<<
>>

3.3. Становление системы промышленного образования. Всероссийские съезды деятелей по техническому и профессиональному образованию


С конца 70-х гг. профессиональное образование входит в число государственных приоритетов. Впервые появляется термин «промышленное образование».

Индустриальное строительство, рост машинной индустрии в результате завершения промышленного переворота остро ставили вопрос о повышении обшей и специальной грамотности рабочих.
Отсутствие нужных технических знаний затрудняли дальнейшее развитие прежде всего промышленного производства.
В Москве при мужских училищах стали открываться для рабочих вечерне-воскресные школы. В 1889 г. в 16 таких школах обучались до 1,5 тыс. чел., из них около 84% составляли крестьяне[690]. А.И. Чупров писал по этому поводу: «Главную массу юного и взрослого населения России поглощают в себя и ассимилируют в беспощадном водовороте городской культуры Москва и Петербург... парень все время работает на стороне, только раз, много два раза в год, навещая забытые нивы, луга и леса»[691]. По данным А.Г. Рашина, в начале 80-х гг. в Москве среди рабочих по обработке волокнистых веществ грамотные составляли около 30%, в Московском уезде еще меньше — только 23%[692].
Дальнейшее развитие технического образования требовало координации действий правительства и общества, поскольку силами одной общественности сделать это было трудно. Ho в отличие от дореформенного времени заинтересованность правительства совпадала с активностью самих предпринимателей. Правительство уже не инициировало процесс, а взяло в свои руки руководство им, осуществив ряд законодательных мер в системе профессионально-технического образования.

В 1877 г. в Министерстве финансов рассматривался вопрос «о необходимости распространения в народе технического образования», что послужило началом разработки «Общего нормального плана промышленного образования в России» (утвержден впоследствии как «Положение о промышленных училищах»). В 1881 г. большинство профессиональных школ было передано в ведение Министерства народного просвещения[693], в 1883 г. при Ученом комитете министерства образовано Отделение по техническому и профессиональному образованию с целью разработки «Положения о промышленных училищах». Оно стало первым официальным органом по управлению низшими и средними профессиональными учебными заведениями[694].
В связи с обсуждением вопроса о промышленных училищах в Государственном совете в 1887 г. было решено закрыть технические отделения ири дополнительных классах реальных училищ и заменить их средними техническими школами[695].
В конце 80-х гг. правительство основное внимание обращало на проблемы развития промышленного образования. Крупные ученые, педагоги, связанные с предпринимательскими кругами (Е.Н. Андреев, В.К. Делла-Вос, Н.Х. Вессель, И.А. Стебут, А.И. Чупров, И.И. Янжул и др.), были привлечены к выработке концепции плана промышленных училищ.
Одним из инициаторов и авторов этого документа был И.А. Вышнеградский — известный ученый в области механики, профессор и директор Технологического института, министр финансов в 1887-1892 гг.
Его заслугой было введение в технических вузах машиноведения как учебной дисциплины. Вышнеградский разработал в 1884 г. «Проект общего нормального плана промышленного образования в России», в котором сфор-

UArAlUflUlVUb ГигидиИШй
АЛЕКСАНДРОВСКОЕ
РЕМЕСЛЕННОЕ УЧИЛИЩЕ.
Контора мстерснихъ училища принимаете заказы шгь ремонта, такъ и приготовлешя вновь паро- вшъ, керосиновыхъ двигателей, паровыхъ приводит» насосовъ, пожарныхъ трубъ, токарныхъ, свер- лльныхъ, самоточнычъ, шлифовальныхъ и другихъ машинъ,—изготовлеме слссарныхъ, куз- нечныхъ и другихъ инструментов!, и раз- личныхъ сельско-хозяйственных-ь, фаб- ричныхъ и домашнихъ приборовъ.
МАГАЗИНЪ УЧИЛИЩА всегда им-Ьетъ готовыми разные инструменты, машины и приборы


мулировал общие принципы создания государственной системы профессионально-технического образования. Только через четыре года правительство на основе этого документа приняло закон. Утвержденное императором 7 марта 1888 г. «Положение о промышленных училищах» сохраняло силу основного законодательного акта в сфере профессионального образования вплоть до 1917 года.
В «Положении» определялись принципы и основные задачи технической школы, впервые вводилось понятие системы профессионально-технического образования. Она включала средние и низшие технические училища, готовившие специалистов по трем специальностям: механико-технической, химической, строительной и ремесленные школы, выпускники которых получали одну из перечисленных специальностей. Последние должны были заменить традиционное в России ученичество. В отличие от общеобразовательной, в систему технической школы не включались отраслевые вузы.
«Положение» предусматривало в первую очередь создание низших технических училищ и ремесленных школ, к обучению в которых допускались только мальчики «всех состояний и вероисповеданий» (частные

училища не всегда придерживались этого принципа). Обучение в школах было платным. Для поступления в низшее промышленное училище требовалось свидетельство об окончании курса начальной школы. Учителями работали выпускники средних технических училищ — Ko- миссаровского в Москве, цесаревича Николая в Петербурге.
Обучение в низших училищах и ремесленных школах продолжалось 3 года; вводились единые учебные планы: специальные предметы относились к специализации училища, общеобразовательные повторяли курс начальной школы. Некоторые профессиональные училища, в частности железнодорожные, имели подготовительные классы, так как поступающие в них ученики в большинстве были неграмотными. Правда, с конца 80-х гг. такие классы во многих училищах стали закрываться, что можно рассматривать как показатель известного распространения грамотности, прежде всего в городе.
Промышленное училище имело предпочтение перед реальным, поскольку давало «не переходное, а законченное специальное образование... от степени рабочего или мастера до степени техника»[696]. Низшие училища «обучали приемам определенного производства»; готовили мастеров, машинистов, чертежников; ремесленные школы имели, как правило, практический уклон, давая рабочим необходимые «для данного промышленного заведения» знания. Содержались промышленные училища за счет казны, земств и частных лиц[697].
В 80-90-е гг. низшие технические училища были одной из форм подготовки квалифицированных рабочих, но по очень ограниченному кругу специальностей: слесарей, токарей, кузнецов, столяров. Новые промышленные отрасли (электротехника, химическое производство, фотография, телеграф и т.д.), развивавшуюся инфраструктуру городского хозяйства эти школы не обеспечивали в достаточной мере квалифицированными кадрами. И.А. Вышнеградский, обосновывая необходимость

распространения образования среди рабочих, писал, что «отсутствие его ставит преграду надлежащему усовершенствованию промышленности»[698].
Стремление изменить такое положение заставило правительство искать другие формы распространения знаний среди рабочих помимо технических училищ. Закон 1882 г. о работе малолетних рабочих требовал их обучения в фабричных школах, которые предприниматели должны были открывать при своих фабриках. В «Положение о промышленном образовании» 1888 г. был включен пункт об устройстве воскресно-вечерних классов и курсов для взрослых рабочих с целью «поднятия их общего уровня образования». Вообще в системе профессиональной школы, предложенной Вышнеградским, общеобразовательным и специальным заведениям для взрослых рабочих отводилось особое место. «В настоящее время, — как отмечал министр, — наши рабочие в значительной степени безграмотны, и только меньшинство вступает в действительную работу, имея образование уровня церковно-приходской школы, городских начальных и сельских одноклассных училищ»[699].
Вопрос об общем образовании как необходимой основе профессиональной подготовки, поднимаемый еще в 50-е гг., сохранил актуальность и в конце XIX в. В выступлениях на Всероссийском торгово-промышленном съезде в Нижнем Новгороде в 1896 г. эта мысль высказывалась неоднократно. «Ошибаются те, кто видят спасение от народного невежества только в насаждении прикладных, профессиональных знаний: эти последние осмыслены, прочны и производительны только тогда, когда они покоятся на основе общего развития, общего образования»[700].
Правительство наряду с предпринимаемыми мерами все же стремилось ограничить распространение образования в народе из-за боязни появления большого числа «непокорных власти». Председатель съезда Д.Ф. Кобеко, говоря о важности образования для ра
бочих «через лекции, беседы, народные чтения», как бы снимая эти опасения, подчеркивал, что «нужно верить в нравственную мощь русского народа; нужно знать, что русский человек с молоком матери воспринимает твердость в вере своих отцов и беззаветную верность своему Государю и что истинное просвещение отнюдь и никогда не может поколебать эти искони присущие русскому люду начала, а напротив того, должно лишь содействовать их укреплению»[701]. В этих словах заключен явный ответ правительству интеллигента-либерала.
В конце 80-х гг. в России насчитывалось немногим более 90 начальных технических училищ, среди которых ремесленные школы с практическим уклоном преобладали. Число учеников в училищах превышало тыс. И.А. Анопов отмечал, что «до настоящего времени профессиональные школы не дали еще положительного и вполне определенного ответа на поставленную перед ними задачу»[702].
Устройство и функционирование промышленных школ требовали бьльших, по сравнению с общеобразовательной школой, средств. Причем для разных типов низшей школы они различались. Так, устройство технического училища обходилось более чем в 200 тыс. руб., ремесленной школы — около 80 тыс. Такая экономическая выгода делала ремесленные школы более предпочтительными для правительства. К концу столетия они преобладали в системе начального технического образования. Это был элементарный тип школы, в которой получали образование фабрично-заводские рабочие и «приготовлялись сведущие ремесленники».
В 90-е гг. система начального профессионального обучения постепенно усложнялась, появились разновидности ремесленных училищ: школы ремесленных учеников, низшие ремесленные школы. Их содержание обходилось государству еще дешевле: примерно от 3 до 7,5 тыс. руб.[703]. Низшие ремесленные школы предназначались для крестьян в районах развития кустарных промыслов,
поэтому практическое начало обучения в них преобладало. Ходатайства об открытии таких учебных заведений в 90-е гг. поступили от братьев Прохоровых в Москве, кн. В.Н. Тенишева ири Бежецком заводе в Брянском уезде. По мнению И.М. Максина, автора книги о промышленном образовании в России, «низшие ремесленные школы, будучи прекрасными учебными мастерскими с преподаванием графических искусств, составляют насущную потребность именно в России, где чрезвычайно плохое цеховое устройство в соединении с грубостью нравов превращает ремесленное ученичество в своего рода каторжную работу для малолетних»[704] (вспоминаются рассказ А.П. Чехова «Ванька» или картина В.Е. Маковского «Свидание»).
Принятый правительством в 1888 г. закон о промышленном образовании способствовал увеличению технических училищ всех типов. В основном их рост происходил в 90-е годы[705].
Таблица I


Число открытых школ

о *5

Число учащихся в них

Промышленные
училища

1888-
1893

1894-
ms

1899-
1903

4° amp;
Si * «

Средние технические

2

8

8

15

2500

Низшие технические

-

10

4

18

1646

Ремесленные школы

2

18

2

23

1698

Школы рем. учеников

-

14

9

-

5420

Низшие рем. школы


30

50

31

1845


Как видно, в конце XIX в. в России преобладала элементарная профессиональная школа, в которой общее число учащихся составляло немногим более 10,5 тыс. человек.
Среднее техническое образование развивалось в России медленно. Мало внимания этим проблемам уде-

лялось и в «Плане» И.А. Вышнеградского, причем это была сознательная позиция министра финансов, который поддерживал идею практического обучения техника на предприятии. «С устройством школ для мастеровых и высших промышленных училищ, — отмечал он, — едва ли возникнет необходимость в устройстве специальных школ для образования техников:              наиболее
способные из мастеров, а равно питомцы высших промышленных училищ, после нескольких лет практических занятий технической стороной дела могут сделаться превосходными техниками»[706].
В конце 80-х гг. в России было только 5 средних технических училищ[707]. Продолжала сохраняться практика подготовки техников из мастеров, имевших опыт работы на предприятии.
Средние технические школы оставались достаточно узкими по своей специализации, в основном механикотехнические и химико-технические, что, в общем, отражало неглубокую дифференциацию машиностроения в России в это время. Наиболее развитым было станкостроение, паровозо- и вагоностроение.
В конце XIX в. в России начиналось становление электротехники как самостоятельной отрасли. Электрическое освещение стало первым практическим применением электричества. В 1886 г. в Петербурге возникло Техническое училище телеграфных техников. Телеграфия являлась старейшей отраслью электротехники. Идею об открытии такого учебного заведения поддержал министр финансов Н.Х. Бунге, который в резолюции на представленный в 1884 г. проект министром народного просвещения Д.А. Толстым писал: «Согласен о необходимости при настоящем развитии телеграфного дела устройства высших учебных курсов для приготовления специально образованных лиц к занятию технических, административных и преподавательских должностей по ведомству почт и телеграфов»[708].

Первоначально это училище (с 1891 г. — Электротехнический институт) было средним учебным заведением, в 1898 г. получило статус вуза «для подготовки инженеров по электротехнической специальности». В институте преподавали телеграфию, телефонию, телеграфостроение, телеграфную и почтовую служба, иностранные языки. Это был единственный в России вуз, готовивший инженеров связи. Ежегодно на бесплатной основе в нем на 4-курсах обучались 120 студентов, число выпускников каждый год составляло 15-30 чел. За время с 1889 по 1911 г. институт окончили 410 чел. Выпускникам первоначально присваивалось звание телеграфного техника, через 2 года практической деятельности — телеграфного инженера[709].
О              появлении новых сфер хозяйственной жизни, требовавших и иных форм обучения, много писал Д.И. Менделеев, активный сторонник и пропагандист индустриализации. Он видел в ней возможность коренным образом изменить культуру труда, «создать прочный средний производительный класс, без развития которого невозможно сильное образованное государство». «Без промышленного развития, — не уставал повторять ученый, — народ мало нуждается в просвещении, ему некуда его прилагать»; «образование, развитое во всем народе, относится к числу требований, заявляемых сильнее всего в современной промышленности»; «состояние просвещения и промышленности определяет и ближайшее и отдаленное будущее России, требует первого общенародного и правительственного внимания»[710].
Большинство средних профессиональных школ стало появляться в конце XIX — начале XX в. В 1888— гг. было открыто 18 средних технических училищ, помимо столиц в Иваново-Вознесенске, Нижнем Новгороде, Костроме, Брянске, Саратове, Касимове, Вятке и других городах. И все же их было мало для такой огромной страны, как Россия. В 1899 г. в 15 существовавших тогда средних технических школах обучались только 2,5 тыс.

чел.[711] Имея в виду высшие специализированные школы, Д.И. Менделеев писал, что их «необходимо множество, целая сотня, если желательно, чтобы просвещение вошло в жизнь народную и отразилось в ее реальности», а число средних училищ, по его мнению, должно «во много раз превосходить число высших учебных заведений»[712].
Недостаточное развитие средней технической школы в России было связано с тем, что общеобразовательная школа не могла обеспечить для нее необходимого контингента учащихся (в среднее профессиональное училище поступали после окончания 5 классов реального училища). Несмотря на то что общее среднее образование преобладало в уровне образованности российского общества, лица, имевшие его, относительно ко всему населению России составляли лишь 1,7% (0,9% среди мужчин и 0,8% среди женщин)[713]. В системе средней школы продолжало в большом объеме сохраняться классическое направление, многие выпускники гимназий, реальных училищ поступали сразу в вузы. Кроме того, преобладание среди демократических слоев города — основного состава технических школ — элементарного образования также ограничивало возможности быстрого развития средних технических училищ. В одной из журнальных публикаций в начале XX в. отмечалось, что «тупиковая средняя школа по Положению 1888 г. плохо пополнялась и при том в значительной степени неудачниками средней образовательной школы»[714].
Высокая стоимость содержания средних технических училищ (250 тыс. руб.) заставляла правительство «с крайней осторожностью» относиться к их открытию и искать поддержку «у сословий и обществ, заинтересованных в деле промышленного образования». В 1898 г. из общих расходов на промышленные училища около 2 млн (на средние — примерно 500 тыс. руб.) на казну приходи

лось около 35%, средства городов, земств, частные пожертвования составляли 37%[715].
Рост отечественных специалистов со средним техническим образованием в последние десятилетия XIX в. происходил, но был очень незначительным. Так, в 1887 г. русские техники на производстве составляли 6,8%, в 1890 г. — 7,3%. В 1895 г. среди руководителей промышленных заведений специалисты со средним техническим образованием составляли 8%, из которых только четверть были иностранцами. Десять лет назад, в 1885 г., в химическом и механическом производствах среди руководителей преобладали иностранцы (до 28%), а отечественные техники составляли только 3-4%. Однако в целом подавляющая часть отечественных специалистов не имела среднего технического образования. В начале 90-х гг. такие работники составляли более 88%[716].
Развитие средней технической школы сдерживал также общий низкий уровень грамотности в России. Впервые вопрос о степени подготовленности населения к усвоению технических знаний был поставлен на съезде по техническому и профессиональному образованию в конце 1895 г. Ввиду того что 70% народа неграмотно, отмечалось на съезде, и лишено возможности получить даже элементарное образование, «представляется сомнительным успех насаждения технических знаний»[717]. В подавляющем большинстве (свыше 90% в середине 90-х гг.) отечественные техники, как писал И.А. Вышнеградский, «не изучали в специальных учебных заведениях того дела, которым... руководят, ознакомились с ним посредством практики»[718].
Наряду с проблемами промышленно-технического образования правительство осуществило ряд мер,
направленных на улучшение состояния сельскохозяйственных школ.
К началу 80-х гг. система сельскохозяйственных учебных заведений включала средние (земледельческие, землемерные, садоводческие, сельскохозяйственнотехнические), начальные школы со сроком обучения 1-4 года и сельскохозяйственные отделения при общеобразовательной школе. В России действовали 6 средних земледельческих училищ. Долгое время, начиная с 40-х гг., формой начальной специальной школы были учебные сельскохозяйственные фермы. Они не получили широкого распространения, однако продолжали действовать и в пореформенное время, в основном в местах расположения средних земледельческих училищ.
В России практически отсутствовала начальная сельскохозяйственная школа как государственное учебное заведение. В 1883 г. правительство разработало и утвердило «Нормальное положение о низших сельскохозяйственных школах». Закон определял условия открытия школ, единообразие в организации и содержании обучения.
Право открывать сельскохозяйственные школы получили общества и частные лица. А то, что потребность в таких школах была большой, свидетельствует тот факт, что уже в 1883 г. в Министерство государственных имуществ, в ведении которого находились эти школы, поступило более 150 ходатайств от разных лиц и обществ об их открытии. Однако до конца 80-х гг. было открыто только 19 новых начальных школ, причем узко специальных: молочного хозяйства, овчаров, мукомолов, садоводов, женские школы по домоводству[719].
В 1882 г. в ведении Министерства государственных имуществ находились следующие сельскохозяйственные учебные заведения[720].

Таблица 2

Сельскохозяйственные
школы

Кол-во

Число
учащихся

Финансирование, в руб.

из гос. бюджета

земства,
общества

Средние

8

1186

224668

36000

Начальные:



/>

по Положению 1883 г.

9

463

82952

13900

остальные

40

1397

91782

135811

Всего

57

3046

399402

185711


Приведенные сведения свидетельствуют о явно недостаточном развитии сельскохозяйственной школы в России, слабом участии общественности в ее финансировании, хотя Положение 1883 г. давало право обществам, частным лицам открывать и поддерживать такие школы.
На состоявшемся в декабре 1889-го — январе 1890 г. Первом съезде деятелей по профессиональному образованию вопрос о таких школах рассматривался специально как итог практической отдачи закона 1883 г. Распространение сельскохозяйственных знаний среди крестьянства, создание низших земледельческих школ для крестьянских детей оставались проблемой. «Население России преимущественно земледельческое, — отмечалось в одном из выступлений, — между тем крестьяне ведут свое хозяйство самыми первобытными способами, по незнанию не вводя часто вполне возможных улучшений»[721]. В январе 1895 г. в совещании, происходившем при департаменте земледелия, отмечалось: «Низшие сельскохозяйственные школы, имевшие целью по Закону 27 декабря 1883 г. распространение в народе основных познаний по сельскому хозяйству... в действительности... служат преимущественно для подготовки низших служащих в частных хозяйствах, оставляя почти без удовлетворения не только крестьянское хозяйство, но и мелкое
частновладельческое, которое нуждается в дешевых техни- ках-рабочих... Замечается, что крестьяне почти не пользуются непосредственно приобретенными в школах познаниями»[722].
В конце XIX в. сельскохозяйственная школа в России оставалась местом подготовки специалистов для частных крупных хозяйств, поскольку «ученик по окончании курса мог зарабатывать здесь больше, чем работая дома в хозяйстве своего отца»[723]. Из числа окончивших сельскохозяйственные школы в 1896 г. в имениях работали около 70% и только примерно 10% «хозяйничали у себя». По социальному составу учащиеся этих школ в большинстве были из крестьян (около 64%), но обучались в них и дети мещан (почти 13%)[724].
Недостаточное развитие начальных сельскохозяйственных заведений, неудачный опыт использования общеобразовательной школы для знакомства со специальными сельскохозяйственными знаниями заставляли искать другие формы распространения таких сведений среди крестьян для применения их в своих хозяйствах. На съезде деятелей профессионального образования в Казани предлагалось создать «институт странствующих учителей» с общедоступными лекциями по сельскохозяйственным темам, организовать выставки. В конце 80-х гг. ежегодно по губерниям правительством, земством, сельскохозяйственными обществами устраивалось до 30 таких выставок[725]. «При современном культурном и экономическом положении деревни, — отмечалось на Казанском съезде земств, — для распространения сельскохозяйственных знаний в крестьянской среде деятельность разъезжающих агрономов, устройство бесед и чтений, производство показательных опытов на крестьянских полях, временные курсы по отдельным отраслям хозяйства, имеют бульшее значение, чем низшие сельскохозяйственные школы»[726].

Интересно, что в ряде выступлений на I съезде деятелей профессионально-технического образования звучал призыв к сохранению традиционных устоев ведения хозяйства и всей крестьянской жизни. Н.В. Верещагин, один из основателей сыроварения в России (брат художника В.В. Верещагина), выступая на съезде, отметил, что «в тех сведениях, которые накоплены еще без сельскохозяйственных школ, уже есть... громадный клад... еще не приведенный в известность, но игнорировать который нет возможности». По его мнению, «существующие сейчас школы земледельческие, не только низшие, но и средние, и высшие имеют мало влияния на окружающее хозяйство»[727]. В одном из выступлений была высказана мысль, что «воспитательное значение обучения крестьянских детей должно быть направлено к единению с жизнью, к укоренению и поддержанию в учениках таких устоев народного хозяйства, как сельскохозяйственная община, неотчуждаемость земельного надела»[728].
И все же в начале XX в. тенденция к росту сферы сельскохозяйственного образования явно намечалась. В 1910 г. в ведении Министерства земледелия находилось 264 сельскохозяйственных школы, включая училища разного профиля, начальную специальную школу, отделения при начальной общеобразовательной школе и лесные училища. Однако катастрофически мало было в России средних земледельческих училищ: в 1910 г. их насчитывалось лишь 18, в которых обучались немногим более 2 тыс. чел. За время своего существования эти училища выпустили только 4,5 тыс. специалистов[729]. * *
В конце XIX в. произошли серьезные изменения в развитии коммерческого образования. В начале этого столетия в России существовали только три коммер
ческих училища. Это были средние сословные заведения, предназначенные для детей купечества и мещанства. Одно коммерческое училище и Практическая академия коммерческих наук были открыты в Москве в 1804 г. на средства Купеческого общества и отдельных предпринимателей. Петербургское коммерческое училище, официально открытое в 1800 г., было преемником училища при Воспитательном доме в Москве, существовавшее с 1779 г. на средства П.А. Демидова. Наряду со специальными предметами (купеческое письмо, бухгалтерия, коммерческая арифметика) в учебных планах этих училищ большой объем занимали общеобразовательные предметы гимназического курса. Как уже отмечалось, в 1830-е гг. коммерческие классы открылись при некоторых гимназиях. С 1804 г. существовала Коммерческая гимназия в Одессе, преобразованная в 1817 г. в Ришельевский лицей (на базе лицея в 1865 г. был создан Новороссийский университет). Начальное коммерческое образование давали некоторые частные пансионы в Москве и Петербурге, мещанские училища для мальчиков (1835) и девочек (1845), открытые по инициативе московского купеческого общества.
Однако основным источником приобретения коммерческих знаний оставалась работа в купеческих конторах, торговых фирмах. Все более важную роль начинали играть специализированные периодические издания («Журнал мануфактур и торговли», «Коммерческая газета», выходившие с 1825 г.), практические руководства, которые содержали необходимые сведения в области коммерции для конторщиков, счетоводов, предпринимателей (И.С. Вавилов. Сборник коммерческих знаний. СПб., 1850; К.А. Полевой. Руководство для молодых людей, назначающих себя к торговым делам. СПб., 1847 и др.).
Оживление предпринимательства и торговли в 60- 70-х гг. вызвало появление новых коммерческих учебных заведений. Средние училища открылись в Одессе (1862), Риге (1868 г. — коммерческое отделение при Политехническом училище), в Петербурге (1880 г. — Петровское коммерческое училище). В Москве в 1885 г. на средства Биржевого комитета было учреждено Александровское коммерческое училище, наиболее известное

среди учебных заведений этого профиля. Все эти училища финансировались из средств Купеческого общества, на частные пожертвования и предназначались для детей купцов и мещан. Окончившие училище получали статус личного почетного гражданства.
В училищах получали необходимую подготовку служащие торговых, промышленных, страховых предприятий и банков, будущие преподаватели специальных дисциплин — бухгалтерии, коммерческой арифметики, коммерческой корреспонденции.
Серьезные изменения в развитии коммерческого образования, произошедшие в 90-е гг., в значительной степени были связаны с инициативой С.Ю. Витте, тогда министра финансов. В 1894 г. все коммерческие училища, кроме Московского и Петербургского, с самого начала находившихся в Мариинском ведомстве, были переданы в ведение Министерства финансов. Внимание правительства к этой сфере профессионального образования объяснялось ее неудовлетворительным состоянием. «Существовавшие в России коммерческие училища, — отмечалось в одной из публикаций начала 90-х гг., — мало приспособлены к требованиям нашего торгово-промышленного населения... В то время как в главнейших иностранных государствах коммерческие училища насчитывались сотнями и были организованы в высшей степени разнообразно... в России до 1894 г. их было только 8 и учреждались они почти по одному и тому же типу. Между тем обстоятельства, вызывающие разнообразие в постановке коммерческих школ, существуют также и у нас»[730].
В апреле 1896 г. было издано «Положение о коммерческих учебных заведениях», в котором различным обществам, городам, сословным организациям, земствам и частным лицам было разрешено учреждать коммерческие школы разного типа, исходя из местных условий и потребностей торговли и промышленности данного региона[731]. Главное внимание обращалось на развитие начального коммерческого образования, практически отсутствовавшего в России в это время.

В разных городах по инициативе и на средства довольно многочисленных обществ коммерческих знаний появляются коммерческие курсы, торговые вечерние классы, которые являлись внешкольной формой коммерческого образования. В них на платной основе могли обучаться лица всех возрастов, но не моложе 12 лет, работающие в торгово-промышленных заведениях. Среди слушателей было около 30% мещан, 50% крестьян. Уровень грамотности учеников отражает тот факт, что только 60% имели свидетельства об окончании начального училища, остальные были неграмотными или малограмотными и должны были посещать подготовительные классы[732]. Торговые школы, одногодичные или трехгодичные, готовили специалистов для занятия низших должностей в торговых заведениях. В них могли учиться дети 12-15 лет, выпускники двухгодичных сельских училищ Министерства народного просвещения. Курсы коммерческих знаний предназначались для преподавания одного или нескольких специальных предметов. Все эти школы составляли начальную ступень коммерческого образования.
Средними учебными заведениями близкими к реальным училищам были семиклассные и трехклассные коммерческие училища. Законодательным актом 1896 г. было положено основание для появления в России системы коммерческого образования, включающей начальную и среднюю ступень школы. Открытие специальных вузов не предуоматриналось.
В результате проведенных правительством мер наблюдался довольно значительный рост этих школ. В 1896 г. в стране существовало 13 коммерческих учебных заведений, в 1899 г. — 56, в 1901 г. — уже 119, из них училищ — 48, торговых школ — 36, торговых классов — 14, курсов — 21. Все эти школы находились в столицах и некоторых крупных губернских центрах. В 1905 г. они действовали в 64 городах России, из них в Москве — 40, в Петербурге — 24, Одессе — 7, Киеве — 6, Варшаве — 14[733]. В провинции коммерческое образование существовало
преимущественно в форме торговых школ и курсов коммерческих знаний. В 1899 г. в учебных заведениях этого профиля получали образование около 11 тыс. чел., в 1904 г. — уже около 29,5 тыс. чел.[734].
Высшая коммерческая школа в России появилась в начале XX в. Впервые вопрос о ее необходимости был поставлен еще в 60-е гг. Инициатива исходила от Общества любителей коммерческих знаний, возникшего в 1810 г. с целью финансирования Московской Практической коммерческой академии. В конце 80-х — начале 90-х гг. эта идея получила уже широкую поддержку общественности на страницах печати, в выступлениях деятелей профессионального образования. Вопрос о целесообразности открытия в России высших промышленных и финансово-коммерческих институтов неоднократно обсуждался и в Русском техническом обществе.
В ходе реформы 1896 г. для содействия развитию коммерческого образования в Москве, Петербурге, Симбирске, Киеве были учреждены Общества распространения коммерческого образования (1897), которые стали основными спонсорами этого типа профессиональной школы. В 1901 г. в Москве было учреждено Училище общества, преобразованное в 1903 г. в Высшие коммерческие курсы. В 1907 г. они были переименованы в Московский коммерческий институт (в настоящее время — Российская экономическая Академия им. Г.В. Плеханова). Институт являлся общественным учебным заведениям, находился в ведении Общества распространения коммерческого образования, учебный процесс осуществлялся в двух отделениях: коммерческо-эконо- мическом и коммерческо-техническом. Только в 1913 г. по новому уставу институт стал полноправным высшим учебным заведением[735].
* *
Заметным явлением в общественно-экономиче- ской и культурной жизни России стали съезды научной общественности и практиков производства для обсуждения жизненно важных проблем. В какой-то мере эти съезды можно рассматривать как одну из форм диалога общества и государства, поскольку в их работе участвовали и представители власти.
Для истории города, отношения общественности к проблемам его благоустройства, санитарного состояния, вообще городской цивилизации представляют интерес водопроводные съезды, проходившие в конце XIX — начале XX в. Эта отрасль городского хозяйства находилась не в лучшем состоянии, в некоторых провинциальных центрах водопроводное дело было в «полном застое», как отмечалось многими инженерами-практи- ками.
Первый водопроводный съезд состоялся в Москве в марте 1893 г. по инициативе главного инженера Московского водопровода Н.П. Зимина. Его активно поддержал Н.А. Алексеев, в то время городской голова, который уделял большое внимание улучшению городского хозяйства и благоустройству столицы[736].
Съезд ставил своей целью «ознакомление специалистов водопроводного дела с современным состоянием водопроводов в России и усовершенствованием их в иностранных государствах». Однако представительный состав участников, охват регионов свидетельствуют о большом общественном резонансе съезда. В заседаниях участвовали ученые, инженеры, заведующие водопроводами, владельцы водопроводных заведений, машиностроительных заводов, представители городских органов управления. Активными участниками были члены Русского технического общества, Общества распространения технических знаний, Политехнического, профессора Московского

технического училища, Институтов гражданских инженеров и инженеров путей сообщения, Харьковского технологического института. На заседаниях можно было встретить Н.Е. Жуковского, В.Г. Шухова, С.Т. Морозова, Г.И. Листа; последний — владелец известного в Москве машиностроительного завода.
На съезде были делегаты 38 столичных и провинциальных городов, (среди них Богородск, Владимир, Воронеж, Иваново-Вознесенск, Козлов, Кострома, Казань, Нижний Новгород, Орел, Пенза, Самара, Шуя, Ярославль).
Доклад профессора Института инженеров путей сообщения Н.А. Белелюбского был посвящен первым деятелям водопроводного дела в России А.И. Дельвигу и А.А. Белелюбскому[737].
На съезде можно было встретить инженеров по устройству канализации в Москве. Эта сфера городского хозяйства получала, таким образом, профессиональную основу для своего развития. Технико-строительный комитет при Министерстве внутренних дел, курировавший съезд, в одном из своих документов отмечал, что «развитие и устройство водопроводов в городах должно оказать благотворное действие на санитарное их благосостояние и тем принести общегосударственную пользу»[738]. Одобрение Комитета вызвало и решение II водопроводного съезда, происходившего в 1895 г., «о необходимости законоположения об охране источников воды, служащих для водоснабжения городов»[739]. До Первой мировой войны состоялось 10 водопроводных съездов. Они собирались в Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде, Тифлисе, Варшаве.
He менее значительными были съезды деятелей по техническому и профессиональному образованию, которые проводились по инициативе Постоянной комиссии по техническому образованию PTO. I съезд состоялся в декабре 1889-го — январе 1890 г., II — в декабре 1895-го — январе 1896 г., III - в декабре 1903-го — январе г. Эти съезды должны были стать постоянными и собираться «через периоды, раз и навсегда установленные».

Однако эта практика была прервана Первой мировой войной. Намечавшийся в 1912 г. IV съезд не состоялся.
Увеличение участников съездов (примерно от I тыс. до 3 тыс. чел.), представительный состав свидетельствовали о большом интересе, который они вызывали в обществе. Среди делегатов были директора и инспекторы технических училищ, представители научных, просветительских, технических обществ, ученые, общественные и государственные деятели. Эти съезды сыграли большую роль в разработке концепции профессионального образования, консолидации деятелей технической школы — ученых, педагогов, практиков производства.
На съездах работали секции: высших учебных заведений, реальных училищ, средних и низших технических училищ, сельскохозяйственного образования, коммерческого образования, женского профессионального образования, железнодорожных училищ, ремесленного ученичества в мастерских и др. Руководителями секций и участниками съездов были известные ученые (Ф.Ф. Эрисман, Д.И. Менделеев, Н.Е. Жуковский, А.И. Чу- пров, И.И. Янжул), деятели профессиональной школы и педагоги (А.Г. Неболсин, Д.К. Советкин, В.П. Вахтеров), предприниматели (С.И.Мамонтов, Ю.С. Нечаев-Мальцев). Здесь обсуждались не только специальные вопросы, но и ставились проблемы общего характера: введение всеобщего начального образования (проект был внесен В.П. Вахтеровым); распространение внешкольных форм обучения рабочих; сокращение рабочего дня.
Эти съезды как бы подводили итог многолетним спорам среди научно-педагогической общественности о приоритетности того или иного вида начального образования. На развитие общеобразовательной школы как основы для профессиональной обращалось внимание многими выступавшими. В докладе А.Г. Неболсина, одного из главных инициаторов проведения съездов, редактора журнала «Техническое образование», отмечалось, что «лучшим средством подготовки крестьянского и рабочего населения к профессиональному образованию служит распространение в его среде грамотности и начального общего образования»[740]. Съезд указал на
необходимость устройства фабричных школ для малолетних рабочих и воскресных классов при них для взрослых. Для их организации предлагалось взыскивать с фабрикантов специальный налог[741]. В данном случае речь шла
о              распространении опыта Русского технического общества по созданию подобных школ в Петербурге.
Вопрос о необходимости повышения общей и технической грамотности рабочих обсуждался и на II съезде. Профессор Московского университета И.И. Янжул, которому принадлежат слова: «Будет Россия образованна, будет и богата», выступая на съезде, подчеркнул, что «важнейшим моментом в решении вопроса быть или не быть всей промышленности» является образование народа «как степень его общего умственного развития, так и технического или ремесленного обучения». Продолжая эту мысль, ученый писал в одной из статей: «Какие тарифы ни устанавливайте, какие законы ни издавайте, но если рабочий плох, техник не сведущ, а директор или хозяин лишен необходимых для ведения дел знаний и энергии то, разумеется, никакие усилия правительства не помогут, и промышленность будет двигаться лишь черепашьими шагами»[742].
В резолюциях II и III съездов как констатация жизненно-важной проблемы отмечалось: «Безграмотность рабочих является главнейшим тормозом к распространению в народе технических знаний и самой важной причиной неудовлетворительности труда». И еще: «Рост промышленности и производительности труда находится в прямой зависимости от развития общего образования, без которого профессиональное образование не достигает своего назначения»[743].
Появление системы профессионально-технической школы, предполагавшей единство учебных планов и учебного процесса, выдвинуло проблему учителей и учебников для этих школ. После 1881 г. эта задача была возложена на Министерство народного просвещения



С. -Петербург. Шоколадная и конфетная фабрика Ж. Бормана. Литография. 1880-е гг.


Однако, судя по материалам I съезда, положение дел в этой области было далеко не лучшим. «Почти все технические и ремесленные училища заявляют, что отсутствие программ и учебников по специальным предметам и отчасти более или менее подготовленных к преподаванию этих предметов учителей немало замедляет целесообразное развитие этих училищ»[744].
На выставке, организованной во время работы съезда, были представлены некоторые программы, руководства к курсам, по которым проходило обучение в профессиональных школах, учебники, справочные издания. Судя по каталогу выставки, учебные пособия носили в основном прикладной, практический характер (образцы инструментов, модели и т.д.), иногда это были руководства по предметам (например, черчение), составленные преподавателем училища. Учебников, изданных типографским способом, на выставке практически не было.
При отсутствии достаточного количества учебной литературы одной из форм распространения прикладных

знаний в области техники, технологии, сельского хозяйства, прежде всего в городе, были народные чтения, о которых речь уже шла. В губернских городах они пользовались большим успехом. В 90-е гг. в Курске, Тамбове, Ставрополе и некоторых других городах аудитория собирала 400-700 человек. Народные чтения прививали интерес к серьезной научной книге у присутствовавших, как правило, демократических слоев горожан. Это имело немаловажное значение в практике распространения серьезной литературы среди народа. В одном из выступлений на Всероссийском торгово-промышленном съезде в Нижнем Новгороде в 1896 г. отмечалось: «По традиции, переданной ему всей прошлой историей народного образования в России, наш народ привык искать в книге исключительно только ответы на свои нравственные и религиозные запросы. Книга научная, книга, сообщающая прикладные знания, не пользуется еще среди наших грамотеев из народа большим распространением»[745].
Формой пропаганды технических знаний становились специальные выставки. В Петербурге в 1880 г. по инициативе Русского технического общества была устроена первая электротехническая выставка. Повторно она проводилась в 1885 и 1892 годах[746].
Работа съездов по техническому образованию имела большой общественный резонанс. В печати появлялись статьи по этим вопросам, во время Нижегородской выставки 1896 г. работала специальная экспертная комиссия, которая отмечала важность распространения грамотности как общей, так и профессиональной среди рабочих.
А.И. Чупров высоко оценивал в этом направлении работу PTO и его отделений в городах, особенно в Москве.
В 1896 г. при Министерстве народного просвещения была организована комиссия под руководством И.А. Анопова с целью выработки мер «по обучению малолетних рабочих», поскольку существовавшие школы «не обеспечивали школьно-фабричных нужд промышленности России»[747].

Мнение предпринимателей о необходимости повышения уровня грамотности рабочих выразил один из московских фабрикантов С.Н. Четвериков в открытом письме комитету II профессионально-технического съезда. Он писал: «Рабочий грамотный как субъект более развитый, осмысленнее относится к своему труду; это едва ли требовало нового подтверждения от нас, русских фабрикантов». Четвериков отмечал влияние грамотности на нравственность, быт рабочих[748]. Интересны его наблюдения об изменении условий фабричной жизни за последние 20 лет: «Связь с землей, которая была прежде характерной особенностью фабричного рабочего, за последнее время почти совершенно утрачивается». А в одном из выступлений на торгово-промышленном съезде в 1896 г. в Нижнем Новгороде говорилось о сформировавшемся в 90-е гг. типе рабочего, отличного от других слоев населения, «...разница будет в костюме, но тип один — это люди, одетые на свой особый лад: брюки по-евро- пейски, рубашка цветная навыпуск, поверх рубашки жилетка и неизменный пиджак, на голове суконная фуражка»[749].
Впервые экспертная комиссия на Всероссийской художественно-промышленной выставке 1896 г. признала важным для нравственного воспитания рабочих распространение учреждений «воспитательного характера», относя к ним театр, концерты, гулянья, танцевальные вечера. По мнению экспертов, их польза, уже «признававшаяся, на практике была еще невелика, недостаточно ясна для всех»[750]. Появление народного театра было одним из аспектов в решении этих проблем.
В последние десятилетия XIX в. появилось много специальных технических изданий — ведомственных, научно-популярных. Выходили «Известия», «Сборники» технических вузов. («Известия» Практического технологического института — 1877-1916 гг.; сборник Института инженеров путей сообщения — 1884-1916 гг. и др.) С 1880 г. издавался журнал «Электричество», с 1892 г. — «Почтово-телеграфный журнал».



На бульваре. Худ.
В.Е. Маковский.
1883 г.


Роль пособия для технического самообразования выполняли научно-популярные журналы, такие как «Общедоступный техник», «Практик-монтер». Они предназначались для читателей (как указывалось в программе), «стоящих на всех ступенях технических знаний, начиная от сведущих инженеров и кончая вовсе не подготовленными любителями». В журнале «Электричество и жизнь» освещались вопросы, «относящиеся до электротехники и распространении среди читающей публики необходимых сведений как по теории электричества, так и по применению их в науке и общежитии»[751].
С 1892 г. Русским техническим обществом начал издаваться педагогический журнал «Техническое образование» (выходил до 1916 г., с 1908 г. назывался «Техническое и коммерческое образование»). На его страницах публиковались материалы по истории и современному состоянию технического образования в России и за рубежом. Практически в каждом номере журнала в отделе «Хроника» сообщались сведения об открытии в городах

России специальных училищ, курсов, ремесленных школ, мастерских. Судя по этим данным, в конце 90-х гг. появление новых профессиональных школ разных уровней, но в подавляющем большинстве начальных, шло достаточно активно. * *
Профессиональное образование, главным образом среднее и высшее, формировало техническую интеллигенцию. Она была важной интеллектуальной силой в процессе модернизации общества, поскольку способствовала распространению и практическому внедрению новой техники, новых технологий в промышленности, на транспорте, в сельском хозяйстве. Вместе с этим численность технической интеллигенции являлась одним из показателей укорененности среднего культурного слоя в обществе, непосредственно связанного со сферой материального производства.
Рост технической интеллигенции в пореформенное время увеличивал образованную, интеллектуальную прослойку в демократической среде города, поскольку городские сословия, и прежде всего мещанство, составляли значительную часть контингента средних специальных школ и отраслевых вузов. Об этом свидетельствует социальный состав некоторых технических училищ. Так, в 1880 г. в Иркутском техническом училище среди учащихся было до 50% купцов и мещан, 20% — разночинцев. В конце 80-х гг. в Петербургском ремесленном училище дети купцов составляли 4%, мещан и ремесленников — 27%, крестьян — 17,5%, разночинцев — 12%. В классах технического рисования Общества распространения технических знаний в 1890 г. учились 33% мещан и цеховых, 55% — крестьян и только 11,5% — выходцев из дворянской и купеческой среды[752].
Особенностью высшей технической школы был, по преимуществу демократический состав ее слушателей. В.Г. Короленко, поступивший в 1871 г. в Петербургский технологический институт, отмечал: «Общий вид студенческой толпы был демократический. Много длинных шевелюр, очков, пледов. Над всей этой пестротой лиц, фигур, костюмов вырисовывался как будто общий

тип... — крепкий и грубоватый заводской рабочий с интеллигентным лицом и “печатью мысли”»[753]. По данным переписи 1897 г., в технических вузах студенты из городских сословий составляли 25%, в университетах их обучалось около 19%[754]. Причем студенты вузов — мещане были из семей с определенным материальным достатком: домовладельцев, которые сдавали квартиры внаем, имевших торговлю или небольшие промышленные заведения. Доходы таких семей составляли от 900 до 12 тыс. руб. в год[755]. Однако если соотнести по сословиям число обучавшихся в высших и средних специальных школах с численностью самих сословий, то картина будет несколько иной: и в конце XIX в. основной контингент слушателей этих учебных заведений продолжали составлять дворяне, а не средние городские слои[756].
Таблица 3

Образование
специальное

Сословия (муж., в %)

дворяне

городские

духовен
ство

сельские

Высшее
Среднее

2,2
2,6

0,1
0,4

0,1
0,9

0,05


Как видно, из числа городских сословий только 0,5% учились в технических вузах или средних училищах. В России, по свидетельству одного из представителей «инженерной семьи», в начале XIX в. перепроизводства техников не было[757]. В это время инженеров в

России было примерно 12,5 тыс., агрономов и лесоводов — около 3,5 тыс., ветеринаров — до 3 тыс. человек[758].
В журнале «Техническое образование» за 1897 г. были опубликованы данные о приеме студентов в высшие технические учебные заведения за этот год. Они достаточно показательны. Из 4810 прошений 3612 были поданы в столичные вузы, 1198 — в провинциальные. В институты поступили только 1370 чел. (это составило 28,5% всех подавших прошения), 711 человек стали студентами столичных вузов (51,9% от всех принятых). По институтам эти данные выглядят следующим образом[759]:
Таблица 4

Институты

Подано
прошений

Принято
студентов

в %

Технологический

1011

186

18,4

Горный

943

98

10,4

Путей сообщения

706

137

19,4

Лесной

370

176

47,6

Гражданских инженеров

358

81

22,6

Электротехнический

224

53

23,7

Моек .техническое




училище

373

150

40,2

Харьк. технологический

375

167

44,8

Рижск. политехнический

356

258

72,5

Ново-Александровский

94

64

68,0

Всего

4810

1370

28,5


Примечательной чертой столичной культурной жизни становились общества, объединявшие деятелей науки и техники, выпускников некоторых технических вузов, своеобразные технические клубы. В Москве таким центром технической интеллигенции стал Дом Политехнического общества (здание построено в 1907 г.).
Имена некоторых ученых в области прикладных наук, инженеров-практиков составляют гордость отечественной науки и культуры. Крупнейшим исследователем в металлургии, автором теории термической обработки металла был Д.К. Чернов, выпускник Петербургского технологического института. Московское техническое училище в звании инженера-механика окончил В.Г. Шухов, известный своими работами по перегонке нефти, строительству нефтеналивных судов, впервые появившихся в России в конце XIX в. Он был изобретателем крекинг-нроцесса, позволившего получать из нефти высококачественный бензин. А знаменитая башня Шухова — радиобашня на Шаболовке в Москве, построенная по его проекту, используется в современном телевидении.
В.Г. Шухов продолжал сохранять связь с институтом и после его окончания. Его имя встречается среди действительных членов Общества вспомоществования нуждающимся студентам Московского технического училища.
Об огромной роли интеллигенции в развитии процессов, связанных с повышением культуры производства, изучением и использованием природных богатств писал Д.И. Менделеев. Он считал, что без активного участия ученых и инженеров страна не достигнет «ни внутренней силы, ни свободы, ни определяемого ими благосостояния и условий для дальнейшего развития»[760]. * *
Итак, в XIX столетии в России фактически появилась профессиональная школа. В пореформенное время сложилась система начального и среднего профессионально-технического образования, созданы отраслевые вузы. К концу столетия определенно выявилась заин
тересованность не только правительства, но и торгово- промышленных кругов в развитии специального образования, понимание связи успехов в промышленности с уровнем профессиональной грамотности рабочих, образованности инженеров, техников, руководителей производства.
Сфера профессионального образования отражала общие закономерности развития в России системы народного образования. Ho если классическая школа как основа общего образования выработала мало меняющиеся программы обучения, то профессиональная школа в этом отношении была более подвержена изменениям. Это было связано с определенной зависимостью ее от потребностей материального производства. «По мере того как меняются и специализируются технические производства — усложняются требования, которые они предъявляют лицам, желающим заниматься этими производствами, — отмечалось в одном из выступлений на Всероссийско-торговом съезде в Нижнем Новгороде, — типы профессиональных школ должны быть разнообразными, как становятся разнообразными технические производства, нуждам которых должны удовлетворять эти школы»[761].
Профессиональная школа в России, какой она сформировалась на рубеже XIX-XX вв., имела свои особенности и характерные черты. Невысокий уровень общей грамотности, который был «болью» прогрессивной общественности, во многом тормозил распространение технического образования. Однако общеэкономические процессы — промышленный подъем 90-х гг., интенсивное железнодорожное строительство, развитие инфраструктуры городского хозяйства — несомненно, оказывали влияние на эту область народного образования. В одном из выступлений на I съезде деятелей по техническому образованию отмечалось, что Россия «стоит на рубеже развития этого обширного дела»[762].
Статистические материалы показывают, что 90-е годы действительно подготовили своеобразный скачок в рас-

пространении профессиональной школы. В начале XX в. (данные 1910 г.) в России действовали свыше 3 тыс. средних и начальных технических, сельскохозяйственных, коммерческих школ, из которых только около 300 были средними училищами. По регионам профессиональные школы распространялись очень неравномерно. Подавляющее большинство их (около 2,5 тыс.) находились в европейской части страны, на всю огромную Сибирь приходилось только 89 профессиональных училищ, на Кавказе было 178, в степных областях и Средней Азии — 83 учебных заведения. Неравномерность сохранялась и в расположении по губерниям. Профессиональные школы в основном были сосредоточены в столичных губерниях: в Петербургской — 36 средних и 180 низших училищ, в Московской — соответственно 23 и 119. В других губерниях действовали 2-3 средних училища и не более полусотни начальных профессиональных школ203.
В России в системе профессионального образования продолжало преобладать начальное обучение в ремесленной школе, представляющей собой элементарную форму технического училища. Недостаточна была дифференциация самих профессиональных школ по профилю204.
Таблица 5

Тип школы

Число
обуч.,
в%

Тип школы

Число
обуч., />е%

Ремесленные

42,2

Технические

6,1

Коммерческие

31,6

Технико-железнодорожные

1,8

Сельскохозяйственные

6,8

Судостроительные

1,1

Лесные

0,3

Горные

0,3

Межевые и землемерные

0,1

Художественно-промышленные

2,7

Медицинские

2,1

Художественно-музыкальные

2,3
Cm.: Сборник статистических сведений о состоянии низшего и среднего профессионального образования. СПб., 1910. Ч. 1. Там же.



Москва.
Таганская
площадь.



Среди промышленных учебных заведений преобладала ремесленная школа, сохранялось очень небольшое число учащихся в сельскохозяйственных школах. Это являлось косвенным свидетельством «однообразия промышленных занятий на большой части России» (А.И. Чупров) и широкого бытования традиционной культуры земледелия в подавляющей массе крестьянских хозяйств.
В 80-е гг. отраслевая структура промышленности и процент занятых по отраслям рабочих выглядела таким образом205.
Таблица 6

Производства

% занятых рабочих

Обработка волокнистых веществ

27,7

В том числе: х/бумажная

17,8

суконная

5,6

Обработка металлов

14,1

Сахароварение

8,8

Винокурение

4,0

Мельницы и маслобойни

6,0

205 UMAM. Ф. 2244. Оп. I. Д. 595. Л. 6.; Д. 651. Л. 61.
379





Представляют интерес данные о занятиях жителей (в процентах)[763].
Таблица 7

Регион

Сельск. хозяйство

Горн.
промысел

Обраб. пром.
(металлов, мин. веществ, дерева, волокнистых веществ, одежды)

Адм. -сословные службы

Работники
культа

Своб.
профессии

Земледелие

Животно
водство

Евр. Россия

73,5

0,76

0,43

7,93

0,76

0,69

0,68

74,26

В том числе

7,95

0,1

0,2

26,46

3,69

1,41

3,13

в городах

8,05







Число лиц, занятых в городском управлении, полиции, было достаточно большим (почти 4%) и превышало число лиц, занятых в сфере умственного, интеллектуального труда — так называемых свободных, типично городских профессий (ученые, юристы, учителя, врачи, деятели искусства). Это подтверждает факт сохранения в городе в конце XIX в. сельскохозяйственных занятий, приоритетности административной функции города в России.
Неглубокая отраслевая дифференциация промышленного производства, отраженная в данных таблиц (5 и 6), возможно, определяла одну из особенностей технического образования в России, долго сохранявшийся универсализм в системе преподавания в отраслевых вузах. Обучение в них было приспособлено к нуждам промышленности 70-80-х гг., когда в ней господствовала небольшая фабрика, требовавшая инженера-универ- сала. В 1871 г. из 165 машиностроительных заводов

Москва.
Конка
у Театральной
площади.
Фото.
Начало XX в.
только треть была типичной для эпохи промышленного переворота[764].
Однако к концу столетия отсутствие специализации у инженера стало ощущаться как признак технической отсталости[765]. В одной из корреспонденций в журнале «Техническое образование» отмечалось, что инженер, владеющий глубокими знаниями в одной технической специальности, «окажется несравненно более полезным, чем энциклопедист, обладающий лишь верхушками сведений по различным отраслям техники и не умеющий применять их к делу»[766].
Промышленная конъюнктура 90-х гг., определявшаяся в первую очередь строительством железных дорог, а отсюда - развитием паровозо- и вагоностроения, породила и наиболее распространенный в это время тип инженера — инженера-путейца. Из 1540 воспитанников Петербургского технологического института, окончивших институт в середине 90-х гг., больше всего, 480 чел.,

работали в различных подразделениях железной дороги (начальники тяги, дистанций, мастерских, депо, мастера, техники в мастерских, инженеры при управлении железных дорог). Среди других отраслей выпускников института можно было встретить в механической, горнозаводской промышленности (182 чел.), бумагопрядении, ткачестве, сукноделии (41 чел.), электротехнике (10 чел.), водопроводном деле (28 чел.), мукомольном производстве (11 чел.)[767]. Показательны и перечисление отраслей промышленности, и число работавших в них специалистов.
Многие проблемы развития технического образования, распространения технических знаний были решены в XIX в. Ho дальнейшая модернизация общества, непосредственно связанная с уровнем технической образованности среднего городского слоя, ставила перед обществом и государством задачи дальнейшего развития и усовершенствования этой сферы народного образования.

Государственные почты суть такое установление, в коем публика обретает свои взгляды, а казна свой доход.
Д.И. Фонвизин
По почте скачете вы к счастью. Нельзя ль мне на ухо шепнуть, Когда вы сей открыли путь? Нельзя ль маршрута показать, И мне на случай подписать, Своей рукою — подорожной.
В.А. Жуковский. Письмо к NN
<< | >>
Источник: Кошман Л.В.. Город и городская жизнь в России XIX столетия : Социальные и культурные аспекты. 2008 {original}

Еще по теме 3.3. Становление системы промышленного образования. Всероссийские съезды деятелей по техническому и профессиональному образованию:

  1. Система профессионального образования таможенных кадров
  2. 8.8. Подготовка, переподготовка и повышение квалификации специалистов и преподавателей в системе дополнительного профессионального образования
  3. Г Л А В А 6 ГЕНДЕРНАЯ АСИММЕТРИЯВ СИСТЕМЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
  4. 2. Состояние и тенденции развития системы начального профессионального образования. Региональный аспект
  5. 8.1. Система юридического образования в России и принципы ее построения Система юридического образования и ее структура
  6. Глава I ОБРАЗОВАНИЕ МИРОВОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ И СТАНОВЛЕНИЕ НОВОГО ТИПА МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  7. ? 15. СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ. УПРАВЛЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЕМ
  8. Профессиональное образование и профессиональная подготовка в исправительных учреждениях
  9. Глава 6 ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ПЕДАГОГИКА И ИЗВЕСТНЫЕ ДЕЯТЕЛИ ОБРАЗОВАНИЯ
  10. 3. Первые итоги нэпа. XI съезд партии. Образование Союза ССР. Болезнь Ленина. Кооперативный план Ленина. XII съезд партии.
  11. А. Н. Поздняков Историк отечественного образования Н. В. Чехов: путь от земского деятеля до советского академика
  12. Глава 13 ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ТРУДА, ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ
  13. 1. II Всероссийский съезд Советов
  14. Возникновение профессионального полицейского образования
  15. О всероссийский съезд советов
  16. Состояние профессионального образования
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -