Глава 8. Эпоха дворцовых переворотов. Внешняя политика Российской империи во второй половине XVIII в. Развитие экономики

Уставшая от войны и неимоверного напряжения всех сил в петровскую эпоху, Россия отдыхала при его ближайших преемниках. Петр установил порядок, согласно которому глава государства мог завещать престол любому члену правящего дома Романовых.
Однако к концу своих дней он не видел вокруг себя ни одного достойного преемника. Уморив в тюрьме царевича Алексея (сына от первой жены, Евдокии Лопухиной) и похоронив умершего в детстве царевича Петра (сына от второй жены, Марты Скаврон-ской — Екатерины I), Петр в конце жизни имел лишь дочерей -Анну и Елизавету. После смерти императора его ближайший соратник А.Л. Меньшиков при поддержке гвардии (которая в XVIII в. играла решающую роль в борьбе за власть) добился возведения на престол Екатерины. В 1727 г. корона перешла к внуку Петра царевичу Петру Алексеевичу (1727-1730). С его кончиной ''Верховный тайный совет» (высший орган государственной власти, созданный при Екатерине I) пригласил на престол племянницу Петра I Анну Ивановну, сильно ограничив при этом ее власть в свою пользу особым обязательством «кондициями». Однако Анна, прибыв в Россию из Митавы, где она жила в качестве вдовствующей герцогини Курляндской, вскоре уничтожила подписанные ею «кондиции» и стала править, окружив себя советниками преимущественно немецкого происхождения. Десятилетнее правление Анны, омраченное жестокостью ее фаворита Бирона («бироновщина»), сменилось кратким пребыванием на престоле младенца Ивана Антоновича (1740-1741) при регентстве его матери, племянницы Анны Ивановны — Анны Леопольдовны. Эту последнюю с помощью гвардии устранила от власти дочь Петра I Елизавета (1741-1761). Наследник Елизаветы, ее племянник Петр III (1761-1762) не сумел поладить с гвардией, которая, свергнув незадачливого императора, возвела на престол его жену, немецкую принцессу Августу-Софью-Фредерику Ангальт-Цербстскую-Екатерину II (1762-1796). Последним дворцовым переворотом, назревшим в конце XVIII в., но осуществленным уже в XIX в., стало убийство группой офицеров сына Екатерины II императора Павла I (1796-1801). Пестрый ряд лиц, побывавших на престоле в 1725-1762 гг. («эпоха дворцовых переворотов»), вызывает недоумение. Как могли эти слабые, недалекие люди стоять во главе такой сложной и тяжелой в управлении страны, как Россия? Ответ — в особенностях расстановки социальных сил в XVIII столетии. Монархия в этот период оставалась мощным стабилизатором социальной напряженности. Однако ее статус в обществе существенно изменился. Петр I любил говорить о благе Отечества, которое понималось им прежде всего как могущество государства. Он искренне считал монарха стражем государственных интересов, а государство — гарантом общего порядка. Однако баланс общественных интересов в результате реформ Петра изменился. Сословие землевладельцев, прежде четко делившееся на вотчинников-бояр и помещиков-дворян, в результате целого ряда социальных процессов и юридического уравнивания поместья с вотчиной стало единым. Его политический вес и активность возросли Процессу усиления дворянства благоприятствовали и личные качества тех, кто занимал престол в первые полстолетия после кончины Петра. Фактически от их имени правило их ближайшее окружение, состоявшее из наиболее удачливых столичных дворян.
В сущности, монархия стала лишь фасадом, за которым скрывалась диктатура дворянства. Стесняя права других сословий, дворян? шаг за шагом добивались от правительства практически всего, чего только они могли пожелать, — от личной власти над крестьянами до освобождения от обязательной службы и щедрой раздачи государственных земель в поместья. Лишь Екатерина К сумела до некоторой степени верну ь монархии ее былое значение. Но г. она не могла справиться с укоренившейся к этому времени диктатурой дворянства и вынуждена была продолжать раздачу дворянам привилегий и поместий. Одновременно она предпринимала некоторые шаги, направленные на дальнейшую европеизацию и гуманизацию русской жизни («просвещенный абсолютизм»). Однако в условиях диктатуры дворянства и углублявшегося бесправия крестьян они выглядели достаточно двусмысленно. Многие историки видят в них не более чем обычную социальную демагогию, главная цель которой заключалась р создании более привлекательного образа России за рубежом. При Екатерине II завершился длительный процесс упорядочения социальной структуры русского общества. Оно было официально разделено на 5 сословий: дворянство, духовенство, купечество, мещанство и крестьянство. Между первыми тремя сословиями по-разному распределялись узаконенные привилегии. Главной из них — правом владеть землей с живущими на ней крестьянами — обладало только дворянство. Существенное значение имели и такие привилегии, как свобода от телесных наказаний и рекрутской повинности, освобождение лиц от подушной подати, а домов — от воинского постоя. Крестьяне и мещане (рядовые горожане) были «податными сословиями». Они платили подушную подать и не имели никаких привилегий. Сословное деление общества, характерное для средневековья, формально сохранялось в России до самой февральской революции 1917 г. Петровские реформы изменили многое как в самой России, так и вокруг нее. Опыт Северной войны убедил соседей России, что завоевать ее практически невозможно как по причине огромных размеров, так и благодаря обновленной первоклассной армии и сильному флоту. Осознали это и в самой России. Ее военный потенциал отныне мог быть направлен не столько на оборону, сколько на расширение границ. В XVIII в. во внешней политике России ярко проявился «имперский», т.е. силовой, подход к решению территориальных и национальных проблем. Однако не следует забывать, что в те времена еще шло формирование государственных территорий, закрепление границ. Понятия «агрессия» еще не существовало. Все государства стремились увеличить свои владения и расширить сферы влияния в окружающем мире. Европейские державы энергично строили свои колониальные империи, вовлекая их ресурсы в экономический организм метрополии. Те страны и народы, которые в силу различных причин не могли быть превращены в колониальные (например, Турция), включались в новый мировой порядок как периферийные элементы и в соответствующем качестве были задействованы в различных комбинациях европейской политики. Россия также следовала господствующей логике тогдашнего политического мышления и стремилась не упустить своего. Через весь XVIII Р. тянется череда русско-турецких войн (1711; 1736—1739: 1768—1774; 1787—1791), в результате которых в состав Российской империи был включен Крым (1783) и обширные плодородные земли между Днепром и Днестром. Речь Посполитая из опаснейшего врага России, коим она являлась в XVII столетии, превратилась в XVIII в. сначала в ее сателлита, а затем и в жертву. Не сумев создать сильной государственности, Польша стала добычей своих более могущественных соседей. В результате трех разделов Польши между Австрией, Пруссией и Россией (1772, 1793, 1795) в состав последней вошли Литва, Белоруссия и Западная Украина. Медленно, но неуклонно Россия теснила Турцию на Кавказе. Опасаясь создания прусским королем Фридрихом Великим сильного немецкого государства близ своих западных границ, правительство императрицы Елизаветы направило войска в помощь коалиции (Австрия, Франция, Швеция, Саксония), воевавшей с Пруссией (Семилетняя война, 1756-1763). Во времена Екатерины 11 русские землепроходцы начинают осваивать Северную Америку, основывая свои поселения в ее безлюдной северо-западной части. Многонациональная Российская империя существенно отличалась от современных ей колониальных империй, созданных Англией, Францией. Испанией. Португалией, Голландией и другими европейскими странами. Пароды, добровольно или по принуждению вошедшие в ее состав, не испытывали национального унижения, так как русские, в сущности, не являлись в империи господствующим народом. Сумев организовать и освоить огромное геополитическое пространство от Тихого океана до Балтийского и Черного морей, русские как нация не приобрели для себя каких-либо существенных выгод или привилегий. Более того, положение основной массы русского народа — крепостного крестьянства, было не менее, если не более, тяжелым, чем положение населения так называемых «национальных окраин». Важнейшим принципом строительства Российской империи было включение в состав правящего класса верхушки национальных меньшинств. Так повелось еще со времен киевских князей, в дружине которых варяги мирно уживались с yrpo-финнами, а крещеные степняки со славянами. Так было и в новое время, когда дворянства едва ли не наполовину состояло из лиц неславянского происхождения. Все это позволяло более эффективно интегрировать разноязыкие племена и народы в уникальную геополитическую общность. Принципиальное значение имела и другая традиция российской государственности — невмешательство но внутреннее устройство малых народов. Это, конечно, не исключало цивилизующего воздействия России, которое обычно шло исподволь, без принуждения. Народы, населявшие Российскую империю, в том числе и русский, расселялись по территории страны смешанно, «чересполосно», что содействовало монолитности государства. Правительство сознательно отказалось от национального принципа при административно-территориальном делении империи. И петровские провинции, и екатерининские губернии расчерчивались, исходя из численности населения, по возможности игнорируя всякие этнические границы. И в этом был глубокий государственный смысл. Внутренней консолидации империи в XVIII в. способствовало и быстрое развитие экономических связей между ее регионами, формирование всероссийского рынка. Во второй половине XVIII в. Среднее и Нижнее Поволжье разворачивают крупное товарное производство хлеба для центральных и северных районов России. Многочисленные реки бассейна Днепра служат естественными путями для торговли украинской пшеницей и другими товарами. Выход к Черному морю позволяет начать поставки русского хлеба в Турцию и страны Средиземноморья. В Крыму и на Кавказе развивается садоводство и виноделие, в степной Украине — овцеводство и коневодство. Быстро осваиваются рудные богатства Урала и Сибири. Появление на внутреннем рынке России большого количества дешевого хлеба из южных районов сказалось и на социальных процессах: крестьяне нечерноземных губерний, избавленные от постоянной угрозы голода, получают возможность уходить в города на заработки («отхожие промыслы»). Помещики, учитывая это, переводят крестьян на денежный оброк, предоставляют им свободу передвижения. В конечном счете происходит некоторое расширение рынка свободной рабочей силы. На смену крепостнической мануфактуре постепенно идет мануфактура, основанная на более эффективном наемном труде, В городах центральной России увеличивается производство относительно дешевой ткани и бумаги, изделий из железа и кожи, спрос на которые существует по всей стране. Зародившаяся еще в петровское время тесная связь между развитием российской промышленности и нуждами государства (прежде всего армии) сохранилась и окрепла в XVIII столетии. Крепостные мануфактуры, работавшие на армию и флот, составляли костяк всей промышленности. Развитие прочих отраслей тормозилось нехваткой свободных рабочих рук и капиталов, низкой покупательной способностью населения и конкуренцией более качественных иностранных товаров. Правительство защищало интересы отечественной промышленности и пополняло казну с помощью высоких ввозных пошлин. Это заставляло торговцев продавать иностранные товары по более высоким ценам. Если в условиях традиционного натурального хозяйства размеры поборов с крестьян ограничивались естественными потребностями помещика и его семьи, то быстро развивавшаяся во второй половине XVIII в. нужда дворян в деньгах была, в отличие от потребности в продовольствии, практически беспредельной. В связи с этим давление помещика на крестьян возрастало. Отношения между ними приобретали все более конфликтный характер. Крестьяне, изыскивая новые источники доходов, в то же время ставили предел домогательствам помещиков крутыми «народными средствами» — бегством на окраины страны, убийствами и поджогами, наконец, просто недоимками, отказом платить непомерные подати, ссылаясь на полное обнищание. Крестьянская война под предводительством Е. Пугачева (1773—1775) стала грозным предупреждением для русского дворянства, заставила его действовать с постоянной оглядкой на настроения крестьян. В итоге возник некий баланс сил и интересов, который во второй половине XVIII в. позволял крестьянам не только выжить, но и добиваться некоторого благосостояния. Именно в это время в селах было выстроено множество величественных каменных храмов, сменивших деревянные церквушки древности. Вера давала надежду, а здравый смысл, смекалка и трудолюбие порой превращали эту надежду в действительность.
<< | >>
Источник: Борисов Н.С., Левандовский А.А., Щетинов Ю.А.. Ключ к истории Отечества: Пособие для абитуриентов.. 1993

Еще по теме Глава 8. Эпоха дворцовых переворотов. Внешняя политика Российской империи во второй половине XVIII в. Развитие экономики:

  1. Тема ТЕНДЕНЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ В XVIII в. ВРЕМЯ ДВОРЦОВЫХ ПЕРЕВОРОТОВ: КОЛЕБАНИЕ МЕЖДУ МОДЕРНИЗАЦИЕЙ И УКОРЕНЕНИЕМ ТРАДИЦИОННОСТИ ОБЩЕСТВА
  2. Тема 23 Эпоха дворцовых переворотов
  3. 4.3.4. Внутренняя политика России во второй половине XVIII в.
  4. 4.5.1. Индустриальное развитие стран Запала во второй половине XVIII - XIX вв.
  5. Внешняя политика России во второй половине XIX века
  6. Тема 43 Внешняя политика России во второй половине XIX в.
  7. § 3. Дальнейшее развитие русско-молдавских отношений в период войны России и Австрии с Османской империей во второй половине 30-х гг.
  8. # 3. Из истории становления и развития российской возрастной психологии во второй половине XIX — начале XX в.
  9. § 2. Трактовки «славной революции» в английской историографии второй половины XVIII - первой половины XX века (Э. Бёрк, Дж. Расселл, Т. Б. Маколей, Г. М. Тревельян)
  10. Глава X МОЛДАВИЯ В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII — НАЧАЛЕ XVIII в.
  11. Искусство второй половины XVIII века
  12. Раздел III. Российская империя в XVIII столетия (12 или 18 ч)
  13. САМОДОСТАТОЧНАЯ ИМПЕРИЯ: КИТАЙ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XV в.
  14. § 3. ОРГАНИЗАЦИЯ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII в.
  15. ГЛАВА XVI ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ОТ ВТОРОЙ ПУНИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ ДО ГРАЖДАНСКИХ ВОЙН
  16. «ПЕРЕВОРОТ З ХУТА». ПЕРВЫЕ ШАГИ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ
  17. XV. ПОСЛЕКАНТОВСКАЯ ФИЛОСОФИЯ В ГЕРМАНИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII - НАЧАЛА XIX в.
  18. Уроки 22—23. Эпоха реформ (реформы в европейских государствах и США в середине — второй половине XIX в.)
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -