<<
>>

Этнические конфликты 1990-х гг. и развитие российской политической нации

Последствия депортаций стали одной из причин этнических конфликтов, обострившихся еще до распада Советского Союза. Их «разморозили» возникшие тогда многочисленные национальные движения, требовавшие «исторической справедливости».

Нередко их деятельность сопровождалась усилением этноцентризма и национализма, этническими конфликтами.

Этнические активисты требовали полной территориальной реабилитации депортированных народов. Возвращение ингушей в Пригородный район Северной Осетии, так и оставшийся в составе этой республики, вызвал в 1992 г. краткий, но кровопролитный осетиноингушский конфликт, остановленный лишь вмешательством федеральной армии. Значительная часть ингушских беженцев, покинувших тогда аулы Пригородного района, до сих пор не вернулась в свои дома. В Дагестане ассамблея лакского народа приняла решение при поддержке государства покинуть земли так называемого Новолакского района, куда часть лакцев была переселена из горных районов после депортации чеченцев-аккинцев. Однако это решение еще далеко от полной реализации.

Второй причиной конфликтов стали территориальные споры, вызванные постоянной перекройкой административных границ при Сталине. Третья причина — аграрная перенаселенность республик Северного Кавказа, усилившая конкуренцию за землю, что привело к вытеснению русских из ряда пограничных с ними районов, нарастанию противоречий между различными этносами.

Следующая и, по мнению многих исследователей, главная причина — постоянно усиливавшаяся межэтническая конкуренция за контроль над престижными и доходными сферами деятельности, статусными позициями, жильем. Она объясняется стремительным повышением уровня образования титульных групп благодаря усилиям советской власти, укреплением их политических и интеллектуальных элит, а, следовательно, разрушением сложившейся прежде системы культурного разделения труда между этносами.

В межэтнической конкуренции важнейшим ресурсом стали этническая и клановая солидарность, сохранившиеся элементы родоплеменной организации ряда народов. Растущие проблемы в этой конкуренции, а затем, в годы кризиса — трудности с трудоустройством вызывали массовый отъезд русских и представителей других нетитульных групп, что, в свою очередь, вело к изменению культурной среды.

Пятая причина кроется в демографических процессах. В условиях высокой мозаичности и полиэтничности населения различия между этническими группами в естественной динамике населения, направлении и балансе миграций оказывают большое влияние на этнические отношения и самочувствие людей. Так, на Северном Кав-

573

казе со второй половины 1960-х гг. наметилось сначала относительное, а с начала 1970-х гг. — и абсолютное сокращение доли русских в республиках. Кавказские народы прошли демографический переход намного позже, чем русские, особенно в Чечне и Дагестане. Так, в Дагестане уменьшение рождаемости началось только с начала 1990-х гг., когда «русские» регионы уже вошли в стадию депопуляции. Избыток рабочих рук в «этнической» части Северного Кавказа, особенно в сельской местности, еще в советские годы заставлял часть мужского населения отправляться на сезонные заработки в строительстве и других отраслях во многие регионы бывшего СССР.

Шестая причина — концентрация власти и статусных позиций у представителей преобладающего этноса в «биэтнических» республиках: черкесы (12% населения) чувствовали себя ущемленными в Карачаево-Черкесии, балкарцы — в Кабардино-Балкарии. Сходные по происхождению проблемы характерны для Башкирии, где башкиры до последнего времени являлись только третьим по численности после русских и татар народом.

Все эти причины с особой силой сказались в трудные годы переходного периода — в начале 1990-х гг. Постсоветские конфликты и прежде всего война в Чечне резко подстегнули массовый выезд кавказцев: крупные чеченские диаспоры сформировались в большинстве крупных городов страны.

Постсоветские конфликты продемонстрировали взаимозависимость ситуации на Северном и Южном Кавказе. Юго-Осетинская автономия была ликвидирована одним из первых актов правительства независимой Грузии и в ходе кровопролитного конфликта с центральными властями превратилась в самопровозглашенную республику. Большинство из примерно 100 тыс. осетин, проживавших во внутренних районах Грузии, а также в бывшей Юго-Осетинской автономной области, устремились в Северную Осетию. Жители Северной Осетии остро воспринимали трагедию гражданской войны в Грузии. Массовый приток беженцев не только серьезно осложнил социально-экономическую ситуацию в республике в сложных условиях переходного периода, но и обострил национальные чувства, усилил этнополитическую напряженность. Грузино-осетинский конфликт практически совпал по времени с осетино-ингушским (1992). Власти Северной Осетии поспешили разместить часть бежен-

574

цев из Южной Осетии в селениях Пригородного района, оспариваемого Ингушетией.

В августе того же 1992 г., почти сразу вслед за распадом СССР, грузинское руководство, пытаясь создать унитарное централизованное государство, попыталось отменить автономию Абхазии, вошедшей в 1921 г. в состав Грузии на основе равноправного союзного договора. В результате разразилась кровопролитная грузино-абхазская война, завершившаяся только в сентябре 1993 г. изгнанием грузинских войск из Сухума. Абхазов поддержали этнические активисты адыгских народов России, переправившие им в помощь через Кавказский хребет вооруженные отряды. Северный и Южный Кавказ и сегодня представляют собой единую этнополитическую систему. Одна из ее «скреп» — крупные армянские общины, проживающие практически во всех регионах Северного Кавказа. Часть этих общин — недавние беженцы и экономические мигранты, поддерживающие тесные отношения со своей родиной.

Условие долговременного урегулирования этнических проблем в России — дальнейшее развитие и укрепление двойственной идентичности — этнической и политической (гражданской, или, в западных терминах, национальной). Народы многих крупных государств имеют многоэтничный состав, и это не мешает им называться бразильским, индийским, китайским, испанским и т. п. народами. Как показывают многочисленные исследования, в том числе социологические опросы, общая политическая идентичность, безусловно, существовала в бывшем Советском Союзе, независимо от теоретических рассуждений коммунистических идеологов о «новой исторической общности людей — советском народе». Разумеется, эту идентичность жители разных республик и регионов, представители разных социальных слоев разделяли в разной степени.

Тем более общая политическая идентичность существует в России, более однородной в культурном отношении, чем Советский Союз. Недавними исследованиями установлено, что даже на Северном Кавказе — наиболее проблемном регионе с точки зрения межнациональных отношений, в котором расположен очаг то разгоравшегося, то тлевшего вооруженного конфликта в Чечне, более 60% граждан считают себя в первую очередь либо гражданами России, либо одновременно гражданами России и представителями своей эт-

575

нической группы (табл. 1). В этой связи ведущий российский этнолог академик В.А. Тишков с некоторой горечью писал, что «для внешнего мира русские — это правители страны, где угнетаются другие меньшинства. Понятия российский народ для него не существует. То, что во главе российского парламента, объявившего режим Дудаева[96] незаконным, стоял чеченец, федеральной армией, разрушавшей Грозный, командовал еврей Рохлин, а среди российских солдат были люди самых разных национальностей — все эти важные сюжеты выносятся за скобки...»[97].

Российская политическая идентичность основывается на общности исторической судьбы и коллективном опыте, чертах и ценностях, разделяемых всеми жителями страны. Русским языком владеет подавляющая часть граждан, за исключением небольшой части жителей высокогорных районов Кавказа и некоторых других небольших удаленных районов. Русский стал для всего населения не только признанным средством межнациональной коммуникации, но и приобщения к богатствам мировой культуры. Элементы русской культуры — неотъемлемая часть национальных культур и, наоборот, общероссийская и русская культура впитала многие их достижения. Российская нация — это, безусловно, состоявшийся проект, оформленный тысячелетней государственностью России. Характерно, что в русском языке есть два разных слова, позволяющих различать этническую и гражданскую общности — «русский» и «российский», редко переводимые на иностранные языки.

Тем не менее, Россия, как и многие другие полиэтничные постсоветские государства, переживала в 1990-х гг. вызванный распадом СССР острый кризис идентичности, не до конца преодоленный и в настоящее время. Он может быть определен как период, когда некоторые этнические или специфические региональные сегменты общества препятствуют национальной интеграции и его самоидентификации как политической целостности. В результате значительная часть населения не признает легитимности государства и его нынеш-

Самоидентификация респондентов в пяти регионах Северного Кавказа

в декабре 2005 г.

Таблица 1

Вариант ответа

Рассматривают себя в первую очередь как...

Рассматривают себя во вторую очередь

как ...

Члены своей этнической группы

16,3

16,0

Граждане России

43,8

27,2

Граждане России и члены своей этнической группы

16,1

16,3

Жители своего региона или республики

7,6

15,3

Жители своего города или района

7,4

15,9

Советские люди

7,1

6,1

Прочее

0,4

0,3

Затруднились с ответом

1,3

2,9

них границ. Кризис идентичности связан не только с многонациональным составом населения большинства постсоветских стран, но и разнородностью самой титульной группы. Яркий пример — различия в культуре и политических взглядах между жителями Восточной и Западной Украины. Да и в России, как показали социологи, по некоторым вопросам жители Дальнего Востока имеют иные суждения по сравнению с москвичами или калининградцами.

В годы кризиса, когда людям пришлось пережить массовое закрытие предприятий, гиперинфляцию, другие экономические тяготы, стать участниками или свидетелями этнических конфликтов, многие страдали от ностальгии по советским годам. Но особый психологический стресс испытывали русские, ставшие в странах Балтии апатридами, вытеснявшиеся в 1990-х гг. из многих районов Казахстана и среднеазиатских республик, испытывавшие дискриминацию и в некоторых республиках самой России. В «ближнем зарубежье» и внутри страны именно на русских возлагали ответственность за преступления сталинского режима, экономические и идеологические извращения тоталитарного коммунистического строя. Неудивительно, что еще в 1997 г. около 40% россиян не могли или не хотели связать

577

себя со страной, в которой они реально жили (12,4% опрошенных ассоциировали себя со всем бывшим СССР, а почти 25% заявляли о своей региональной или «европейской» идентичности или просто затруднялись ответить). Только 34% полагали, что Российская Федерация должна остаться независимым государством в пределах своих современных границ, не объединяясь с другими странами.

Положение изменилось с конца 1990-х гг. и особенно в новом веке. Повлияло и сплочение нации перед лицом террористической угрозы после взрывов домов в ряде городов России (1999) и, разумеется, возобновление экономического роста, и политика государства. Как и в других постсоветских странах, оно контролирует такие мощные рычаги формирования идентичности, как: 1) политика в области образования и использования языков, в частности преподавание истории, географии и литературы; 2) регулирование национального информационного пространства и в особенности прямой контроль над главными телевизионными каналами; 3) создание, распространение и культивирование различного рода мифов и стереотипов и т.д.

При президенте В. В. Путине государство поставило целью избавить россиян и особенно русских от свойственного им в 1990-х гг. мрачного взгляда на роль России в истории и современной мировой политике. Так, еще в начале 2000-х гг. больше четверти россиян было убеждено, что по уровню экономического развития Россия занимает одно из последних мест в мире: при всех трудностях, это никак не соответствовало истине. В 2000-х гг. официальный государственный оптимизм, непрерывным потоком льющийся с экранов телевизоров, действительные или мнимые внешнеполитические успехи вкупе со вполне реальным увеличением доходов сделали свое дело. Ныне подавляющее большинство россиян считает себя в первую очередь гражданами Российской Федерации или одновременно гражданами России и представителями своего этноса, гораздо больше людей уверенно смотрит в будущее. Однако попытки восстановить самоуважение жителей России воспоминаниями о героических победах прошлого и достижениях СССР во времена соперничества сверхдержав способствовали вспышкам ксенофобии. Оживились маргинальные интеллектуалы и лидеры мелких радикальных группировок, выступающие под лозунгами «Россию для русских» или «Время быть русским!», толкающие страну в разрушительном для нее направлении.

В сферах, важных для строительства идентичности, определенные полномочия принадлежат не только центральным властям, но и республиканским, региональным. Поэтому политико-административные границы играют существенную роль в формировании идентичности.

В советское время границы союзных и даже автономных республик вовсе не были формальностью, несмотря на их полную прозрачность. Советская плановая система предусматривала для каждого политико-административного уровня определенный набор социально-культурных институтов, важных в формировании национальной интеллигенции и идентичности. Автономные республики имели университет, издательство и несколько исследовательских институтов, занимавшихся изучением национального языка, литературы, истории, фольклора, а союзные республики, помимо этого — Академии наук, киностудии, республиканские телевизионные каналы и т. п. В «национальных школах» союзных республик преподавание велось на титульном языке. Формировалась национальная интеллектуальная и партийно-советская номенклатура, временный конъюнктурный союз которых в борьбе за власть способствовал в переходные годы бурному всплеску национализма. Реформа государственного устройства и возможное изменение административных границ стали предметом бурных дискуссий в переходный период, о которых пойдет речь в следующей главе.

Вопросы Как соотносится территориальная и этническая идентичность с другими видами идентичности? Каково соотношение идентичности и политико-административных границ в России, как оно менялось? Каковы корни советского и нынешнего российского государственного устройства и политико-территориального деления? В чем основные причины современных этнических конфликтов в России, как на них повлияли события советской эпохи? Какими вы видите пути укрепления российской идентичности?

Литература История России. XX век. Под ред. А.Б.Зубова. Т.2. 1939—2007. — М.:

АСТ, 2009. Колосов В.А., Мироненко НС. Политическая география и геополити

ка. — М.: Аспект-пресс, 2005. Тишков В.А. Самоопределение российской нации // Международ

ные процессы, 2005, №2 (8), http://www.intertrends.ru/seven/002. htm Тишков В.А., Шабаев Ю.П. Этнополитология: политические функ

ции этничности: Учебник для вузов. — М.: Издательство Московского университета, 2011.

<< | >>
Источник: Алексеев, А. И.. Россия: социально-экономическая география: учеб. пособие. 2013

Еще по теме Этнические конфликты 1990-х гг. и развитие российской политической нации:

  1. ЭТНИЧЕСКОЕ . МНОГООБРАЗИЕ РОССИЙСКОЙ НАЦИИ
  2. ОТ ЭТНИЧЕСКИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ К ЭТНИЧЕСКИМ КОНФЛИКТАМ
  3. § 1. НАЦИИ И ЭТНИЧЕСКИЕ ГРУППЫ КАК ОБЪЕКТ СОЦИОЛОГИИ
  4. Концептуализация этнического конфликта и его субъектов
  5. 18.2. Развитие теории политической культуры в 1980#x2011;1990#x2011;х гг
  6. ПРИЗРАКИ И ПРИЗНАКИ ЭТНИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ
  7. Косовский конфликт в начале 1990-х годов
  8. Обострение конфликта в конце 1990-х годов
  9. § 36. «КОНФЛИКТ ЦИВИЛИЗАЦИЙ»: ЭТНИЧЕСКИЙ РЕНЕССАНС КОНЦА XX ВЕКА
  10. Политическая система Турции в 1970-1990-е годы: формирование четырех основных политических направлений
  11. Александр Осипов Правозащитный центр «Мемориал», Москва КОНСТРУИРОВАНИЕ ЭТНИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА И РАСИСТСКИЙ ДИСКУРС