<<
>>

Развитие процессов капиталистической интеграции и их влияние на международные отношения*

Новый этап западно- К концу 60-х годов Европейское сообще-

европейской интеграции ство (ЕС) — как стали называть три

европейских сообщества (ЕЭС, ЕОУС, Евратом) после слияния воедино в 1967 году их руководящих органов — переживало переломный момент.

Завершилось образование таможенного союза, и встал вопрос о дальнейшем углублении сотрудничества между членами интеграционной группировки, о распространении этого сотрудничества на валютную сферу. Расширение областей межгосударственного регулирования повлекло за собой и развитие институционально-политической надстройки. Именно в этот период в правящих кругах государств Сообщества начинают интенсивно распространяться идеи создания экономического и валютного союза и создания на его базе политических институтов.

В июле 1969 года президент Франции Ж. Помпиду, сменивший на этом посту де Голля, выдвинул идею совещания на высшем уровне стран — членов ЕЭС для обсуждения вопросов, связанных с «завершением строительства Сообщества» и «прогрессом в других областях». Речь шла о создании экономического и валютного союза и о политическом сотрудничестве. Это совещание состоялось в декабре 1969 года в Гааге. Кроме принятия ряда решений по предложенным вопросам на нем была достигнута принципиальная договоренность о приеме в ЕЭС Великобритании. После двухлетних переговоров договор об этом был подписан в январе 1972 года в Брюсселе. Членами Сообщества одновременно стали Дания и Ирландия, экономически связанные с Великобританией. Договор вступил в силу 1 января 1973 г.

Однако противоречия, органически присущие капитализму, препятствовали осуществлению программы перехода от таможенного к экономическому и валютному союзу. К началу 70-х годов отчетливо выявился просчет’буржуазных теоретиков интеграции, которые уповали на то, что «правящая технократия» ЕЭС, выступая с «наднациональных» позиций, в конечном итоге окажется в состоянии сгладить противоречия между государствами и подчинить национальные экономические интересы общерегиональным.

Существенным фактором обострения межимпериалистических противоречий в связи с образованием «Общего рынка» явилось расширение деятельности транснациональных корпораций, выходящей за его пределы. Политические стратеги интеграции рассчитывали ограничить процесс транснациональных слияний рамками ЕЭС. На деле ТНК, штаб-квартиры которых находятся главным образом в США, сплошь и рядом втягивали западноевропейские .фирмы в более широкую — «атлантическую» интеграцию. Образование таких смешанных американо-западноевропейских предприятий шло порой быстрее, чем внутриевропейские слияния.

Органы ЕЭС, защищая интересы прежде всего западноевропейских монополий, стремились определенным образом противостоять засилью американских ТНК. С этой целью в 1970 году Комиссией ЕС был одобрен проект устава «европейской.компании», который долго обсуждался в различных инстанциях и, наконец, в 1974 году был одобрен Европейским парламентом. Однако этот проект так и остался нереализованным.

Расчеты политических стратегов интеграции на создание своего рода «наднационального» капитализма в рамках «Общего рынка» не оправдались и по другой причине. Действительность была такова, что даже к началу 80-х годов 3/4 валового внутреннего продукта капиталистических стран приходилось на долю национальных монополий и именно их потребности оказывали преобладающее воздействие на формирование экономической политики государств — участников «Общего рынка». С особой силой это прояснилось в период затяжного экономического кризиса в середине 70-х годов и последующей депрессии. Процесс интеграции значительно замедлился. Выполнение ряда совместных программ затормозилось или прекратилось вообще.

С середины 70-х годов трудности развития западноевропейской интеграции ощущались ее сторонниками с особой остротой, так как новая ситуация в мире, и прежде всего в Европе, принципиально отличалась от обстановки «холодной войны», в условиях которой и были созданы европейские сообщества. Курс на разрядку, на нормализацию и всестороннее развитие отношений сотрудничества между государствами с разным общественным строем, отраженный в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (см. гл. V), противоречил политике замкнутых группировок и блоков, политике вражды и конфронтации. Переход от международной напряженности к разрядке способствовал дальнейшему росту политической активности рабочего класса и демократических движений в различных сферах общественной жизни, активизации их борьбы за социальный прогресс. В этой связи многие правые идеологи и политики выражали тревогу в связи с изменением соотношения сил в Европе в пользу социализма и значительным укреплением позиций рабочего класса в западноевропейских странах и призывали к укреплению механизма наднациональной власти. В то же время условия межимпериалистического соперничества в глобальном масштабе побуждали государства и монополии Западной Европы к принятию комплекса мер, которые позволили бы им более эффективно отстаивать на мировой арене свои интересы в отношениях с США и Японией. Эти соображения стимулировали выдвижение на передний план политического компонента интеграции.

Вновь предметом внимания стала идея созданий Европейского союза. В отличие от 50-х годов «объединительные» усилия теперь предпринимались на базе уже относительно обкатанных интеграционных механизмов, на фундаменте формирующегося в рамках региона единого хозяйственного комплекса.

Главная сложность заключалась, однако, в том, что с момента провозглашения в 1972 году лидерами стран Сообщества на совещании в Париже намерения создать Европейский союз среди них не было четкого, единого представления о том, каким *он должен быть. Точные цели и границы союза не были определены. Было лишь достигнуто понимание необходимости усилить поэтапное согласование внешней политики, ранее одобренное министрами иностранных дел стран ЕС, и учредить особый механизм внешнеполитического сотрудничества государств Сообщества. Другими словами, по существу, вновь были подтверждены принципы межгосударственного (а не наднационального) сотрудничества в качестве основы» «европейского строительства». Система координации внешней политики государств — участников Сообщества — «европейское политическое сотрудничество» (ЕПС) — постепенно стала неотъемлемой частью политического механизма ЕС, хотя юридически (до 1986 г.) не была оформлена специальным договором.

Новым моментом в развитии политического механизма Сообщества явилось создание в 1974 году Европейского совета. Первый шаг в этом направлении был сделан в послании, с которым президент Франции Ж. Помпиду обратился в октябре 1973

года к главам правительств стран Сообщества. Президент предлагал принять принципиальное решение о регулярных встре чах глав государств или правительств, имеющих целью сопоставление и согласование их позиций в рамках «европейского политического сотрудничества». Инициатива Франции получила поддержку правительства ФРГ. Заключение Московского договора 1970 года (см. гл. III) значительно увеличило вес Западной Германии на международной арене. Вступление Великобритании в Сообщество окончательно определило в нем такую расстановку сил, при которой наднациональная интеграция стала нереальной. В этой ситуации правительство ФРГ, отбросив свой традиционный подход, согласилось с идеей развития сотрудничества на межгосударственной основе, по крайней мере на время. Ту же позицию заняли Великобритания и Италия.

В октябре 1974 года на совещании в верхах в Париже предложение Помпиду было одобрено. Главы правительств приняли решение собираться с участием министров иностранных дел три раза в год, и каждый раз, когда это будет необходимо, одновременно в качестве Совета Сообщества и в рамках ЕПС. Эти совещания официально стали именоваться Европейским советом. На его заседания приглашается также председатель Комиссии ЕС.

Хотя Европейский совет не связан никакими обязательствами в отношении суверенных прав отдельных государств-участников, его создание означало закрепление политико-административной надстройки ЕС по типу конфедерации. Вместе с тем это был удар по амбициозным замыслам «федералистов». Чтобы смягчить его, было одновременно принято решение об избрании Европейского парламента прямым всеобщим голосованием. Соглашение об этом было подписано государствами-участниками в 1976 году и вошло в силу в июле 1978 года.

Уступка сторонникам «наднациональной Европы» была обусловлена дальнейшим изменением ситуации на континенте. Экономический кризис середины 70-х годов основательно расшатал здание Сообщества. В условиях кризиса, в частности, произошло обострение борьбы между конкурирующими монополистическими группами стран, входящих в ЕС. Каждая из стран — участниц Сообщества стремилась извлечь односторонний выигрыш из совместных государственно-монополистических мероприятий. Решение'валютных, сельскохозяйственных, энергетических и многих других проблем откладывалось из-за непримиримых разногласий. Механизм Сообщества во многих случаях работал вхолостую. В этих условиях решение о проведении прямых всеобщих выборов в Европарламент должно было сыграть, с точки зрения «федералистов», роль пробного камня для проверки степени серьезности чстремления западноевропейских государств к созданию политического Европейского союза и служить этой цели. А с точки зрения «конфедератов», оно было полезно для решения текущих политических и экономических проблем. Ведь с введением прямых выборов поднималась значимость представительного ор- гана ЕС, создавалось впечатление всеобщего одобрения дальнейшего углубления интеграционных процессов.

Первые прямые выборы в Европарламент состоялись в 1979 году. Несмотря на продолжительную и шумную кампанию, предшествовавшую им, в выборах в целом по Сообществу приняли участие немногим более 60% зарегистрированных избирателей. Та же картина повторилась и на выборах в 1984 году. Эта показывает, сколь небольшое место в сознании широких масс населения занимают идеи «европейского строительства». Хотя правое большинство в Европарламенте делало все возможное, чтобы превратить этот орган в действенный инструмент наднациональной власти и использовать его в антидемократических целях, он и по сей день юридически продолжает оставаться лишь консультативным, лишенным влияния на Европейский совет и Совет министров ЕС.

На протяжении второй половины 70 — в начале 80-х годов попытки ускорить процесс политической интеграции стран — участниц Европейского сообщества предпринимались и на межправительственном уровне. Одним из наиболее радикальных шагов в этом направлении явилась разработка премьер-министром Бельгии Л. Тиндемансом соответствующего проекта по поручению Европейского совета. Он был опубликован в январе 1976 года под названием «О Европейском союзе» и представлял собой программу перестройки институтов Сообщества. Речь шла о том, чтобы «интегрировать политику государств — членов Сообщества не только в экономической и финансовой сферах, но и в области внешних сношений и обороны» путем слияния всех механизмов европейских сообществ и ЕПС и усиления существующих институтов.

Официальное обсуждение «доклада Тиндеманса» состоялось на сессии Европейского совета в ноябре 1976 года в Гааге. Его положения, непосредственно затрагивающие суверенитет стран — участниц Сообщества, не получили поддержки. Вместе с тем отмечалось, что сотрудничество, наметившееся в области внешней политики, должно быть направлено на разработку совместной внешнеполитической стратегии Сообщества, что, по-видимому, отражало недовольство тем, как функционирует ЕПС. Было также решено делать ежегодные доклады о состоянии продвижения по пути к Европейскому союзу.

В ноябре 1981 года министр иностранных дел ФРГ Г.-Д. Геншер, поддержанный министром иностранных дел Италии Э. Коломбо, представил на рассмотрение свой «европейский акт»; воспроизводивший многие идеи «плана Тиндеманса». Этот проект лег в основу «Торжественной декларации о Европейском союзе», принятой на совещании глав государств и правительств стран Сообщества в Штутгарте в июне 1983 года. Однако она так и осталась декларацией, поскольку предполагала возможность заключения договора о союзе не ранее чем через пять лет.

Наконец, на сессии Европейского совета в Милане в июне 1985

года правительства ФРГ и Франции выступили с совместным проектом «договора о Европейском союзе», в котором предусматривалось проведение странами-участницами скоординированной внешней и военной политики и создание с этой целью особого политического секретариата. Эта инициатива встретила решительное сопротивление Англии, Греции и Дании. Английское правительство усмотрело в проекте, подготовленном без его ведома, намерение Бонна и Парижа укрепить свои позиции в Сообществе за счет других его членов. Дания и Греция настороженно отнеслись к плану создания нового военно-политического блока.

После долгого дипломатического маневрирования на встрече глав государств и правительств стран — членов ЕС, состоявшейся в Люксембурге в декабре 1985 года, был принят проект «Европейского единого акта», предусматривавший лишь частичные изменения Парижского (1951 г.) и Римского (1957 г.) договоров. «Европейский акт» несколько расширяет исполнительные полномочия Комиссии ЕС и консультативные полномочия Европарламента, значительно расширяет число случаев принятия решений в Совете министров большинством голосов, ставит целью завершение к 1992 году создания хозяйственного «пространства без внутренних границ, в рамках которого будет обеспечено свободное перемещение товаров, рабочей силы, услуг и капиталов». Впервые в документах ЕС ставится вопрос о развитии военного сотрудничества. В феврале 1986 года «Европейский единый акт» был подписан всеми правительствами стран Сообщества и представлен на ратификацию в их законодательные органы. В конце 1986

— начале 1987 года «Европейский акт» был ратифицирован парламентами стран ЕС и вступил в силу.

Таким образом, в стремлении найти баланс между наднациональной и межгосударственной формами сотрудничества Сообщество зашло в тупик. Мало вероятно, что члены Сообщества в ближайшем будущем начнут склоняться к наделению «наднациональных» органов — Комиссии ЕС и Европарламента — реальной властью, к чему сводятся практически все рекомендации, касающиеся учреждения Европейского союза.

Поскольку в итоге углубление интеграционных процессов в ЕС наталкивается на серьезные трудности, его идеологи сделали акцент на расширение Сообщества, стремясь таким образом придать новый импульс процессу западноевропейской интеграции. На рубеже 70—80-х годов на повестку дня был поставлен вопрос о присоединении к ЕС трех южноевропейских стран — Греции, Португалии и Испании.

Внимание к югу Европы не было случайным. Здесь происходили значительные политические перемены, связанные с ликвидацией фашистских режимов в Греции, Португалии и Испании. Эти процессы сопровождались подъемом демократического движения, обострением классовых противоречий. Появилась реаль ная возможность вхождения коммунистов в правительства. Буржуазия трех южноевропейских стран считала, что, для того чтобы предотвратить утерю своих классовых позиций, ей необходимо войти в тесный союз с буржуазией ведущих стран Западной Европы. В последних отнеслись с пониманием к этому стремлению, поскольку радикальные политические и социально-экономические преобразования в южноевропейских странах расценивались консервативными политическими кругами Запада как «угроза интересам НАТО в регионе».

Греция первой из южноевропейских стран-кандидатов присоединилась к Сообществу. После длительных переговоров в мае 1979 года был подписан договор о вступлении Греции в ЕС. После ратификации его национальными законодательными органами стран-членов с 1 января 1981 г. Греция стала десятым членом Сообщества.

В марте 1985 года, после восьми лет переговоров, было принято решение о принятии в ЕС Испании и Португалии. В июне 1985 года в Мадриде и Лиссабоне состоялось подписание договоров о присоединении к ЕЭС этих стран с 1 января 1986 г.

После вступления в Сообщество Испании и Португалии эта группировка охватывает большинство западноевропейских капиталистических государств. Тем самым близится к завершению формирование западноевропейского «центра силы» по террито- риально-географическому принципу. Население ЕС, представленное 12 странами, теперь составляет свыше 319 млн. человек (население США — 232 млн.). На долю 12 стран, входящих ныне в ЕС, приходится треть экспорта и импорта развитых капиталистических стран (на Соединенные Штаты соответственно немногим более 11% и 13%).

Что касается другого интеграционного ЕЭС и ЕАСТ объединения в Западной Европе — Евро

пейской ассоциации свободной торговли, созданной в 1959 году, то после того, как в 1973 году ее ряды покинули ее главный участник—Великобритания, а также Дания, присоединившиеся к «Общему рынку», ЕАСТ стала играть в системе связей капиталистических государств весьма скромную роль. В торгово-экономическом отношении ЕАСТ из соперника Европейского сообщества превратилась в его торгового партнера. После подписания в 1972 — 1973 годах соглашений о свободной торговле участники обоих объединений осуществили почти полную либерализацию взаимной торговли промышленными товарами и вместе образовали крупнейшую зону свободной торговли, в которую входили 17 стран с населением 310 млн. человек. 1 января 1986 г. в ЕАСТ вступила Финляндия.

Создание широкой зоны свободной торговли служит участникам обоих объединений средством также в конкурентной борьбе против двух других империалистических центров силы — США и Японии. Так, на встрече министров ЕЭС и ЕАСТ в 1984 году бы л а принята совместная декларация, в которой подчеркивается стремление обеих организаций «играть более важную роль в мире» на основе развивающегося между ними сотрудничества.

В политическом плане важно отметить, что в результате создания этой зоны в нее вошли такие государства, как Австрия, Швеция, Швейцария и Финляндия, которые не входят в систему военно-политических блоков и проводят политику нейтралитета. Участие этих стран в зоне свободной торговли повышает эффективность тех экономических рычагов, которые могут б.ыть использованы руководителями более мощного Европейского сообщества и стран — членов НАТО для оказания политического воздействия на страны ЕАСТ. Это ставит на повестку дня вопрос о сохранении независимости внешнеполитического курса вышеперечисленных нейтральных стран.

Рост потенциала Европейского сообще- Механизм внешнеполити- ства создал предпосылки для выделения

ческой координации ЕС круга общих интересов не только в эко

номической, но и международно-полити- ческой сфере и для их отстаивания на совместной, согласованной основе. Эта способность (и лотребность) со временем, видимо, будет 'увеличиваться, хотя, как было отмечено выше, невозможно говорить о какой-то «внешней политике ЕС».

В рамках Европейского сообщества сложился весьма сложный бюрократический механизм подготовки внешнеполитических решений. Систематические встречи руководителей политических отделов внешнеполитических ведомств, постоянный обмен информацией между министрами иностранных дел, заседания объединенных рабочих групп соответствующих министерств, к которым надо добавить работу внешнеполитического подразделения Комиссии ЕС — генеральной дирекции, Комитета постоянных представителей, различных функциональных комитетов Совета министров ЕС, призванных согласовывать политику по тому или иному вопросу, — вся эта деятельность подготавливает периодические встречи министров, иностранных дел. Последние принимают решения по согласованным вопросам, а важнейшие из них выносятся на обсуждение Европейского совета.

Одновременно с центральным механизмом принятия согласованных решений по вопросам международной политики развивается и механизм координации внешней политики государств — членов ЕС по конкретным направлениям их деятельности. Постоянные контакты на дипломатическом уровне с третьими странами, наличие в ряде государств (США, Канаде, Японии и др.) и при некоторых международных организациях специальных представительств Сообщества способствуют этому процессу.

Курс, согласованный в рамках интеграционного объединения, чаще всего реализуется в форме принятия участниками Сообщества совместного документа, положения которого являются исходной позицией для практических действий Сообщества или его участников. На основе совместной декларации или заявления могут быть начаты переговоры с представителями третьих стран, заключены соглашения, приведены в действие экономические или политические рычаги, определена общая линия поведения в международных организациях. Вместе с тем на практике правительство любого государства — члена Сообщества сохраняет возможность корректировать те внешнеполитические акции, которые должны осуществляться во исполнение принятых решений.

Согласованный курс Европейского сообщества осуществляется его органами в трех основных направлениях: в отношении развитых капиталистических стран, прежде всего Соединенных Штатов, в отношении развивающихся стран, в отношении социалистических стран, прежде всего Советского Союза.

Формирование общего внешнеполитического курса стран — участниц Европейского сообщества происходило в значительной мере под воздействием их отношений с Соединенными Штатами. Уже в 60-е годы в Западной Европе, в первую очередь во Франции, начала формироваться концепция «объединенной Европы», независимой от США. Когда руководители государств — членов ЕС приняли в 1969 году решение о дальнейшем углублении и расширении интеграции и о формировании механизма политического сотрудничества, оно было воспринято в США с настороженностью, поскольку опыт переговоров по «раунду Кеннеди» показал стремление западноевропейцев использовать механизм Сообщества для противодействия американской экспансии в Западной Европе.

Трудности платежного баланса стран ЕС, проистекавшие из хронического дефицита их торговли с США, неизбежно отражались в валютной сфере. В 1971 году США, разрушив созданный в 1944 году на конференции в Бреттон-Вудсе международный валютный механизм, который перестал отвечать их интересам, лишили другие страны возможности обменивать доллары на золото. Это активизировало усилия членов «Общего рынка», стремившихся ослабить зависимость западноевропейских валют от доллара и создать ему противовес. С 1979 года начала действовать, хотя и с большими перебоями, европейская валютная система, нацеленная против долларовой экспансии США и постоянно подвергающаяся атакам со стороны последних.

Пытаясь защитить свои экономические, а порой и политические интересы, страны Сообщества иногда вынуждены вступать в конфликт с США. Когда это было необходимо, таможенный механизм Сообщества достаточно эффективно применялся против американского экспорта. Окончательное введение в 1968 году странами ЕС общего внешнего тарифа значительно ослабило конкуренцию американских товаров в «Общем рынке». Особенно это сказалось на американском экспорте аграрной продукции.

В области политики новая расстановка сил проявилась во время конфликта на Ближнем Востоке в 1973 году, обнаружившего противоречия между США и Западной Европой. В совместном заявлении стран Сообщества от 6 ноября 1973 г. указывалось на недопустимость приобретения территорий силой и необходимость вывода войск Израиля с оккупированных в 1967 году арабских земель, признания законных прав палестинского народа, права всех стран региона жить в мире, сохраняя надежность границ. Подход стран ЕС отличался от произраильского курса США. Самостоятельность выступления Сообщества стала одним из факторов, стимулировавших поиск Вашингтоном новых подходов к отношениям с ЕС. Этим занялась администрация Р. Никсона.

Активную роль в разработке новой американской инициативы сыграл помощник президента по делам национальной безопасности, а впоследствии госсекретарь США Г. Киссинджер. Он предложил объявить 1973 год «годом Европы» и подготовить проект «новой атлантической хартии». В «хартии» Киссинджер исходил из задачи сохранения главенства США в Атлантическом союзе, отводя им «глобальную рбль» и «глобальную ответственность» в мировых делах, а западноевропейским государствам — «региональные» функции, подчиненные «глобальным» интересам. Одновременно «новая атлантическая хартия» предусматривала расширение рамок «атлантического сотрудничества». с помощью подключения к нему Японии.

Хотя в правящих кругах стран Сообщества имелись серьезные расхождения во взглядах на роль США и принципы амери- кано-западноевропейских взаимоотношений, общей для них была точка зрения, согласно которой страны «Общего рынка» не могли согласиться с предложенной Киссинджером дифференциацией сфер влияния. Государства Европейского сообщества выступили единым фронтом и против подведения «атлантической основы» под все области сотрудничества с США. За формулой «глобальная ответственность» западноевропейцы сумели разглядеть желание США получить за «военное прикрытие» Западной Европы ряд серьезных экономических уступок со стороны Сообщества. Решимость утвердить свои позиции равной с США силы нашла отражение в декларации «Об облике Европы», принятой на встрече глав государств и правительств стран ЕС в декабре 1973

года.

Если руководители ЕС выделяли тезис о «независимости» Западной Европы, то американская сторона подчеркивала «взаимозависимость» США и Западной Европы как. предпосылку поиска общих подходов к мировым делам. Выступая 15 марта 1974

г. в Чикаго, Р. Никсон, в частности, заявил, что ни за что не подпишет американо-западноевропейскую декларацию, скрывающую столь серьезные разногласия сторон.

После долгих'дискуссий, в ходе которых Франция занимала жесткую позицию, а ФРГ и Англия склонялись к компромиссу, на совещании министров иностранных дел стран ЕС в Гимнихе (ФРГ) в апреле 1974 года было выработано соглашение, которое предусматривало, что консультации Сообщества с США не будут носить обязательный характер. Вопрос о целесообразности проведения консультаций будет решаться в каждом случае отдельно. Если партнеры единогласно выскажутся за их проведение с США, то исполняющему обязанности председателя Совета министров ЕС будет поручено провести такие консультации. Если хотя бы одна из стран не будет согласна, Сообщество от них воздержится. Этот принцип не исключал возможности проведения консультаций с Вашингтоном на двусторонней основе. Г. Киссинджер в связи с этим отмечал, что принятая процедура «заставляет США предпочитать принципы двусторонних консультаций».

В июне 1974 года в Брюсселе была подписана «Декларация об атлантических отношениях» — единственный документ, которым завершилась широко разрекламированная инициатива американской дипломатии. В декларации провозглашались «единство и неделимость общей обороны», подчеркивалась «незаменимость» американского вклада в виде ядерных сил и присутствия в Европе обычных войск, а также важность западноевропейского вклада. Брюссельский документ отразил сложившееся соотношение сил между США и Западной Европой. Благодаря его компромиссному характеру удалось зафиксировать во взаимоприемлемом виде американское лидерство, с одной стороны, и усиление роли стран Западной Европы — с другой, сохранить Атлантический союз.

В начале 80-х годов США развернули, однако, контрнаступление на Старый Свет в экономической, торговой, валютнофинансовой и других сферах, используя все рычаги экономического и политического давления. Более активно стал использоваться огромный научно-технический потенциал США в борьбе против основных конкурентов в Западной Европе. Были введены торговые барьеры для широкого круга товаров. Вашингтон навязал партнерам «добровольные» ограничения на их поставки стали, телевизоров, автомобилей, текстиля. Поступление сельскохозяйственной продукции пресекалось разного рода квотами, таможенными правилами и «санитарными» барьерами.

США резко усилили в конце 70-х и в 80-е годы свои попытки переложить на западноевропейских союзников бремя усилившейся милитаризации. Навязав на сессии Совета НАТО в 1979 году решение о ежегодном не менее чем трехпроцентном увеличении военных расходов стран — членов блока в реальном исчислении, Вашингтон начал требовать не только его неукоснительного выполнения, но и дальнейшего увеличения, ссылаясь на собственный пример. Не возражая по существу, западноевропейские правительства во многих случаях просто саботировали эти требования, ссылаясь на экономические трудности.

Одним из источников, финансирования дорогостоящих воен ных программ Пентагона стал приток капитала из Западной Европы. Искусственно взвинчивая процентные ставки банковского кредита и играя на колебаниях курса доллара-, Вашингтон стимулировал перекачку денег из Западной Европы в американские банки. Только в 1983 году из Старого Света «ушло» за океан 150 млрд. долл.

Ведущие теоретики из пяти стран Сообщества, характеризуя сложившуюся ситуацию, в своем докладе «Европейское сообщество: прогресс или упадок?» (1983 г.) с тревогой отмечали: «Существование Европейского сообщества находится под серьезной угрозой. Сегодня, резко контрастируя с положением, существовавшим всего лишь десятилетие тому назад, Западная Европа, судя по всему, подвергается вызову со всех сторон».

В сопротивление американскому капиталу включились не только отдельные компании, но и правительства, даже органы ЕС. На уровне Сообщества начали осуществляться мероприятия для поддержки национальных фирм. В 1980 году в Западной Европе был создан консорциум «Арианспейс», выступающий в качестве конкурента американского Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА). В 1984 году ракетой «Ариан» был выведен в космос «Арабсат-1» — спутник связи, заказанный Лигой арабских государств. Это стало определенной вехой в борьбе западноевропейских монополий с целью отвоевания у НАСА позиций на «космическом рынке» третьих стран.

Серьезное сопротивление оказали государства Европейского сообщества, когда США попытались заставить своих союзников присоединиться к политике «санкций» в отношении Советского Союза и других стран социалистического содружества. Введение президентом США в июне 1982 года запрета на поставку техники, производимой в западноевропейских странах по американским лицензиям, для строительства газопровода «Сибирь — Западная Европа» вызвало протесты правительств и деловых кругов западноевропейских государств. Министры иностранных дел стран ЕС сделали в Люксембурге в июне 1982 года заявление о том, что эта акция «противоречит принципам международного права».

Новые серьезные расхождения между государствами Европейского сообщества и США вызвали американские планы милитаризации космоса и их требования, чтобы западноевропейские страны приняли участие в соответствующих исследовательских и конструкторских работах. Выдвижение Р. Рейганом «стратегической оборонной инициативы» (см. гл. VII) породило в Западной Европе серьезные опасения в отношении будущего сложившихся международных экономических и политических отношений, которым грозит дестабилизация, в частности отношений с социалистическими странами. В апреле 1985 года министры иностранных дел и обороны стран — членов ЗЕС, куда входит большинство стран Сообщества, выдвинули требование создать западноевропейский, относительно самостоятельный, хотя все же связанный с США, военно-политический союз. Это требование связано с определенными различиями в подходе стран Сообщества и США к ряду военно-политических проблем. Под этим углом зрения можно рассматривать и выдвижение Францией проекта «Эврика» — европейской космической программы преимущественно для мирных (но не исключается — и военных) целей, образование для этого европейского автономного технологического центра.

Закрепление в документах ЕС позиций, отличных от позиций Соединенных Штатов по ряду вопросов, еще не означает, что складывается единая политическая линия стран Сообщества в отношениях с их американским партнером. Наоборот, различие позиций стран — членов ЕС бывает весьма значительным. В его рядах есть как страны, отношения с которыми порой вызывали или вызывают у администрации США «зубную боль» (Франция, Греция, Дания, Голландия), так и признанные «любимчики»'(прежде всего ФРГ при правительстве ХДС/ХСС, Великобритания с консерваторами у власти). Неудивительно, что администрация США стремится решать все проблемы, возникающие в отношениях между Соединенными Штатами и государствами ЕС, на двусторонней основе, минуя органы Сообщества. Для того чтобы добиться поддержки своих позиций, Вашингтон использует также механизм и рычаги НАТО, в котором участвуют страны Сообще-' ства (кроме Ирландии). В результате способность Европейскою сообщества выступать в качестве политической единицы на международной арене довольно ограниченна и во многом зависит от взаимоотношений отдельных стран — членов этой интеграционной группировки с США в рамках НАТО.

Еще более важной сферой совместной внешнеполитической деятельности Европейского сообщества становятся его отношения с освободившимися государствами. До начала 70-х годов эти связи носили в основном торгово-экономический характер. С 70-х годов объектом координации все чаще становится международно-политическая деятельность.

В 1972 году ЕС приступило к разработке общих принципов отношений со средиземноморскими странами. Со всеми ними (кроме Ливии и Албании) были заключены преференциальные соглашения. В 1975 году была подписана Ломская конвенция о торговых и экономических отношениях с 46 (впоследствии — с 66) странами Африки, Карибского бассейна и Тихого океана, с тех пор неоднократно возобновлявшаяся.

В 1975 году начался «европейско-арабский диалог» — переговоры, в которые ЕЭС вступило во многом под воздействием ближневосточного конфликта 1973 года и относящегося к этому же периоду энергетического кризиса, выявивших тесную связь между экономическими и политическими аспектами отношений

стран Сообщества с нефтедобывающими государствами этого региона.

Наблюдается определенная активизация деятельности Сообщества и в странах Азии. Заключены соглашения со странами Южной Азии (Индия, Бангладеш, Пакистан, Шри Ланка). Ведутся систематические переговоры со странами АСЕАН (см. гл. XI).

Заинтересованность Сообщества в связях с развивающимися странами определяется прежде всего тем, что поставки из этого региона (по данным Комиссии ЕС) обеспечивают л/4 сырья, потребляемого промышленностью стран Сообщества, а экспорт в этот регион составляет 41% экспорта стран Сообщества. Исключительно велика зависимость большинства западноевропейских государств от поставки йефти из стран Ближнего и Среднего Востока.

Кроме того, с формированием в начале 70-х годов западноевропейского центра силы и обострением конкурентной борьбы механизм Европейского сообщества все активнее используется западноевропейскими монополиями для противодействия натиску заокеанских соперников на рынки освободившихся стран. ЕЭС вывозит в эти страны больше капиталов, чем США и Япония, вместе взЯтые. Европейское сообщество максимально использует при этом давние экономические и культурные связи бывших метрополий — участниц Сообщества со странами Африки, Азии, Средиземноморья, Океании и Карибского бассейна. Вступление в 1986 году в Сообщество Испании и Португалии способно лишь распространить противоборство империалистических «центров силы» на Латинскую Америку, где вышеназванные страны пользуются традиционным влиянием. В целом к середине 80-х годов Сообщество имело соглашения с более чем 80 странами развивающегося мира и их организациями.

Наконец, велика заинтересованность правящих кругов западноевропейских государств в сохранении бывших колониальных и зависимых стран в сфере своего влияния, в торможении борьбы народов этих стран за подлинную независимость. Деятельность по осуществлению социально-экономических преобразований, проведение антиимпериалистического курса и социалистическая ориентация ряда освободившихся государств стимулировали попытки западноевропейской буржуазии в целях защиты общеклассовых интересов проводить единую политику в отношении этой группы стран. Политические аспекты курса ЕС в отношениях с развивающимися странами особенно выдвигаются на передний план в случаях возникновения в их среде конфликтных, кризисных ситуаций.

Особое место в международно-политической деятельности государств Сообщества в развивающемся мире занимает Ближний Восток — именно в этом направлении более всего проявляется координация внешнеполитических выступлений этих государств. Имело также место согласование позиций в отношении конфлик тных и кризисных ситуаций на Кипре, в Родезии, в Южной Африке, в Центральной Америке, в вопросе об англо-аргентинском конфликте 1982 года. В большинстве случаев эта координация ограничивалась принятием совместных деклараций. Вместе с тем все четче проявляется стремление государств Сообщества продемонстрировать его готовность к проведению «особого» курса на мировой арене, выступая в качестве посредника в той или иной конфликтной ситуации. Принятие совместных деклараций сопровождается принятием согласованных определенных санкций в отношении тех или иных стран (например, Ирана, Аргентины), на которые государства Сообщества возлагают ответственность за возникновение конфликта.

На формирование внешнеполитической линии Европейского сообщества оказывают влияние отношения его членов с Советским Союзом и другими странами социалистического содружества. Длительное время руководящие круги Сообщества исходили из представлений, сложившихся в период «холодной войны», стремления строить отношения с социалистическими государствами, не выходя за рамки, предписываемые «атлантической дисциплиной». По мере развития Сообщества в кругах проатлантически настроенных политиков и публицистов возникали различные планы его использования против социалистического содружества (см. т. 2).

Политическая линия на блокирование связей с СЭВ сохранялась и в начале 70-х годов, несмотря на развитие общеевропейского процесса и налаживание разнопланового двустороннего сотрудничества Советского Союза и других социалистических стран с ведущими странами ЕС. Однако с началом разрядки международной напряженности и выработкой целой серии договоров, юридически оформивших ее (см. гл. III), начался поворот в их отношениях. Реалистически мыслящие политики Запада указывали (например, канцлер ФРГ В. Брандт в 1972 году), что «евростроительство» не должно противопоставляться развитию общеевропейского сотрудничества.

Что касается государств социалистического содружества, то они подчеркнули в пражской Декларации о мире, безопасности и сотрудничестве в Европе от 26 января 1972 г. готовность к дальнейшему развитию взаимовыгодных связей во всех областях, а также стремление к ликвидации любой дискриминации, неравноправия или искусственных барьеров. В этот период по инициативе СЭВ были установлены первые контакты между органами двух интеграционных объединений социалистических и капиталистических государств.

В феврале 1976 года в ходе реализации положений хельсинкского Заключительного акта (см. гл. V) СЭВ обратился к ЕЭС с предложением заключить соглашение об основах взаимоотношений между ними и направил свой проект. В этом документе предусматривалось заключение соглашения между СЭВ и стра нами — членами СЭВ, с одной стороны, и ЕЭС и входящими в него государствами — с другой. Ставилась цель создать благоприятные условия и возможности для равноправного, взаимовыгодного сотрудничества обоих объединений и их участников. Эта инициатива соответствовала направленности других шагов, предпринимавшихся социалистическими странами с целью развития общеевропейского сотрудничества.

Однако предложение СЭВ встретило негативную реакцию со стороны ряда политических деятелей стран «Общего рынка». Они выдвинули тезис о том, что-де «неодинаковость компетенций» этих двух международных экономических организаций позволяет Сообществу вести торговые переговоры лишь с отдельными членами СЭВ. Утверждение о «некомпетентности» СЭВ вести на равных переговоры с «Общим рынком» несостоятельно. Оба объединения с 1973 года получили одинаковый статус наблюдателей при ООН. Совет Экономической Взаимопомощи неоднократно заключал международные соглашения о сотрудничестве с Югославией, Финляндией и рядом других стран, а также международными организациями (МОТ, ФАО, ЮНЕСКО и др.). Полнота правомочий СЭВ на заключение договоров была подчеркнута введением в 1976 году в его Устав некоторых дополнений.

Не желая установить официальные договорно-правовые отношения с СЭВ на основе предложенного социалистическим содружеством проекта, правящие круги ЕС во второй половине 70-х годов затягивали переговоры и вместе с тем проводили дифференцированную политику в отношении различных стран — участниц СЭВ: предоставляли разные тарифные льготы при ввозе тбваров из этих стран и разные условия предоставления им коммерческих кредитов. Такая политика, всячески поощряемая из-за океана, была бы невозможна в случае заключения общего соглашения об условии развития торгово-экономических связей.

В условиях нового обострения международной обстановки на рубеже 70—80-х годов, происшедшего по вине наиболее реакционных империалистических кругов, имело место возрождение негативного подхода к налаживанию торгово-экономических связей со странами СЭВ и активизация тех политических деятелей в Западной Европе, кто традиционно стоял на этой позиции. В 1980 году Европейский парламент, Комиссия и Совет министров ЕС, используя в качестве предлога помощь СССР народу Афганистана, под влиянием Вашингтона приняли ряд решений, направленных на дискриминацию экономических связей с социалистическими государствами.

В январе 1982 года министры иностранных дел стран ЕС, собравшись в Брюсселе, приняли коммюнике, в котором «осудили» действия правительства ПНР, направленные на нормализацию обстановки в стране. В коммюнике содержались едва завуалированные угрозы в адрес Польши и ее союзников. Неумест ность этого демарша была настолько очевидна, что правительство Греции демонстративно отмежевалось от него и уволило своего представителя, подписавшего брюссельское коммюнике. Последовало частичное свертывание торгово-экономических связей с Польшей и Советским Союзом, осложнение кредитных отношений со странами — членами Совета Экономической Взаимопомощи.

Инициаторы этих недальновидных шагов игнорировали тот факт, что Советскому Союзу связи и обмены в экономической и научно-технической областях нужны не больше, чем западноевропейским странам. Несмотря на все происки противников разрядки, и в эти годы продолжал развиваться общеевропейский процесс, глубокие корни которого — в общности жизненных экономических и политических интересов стран Востока и Запада Европы. Советский Союз, заключив с рядом стран Западной Европы соглашения на перспективу вплоть до будущего тысячелетия, подчеркнул свою генеральную ориентацию на мирное стабильное сотрудничество на началах взаимной выгоды, равноправия, подлинного добрососедства.

По-прежнему не оставлялись попытки добиться и широкого общеевропейского диалога и сотрудничества. В декларации, принятой Экономическим совещанием стран — членов СЭВ на высшем уровне, которое состоялось летом 1984 года, его участники вновь подтвердили свою готовность заключить соответствующее соглашение между СЭВ и ЕЭС. Соответствующее предложение было направлено от имени Секретариата СЭВ и Исполкома СЭВ в июне 1985 года председателю Совета министров и Комиссии ЕС.

Принципиально новое звучание проблемам оздоровления международного климата, в том числе проблемам отношений стран с различным социальным строем, придали исторические инициативы, выдвинутые на XXVII съезде КПСС. Важнейшее место среди них принадлежит концепции создания всеобъемлющей системы международной безопасности, составной частью которой является концепция международной экономической безопасности. Последняя предусматривает, что наряду с мерами в военной, политической и гуманитарной областях должны быть предприняты шаги, направленные на «исключение из международной практики всех форм дискриминации; отказ от политики экономических блокад и санкций, если это прямо не предусматривается рекомендациями мирового сообщества».

Советский Союз поднял данную проблему на уровень обсуждения ее Организацией Объединенных Наций, подчеркнув, что основные негативные факторы, действующие в современной мировой экономике, приводящие к кризисам, массовой безработице и т. д., являются, в частности, прямым следствием дискриминационной линии ведущих империалистических держав в отношениях с Советским Союзом, другими странами социалистического содружества, линии на использование международных экономических связей в целях оказания давления и вмешательства во внутренние дела суверенных государств. Советский Союз подчеркнул в Меморандуме правительства СССР от 27 января 1986 г. тщетность и бессмысленность этих усилий. Страны социалистического содружества исходят из того, что в конце концов собственные правильно сформулированные интересы и приоритеты США и других западных держав возобладают при определении общих основных направлений их политики, в частности в области экономических связей Восток — Запад.

Предложение рассматривать проблемы экономической безопасности в контексте общих задач обеспечения международной безопасности, выдвинутое Советским Союзом и единодушно поддержанное странами социалистического содружества, нашло широкий положительный отклик в мире.

Что касается государств — членов ЕС, то их заинтересованность в развитии торгово-экономических взаимоотношений со странами социалистического содружества уже сейчас на практике выражается в том, что они зачастую обходят установленные на уровне Сообщества правила двусторонних отношений с «государствами с монополией внешней торговли». К середине 80-х годов и в руководящих органах Европейского сообщества наметилась тенденция к пересмотру жесткой позиции в отношении сотрудничества с СЭВ. Это нашло отражение в пожелании, высказанном председателем Совета министров Италии Б. Кракси во время визита в Советский Союз в мае 1985 года. Являясь в то время председателем Совета министров ЕС, он высказался за то, «чтобы между Европейским экономическим сообществом и СЭВ установился новый, конструктивный, откровенный тип отношений, создавая в формах и на услогиях, подлежащих соглашению, предпосылки для будущего возможного конкретного сотрудничества, обеспечивая таким образом позитивные условия для диалога между Восточной и Западной Европой». Проходившая в следующем месяце в Люксембурге сессия Совета министров ЕС приняла решение дать позитивный ответ на это предложение и поручила Комиссии европейских сообществ (КЕС) провести с СзВ предварительные переговоры. Состоялся обмен письмами между председателем КЕС и секретарем СЭВ, результатом которого, как писала французская пресса, явилась готовность со стороны ЕЭС на установление официальных отношений с СЭВ.

Говоря об отношениях между СЭВ и ЕЭС, Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев отмечал в своей речи перед французскими парламентариями 3 октября 1985 г.: «Нам представляется полезным и установление более деловых отношений между СЭВ и ЕЭС. Страны Совета Экономической Взаимопомощи проявили в этом отношении конструктивную инициативу, которая как будто встречена доброжелательно. Важно, чтобы она дала конкретные результаты. При этом, как уже заявлялось, в той мере, в какой страны ЕЭС выступают как «политическая единица», мы готовы искать с ними общий язык и по конкретным международным проблемам». Собственно говоря, это уже отчасти имело место в рамках развития общеевропейского процесса, в частности на встрече стран — участниц общеевропейского совещания в Мадриде в 1980—1983 годах, на Конференции по мерам укрепления доверия и безопасности и разоружению в Европе, проходившей в Стокгольме в 1984—1986 годах (см. гл. VIII). В 1987 году контакты между ЕС, с одной стороны, и СЭВ и отдельными странами — участницами СЭВ — с другой постепенно начали развиваться. 4.

<< | >>
Источник: Г. В. Фокеев. ИСТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ СССР / том ТРЕТИЙ 1970-1987. 1987

Еще по теме Развитие процессов капиталистической интеграции и их влияние на международные отношения*:

  1. Глава II МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ РАЗВИТЫХ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН В 70—80-е ГОДЫ
  2. Влияние процессов глобализации на динамику и характер международных отношений
  3. ГлаваХ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ РАЗВИТЫХ СТРАН КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ В КОНЦЕ 50-х — 60-е ГОДЫ
  4. ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ РЕАКЦИЯ В XV в. ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ
  5. МЫ ХАРАКТЕРИЗУЕМ ВЛИЯНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ПОЛИТИЧЕСКУЮ КАРТУ МИР
  6. Южная Азия после индо-пакистанской войны. Советско-индийские отношения — стабилизирующий фактор развития международных отношений в регионе
  7. 76. СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  8. МЕЖДУНАРОДНАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ
  9. Влияние европейской интеграции
  10. Глава 5. МИРОВОЕ РАЗВИТИЕ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ: 1900—1945 ГГ.
  11. Международная экономическая интеграция
  12. Г. В. Фокеева. История международных отношений и внешней политики СССР, 1917—1987 гг. В 3-х томах. Т. 2, 1945—1970 гг./Под ред. Г. В. Фокеева. — М.: Междунар. отношения.—456 с. — (Московский государственный Ордена Трудового Красного Знамени институт международных отношений МИД СССР), 1987
  13. Нормализация отношений Советского государства с капиталистическими странами
  14. 1. Американская агрессия в Индокитае и развитие международных отношений в регионе Юго-Восточной Азии