<<
>>

3. Судьба нэпа

С 1923 г, страна вступила в полосу хозяйственного подъема. Остались позади продовольственный, транспортный, топливный кризисы. Восстанавливалось народное хозяйство, при этом темпы восстановления сельского хозяйства и кустарного производства были выше темпов восстановления государственной промышленности, которая требовала больших капиталовложений.
К середине 20-х годов сельское хозяйство, легкая и пищевая промышленность в основном достигли довоенного объема производства. Этому не помешал и значительный неурожай 1924 г., охвативший Нижнее и часть Среднего Поволжья, Северный Кавказ, некоторые районы Дона, Центральной черноземной области и Восточной Украины — территории с населением около 8 млн. человек.

Восстановлению сельского хозяйства и связанных с ним отраслей промышленности во многом способствовала торговля. Страна превратилась в большой рынок, часто напоминавший базар. Торговали все: бывшие мешочники, рабочие, демобилизованные солдаты, домохозяйки, безработные, государственные служащие (совслужащие) и т.п. Частник стал главной фигурой розничной торговли, которая к середине 20-х годов значительно стабилизировалась путем создания широкой сети магазинов и магазинчиков. Частного торговца называли лавочником.

В оптовой торговле преобладали государственные и кооперативные предприятия. Наиболее быстро развивалась потребительская кооперация, тесно связанная с деревней. Во главе потребкооперации стоял Центросоюз. Наряду с ней получили стимулы и другие формы кооперации: снабженческая, кредитная, промысловая, сельскохозяйственная, производственная, жилищная. Руководство страны контролировало и поощряло кооперативное движение, относя его к социалистическому сектору экономики.

Тем не менее далеко не все и в руководстве, и в обществе были довольны возрождением торгового капитала. Вывшие красные командиры, красноармейцы, партизаны и т.д. счи-тали, что новый курс предает цели, за которые они проливали крОвь на фронтах гражданской войны, и поощряет вчерашнего «врага народа» — мешочника и спекулянта, помогает новым буржуа — нэпманам. Объективной почвой для подобных настроений являлось быстрое социальное расслоение общества как в городе, так и в деревне. Образ жизни «новой буржуазии» вызывал и зависть, и откровенное возмущение.

Многие нэпманы, чувствуя временность и неустойчивость своего положения в условиях диктатуры пролетариата, стремились к скорейшему обогащению и проматыванию «бешеных денег». Историки назвали это явление «гримасами» и «угаром» нэпа.

Начиная с 1922 г. было проведено несколько показательных судебных процессов над частными торговцами, предпринимателями и связанными с ними совслужащими. Наиболее крупные из них состоялись в июле-декабре 1923 г. — дело ГУМа, Моссельпрома и др. На них были вскрыты огромные убытки, нанесенные государству в результате хищений и деятельности частника в качестве посредника при сбыте товаров государственных предприятий.

Покупая у руководства госпредприятий и трестов товары с большой скидкой, частник перепродавал их с огромной прибылью, часть которой отдавал «спонсору».

Переломным в истории нэпа и государства стал 1925 г. — год завершения восстановительного процесса в области промышленности. Осенью 1926 г. XV Всесоюзная партийная конференция, подводя итоги восстановления народного хозяйства, заявила о необходимости перехода к структурной перестройке хозяйства.

Относительно быстрое восстановление экономики и первые успехи нэпа во многом были обусловлены резким сокращением военных расходов, которые в 1925 г. составили 50% расходов Наркомата путей сообщения. Численность вооруженных сил была доведена до минимума — с 5,3 млн. до 600 тыс человек. Судьба нэпа и страны была в зависимости от

международного положения СССР и военной политики государства, которое находилось в «капиталистическом окружении» , постоянном ожидании нового военного нашествия. Ослабление обороноспособности, которую Ленин рассматривал в качестве «зеницы ока» партии и правительства, было вынужденным и непродолжительным фактором внутренней и внешней политики СССР. Возрастание военной угрозы в конце 20-х годов привело к свертыванию нэпа вначале в сельском хозяйстве, затем, на рубеже 20-х — 30-х годов, в промышленности, а к середине 30-х и в торговле.

В условиях рыночной экономики продовольственное снабжение армии и растущих городов гарантировалось при соблюдении двух главных условий — ориентированности промышленности на потребности деревни и доступности промпродукции для крестьянства. Нарушение этих условий вызвало два крупных кризиса нэпа — 1923 г. и 1927/28 гг. Первый вошел в историю как « кризис сбыта», второй — как «кризис хлебозаготовок».

Кризис сбыта. В 1923 г. промышленность в значительной степени перестроилась на нужды деревни. Однако желание получить максимальную прибыль в условиях хозрасчета толкало работников ВСНХ, руководителей трестов и синдикатов до предела поднять цену на «свой» товар. Цены на промтовары выросли более чем в три раза по отношению к сельскохозяйственным. «Ножницы» цен достигли максимальной величины к октябрю 1923 г. Относительно низкая покупательная способность крестьян привела к затовариванию складов не только сельскохозяйственными машинами, но и самыми простыми и самыми необходимыми средствами сельхозпроизводства: косами, боронами, плугами и т.п. «Кризис сбыта» промпродукции отразился на хлебозаготовках. Государство было вынуждено вмешаться в процесс ценообразования, административным путем снизить цены на промышленные товары, повысить закупочные цены на сельскохозяйственные товары и организовать дешевый кредит для крестьянства. Это обеспечило растущий спрос деревни. Почти весь запас сельхозмашин и инвентаря был быстро распродан, хлебопоставки не были сорваны. Кризис был преодолен.

После восстановления народного хозяйства руководство страны взяло курс на перестройку экономики через преимущественное развитие тяжелой промышленности, прежде всего машиностроения. Только он позволял вывести страну в разряд промышленно развитых и обороноспособных стран. Промышленность стала ориентироваться прежде всего на свои, а ие на деревенские потребности. Нужды деревни были отодвинуты на второй план.

Индустриализация потребовала увеличить хлебный экспорт для закупки машин и оборудования. Это усилило неэквивалентный обмен между городом и деревней. В этих условиях не половина, как в начале 20-х гг., а 3/4 тяжести госбюджета легло на плечи крестьянства. Экономисты подсчитали, что в 1926/27 сельскохозяйственном году крестьянство недополучило при обмене своих продуктов на промышленные товары сумму в 645 млн. довоенных (не червонных) рублей. Это дало основание сторонникам мелкотоварного производства утверждать, что крестьянство больше потеряло, чем приобрело благодаря Октябрьской революции. В условиях однопартийной системы вывод был не столько смел, сколько опасен.

Кризис хлебозаготовок. Политика «дать деревне меньше — взять у нее больше» в рыночных условиях была трудновыполнима. Положение резко ухудшилось в 1927 г., когда пошли разговоры о близкой войне с Англией, разорвавшей дипломатические отношения с СССР. Начатые советским руководством, они самым неожиданным образом ударили по продовольственному снабжению городов. Возник ажиотажный спрос на стратегические товары, прежде всего на хлеб. Он резко взвинтил рыночные цены. Они почти в 5 раз превысили государственные закупочные цены. Крестьяне требовали не менее чем втрое повысить последние, фактически бойкотируя хлебозаготовки. План хлебозаготовок 1927 г. был провален.

Возник острый продовольственный кризис, который заставил государство, с одной стороны, ввести карточную систему снабжения в городах, с другой — усилить административный нажим на деревню. Недовольство крестьян го-дарственной политикой цен Сталин в 1928 г. истолковал

как саботаж, как «хлебную стачку»бы наносят удар в спину пролетарскому государеву, время как внешний враг готовится к новой войне.

В1928-29 гг. власти перешли к чрезвычайным методам хлебозаготовок по примеру продотрядов времен граждане-кой войны. Для их проведения в деревню было послано 30 тысяч коммунистов, уполномоченных принимать чрезвычайные меры к саботажникам-кулакам. Закрывали рынки и базары, проводили обыски по крестьянским дворам. Кре-стьян заставляли сдавать хлеб в счет государственного займа индустриализации (введен в 1926 г.), в счет будущего года, настаивали на самообложении и обязательной сверхплановой продаже хлеба. Тех, кто отказывался сдавать хлеб, привлекали к суду по ст. 107 УК РСФСР и соответствующим статьям союзных республик «за спекуляцию». Суды автоматически выносили решения о конфискации как товарных излишков, так и запасов, необходимых для потребления и производства. Изымали инвентарь. Крестьян, осуждавших насилие, подвергали тюремному заключению по ст. 58-10 — антисоветская агитация. А ведь еще в декабре 1927 г. на XV съезде ВКП(б) В. М. Молотов говорил, что тот, кто предлагает политику насильственного изъятия хлеба, тот враг рабочих и крестьян. И Сталин подтверждал: «Правильно!».

Летом 1928 г. государство ослабило нажим, частично пошло на экономическое стимулирование. Чрезвычайные меры были отменены, закупочные цены повышены на 15-20%. Это было сделано по настоянию Н. И. Бухарина, который считал, что ставка на насилие приведет к голоду. Принудительные заготовки хлеба, проведенные по настоянию Сталина в первой половине 1928 г., Бухарин назвал военно-феодальной эксплуатацией крестьянства, а Рыков — попыткой превратить деревню «в дойную корову индустриализации» . Н. И. Бухарин, А. И. Рыков, М. П. Томский причину кризиса хлебозаготовок видели в ошибках планирования, предлагали выйти из него путем корректировки ценовой политики, временных закупок хлеба за рубежом, частичч ного сокращения капиталовложений в металлургию и маши- \ ностроение, т.е. в снижении темпов индустриализации

Несмотря на уступки крестьянству, осенью 1928 г. за-готовки хлеба вновь оказались под угрозой. Крестьяне уже яе верили государству. Зажиточные хозяева сокращали посевы, «самоликвидировались», середняки не хотели расширять производство, т.к. боялись попасть в разряд кулаков. К кулакам правительство стало причислять не только крестьян, эксплуатирующих наемный труд батраков, но и хозяйства с годовым доходом в 1500 руб.

Опираясь на большинство в Политбюро ЦК, Сталин аШОвь дал директиву на места применить жесткие административные меры к богатым крестьянам. Однако применять их стали и к середнякам. Молодой донской писатель М.А.Шолохов летом 1929г. писал своим московским издателям: «Жмут на кулака, а середняк уже раздавлен». С 1929 г. чрезвычайные меры стали системой. С нэпом в деревне было покончено, что и закрепила сплошная коллективизация.

В промышленности стали сворачивать аренду, хозрасчет, переходить к госзаказу, централизованному управлению. Договорная система была практически ликвидирована. Если в 1929 г. по хоздоговорам производилось более 4/5 промышленной продукции, то в 1930 г. — лишь 5%.

Страна вступила в эпоху «большого скачка». Советская история 20-х годов непредусмотренным образом подтвердила слова Ленина о том, что нэп вводится «всерьез и надолго... но не навсегда», сказанные им в декабре 1921 г. на IX Всероссийском съезде Советов. В партийно-государственном руководстве победу одержали сторонники позиции «не навсегда».

<< | >>
Источник: Терещенко Ю.Я.. История России XX-XXI вв. — М. Филологическое общество «СЛОВО»; Ростов н/Д: Издательство «Феникс». — 448 с.. 2004

Еще по теме 3. Судьба нэпа:

  1. Значение нэпа
  2. Оценка нэпа
  3. Истоки нэпа
  4. 1.Сущность и уроки НЭПа
  5. І.Сущность и уроки НЭПа
  6. Кризис нэпа
  7. Сущность нэпа
  8. Результаты НЭПа.
  9. Слом нэпа
  10. 1. Сущность и содержание НЭПа
  11. Политическая система в годы НЭПа
  12. § I. В годы нэпа
  13. Предпосылки свертывания НЭПа.
  14. Введение НЭПа. Сущность новой экономической политики большевиков.
  15. ГЛАВА 4РОССИЯ В ПЕРИОД НЭПа (1921-1928 гг.)
  16. 3. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В 1920-Е ГОДЫ И "СУМЕРКИ НЭПА"
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -