Задать вопрос юристу

Исторические предания

Из «Предания о Кие» ...И были три брата: один по имени Кий, другой Щек и третий — Хорив, а сестра их была Лыбедь. Сидел Кий на горе, где ныне подъем Боричев, а Щек сидел на горе, которая ныне зовется Щеко- вица, а Хорив на третьей горе, которая прозвалась по нему Хориви- цей.
И построили городок во имя старшего своего брата, и назвали его Киев. Был кругом города лес и бор велик, и ловили там зверей. И были те мужи мудры и смыслёны, и назывались они полянами, от них поляне и до сегодня в Киеве. Некоторые же, не зная, говорят, что Кий был перевозчиком; был-де тогда у Киева перевоз с той стороны Днепра, отчего и говорили: «На перевоз на Киев». Однако если бы Кий был перевозчиком, то не ходил бы к Царьграду. А между тем Кий этот княжил в роде своем, и, ходил он к царю,— не знаем только, к какому царю, но только знаем, что великие почести воздал ему, как говорят, тот царь, при котором он приходил. Когда же он возвращался, пришел он на Дунай, и облюбовал место, и срубил небольшой город, и хотел обосноваться в нем со своим родом, но не дали ему близживущие. Так и до ныне называют придунайские жители городище то Киевец. Кий же, вернувшись в свой город Киев, тут и умер; и братья его — Щек и Хорив и сестра их Лыбедь тут же скончались [81, с. 209]. Из «Предания о киевском отроке» 968. В лето 6476. Пришли впервые печенеги на Русскую землю, а Святослав был тогда в Переяславце, и заперлась Ольга в городе Киеве со своими внуками — Ярополком, Олегом и Владимиром. И осадили печенеги город силой великой: было их бесчисленное множество вокруг города и нельзя было ни выйти из города, ни вести послать. И изнемогали люди от голода и жажды. И собрались люди той стороны Днепра в ладьях и стояли на том берегу. И нельзя было ни тем пробраться в Киев, ни этим из Киева к ним. И стали тужить люди в городе, и сказали: «Нет ли кого, кто бы смог перебраться на ту сторону и сказать им: если не подступите утром к городу,— сдадимся печенегам». И сказал один отрок: «Я проберусь», и ответили ему: «Иди». Он же вышел из города, держа уздечку, и побежал через стоянку печенегов, спрашивая их: «Не видел ли кто-нибудь коня?» Ибо знал он по-печенежски и его принимали за своего. И когда он приблизился к реке, то, скинув одежду, бросился в Днепр и поплыл. Увидали это печенеги, кинулись за ним, стреляли в него, но не смогли ему ничего сделать. На том берегу заметили его, подъехали к нему на ладье, взяли его в ладью и привезли его к дружине. И сказал им отрок: «Если не подойдете завтра к городу, то люди сдадутся печенегам». Воевода же их, по имени Претич, сказал на это: «Пойдем завтра в ладьях и, захватив княгиню и княжичей, умчим на этот берег. Если же не сделаем этого, то погубит нас Святослав». И на следующее утро, близко к рассвету, сели в ладьи и громко затрубили, а люди в городе закричали. Печенегам же показалось, что пришел сам князь, и побежали от города врассыпную [81, с. 244—245]. Из «Легенды о подвиге отрока Яна Усмошвеца» В год 6500. Пошел Владимир на хорватов. Когда же возвратился он с хорватской войны, пришли печенеги по той стороне (Днепра) от Сулы; Владимир же выступил против них и встретил их на Трубеже у брода, где ныне Переяславль. И стал Владимир на этой стороне, а печенеги на той, и не решались наши перейти на ту сторону, ни те на эту сторону. И подъехал князь печенежский к реке, вызвал Владимира и сказал ему: «Выпусти ты своего мужа, а я своего — пусть борются. Если твой муж бросит моего на землю, то не будем воевать три года; если же наш муж бросит твоего оземь, то будем разорять вас три года». И разошлись. Владимир же, вернувшись в стан свой, послал глашатаев по лагерю со словами: «Нет ли такого мужа, который бы схватился с печенегом?» И не сыскался нигде. На следующее утро приехали печенеги и привели своего мужа, а у наших не оказалось. И стал тужить Владимир, посылая по всему войску своему, и пришел к князю один старый муж и сказал ему: «Князь! Есть у меня один сын меньшой дома: я вышел с четырьмя, а он дома остался. С самого детства никто его не бросил еще оземь. Однажды я бранил его, а он мял кожу, так он рассердился, и разодрал кожу руками».
Услышав об этом, князь обрадовался, и послали за ним, и привели его к князю, и поведал ему князь все. Тот отвечал: «Князь! Не знаю, могу ли я с ним схватиться,— испытайте меня: нет ли большого и сильного быка?» И нашли быка, большого и сильного, и приказали разъярить его; возложили на него раскаленное железо и пустили. И побежал бык мимо него, и схватил быка рукою за бок, и вырвал кожу с мясом, сколько захватила его рука. И сказал ему Владимир: «Можешь с ним бороться». На следующее утро пришли печенеги и стали вызывать: «Есть ли муж? Вот наш готов!» Владимир повелел в ту же ночь надеть вооружение, и сошлись обе стороны. Печенеги выпустили своего мужа, был же он очень велик и страшен. И выступил муж Владимира, и увидел его печенег и посмеялся, ибо был он среднего роста. И размерили место между обоими войсками, и пустили их друг против друга. И схватились, и начали крепко жать друг друга, и удавил печенежина руками досмерти. И бросил его оземь. Раздался крик, и побежали печенеги, и гнались за ними русские, избивая их, и прогнали их. Владимир же обрадовался и заложил город у брода того, и назвал его Переяславлем, ибо перенял славу отрок тот. И сделал его Владимир великим мужем, и отца его тоже1. И возвратился Владимир в Киев с победою и со славою великою [81, с. 283—284]. Из «Слова о Меркурии Смоленском» Был в городе Смоленске один человек, молодой годами, по имени Меркурий, благочестивый в наставленьях господних, обучавшийся им день и ночь, славный примерной жизнью, постом и молитвой сияющий, будто звезда богоданная, в мире этом. И был он смирен душой и печален, часто ходил к господню кресту помолиться за жителей Петровского конца. ...Тогда злочестивый царь Батый пленил Русскую землк}, невинную кровь проливая, как воду, обильно и христиан истязая. И, придя с великою ратью под богоспасаемый город Смоленск, стал тот царь от города в тридцати поприщах, и многие святые церкви пожег, и христиан убил, и решил непременно захватить город этот. Жители впали в великую скорбь, неисходно пребывали в соборном храме святой Богородицы, смиренно взывали с плачем великим в обильных слезах к всемогущему богу, и пречистой его богоматери, и ко всем святым, чтобы они сохранили город тот от всякого зла. И вот случилось предначертание божие к жителям: за городом, возле Днепра-реки, в Печерском монастыре, достославно явилась пречистая богородица пономарю этой церкви, сказав: «О божий человек! Иди скорее к тому кресту, у которого молится угодник мой Меркурий, и скажи ему: «Зовет тебя божия матерь!» Тот же, пойдя туда, нашел его у креста молящимся богу и окликнул по имени: «Меркурий!» Тот же спросил: «Что тебе, господин мой?» И сказал ему: «Скорее иди, брат, зовет тебя божия матерь в Печерскую церковь». Потом же, войдя в святую церковь, богомудрый увидел пречистую богородицу, на золотом престоле сидящую, Христа у груди держащую, окруженную ангельскими силами. Он же упал перед ногами ее и поклонился с великим благоговением, пораженный. Подняла его с земли пречистая матерь божия и сказала ему: «Чадо Меркурий, избранник мой! Посылаю тебя, иди скорее, сотвори мщение за кровь христианскую; пойди и победи злочестивого царя Батыя, все войско его!..» И взяв у нее благословение и весь изготовясь, Меркурий отступил, поклонясь до земли, и вышел из церкви. И нашел удалого коня, ожидавшего тут, и, вскочив на него, отправился из города. И, достигнув войск злочестивого царя, с помощью божьей и пречистой богородицы истребляя врагов, собирая пленных христиан и отпуская их в свой город, отважно скакал по полкам, как орел в поднебесье летая. Злочестивый же царь, проведав о таком истреб- ленье людей своих, великим страхом и ужасом был охвачен и, отчаявшись в успехе, быстро бежал от города с малой дружиной. ...Потом же предстал перед Меркурием прекрасный воин. А Меркурий поклонился ему, отдал все оружье свое и, голову тихо склонив, был убит. И после блаженный, взяв голову в руку свою, а в другую — поводья коня, пришел, обезглавлен, в свой город [77, с. 205, 207].
<< | >>
Источник: С.Д. Бабишин, Б. Н. Митюров. Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского государства XIV — XVII вв. 1985

Еще по теме Исторические предания:

  1. § 4. Живое предание как исторический источник по истории Церкви
  2. Глава 2 ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДАНИЯ НОРВЕГИИ ДО 950 г.
  3. ПРЕДАНИЕ
  4. § 3. Предание суду
  5. § 1. Предание о мегарских царях
  6. Внеисторический характер предания.
  7. 5. Мистериальная терминология и тайное предание
  8. § 1. ВЛИЯНИЕ ПРЕДАНИЙ В ЖИЗНИ НАРОДОВ
  9. Предания о событиях политической истории II тысячелетия до н. э.
  10. Летописное предание.
  11. Глава I. Предания и прогресс
  12. ГЛАВА 8 КОНФУЦИАНСКАЯ ПРЕДАННОСТЬ ДОБРОДЕТЕЛИ
  13. Глава 8 Алешка Попович и Лешко Попелюш: былины и эпические предания западных славян
  14. ГЛАВА7. АТЛАНТИЧЕСКИЕ ПРЕДАНИЯ МОРЕПЛАВАТЕЛИ ДРЕВНОСТИ              И ПРОИСХОЖДЕНИЕ МАЙЯ            
  15.    «…Пес, разжиревший от литовской крови…»    Северные крестовые походы    1193–1410    Легенды и предания
  16. 2.7.7. Значение исторического плюрализма в развитии философско-исторической мысли
  17. ГЛАВА ВТОРАЯ РОЛЬ ПРЕДАНИЙ B PAЗЛИЧHЫX ЭЛEMEHTAX ЦИBИЛИЗAЦИЙ. ПPEДEЛЫ ИЗМЕНЯЕМОСТИ УНАСЛЕДОВАННЫХ ДУШЕВНЫХ КАЧЕСТВ
  18. 2.14.5. Неравномерность исторического развития. Супериорные и инфериорные социоры. Исторические миры
  19. § 1. Проблема исторического происхождения возрастных периодов. Детство как культурно-исторический феномен