<<
>>

Развитие взглядов на характер войны


Выявление возможного характера будущей войны всегда являлось да и сегодня является самой сложной и важной задачей военной стратегии. Только на основе правильного научного прогноза ее вероятного возникновения, а тем более хода и исхода политическое и военное руководство СССР могло целесообразно решать вопросы строительства Вооруженных Сил, стратегического планирования, подготовки страны к обороне.

Великая Отечественная война явилась убедительным примером влияния довоенных оценок относительно характера надвигавшейся трагедии на те крупные стратегические просчеты, которые советское руководство допустило в подготовке государства и Вооруженных Сил к войне, особенно к ее начальному периоду.
В условиях возможного применения ракетно-ядерного оружия определение характера войны приобрело еще большее значение, причем задача эта неимоверно усложнилась. И не только потому, что не было опыта в практическом использовании ядерного оружия на поле боя, а вторичные последствия его массированного применения не поддавались сколько-нибудь достоверному анализу, но и потому, что возникли принципиально новые политические, стратегические и военно-технические обстоятельства, с которыми никто и никогда не сталкивался ранее. Пришлось учитывать радикально изменившуюся расстановку военно-политических сил, резкое расширение возможных военных угроз, изменение их характера, но не в последнюю очередь и то, что главный противник находится не вблизи границ Советского Союза, а за океаном, даже на другом континенте. При таком раскладе большинство прежних представлений о политическом и стратегическом облике войны утрачивало свою силу. Требовалось не просто пересмотреть уже сложившиеся взгляды на войну и способы ее ведения, но и найти принципиально иные критерии ее оценки. Все осложнялось и тем, что военно-политическая и стратегическая обстановка в мире, средства ведения вооруженной борьбы постоянно и очень резко менялись. Поэтому почти каждые 3—5 лет, а иногда и чаще приходилось уточнять прежние оценки и выводы, пересматривать теоретические прогнозы, оценки возможного хода и исхода войны, все стратегические концепции.
Правда, более устойчивыми оказались выводы относительно возможного политического характера войны, хотя и они корректировались, особенно после обострения отношений с Китаем. Исходя из новой расстановки военно-политических сил, образования двух мировых систем, развивавшихся в диаметрально противоположных направлениях, а также учитывая основные противоречия эпохи, в СССР считали, что по своему социально-политическому содержанию возможны, а то и неизбежны войны различных типов: между двумя социально-общественными системами; между отдельными капиталистическими и социалистическими государствами; между империалистическими странами и народами, ведущими национально-освободительную войну. Допускалась также мысль о войнах между различными капиталистическими государствами, не говоря уже о гражданских войнах между антагонистическими классами в капиталистических государствах. Сложилось мнение, что возможно воз
никновение мировой и локальных войн. Война с участием Советского Союза однозначно рассматривалась как мировая война двух общественных систем. Лишь с середины 60-х годов стала признаваться возможность вовлечения СССР в локальные войны различной интенсивности.
Многие были убеждены, что рано или поздно столкновение социалистического лагеря с капиталистическим миром приведет к мировой глобальной войне. Считалось, что если агрессор навяжет такую войну Советскому Союзу и другим социалистическим государствам, то это явится величайшим испытанием всех военных, экономических и моральных сил народов. При этом блоку империалистических держав и поддерживающих или совместно выступающих с ним государств будет противопоставлен союз стран социалистического Содружества, основу которого составит организация Варшавского договора.
Со стороны СССР и его союзников подобная война рассматривалась как общенародная и справедливая. Как представлялось советскому руководству, народ и Вооруженные Силы совместно с армиями союзных стран будут защищать свое социалистическое Отечество, отстаивать независимость, территориальную целостность, безопасность советского государства и других братских социалистических стран, выполняя интернациональный долг. А развязанная агрессором война квалифицировалась им как война империалистическая, захватническая, а потому несправедливая и антинародная. Предполагалось, что в ходе ее «империалистические государства будут стремиться нанести поражение СССР, ликвидировать общественно-политический строй государств социалистического Содружества и реставрировать в них капитализм»22. В 50-х — 60-х годах утвердилось мнение, что война окажется абсолютно бескомпромиссной, ибо стороны будут преследовать в ней самые решительные классовые цели и стремиться достигнуть их любой ценой.
При этом подчеркивалось, что СССР и другие социалистические страны располагают многими важными преимуществами, обусловленными «прогрессивным характером социалистического общественного строя, большой мобилизующей силой идей коммунистического строительства, выгодным географическим положением, наличием обширной, компактно занимаемой территории, возможностью быстрой мобилизации всех сил на ведение войны». Они могут «рассчитывать на активную поддержку со стороны колониальных и зависимых стран, ведущих мужественную борьбу против империализма и колониализма, а также на поддержку народов капиталистических государств, кровно заинтересованных в сохранении мира». Исходя из этого и на основе оценки соотношения сил следовал вывод, что социалистический лагерь имеет все необходимое для успешного отражения нападения любого агрессора, его разгрома и достижения полной победы и что при любых условиях будущая мировая война закончится полным поражением империалистических государств — зачинщиков войны. Империализм как система будет похоронен23.
Однако в 60-х, но особенно с начала 70-х годов, эти оценки утратили былую категоричность. Уже на XXI съезде КПСС был сделан вывод, что «мировая война не является фатально неизбежной, что еще до полной победы социализма на земле при сохранении капитализма в части мира возникает реальная возможность исключить войну из жизни общества, что, независимо от социального устройства государств, народы должны жить в мире, что спорные вопросы, возникающие между государствами, должны решаться мирным путем, а не путем войны»24. Такой вывод обосновывался тем, что «дальнейшие успехи в строительстве коммунистического общества окажут глубокое влияние на всю международную обстановку, приведут к упрочению сил мира и ослаблению сил войны, вызовут огромные изменения не только в нашей стране, но и во всем мире, произойдут решающие сдвиги в области экономики на мировой арене в пользу социализма»25.

С 1970 г. теоретически допускалась возможность преднамеренного ограничения масштабов используемых в войне средств борьбы. Был даже снят тезис «о неминуемой гибели империализма в войне». А в дальнейшем (с середины 80-х годов) было выдвинуто положение о невозможности достижения победы в ядерной войне.
В связи с наличием двух противоположных мировых общественных систем и крупных военно-политических союзов, а также из-за переплетения интересов многих государств было принято считать, что мировая война неизбежно приобретет коалиционный, блоковый характер. Она потребует объединения усилий и ресурсов всех союзных стран, четкой координации военных и иных действий с распределением военно-политических и стратегических задач, а иногда и районов ведения военных действий. Имелось в виду, что агрессивную коалицию будут представлять крупнейшие империалистические державы, к которым добровольно, а то и по принуждению присоединятся остальные страны капиталистического мира. Основу этой коалиции составят государства — участники НАТО во главе с США, располагающие крупными боеготовыми группировками вооруженных сил, объединенных общим руководством уже в мирное время. Не исключалось, что накануне войны отдельные государства выйдут из империалистической коалиции. Но эта коалиция может увеличиться за счет присоединения ранее нейтральных капиталистических стран или других государств, преследующих антисоциалистические цели.
Противоположную коалицию составят государства социалистического Содружества во главе с Советским Союзом. Эту коалицию будет отличать полное единство целей в войне, «обусловленное единством политики стоящих во главе государств коммунистических и рабочих партий, единой марксистско-ленинской идеологией, общностью общественного и экономического уклада». В соответствии с идеологическими установками не исключалось, что к системе социалистических государств, объединенных Варшавским договором, могут присоединиться и другие страны, сохраняющие в мирное время нейтралитет и не входящие ни в какие военнополитические союзы.
Реальное развитие событий заставило внести определенные коррективы в такую упрощенную схему. Пришлось признать, что на каждой стороне в войне могут принять участие и государства, преследующие собственные национальные цели. А в качестве враждебной СССР силы возможно выступление не только различных империалистических блоков и союзов, возглавляемых США, но и Китая, проводившего тогда антисоветскую политику. Это, по мнению идеологов, значительно осложнит политическое содержание войны, придаст ей еще более противоречивые черты.
Что касается взглядов на стратегический характер будущей войны, то они многократно подвергались коренному пересмотру, а порой и радикальной ломке. Решительным образом менялись все представления о ее возможном стратегическом облике, характерных особенностях и чертах, формах и способах вооруженной борьбы, временных и пространственных параметрах военных действий.
Вначале теоретические взгляды на характер будущей войны мало чем отличались от представлений, сложившихся в конце второй мировой войны. Вместе с тем не вызывало никакого сомнения, что она будет характеризоваться еще большей решительностью целей, дальнейшим расширением размаха военных действий, их огромной маневренностью. Отмечалось, что такая война будет вестись одновременно на нескольких театрах военных действий, а потому потребует большей гибкости в организации и ведении вооруженной борьбы. Вот почему для достижения ее целей нужно будет провести систему крупных стратегических операций с участием всех видов Вооруженных Сил. При этом решающую роль будут играть Сухопутные войска, составляющие основу Вооруженных Сил СССР. Разгром противника предполагалось осуществлять главным образом на континентальном ТВД. Одновременно
принималось во внимание возросшее значение Военно-воздушных сил и Военно- морского флота, возможность развертывания и ведения крупномасштабных операций в воздушном пространстве и на морских театрах военных действий.
Признавались также огромные поражающие возможности атомного оружия, но его решающее влияние на войну, по существу, отрицалось. Почти все проблемы, связанные с применением этого оружия, как в теоретических разработках, так и в официальных руководствах обходились молчанием.
Со второй половины 50-х годов взгляды на характер возможной войны радикально изменились. Пришли к выводу, что будущая мировая война — это прежде всего ракетно-ядерная война. Основу ее ведения составит массовое применение ядерных ракет всеми видами Вооруженных Сил. Использование этого оружия «закономерно приведет к существенным изменениям в военно-стратегических целях сторон, вызовет коренную ломку способов ведения войны и военных действий»26.
В силу этого мировой ядерной войне будут присущи качественно новые черты: бескомпромиссность политических и предельная решительность военных целей противоборствующих сторон; неограниченное использование всех средств массового поражения, прежде всего стратегического ядерного оружия, катастрофические последствия его применения не только для воюющих сторон, но и для государств, не участвующих в войне; возможность разрушения и уничтожения в кратчайшие сроки важнейших административно-политических центров и городов, основных экономических районов; нанесение уже в первых ударах массового невосполнимого урона населению и Вооруженным Силам; прогрессирующее нарастание потерь в результате поражающего воздействия вторичных факторов — радиоактивного, химического и биологического (бактериологического) заражения обширных территорий, атмосферы, акваторий морей и океанов, а также необратимые экологические изменения природной среды; невозможность продолжения организованных военных действий в обычных, а иногда и в любых других формах.
Исходя из этого, делался вывод о необходимости обеспечения высочайшей боеготовности Вооруженных Сил. Подчеркивалась резко возрастающая роль экономического, политического и морально-психологического факторов в войне. С полным основанием считалось, что потенциальные возможности экономики воюющих государств могут оказать решающее влияние на развитие и конечные результаты войны, поскольку от состояния и уровня развития промышленности, сельского хозяйства и транспорта во многом зависят способность государства выдержать неимоверное напряжение войны, производство необходимых средств борьбы, обеспечение ими Вооруженных Сил и восполнение их огромных потерь.
Отмечалось, что главным средством ведения войны, решения основных стратегических и оперативных задач станет ядерное оружие, прежде всего ракеты с ядерны- ми зарядами. Что же касается средств обычного назначения Сухопутных войск, Во- енно-воздушных сил и Военно-морского флота, то их главная задача будет состоять в использовании результатов ядерного поражения для окончательного разгрома противника. Правда, какое-то время отдельные военные теоретики и особенно военные практики продолжали придерживаться другой точки зрения, считая, что целесообразнее ядерному оружию отвести вспомогательную роль как обеспечивающего средства всех видов Вооруженных Сил, главным образом Сухопутных войск.
Но эта позиция была резко раскритикована на том основании, что только в ядерном оружии концентрируется главная мощь Вооруженных Сил и что по своим возможностям оно далеко выходит за рамки обеспечения боевых действий войск. Более того, массированное его применение позволит в короткий срок уничтожить не только средства ведения войны противника, но и стереть с лица земли целые го
сударства. А это придаст всей войне невиданно разрушительный и истребительный характер.
Считалось, что способы воздействия на противника, формы и методы вооруженной борьбы будут в принципе отличаться от всех войн прошлого. Определяющим способом ведения войны станут массированные ракетно-ядерные удары, а главными объектами этих ударов явятся стратегические средства вооруженной борьбы, промышленные и административные центры, важнейшие звенья государственного и военного управления, группировки вооруженных сил, развернутые на театрах военных действий. Уже после первых таких ударов практически одномоментно может быть выведена из войны страна с небольшой территорией, а в крупных государствах уничтожена большая часть жизненно важных административно-политических и промышленных центров, что решающим образом подорвет их способность к ведению войны.
Особое значение придавалось использованию всей мощи Вооруженных Сил, особенно ядерного оружия, с той целью, чтобы с первых же минут войны добиться решающих результатов, причем еще до того, как будут уничтожены свои основные ядерные средства и важнейшие элементы военно-экономического потенциала. В «Наставлении по ведению операций», вышедшем в 1963 г., подчеркивалось, что всякое промедление в развертывании таких действий, а тем более ориентированное на пассивную оборону — смерти подобно.
Предполагалось, что одновременно с действиями стратегических ядерных сил немедленно начнутся крупные наступательные операции на континентальных театрах. Их главные особенности — массированное применение ядерного оружия на всю глубину расположения противника, высокоманевренные боевые действия и их развитие по отдельным направлениям. Не исключалось, что применение новых средств борьбы приведет к устранению прежней линейности в построениях и действиях войск, к глубоким взаимным вклинениям сторон, развертыванию очаговых боевых действий в тылу, к частым и резким изменениям положения фронта. В то же время изменятся способы оперативного и стратегического маневра. При этом на смену маневру крупными соединениями и объединениями Сухопутных войск, как это было в минувшую войну, придет главным образом маневр ядерными ударами. Это позволит в короткие сроки переносить усилия на любое направление, словом, быстро изменять обстановку и тем самым обеспечивать успешные действия войск.
По-иному представлялись операции на морских и океанских театрах военных действий. Предполагалось, что столкновения между корабельными группировками военно-морских сил примут в основном форму обмена ракетными ударами на больших дальностях. Причем важнейшее значение приобретет не столько непосредственное уничтожение кораблей, сколько разрушение пунктов их базирования, а также поражение ударами с моря экономических объектов на побережье и в глубине территории врага.
В отличие от прежних взглядов считалось, что центр тяжести вооруженной борьбы будет перенесен из зоны непосредственного боевого соприкосновения сторон, как было принято в прошлых войнах, в глубину расположения противника, включая самые отдаленные районы. Правда, в дальнейшем этот вывод был несколько уточнен: наряду с ударами по удаленным объектам постепенно все большее внимание стало уделяться разгрому непосредственно противостоящих группировок врага.
По-новому оценивались пространственные и временные характеристики войны. Представлялось, что мировая ядерная война с самого начала приобретет глобальный размах. Это связывалось с предельной решительностью политических и военных целей сторон, с военно-географическим расположением двух ведущих стран, возглавлявших противостоящие друг другу военные коалиции, а главное — с огромной
дальнобойностью новых средств поражения, способных наносить мощные удары по самым отдаленным объектам. Предполагалось, что сразу же развернувшаяся в Европе и Азии война распространится на другие континенты, охватит все без исключения районы глубокого тыла воюющих государств.
Что же касается временных характеристик войны, оценки ее возможной продолжительности, то за послевоенные годы теоретические обоснования и официально признанные установки несколько раз менялись. Первоначально доминировало мнение, что ракетно-ядерная война будет скоротечной, буквально молниеносной. Такой блицкриговский подход оставался господствующим не только в 50-х, но и в начале 60-х годов.
Высшее военное руководство страны считало, что современные средства борьбы не только обеспечат в считанные часы уничтожение враждебных стран, но и позволят достичь победы над врагом в короткие сроки. Решающую роль при этом, по мнению С. С. Бирюзова, М. В. Захарова, К. С. Москаленко, В. Д. Соколовского и других военачальников, должен сыграть первый ядерный удар продолжительностью не более 30 минут.
С середины 60-х годов на этот счет делались уже более осмотрительные выводы. Так, в 1963 г. министр обороны маршал Р. Я. Малиновский на военно-научной конференции Вооруженных Сил СССР заявил, что длительно воевать — это значит воевать плохо, воевать с большими жертвами, неумело использовать новую технику, это удел отставших, и мы не хотим быть в их числе. Тем не менее, он подчеркивал, что наличие технических возможностей достижения целей войны в короткие сроки отнюдь не означает, что вся подготовка СССР и его Вооруженных Сил должна ориентироваться на легкую победу и в короткие сроки.
Весьма характерны в этом отношении и другие высказывания маршала Малиновского. Так, в своей работе «Бдительно стоять на страже мира» он отмечал: «Теперь никто не может отрицать возможности быстротечной войны прежде всего потому, что первые же внезапные ракетно-ядерные удары могут нанести невиданные разрушения, истребить огромное количество войск в местах их обычного расквартирования и уничтожить значительную часть населения крупных городов. Вместе с тем совершенно ясно, что в зависимости от условий возникновения войны вооруженная борьба не на жизнь, а на смерть не ограничится лишь ударами ядерного оружия. Она может затянуться, потребовать длительного и предельного напряжения всех сил армии и страны в целом»27.
Исходя из этой установки выдвигалось требование о тщательной и всесторонней подготовке Вооруженных Сил, экономики государства и его народа к серьезной и напряженной борьбе. С конца 60-х годов постоянно подчеркивалось: скоротечные войны могут вероятнее всего возникнуть в том случае, если одна из сторон будет иметь решающее военное превосходство и в полной мере использует при начале агрессии фактор внезапности. Однако и в этих условиях она по идее сможет принять затяжной характер, если не предусмотреть надлежащие меры для отражения агрессии. В 60-х годах по поводу данного положения высказывались еще определеннее. По-прежнему считалось, что ядерное оружие и другие быстродействующие средства вооруженной борьбы предопределяют возможность скоротечной войны. Однако в войне между крупными государствами даже при условии массовых потерь сохранится возможность продолжения борьбы. Вследствие этого делался вывод, что война коалиций, располагающих мощным военным и экономическим потенциалами, а также вооруженными силами с достаточно высокой степенью живучести и мобильности, не будет сводиться только к ударам стратегических ядерных сил. Скорее всего она выльется в довольно длительные действия с участием всех сохранивших
ся сил и средств. Поэтому нужно делать ставку на равную готовность противостоящих вооруженных сил как к скоротечной, так и к длительной мировой войне.
Наконец, в 80-х годах произошел еще один крутой поворот во взглядах на продолжительность такой войны. Был сделан вывод, что в войне двух мощных военных коалиций, обладающих многомиллионными вооруженными силами, крупными людскими ресурсами, огромными экономическими и военными возможностями, обширными территориями, а также способностью многократно восстанавливать свой военный потенциал, вряд ли вообще возможно одержать быструю победу. Вот почему возобладала идея готовиться прежде всего к длительной, затяжной войне.
Следовательно, в историческом плане прослеживаются по крайней мере три поочередно сменявших друг друга взгляда на характер будущей мировой войны. В 50-х — 60-х годах признавалась возможность ее ведения от начала и до конца только в форме неограниченной ракетно-ядерной войны. В 70-х годах она рассматривалась главным образом как поэтапная, с постепенным переходом к применению все более разрушительных средств вооруженной борьбы. Наконец, в 80-х годах была признана возможность двух видов мировой войны: ядерной и обычной, хотя вероятность первой все более ставилась под сомнение.
А как представляла теория стратегии характер и содержание этих трех вариантов войны?
В первые послевоенные годы военные теоретики рассматривали мировую неограниченную ядерную войну как обмен массированными ядерными ударами. Со временем схема ее ведения все более усложнялась. Прежде всего расширялись ожидаемые масштабы, пространственные и временные границы применения ракет и ядерного оружия, все большее значение придавалось согласованному с ними использованию обычных средств борьбы. Но, как и прежде, считалось, что основу вооруженной борьбы составят первые массированные ядерные удары, благодаря которым предполагалось решить главные задачи войны.
В официальных документах утверждалось, что вероятнее всего неограниченная ядерная война начнется внезапным ядерным нападением противника и, следовательно, его отражением со стороны СССР. Однако и теория, и практика стратегического планирования главным вариантом действий считали нанесение советскими Вооруженными Силами упреждающего ракетно-ядерного удара по агрессору.
Подобный вариант обусловливался не только непредсказуемо тяжелыми последствиями первого внезапного ядерного удара США, но и тем, что к иному способу действий ядерные силы СССР просто не были готовы. К этому времени группировку советских ракет как основного средства доставки ядерных боеприпасов к цели ограничивало небольшое количество наземных незащищенных стартов, да и на подготовку их к применению требовались многие часы. К тому же Советский Союз значительно уступал США И НАТО в авиации
Лишь по мере развития ракетно-ядерного оружия стратегического и оперативного назначения, когда в СССР к 70-м — 80-м годам были созданы полноценные стратегические ядерные силы, стали разрабатываться другие варианты ввода его в действие, прежде всего путем нанесения встречных или ответных ударов.
До этого война представлялась в форме проведения ракетных, воздушных и противовоздушных операций различного масштаба, а главными из них считались ракетные операции, которым отводилась ведущая роль в системе всех других операций. Предполагалось, что с помощью их удастся нанести решающее поражение противнику и обеспечить срыв его ракетно-ядерных ударов. Исходя из такого подхода определялись задачи подобных операций: уничтожение авиации и ракет противника, максимальное снижение возможностей агрессора в применении ядерного оружия по Вооруженным Силам и объектам тыла Советского Союза. Одновременно с ними
должны были решаться задачи по дезорганизации тыла, подрыву военно-экономи- ческого потенциала, подавлению воли неприятеля к сопротивлению.
Одновременно намечалась серия воздушных операций на театрах военных действий с целью уничтожения важнейших группировок противника. В результате их проведения предполагалось захватить стратегическую инициативу. Так как аналогичные действия ожидались и со стороны противника, то им противопоставлялись противовоздушные операции с участием ВВС, Войск ПВО территории страны и войсковой противовоздушной обороны. Большая роль отводилась мерам противоатомной, противохимической и противобактериологической защиты.
В конце 60-х годов стратегические цели войны предусматривалось реализовать тремя путями: нанесением ядерных ударов по административно-политическим и научнопромышленным центрам, а также стратегическим средствам ведения войны, важнейшим группировкам войск и объектам глубокого тыла стран вражеской коалиции; активной противовоздушной и противоракетной обороной своей страны и группировок Вооруженных Сил; ведением операций с решительными целями на сухопутных и морских театрах.
Предполагалось, что ядерные удары Ракетных войск стратегического назначения, соединений дальней авиации и атомных подводных лодок по жизненно важным объектам тыла, базам МБР и аэродромам стратегической авиации противника позволят в короткое время полностью дезорганизовать его тыл, систему государственного управления и экономику, а кроме того, уничтожить стратегические средства ведения войны, а также значительно ослабить группировки сухопутных войск и силы флота в глубине театров военных действий. В результате будет подорвана военная мощь вражеских государств и созданы благоприятные условия для последующего ведения военных действий всеми видами Вооруженных Сил.
В 70-х годах сложилась новая, более завершенная схема неограниченной ядерной войны. Считалось, что основу ее составят действия стратегических ядерных сил, стратегические операции на континентальных и океанских ТВД, стратегические действия Войск ПВО страны по отражению воздушно-космического нападения противника, а также воздушные операции по разгрому его авиационных и ракетно-ядерных группировок,
В качестве главной и определяющей формы стратегических действий Вооруженных Сил рассматривались действия стратегических ядерных сил. Они-то и будут включать первый ядерный удар, причем самый мощный, с последующими ударами по заранее намеченным и вновь выявленным объектам. Продолжительность действий оценивалась в несколько суток.
Полагали, что одновременно с применением стратегических ядерных сил на главных воздушно-ракетных направлениях Войска ПВО страны начнут отражать воз- душно-космическое нападение противника, а в их действиях примут участие все средства противосамолетной, противоракетной и противокосмической обороны.
Не приходилось сомневаться, что в результате таких действий обе стороны понесут огромные потери, сопровождающиеся разрушением важнейших военно-эконо- мических и административно-политических центров, нарушением системы государственного и военного управления, работы транспорта и тыла. На огромных территориях возникнут обширные зоны радиоактивного заражения, разрушения, завалы, пожары. В течение продолжительного времени дальнейшие действия на многих направлениях будут невозможными, а в ряде случаев необходимость в них вообще отпадет. Войска приступят к ликвидации последствий ядерных ударов и восстановлению боеспособности группировок Вооруженных Сил.

Однако, несмотря на сложность обстановки, вслед за ядерными ударами немедленно или спустя какое-то время могут развернуться решительные операции, причем сначала в форме ядерных ударов, а затем в действие вступят сухопутные войска, авиация и силы флота с целью завершить разгром противника и добиться его капитуляции.
Теория поэтапной ядерной войны начала складываться в первой половине 70-х годов Возможный характер такой войны был всесторонне исследован и проанализирован сначала в Генеральном штабе Вооруженных Сил СССР, затем на военнонаучных конференциях в Министерстве обороны (1972), потом видами Вооруженных Сил, в Военной академии Генерального штаба (1975) и наконец в военных округах, группах войск и на флотах.
С учетом обоюдной опасности неограниченного применения ядерного оружия и дальнейшего развития обычных средств борьбы сначала в США, а затем в Советском Союзе стали доминировать совсем иные взгляды: переход к неограниченному применению ядерного оружия может быть оправдан лишь в критической ситуации, а до ее возникновения необходимо принять все меры, чтобы удержать войну на возможно более низком уровне.
Из этой установки вытекало предположение, что в случае возникновения мировая война, развиваясь вероятнее всего поэтапно, будет включать несколько периодов: военные действия с применением обычного оружия; военные действия с ограниченным применением ядерного оружия; военные действия с неограниченным применением ядерного оружия; один или даже несколько периодов завершающих военных действий. В рамках каждого из них будут выполняться определенные стратегические задачи, применяться соответствующие используемым средствам борьбы военные действия. Не исключалось и то, что при определенных условиях те или иные периоды войны могут вообще отсутствовать, а иногда она может начаться сразу с неограниченного применения всех видов оружия.
Характеризуя сложившиеся в начале 80-х годов взгляды на возможное развитие такой войны, следует заметить, что они исходили из самых разнообразных вариантов. В качестве типовой схемы рассматривалась следующая модель.
Период военных действий может начаться с нанесения массированных огневых ударов обычного оружия с воздуха, суши и моря, которые противник постарается отразить. При этом будут одновременно вводиться в действие основные силы авиации, войска ПВО, силы боевой службы флотов, созданные заранее боеготовые группировки войск на границах. Вслед за этим начнется развертывание и ввод в сражение главных сил Сухопутных войск и флота. Продолжительность такого периода оценивалась по-разному: от нескольких часов до 3—7, 15—20 и даже 45 суток.
Вначале считалось, что в ходе этого периода будут выполняться отдельные стратегические задачи на континентальных и океанских (морских) ТВД, проводиться первые армейские, морские, а иногда и первые фронтовые операции, а также воздушные и противовоздушные операции. В середине 80-х годов не исключалась возможность того, что в ряде случаев и без применения ядерного оружия удастся завершить первые, а то и последующие стратегические операции на континентальных и океанских ТВД.
Важнейшая особенность этого периода в том, что, как представлялось, военные действия предстоит вести в условиях постоянной угрозы применения противником ядерного оружия. Последнее обстоятельство не только окажет серьезное влияние на оперативное построение и способы действий войск, на базирование авиации и флота, на выбор способов развертывания резервов, но и потребует постоянной готовности ядерных средств к немедленному нанесению ядерных ударов.

Не исключалось, что в критической обстановке противник перейдет к ограниченному применению ядерного оружия, стараясь нанести удары по группировкам войск и отдельным объектам на театрах военных действий.
А какова должна быть реакция Советского Союза на такие действия? В середине 70-х годов руководители государства однозначно заявляли, что в ответ на любое, даже ограниченное применение ядерного оружия СССР немедленно нанесет массированный удар с использованием всего своего ядерного потенциала. Такая установка обусловливалась тем, что в случае ограниченного применения ядерного оружия стороны окажутся в неравном положении: в то время как ядерным ударам будут подвергнуты многие объекты на территории Советского Союза и других государств Варшавского договора, территория США останется в целости и сохранности. Однако уже в конце 70-х годов признали целесообразным отвечать на действия противника соразмерным применением ядерных средств для нанесения адекватного ущерба.
Считалось, что данный период мировой войны будет по продолжительности коротким — от 3 до 5 суток. За это время может выборочно применяться небольшое количество тактических и оперативно-тактических ядерных средств по определенным группировкам войск и объектам в отдельных районах. При этом обе стороны продолжат начатые операции и боевые действия, но в более активных формах.
Не исключалось, что ввиду очевидности непредсказуемых угроз война завершится на стадии ограниченного применения ядерного оружия. Но более вероятной считалась другая перспектива: переход сторон к неограниченному применению всех средств вооруженной борьбы, в первую очередь стратегического ядерного оружия.
Период военных действий с неограниченным применением ядерного оружия рассматривался как главный и решающий период войны. Предполагалось, что он начнется с отражения ядерного нападения противника и нанесения по нему одновременных массированных ядерных ударов не только стратегическими силами, но и всем составом оперативно-тактических и тактических ядерных средств. Продолжительность этого периода определялась в пределах 5—7 суток. Имелось в виду, что основу военных действий будут составлять операции стратегических ядерных сил и стратегические операции по отражению воздушно-космического нападения противника. Одновременно могут продолжаться или только начаться стратегические операции на континентальных или океанских ТВД с нанесением массированных ударов оперативно-тактическим и тактическим ядерным оружием. После первых массированных ядерных ударов организованные боевые действия на суше, в воздухе и на море будут вести на некоторых изолированных направлениях (в районах, зонах) лишь сохранившие боеспособность группировки войск (сил). Главным же станут подготовка и нанесение последующих ядерных ударов, срыв и отражение ядерных ударов противника. Вместе с мероприятиями по восстановлению боеспособности Вооруженных Сил и подготовкой их к выполнению последующих задач будут проводиться спасательные и неотложные аварийно-восстановительные работы на территории страны.
В завершающем периоде военных действий, — а он начнется после израсходования сторонами основных запасов ядерного оружия, — предполагалось ввести ограничения по масштабам операции до достижения конечных стратегических целей войны. В это время как на ТВД, так и во внутренних районах страны возникнет чрезвычайно сложная обстановка: огромные территории подвергнутся опустошению, а все крупные города превратятся в развалины, обширнейшие районы, атмосфера и водные пространства будут иметь смертельные уровни радиации. Да и состав Вооруженных Сил сократится в сотни раз. Но и в таких условиях допускалась возможность продолжения войны. Правда, вооруженная борьба примет тогда совершенно иные формы. На первом ее этапе главной задачей станет восстановление боеспо
собности отдельных группировок Вооруженных Сил и особо важных элементов экономики страны; следующий этап — ведение ограниченных боевых действий силами отдельных отрядов с использованием обычных средств, на третьем, разумеется, после спада основных уровней радиации — проведение операций частично восстановленными группировками войск и сил флота.
Не исключалось, что при определенных условиях завершающие военные действия могут принять форму своеобразных, заново организованных фронтовых, армейских и флотских операций с постепенным наращиванием состава действующей армии за счет использования сохранившихся людских ресурсов, запасов оружия и техники, боеприпасов, горючего и других материальных средств, а также поступления их из народного хозяйства по мере восстановления военного производства. Целью таких действий могут быть овладение сохранившимися жизненно важными районами противника на ТВД и принуждение его к капитуляции.
В середине 80-х годов на смену теории поэтапной мировой войны пришла, как уже отмечалось, концепция равной вероятности мировой ядерной и мировой обычной войн. Проанализировав развитие ситуации, специалисты сделали вывод о том, что из-за катастрофических последствий для обеих сторон массированного применения ядерного оружия, а также из-за наличия высокоэффективных систем управления обычным оружием вероятнрсть мировой обычной войны все больше возрастает. Однако нельзя было исключить и опасность развязывания агрессором ядерной войны, в том числе путем внезапного ядерного нападения.
Вероятность такой войны ставилась в прямую зависимость от сохранения стратегического ядерного паритета, нанесения так называемых «разоружающих» и «обезглавливающих» ударов, а также от создания эффективных систем широкомасштабной противоракетной обороны с элементами космического базирования.
Ожидалось, что стратегический ядерный паритет может быть нарушен при условии, если одна из сторон добьется резкого отрыва в создании оружия на новых физических принципах. Но ввиду чрезвычайной сложности возникавших в этом плане проблем такая опасность до 2000 г. по существу исключалась. Вместе с тем накопленные к 80-м годам огромные ядерные потенциалы (свыше 40—50 тыс. зарядов у каждой стороны) потребовали заново переоценить непредсказуемые последствия их неограниченного применения. В расчет были приняты не только прямые результаты, возникающие после нанесения многих тысяч ядерных ударов, но и вероятность вторичных необратимых изменений в природной среде: возможность наступления так называемой «ядерной зимы» и «ядерной ночи». Проведенные исследования подтвердили, что в этом случае неизбежно погибнет все живое на планете. Более того, даже от одностороннего применения ядерного оружия будет уничтожен не только противник, но и тот, кто решится на ядерный удар. В итоге и в США, и в СССР пришли к выводу о невозможности войны с неограниченным применением всех имеющихся ядерных сил.
Советская военная стратегия пыталась найти выход из создавшегося положения по четырем направлениям: сокращение ядерных потенциалов до взаимно приемлемых предельно низких уровней; применение новых, строго контролируемых способов ведения ограниченной ядерной войны; нанесение силовых «разоружающих» ударов; развертывание широкомасштабных и высокоэффективных систем противоракетной обороны.
Примечательно, что все эти направления стали реализовываться с середины 80-х годов. Преднамеренное сокращение ядерных потенциалов нашло свое прояв
ление в заключении договоров об ограничении и сокращении стратегических.наступательных вооружений: сначала о СНВ в 1991 г., а затем о СНВ-2 в 1993 г. Принцип контролируемой ядерной войны воплотился в идею «разумной достаточности». Принцип «разоружающего» удара получил развитие в разработках так называемого Супер-ЭМИ оружия — особой разновидности ядерного оружия, основанного на использовании высотных взрывов термоядерных боеприпасов с направленным жестким электромагнитным излучением28, посредством которого за счет электромагнитного импульса огромной мощности предполагалось мгновенно вывести из строя все системы управления и привести в небоеготовое состояние большую часть управляемых систем оружия, в том числе стратегических ракет. В соответствии с этим же принципом предполагалось нанести упреждающий ядерный удар с применением высокоточных РГЧ по ракетным стартовым позициям врага.
Следует подчеркнуть, что опасность этого направления в СССР не была должным образом оценена. Более того, ввиду отказа от применения ядерного оружия первыми этот способ действий официально отрицался. Так, начальник Генерального штаба маршал Н. В. Огарков на пресс-конференции в Москве 5 декабря 1983 г. заявил: «Американское руководство во что бы то ни стало хочет придать своим стратегическим ядерным силам способность к нанесению так называемого «разоружающего» ядерного удара, т. е. такого удара, который лишил бы СССР возможности нанести по агрессору ответный ядерный удар.
Достижима ли такая цель? Ответ здесь однозначный — нет и еще раз нет. В современных условиях при наличии у сторон больших запасов ядерного оружия и разнообразных систем их базирования, при широко развитых, многократно дублированных системах управления это исключено. Возмездие во всех случаях последует неотвратимо. Поэтому делать ставку на такой ядерный удар могут только авантюристы и самоубийцы»29.
Большие опасения в Советском Союзе вызывала так называемая стратегическая оборонная инициатива (СОИ) американского президента Р. Рейгана. Совершенно справедливо ее оценили как попытку создать условия для безнаказанного нанесения первого массированного ядерного удара. В ответ на это в СССР развернулись исследования как аналогичного характера (по созданию широкомасштабной территориальной системы ПРО), так и по разработке эффективных средств и способов гарантированного преодоления ПРО потенциального противника.
Принципиально по-иному оценивался теперь и характер обычной войны. Считалось, что такая война может быть всеобщей или ограниченной. Всеобщая война может распространиться на целые континенты, а при определенных условиях она способна принять глобальный размах. Ограниченная обычная война будет носить локальный характер и вестись с использованием лишь части вооруженных сил. Причем в современных условиях и та, и другая разновидности войны будут отличаться широким применением высокоэффективного управляемого (высокоточного всесу- точного и всепогодного) оружия, новейших автоматизированных средств разведки и целеуказания, радиоэлектронной борьбы, особенно боевых и обслуживающих систем космического базирования. В ходе войны ударам подвергнутся атомные электростанции, объекты хранения и производства высокотоксичных веществ, что приведет к заражению огромных территорий. В короткие сроки на больших пространствах возникнет возможность поражения крупных группировок вооруженных сил. Словом, обычная война примет некоторые черты ограниченной ядерной войны.
С учетом этого были выработаны и начали осваиваться новые способы ведения всех видов стратегических, фронтовых, воздушных и противовоздушных, космических и противокосмических, океанских и морских операций с использованием новейших и перспективных видов обычного оружия. В наиболее полном виде эти

способы были апробированы и изучены в 1988 г. на стратегическом учении Вооруженных Сил в европейской части СССР, проведенном под руководством министра обороны СССР генерала армии Д. Т. Язова.
Таким образом, взгляды советской военной стратегии на характер будущей войны непрерывно изменялись, подвергаясь в отдельные периоды коренному пересмотру. На их основе вырабатывались положения для разработки конкретных проблем высшей области военного искусства, а именно: поддержания боевой готовности Вооруженных Сил, теории и практики их развертывания, взглядов на начальный период войны, совершенствования форм и способов военных действий Вооруженных Сил.
<< | >>
Источник: В. А. Золотарев. История военной стратегии России. 2000

Еще по теме Развитие взглядов на характер войны:

  1. I. Взгляды на характер будущей войны
  2. Развитие системы боевой готовности Вооруженных Сил, взглядов на их развертывание и на начальный период войны
  3. Стратегический характер войны
  4. Характер второй мировой войны
  5. 3. Начало Великой Отечественной войны, ее национально-освободительный характер.
  6. 1. Причины и характер первой мировой войны. Россия в системе международных отношений в предвоенные годы
  7. 2.10.1. А.Г. Франк и его взгляд на недоразвитость и развитость стран мира
  8. 2.1. Вера и разум в развитии взглядов на происхождение жизни в додарвиновский период
  9. 2.7. РАЗВИТИЕ ПЛЮРАЛЬНО-ЦИКЛИЧЕСКОГО ВЗГЛЯДА НА ИСТОРИЮ В ХХ ВЕКЕ
  10. ОБРАЗ СОЦИАЛИЗМА: РАЗВИТИЕ ВЗГЛЯДОВ ЛЕВОРАДИКАЛЬНЫХ ПОЛИТЭКОНОМОВ США
  11. ГЛАВА 2. РЕЛИГИОЗНО-ИДЕАЛИСТИЧЕСКИЕ И МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ НА РАЗВИТИЕ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ
  12. Циклический характер политико-правового развития в XX в.
  13. Главные направления развития военной стратегии во время войны
  14. § IV О том, что многочисленность лиц, одобряющих какой-нибудь взгляд, не есть знак истинности этого взгляда
  15. Стратегия строительства и развития Вооруженных Сил в ходе войны
  16. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ О ПРИРОДЕ СУЖДЕНИЯ И РАССУЖДЕНИЯ С ОБЩИМ ВЗГЛЯДОМ НА РАЗВИТИЕ ИНТЕЛЛЕКТА В СВЯЗИ С ГЛАВНЫМ ПРЕДМЕТОМ ЭТОГО ТРАКТАТА
  17. ХАРАКТЕР ИСТИННОГО ВОСПИТАНИЯ (в соответствии с культурным развитием второй половины XIX века).
  18. Последствия войны и новые тенденции в развитии общества
  19. III. Общий взгляд на происхождение и развитие мнений относительно сущности души с некоторыми размышлениями о ней как о протяженной, хотя и нематериальной, субстанции
  20. ГЛАВА VIII Экономическое развитие со времени Пелопоннесской войны
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -