.

Разумеется, нельзя игнорировать и промежуточные варианты, такие как формирование отдельных элементов военной безопасности в рамках модернизированной программы «Партнерство ради мира», роспуск СНГ или, наоборот, укрепление его интеграционных связей.

Критическая оценка каждой из названных моделей предполагает, естественно, различные условия военно-политической обстановки, которые могут возникнуть к началу третьего тысячелетия и даже в более отдаленной перспективе. Конечно, дать однозначный прогноз какими станут Европа и Азия лет через 10—20, а тем более спустя 50 лет, чрезвычайно трудно. Однако с достаточной достоверностью можно предвидеть минимум пять сценариев возможного развития политической ситуации. Европа консолидируется на основе идеи единого европейского дома, создания общего экономического и валютного пространства, образования европейской системы коллективной обороны с включением в нее преобразованных национальных военных систем всех или большинства государств. Военная организация НАТО реорганизуется в общеевропейскую политическую структуру. Членами НАТО станут восточноевропейские страны и СНГ. Военное присутствие США сократится, а все очаги военных столкновений будут нейтрализованы.

Произойдет дальнейшее сближение восточноевропейских и западноевропейских стран на основе их вхождения в НАТО и усиления противостояния с Россией. В то же время СНГ распадется или сохранится в формальном виде. Усилится раскол Европы. Возрастут внутренние противоречия в НАТО. Образуется несколько обособленных военно-политических блоков, противостоящих друг другу. Противоречия между отдельными государствами усилятся. Подобный вариант особенно опасен, а потому он должен быть по возможности предотвращен. В Азии наметится сближение на антирусской основе Японии и Китая, а возможно, и ряда других стран Азиатско-Тихоокеанского региона. На азиатском континенте установится относительно стабильная обстановка на основе улушения отношений Китая и Японии с Россией.

Вряд ли стоит сегодня анализировать последствия каждого из указанных сценариев. Хотелось бы, однако, обратить внимание на то, что любая попытка строить военную безопасность в Европе и Азии на противопоставлении интересов США и НАТО (в любом виде), а также Китая и Японии интересам России и СНГ чревата самыми тяжелыми последствиями. Представляется не только ошибочным, но и весьма опасным уже частично реализованный вариант расширения НАТО за счет принятия в этот союз только восточноевропейских государств и стран Балтии, исключая Россию, Украину и Беларусь. Это неминуемо приведет к усилению напряженности, недоверия, нарастанию тенденции очередного раскола мира. Оно и понятно, ибо при таком решении Россия окажется в политической и военной изоляции перед лицом международной военно-политической коалиции, которой станет расширенный Североатлантический союз.

Представляется, что в этих условиях определенные проблемы возникнут и внутри НАТО, так как создастся почва для дополнительных противоречий перед его весьма неоднородными участниками. Будет нарушена былая стабильность блока, усложнится система военного планирования и строительства объединенных вооруженных сил. Следовательно, в общих интересах самыми приемлемыми могут считаться лишь два варианта: создание международной системы военной безопасности на базе включения в НАТО всех без ограничения европейских государств, в том числе и непременно России; формирование безблоковой системы на основе дальнейшего развития процесса ОБСЕ и превращения НАТО в политическую структуру. Из этих вариантов целесообразно исходить при оценке перспективной модели безопасности и разработки долгосрочной стратегии России.

В настоящее время эффективная система военной безопасности как в Европе, так и в Азии практически отсутствует. В Европе созданы лишь некоторые ее элементы, связанные с поддержанием паритета военных сил, установлением контроля за деятельностью вооруженных сил, их подготовкой, обменом информацией по ряду оборонных вопросов, организацией прямых линий «горячей» связи. Этого, однако, совершенно недостаточно для эффективного обеспечения военной безопасности XXI в. Еще сложнее обстоит дело в Азии, где все вопросы безопасности решаются далеко не полно, главным образом на основе взаимонеувязанных двухсторонних соглашений.

Представляется, что новая система военной безопасности должна включать как национальные, так и межгосударственные оборонные структуры, предусматривать координацию и сокращение оборонных организмов всех европейских, а возможно, и азиатских государств, согласованную направленность их боевой деятельности, подготовки вооруженных сил, организации скоординированного военного планирования. Ее важнейшими составными элементами могут быть следующие пять блоков: объединенные органы военного управления; совмещенные системы связи и взаим-

Межнациональные военные структуры


Система действий сил коллективной безопасности

Коллективная оценка

Правовые основы

обстановки и угроз

Технические основы

1

1) Единая военная

Принятие коллективных

1) Согласование

политич. доктрина

решений

строительства

2) Единая концепция

национальных ВС

обороны

Предупредительные

2) Согласование

3) Единая система

акции

военных планов

планирования

3) Совместная разра

2) Единая система

| Военные акции |

ботка оборонитель

контроля

ных систем оружия

Схема 61. Перспективная система коллективной безопасности

ной информации; объединенные системы военной разведки, стратегического предупреждения, в том числе ее главной составляющей — СПРН; объединенные системы ПРО и ПВО; единые межнациональные группировки мобильных сил для оперативного реагирования на опасные ситуации.

При всем этом ни европейская, ни азиатская, ни объединенная европейско-азиатская военные системы безопасности не могут и главное — не должны противостоять мировому сообществу. Напротив, они в полной мере обязаны соответствовать укреплению международной безопасности в глобальном масштабе, позитивному развитию международных отношений, нейтрализации очагов напряженности и разрешению возникающих спорных проблем в различных регионах мира. Вместе с тем такие системы должны соответствовать политическим целям входящих в нее государств, способствовать укреплению регионального мира, предупреждению возможной агрессии, исключению войны и внутригосударственных конфликтов.

Важно, чтобы каждая из таких систем носила сдерживающий характер, обеспечивала локализацию возможных очагов напряженности, предусматривала применение оружия лишь в крайнем случае. В основу их военных структур должны быть положены оборонительные средства, а предпринимаемые меры не направлены против той или иной группы стран.

Перспективная система военной безопасности обязана быть достаточно гибкой, постоянно совершенствоваться и периодически видоизменяться в зависимости от конкретной политической и военно-стратегической ситуации. В организационном отношении она должна быть многоплановой, опираться на новейшие военные технологии и обеспечивать возможность надежного отражения агрессии, откуда бы она ни исходила.

Безусловно, формирование новых моделей региональных и национальных систем военной безопасности так же, как и формирование соответствующей им военной стратегии, потребует создания аналогичной материальной и правовой базы. Для этого нужно иметь взаимосогласованные программы развития вооруженных сил США, России, Китая, Казахстана, всех европейских и азиатских стран по крайней мере на 10—15 лет вперед. Необходимо выработать конкретные критерии оборонной достаточности для каждого государства и группы держав определенного региона, взаимно увязать военные доктрины и национально-стратегические концепции, разработать строго согласованные планы военного строительства, подготовки вооруженных сил и их применения в критических ситуациях. Особенно важно организовать и обеспечить согласованную работу объединенных органов военно-политического и стратегического руководства, наблюдательных и координационных структур, совместно выработать единую стратегическую концепцию военной безопасности, а также опредилить взаимосогласованный порядок оценки военно-политической и стратегической обстановки, уровня военных угроз, подготовки рекомендаций по направлениям строительства вооруженных сил и координации их действий, руководства объединенными системами военной безопасности, планирования и организации выполнения военных акций по обороне и защите интересов отдельных государств, локализации конфликтов и т. п.

Создание коллективной системы обороны, разумеется, ни в коем случае не исключает постоянное совершенствование национальных оборонительных структур России и разработку перспективной национальной военной стратегии. В дальнейшем Вооруженные Силы России могут развиваться с учетом международных соглашений («СНВ-3», «Вена-2,3»), но главным образом на базе собственных государственных программ. При этом в основу создаваемых группировок должны быть положены новые принципы их эшелонирования и распределения по направлениям

(ТВД), исходя из реальных возможностей новых средств вооружения и характера потенциальных угроз.

Надо полагать, что перспективная военная стратегия России будет рассчитана на отражение агрессии как в рамках коллективных систем военной безопасности Европы, Азии и СНГ, так и собственными силами. Причем последний вариант наиважнейший. В таком случае военная стратегия России должна быть предусмотрена на отражение агрессии с самых опасных направлений, а также последовательный и поочередный разгром противников. Большое значение в таких условиях приобретают гибкий межтеатровый манерв силами и средствами, прежде всего мобильными средствами, сковывание противника на одних направлениях и решительное сосредоточение усилий на других, изоляция второстепенных противников и разгром их по частям, умелое сочетание стратегических операций с решительными целями со стратегической обороной и частными наступательными операциями мобильных и других сил.

Можно ожидать, что военная стратегия России в своей основе останется континентальной. Однако постепенно будет возрастать роль вонных действий в воздухе и космосе. При определенных условиях крупные воздушные, воздушно-космические, противовоздушные и противокосмические операции могут занять ведущее место в вооруженной борьбе и даже составить ее основу. Особое значение приобретут массированные и групповые ракетно-огневые удары по комплексу основных объектов и целям противника на всю глубину его территории, широкое использование оперативных морских и воздушных десантов, специально созданных подвижных групп.

Иной характер может принять мобилизационное и оперативное развертывание Вооруженных Сил, причем не только для крупномасштабных, но и для локальных войн. Как правило, оно будет осуществляться в короткие сроки, поэтапно, преимущественно в скрытных формах.

Существенной корректировки потребует также экономическая подготовка страны к отражению агрессии. Придется установить соизмеримые предельные уровни развития военной экономики в мирное и военное время, предусмотреть меры кооперации военного производства, согласовать планы конверсии и мобилизационной подготовки экономики, уточнить порядок реализации некоторых оборонных военно-технических программ. Перевод экономики на военное положение будет осуществляться более динамично, чаще всего в короткие сроки.

Особое внимание должно быть уделено повышению живучести экономики, перестройке всей системы военной подготовки населения к обороне, исходя из нового характера войн и уточненных положений Закона об обороне, а также других законодательных актов Российского государства.

Несомненно, возможные контуры будущей военной стратегии России по мере прояснения обстановки и тенденций ее развития будут вырисовываться более четко и определенно.

* * *

Рассмотренные аспекты развития военно-стратегической мысли и практической военной деятельности Российского государства, его политической и военной стратегии наглядно свидетельствуют об огромном военно-теоретическом богатстве, накопленном в России за ее тысячелетнюю историю, о самобытности и неповторимости высшей области отечественного военного искусства. Оно развивалось отнюдь не изолированно от общемирового процесса, однако его своеобразному пути присущ специфический стиль.

Российская военная стратегия всегда носила активный характер. Наиболее отличительными ее чертами являлись: использование потенциальных возможностей на

рода и национальных российских Вооруженных Сил, применение разнообразных форм, видов и способов военных действий, решительное сосредоточение усилий на главных направлениях против наиболее опасного противника, создание и умелое использование крупных резервов, централизованное руководство вооруженной борьбой.

В теории стратегии всегда придавалось особое значение правильному определению возможного характера будущей войны, установлению рациональной структуры Вооруженных Сил, разработке новых способов и приемов стратегических действий с учетом состояния и перспектив развития политической обстановки, экономики и средств вооруженной борьбы.

Отсюда, однако, не следует, что развитие отечественной военной стратегии шло прямолинейно. К сожалению, бывали периоды застоя, отхода от традиционных путей, не раз отечественная стратегия претерпевела резкие повороты, разломы и спады. Нередко накануне и в ходе больших войн допускались крупные стратегические просчеты. Это вело к военным неудачам, а иногда и к тяжелым поражениям. Но в целом российская военная стратегия в своей основе была победоносной.

Изучение военной стратегии России в минувшие эпохи имеет и сейчас неоценимое значение, поскольку позволяет творчески решать задачи обеспечения безопасности государства, укрепления его обороны. Вместе с тем надо учитывать, что на данном этапе исторического развития перед Россией встают совершенно иные военные задачи, коренным образом меняются требования к обеспечению ее безопасности. Нужно искать и находить принципиально новые подходы к организации обороны государства, а следовательно, разрабатывать соответствующую национальную военную стратегию. Это одна из важных и приоритетных задач, которая встает сейчас перед всеми ветвями государственной власти, другими государственными структурами, научно-исследовательскими центрами и военными кадрами России.

<< | >>
Источник: В. А. Золотарев. История военной стратегии России. 2000

Еще по теме Перспективы развития военной стратегии и системы военной безопасности России:

  1. Развитие военной стратегии в гражданской войне
  2. Основные факторы формирования военной стратегии России
  3. Развитие отечественной военной стратегии в XIX в.
  4. В. А. Золотарев. История военной стратегии России, 2000
  5. Глава первая ЗАРОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЕННОЙ СТРАТЕГИИ
  6. Главные направления развития военной стратегии во время войны
  7. § 1. Понятие военной безопасности
  8. § 3. Полномочия органов государственной власти по обеспечению военной безопасности государства
  9. ВЫПИСКА ИЗ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ГЛАВНОЙ ВОЕННОЙ ПРОКУРАТУРЫ, ОГЛАШЕННОГО 29.05.2000 ГОДА НА СУДЕБНОМ ЗАСЕДАНИИ ВОЕННОЙ КОЛЛЕГИИ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ
  10. Глава шестая СОВРЕМЕННАЯ ВОЕННАЯ СТРАТЕГИЯ РОССИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЕЕ РАЗВИТИЯ
  11. § 2. Виды военной безопасности и их правовая характеристика
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -