Задать вопрос юристу

ГЛАВАIX УСТРОЙСТВО ПОГРАНИЧНОЕ И СОСЕДСТВО ЗАГРАНИЧНОЕОбозрения

1. Устройство пограничное. 2. Линия Ишимская. 3. Проекты для линии. 4.

Линия Новокузнецкая. 5. Далее граница. 6. Соседство заграничное. 7.

Киргизы. 8. Чжунгары. 9. Китайцы. 1. В первой книге Обозрения было замечено, что наше правительство, относительно границ с Чжунгарией и соседними ордами, никогда не обмолвилось, и никому из соседей не сказано: поп plus ultra.

Так тому и следовало быть. Ибо степь, не обрабатываемая и не представляющая знаков оседлости, по праву народному принадлежит первому, кто выставил пушку на плацформе или провел там борозду сохою. Но знатная часть степи, киргизами занимаемой, принадлежит России по лучшему и непоколебимому праву: а) на ней обитала орда ногайская, поддавшаяся России со времен Иоанна Грозного; б) на ней обитали племена Чжунгарии, также за два с лишком столетия поддавшиеся; в) самые орды киргизские, Средняя и Малая, поступили в подданство России с 1732г. и подтверждали свою преданность в следующих годах. Прибавим насчет Чжунгарии, что земля ея, по добровольному и беспрекословному сознанию владетелей, Харахолоя, Батора, сына его, и их преемников, считалась с 1618 года под крепкою рукою российского монарха и, следственно, разумелась уделом России, что подтверждено и в грамоте Петра Великого к контайше Раб- тану, писанной от 18 декабря 1716 года из Амстердама15.

Не иначе как в смысле сих политических понятий и заветов, коллегия иностранных дел от 17 октября 1760 г. давала наставление сибирскому губернатору и генералитетулинейному, чтобони знали:

а) что прежние сказки чжунгар о границе, будто бы условленной по речч. Омь и Черная Томь, падающей в Чумыш, не имеют силы без письменных памятей или договорных листов, в столь важном государственном деле, каково дело границы;

б) что реки, в Студеное море вливающиеся, исстари принадлежали России с их вершинами и что, если живали посторонние орды на землях, теми реками омываемых, всегда подразумевалось дозволение, ими испрошенное у сибирского начальства, и до тех только пор, пока государственная надобность не востребует их на собственное хозяйство. Такие ответы давались посланцам Чжунгарии и прежде 1760 г. от коллегии. Не прошло ста лет, как земли, лежащие в вершинах рек: То- бола, Ишима и Оби, самым делом вошли в достояние Сибири*.

Мы сказали в предыдущем периоде, что Г алдан-Церен в отношении к России вел себя миролюбиво и уважительно, но он так себя вел по расчету запутанных своих обстоятельств. Коль скоро удосужился в 1739 г. он войны с Китаем, стоившей ему не одной утраты людей, но и убавки владений, от Халхи до оз. Убсы, незадолго приобретенных, воинственная голова у него вскружилась и опять начал домогаться от России по меньшей мере уничтожения кр. Усть-Каменогорской, которая так близко угрожала неприкосновенности Чжунгарии. В 1744 г., в предвестие будущих вторжений, заведения Чарышского демидовского рудника сожжены шайкою чжунга- ров. Если верить тогдашним слухам, Галдан придвинул свое войско к нашей границе, но вскоре отступил, потому ли, что наслышался о приближении пяти полков, об искусстве которых он не сомневался по пересказам своих офицеров, видавших батальонное и ротное учение в Тобольске и Оренбурге, или потому, что, быв небезызвестен о неоднократных предложениях Китая разделить с Россиею Чжунгарию, опасался побудить ее к согласию на раздел. Как бы то ни было, прежде чжунгарского набега на рудник было думано у нас об уничтожении верхней крепости, дабы уступчивостию расположить Галдана к скромному соседству, и вместе велено было умножить силы в Сибири. В 1745 г. под начальством генерал-майора Кин- дермана вступили в Сибирь пять полков: два пехотных (Ширванский** и Но- тебургский) и три драгунских (Вологодский, Луцкий и Олонецкий).

В начале 1746 г. дошло до Тобольска известие о смерти Галдан-Церена, и вместе с известием тон сношений изменился с Чжунгарией. Перестали заботиться об ея удовлетворении, и вместо того, чтобы повести линию от Семипалатной на прикрытие колыванских заводов, как думано прежде Галдановой смерти, положено вести ее от УстьтКа- меногорской прямо на оз. Телецкое.

Теперь будем говорить об устройстве линий: а) Ишимской; б) о разных проектах лучшей линии; в) об утверждении Новокузнецкой. Осуществление линии Бухтарминской принадлежит позднейшему времени. 2.

Уже знаем, что до царствования императрицы Елисаветы предположена линия Ишимская так, чтобы от конца Уйской крепости продолжить ее чрез степь, между Тоболом и Иртышом расстилающуюся, и соединить ее с линией Иртышской. Дело стало затем, как выпрямить старую Ишимскую линию*** и чрез какие урочища вновь провести, а для сего предприятия требовались местные осмотры и поверки. В первой книге показано, что сибирский губернатор, по проекту подполковника Кутузова, полагал сократить линию отел. Черно- луцкой до форпоста Утяцкого в 426 в., вместо прежних 985 в.; но Киндерман, командовавший на границе, согласно с проектом географа Шишкова, из оренбургской команды присланного, представлял вытянуть линию к Тоболу еще прямее, именно на урочище, называемое Звериная Голова. Кутузов опровергал проект Шишкова тем, что линия, проходя чрез озера горькие, подверглась бы недостатку в пресной воде. Сенат, усматривая дельность обоюдных возражений, приказал в 1746 г. Киндерманус губернатором окончательно положить дело на мере, и Киндерман, лично осмотрев одобренную им линию, признал надобность отступить от нея в некоторых местах. Представление пошло в Сенат, а между тем Киндерман, в прибавок к демидовским укреплениям, исправил старые по Шульбе, Алею, при Змеино- горске, Барнауле, Старокузнецкие на Ануе, Бии, Катуни и сделал новые в нужных неприкрытых точках.

Проект и карты, по последнему исправлению Ишимской линии, утверждены Сенатом не ранее 1752 года, и с того времени начато, по смерти Киндер- мана, устройство границы. Предполагалось возвести 2 шестиугольные и 4 че- тыреугольные крепости с несколькими редутами, но при окончательном устройстве в 1755 г. явилось 10 крепостей с 16

редутами, и в том же году введены в укрепление два полка. Кр. Петропавловская в виде шестиугольника, против прочих вдвое пространнейшая, сделана на новой линии главною и кладовою оружейною. Она построена на высоком берегу Ишима, заложена в 1752 г.,окру- женасверхдеревянных стен палисадами в два ряда. В 1765 г. вместо деревянных стен обведена земляным городом и рвом. На восточной стороне ея 4 крепости: Полуденная, Лебяжья, Николаевская, Покровская, с 9 редутами, считая и Елисаветский маяк налевом берегу Иртыша, против Омска. Первые 3 из 4 крепостей в 1771 г. обведены земляным валом вместо деревянных стен. На западной стороне 6 крепостей: Скопинская (она в 1767 г. обведена вместо деревянной ограды земляным городом и рвом), Становая, Пресновская, Кабанья, Пресногорьковская и Звериноголовская на правом берегу Тобола, с находящимися в их промежутках редутами. У первоначальных деревянных крепостей были по углам батареи и по башне с воротами. Площадь внутренняя от 70 до 100 саж., иногда поболее. Внутри крепостей церкви, казармы, магазины. Гарнизоны из небольших команд драгунских, казаков и башкир. В одной Петропавловской был в прибавок пехотный батальон. При всякой крепости есть предместье, в котором живут отставные и семьи казачьи. Пространство редутов и сила их менее вполовину против крепостей. Команды их, обязанные наблюдать за неприкос- новенностию границ, прежде втыкали в землю лучки или полуобручи, для узна- ния, не ворвались ли в границу киргизы, нос 1771 г. вместо лучков делались пре- Фирсову, Кошкорагайскую, Коркину, Безрукову, Усть-Ламинскую, Смутную; опять чрез форпосты Ма- маевский, Усть-Малокузнецкий, Суерский, Арлагурский, Моревский, Максимовский, Марковский, Верхнеутяцкий, Чернавский, Лебяжий; и, наконец, притыкалась к укреплениям оренбургского ведомства. грады из 2 жердей, в столбики вкладываемых. По раскидке жердей узнавались вторжения заграничных воров. Вообще, вся Ишимская линия вперед подвинута от 50 до 200 в., а до вершин больших рек оставлено расстояния около 300 в., дабы не стеснить скотоводства киргизов. Протяжение линии от Звериноголовс- кой до Омска 579'/2 в-> от Омска до л. Кузнецкой 1493*, по л. Кузнецкой от Бийска до Кузнецка 300 в.

Быть может, читателю вздумается узнать, что за степь, на которой к 1755 году водружена черта крепкая? Степь в границе и за границей состоит из множества озер пресных, горьких, соляных (о которых говорено в статье петропавловского климата) и из равнин, к югу возвышающихся. Равнины по большой части песчаны, долины песчано-глинисты, а низменные урочища черноземны. Соленоватость в здешних местах увеличивается к югу. Вся степь открыта и обнажена от лесов ордами, не заботившимися о будущем. Сорочий бор, прежде упомянутый, да и только крупного леса. Осинник и березник у сибиряков идет только на дрова и поделки. 3.

Едва достроилась Ишимская линия, как междоусобия и убийства, 10 лет между наследниками Галдан-Церена продолжавшиеся, перекинули судьбу Чжунгарии в посторонние руки, и уже в начале 1755 г. две китайские армии с авангардом Амурсаны шли для разделения Ойрадского ханства на 4 раздельные управления, чего не предполагал Амур- сана, мечтавший быть единовластите- лем отечества. В 1756 г., как китайские военачальники считали дело конченным, Амурсана, отделясь от них для исполнения своей задушевной думы, принудил сею нечаянностью богдохана послать новое войско, которое открыло кампанию в 1757 году. Оренбургский губернатор Неплюев, предвидя уничтожение Чжунгарии, еще в 1756 г. представлял о завладении землею до оз. Зайсана. Последовало повеление описать те места, возвести крепости до оз. Зайсана; но было уже поздно. Чжунгария была в огне, и калмыки, укрывавшиеся в Сибирь, оплакивали свои бедствия и описывали ужасы маньчжу-китайских полчищ. Губернатор Мятлев не обнаружил никаких мер к достижению указанной цели по- томули, что время ушло, или что не нашлось людей, способных к исполнению. Он и не выставил на границе для обуздания китайцев военной демонстрации, за недостатком, конечно, свободного войска, по причине стянутых в Оренбургском краю полков для потуше- ния известного бунта.

Среди толь критического положения границы, близ которой маньчжу-китай- цы предавали все огню и мечу, надлежало привести наши пределы в оборонительное состояние: и дело сие возложено на сибирского губернатора Соймонова вместе с линейным начальством. В 1759 г. посланы насибирскую границу инженеры для всех крепостей, со штабом и канцелярией, с нужными инструментами и чертежными припасами. Тогда усмотрено, что иртышским крепостям и форпостам нельзя остановить китайских судов, могущих выйти из оз. Зайсана, что линия Колывано-Кузнецкая не прикрывает рудников, далее в Алтае приисканных, что она и не защищаеттелеутов, около оз. Телецкого кочующих. По трем сим усмотрениям признано за нужное распространить линию вверх по Иртышу, от Усть-Каменогорска, чрез ущелья, найденные доступными до р. Бухтармы, имея в виду и то, что новым обладателям Чжунгарии не будет надобности оспоривать наше обзаведение на Бухтарме, если мы не захотим выставиться на берегах Зайсана. С обзаведением на Бух- тарме представится возможность препятствовать проходу неприятельских судов, прикрывать новые рудники и подавать защиту телеутам.

В сообразность сих заключений послан в 1760 г. из Усть-Каменогорска майор Шанский до вершин Бухтармы для описания мест и постановления знаков, где быть границе и укреплениям. В тоже время от ф. Бехтсмирского, вновь построенного на р. Бии, отправлен майор Эйден на западный берег оз. Телецкого, оттуда по р. Бишкаусу до вершин Бухтар- мы, где должен соединиться с Шанским, и на своем пути также сделать затеей для укреплений так, чтобы посредством их связать линию Бухтарминскую с Телец- ко-Кузнецкою. Первый дошел до вершин Бухтармы* и поставил, где следовало, столбы с надписями; второй, следуя по р. Катуни, вместо Бии до реч. Наймы** и оттуда влево до устья Чулышма- на, падающего в оз. Телецкое, прошел 207 в. и далее идти вверх по р. Башкаусу не видел возможности. В этом направлении ему предлежало бы пересечь р. Чую и посредством р. Чаган-Узунь пробраться к отноге, а не к вершинам Бухтармы.

По неудовлетворительности принесенных сведений назначены в 1761 г. три экспедиции, с прикомандированием горнозаводских людей для рудных приисков. Первая при инженер-майоре Петрулине по пути Шанского, вторая, опять при майоре Эйдене, по р. Катуни, третья, с Чагирского рудника, при майоре Поливанове. Если все три экспедиции не принесли желаемых результатов, по крайней мере, удостоверили начальство со всею подробностию, сколь затруднительна постройка укреплений в гористых теснинах, сколь затруднительно их содержание в добром порядке, по несудоходности тамошних вод. Граничная черта, на какую надлежало бы по заключении экспедиций решиться, началась бы от устья Бухтармы чрез речч. Хаир-Кумин, Малый Хаир-Кумин, Су- гаш, к вершинам и устью Семи, далее по левому берегу Катуни, потом от устья Иши чрез Катунь и Березовку к ф. Но- виковскому Кузнецкой линии. Сия про- жектируемая черта простиралась бы на 442 в.; но кроме того, что татара (собственно, торко-калмыки) и телеуты оставались бы за чертою, она представляется неудобоисполнительною по причине мест почти непроходимых, глубоких снегов по ущельям, летних топей и не везде удобных к заселению земель.

В 1762 г. командир линии Веймарн и бригадир Фрауендорф, которым надлежало рассмотреть важный предмет обе- зопасения линий, вместе с сибирским губернатором, отозвались, что по всем известным направлениям от Бухтармы до Бии или до оз. Телецкого нет удобства проложить черту укрепленную. Почему и полагали: а) провести линию от Усть- Каменогорска по северному берегу Ульбы на С.-В. к устьям Иши и Наймы, где приисканы удобные места;

б) послать офицера с р. Бии к Енисею для продолжения линии к караулу Сабинскому; и в) для воспрепятствования судовому ходу китайцев из Зайсана выставить защиту выше Усть-Каменогорска за 4 в. у Пригонной сопки. Для исполнения сего положения устраивалась защита и отряжен к Енисею прапорщик Тарапановский.

В сентябре 1763 г. определен, для начальствования над всеми сибирскими линиями, генерал-поручик Шпрингерс поручениями: а) возвести на р. Бухтар- ме крепость, которая, будучи крайнею, должна служить преградою судовому выходу из Зайсана и быть в почтении у соседей; б) между сей крепостью и Усть- Каменогорском устроить редут; в) так расположиться, чтобы в новой крепости завести торг с Малою Бухарией и Индией и на сей конец обещать 10-летнюю льготу от пошлин. Мысль о заведении торга с Индией, представляемая правительству Неплюевым, подслушана им у Петра Великого, но надобно заметить, что эта мысль была давно завещана России Ордин-Нащокиным, министром отца Петрова*.

В 1764 г. Шпрингер послал инженер- прапорщика Зеленова с поручиком Ге- незером снова осмотреть следы Петру- лина по р. Бухтарме, описать местности Зайсана и подняться до вершин Верхнего Иртыша, куда лет за сорок плавал грозный Лихарев. Сверх того, отряжен инженер-прапорщик Козьмин осмотреть места между pp. Биейи Енисеем для назначения точек под укрепления, за чем и прежде был посылай Тарапанов- ский. Между тем деятельный Шпрингер распорядился: а) исправлять крепости иртышские по новым чертежам с перенесением Омской на правый берег Оми, Семипалатной выше по Иртышу, за несколько верст; б) крепости Ишимской линии ограждать земляными валами, вместо деревянных заборов, как и видно из самых цифр времени, в которое переправлялись крепости.

Зеленое и Генезер нашли по р. Бух- тарме, что два столба, Петрулиным поставленные в 20-верстном расстоянии, были выкапываемы, и надписи с них стесаны, что крепостца, по реч. Песчаной заложенная, сожжена со всеми пристройками и что эти бесчинства сделаны, как можно судить, шайкою китайского караула, обронившего на поезде восчанку, платье, писанную бумагу и т.п. Потом оба офицера 18 июля вступили с командою на судне и лодках в оз. Зайсан, 22-го вошли в Верхний (Черный) Иртыш, между островов и мелей поднялись на 70 верст, пока можно было подниматься, и по открытым берегам видели камыши, тополь, ветлу, осину. С 28-го пустились обратно и плыли по другую сторону озера, обросшего камышами. Окружность представилась им в 300 верст. С возвратом офицеров получена уверенность о неосновательном опасении китайской флотилии, чему нет и следов по берегам озера, ни на верхней реке, да и лесу нет судового. Инженер Козьмин топографическим описа- нием мест, между Бией и Енисеем лежащих, удостоверил о бесполезности черты укрепленной. Отф. Новиковскогодо ос. Саянского, на Енисее стоящего, нашлось по измерению 417 верст. Кое-где живут ясачные татара, как в дикой пустыне. От Бии толпятся то горы высокие и крутые, то сплошные леса до р. Узасу, далее лес редеет, поверхность земли становится ровнее, и за реч. Нанупою* к самому Енисею образуется сухая бесплодная степь. Множество ручьев, речек и ключей, текущих с гор на север, разре- зывают эту площадь и, орошая густые чащи, производят грязи, есть и болота небольшие. Почва, наводняемая протоками, способна для плодородия, есть и луга, которые можно умножить расчисткою. Лес: пихта, кедр, береза, осина, ветла и за р. Пызасом тополь и лиственница. В водах: таймени, хариусы, куску- чи, щуки, окуни, чебаки, пескозобы, но сиги и язи только в Таштыпе и Абакане. Страна сия, в стратегическом отношении, не представляет надобности в устройстве линии по границе. Твердыни Алтая и Сабина, как и непроходимые их леса, служат естественными укреплениями края. 4.

Шпрингер, препровождая полученные сведения к высшему начальству, полагал за нужное: а) выстроить крепость выше устья р. Бухтармы за 3 версты; б) усилить старые крепости по Иртышу; в) возвести новую крепость на р. Катуни; г) начать от Усть-Каменогорска новую линию внутрь Алтая и, не дожидаясь разрешения, приступить к устройству ея до р. Чарыша, начав с защиты Бобровской и продолжая устроивать р. Секисовский, ф. Убинский, р. Боль- шерецкий, Плоский, Алейский, Ключевской, Белорецкий, ф. Тигирецкий, Чарышский. На представление свое Шпрингер получил разрешение: а) отложить постройку кр. Бухтарминской до удобнейшего времени, не строить новой крепости на Катуни; б) вести новую линию только до рудника Чагирского, оставляя Кошванскую линию, от Бийска идущую, без перемены; в) распространить кр. Усть-Каменогорскую, как главную, угловую точку, где смыкаются линии двух направлений. Причем замечено, что в постройке укреплений следует соразмеряться с величиною опасностей, а соседи не так грозны и не могут таскаться с артиллерией чрез хребты гор. На сем основании, в отмену прежней инструкции, продолжалось вооружение границы до новых дополнительных разрешений.

Устройство новой линии, по предположению Шпрингера, скоро приведено к окончанию, и прежние форпосты, позади линии оставшиеся, как то: Ше- манаевский, Екатерининский и пр., заселялись хлебопашцами. Бийская крепость перенесена на другое, удобнейшее, место, и вверх по Бии выстроены маяки: Лебяжий, Салонский и ф. Сан- дыпский для сближения с оз. Телецким, а для обезопасения дороги к Кузнецку прибавлены чрез болотно-гористое чернолесье маяки: Нижнененинский, Урун- ский, Караканский, Верхнененинский и Сарычумышский, чем и сократилось 132-верстное расстояние между фф. Но- виковским и Кузедеевским. Что касается до протяжения линии к Енисею, это оставлено, потому что надлежащей линии надобно прорезаться отУсть-Каме- ногорска к пограничному Сабинскому знаку, чрез р. Бухтарму, а дело сие непомерно и не нужно.

По новой линии до самого Кузнецка размещались два драгунских полка, Олонецкий и Луцкий, с таким распределением, чтобы охранять полумаяк 4-м драгунам, маяк и форпост 12-ти, редут 50-ти. Кузнецк, внутренний город, назначен квартирою командира и сборным местом команд из всех постов, к востоку расставленных, начиная с Тула- тинских шанцев. Пограничное казачье отделение Сабинского хребта, будучи подчиненным Сибирской губернии, извещало о пограничных обстоятельствах Кузнецкую военную канцелярию, как бывалой прежде, тем или другим путем, чрез старшин кочевого племени. Напр., один башлыкизтелеутов* в 1755 г. известил каптенармуса ф. Кузедеевского, что за трое суток скорой езды далее оз. Телецкого стоит 70 тысяч китайского войска, шедшего, без сомнения, на усмирение Чжунгарии. Не замечая преувеличения в китайской силе и оставляя прочие подробности, надобно смотреть особенно на благоразумие нашего правительства, что оно, вместо состязания с Китаем о своем праве на выдел из развалин Чжунгарии, ограничилось ближайшим делом привесть границу в почтение. 5.

Не исчисляя караулов и форпостов по границе Сибирской губернии, представляющих неразрывную цепь от Сабинского пограничного знака до караула Окинского, ни дальнейших крепостей казачьей постройки** и караулов другой губернии, вновь открывающейся, мы намерены упомянуть только о 3-х тогдашних крепостях: Петропавловской, в просторечии называемой Стрелкою, Кударинской и Акшинской. Первая выстроена в 1729 г. при слиянии pp. Чикоя и Селенги, в пограничном понятии, но более для прикрытия судов, тут разгружавшихся и нагружавшихся китайскими товарами. Тут квартировал отряд из Якутского драгунского полка, и в некоторые годы IV периода происходила очистка и клеймение вымениваемых на Кяхте товаров. Кр. Кударинская, в пресечение тайных переправ товаров чрез Чикой, выстроена в 1764 году в 38 в. от Кяхты, на картинной равнине, орошаемой двумя речками и шумящим Чи- коем, оттеняемым кедрами и другими деревьями***. В свое время крепость охранялась отрядом гарнизонным. Ныне тут нет военного шума, и прекрасная равнина, кажется, почивает в благоухании роз, лилий и яблоней диких, посреди холмов, в виду Киретского хребта и горы Могоя. Кр. Акшинская до 1755 г. была деревнею, но по разорении деревни шайкою монгольских разбойников, «харацирик» называемых, возведена деревянная крепость на Ононе, текущем среди красивых окрестностей, а в помощь казакам назначено для казачьей службы 400 тунгусов к охранению границы на определенном расстоянии.

Наконец, из Лосевского описания губернии включим сюда важное поручение, данное в 1757г. охотскому начальнику Шипилову, о склонении в российское подданство гиляков, в [числе] 40 000 между удским и амурским устьями живущих, на не разграниченном доныне пространстве.

Поручение сие, по-видимому, было изречено в виде возмездия за невежливые оказательства, китайцами сделанные, при завоевании Чжунгарии; но оно не увенчалось желаемым событием.

Теперь кстати смекнуть, как велико протяжение сибирской границы от кр. Звериногол овскойдокр. Горбицы. Протяжение линии до Бийска, и следственно до ф. Сандыпского, уже известно. Отсюда, проводя мысленно черту чрез

оз. Телецкое к Сабинскому пограничному столбу, потом кос. Саянскому до караула Окинского выйдет сложная черта до 800 верст. Протяжение границы от кар. Окинского до Горбицы полагается в 3733 версты. 6.

Соседями Сибири Западной и Восточной были киргизы ишимские, или западные, чжунгары, или калмыки, опять киргизы томско-енисейские, или восточные, иначе называемые бурутами итакжезакаменными, наконец, маньч- жу-китайцы. 7.

Киргизы ишимские, или западные, с первых лет Русской Сибири, везде и всегда оказывались нашими врагами или в толпе врагов наших. В конце предпоследнего и в последнем веке сделавшись известными под именем трех казачьих орд: Большой, Средней и Малой, не переставали вести себя в отношении к Сибири разбойниками. Они менялись с нами избытками и живали в соседстве; но, где бы ни жили, близко или далеко, всегда готовы ограбить, убить или полонить соседа; потому что буйство то и другое слывет в их мнении храбростию, а цель — приобрести корысть. Поэтому они, не помня ни гостеприимства, ни соседства, не знали и значения честного слова. Эти зверонрав- ные люди, около половины XVIII века быв вынуждены обстоятельствами искать покровительства России, делались подданными в лице своих ханов и почетных людей; но и после торжественного подданства их ханов, Абуль-Хаира, Шемяки и впоследствии Абульмамета, Малая и Средняя орды жили как заклятые злодеи, без сознания обязанностей к покровительствующему народу.

Таким образом, когда в 1755 г. четвертый Башкирский бунт был затеян коварным Мещеряцким муллою, киргизы подданные включались в замысел бунта как верные соучастники. Благодаря оборотливому уму и быстрой деятельности губернатора Неплюева, киргизы воздержаны им от волнений; и злодейства, башкирами врасплох произведенные, подавлены призванными полками. Тому же действователю и всепрощению, сенатом провозглашенному, надобно приписывать, что замешательство не распространилось и не продлилось, что множество тысяч убежавших в Киргизскую степь башкир и магометан возвратились почти все восвояси. При всем, однако ж, благоразумии, с каким успокоен край, замешательство стоило правительству и жителям Южного Урала великих издержек, великих утрат, не считая гибели семей, бежавших к киргизам.

Да не ожидает здесь читатель последовательного взгляда на сношения наши с ордынскими ханами и султанами: дела сего рода исключительно принадлежали оренбургскому губернатору до 1782 года, хотя бы старейшины орд и кочевали невдалеке от линии Сибирской. Крепостным начальникам сей линии удавалось знать киргизов только в 3-х случаях: как торгашей, являвшихся в учрежденные для размена места, как гостей, приезжавших к комендантам крепостей, и как грабителей и разбойников. О торгах с киргизами уже говорено. Для угощения доброжелательных старшин с 1764г. отпускается линейному начальнику тысяча рублей, которую он делил по известным крепостям, куда приезжали старшины, оставляя 400р. для угощений в самом Омске. Что касается до грабительских и разбойнических дел, нет им счета, особенно по линии Ишимской, как сухопутной. Киргизы уводили лошадей, жгли сена частные и драгунские или травили их для своих табунов, с которыми прокрадывались в границу, подходили близко к селениям, грабили и захватывали людей в полон. Они удачно пользовались для вторжений вьюгами, которыми заносятся следы верховой езды. Когда в 1754 г. киргизские волости Средней орды, преследуемые чжунгарскими ополчениями за подобные дела, как бывало и в 1740-х годах, убеждали сибирское пограничное начальство впустить, по крайней мере, жен и детей их в границу, было предписано не внимать подобным просьбам. И справедливо. Не прошло года, как уже в 1755 г., по заметке Тобольского Сборника, разбит киргизами один форпост из ишимских, и несколько драгун погибло.

Несмотря на испытанные и повременно испытываемые беды, наши удалые крестьяне, искатели кладов, не переставали уезжать за границу, где понаслышке узнавали о существовании древних могил. Бывало, что в то время, как рылись они в буграх, киргизские наездники убивали их на месте или брали в полон. В июле 1764 г., по случаю подобных несчастий, опять накрепко подтверждено, как и прежде, в 1727 г., повелевалось, чтобы никто из сибиряков тайно в степь не выходил.

Сколь ни малы описываемые опасности и беспорядки, в сравнении с теми бедствиями, какие в то же время деланы шайками Малой орды по Уйской и Уральской линиям, генерал-поручик Шпрингер, с 1763 по 1771 год поставивший линию Сибирскую в почтение как устройством ея, так и неослабным наблюдением, строго предписал не допускать кочевьев Средней орды ни в какое время к нашей границе ближе 10-верстного расстояния. Непослушные из киргизов усмирялись военною рукою, ополименные в винах наказывались телесно, и граница наслаждалась спокойствием и безопасностию. Филантропия утешительна, достохвальна, когда те, которых щадят, умеют искренно ценить любовь мудрую.

Что земля за р. Иртышом от Елиса- ветского маяка, по упразднении Чжунгарии, есть бесспорное достояние Сибири, преподаны нами неложные о том понятия; но, как Сибирь ни избыточествовала тогда излишнею населеннос- тию, правительство России не препятствовало Средней и частию Большой орде отабариться на нашей наследственной земле. Пускай орды пользуются ею до времени и в возмездие пасут для нас стада и табуны большого и малого рогатого скота; они не мешают нам рассматривать касающийся до них вопрос: западные киргизы трех упомянутых орд одинакого ли происхождения с киргизами восточными, или закаменными?

Если выводы, г. Левшиным заимствованные чрез г. Сенковского из восточных писателей, верны в том, что издавна около Каспийского моря высовывалась орда, называвшаяся козаки, или косаки*, орда будто бы столь же давнего времени, как кергеты, как найманы и монголы, если достоверно, что Бабер, некогда владелец прибережья Сыр-Дарьи, потом основатель Делийской империи, свидетельствует о современной значительности хана казакского в степях Кипчака и Чете, если нынешние киргис-кайсаки слыли в старинных русских письменах ордою казачьего: то по справедливости можно усвоить западным киргизам, в характеристическое отличие, простое название Казачьей орды. Итак, давность орды, восточными писателями утверждаемая, значительность орды, известным Тимуридом свидетельствуемая, и русская наименова- тельность Казачьей орды, вот три начала, из которых почтенный описатель киргиз- казачьих орд выводит разность их происхождения от киргизов закаменных.

Не во гнев почтенного описателя, вот сомнения наши!

а) В начале нашей книги, именно в поправках, воевода Албазина упоминает о шаман-касаках, бежавших с р. Олекмы на Амур. Из слов его видно притом, что эти касаки шаманского верования вели разбойническую жизнь и перекочевывали с места на место. Одинаковость имени и поведения амурских бродяг с именем и поведением орды Казачьей не ведетли кдогадке о соплеменности тех и других? Если киргизы (кэргэты) вышли из восточного Херулюнского края, во время кутерьмы Чингисовой,тодлячего бы в этом племени не могло существовать двух поколений: киргизского и ка- закского?

Далее он же пишет, что русские называли их касагами. Г. Арцыбышев в старинных касагах видит нынешних киргиз-казаков. С обоими мнениями я готов согласиться только в том смысле, что известность о кавказских казаках и касагах относится к периоду истории новой, а не средней. Но предки их кавказцы ли? Относительно к истории древней, Иродот севернее Харезмин и Согдиан не представляет народных названий, которые бы походили на название киргиз-казаков. К северо-востоку он указывает на саков, — не сокращенное ли это имя казаков или кайсаков? *

У проф. Фалька написано, что Большая орда называет себя Koergrer.

Когда главная толща того и другого поколения передвинулась с места родины на запад, не могли ли отделения их по обстоятельствам уйти в другие стороны, одна в безводную долину Кырму близ Манзурки Иркутского уезда под именем бурутов, другие на р. Олекму под именем касаков?

б) К убеждению, что киргиз-казаки должны быть происхождения восточного, служат многие приметы:

Оклад лица монгольский, и, чтобыне приписывать этого случайности соседства, вообще считается у них идеалом красоты физиономия монгольская.

Качание избираемого хана на войлоке, раздирание войлока и прочего убора на лоскутки есть обычай монгольский.

Собрание законов старинных, приписываемое хану Тявке, есть подраже- ние степным уложениям, какие известны среди орд монгольских.

Название волости Найманской, со многими отделениями в Средней орде, не доказательство ли, что киргиз-казаки потомки или старинные соседи восточных найманов?

Наименование киргизского поколения в составе башкирских родов не доказывает ли также, что часть восточных киргизов была увлечена до Урала движениями хуннов, имевших тут некогда свое стойбище, или нашествиями чин- гисханцев? Не таким же ли переворотам надобно приписывать и появление кир- гиз-казачьих орд на западе*?

в) С чего почетные фамилии их производят свое происхождение от Чингисхана? С чего роды Средней орды мечтают, по словам капитана Андреева, что тамги (гербы) даны им самим Чингисханом?

Если по изложенным сомнениям, которые сами как бы высказались при чтении важного творения г. Левшина, было бы скоропоспешно, без положительной уверенности приступить к мнению Фишера, сибирского историка, то и нет ничего решительного, чтобы захотеть предпочесть мнение противное, мнение, впрочем, привлекательное по новости. Из значительности казакского хана, засвидетельствованной в XVI веке Бабером, равно и из старинного нашего названия трех орд казачьими, а не киргизскими, нельзя ничего навести о разноплеменности их с закаменными, при нашем обороте спорного вопроса, т.е. что предки тех и других должны быть уроженцами восточными. Г. Левшин, как писатель классический, дал нам достойную историю народа киргиз-казац - кого и глубоко выразил нравственные черты его; к решению дела остается пожелать, чтобы другой кто-нибудь с таким же обширным взглядом и с таким же умом описал киргизов закаменных, дабы по неложным чертам сходства или несходства закончить прение о сопле- менности или разноплеменности. Надобно с точностию означить деление орд, наименования их волостей и родов, тамги, нравы, обычаи, язык и повести о их древностях. Надобно вслушаться в их наречие, будто бы турецко-татарское, нет ли в нем таких же непонятных речений, какие замечают у киргиз-казаков.

Наконец, мы довольствуемся предложить в скобке (18) современные сведения об орде Закаменной и переходим к другим соседям, уже исчезнувшим политически. 8.

Чжунгария, сильная и значащая при добром союзе 4-х поколений, пребывала соседкою Сибири около полутора с небольшим веков до 1758 года, без открытой войны, но редко без размолвки. Владение ея, в лучшую пору, простиралось в длину на 25°, начиная с 90° долготы, в ширину на 15° с 50° до 35°, и главное стойбище контайши находилось на р. Или. Полуполитическое сие ханство, издавна двоеданствуя России и Китаю, прежде и при 3-х последних кон- тайшах: Галдан-Бошухту, Цаган-Рабтане и Галдан-Церене, вело себя не столь благоразумно против последней державы, как против первой. С нами ссорилось оно на словах за пустую, ненаселенную границу, ас Китаем, столь сильным неприятелем, состязалось мечом за обладание всеми соплеменными ханствами до Маньчжурии, не довольствуясь владением Хухонором, Малой Бу- харией, Туркестаном, отнятым у киргиз-казаков, и порабощением Большой казачьей орды. Толь смелая предприимчивость проистекла не из воинских сил, сколь из предприимчивого духа трех контайшей, из упования на соплемен- ность ханств и на тайные благословения далай-ламы, неприязненного деизму китайского правительства. Что касается до числа войска чжунгарского в лучшую пору, можно полагать не более 50 000 всадников. Галдан-Бошух- ту, по изворотливости ума, употреблял против Кансия все хитрости: внезапность нападения, засады, коварство в переговорах, преданность на словах к Хуандию, вероломство наделе, не раз разглашаемую молву, как и в 1696 году, что к нему присоединяется 60 000 российского войска; и если бы племянник Рабтан не восстал против Галдана, он не скоро перестал бы тягаться с Кансием невоинственным. Таков же был и Кян-Лун, не могший преобороть Галдан-Церена, пока этот соперник был в живых.

Прошло 10 лет при недостойных преемниках Г алдан- Церена, друг друга уби - вавших, один против другого коварство- вавших до того, что один из них и последний, т.е. Амурсана, вызвал на помощь своего властолюбия повелителя китайского, который давно выжидал минуты, чтобы унизить дерзкое ханство, — прошло 10 лет бурного междоусобия, как в 1756 году Чжунгария раздирается на 4 части, в 1757-м превращается в провинции Китая, а в 1758-м совершается на земле ея кровавое побоище над всеми, кто защищал свою семью, кибитку, корову или укрывался в горы и дебри. Все живое пало под мечом победителя или к стопам его, кроме спасшихся бегством. С 10 000 кибиток Сэрен успевает уйти к нашим волжским калмыкам, а последний искатель ханства, Амурсана, спасавшийся в улусах Большой орды, чуть-чуть избежавший предательства, скрылся в горах, потом явился в июле 1757 г. в Сибири, чтоб умереть от оспы* Все пало, все разрушено, кроме развалин Галдановой кумирни, доныне уцелевшей при минеральных водах к востоку от оз. Алакуля. Как прекрасно отзывается в памяти потомства благородная быль, что Россия, не раз приглашаемая к разделу Чжунгарии, не только не запятнала себя добычею из опустошенного ханства, но даровала еще великодушное убежище спасавшимся от меча и погибели.

В описываемое десятилетие не произошло ничего гласного между Сибирью и Чжунгарией, потому что одна пожиралась внутреннею гидрою, а другая обеспечивала свою границу; но, к удивлению, Шапп рассказывает, что в 1761 г. возвратились в Тобольск из Петербурга двое чжунгарских посланцев, ездивших для представления об уничтожении иртышских крепостей и не знавших до приезда в Тобольск о падении их отечества**. Трудно отгадать, при котором контайше были они отправлены; Дава- цию и Амурсане недоставало времени о том помышлять. Разве это могло случиться при первом преемнике Галдана, Цаган-Дордже, как человеке сумасбродном, но после убиения его, за 10 лет случившегося, могли ли посланцы проживать столько времени в России? Не приличнее ли думать, что под именем посланцев калмыцкие торгаши, в смутное время купившие верительное письмо, за печатью контайшинскою, приезжали под предлогом негоциации, для получения подарков и свободного торга? Этот почетный способ торга в обычае у азиатских переговорщиков. 9.

Пока само правительство не озарит нашу историю нужными сведениями, относительно сношений с Китаем, мы должны довольствоваться или событиями, уже оглашенными, или одними именами проезжавших в Пекин чиновников, как намеками на неизвестные для публики переговоры.

Причем изъясняемся, что как прежде мы не упоминали о набожных посылках калмыцко-волжского хана к далай- ламе чрез Сибирь и границы китайские, так и в настоящем периоде пропускаем рассказ о калмыцких богомольцах, в 1754 г„ ездивших в Хлассу для спасения живых и поминовения усопших.

В продолжении IV периода, начатого и конченного в царствование Кян- Луново (Цян-Луново), которое в долговременном своем цикле заключает падения или перевороты ханств и народов, с Китаем соприкосновенных, наш со- седственный мир не был ни тогда, ни после нарушен в смысле военном, но не в политическом или торговом. Ворота Маймачена семь раз затворялись для Кяхты, как можно видеть в преждеозна- ченной (17) скобке.

В Иркутской Летописи замечено, что в апреле 1757 г. прибыли из Петербурга проездом советник Братищев и майор Якобий* с бумагами в трибунал и в мае отправились в Пекин. Они возвратились из Пекина в январе 1758 г., и через 4

дня отбыли в Петербург. Нет сомнения , что поездка сия относилась к судьбам Чжунгарии. Ибо в 1758 году, несмотря на продолжавшуюся войну с Пруссией и на замешательство Оренбургского края, драгунские полки умножены, по сведениям омским, на Сибирской границе, и на тот же конец формировалось в Тобольске небольшое ополчение. Нурали, хан Малой орды, как видно из Описания г. Левшина, приглашался грамотою от 19 марта 1758 г. к содействию против китайцев, равномерно и Аблай, султан Средней орды; оба они изъявили согласие воевать против отрядов китайских, согласие, впрочем, малонадежное и неверное. Они не могли бы исполнить обещания по слабому влиянию над улусниками и, если бы успели поднять ордынцев на коней, не удержали бы их от грабежа оплошного лагеря той или другой из воюющих сторон. Не подобное ли тому случилось в 1758 году со стороны партии киргизов Средней орды, когда китайский военный отряд, сопутствуемый сею партиею, для лучшего преследования укрывающихся калмыков, приближился к кочевьям российско-чжунгарских двоеданцев, между

оз. Телецким и р. Бухтармой обитавших? Киргизы разграбили нейтральных двое- данцев и более 200 человек увлекли в полон.

К счастию Сибири, не дошло до войны, а войны лучше, как говорится, и худой мир. Мир был худой, это видно по всему. Россия вправе была выговаривать Китаю, что без предварительного с нею соглашения и согласия ханство Чжунгарское, равномерно и ей подвластное, сперва раздроблено, потом завоевано, наконец, опустошено; что китайские воинские начальники, надмевавшиеся успехами варварства, оказывали в словах российским пограничным чиновникам высокомерие и дерзости; что воинскою рукою внесено разорение в пределы дво- еданцов, Россиею покровительствуемых, и что сотни людей из их мирных кочевьев увлечены в полон, без всякой правды и приличия. Китай, с одной стороны, внушал, что он имел всю справедливость поступить по своему усмотрению с беспокойным и враждебным ханством; ставил в вину России, что она, потворствуя мятежникам, впустила к себе множество беглых калмыков и укрыла в Сибири вероломного возмутителя Амурсану. Для успокоения китайско- го правительства даны приличные на все ответы, с извещением о смерти Амурсаны, и в удостоверение неложного известия дозволено от сибирского губернатора китайским комиссарам раз и еще раз осмотреть на границе вырытое тело Амурсаны.

В упомянутой же Летописи замечено, что в феврале 1763 г. прибыл в Иркутск гвардии капитан-поручик Кропо- тов, едущий с листами в Пекин, и чрез 7

дней туда отправился. Кропотов из Пекина возвратился в январе 1764 г. и в день приезда поспешил выехать обратно. Как имя сего офицера слывет в Сибири предзнаменованием торговли, то и посылка его в забайкальском мнении разумеласьдомогательством торговли, с 1762

г. прерванной на Кяхте и остававшейся без развязки до 1768 г. Надобно полагать, что в 1765 и 1766 гг. проезжали курьеры в Пекин и обратно; но наверное нельзя того утверждать, потому что под обоими годами в Летописи оставлены пробелы. В апреле 1768 года тот же Кропотов, проехав в Кяхту, в звании полномочного комиссара и в статском чине, заключил 18 октября с уполномоченными Китая дополнительные статьи к существующему трактату; после чего и торг между подданными обеих империй снова открыт. Но, отлагая сей предмет до своего времени, мы должны, отступая назад, сказать наперед, какою силою, во время китайского нашествия на Чжунгарию, ограждалась восточно-сибирская граница с Китаем.

Граница наша от Сабинского караула до укрепления нареч. Горбице ограждалась, как уже известно, непоколебимою силою Российско-китайского трактата 1728 года и двукратными в месяц съездами казаков одной дистанции с казаками другой дистанции, наведывавшимися о неприкосновенности границы*, по случаю же высокомерного тона, в китайских сношениях явившегося по завоевании Чжунгарии, в пресечение пограничных дерзостей, если бы еще оне могли где-нибудь оказаться, придумано сибирским губернатором Соймоновым привесть восточную границу в почтение следующими мерами. Первое, для усиления пограничной стражи, учредить на собственном содержании 4 шестисотных полка, из тех же селенгинских бурят, из которых и прежде были начаты кадры в половинном числе; второе, составить 4 конных лан- дмилицких полка, посредством отделения 2400 человек из 11 000 земских казаков Тобольской провинции, и поселить их с женами и детьми в Селенгинском и Нерчинском краю для охраны границы и вместе для хлебопашества.

Предложение первое утверждено Сенатом 22 июня 1764 г., с повелением исключить из ясачного оклада бурят, поступающих на службу. Относительно составления ландмилицких полков из переселяемых казаков военная коллегия, сочтя за несовместное смешивать оборону границы с пашнею, отвергла и план составления полков из переселения казачьего. Она полагала за бесполезное разорять в одном краю сословие казаков, выбранных на службу из 111 000 крестьян, и в другом худо упрочивать их: потому что переселение и переход семейный не могли совершиться без чувствительной утраты людей.

В замену того положенною колле- гиеюв 1763 г., с высочайшего утверждения, устроить семь ландмилицких полков из беглых русских, выводимых из Польши, разумея в том числе пять пехотных и два конных, из которых первые равняются против пехотных мушкетерских, а последние — против карабинерных. Пребывание назначено 3-м полкам около Иркутска, двум, с 1-м конным, около Селенгинска, остальному конному — около Нерчинска. Пехотным наречены имена Иркутский, Се- ленгинский, Нерчинский, Томский, Енисейский; конным: Якутский, который с данных лет существовал за Байкалом, и другому — Томский. Для двух полков присланы знамена и штандарты, также определены штаб- и обер-офицеры. Всем этим полкам велено формироваться в Тобольске из приходящих партий (которым также расписаны пути и препровождения) и на место отправляться полными числами.

Создание толь значительных сил из недостоверного числа людей (и каких людей!) пало на руки знаменитого губернатора Чичерина.

<< | >>
Источник: Словцов П.А.. История Сибири. От Ермака до Екатерины II. — М.: Вече. — 512 с.: ил.. 2006

Еще по теме ГЛАВАIX УСТРОЙСТВО ПОГРАНИЧНОЕ И СОСЕДСТВО ЗАГРАНИЧНОЕОбозрения:

  1. 11.7. Пограничный эффект
  2. § 4. Федеральная пограничная служба Российской Федерации
  3. тысячелетия сближения, СОСЕДСТВА И РОДСТВА
  4. АРЬИ, СЛАВЯНЕ: СОСЕДСТВО ИЛИ РОДСТВО?
  5. § 5. Пограничная служба Российской Федерации
  6. Федеративное устройство Российской Федерации 12.6.1. Федеративное устройство России: понятие, признаки, специфика
  7. Пограничные нервно-психические расстройства
  8. § 3. Пограничные психические состояния
  9. ПОГРАНИЧНАЯ ИМПЕРИЯ КУШАНОВ
  10. Педагогическая характеристика деятельности органов и войск пограничной службы
  11.                                                               IV                                   Неверное мнение о характере Славян                              и превращении Болгар. Соседство с Уграми.                                      Сила славянского движения
  12. 15.2. Особенности педагогического обеспечения деятельности сотрудников пограничной службы
  13. № 14 1820 г. - 4 Октября. Резолюция Моздокского верхнего пограничного суда. - Об определении переводчиком в сей суд из осетин Якова Качаева.
  14.                                                              I                            Гунны-Болгаре в Тавриде и на Тамани. —                           Соседство с Херсоном, Боспором и Готией. —                           Первый христианский князь у таврических                          Болгар. — Действие византийской политики
  15. Форма государственного устройства и ее разновидности 2.4.1. Понятие «форма государственного устройства»
  16. § 3. Форма государственного устройства
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История наук - История науки и техники - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -