<<
>>

22.3. Консолидация демократии

В последнее десятилетие в современной политической науке была введена в оборот новая категория – консолидация демократии. Ее минималистское определение подразумевает необратимость установившихся демократических политических структур, когда определенность процедур ведет к значительному ограничению «неопределенности результатов», т.е. когда недемократические результаты практически исключены.

При всей неопределенности результатов демократия призвана гарантировать определенность или предсказуемость демократических процедур.

В этом заключается главное содержание той специфической черты современной развитой демократии, которую исследователи и определяют как консолидированность. Суть ее состоит в добровольном принятии всеми ключевыми участниками политического процесса демократических институтов и процедур как единственно правильных и всеобще приемлемых. Как отмечает А. Ю. Мельвиль, «консолидированная демократия – это именно такая, при которой никто не обладает правом “вето” на какой бы то ни было результат открытого и соревновательного демократического процесса» [202] . Именно неопределенность результатов демократического процесса при определенности его процедур объясняет то обстоятельство, что в реальной политической жизни мы сталкиваемся с различными типами и формами демократии и целым спектром разных политических систем и режимов, которые располагаются между демократией и авторитаризмом.

Консолидацию демократии, по мнению Ф. Шмиттера, «можно определить как процесс, когда эпизодические соглашения, половинчатые нормы и случайные решения периода перехода от авторитаризма трансформируются в отношения сотрудничества и конкуренции, прочно усвоенные, постоянно действующие и добровольно принимаемые теми лицами и коллективами (т.е. политиками и гражданами), которые участвуют в демократическом управлении» [203] .

Консолидация демократии совпадает с выделенной Д. Растоу стадией привыкания. При этом в литературе нередко разграничиваются стадии перехода к демократии (democratic transition) и демократической консолидации (democratic consolidation). Однако на эмпирическом страновом уровне зачастую сложно определить, когда заканчивается фаза демократического перехода и начинается процесс консолидации.

Исход этой фазы в значительной степени зависит, во#x2011;первых, от результатов экономических реформ, которые в общественном сознании значительной части населения ассоциируются с демократизацией политического режима, хотя непосредственная взаимосвязь экономических и политических преобразований вовсе не обязательна.

Как отмечает французский исследователь Ги Эрме, «в связи с крахом иллюзий о демократии как благополучном пути во всех отношениях, современная доктрина гласит, что “демократизация” сопровождается бедностью, принимая это как непреложную данность для большей части земного шара. Отсюда вытекает, во#x2011;первых, верная мысль, согласно которой демократические устремления обретают настоящую силу только тогда, когда проведен достаточно четкий водораздел между правомерным желанием иметь менее склонное к произволу правительство и другим явлением, вполне понятным, но иного порядка: острым нетерпением изголодавшихся людей выйти из длинного туннеля нищеты, как только на горизонте появляется просвет нового режима». [204] Итак, невозможность молодых и еще не устоявшихся демократических режимов удовлетворить экономические интересы бедствующих слоев населения нередко создает угрозу всему процессу демократизации.

Во#x2011;вторых, исход демократизации не в меньшей, а, может быть, даже в большей степени, чем экономические реформы, зависит от изменений в политической культуре большинства граждан общества или, по крайней мере, его наиболее активной части. Как отмечает тот же Ги Эрме, «демократия – это культура в большей степени, чем система институтов… Суть идеи в том, что демократия основывается на медленном приобретении терпимости и сознания своих пределов: ведь демократическое правительство не может решить всех вопросов и ценно скорее своей природой, чем результатами деятельности, которые необязательно оказываются во всех отношениях лучше, чем при нелиберальном правлении» [205] .

В рамках «фазы привыкания» к демократическим процедурам и значительная часть политической элиты, и большинство рядовых граждан общества постепенно проникаются такой ценностью, как политическая конкуренция, которая гарантирует каждому свободу выбора, политический плюрализм, свободу слова, свободу передвижения и т.д.

«Новый политический режим,– отмечал по данному поводу Д. Растоу,– есть новый рецепт осуществления совместного рывка в неизвестное. И поскольку одной из характерных черт демократии является практика многосторонних обсуждений, именно этой системе присущи методы проб и ошибок, обучение на собственном опыте. Первый великий компромисс, посредством которого устанавливается демократия, если он вообще оказывается жизнеспособным, сам по себе является свидетельством эффективности принципов примирения и взаимных уступок. Поэтому первый же успех способен побудить борющиеся политические силы и их лидеров передать на решение демократическими методами и другие важнейшие вопросы» [206] .

Этот вывод автора, сформулированный на материале главным образом первой волны демократизации, подтвердил и опыт государств, переживших третью волну, где демократическое развитие практически приобрело необратимый характер, например в Испании и Португалии.

Анализируя исследования о консолидации демократии в период с 1980 по 1990#x2011;е гг., Л. В. Сморгунов выделяет следующие аспекты:

•во#x2011;первых, процесс консолидации демократии предполагает институционализацию новых форм и структур с использованием элементов традиционной культуры;

•во#x2011;вторых, консолидация демократии невозможна без соответствующей реформы административных государственных структур, так как вступает в противоречие не только с авторитарным стилем государственного управления, но и с рационализированной правовыми нормами бюрократией;

•в#x2011;третьих, консолидация демократии может осуществляться не только на базе либеральной модели, но и на основе сочетания разнообразных форм и моделей;

•в#x2011;четвертых, консолидация демократии предполагает выражение интересов не только через политические партии, но и через спонтанно возникающие движения, в том числе корпоративистские, местное самоуправление и т.д.;

•в#x2011;пятых, консолидация демократии предполагает включение демократизирующихся стран в международные сообщества как равных партнеров [207] .

<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Введение в политическую теорию для бакалавров. Стандарт третьего поколения: учебное пособие. 2010

Еще по теме 22.3. Консолидация демократии:

  1. От консолидации к зрелой демократии
  2. КОНСОЛИДАЦИЯ ДЕМОКРАТИИ В ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ СОЦИАЛИСТОВ (1982-1996)
  3. Консолидация поборников социализма
  4. Уроки 9—10. Зарождение демократического движения. Демократия в Америке. Борьба за демократию во Франции и в Великобритании
  5. Демократия для народа — марксистская демократия
  6. Демократия для защиты — охранительная демократия
  7. Заключение. Почему современные теории демократии не замечают демократию
  8. Демократия для саморазвития — развивающая демократия
  9. «Незавершенность этнической консолидации»
  10. Консолидация прогрессистского движения