<<
>>

Глава 9 Грех дыхания Божьего, т. е. человека, не может быть вмененным в вину Богу: образ всегда лишен силы оригинала. Также и существование смерти — на совести человека

I. «Как бы там ни было, — говоришь ты, — однако, сущность Творца оказывается восприимчивой к греху, поскольку дыхание Божье, т. е. душа, в человеке согрешило, и порочность части не может не быть отнесенной ко всему источнику».

Отвечая на это, нужно будет истолковать природу души. Прежде всего, не следует упускать из вида то, что обозначает греческое Писание, говоря о дыхании, а не о духе.12. Ведь некоторые переводчики с греческого, не заметив различия между словами и не обратив внимания на их особые значения, ставят дух вместо дыхания2 и дают еретикам воз-

‘ «дыхание» — я\юг| (ср.: Быт. 2:7), «дух» — TrveOpa (ср.: Быт. 1:2).

¦ Ср.: «Ho настоящее исследование побуждает меня назвать душу духом, так как дышать приписывается другой сущности (т. е. духу). Поскольку мы считаем это свойством души, которую мы признаем однородной и простой, необходимо, чтобы мы объявили ее духом при определенном условии: не из-за состояния, но из-за действия, не как сущность, но как дело, потому что она дышит, а не потому, что она, собственно, есть дух. Ведь и дуть значит дышать. Таким образом, и душу, которую мы определяем. исходя из ее своеобразия, т. е. как дуновение, мы объявляем здесь духом по необходимости; как бы то ни было, вопреки Гермогену, который заявляет, что она состоит из вещества, а не из дуновения Бога, мы ее рассматриваем как, собственно, дуновение. Ибо он, пренебрегая свидетельством самого Писания, дуновение превращает в дух, чтобы считалось, что душа состоит скорее из вещества, чем из духа Божьего, поскольку невероятно, чтобы дух Божий дошел до греха, а потом до суда. Поэтому мы и там утверждаем, что душа есть дуновение, а не дух, согласно Писанию и согласно различению духа, и здесь объявляем ее духом неохотно, в соответствии со сходством дыхания и дуновения. Там стоит вопрос о сущности; ведь дышать есть действие сущности» (Tert. Dean., 11,1-2).

можность порочить грехом Дух Божий, т.

е. Самого Бога. И lt;этотgt; вопрос уже не раз обсуждался. Итак, уразумей, что дыхание[285] меньше, чем дух,[286] будучи его веянием,[287] и хотя исходит от духа, духом, однако, не является. Ибо и дуновение'1 слабее, чем ветер, и хотя дуновение — от ветра, оно, однако, не ветер. [Дуновение!3 дыхание можно даже называть образом духа. 3. В самом деле, по этой причине и человек — образ Бога, т. е. Духа, ибо Бог есть Дух.[288] Следовательно, дыхание — образ Духа. Далее, образ не будет полностью совпадать с оригиналом. Ведь одно — соответствовать оригиналу, другое — быть самим оригиналом. Так же и дыхание, поскольку оно является образом Духа, не может так обустроить образ Божий', чтобы из-за того, что оригинал, т. е. Дух, т. е. — Бог, лишен греха, также и образ, т. е. дыхание, lt;т. е. человек,gt;[289] не был бы должен допускать грех. 4. В этом образ будет меньше, чем оригинал, и дыхание — ниже духа, имея, конечно, те черты Бога, благодаря которым lt;образgt; обладает бессмертием, [душа —][290] свободой и властью принимать решения, большей частью — даром предвидения, разумом, способностью понимать и знать, однако и в этом остается образом и не приобретает саму силу Божества; не приобретает и чистоту от греха, ибо это подходит одному лишь Богу, т. е. оригиналу, и это единственное не доступно образу. 5. Ведь как образ, хотя и отображает все черты оригинала, однако лишен самой его силы, не имея движения, так и душа, образ Духа, не смогла отобразить лишь Его силу, т. е. счастье безгрешности. Иначе это была бы не душа, но Дух, и не человек, получивший душу, но Бог.

И вообще не всё, принадлежащее Богу, будет считаться Богом, так что ты не можешь требовать, чтобы из-за того, что дыхание — Божье, оно было Богом, т. е. свободным от греха. Ведь и ты, если дуешь в флейту, не делаешь ее человеком, хотя и дуешь из своей души, как и Бог — из Своего Духа. Наконец, когда Писание ясно возвещает, что Бог дунул в лицо человека и человек стал живой душой,[291] а не животворящим духом, оно отделяет ее от Создателя.

Ведь неизбежно, чтобы дело было иным, чем мастер, т. е. ниже мастера. Ибо и кувшин, изготовленный горшечником, сам не станет горшечником; так и дыхание, произведенное Духом, из-за этого не станет Духом. Смотри, сам тот факт, что дыхание было названо душой, не lt; говорит ли о том, что оноgt; перешло из состояния дыхания в некое худшее качество? «Следовательно, — говоришь, — ты придал душе немощь, которую прежде у нее отрицал». Конечно, когда ты требуешь, чтобы она была равной Богу, т. е. безгрешной, я говорю о ее слабости; когда же она оказывается противопоставленной lt; падшемуgt; ангелу, я утверждаю, что неизбежно более сильным будет господин вселенной, которому и ангелы служат,[292] которому также предстоит судить их,[293] если устоит в Божьем законе, чего он не пожелал в самом начале. 8. Итак, дыхание Божье могло совершить это преступление; могло, но не было должно. Оно имело такую возможность из-за слабости своей сущности, будучи дыханием, а не Духом, но у него не было такой необходимости, поскольку была власть над выбором, как у свободного, а не раба; кроме того, ему помогало предписание не грешить под угрозой смерти, которым подкреплялась слабость сущности и указывался путь для свободы выбора. Итак, нет оснований считать, что душа согрешила

из-за того, что у нее есть нечто общее с Богом, т. е. дыхание, а не из-за того, что было присоединено к сущности, т. е. свобода выбора, разумно дарованное Богом, человеком же осуществленное по своему усмотрению. 9. Если дело обстоит таким образом, то любое Божье установление освобождается от упреков. Ибо свобода выбора свою вину передает не Тому, Кем была предоставлена, но тому, кем была использована не так, как следовало. Какое же зло ты припишешь Творцу? Если речь идет о грехе человека, то не будет Божьим то, что принадлежит человеку, и не должен считаться виновником греха Тот, Кто оказывается запрещающим его и даже осуждающим. Если речь идет о смерти, то и наличие смерти внушит ненависть как к ее виновнику не к Tому, Кто угрожал ею, но к тому, кто презрел угрозу. Ведь, презрев, он создал ту, которая, конечно, не появилась бы, если бы он не презрел ее.

<< | >>
Источник: Квинт Септимий Флоренс. Тертуллиан Против Маркиона в пяти книгах. 2010

Еще по теме Глава 9 Грех дыхания Божьего, т. е. человека, не может быть вмененным в вину Богу: образ всегда лишен силы оригинала. Также и существование смерти — на совести человека:

  1. Глава 28 Бессмысленность крещения у Маркиона: оно не может быть ни отпущением грехов, ни освобождением от смерти, ни возрождением человека, ни обретением Святого Духа. Несуразность омовения тела, которое не спасается
  2. Глава II О ТОМ, ЧТО НЫНЕ ЧЕЛОВЕК ЛИШЕН СВОБОДНОЙ ВОЛИ И ПЛАЧЕВНЫМ ОБРАЗОМ ПОДВЕРЖЕН ВСЯЧЕСКОМУ ЗЛУ
  3. Замечания о состоянии человека в Моисеевом раю, о древе познания добра и зла и древе жизни, а также рассуждения о божественном запрете человеку вкушать плоды с первого из этих древ, сопровождаемые краткими суждениями о смертности невинного человека
  4. Чтобы лучше разъяснить обсуждаемый вопрос, рассмотрим, какова может быть праведность человека на протяжении всей его жизни
  5. Дыхание человека при измененном барометрическом давлении воздуха Дыхание человека при пониженном давлении воздуха
  6. 3. Смысл и ценность жизни человека. Проблема смерти и бессмертия человека.
  7. Глава VI Каким образом ангел и человек суть подобие и образ Бога
  8. КНИГА 19 Глава IX О дружбе святых ангелов, которая в этом мире не может быть ощутительною для человека по причине хитрости демонов, с которыми встретились считающие для себя обязательным почитание многих Богов
  9. Глава 3 ЧЕЛОВЕК. О КОТОРОМ ВСЕГДА ЗАБЫВАЮТ
  10. Глава 6 Свобода воли была дана человеку для того, чтобы сделать его подлинным образом Божьим. Только имея возможность выбора, человек получает право собственности на благо. Воздаяние нельзя назначить тому, кто совершает нечто по необходимости
  11. Глава 20 О              различных побуждениях к проповедованию, об              образе Бога и образе человека, о прибыли и убытке апостола, о небесном гражданстве и звездах, о              преображении тела (Флп.)