<<
>>

АНГЛИЯ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

торая мировая война была для Англии, как и для большинства стран мира, великим историческим испытанием. В смертельной схватке с фашизмом испытывалось все — позиции классов и партий, жизнеспособность идеологий и политических доктрин, экономические структуры, сами социальные системы.

Война 1939—1945 гг.

проходила в неизмеримо более сложной обстановке, чем первая мировая война. Субъективно правящие круги Англии стремились в этой войне лишь к победе над опасным конкурентом, к расширению своих мировых позиций. Но все же это была война против фашистских государств, против самой чудовищной реакции, которую когда-либо порождал капитализм. Противоречие между освободительными целями и чисто империалистическими замыслами правящих кругов Англии, которое объективно порождалось самим фактом войны с фашизмом, сказывалось на всем протяжении войны.

В течение первого года военных действий явно преобладали реакционные маневры правящей верхушки, а с лета 1941 г., когда начал складываться боевой союз между СССР, Англией и США, война со стороны Англии окончательно приобрела антифашистский освободительный характер.

Когда гитлеровские войска вторглись в Польшу (1 сентября 1939 г.), Чемберлен все еще не решался объявить войну, несмотря на данные в марте гарантии и на пакт о взаимной помощи, заключенный с Польшей 24 августа 1939 г. Народные массы были так возмущены бездействием правительства, что даже руководство лейбористской партии решительно потребовало немедленного объявления войны. В результате нажима вне палаты и внутри ее Чемберлен 3 сентября объявил войну. Вслед за тем войну объявили доминионы — Австралия, Новая Зеландия, Канада и Южно-Афри-

318 канский Союз. Чемберлену удалось «умиротворить» оппозицию в рядах собственной партии, предоставив портфель морского министра У. Черчиллю, а министра по делам доминионов — А. Идену.

Мюнхенцы, располагавшие в правительстве огромным большинством, и после объявления войны Германии по-прежпему мечтали о фактическом союзе с ней против СССР. В жертву этим планам была принесена Польша, которой Англия никакой реальной помощи не оказала. Началась «странная война»: Англия и Франция не предпринимали почти никаких операций ни на суше, ни в воздухе; только на море произошло несколько сражений, не отразившихся на соотношении сил: подготовка к будущим боям с Германией шла крайне медленно. Кое-какие военные меры все-таки принимались — как для перестраховки, так и для успокоения общественного мнения. Не спеша военные руководители проводили мобилизацию и перебрасывали экспедиционные войска во Францию; увеличивалось производство вооружений; расширялись закупки оружия в США, где был пересмотрен «закон о нейтралитете», началась эвакуация женщин и детей из больших городов. Но по сравнению с бешеным темпом подготовки германских армий к операциям на Западе все эти меры были весьма незначительны.

Вскоре наступило возмездие. 9 апреля 1940 г. германские войска оккупировали Данию и начали оккупацию Норвегии. Это поражение было плодом не только мюнхенской политики в довоенное время, но и политики Чемберлена в период «странной войны». А ведь война уже утратила свой «странный» характер. Оставлять власть в руках людей, абсолютно провалившихся и в дни мира, и в дни войны, уже было невозможно.

Настроения в стране нашли отклик и в парламенте. 7—8 мая 1940 г. произошел давно назревавший взрыв. Лейбористы, либералы и даже часть консерваторов обрушились на правительство, требуя его отставки. Л. Эмери, обращаясь к Чемберлену, повторил слова, которые некогда произпес Кромвель: «Во имя бога, уходите!» Ллойд-Джордж заявил, что лучшим вкладом премьер-министра в дело победы было бы, «если бы он пожертвовал тем постом, который занимает сейчас».

10 мая Чемберлеи подал в отставку. Тактика лейбористов, однако, привела к тому, что власть фактически осталась в руках консерваторов, хотя новый кабинет был коалиционным. Во главе правительства стал Уинстои Черчилль. Клемент Эттли занял пост его заместителя. В новом кабинете осталось немало мюнхенцев, в том числе сам Чемберлен и Галифакс. Но соотношение сил между ними и сторонниками решительного сопротивления агрессору теперь изменилось в сторону последних.

В то самое время, когда Черчилль подбирал министров для своего правительства, гитлеровские войска начали гигантское наступление на Западном фронте. Вторгшись в нейтральные Бельгию, Голландию и Люксембург, германская армия рвалась к побережью и к границам Франции. Голландская армия капитулировала уже

31$ 14 мая. В тот же день немцы прорвали фронт у Седана и за пять дней, пройдя через весь север Франции, вышли к Атлантическому океану. Тем самым они отрезали французские войска, которые вели бои в Бельгии, от Центральной и Южной Франции. Над Бельгией и над самой Фрапцией нависла угроза поражения.

Английское командование, нарушая разработанный объединенным штабом союзников план окружения прорвавшейся к морю немецкой группировки, внезапно приказало своим войскам отступить к портам для эвакуации в Англию. Не только французскими патриотами, но и некоторыми английскими офицерами и солдатами это решение было воспринято как предательство. Тем не менее операция по выводу английских и некоторых французских соединений на Британские острова сопровождалась давно невиданным патриотическим подъемом в Англии. Массы не разбирались в тонкостях стратегии; они знали, что по ту сторону Ла-Манша, в районе "Дюнкерка, могут погибнуть или попасть в плен сотни тысяч «наших парней», и бросились на помощь. В операции использовались самые разнообразные плавучие средства — от крупных судов торгового флота до прогулочных яхт и рыбачьих шхун. Героизм простых людей, проявленный в дни эвакуации (26 мая — 4 июня 1940 г.), не подлежит сомнению, но это не дает оснований трактовать поражение английского экспедиционного корпуса как победу, а именно такую легенду о Дюнкерке создают многие английские мемуаристы и историки.

Начавшееся 5 июня новое мощное наступление германских армий завершилось капитуляцией Франции. Англия лишилась союзника, приобретя за это время еще одного противника: 10 июня в войну вступила фашистская Италия. За все время второй мировой войны Англия не переживала более напряженного и опасного периода, чем лето и начало осени 1940 г. В непосредственной близости от Британских островов появились германские морские базы и аэродромы.

Дюнкерк положил начало новому этапу аптифашистского подъема. Необходимость отпора агрессору английский рабочий класс понимал и до войны, и на ее ранней стадии, когда правительство Чемберлена еще искало пути примирения с Гитлером. Выдвинутый КПВ лозунг—«Мюнхенцы должны уйти!» — был подхвачен массовыми организациями рабочего класса. Хотя тяготы войны обрушились именно на рабочий класс (12-часовой рабочий день при 7-дневпой рабочей неделе, падение реальной зарплаты и пр.), он и не помышлял о «мире без победы». Благодаря трудовому энтузиазму рабочих быстро росло военное производство: уже к июлю 1940 г. оно более чем удвоилось по сравнению с сентябрем 1939 г.

В порядке подготовки к вторжению, а также для психологического давления Гитлер приказал усилить бомбардировки английских городов. Массированные налеты германской авиации начались в августе 1940 г. и принесли огромный ущерб Лондону, Бирмингему, Ливерпулю, Глазго. 15 ноября 500 германских бом-

320 бардировщиков разрушили значительную часть небольшого города Ковептри. Несмотря па мужественное сопротивление английской истребительной авиации, превосходство в воздухе на этом этапе войны было явно па стороне Германии. Но психологический эффект воздушной «битвы за Англию» был прямо противоположен тому, на что рассчитывали в Берлине. Ненависть к фашистам, убивавшим женщин и детей, лишь усиливала волю английского народа к сопротивлению.

Нависшая пад свободой и самим существованием нации опасность, естественно, вызывала высокий накал гражданских чувств, драматизм исторических битв порождал жажду подлинного искусства. Ведущие актеры английской сцены — Джон Гилгуд, Лоренс Оливье, Сибилла Торндайк и другие — нашли дорогу к такому зрителю, с которым им раньше не приходилось встречаться. По собственной инициативе и по заданию созданного в начале 1940 г. «Совета искусств Великобритании» они с небольшими, но художественно полноценными труппами разъезжали по промышленным городам п шахтерским поселкам, где никогда не видели настоящего театра. И вот перед людьми, духовные запросы которых еще недавно пытались удовлетворить низкопробными эстрадными ревю, выступила Сибилла Торндайк в ролях Медеи и леди Макбет...

Особенно активен был театр «Юнити», который не прекращал работы даже в дни самых жестоких бомбардировок. В 1941 г. театр поставил новую пьесу Шона О'Кейси «Звезда становится красной» — пьесу, по определению автора, «о завтрашнем или послезавтрашнем дне». Тема пьесы — будущее восстание рабочего класса, прямое столкновение коммунистов с фашистами. Созвучное всему духу театра «Юнити» произведение первоклассного драматурга позволило создать спектакль, ставший событием в театральной жизни столицы.

В целом, однако, английская драматургия, как и проза периода войны, не удовлетворяла потребностей зрителей и читателей в произведениях, насыщенных пафосом антифашистской борьбы, ставящих острейшие социальные и этические проблемы современности. Тем более велик был интерес к советской литературе. Произведения М. Шолохова, А. Толстого, И. Эреибурга, К. Симонова широко переводились и печатались в Англии на втором этапе войны, когда сложилась антигитлеровская коалиция. «Юнити» поставил пьесу К. Симонова «Русские люди», а в других театрах участились постановки пьес из русского классического репертуара.

Реакция не прочь была придать патриотическому подъему националистический характер. Обращаясь к истории, буржуазные идеологи выдвигали на первый план такие события, в которых проявлялись чисто военные традиции. Пусть народ сравнивает борьбу с Гитлером и борьбу с Наполеоном — при всей бессмысленности этой аналогии между ситуациями начала XIX в. и 40-х годов XX в. было некоторое внешнее сходство! Идущая война рассматривалась как очередная схватка с претендентом на европейскую геге- 11—127

321 монию, а не как борьба с фашистской реакцией. В сущности, именно так и смотрели на войну в верхах буржуазии.

Это понял прославленный еще в 30-х годах кинорежиссер и продюсер А. Корда. Обосновавшись в Голливуде, он задумал поставить фильм об адмирале Нельсоне — национальном герое, победителе в Трафальгарском сражении. Впрочем, это был весьма своеобразный Нельсон — рыцарь без страха и упрека, очень мало похожий на исторического Нельсона. Еще менее соответствовал исторической правде образ Эммы Гамильтон — международной разведчицы и интриганки, превращенной сценаристом в любящую и добродетельную женщину, преданную Нельсону, а еще больше — родине. Так возник псевдоисторический боевик Корды «Леди Гамильтон», имевший колоссальный успех. В то время зрителя привлекала неглубокая перекличка с современными событиями. Сыграла роль, разумеется, и сентиментальная любовная линия, выдвинутая на первый план. Но главное достоинство этого неглу-бого фильма определялось именами исполнителей главных ролей — Лоренса Оливье и Вивьен Ли.

Полевение масс, выражавшееся в нарастании антифашистских требований, в борьбе против пережитков мюнхенской политики, в росте влияния коммунистов, вызывало в правящих кругах Англии немалое беспокойство. Чрезвычайное законодательство, проведенное правительством Черчилля, было использовано не только для организации отпора Германии, по и для наступления на рабочий класс, ограничения его прав. Лейбористский министр Эрнст Бевин издал предписание 1305, фактически сводившее к нулю право на стачку. В профсоюзах продолжались гонения на коммунистов.

Вопреки этим мерам борьба английского народа против внутренней реакции продолжалась. По инициативе левых профсоюзных и лейбористских деятелей, а также видных представителей левой интеллигенции, в том числе коммунистов, 12 января 1941 г. в Лондоне собрался Народный конвент. Делегаты конвента представляли 1200 тыс. трудящихся. Главным лозунгом было «создание народного правительства, действительно представляющего рабочий класс». Конвент требовал проведения последовательной демократической политики внутри страны и в колониях, а также установления дружественных отношений с Советским Союзом. Правитель-во ответило на эти решения новыми репрессиями. 21 января 1941 г. по приказу министра внутренних дел Герберта Моррисона была закрыта газета «Дейли Уоркер».

В самые тяжелые дни, сразу после Дюнкерка, Черчилль заявил в парламенте, что Англия будет продолжать борьбу «до тех пор, пока в положенное провидением время Новый Свет, со всей своей силой и мощью, не выступит ради спасения и освобождения Старого». Действительно, в сентябре 1940 г. было заключено специальное соглашение, по которому США передавали Англии 50 старых эсминцев, необходимых для конвоирования военпых и продовольственных грузов. Взамен Англия предоставила США право созда-

322 вать морские и воздушные базы на ряде принадлежавших Англии островов: американские империалисты, используя ситуацию, укрепляли свои позиции за счет Англии. И марта 1941 г. сторонникам Рузвельта удалось провести в конгрессе США закон, по которому американские поставки предоставлялись Англии в аренду, или взаймы (ленд-лиз).

Широко используя ресурсы доминионов и колоний, Англия добилась создания значительных вооруженных сил, которые вели операции в Африке и в других районах. Кампания в Африке (против Италии) шла с переменным успехом, но к весне 1941 г. англичанам удалось не только выбить итальянцев из своих колоний, но и захватить ряд итальянских колоний и вытеснить итальянцев из Эфиопии. Только в Северной Африке, куда Гитлер бросил в помощь итальянцам армию генерала Роммеля, английские войска отступили, северо-западная часть Египта была занята противником.

Но как бы значительны не были колониальные проблемы с точки зрения империалистических интересов Англии и ее противников, африканские фронты, как и фронт на Ближнем Востоке, имели второстепенное значение. В Европе же Германия продолжала усиливаться. Завершая подготовку к нападению на СССР, Гитлер подчинил себе Румынию, Болгарию, Югославию, Грецию. Теперь его план заключался в том, чтобы добиться мира на Западе и избежать войны на два фронта. С этой целью в Англию был направлен заместитель Гитлера по руководству нацистской партией Р. Гесс. Состоя в переписке с видными мюнхенцами, он исподволь подготовил свой тайный визит к самой реакционной группе английских политиков, надеясь, что они помогут убедить правительство в той или иной форме включиться в антисоветский поход. Нельзя забывать, что у власти находился тот самый парламент, который проголосовал за Мюнхен. Но наглые предложения Гесса, требовавшего мира на базе свободы рук для Германии в Европе (взамен на свободу рук Англии... в Британской империи), были отвергнуты. Английский народ после Дюнкерка и «битвы за Англию» никому не позволил бы пойти на эту позорную сделку, да и само правительство хорошо понимало, что в случае поражения СССР Англия не выстоит перед еще более усилившимся фашистским блоком.

Нападение Германии на Советский Союз 22 июня 1941 г. положило начало новому этапу второй мировой войны. С этого дня вплоть до окончательного поражения Германии центр мировой истории находился на советско-германском фронте; именно там решался исход войны и определялись судьбы человечества.

С начала Отечественной войны положение Англии круто изменилось. Огромная гитлеровская военная машина двигалась на Восток, встречая героическое сопротивление, и непосредственная опасность вторжения германских армий на Британские острова уже не висела над Англией. Резко сократились и воздушные налеты. Но главное — Англия была теперь не одинока в войне против Германии; у нее появился союзник, принявший на себя главную тяжесть U*

323 борьбы с общим врагом. Оставаясь непримиримым врагом социализма, Черчилль счел выгодным избрать путь сотрудничества с Советским Союзом.

Уже 22 июня 1941 г. Черчилль сделал заявление о готовности оказать «России и русскому народу, всю ту помощь, на которую мы способны». Иначе говоря, английское правительство пошло на союз с СССР, который и был оформлен соглашением, подписанным в Москве 12 июля 1941 г. Так было положено начало антигитлеровской коалиции.

Английский рабочий класс шел на большие жертвы для увеличения выпуска военной продукции, в особенности в тех случаях, когда выполнялись советские заказы. Настроения масс влияли и на профсоюзную верхушку. Даже лидеры конгресса тред-юнионов вынуждены были пойти на установление тесных связей с советскими профсоюзами.

В широких кругах английского народа необычайно возрос интерес к жизни в Советском Союзе и тем социальным условиям, которые воспитали в советских людях массовый героизм, стойкость, самоотверженность. Вместе с тем усилился интерес к русской и советской культуре, к истории России. Нарасхват раскупались изданные в Англии книги русских и советских писателей. «Войну и мир» читали во всех слоях общества — от рабочего или клерка, урывавшего свободную минуту, до миссис Черчилль.

С первых же дней существования англо-советского союза Советское правительство поставило перед кабинетом Черчилля вопрос о создании второго фронта в Европе. Высадка крупного английского десанта во Франции, Бельгии, Голландии оттянула бы с советско-германского фронта несколько десятков дивизий. Это было бы действительно эффективной помощью Красной Армии в самый трудный период войны. Правящие круги Англии предпочитали под любым предлогом уклоняться от этой операции, перекладывая всю тяжесть войны на плечи советского народа.

Вопрос о втором фронте не только занял центральное место во взаимоотношениях между членами антигитлеровской коалиции, но стал и предметом острой внутриполитической борьбы в АНГЛИИ. Коммунисты, левые лейбористы, часть либералов и даже некоторые консерваторы открыто выступили с требованием создания второго фронта в Европе. Однако правительство Черчилля, верное давней традиции — воевать чужими руками, в течение трех лет не выполняло важнейшего союзнического долга.

Более эффективным оказалось давление демократических сил по вопросу о снабжении Советского Союза вооружением. Англия, а вслед за ней США согласились предоставить оружие на основе ленд-лиза и обеспечивать конвоирование транспортных судов силами английского и американского флота. В сентябре — октябре 1941 г. в Москве состоялось совещание представителей трех держав, на котором были определены масштабы поставок самолетов, танков и другого вооружения, а также стратегического сырья. При

324 этом английский и американский представители согласились удовлетворить требование советской стороны лишь на 50%, а по некоторым заявкам — даже на 10%. Впоследствии поставки возросли, но все же помощь вооружением была значительно ниже потребностей Красной Армии и возможностей промышленности Англии и, особенно, США.

Военная экономика была поставлена под государственный контроль, что привело к резкому скачку в развитии государственно-монополистического капитализма. Созданные для руководства различными отраслями экономики министерства — авиационной промышленности, топлива и энергетики, продовольствия, снабжения и т. д. — стали новыми связующими звеньями между государством и монополиями. Государственный контроль над экономикой сыграл положительную роль в военных усилиях Англии, но в то же время он был использован монополистами, которые либо лично возглавили новые ведомства, либо направили туда своих служащих. Сковывая в известной мере произвол отдельных монополий, эта система обеспечивала интересы монополистического капитала в целом.

За годы войны английская промышленность выпустила 130 тыс. самолетов, 25 тыс. танков и множество других типов вооружения и снаряжения. Доминионы и Индия производили 10% всего вооружения, имевшегося в распоряжении имперских вооруженных сил. Еще большую роль играли доминионы и колонии в мобилизации людских ресурсов. Из 9,5 млн. человек, находившихся под командованием английских генералов и адмиралов в период войны, свыше 4 млн. входили в индийские, австралийские, канадские, новозеландские и южноафриканские дивизии.

Из приведенных данных видно, какими огромными возможностями обладала Англия в период войны и сколь незначительную часть их она использовала для помощи советскому союзпику. И все же сама логика совместной борьбы с противником, усилия советской внешней политики, давление со стороны английского народа приводили к укреплению антигитлеровской коалиции.

Новый этап в развитии англо-советского союза и всей антигитлеровской коалиции наступил в конце 1941 г. Победа советских вооруженных сил в Московской битве необычайно подняла международный престиж Советского Союза. На позиции Англии и США существенное влияние оказало также нападение на них империалистической Японии (7 декабря 1941 г.) и начало войны на Тихом океане. Теперь, когда появился новый фронт, заинтересованность Англии и США в союзе с СССР еще больше возросла.

Нападение Японии на США привело к дальнейшему оформлению англо-американского блока. Теперь, когда США стали воюющей державой, причем не только с Японией, но и с Германией и Италией, стало возможным конкретное согласование военно-стратегических планов. Вопрос этот рассматривался на Вашингтонской конференции, которая продолжалась около месяца — с 22 декабря

323 1941 г. по 14 января 1942 г. Англия и США договорились о создании Объединенного комитета начальников штабов обеих стран.

Советско-английские переговоры продолжались, и в мае 1942 г. Англия взяла на себя обязательство, которое было сформулировано в коммюнике следующим образом: «Достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.». Аналогичная формулировка имелась и в коммюнике о советско-американских переговорах. Если заявление о втором фронте не приобрело практического значения, так как он не был открыт не только в 1942 г. но и в 1943 г., то действительно выдающееся значение имело заключение англо-советского «Договора о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны».

Однако сразу же после заключения договора и торжественного обязательства об открытии второго фронта Черчилль стал подготавливать отказ от плана вторжения в Европу. Вместо высадки во Франции англо-американские штабы договорились о подготовке вторжения в Северную Африку. Речь шла об овладении Марокко, Алжиром, Тунисом, а в перспективе — всем бассейном Средиземного моря. Помимо того, что эта операция могла быть представлена общественности как «второй фронт», она устраивала Англию и потому, что укрепляла ее позиции на важнейших имперских коммуникациях.

Для того чтобы успокоить английское общественное мнение и создать впечатление, будто Советский Союз не возражает против стратегии западных держав, Черчилль в августе 1942 г. отправился в Москву. Он пытался доказать советским руководителям, что операция в Северной Африке будет иметь существенное значение для разгрома Гитлера. При этом от имени Англии и США было дано обещание открыть второй фронт в 1943 г. Более всего Черчилль хотел убедиться в том, что Советский Союз будет продолжать войну при любых обстоятельствах. Недаром в телеграмме, посланной из Москвы военному кабинету, он счел нужным подчеркнуть: «На протяжении всех переговоров не было ни одного, даже самого легкого намека на то, что они могут прекратить войну». А раз так, то, по логике Черчилля, можно было продолжать наращивать военную мощь и вести операции на важных для английского империализма, но третьестепенных для общего хода войны фронтах.

С весны 1941 г., когда итало-германские войска вторглись в Египет, в Африке не было сколько-нибудь значительных операций. В мае 1942 г. армия генерала Роммеля перешла в наступление и в июне вытеснила англичан из Ливии. 21 июня 1942 г. пал Тобрук — последний опорный пункт в Ливии, прикрывавший подступы к Египту. Преследуя быстро отступающих англичан, армия Роммеля вторглась в Египет и рвалась к Суэцкому каналу. Только на оборонительном рубеже к югу от Эль-Аламейна английским войскам удалось остановить противника — всего в 100 км от Каира. Под непосредственной угрозой оказался Суэцкий канал. Роммелю не уда-

326 лось в эти дни развить успех и полностью изгнать англичан из Египта только потому, что па советско-германском фронте уже развернулась гигантская битва и Гитлер не мог подбросить в Африку даже тех сравнительно незначительных подкреплений, которые могли бы решить дело.

Получив передышку, английское командование усилило свои войска в Египте, полностью обеспечило их вооружением и снаряжением, а также реорганизовало управление. Все части были сведены в 8-ю армию под командованием генерала Монтгомери. Одновременно завершилась подготовка к высадке англо-американского десанта в Северо-Западной Африке. Начав 23 октября наступление в районе Эль-Аламейна, англичане уже 13 ноября вновь заняли Тобрук. В течение следующих месяцев, как раз в тот период, когда Красная Армия, окружив 300-тысячную армию Паулюса, вела наступательные бои, английские войска полностью оккупировали Ливию и подошли (февраль 1943) к границе Туниса.

Успешные операции в Северо-Восточной Африке сопровождались активными действиями в Марокко и Алжире. 8 ноября шесть американских и одна английская дивизия высадились одновременно в портах Алжир, Оран и Касабланка и повели наступление на восток. Пытаясь удержать свои позиции в Африке, немцы срочно перебросили из Италии несколько дивизий в Тунис, и уже в декабре 1942 г. им удалось остановить наступление с Запада. Англоамериканское командование располагало огромным превосходством сил, но оно предпочитало основательно подготовить решающий удар; это вновь дало возможность Гитлеру перебросить дивизии на советско-германский фронт. Лишь в марте — апреле 1943 г. развернулись крупные бои в Тунисе. 8-я английская армия — с востока, американские дивизии — с юга и запада прорвали оборону итало-германских войск, заняли в начале мая города Тунис и Бизер-ту, имевшие огромное стратегическое значение, и 13 мая приняли капитуляцию 250-тысячной армии противника.

Великая победа под Сталинградом, положившая начало коренному перелому в ходе войны, создавала великолепные предпосылки для нанесения решающих ударов по общему врагу. Летнее и осеннее наступления Красной Армии в 1943 г., а затем и выход к государственной границе окончательно закрепили перелом в войне и создали совершенно новую ситуацию. Победа в Сталинградской битве дала мощный толчок подъему движения Сопротивления в оккупированных странах, и это вызывало немалое беспокойство английской и мировой реакции. В ходе Сопротивления народы боролись не только против захватчиков. В массах зрело понимание того, что после войны не должно быть возврата к старым реакционным режимам, несущим ответственность за национальные катастрофы во Франции, в Польше, в Югославии и ряде других стран. Необычайно возрос авторитет коммунистических партий, которые выступали в ходе войны как самоотверженные борцы за общенациональные интересы народов своих стран.

327 Эта новая ситуация существенно повлияла на отношения внутри антигитлеровской коалиции, и в частности на политику английского правительства. Черчиллю и его советникам стало ясно, что советские вооруженные силы достаточно могущественны для того, чтобы добиться полной победы в войне и освободить Европу без всякого участия Англии и США. Кроме того, Запад был заинтересован в помощи Советского Союза для разгрома империалистической Японии.

На многочисленных совещаниях английских и американских государственных деятелей, дипломатов и генералов, проходивших в течение 1943 г., вопрос о втором фронте по-прежнему занимал центральное место. Лицемерно уверяя советскую сторону, что открытие второго фронта произойдет в 1943 г., Черчилль и его американские коллеги решили перенести эту операцию на 1944 г. В таких условиях состоялась Московская конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии (октябрь 1943), а спустя месяц — Тегеранская конференция глав правительств — И. В. Сталина, Ф. Рузвельта и У. Черчилля. Здесь под влиянием твердой позиции СССР было принято согласованное решение о вторжении англо-американских войск во Францию в мае 1944 г.

Ведя подготовку к вторжению во Францию, англо-американские войска в то же время продолжали операции на Средиземном море. Поражения гитлеровцев на советско-германском фронте, где была разгромлена и 8-я итальянская армия, нарастание внутреннего кризиса в Италии, господство англо-американского флота на Средиземном море делали сравнительно легким захват о. Сицилия.

Дальнейшее наступление союзников в Италии происходило при абсолютном их превосходстве, особенно на море и в воздухе. Мощные удары, которые наносила Красная Армия зимой и весной 1944 г., отвлекали все новые и новые дивизии противника. Немало войск пришлось Гитлеру бросить против партизанских армий и соединений, которые действовали в оккупированных странах. Тем не менее весно'й 1944 г. англо-америкапские войска крайне медленно продвигались вперед. Только к концу мая им удалось вытеснить противника из Центральной Италии. 4 июня союзники без боя вступили в оставленный немецким командованием Рим.

А через два дня, 6 июня 1944 г., открылся, наконец, второй фронт в Европе. Английское и американское командование отлично подготовило эту сложную операцию, а давно рвавшиеся в бой с фашистами солдаты союзных армий проявили стойкость и мужество. Англия и США смогли великолепно вооружить и обучить свои армии исключительно благодаря тому, что в течение трех лет Советский Союз ценой величайшего напряжения сил и неслыханпых жертв выдерживал всю тяжесть войны.

В составе войск вторжения было 20 американских дивизий, 14 английских, 3 канадские и по одной — французской и польской. Союзники располагали абсолютным превосходством в военно-мор-

.328 ских силах. Главнокомандующим экспедиционными силами был назначен американский генерал Д. Эйзенхауэр, командующим сухопутными силами — английский генерал Б. Монтгомери. Флотом и авиацией командовали также англичане.

Союзникам удалось создать плацдарм между Шербуром и Гавром. К концу июня на медленно расширявшемся плацдарме было сосредоточено уже около миллиона солдат и офицеров. Германское командование перебросило в этот район дивизии из других районов Франции, Бельгии, Голландии, но не посмело снять войска с советско-германского фронта: как раз в это время развернулось наступление советских армий в Карелии и в Белоруссии. Продвижение экспедиционных войск по территории Франции обеспечивалось действиями боевых отрядов французского Сопротивления, которые не только дезорганизовывали фашистские тылы, но и собственными силами освобождали города и целые департаменты. Восставшие парижане к 24 августа собственными силами освободили столицу Франции. К осени вся Франция, Бельгия и часть Голландии были почти полностью освобождены от противника. Англо-американские войска вышли к границе Германии.

В декабре 1944 г. гитлеровское командование предприняло наступление в Арденнах, где ему удалось скрыто сосредоточить большие силы. На сравнительно узком фронте немцы бросили в бой 25 из 39 дивизий, имевшихся в их распоряжении па Западном фронте. Прорвав оборону союзников, они к началу января продвинулись на 90 км, стремясь отрезать северную группировку союзных армий. Здесь находились английские войска, и над ними нависла угроза «второго Дюнкерка». Подброшенные Эйзенхауэром подкрепления замедлили немецкое наступление, но отбросить прорвавшиеся армии им не удалось. 6 января 1945 г. Черчилль обратился к Советскому правительству с просьбой предпринять «крупное русское наступление на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте», так как на «Западе идут очень тяжелые бои». Красная Армия, в кровопролитных боях осенью 1944 г. принесшая освобождение народам Болгарии, Румынии, Югославии, Венгрии, готовилась к новому наступлению, но оно планировалось несколько позже. Однако учитывая положение союзников, Ставка Верховного Главнокомандования ускорила подготовку, и 12 января Советские Вооруженные Силы перешли в наступление на огромном фронте от Дуная до Балтийского моря. Это резко улучшило положение англоамериканских войск, которым удалось к концу января вынудить немцев отступить. В этой обстановке потребовалась новая встреча глав правительств для решения неотложных военных вопросов и особенно — ставших актуальными послевоенных проблем.

В Берлине уже вполне отдавали себе отчет в том, что война проиграна. Единственная надежда, которая оставалась у Гитлера, была связана с планами сепаратного мира на Западе.

Состоявшаяся 4—11 февраля 1945 г. Ялтинская конференция глав правительств СССР, США и Англии убедительно продемопст-

329 рировала всю беспочвенность гитлеровских расчетов. Черчилль давно уже строил планы послевоенного окружения Советского Союза новым «санитарным кордоном», планировал восстановление Германии как потенциального союзника в борьбе против СССР, приказывал своим войскам подавлять демократические силы на континенте, но пойти на открытый сговор с гитлеровским режимом не позволил бы ни Ч'ерчиллю, ни любому другому государственному деятелю английский рабочий класс, весь английский народ. Западные делегации не могли также не считаться с реальным соотношением сил в Европе, а также с той ролью, которую предстояло сыграть Советскому Союзу в разгроме японского империализма.

Война на Тихом океане приближалась к решающей стадии. В течение ее первых месяцев Япония благодаря внезапности нападения и медленному развертыванию англо-американских сил добилась господства в западной части Тихого океана и в Индийском океане. Уничтожив вероломным ударом основные силы американской тихоокеанской эскадры в гавани Пирл-Харбор (Гавайские острова) и потопив английский линкор «Принц Уэльский», японцы захватили важнейшие американские владения на Тихом океане, включая Филлишшы, и одновременно обрушились на английские базы и колонии. Вскоре пали важнейшие опорные пункты британского империализма на Дальнем Востоке — Гонконг и Сингапур. Почти полностью в руках противника оказались Малайя и Бирма. Выйдя на границы Индии, Япония поставила под угрозу эту «жемчужину Британской короны». Поэтому английское комапдование сосредоточило в северо-восточной части Индии большую группу войск под командованием адмирала Л. Моунтбеттена. Свыше двух лет она бездействовала, и только летом 1944 г., когда военно-политическое положение Японии сильно пошатнулось вследствие близящегося краха германского фашизма и успехов американских вооруженных сил на Тихом океане, Моунтбеттен вторгся в Бирму и к весне 1945 г. очистил ее от японских войск.

Помимо согласованных решений о завершающих операциях в европейской войне и в войне с Японией, Ялтинская конференция приняла развернутую программу уничтожения «германского милитаризма и нацизма»; это была подлинно демократическая программа, соответствующая интересам всех народов мира, в том числе германского народа.

Защита независимости освобожденных народов Европы и их права «создать демократические учреждения по их собственному выбору» была объявлена одной из целей трех держав. Только огромная мощь и авторитет Советского Союза, только могучий подъем демократических сил во всем мире могли заставить империалистические правительства Англии и США подписаться под документами, закрепляющими справедливый, освободительный характер войны.

На завершающем этапе войны в Европе, как и на всех ее этапах, осповные удары по противнику наносили Советские Вооруженные

330 Силы. Ломая сопротивление гитлеровских войск, советские войска вышли на последний рубеж перед штурмом Берлина. В этих условиях наступление англо-американских войск не было связано с большими трудностями, тем более что Гитлер сознательно открывал фронт на Западе, все еще надеясь, что на территории Германии произойдет столкновение между СССР и западными державами. Англо-американские войска, начав наступление 8 февраля 1945 г., лишь в конце марта форсировали Рейн. Наступление сопровождалось массированными воздушными налетами на германские города.

2 мая советскими войсками был взят Берлин, а 8 мая Германия капитулировала. Это была великая историческая победа народов над фашизмом, в которой решающую роль сыграл Советский Союз*

Победа Советского Союза подорвала силы мировой реакции, уничтожила ее ударный отряд, побила ее главную ставку. В антифашистском Сопротивлении в странах Европы и Азии складывалось единство рабочего класса и демократических сил. Коммунистические и рабочие партии выросли в могущественную силу, накопили огромный опыт и звали народы к коренным социальным и политическим преобразованиям. В странах Центральной и Юго-Восточной Европы, освобожденной Советскими Вооруженными Силами, уже начинались народно-демократические революции. Кризис мировой системы капитализма вступил во второй этап, и сквозь все разнообразие процессов, проходивших в различных странах, уже проглядывали контуры будущей мировой системы социализма.

Английский народ не испытал в годы войны ужасов германской оккупации, но и на его долю выпали немалые тяготы. Классовая борьба в Англии не приобрела такой остроты, как в - траыах континента. Сколь бы коварны не были планы английской реакции, ~ какое бы возмущение не вызывала неоправданная пассивность английского командования, — все же Англия воевала в составе антигитлеровской коалиции и английская буржуазия не скомпрометировала себя в глазах народа прямым сотрудничеством с фашизмом, как это имело место в странах континента. Но серьезный сдвиг в расстановке классовых и политических сил произошел и в Англии.

На всем протяжении войны английский рабочий класс оказывал давление на правительство, требуя укрепления сотрудничества с Советским Союзом и эффективных операций против фашистских государств. Внося крупный вклад в победу над главными центрами реакции во всемирном масштабе, передовые рабочие Англии не забывали и о своей, внутренней, реакции.

Не удивительно, что в этой обстановке резко возрос авторитет КПВ. К концу 1942 г. в партии состояло 60 тыс. человек — в 3 с лишним раза больше, чем накануне войны. Усилились позиции партии в тред-юнионах. Коммунистов нередко избирали в исполкомы профсоюзов, секретарями местных организаций. На конгрессе тред-юнионов 1944 г. видный деятель профсоюзного движения коммунист А. Папуорс был избран в состав Генсовета.

Массы рабочего класса вынудили правительство отменить зап-

331 рещение органа КПВ — газеты «Дейли уоркер»; в августе 1942 г. возобновился выход этой популярной в массах газеты.

Внутри лейбористской партии обострилась борьба течений, усилилось ее левое крыло. Антикоммунисты из партийного руководства потерпели поражение. Зато они взяли реванш при обсуждении старого вопроса о приеме КПВ в лейбористскую партию. Дважды КПВ обращалась с соответствующей просьбой, причем в 1943 г. ее поддержали такие массовые организации, как Федерация углекопов Великобритании, Союз строителей и др. Но чем влиятельнее становилась КПВ, тем больше праволейбористские лидеры боялись той роли, которую она могла бы сыграть в лейбористской партии, — роли идеологического руководителя и центра притяжения всех левых сил. Исполком поэтому отверг предложение коммунистов и тем самым еще раз нанес ущерб делу единства рабочего класса.

Наиболее остро стояли во внутрипартийной борьбе вопросы программного характера. Какие социальные сдвиги должна принести победа в антифашистской войне? Какие задачи должпа ставить перед собой партия, именующая себя социалистической? Какой план преобразований предложить избирателям, когда война будет закончена? По всем этим проблемам позиции праволейбористского руководства и левого крыла партии расходились во все годы войны, но в особенности — на ее последнем этапе.

Дело усложнялось тем, что и в верхах буржуазной политической иерархии немало задумывались над сложными вопросами, связанными с переходом от войны к миру. Главная мысль, которую консервативные лидеры хотели внушить массам, заключалась в том, что будто бы в Англии не нужны социальные перемены даже в узких рамках лейбористского «социализма». Само правительство намерено провести «реконструкцию», которая будто бы удовлетворит все слои общества. Для изучения проблем реконструкции еще в 1941 г. был создай комитет во главе с лейбористским министром А. Гриывудом; это назначение должно было придать планам реконструкции двухпартийный, коалиционный характер. В 1943 г. правительство Черчилля приняло «план Бевериджа» — либерального реформатора, предложившего радикально перестроить всю систему социального обеспечения. Этот план не затрагивал основ капиталистической системы, но он мог лечь в основу действительно прогрессивной реформы. Не случайно КПВ и другие прогрессивные силы высказались за осуществление «плана Бевериджа». Прогрессивный характер носили принятый в 1944 г. закон о народном образовании и пекоторые другие меры.

Исполком лейбористской партии со своей стороны тоже выдвигал различные проекты реконструкции. Его планы предполагали сохранение того государственного контроля над экономикой, который сложился во время войны. Правые лейбористы не намеревались включать в свою программу послевоенной реконструкции национализацию промышленности — это программное положение, фигурирующее с 1918 г. в уставе партии. Когда в декабре 1944 г.

332 исполком представил партийной конференции развернутую резолюцию, понятие «обобществление средств производства», либо «национализация», в ней отсутствовалр1. Речь шла только о «контроле над экономикой». Иначе говоря, лейбористскрге лидеры вновь становились на защиту капиталистической системы.

В Англии, подходившей к концу войны в лагере победителей, не было непосредственно революционной ситуации. Но здесь сложились объективные предпосылки для проведения таких коренных преобразований, которые могли бы подорвать всевластие монополий. Учитывая это, Коммунистическая партия приняла на своем XVII съезде в октябре 1944 г. программу «Победа, мир, безопасность», в которой наряду с задачами в области внешней политики указывались пути социального прогресса: национализация ведущих отраслей экономики и участие рабочего класса в управлении ими. Массы рабочего класса, профсоюзы, в которых было велико влияние коммунистов, добились включения требования национализации в решения конгресса тред-юнионов 1944 г. Опираясь на эту массовую поддержку, левые лейбористы на партийной конференции повели борьбу против резолюции исполкома. Им удалось провести поправку о «передаче в общественную собственность земли, круп-пых строительных компаний, тяжелой промышленности и всех банков, транспорта и всей топливной и энергетической промышленности».

Лейбористская верхушка потерпела поражение и в атмосфере подъема демократических сил в Англии и во всем мире не посмела полностью игнорировать волю масс. На конференции в апреле 1945 г., когда дело уже шло к парламентским выборам, была принята предложенная исполкомом программа «Лицом к будущему». После общих деклараций о социалистическом характере партии избирателям обещалась национализация тех отраслей промышленности, которые «созрели для передачи в общественную собственность».

После победы над Германией, 18 мая 1945 г., Черчилль предложил лейбористам сохранить коалицию хотя бы до победы над Японией, но протесты масс сорвали этот план. Теперь уже Черчилль предпочитал торопиться с проведением выборов, рассчитывая использовать свою популярность военного лидера.

В ходе избирательной кампании лейбористы всячески подчеркивали «социалистический» характер своей программы, и это производило немалое впечатление на массы, искренне стремившиеся к социализму. Народ не желал возврата к прошлому, к реакционному правительству консерваторов. Личная популярность Черчилля все еще была очень велика, но, как образно пишет его английский биограф, на вооружении у консерваторов в избирательной кампании «кроме фотокарточки Черчилля» ничего не было.

Выборы состоялись 5 июля и принесли жестокое поражение консервативной партии. Она потеряла около половины мест в парламенте; теперь у нее было всего 209 мандатов, в то время как

333 лейбористы получили абсолютное и прочное большинство; у них было 393 места — на 146 мест больше, чем у всех остальных партий, вместе взятых. 2 места получили коммунисты — У. Галлахер и Ф. Пирэтин.

Результаты выборов ошеломили самих лейбористских лидеров не меньше, чем консерваторов. Если учесть, что избирательная кампания лейбористов проводилась под «социалистическими» лозунгами, итоги голосования можно было рассматривать как решительный приговор капиталистической системе, вынесенный большинством английского народа. Теперь правые лейбористы видели свою задачу в том, чтобы постепенно—реальными и мнимыми уступками, псевдосоциалистическими реформами, пропагандой антикоммунизма и т. д. — изменить общественное настроение, спасти капитализм, подавить левые силы.

Лидер партии Клемент Эттли, став главой правительства, назначил своим заместителем Герберта Моррисона, министром иностранных дел — Эрнста Бевина, на другие посты — столь же известных правых политиков. Буржуазная пресса приветствовала новый состав правительства — он служил надежной гарантией сохранения буржуазного господства.

Первые шаги новому кабинету пришлось сделать в области внешней политики. С 17 июля по 2 августа проходила конференция глав правительств СССР, США и Англии в Потсдаме. Хотя конференция началась после выборов в Англии, подсчет голосов не был еще закончен. Английскую делегацию возглавлял Черчилль, предусмотрительно пригласивший с собой Эттли как потенциального премьер-министра в случае поражения консерваторов на выборах. На два дня —26—27 июля — конференция сделала перерыв, так как именно в эти дни проходила смена кабинета в Лондоне. Уехавший в свою столицу Черчилль больше не вернулся в Потсдам; главой делегации стал Эттли.

Как Черчилль и Идеи, так и Эттли и Бевин в контакте с американской делегацией попытались использовать Потсдамскую конференцию для подрыва позиций Советского Союза в Европе, а также для вмешательства во внутренние дела стран Центральной и Юго-Восточной Европы, чтобы сорвать процесс демократических преобразований в этих странах.

Английские и американские делегаты в Потсдаме были окрылены первым успешным испытанием атомной бомбы, которое было проведено в США за день до открытия конференции. Черчилль даже заявил, что бомба поможет «выправить соотношение сил с Россией». Но первые же попытки замаскированного шантажа были решительно пресечены советской делегацией. Принятые в Потсдаме решения в целом соответствовали задачам демократического решения послевоенных проблем. В духе ялтинских решений были разработаны подробные постановления об управлении Германией, о подготовке к заключению мирных договоров с ее бывшими сателлитами, о статусе Берлина, о суде над главными военными

334 преступниками. Советская делегация отвергла попытки Англии и США вмешаться во внутренние дела Болгарии и Румынии. Советский Союз подтвердил свое намерение вступить в войну против Японии. В этих условиях для окончательной победы над Японией вовсе не было нужды в применении атомной бомбы. Тем не менее 6 августа по приказу президента США Г. Трумэна была сброшена атомная бомба на Хиросиму, а 9 августа — на Нагасаки. Расчет американских империалистов был прост: запугать народы оружием невиданной силы, подготовить почву для «атомной дипломатии» по отношению к Советскому Союзу, сделать шаг в сторону завоевания мирового господства США. Хотя в производстве атомной бомбы участвовали и английские ученые, появление нового оружия еще больше поставило Англию в зависимость от США.

Однако Япония, несмотря на гибель почти 250 тыс. человек, не собиралась капитулировать. Только мощный удар Советской Армии по японским вооруженным силам в Маньчжурии (по Кваптунской армии) и их полный разгром вынудил Японию капитулировать. 2 сентября 1945 г. окончилась вторая мировая война. Как и другие страны, Англия вступила в новую полосу своей истории.

<< | >>
Источник: Кертман Л. Е.. География, история и культура Англии: Учеб. пособие. — 2-е изд., перераб.— М.: Высш. школа,.— 384 е., ил.. 1979

Еще по теме АНГЛИЯ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ:

  1. АНГЛИЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  2. Тибет в годы Второй мировой войны
  3. БОЛГАРИЯ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны
  4. СТРАНЫ ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  5. Особенности политической цензуры в годы Второй мировой войны и послевоенной конфронтации (1941-1956 гг.)
  6. ГЛАВА XV АНГЛИЯ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  7. ГЛАВА XVI АНГЛИЯ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  8. Характер второй мировой войны
  9. ИНДИЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ войны
  10. Начало второй мировой войны
  11. 1. Причины второй мировой войны
  12. § 1. Начало второй мировой войны
  13. 2. Главные итоги второй мировой войны
  14. Канада в годы первой мировой войны
  15. Итоги и уроки второй мировой войны
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -