<<
>>

в)              Организация работ по реактивной и ракетной технике


Военно-воздушные силы в годы второй мировой войны впер- ®Ые выступили как стратегический фактор вооруженной борьбы и стали одной из основных категорий вооруженных сил. Рост бо
евых возможностей авиации вызвал серьезные изменения в вооружении сухопутных войск и Военно-морских сил, в организационной структуре частей и соединений, в приемах ведения боя, в целом в методах проведения боевых операций.
В целях дальнейшего совершенствования этого рода войск в главных воюющих странах были предприняты попытки перейти в строительстве боевых самолетов от поршневого авиационного двигателя воздушного и водяного охлаждения к турбо-реактивному, позволявшему в несколько раз увеличить скорость и потолок полета. Наибольших успехов в этом направлении добились немецкие инженеры и конструкторы.
Германские военно-воздушные силы к началу 1945 г. имели на вооружении реактивные самолеты «Хейнкель-1 62» и «Арадо- 234» с газотурбинными воздушными реактивными двигателями ЮМО-004 и БМВ-003. На высоте 6 км эти самолеты могли развить скорость от 780 до 875 км/час. Реактивные самолеты «Мессершмитт-1 63» были оснащены жидкостными реактивными двигателями «Вальтер». На высоте 9-10 км «Мессершмитт-163» развивал скорость 950 км/час.
Кроме пилотируемых реактивных самолетов немцы в 1944 г. начали создавать образцы реактивной беспилотной авиационной техники. Под руководством мюнхенского инженера Пауля Шмидта был отработан и запущен в серийное производство образец самолета-снаряда Фау-1 (V-1 от немецкого «Vergeltung»- возмездие) с пульсирующим реактивным двигателем. Фау-1 имел дальность полета 240 км, потолок —2,7 км, развивал скорость 550-600 км/час, нес взрывчатку весом 800 кг.
В научно-исследовательском институте «Дефауэль» проводились работы по созданию образцов реактивных самолетов, способных летать с околозвуковыми скоростями (950 км/час), а авиационной фирмой «Зибель» — самолета со сверхзвуковыми скоростями, для которого немецкие инженеры создали самые мощные в мире авиационные газотурбинные двигатели с тягой тонн и 3,4 тонн /4 6/.
Успехи СССР в области реактивной авиации были более скромными. С октября 1944 г. по май 1945 г. прошли государственные стендовые испытания жидкостные реактивные двигатели конструкторов Исаева и Душкина, которые развивали тягу в 1,1-1,4 тонны, но сконструировать под них самолет до конца войны не успели. В 1945 г. реактивный самолет конструкции Микояна с воздушно-реактивным компрессорным двигателем конструкции Холщевникова (ЦИАМ) прошел заводские испыта- ния и показал скорость 820 км/час на высоте 7 км /4 7/.              Щ
В июне 1944 г, англичане прислали в Москву сбитый над БрИ-1H танией самолет-снаряд Фау-1.16 июня в ЦИАМЕ был создан от-1 ¦

дел ПД Nq 6 под руководством В.Н.Челомея для проектирования непилотируемой авиационной техники. К середине 1945 г., разобравшись с устройством реактивного двигателя и системой управления полетом Фау-1, КБ Челомея создало советский аналог немецкого самолета-снаряда под кодовым названием «10-Х», который запускался с бомбардировщика Пе-8.
Опытное производство данного вида вооружения было организовано на заводе № 5 I Наркомата авиапромышленности, но первая серия заводских испытаний, проведенная в начале 1946 г., обнаружила большое количество конструктивных и технологических недостатков /4 8/. На вооружение ВВС изделие «10-Х» было принято в 1953 году.
Наряду с реактивными беспилотными самолетами Фау-1, являвшимися прообразами будущих крылатых ракет, немецкие инженеры и конструкторы, под руководством небезызвестного Вернера фон Брауна, создали и освоили в производстве не имевшие в мире аналогов баллистические ракеты А-4 (более известные под названием «Фау-2») с жидкостным прямоточным реактивным двигателем тягой 25 тонн. В качестве топлива использовалась смесь этилового спирта с жидким кислородом, дающая при сгорании высокий реактивный импульс.
А-4, без преувеличения, исключительное достижение военной техники периода второй мировой войны. При максимальной скорости 1500-1600 м/сек. и высоте полета до 100 км, зти ракеты были практически неуязвимы /49/. С 8 сентября 1944 г. по 14 февраля 1945 г. немецкие ракетчики запустили в сторону Англии более I тыс. шт. Фау-2, из которых 517 попали в Лондон. Каждая ракета несла I тонну взрывчатки. В результате ракетных обстрелов было разрушено и повреждено более ста тысяч жилых домов, около 13 тыс. человек погибло, I 3 тыс. человек получили ранения. Путем применения более эффективных топлив и увеличения их бортового запаса немецкие специалисты стремились достигнуть дальности полета баллистических ракет на 1000 км и более (фон Браун мечтал попасть ракетой в Нью-Йорк).
В последние годы войны, в связи с массированными и частыми бомбардировками союзной авиацией важнейших центров Германии, противовоздушная оборона приобрела для немцев особое значение и они начали интенсивные работы по созданию зенитных ракет с жидкостными реактивными двигателями: «Вассер- Фаль» («Водопад»), «Рейнтохтер» («Дочь Рейна»), «Шметтерлинк» («Бабочка»), «Тайфун», В ракете «Вассерфаль» для работы реактивного двигателя впервые были применены высококипящие компоненты топлива — азотная кислота в качестве окислителя и Нефтепроизводное горючее «Тонкэ» (разновидность нашего ке
росина), позволявшие держать ракету в постоянной боевой го« товности.
Наведение зенитных ракет на цель предполагалось осуществ- лять посредством принципов использования звука или инфракрасных лучей, исходящих от цели, радиолокации или фотоэлементов. Первые испытания, проведенные в феврале 1945 г., дали неудовлетворительные результаты, однако, по утверждению немецких специалистов, для доработки систем наведения на цель им требовалось не более 4-х месяцев /50/.
Большое внимание в Германии в годы второй мировой войны уделялось разработке реактивных авиационных снарядов, воздушных торпед и реактивных авиабомб. Это — радиоуправляемый снаряд «Драхе-6», радиоуправляемая планирующая воздушная торпеда типа «АШС-293», рикошетирующий на воде (по траектории полета самолета) неуправляемый реактивный снаряд «Курт».
Значительное место в опытных работах по реактивному вооружению занимали противотанковые средства. Наиболее отработанными образцами, нашедшими широкое и успешное применение, являлись так называемые «фауст-патроны». Динамо-реактив- ное приспособление «фауст-патрона» весом около 7 кг снабжалось кумулятивной бронебойной гранатой, способной пробить броню любого танка и САУ, находящегося на вооружении союзников, в том числе — советского среднего танка Т-34.
На вооружении Вермахта имелись динамо-реактивные пушки под реактивные противотанковые («Панцершрек» и «Панцерфа- уст»), фугасные среднекалиберные и крупнокалиберные реактивные снаряды с дальностью стрельбы 60-100 метров. В 1941- 1945 гг. на вооружение минометных частей Вермахта поступили одноствольные и пяти-шести-ствольные минометы под реактивные снаряды калибра 88-158-210-320 мм с дальностью стрельбы 4-6 км, а также 48-и зарядная установка залпового огня, стрелявшая 80 мм реактивными снарядами на расстояние 5-8 км /51/.
В СССР реактивные пороховые снаряды были приняты на вооружение Красной Армии в 1938-1941 годах. Впервые в боевых условиях их применили в 1938 г. на Халкин-Голе. Запуск осуществлялся с истребителя И-1 6. После расстрела Г.Э.Лангемака доработкой РС-ов занималась группа инженеров во главе с Л.Э. Шварцем. Пусковую ус гановку для залпового огня делала группа И.И.Гвая. В июне 1940 г. не без давления Сталина на упрямившегося начальника вооружений РККА маршала Г.И.Кулика реактивные снаряды М-8 и M-I 3, разрабатывавшиеся под руководством «врага народа» Лангемака, начали осваиваться в серийном производстве. К I января 1944 г. советской промышленностью
было изготовлено 15 тыс. пусковых установок и I млн. реактивных снарядов /52/. По данному виду минометного вооружения Красная Армия не имела равных, но к разработке других систем реактивной техники, например, противотанковых и зенитных, не говоря уже о самолетах-снарядах и баллистических ракетах, советские инженеры и конструкторы даже не приступали.
В мае 1945 г. при штабе советской военной администрации в Берлине была образована техническая комиссия по реактивной (ракетной и авиационной) технике и вооружению. Собранная ею информация дала основание для принятия 13 мая 1946 г. постановления Совета Министров СССР (№ 1017-419 сс.) о создании Специального Комитета по Реактивной Технике под председательством Г.М.Маленкова, На этот орган, часто называвшийся в служебной переписке «Комитетом № 2», были возложены задачи координации научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ и производственной кооперации министерств и ведомств по изготовлению опытных образцов и серий реактивной техники и вооружения.
Для ознакомления с достижениями немцев в конструировании образцов реактивной техники и технологии ее серийного производства в советскую оккупационную зону Германии различными министерствами и ведомствами было направлено около 2 тыс. специалистов: конструкторы, инженеры, технологи /53/.
В обширном докладе Специального Комитета по Реактивной технике в ЦК ВКП(б) от 12 декабря 1946 г. о проделанной комиссией по сбору и изучению материалов по немецкому реактивному вооружению работе, в частности, сообщалось:
«В состав комиссии вошли крупные советские специалисты- представители всех заинтересованных Министерств: авиации, сельхозмашиностроения, вооружения, электропромышленности, судостроительной промышленности, машиностроения и приборостроения, химической промышленности и Министерства вооруженных сил.
Были широко обследованы центры немецкой реактивной техники как в самой Германии, так и в Чехословакии и Австрии.
Обследованием институтов, фирм, полигонов и организаций, занимавшихся развитием реактивного вооружения, было установлено, что большинство объектов, стендов, образцов и материалов немцы уничтожили, а часть спрятали в различных местах. Наиболее крупные специалисты по реактивному вооружению перешли на сторону англичан и американцев.
Характер проведенных в Германии работ по реактивному во- °Ружению был выявлен в результате обработки и систематизации отдельных собранных документов и данных, опроса немец
ких специалистов, детальными и многочисленными обследованиями и поисками.
Собранные документы, образцы, материалы и описания свидетельствуют о том, что немцы в области реактивных средств борьбы вели большую по своим масштабам работу. Проектированием, изготовлением и испытанием реактивного вооружения интенсивно занималось большое число научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро, фирм и полигонов, которые представляли собой мощные организации, с хорошо оборудованными лабораториями и стендами и с значительным количеством специалистов высокой квалификации.
Реактивный институт в Пеенимюнде имел до 25 специально оборудованных первоклассных стендов, аэродинамическую, химическую, физическую и другие лаборатории.В конструкторском бюро института работало до 1500 инженеров. Площадь помещений института составляла 250 тысяч кв.метров. Реактивная испытательная станция в Пеенимюнде имела прекрасно оборудованные экспериментальные цеха и лаборатории, и на ней работало до 500 инженеров. Площадь, занимаемая испытательной станцией, равнялась 100 тысячам кв.метров.
Реактивный отдел артиллерийского полигона в Куммерсдорфе имел свои стенды, мастерские и испытательные площади.
Фирмы, занимавшиеся разработкой реактивного вооружения, также имели конструкторские бюро, экспериментальные заводы и мастерские.
Фирма Рейнметалл-Борзиг имела в Мариенфельде (Берлин) крупный завод площадью в 60 тысяч кв.метров, с хорошим оборудованием, который занимался разработкой и производством реактивных снарядов и бомб. При заводе были большие конструкторские бюро и необходимые лаборатории.
В порядке кооперации, к разработке и изготовлению реактивных двигателей и аппаратуры управления этими снарядами, а также топлив и порохов, было привлечено большое количество предприятий и фирм в различных городах Германии, Чехословакии и Австрии.
К научно-исследовательским работам по реактивному вооружению были привлечены крупнейшие ученые и большое количество специалистов в области физики, химии, электротехники, термодинамики, аэродинамики, телемеханики, радиолокации и т.п. Это дало возможность развернуть в больших масштабах исследования в области химии топлив, термодинамики, телемеханики, аэродинамики при сверхзвуковых скоростях и т.д.
Проведение широких научно-исследовательских и опытных работ позволило немцам получить результаты, являющиеся H вейшими достижениями в мировой технике» /54/.

По достоинству оценив производственную, научную и опытно-конструкторскую базу немецкой реактивной и ракетной техники, Специальный Комитет по Реактивной Технике, далее, докладывал о содержимом советских «ракетных трофеев»: 8 жидкостных ракет, 8 пороховых ракет, 4 I реактивный двигатель, 3 2 прибора управления, 186 образцов реактивного топлива для жидкостных ракет и 80 образцов порохов для ракет на твердом топливе. Учтенная техническая документация включала 125 6 научных трудов и докладов, чертежи по 4 I 3 ракетам, двигателям, приборам и устройствам к ним. Важнейшие материалы были переведены на русский язык и размножены, например, только для Министерства сельскохозяйственного машиностроения более 100 трудов объемом 2,5 тыс. страниц машинописного текста /55/.
В целях восстановления комплектов технической документации и продолжения дальнейшей разработки гироскопической и других систем управления ракеты Фау-2 в г.Бляйхорде (Тюрингия) по распоряжению советской военной администрации из числа немецких специалистов ракетной техники был создан научно- исследовательский институт «Рабе» /56/. мая 194 6 г. Совет Министров СССР принял постановление о создании научно-исследовательских центров для нужд ракетной техники, перед которыми, в частности, была поставлена задача воспроизвести технологию производства Фау-2 и зенитных ракет. Хотя баллистические ракеты, по идее, были ближе к авиации, Минавиапром особого интереса к ним не проявил. Их разработку, по инициативе Д.Ф.Устинова, взяло на себя Министерство Вооружения СССР. Головным научно-исследовательским институтом Минвооружения по изучению, воспроизводству и усовершенствованию образцов немецкой ракетной техники Устинов определил НИИ-88, коллектив которого в период Великой Отечественной войны занимался разработкой артиллерийских систем. В начале сентября в составе НИИ-88 сформировалось новых конструкторских отделов, полностью переведенных на Ракетную тематику. Отделы возглавили: С.П.Королев, Е.В.Синиль- Щиков, С.Ю.Рашков, П.И.Костин, Н.Л.Уманский и А.М.Исаев.
В октябре 194 6 г. Совет Министров СССР в целях ускорения строительства лабораторных и производственных площадей и испытательных стендов для НИИ-88 (дислоцировался в подмосков- tloM г.Калининграде) распорядился направить 2 тысячи немецких в°еннопленных (для них создали специальный лагерь), выделить По фондам 250 грузовых автомобилей, 3 железнодорожных кра- tldI 5 автомобильных кранов, 5 тонн цемента, 3 тонны проката ljePHbix металлов и лабораторное оборудование (в счет репараци- °йных поставок) /57/.

Разработка двигательных установок для баллистических ракет была поручена ОКБ-456 Министерства авиационной промышленности (главный конструктор — В.П.Глушко), систем управления НИИ-885 Министерства промышленности средств связи (главный конструктор — М.С,Рязанский), гироскопического оборудования — НИИ-10 Министерства судостроительной промышленности (главный конструктор — В.И.Кузнецов), наземного оборудования — ГСКБ Министерства машиностроения и приборостроения (главный конструктор — В.П.Бармин).
Дополнительные задания, в связи с необходимостью изучения зарубежного опыта конструирования и производства реактивных снарядов и пусковых установок получили следующие конструкторские организации Минвооружения: СКБ-15, СКБ-46, ЦКБ-14, ЦКБ-20, СКВ-16, ОКВ-43, НИИ-СПВА, КБ завода Цейс, НИИ-13, а также КБ заводов № 8 и № 232, Морское артиллерийское конструкторское бюро /58/.
Напряженную программу изучения и освоения в производстве управляемых и неуправляемых реактивных снарядов имели конструкторские организации военно-промышленных главков Министерства сельскохозяйственного машиностроения,
ГЦКБ-1 Минсельхозмаша приступило к разработке снаряда по типу пороховой ракеты «Рейнботе» для стрельбы на 50 км, реактивного авиаснаряда калибром 2 10 мм amp;ля стрельбы с самолета по наземным целям, реактивного авиаснаряда калибром мм для стрельбы по воздушным целям, противотанкового кумулятивного снаряда, способного пробивать 200 мм броню, реактивного зенитного снаряда по типу немецкой ракеты «Рейнтох- тер» и т.д., всего I I образцов.
ГСКБ-4 7 Минсельхозмаша приступило к разработке трех типов пороховых реактивных авиабомб и торпед, управляемой планирующей ракеты-авиабомбы для точного бомбометания по удаленным целям, реактивной авиабомбы-торпеды для поражения подводной части корабля.
На заводах Na 70, № 5 I 2 и Ns 57 I Минсельхозмаша приступили к изучению и воспроизводству систем подрыва взрывчатки немецких ракет и состава порохов. В ГНИИ-22 и ОКБ при заводе № 57 I был разработан и испытан взрыватель АВ-508 для самолета-снаряда типа Фау-1 /5 9/.
В Минавиапроме вопросами разработки и воспроизводства немецких реактивных снарядов занимался НИИ-1, в том числе стратосферной ракетой-снарядом типа «Рейнботе» и реактивными пороховыми двигателями для разгона самолета /60/.
НИИ-4 9 и СКБ Министерства судостроительной промышлей* ности получило задание разобраться с приборами автоматики и телеаппаратурой для управляемых реактивных снарядов немеД*

ких фирм «Телефункен» и «Рейнланд». Завод № 93 Министерства химической промышленности провел успешную работу по изготовлению катализатора для ускорения самовоспламенения жидкого реактивного топлива, а Институт прикладной химии воспроизвел технологический процесс изготовления топлива типа «Тонкэ» и приступил к разработке промышленного метода получения перекиси водорода. Предприятия и институты Министерства нефтяной промышленности Восточных районов разработали, по образцу немецкой, технологию изготовления стабильных кал- лоидных растворов металлов и металлоидов жидких горючих для реактивных двигателей, расшифровали состав 17 образцов авиационных топлив и специальной смазки /61/.
К 1950 г. из находившихся в отработке образцов ракет и реактивных снарядов на вооружение Советской Армии были приняты 3 образца. По плану Спецкомитета в 1951 г. завершалась отработка 10 образцов неуправляемых снарядов, а в 1952 г. — образцов, из которых 7 являлись управляемыми (посредством радиолокационного тракта), 5 — неуправляемыми /62/.
Образцы немецких зенитных ракет, из-за громоздкости наземного оборудования и несовершенства систем управления, для использования в военных целях оказались непригодными. В лучшем случае в процессе их воспроизводства удалось найти более соответствующие ракетной технике подобного класса конструктивные идеи и инженерно-технологические решения. В 1947- 194 9 гг. в КБ известного советского авиаконструктора С.А.Ла- вочкина велись работы по созданию опытного образца двухступенчатой зенитной ракеты «Буря» (главные конструкторы: реактивного двигателя — А.М.Исаев; транспортно-пускового оборудования — В.П.Бармин; бортовых источников электропитания
Н.С.Лидоренко), способной поражать самолеты противника на высоте до 25 км.
«Бурю» и последующие ее серийные модификации, осваиваемые в производстве на предприятиях Министерства вооружения СССР, решено было использовать в качестве элемента комплексной системы ПВО г.Москвы. Эта система начала создаваться по указанию Сталина в начале I 950 г., включала в себя два кольца Радиолокационного обнаружения на базе РЛС I 0-сантиметрово- го диапазона (изделие «А-1 00») и два кольца радиолокационного Наведения зенитных ракет (изделие «Б-200»), С РЛС были функционально связаны 56 зенитно-ракетных комплексов — ЗРК с пусковыми установками зенитных ракет (изделие «В-300»), а также базирующиеся на подмосковных аэродромах эскадрильи истребителей-перехватчиков, вооруженные ракетами, класса «воз- Аух-воздух».

Организация работ по созданию системы ПВО г.Москвы осуществлялась Третьим Главным Управлением при Совете Министров СССР (начальник — В.А.Рябиков; заместитель — С.И.Ветощ^в кин; председатель Научно-технического Совета — академииН А.Н.Щукин; главный инженер — В.Д.Калмыков). Головной опыт|Н но-конструкторской организацией TГУ при CM СССР являлосьЧ КБ-1 (начальник А.С.Елян), реорганизованное из Специального Бюро № I НКВД СССР. По фамилиям главных конструкторов КБ-1 С.Л.Берия (сын Председателя Специального Комитета CM СССР Л.П.Берия) и П.Н.Куксенко, по-видимому, произошло кодовое название всего противовоздушного комплекса — «БЕРКУТ». Первая серия испытаний ЗРК системы «БЕРКУТ» успешно прошла в октябре 195 2 года /63/. * *
Кроме образцов немецких баллистических и зенитных ракет, управляемых и неуправляемых снарядов из советской оккупационной зоны Германии были вывезены I 9 комплектов газотурбинных воздушно-реактивных авиационных двигателей «ЮМО-004» и «БМВ-003», признанных советскими специалистами пригодными для использования в конструкциях советских самолетов. Двигатели испытали на стендах НИИ-1 Минавиапрома, в ЦИАМе и организовали серийный выпуск на заводе № 26 (г.Уфа) и заводе №16 (г.Казань) /64/.
Под немецкие реактивные двигатели «ЮМО-004» и «БМВ-003» в конструкторских бюро Яковлева, Лавочкина, Микояна и Гуревича началось проектирование и постройка опытных образцов самолетов с расчетной скоростью 800-900 км в час. Немецкий жидкостный реактивный двигатель «Вальтер» пригодился для совершенствования отечественного двигателя «РД-1» конструкции Исаева. На базе самолета «Арадо-234 в КБ Четверикова проводились работы по проектированию опытного самолета-бомбардировщика с 4 моторами типа «БМВ-003» или 2 моторами типа «ЮМО-004». Заводы № 82 и № 458 восстановили и подготовили к летным испытаниям 2 самолета «Арадо-234» и одномоторный истребитель «Мессершмитт-163», аэродинамические формы которого: отсутствие горизонтального оперения и сильная стреловидность крыла, — напоминают современные сверхзвуковые истребители /65/.
В январе 194 6 г. Наркомат авиационной промышленности подготовил проект постановления CHK СССР об организации серийного производства реактивных истребителей «Мессершмитт- 262» в количестве 120 шт. на заводе № 3 8 I (г.Москва) и заводе № 292 (г.Саратов) «в целях сокращения времени изучения и про-

цзводства реактивных газотурбинных двигателей и самолетов, а также обучения летного состава ВВС Красной Армии тактическому применению реактивных самолетов» /66/.
В целях более углубленного изучения опыта германской авиационной промышленности Минавиапром с помощью советской военной администрации привлек большое количество немецких специалистов, не перебежавших к американцам. В г.Дессау на заводе бывшей фирмы «Юнкере» было организовано ОТБ-1, в котором работали 600 человек, в том числе 160 докторов, дипломированных инженеров и инженеров-практиков. Перед ОТБ-1 была поставлена задача форсировать реактивный двигатель ЮМО-004 до тяги в 1,2 тонны (под зкпериментальный реактивный бомбардировщик со скоростью 900 км/час и дальностью полета 2 тыс. км) и создать новый двигатель ЮМО-012с тягой тонны (под экспериментальный реактивный бомбардировщик со скоростью 1000 км/час и дальностью полета до 4 тыс. км). В г.Уназебурге на заводе бывшей фирмы «БМВ» организовали ОТБ-2, перед которым поставили задачу сконструировать реактивный двигатель БМВ-018с тягой в 3 тонны. В г.Галле на заводе бывшей фирмы «Зибель» организовали ОТБ-3, перед которым поставили задачу сконструировать экспериментальный реактивный самолет, способный преодолеть звуковой барьер. В г.Берлине на заводе бывшей фирмы «Аскания» организовали ОТБ-4, перед которым поставили задачу сконструировать несколько образцов автопилота /67/.
По заданию наркоматов авиапромышленности и боеприпасов видные ученые и специалисты Лейпцигского Университета, лаборатории ИГ Фарбениндустри разрабатывали темы по легким сверхпрочным сплавам, пластмассам, методам анодных покрытий и т.д. Всего в течение 194 6 г. немецкими учеными было выполнено 85 работ по запросам ЦИАМ, ВИАМ, ЦАГИ, ЛИИ, НИСО, Оргавиапрома, Гипроавиапрома, НИИ-1, ГВФ, ВВС /68/.
Специалисты Минавиапрома собрали обширную документацию по немецкому авиастроению, которая включала: 4 тыс. научных трудов,- отчетов, сборников статей и монографий, свыше тыс. конструктивных и рабочих чертежей по опытным и серийным самолетам и двигателям. Были демонтированы и вывезены в СССР: аэродинамическая труба больших скоростей, средняя аэродинамическая труба, натуральная аэродинамическая труба с Диаметром свободной струи 1,2 метра, установки для испытания Прочности авиаконструкций и материалов, стенды для газотурбинной лаборатории, оборудование лабораторий топлива для реактивных самолетов, две высотно-моторные лаборатории для испытания моторов мощностью до 2500 л.с. /6 9/.

От советских оккупационных властей в поисках немецких технических секретов не отставали американские оккупационные власти. В США полагают, что использование знаний и опыта немцев только в области ракетной техники сэкономило американскому налогоплательщику не менее 750 млн. долларов /70/
На 1948 г. Минавиапром запланировал производство 6530 самолетов, из которых 750 являлись реактивными. Это — истребители МиГ-9 и ЯК-15, оснащенные двумя реактивными двигателями РД-20 тягой 0,8 тонны, способные развивать скорость до 900 км/час. РД-20 представлял собой форсированный и значительно усовершенствованный советскими конструкторами образец английского реактивного авиационного двигателя, лицензию на изготовление которого Минавиапром в 1946 г. приобрел у \ фирмы «Ролл Ройс».              I
Ни один из опытных образцов реактивных бомбардировщиков ’ и штурмовиков в серийном производстве освоен не был /71/.              ;
Ускоренному переходу советской авиации от поршневой к реактивной, как мы сейчас понимаем, препятствовали объективные ' причины, обусловленные конструктивными недостатками существующих образцов зарубежных и отечественных реактивных двигателей, новизной технологического процесса и т.д. Советским же руководством все эти недостатки и упущения зачастую расценивались либо как проявления «вредительства», либо — «бюрократизма» и «ведомственности». На всех ведущих специалистов — разработчиков реактивной и ракетной техники — органами госбезопасности велось досье, все доносы и сообщения платных и добровольных агентов тщательно проверялись, обвинительные материалы немедленно передавались в прокуратуру. Такое же «высокое доверие» власти оказывали и организаторам оборонной промышленности.
В нескольких случаях жертвами репрессий из числа «выдающихся» оказались люди, в преданности и лояльности которых Сталину и системе трудно усомниться, например, Начальник Главного Артиллерийского Управления Н.Д.Яковлев, Нарком авиационной промышленности А.И.Шахурин и Главнокомандующий ВВС А.А.Новиков. 30 апреля 1951 г. на совещании с руководителями оборонной промышлености Сталин, по видимому в назидание, рассказал собравшимся о сути «дела» репрессированных в 1946 г. Шахурина и Новикова, которые, по его словам, из ведомственных соображений, преднамеренно, тормозили развитие советской реактивной авиации. «Еще во время войны, — делился воспоминаниями Сталин, — Правительством было поручено бывшему Наркому авиационной промышленности Шахурину Я Главкому ВВС Новикову скорее взяться за освоение реактивных самолетов. При этом Правительству было известно, что амери-

канцы и немцы уже такие имеют. Правительство тогда уже считало, что реактивным самолетам принадлежит будущее. Прошло полгода, год, а указанные люди ничего в этом отношении не сделали. Правительство не могло проверять часто ход разработки и освоения реактивных самолетов, а в Министерстве авиационной промышленности не принимали никаких мер.
При проверке оказалось, что Шахурин и Новиков сговорились: первый на том, что будет выполнять программу по серийным поршневым самолетам и за это работники авиапромышленности будут получать премии, второй — на том, что не придется переучивать людей на реактивных самолетах и они будут получать ордена и медали. Эти люди — Шахурин и Новиков ведомственные интересы поставили выше государственных, загубили дело и после них пришлось много поработать, чтобы наладить производство реактивных самолетов» /72/.
Ни подтвердить, не опровергнуть обвинения Сталина против Шахурина мы не можем, но, вот, то, что командование ВВС запаздывало с переобучением летного состава на реактивную авиацию, свидетельствуют такие данные: в течение 1945-1947 гг. приступили к обучению и тренировочным полетам на реактивных самолетах всего 500 летчиков /73/. * *
В начале осени 1947 г. советские специалисты, наконец, полностью разобрались с системой заправки, запуска и управления баллистической ракетой Фау-2, освоили технологию ее серийного производства. Точной ее копией являлась первая советская баллистическая ракета P-1, прошедшая свое первое полигонное испытание 18 октября 1947 года. В общей сложности в отработке технических систем P-I и ее освоении в серийном производстве участвовали 13 КБ и НИИ и 35 заводов /7 4/.
В неменьшей степени, чем при создании зенитных радиоуправляемых ракет типа «Буря», в баллистических ракетах типа P-I нашли применение последние достижения в области радиолокации, автоматики, точного приборостроения, электроники и многого другого, чему в отечественной технике еще не существовало названия. На вооружение Советской Армии P-1 поступила в конце 1949 года.
Предельная дальность полета P-I составляла около 300 км. Военных она не устраивала, но Сталин, за которым в вопросах Целесообразности той или иной системы вооружения всегда оставалось последнее слово, тему «баллистические ракеты дальнего Действия» в Министерстве вооружения СССР свернуть не позво- aiiA. С.П.Королев, под руководством которого воспроизводились
системы Фау-2, был назначен Министром вооружения Д.Ф.Усти- новым главным конструктором ОКБ-1 НИИ-88.
В 1947-1949 гг. ОКБ-1 Королева создало ракету Р-2 с дальностью полета 600 км. В общей сложности над Р-2 работали 24 НИИ и КБ и 90 заводов различных министерств и ведомств /75/. К моменту сдачи Р-2 на вооружение (август 1953 г.) в ОКБ-1 начались работы над ракетой Р-5 с дальностью 1200 км при стартовом весе 29 тонн.
Для наращивания мощностей новой отрасли советской оборонной промышленности — ракетостроения — в феврале 1952 г. первенец 4-й пятилетки Днепропетровский автомобильный завод был передан Министерству вооружения и перепрофилирован под серийное производство ракетной техники. По воспоминаниям Министра общего машиностроения СССР С.А.Афанасьева, работавшего в 1952 г. на Днепропетровском заводе начальником цеха реактивных двигателей, освоение серийного производства ракетной техники проходило под неусыпным контролем Специального Комитета и органов госбезопасности. «На заводе, — отмечает Афанасьев, — был установлен жесточайший режим. Все специалисты жили в бытовках инструментального цеха. С территории завода выходить не имели права. За мной были закреплены два полковника МГБ. Они работали круглосуточно, посменно и записывали каждое мое устное и письменное указание. Ночью спали 3-4 часа. ...Так создавалась ракетная техника» /76/.
Модернизированный образец баллистической ракеты Р-5 конструкции С.П.Королева был избран КБ-1 I Минсредмаша в качестве ракеты-носителя ядерного заряда. Ее первое испытание успешно прошло 20 февраля 1956 г., в дни работы XX съезда КПСС, с трибуны которого советский лидер Н.С.Хрущев заявил
об              отсутствии фатальной неизбежности новой мировой войны. Стартовав с ракетного полигона Капустин Яр, ракета Р-5М с ядерной боеголовкой, пролетев около I тыс. км со скоростью 1500 м/сек., доставила в расчетное время на Семипалатинский ядерный полигон свой «полезный груз». Принципиально новая система вооружения — ракетно-ядерная — получила практическое подтверждение своей осуществимости.
<< | >>
Источник: Симонов Н.С.. Военно-промышленный комплекс СССР в 1920-1950-е годы: темпы экономического роста, структура, организация производства и управление. 1996 {original}

Еще по теме в)              Организация работ по реактивной и ракетной технике:

  1. ОРГАНИЗАЦИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ РАБОТЫ КОМПЬЮТЕРНОЙ ТЕХНИКИ В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ
  2. Техника 5. «Работа со сновидениями»
  3. Техника 2. «Работа с визитером»
  4. Техника 9. Работа с системойрэкет
  5. Техника учебной работы
  6. Пьесы подвижного характера(с элементами виртуозности)и работа над техникой
  7. Техника 7. «Работа с потерей (утратой)»
  8. Техника 8. Работа с симбиозом Упражнение 1
  9. Техника 7. «Работа с мировосприятием и искажением» Упражнение 1
  10. г)              Советский ракетно-ядерный щит: затраты и результаты
  11. ГЕОРГ СИМОНИС, МАРИЯ БЕРЕНС, ГЕЛЬМУТ ЭЛЬБЕРС ИЗУЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ И ТЕХНИКА УЧЕБНОЙ РАБОТЫ
  12. 22. Комплексный метод работы — пример широкого использования достижений естественных наук и техники
  13. 2.2. Организация работы
  14. ОРГАНИЗАЦИЯ СТРОИТЕЛЬНЫХ РАБОТ
  15. Понятие и принципы организации работы
  16. Типичная схема работы с организацией
  17. Организация самостоятельной работы
  18. Организация работы прокурора
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -