6.Новое в археологическом изучении древнерусского города

При ознакомлении со школьными и вузовскими учебниками по отечественной истории становится очевидно, что археологические исследования древнерусских городов не нашли в них, за малым исключением, достойного отражения.

Археологические факты вкраплены в исторический рассказ о городах, но в этих текстах слабо отражена ситуация, позволяющая обучающемуся понять, как за последние полвека расширились и углубились знания о древнерусском городе. Между тем, это случилось по большей части благодаря археологии, т.к. новые данные о городе,

особенно для периода от Х до XV вв., поступили в распоряжение науки в значительной степени в результате археологических раскопок. Их интерпретаторами выступали преимущественно сами археологи, многие из которых рассматривали добытые археологические факты в комплексе с другими источниками. Удачным примером привлечения результатов археологических данных по истории, культуре, планировке, быту древнерусского города могут быть учебники Н.И. Павленко, В.Б. Кобрина и В.А. Федорова «История СССР с древнейших времен до 1861 г.» (- М.: Просвещение, 1989), Л.А. Кацвы, А. Л. Юрганова «История России VIII-XV вв.: Учебник для VII класса средних учебных заведений» (- М.: МИРОС. 1995). Учителя средней школы в тех разделах школьного курса, которые делают возможным привлечение краеведческого материала, часто обращаются к специальной литературе, в том числе археологической, восполняя лаконизм и пробелы учебников (см., например: Князев Ю. А. Краеведческий материал в VII классе // Преподавание истории в школе. 1980. № 4. и др.)

Задачей этого небольшого раздела является проинформировать читателя о последних археологических исследованиях древнерусских городов, наиболее интересных открытиях 80-90-х гг., отраженных в специальной и научно-популярной литературе. Здесь предпочтение отдается трудам археологов, ближе всего знакомых с материалом. Учитывая, что данное пособие составляется в Пскове, результатам археологического изучения города уделяется особое внимание.

Еще ранее рассматриваемого периода в науке сложилось представление о больших научных перспективах археологического изучения древнерусских городов. Главную роль в формировании этого представления сыграли успехи археологических раскопок -прежде всего, в Новгороде, а также в Киеве, Москве, Пскове, Старой Ладоге, Рязани, Галиче, Чернигове, Минске, Гродно, Старой Руссе, Суздале, Смоленске и других древнерусских городах. Для многих городов к 80-90-м годам были определены на основе распространения культурного слоя границы их средневековой территории. Учитывая, что культурный слой городов содержит следы хозяйственной и градостроительной де-

ятельности, остатки архитектурных сооружений, вещевые находки, в том числе такие уникальные, как берестяные грамоты, свинцовые вислые печати, предметы искусства, законом об охране памятников 1976 г. и рядом других постановлений предусматривалось взятие под охрану культурного слоя исторических городов.

В ряде городов специальными постановлениями местных властей предполагалось обязательное археологическое изучение участков, отведенных под застройку. Раскопки такого рода получили название охранных. Подобное постановление облисполкома, основанное на опыте раскопок в областном центре, было принято в отношении культурного слоя Пскова в 1973 г.

Оно было учтено и при составлении Правил застройки города Пскова в 1974 г. Генеральные планы развития ряда древнерусских городов также предусматривали меры по охране их культурного слоя.

Итак, 80-90-е годы - это время, когда специалисты вполне осознанно продолжали исследование культурного слоя городов, чаще всего - в крупных городах - ведя раскопки с охранными целями. О размахе этих работ можно судить по достаточно представительным сведениям информационного сборника «Археологические открытия», выпускавшегося издательством «Наука» до конца 80-х годов и возобновленного в 1994 г. Для примера берем 1981 и 1985 годы. Тогда раскопки велись соответственно в 34 и 50 древнерусских городах. Во многих из них раскопки возобновлялись из года в год, в других они велись впервые или с перерывом. Российские древнерусские города: Иван- город, Изборск, Ладога, Москва, Новгород, Псков, Смоленск, Суздаль - изучались в эти годы постоянно, и имена перечисленных городов носили научные экспедиции, работавшие обычно в нескольких местах на территориях этих городов. Традиционными были раскопки во многих украинских и белорусских городах (Киеве, Галиче, Минске, Витебске и ряде других).

В эти годы Псков - один из первых по масштабам археологических раскопок древнерусских городов. С 1983 года здесь работала Псковская экспедиция Института археологии АН СССР и Псковского музея- заповедника, продолжались раскопки экспедиции Государственного Эрмитажа. Археологические исследо-

вания велись во всех районах исторического центра города: на Кро- му, в Довмонтовом городе, Среднем городе, Окольном городе, на За- величье.

Изучать древнерусский город путем археологических раскопок - значит изучать его культурный слой. Информативные возможности культурного слоя в разных городах различны и определяются условиями его образования, степенью сохранности, почвенными условиями. Очень благоприятные возможности для сохранения сооружений и вещей имеет культурный слой Новгорода. Повышенная влажность слоя, покоящегося на глинистой почве, что исключало дренаж осадков, препятствовала аэрации и гниению деревянных построек и предметов из органических материалов. Сохраняющиеся остатки деревянных сооружений, слои щепы и другие органические включения составили значительную часть культурного слоя, который при плотности застройки накапливался довольно быстро. Толщина культурного слоя в древнейших частях города превышает 6 метров, достигая местами 9 метров.

Во многих, особенно южнорусских городах, дерево в слое сохраняется плохо, что влияет и на толщину слоя. Такова ситуация в возвышенной части Киева. Но в том же Киеве, на Подоле, находящемся в низменной части города, складывались благоприятные условия для сохранения органики, и мощность слоя достигала 10-12 м (сюда, правда, включаются и возобновлявшиеся речные наносы, достигавшие на некоторых глубинах 2,5 м). Многометровую мощность имеет культурный слой и в других древнерусских городах на территориях, где хорошо сохраняется органика.

Археологические исследования продолжают расширять и уточнять представление о культурном слое каждого из древнерусских городов. Если в XIX в. только накапливались наблюдения, а раскопки в городах были очень редки, то в течение XX века, особенно с его середины, началось настоящее археологическое открытие древнерусского города. Так, в Пскове целенаправленные научные раскопки начались в 1930 г. и с небольшими перерывами продолжаются до настоящего времени. С конца 60-

х-начала 70-х гг. в практику вводится обязательное изучение участков исторического центра, отведенных под застройку (с финансированием раскопок за счет застройщика).

При площади средневековой территории города (вместе с прибрежной частью Завеличья) около 300 га раскопками к 2003 г. исследовано 8 га. Это немного по отношению к территории в целом, но достаточно много, если исходить из возможностей археологических раскопок. И все же благодаря тому, что исследования проводились в разных частях города, получены данные о культурном слое (мощность, состав, время образования и др.)., функциональном использовании различных мест. Наибольшую толщину слой имеет в древнейшей части Среднего города между Довмонтовым городом и нынешней Октябрьской площадью (до 7 м). Это район довольно раннего - с Х в. - заселения, имевший плотную жилую застройку. Здесь неплохо сохраняются остатки деревянных построек. Большой, до 10 м слой прослеживается в южной части Крома, но значительная часть его образована строительным мусором при поздней нивелировке, что сильно изменило средневековый рельеф этой части Пскова.

Изучение различных древнерусских городов привело исследователей к убеждению, что культурный слой города является сокровищницей, заключающей в себе добываемые и пока скрытые ценные исторические сведения.

Именно накопление археологических данных позволило не только лучше узнать отдельные города, но и попытаться установить общие черты в их развитии.

К 80-м годам наибольшее распространение в исторической и археологической науке получило определение города как многофункционального поселения, отвечавшего различным потребностям феодального общества (мнения ученых на этот счет были проанализированы В.В. Карловым). Еще в 1964 году, обобщая опыт многолетних археологических работ в городах, Б. А. Рыбаков высказал точку зрения о том, что типичными для города следует считать «сочетание в городе следующих элементов: крепости, дворов феодалов, ремесленного посада, торговли, административного управления, церквей». Эти археологические

и исторические признаки являлись отражением функций города как средоточия ремесла и торговли, административно-хозяйственного, военно-политического, культурного и идеологического центра. К вопросу об археологических признаках города обращались и другие археологи.

Об этом, в частности, писал еще в 60-е годы П.А. Раппопорт в связи с проблемой типологии древнерусских поселений. В настоящее время археологические данные позволили ученым на новом уровне с учетом всех источников вновь обратиться к проблеме определения города вообще и древнерусского города в частности. Наибольшее внимание уделил ей А.В. Куза, попытавшийся в ряде своих работ соотнести имеющиеся в исторической науке определения с археологическими данными, выявить и обосновать археологические признаки города. При этом А. В. Куза опирался на теоретические и конкретно-археологические исследования как предшественников и современников, так и свои собственные.

Результаты археологического изучения древнерусских городов обобщены в коллективной монографии «Древняя Русь: Город, замок, село», вышедшей в свет в серии «Археология СССР» в 1985 г. А.В. Куза является автором нескольких разделов этой книги. Ряд его выводов и наблюдений приводится далее в кратком изложении.

В основу определения древнерусского города исследователь считает возможным положить общее определение города, сформулированное и аргументированное в 1983 г. О.Г. Большаковым и В.А. Якобсоном. Они предложили считать городом населенный пункт, в котором концентрируется и распределяется прибавочный продукт. А. В. Куза замечает, что в условиях Древней Руси пунктами концентрации прибавочного продукта были, кроме собственно города, еще феодальные усадьбы- замки, погосты, военные крепости. «Город не только аккумулирует в себе прибавочный продукт, но и средства и способы его реализации, и население, численно достаточное, чтобы выполнить эту задачу». Исходя из этого уточнения, исследователь приходит к следующему определению древнерусского города: город - «постоян-

ный населенный пункт, в котором с обширной сельской округи-волости концентрировалась, перерабатывалась и перераспределялась большая часть произведенного там прибавочного продукта». А.В. Куза подчеркивает, что определение «постоянный» должно отличить город от пунктов сбора дани, существовавших как поселки-станы в ранний период истории Руси, Принципиально важно указание на связь с обширной, а не только ближайшей сельскохозяйственной округой, что отличает город от замка феодала, погоста или рядового волостного центра. Экономическая функция города выявляется присутствием в определении глагола «перерабатывалась» (ремесленное производство). На наш взгляд, и перераспределение прибавочного продукта частично также шло через отрасль, связанную с экономикой, - торговлю, определенно имевшую место в городе. Заслугой А.В. Кузы является вынесение на научное обсуждение перечня археологических признаков древнерусского города Х- ХШ вв. (1983 г.) Позднее набор признаков уточнялся исследователем (1985 г.). Немаловажно, почему появилась необходимость в нем и как он сложился. К началу 80-х годов исследователи располагали сведениями о 1395 укрепленных поселениях Х-ХШ вв. Лишь 414 из них известны по письменным источникам, остальные были выявлены археологами. Требовалось выработать критерии оценки принадлежности укрепленных археологических памятников древнерусского времени определенному типу поселений. В этой ситуации исследователь пошел по следующему пути. Развивая принципы, предложенные П.А. Раппопортом и В.В. Седовьм, А.В. Куза, во-первых, классифицировал все памятники по типам и, кроме того, сгруппировал их по размерам защищенной территории. Оказалось, что диапазоны укрепленной площади поддающихся анализу памятников - от 0,3 га до 20 и более гектаров. Какие из них города в современном научном понимании этого термина? В письменных источниках под термином «города» скрываются укрепленные поселения и лишь иногда выделяются «старшие города» - столицы земель - княжений и «младшие города» - пригороды, сторожевые города-крепости, частновладельческие города, укрепленные центры рядовых волостей и погостов, феодальные замки-усадьбы. Анализируя типологию, хронологию укрепленных поселений, а также материалы их

археологических раскопок, А.В. Куза попытался проверить эффективность тех или иных археологических признаков города на результатах исследований Киева. Чернигова, Переяславля, Галича, Смоленска, Полоцка, Новгорода, Суздаля и Рязани. Эти города хорошо известны в XII-XIII вв. как центры земель по письменным источникам, и слои этого периода изучались в них археологически. Хотя полнота исследования их различна, всем выбранным памятникам соответствует весь перечень археологических признаков, принятых за городские. Приведем этот перечень в редакции 1985 г.

Экономика: 1) ремесло (производственные комплексы, орудия труда, полуфабрикаты); 2) торговля (привозные вещи, детали весов, монеты и денежные слитки); 3) промыслы.

Административное управление (печати и пломбы).

Военное дело: 1) оружие; 2) доспехи; 3) снаряжение коня и всадника.

Монументальное зодчество: 1) каменные храмы; 2) каменные дворцовые и оборонительные сооружения.

Письменность: 1) памятники эпиграфики; 2) орудия письма; 3) книжные застежки и накладки.

Быт феодалов: 1) украшения из драгоценных металлов; 2) металлическая и стеклянная посуда, прочая дорогая утварь.

Внутренняя топография: 1) усадебно-дворовая застройка; 2) дифференциация жилых построек по местоположению, размерам и устройству.

Сравнение археологической характеристики, заключенной в этом перечне, с конкретными данными по всем укрепленным поселениям привело автора к заключению, что весь комплекс признаков присутствует лишь на поселениях, защищенная площадь которых имеет более 2,5 гектаров. Этот вывод позволил считать городами все укрепленные поселения XII-XIII вв. с таким размером крепости, если этому не противоречат другие данные (отсутствие перечисленных городских признаков).

На основе предложенного критерия, среди археологически изученных укрепленных поселений X-XIII вв. 74 поселения (8,5% исследованных) обладает городскими признаками, представленность которых «усиливается» от начала к концу рассматривае-

мого периода. В этом отражение динамики становления и развития средневекового города. Приведенный «набор» археологических признаков древнерусского города несомненно будет уточняться с развитием науки. Далее мы вернемся к тому, как перечисленные признаки представлены в Пскове.

Сопоставление археологических данных и известий письменных источников позволило определить, что в конце Х-начале XI вв. на Руси было 20-25 поселений городского типа, в XI - 1-й половине XII вв. - около 70, а к середине XIII в. - около 150 феодальных городов. Очевидно, что для периода в целом наблюдается рост числа городов X-XIII вв., невзирая на случаи прекращения существования некоторых ранних городских поселений. Древнейшими русскими городами к середине Х в., имевшими археологически достаточно ясный городской облик, можно признать, считает А.В. Куза, лишь Киев и Новгород. В конце Х - начале XI вв. городами становятся Белгород, Чернигов, Любеч (?), Новгород Северский, Перемышель, Червень, Волынь (?), Полоцк, Витебск, Псков, Ладога, к началу XI в. - Выше- город, Переяславль, Суздаль, Белоозеро (?), Рязань. Остальные укрепленные поселения Х - начала XI вв., обладающие рядом городских признаков, пока не могут быть признаны таковыми.

А. В. Куза прослеживает пути происхождения древнерусского города. Он, как и другие исследователи, приходит к заключению о том, что их было несколько, и считает, что они были следующими:

из племенных или межплеменных центров в процессе консолидации нескольких изначальных поселков вокруг укрепленного ядра;

из укрепленного стана, погоста или центра волости;

из порубежной крепости;

единовременное строительство города.

Общей и главной чертой для всех вариантов образования городов было сосредоточение и переработка в населенном пункте прибавочного продукта, поступавшего в виде общественных взно-

сов, даней, судебных пошлин, военных контрибуций.

На настоящий момент ясно, что путь образования ранних городов из ремесленных поселков или рядовых сельских поселений, как считалось в свое время, не находит археологического подтверждения. А.В. Куза - сторонник точки зрения, что на раннем этапе города возникали на основе племенных или межплеменных центров. Со второй половины Х и в XI веке городами становятся центры волостей, основанных князьями на территории древнерусского государства. В тот же период признаки города появляются в некоторых военных порубежных крепостях. Раннегородских образований для периода до объединения Руси под властью киевских князей не обнаруживается (кроме, вероятно, Киева). Генезис города начинается с формирования древнерусской государственности. По мнению А.В. Кузы, ему предшествовал протогородской период, который длился до начала - середины Х в. «Второй период - раннегородской, продолжался в течение двух столетий - с середины X по середину XII в. Третий период - развитых городов, начинается в середине XII в.».

Крупным вкладом А.В. Кузы в исследование древнерусского города является изданная посмертно монография «Малые города Древней Руси» (1989 г.). В ней значительно дополнена характеристика древнерусского города. Особенно важны ранее не приводившиеся карты, отражающие присутствие на городищах археологических признаков города. Они позволяют подробно познакомиться с комплексом аргументов, положенных в основу авторской концепции. На картах и в тексте присутствуют данные, касающиеся Пскова, Изборска, Городища на Ловати, и ряда других укрепленных поселений Псковской области. Исследование показывает, что для периода сер. XII - XIII вв. Псков обладал всеми археологическими признаками города, свойственными стольным городам. Для предшествующего периода (XI - нач. XII вв.) А.В. Куза относит Псков к числу памятников, имеющих более двух ведущих признаков. По имеющимся в настоящее время данным с уверенностью можно говорить, что весь набор ведущих признаков представлен в Пскове и в отложениях XI - нач. XII вв., хотя некоторые из них могут быть сопровождены индек-

сом «мало». Так, малочисленна дорогая утварь, характеризующая быт феодалов (для этого периода она представлена преимущественно стеклянной посудой). Печати и пломбы конца XI - нач. XII вв., а также эпиграфические памятники этого времени и писала представлены в вещевых коллекциях Пскова, но не нашли отражения на соответствующей карте в книге А.В. Кузы (рис. 9).

В монографии «Древняя Русь. Город, замок, село» рассматриваются, кроме затронутых выше, и другие проблемы истории древнерусского города, решаемые с помощью археологических данных. В главе «Сооружения», написанной П.А. Раппопортом, Б.А. Колчи- ным, А.В. Кузой и Г.В. Борисевичем, анализируются материалы раскопок полуземляночных и наземных жилищ, в том числе Киева и Новгорода (в последнем изучено более 2500 построек, среди них свыше 800 жилищ); результаты исследования более 150 археологических остатков памятников русского зодчества Х-XIII вв., а также сохранившихся зданий; материалы по истории фортификаций городов; остатки инженерных сооружений (мостовые, водоотводы). Глава «Земледелие и промыслы» (авторы А.В. Чернецов, А.В. Куза, Н.А. Кирьянова) основана на привлечении материалов раскопок разных поселений, в том числе - многих городов.

Преимущественно на археологических данных городского происхождения базируется глава «Ремесло», написанная Б. А. Колчиным. В монографии выступают с обобщающими исследованиями и другие видные ученые-археологи: А.Н. Кирпичников и А.Ф. Медведев (глава «Вооружение»), В. Л. Янин (главы «Русские денежные системы IX-XV вв.» и «Вислые актовые печати»), В.П. Даркевич («Международные связи»).

К общим проблемам древнерусского города в рассматриваемый период обращались многие исследователи. Появилось больше обзорно-аналитических работ, возможность создания которых базировалась на достаточном количестве публикаций по отдельным городским центрам. Тема «Славянский средневековый город» была главной на Международном конгрессе славянской археологии в Киеве (1985 г.). На пленарном заседании древнерусским городам был посвящен доклад В.В. Седова «Начало городов на Руси». Еще ранее, в 1982 г., в капитальной монографии «Восточные

славяне в VI - XIII вв.» В.В. Седов обратился к вопросу о генезисе русских городов в связи с характеристикой хозяйства и общественного строя славян в VI - IX вв. Эта тема рассматривается исследователем и в более поздней работе «Становление европейского средневекового города» (1989). Здесь В.В. Седов определяет основные признаки протогородских центров у славян и германцев, обращая внимание на неаграрный характер поселения, наличие ремесленных мастерских, предметов роскоши и вооружения, импортных вещей, торгового инвентаря, возможный многоэтничный состав населения. В восточнославянских землях такими протогородами были в VII и, главным образом, в VIII в. городища Пастырское на р. Тясмин, Доб- риновское - на Буковине, Зимно - на Волыни, Каневское - на Днепре, Хотомель - в Припятском Полесье, городок Кия - на Старокиевской горе и другие. В лесной полосе Восточной Европы протогородская стадия представлена, по мнению В.В. Седова, такими -памятниками, как Ладога, Рюриково городище под Новгородом, Гнездово под Смоленском, Изборск и рядом других.

В своих работах В. В. Седов обращается к периодизации градообразования, относя протогородскую стадию к VII - IX вв., первый этап образования городов к IX - первой половине Х в. (в это время наблюдается эволюция племенных центров в раннефеодальные города), второй - к сер. Х - нач. XI в., третий - к рубежу XI-XII вв. начало четвертого - к середине XII в. В.В. Седов основывает свою периодизацию прежде всего на летописных известиях с корректировкой археологическими данными, в отличие от А.В. Кузы, учитывавшего письменные источники, но избравшего археологические критерии. Первый этап в периодизации В.В. Седова хронологически старше первого этапа в периодизации А.В. Кузы. В число древнейших городов вслед за летописями В.В. Седовым включаются, например, Изборск, Смоленск; А. В. Куза остерегается это делать за недостатком археологических данных. Поддержке подхода А.В. Кузы служат многозначность понятия «город» в летописях и условность ранних дат русской истории. Наличие разных точек зрения на время возникновения и список древнейших городов способствует дискуссии и выбору путей поиска истины. Подход А.В. Кузы к рассмотрению проблемы представ-

ляется важным для осмыслений огромного археологического материала и сложения представления о содержании понятия «древнерусский город».

Исследователи древнерусских городов пока не пришли к общему мнению в отношении путей образования города, о чем свидетельствует, в частности, одна из последних работ Е.Н. Носова (1993 г.). Автор обращает внимание на недооценку значения внешней торговли и торгово-ремесленных центров на водных путях (VIII-X вв.) в процессе становления древнерусского города. Он поддерживает и развивает точку зрения В.А. Булкина и Г.С. Лебедева о роли центров международной торговли на территории Руси (Ладога, Гнездово, Рюриково городище, Шестовицы, Тимерево), общности их судеб с подобными поселениями в Северной Европе. Остается неполностью проясненной проблема существования «парных» центров (Рюриково городище - Новгород, Гнездово- Смоленск и др.), т.к. не для всех «пар» выяснены вопросы хронологии. Часть исследователей, как и сам Е.Н. Носов, считает, и это совершенно очевидно, например, для Новгорода, что торгово- ремесленные поселения вблизи древнерусских городов во времени предшествовали последним. Другие археологи предполагают параллельное, одновременное развитие этих центров, имевших разные функции. Ответ будет получен, вероятно, в ходе последующих исследований. В работе Е.Н. Носова обращено внимание на особенности в формировании государственности на севере и юге Руси, оказавшие влияние и на пути становления городов.

Проблеме возникновения городов на Руси, характеристике отдельных городских и протогородских центров значительное место уделено в книге И. В. Дубова «Новые источники по истории Древней Руси» (1990). Здесь же анализируются некоторые категории источников: надписи на клинках мечей, граффити на восточных монетах, берестяные грамоты из Новгорода.

Пути образования северных русских городов рассматривались и в докладе Д. А. Авдусина на V Международном конгрессе славянской археологии. К общим и региональным проблемам древнерусских городов обращались многие ученые-археологи: П.П. Толочко, попытавшийся дать сравнительный анализ социально-топографической структуры древнерус-

ских городов; Б. А. Тимощук, исследовавший ранее пути возникновения южнорусских городов, а в последней книге «Восточнославянская община» уделивший внимание раннегородской общине; Г.В. Штыхов, рассматривавший генезис городов Полоцкой земли; М. П. Кучера, изучавший размеры южнорусских городов, и другие. И. В. Дубов посвятил специальное исследование городам Северо-Восточной Руси - Ростову, Ярославлю, Пе- реяславлю-Залесскому, Угличу, сопроводив его историографическим очер - ком по древнерусскому городу в целом. Выяснена общая картина заселения территории Киева со времен палеолита до нашего времени и особенно - сложение территории Киева в древнерусское время (работы П. П. То- лочко). Несколько монографических исследований было посвящено важнейшим районам средневекового Киева - Детинцу, Подолу и другим (работы С.Р. Килиевич, М.А. Сагайдака, И. И. Мовчана и других археологов).

В эти же годы опубликованы монографические исследования (в виде книг или серий статей) по Новгороду, Минску, Ладоге, Смоленску, Суздалю и ряду других городов. Здесь мы имеем возможность остановиться на новом в изучении лишь некоторых городов.

<< | >>
Источник: Е.П. Иванов. История Отечества. Проблемы. Взгляды. Люди.//Под редакцией профессора Е.П. Иванова. - Псков: ПГПИ, 2004. - 448 с.. 2004

Еще по теме 6.Новое в археологическом изучении древнерусского города:

  1. 6.Новое в археологическом изучении древнерусского города
  2. ДРЕВНЕРУССКОЕ ГОСУДАРСТВО. ЕГО КУЛЬТУРНЫЕ ЦЕНТРЫ: НОВГОРОД ВЕЛИКИЙ И КИЕВ. СПЕЦИФИКА ДРЕВНЕРУССКОГО ГОРОДА. ПОНЯТИЕ «РУСЬ»
  3. Археологическое изучение
  4. *Картографический метод и изучение археологических культур
  5. Глава пятая ПРОИСХОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕРУССКИХ ГОРОДОВ
  6. Очерк седьмой СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ РОЛЬ ДРЕВНЕРУССКОГО ГОРОДА
  7. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ ДРЕВНЕРУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА
  8. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ ДРЕВНЕРУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА (стр. 65—151)
  9. Между 800 и 720 годами до н.э. в Греции начинаютсяОлимпийские игры, а в Италии строятсягреческие города и город Рим
  10. Археологические материалы.
  11. Археологические культуры и этнические общности
  12. Общая схемавыполнения учебных исследований (задания 1—5) Выбор ученика для изучения. Цель изучения
  13. Сванидзе А.А. (отв. ред.).. Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Том 2. Жизнь города и деятельность горожан, 1999
  14. Историко-археологические методы хронологизации
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -