<<
>>

ЦЕНТРАЛИЗАЦИЯ АНГЛИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА И ОБРАЗОВАНИЕ ФЕОДАЛЬНОЙ МОНАРХИИ С СОСЛОВНЫМ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВОМ

Нормандским завоевателям, составившим верхушку господствующего класса Англии, была необходима сильная государственная машина для защиты своих привилегий. Этим объясняется, в частности, одна важная особенность английского феодального государства — его ранняя централизация и относительная прочность королевской власти.
Пришельцы вынуждены были, в особенности на первых порах, сохранять строгую дисциплину и верность королю, так как только в единстве завоевателей заключалась гарантия прочности завоевания. Вильгельм Завоеватель

20

Виндзорский замок. Строился с XI в.

(1066— 1087) сумел воспользоваться этими объективными обстоятельствами д#я укрепления своей власти не только над покоренным населением, но и над крупными феодалами нормандского происхождения. В отличие от феодальных государств континента, в Англии все рыцари — вассалы баронов, епископов, державшие от них земли, были одновременно непосредственно вассалами короля и давали ему присягу в верности (1086).

Все феодалы были заинтересованы в создании мощного государственного аппарата для подавления крестьянских масс. Но как должен быть организован этот аппарат? На основе централизации либо путем передачи баронам основных государственных функций в рамках их владений? Бароны, разумеется, предпочитали второе решение вопроса; королевская власть, а во многом и рыцари, богатые горожане, фригольдеры — первое. В сложной борьбе победила централизаторская тенденция. Место уитенагемота занял королевский совет, СОСТОЯВШИЙ из светских и духовных магнатов и приближенных короля, чиновников, ведавших двумя основными отраслями управления — финансовой и судебной. Государственное казначейство называлось Палатой шахматной доски, так как в зале ее заседаний в Вестминстере, куда дважды в год прибывали шерифы для отчета в расходах и сдачи собранных налогов, стол был покрыт клетчатым сукном.

Таковы были основные черты государственного управления Англии, окончательно сложившиеся к концу XII в., во время правления короля Генриха II Плантагенета (1154—1189).

Это был

21 крупный французский феодал, граф Анжуйский, имевший огромные владения во Франции. Получив английскую корону, он стал одним из самых богатых и могущественных монархов Европы. Но когда он попытался подчинить централизованному государству и церковных феодалов, это ему не удалось.

Христианская идеология была господствующей во всем феодальном обществе Европы, в том числе и в Англии. Весь класс феодалов был заинтересован в том, чтобы у масс не возникало сомнений в истинности христианского вероучения. Великолепные соборы и монастырские церкви, на строительство которых не жалели средств церковные и светские магнаты, должны были символизировать величие церкви и веры.

Огромная впечатляющая сила искусства была поставлена на службу религиозной идеологии, но искусство, как особая форма общественного сознания, так или иначе отражало объективный мир и удовлетворяло эстетические запросы общества. В эпоху средневековья именно архитектура занимала ведущее место среди всех пространственных искусств, в значительной мере подчинив себе живопись и скульптуру.

В конце XI и XII в. в архитектуре Англии, как и западной части континента, господствовал стиль, условно называемый романским, чему в немалой мере способствовали тесные связи с Францией. Архитекторы и ремесленники из Франции, приглашенные епископами и аббатами нормандского происхождения, возвели при помощи английских крестьян и ремесленников 95 соборных и монастырских строений, разбросанных по всей территории Англии — от шотландской границы до южного побережья. Храмы строились долго — десятилетиями, причем многие из них впоследствии достраивались, перестраивались в соответствии с менявшимися вкусами и ростом церковных богатств. Высокая и массивная центральная башня как бы связывала воедино различные части здания, придавала ему законченность и гармоничность. Огромные размеры собора, высота сводов, роскошь убранства должны были подчеркнуть ничтожество человека по сравнению с величественной святостью «божьего храма».

Однако ни величие храмов, ни вообще влияние христианской идеологии, ни прямое насилие не могли остановить нарастающее недовольство крестьянских масс.

Повинности крестьян становились все тяжелее, особенно в майорах, принадлежавших крупным земельным магнатам.

Если в

XII в. магнаты склонны были переводить вилланов с барщины на денежный оброк (этот процесс назывался коммутацией), то в

XIII в., в связи с ростом цен, они предпочитали восстанавливать барщину, и притом в увеличенном размере, иногда до пяти дней в неделю. Возврат к барщине был невыгоден виллану в экономичес ком отношении и унижал его достоинство. Естественно, что вил ланы боролись против дальнейшего порабощения и нередко всей деревней отказывались выходить на барщину.

22

Собор в Дерхеме. 1093—1490

В таких условиях баронам уже не было смысла отстаивать независимость от центральной власти, требовать, чтобы она вовсе не вмешивалась в дела манора. Наоборот, государственный аппарат нужен был им для подавления крестьянского протеста. Крупные феодалы отказались от старых принципов феодальной раздробленности и теперь добивались лишь усиления своего влияния на централизованное государство.

В ином положении находилось рыцарство — самый многочисленный слой господствующего класса. С конца XII в. королевская армия стала в основном наемной и постоянной; рыцари же постепенно превращались в мелких и средних землевладельцев, все существование которых зависело от их поместья. Продукция этих хозяйств в основном шла на рынок, и рыцари постепенно втягивались в торговые операции, ездили на ярмарки, связывались с купцами из ближайших городов и даже из Лондона. Само развитие экономики порождало некоторую общность интересов рыцарей и городской верхушки, и между этими слоями в Англии не было такой непроходимой грани, как в странах континента.

Рыцари страдали от произвола крупных феодалов, которые пользовались своими богатствами и влиянием, чтобы захватывать земли, скот, инвентарь, принадлежавший мелким и средним землевладельцам, облагать их штрафами и подвергать наказаниям. Поэтому они были заинтересованы в организации государства, способного ограничить права баронов и обеспечить развитие рыцарского хозяйства и торговли. Здесь интересы рыцарей совпадали со стремлениями купеческой и ремесленной верхушки городов.

Королевская власть, резко усиливавшаяся при Генрихе II Плантагенете, в конце' XII и в начале XIII в.

вызывала недоволь-

23 Собор в Личфилде 1170—1335

ство не только широких крестьянских масс, но и всех слоев господствующего класса. Сыновья Генриха II — Ричард I Львиное Сердце (1189—1199) и особенно Иоанн (Джон) Безземельный (1199—1216) рассматривали страну как свою вотчину, из которой они вправе извлекать доходы, не ограниченные никакими нормами. Не считаясь ни с законами, ни с обычаями, они собирали всевозможные чрезвычайные поборы с феодалов различных рангов, а также с городов.

В начале XIII в бароны нередко оказывали открытое неповиновение Иоанну Безземельному: не являлись по его призыву для участия в походах, не платили требуемых королем денег и т. д. В 1213 г. бароны решились на активные действия. Собрав армию, в которой ведущую роль играли рыцари, бароны стали захватывать королевские крепости. Активное содействие оказали мятежникам и города. Специальные посланцы от городской верхушки Лондона сообщили баронам, что столица готова поддержать их, и,

24 действительно, бароны без боя вступили в Лондон. Теперь уже Иоанну ничего не оставалось кроме полной капитуляции. Подчиняясь силе, Иоанн 15 июня 1215 г. издал подготовленный баронами документ — «Великую хартию вольностей».

Большинство параграфов хартии трактуют вопросы неприкосновенности баронских и церковных владений; король обещает не взимать незаконных податей, не захватывать земли, не накладывать произвольных штрафов, а также вернуть все захваченные им замки и земли. Специальный параграф хартии устанавливал: «Все те вышеназванные обычаи и вольности, какие только мы соблаговолили признать подлежащими соблюдению в нашем королевстве, насколько это касается нас в отношении к нашим (вассалам), все в нашем королевстве, как миряне, так и клирики, обязаны соблюдать, поскольку это касается их в отношении к их вассалам». Иначе говоря, известным ограничениям подвергался не только королевский произвол по отношению к баронам, но и баронский — по отношению к рыцарям. Хартия утверждала введение единых мер веса по всей стране, что укрепляло позиции купцов и связанных с рынком рыцарей и монастырей. Против беззакония со стороны короля и его чиновников был направлен и 39-й параграф хартии, провозгласивший, что «ни один свободный человек не будет арестован или заключен в тюрьму, или лишен владения, или объявлен стоящим вне закона, или изгнан, или каким-либо иным способом обездолен иначе, как по законному приговору его пэров и по закону его страны». Классовый характер этого принципа неприкосновенности личности и имущества очевиден, поскольку в параграфе специально подчеркивается, что этот принцип распространяется только на свободных людей. Но и рыцари не получили никаких реальных гарантий своих прав. Воспользовавшись тем, что на престол после смерти Иоанна Безземельного вступил его малолетний сын Генрих III (1216—1272), бароны фактически захватили власть, управляя от имени короля. Установилась баронская олигархия, к которой давно стремились духовные и светские магнаты и которая никак не устраивала рыцарей и городскую верхушку.

Когда Генрих III взял в свои руки управление страной, он попытался вернуться к политике отца.

В политической литературе того времени незаконные притязания короля и папы на неограниченное господство осуждались влиятельными учеными и мыслителями, наиболее крупной фигурой среди которых был Роберт Гроссетест — епископ линкольнский, видный общественный деятель и ученый. В трактате «Основы королевской власти и тирании» он отрицал право на произвол как короля, так и папы. Идеи Гроссетеста оказывали влияние не только на духовенство, но и на светских феодалов, на горожан, и особенно — на студентов Оксфордского университета.

Этот старейший английский университет был основан еще в 1167 г. и в течение XIII—XIV вв. оставался главным центром на-

25 уки в Англии. Кембриджский университет, основанный в 1209 г., долго не мог соперничать с Оксфордом, славившимся ученостью своих преподавателей и влиянием на развитие всей английской культуры. Контроль за средневековыми университетами находился в руках церкви, которая и основывала эти учреждения преимущественно для подготовки церковников. Церковь назначала профессоров, бдительно следила за тем, чтобы преподавание не выходило за пределы христианской догматики, душила всякое проявление свободной мысли.

Оживление политической жизни в XIII в., падение престижа папской и королевской власти, необходимость решать насущные политические проблемы влили в атмосферу Оксфордского университета новую жизнь. Сам Гроссетест, занимавший одно время пост канцлера университета, сделал попытку вырваться из порочного круга схоластических построений.

Здесь же, в Оксфорде, занимался научными исследованиями и читал лекции ученик Гроссетеста, гениальный английский мыслитель и ученый Роджер Бэкон (ок. 1214—-1294). Не сумев полностью вырваться из цепких когтей схоластики, Бэкон настолько ненавидел ее научную бесплодность, что называл Фому Аквин-ского — энциклопедически образованного вождя схоластов — «невежественным мальчишкой». Ссылка на авторитет, говорил Бэкон, не может быть доказательством истины, и даже разум сам по себе не может отличить истинное от ложного. В основе познания, утверждал он, лежит опыт и только опыт. Роджеру Бэкону принадлежат ценные исследования в области оптики, химические открытия (в частности, он первым в Европе составил рецепт изготовления пороха) и в особенности — гениальные научные догадки: он предвидел изобретение телескопа, летательных аппаратов, мощных двигателей и т. д.

Даже те ученые, которые не проявляли интереса к изучению природы и не выходили за пределы умозрительных рассуждений, стали высказывать мысли, опасные для господствующей идеологии. Профессор богословия Дуне Скот доказывал, что понятия, которыми оперируют люди, представляют собой лишь обозначения объективно существующих вещей, т. е. предметы, материя являются первичными, а понятия, идеи — вторичными. Это было попыткой попять мир с материалистических позиций. Как отмечал К. Маркс, Дупс Скот «заставлял самое теологию проповедовать материализм» К

Студенты Оксфорда, слушавшие лекции Роджера Бэкона, Дун-са Скота и других профессоров, в популярной форме распространяли идеи своих учителей в различных слоях населения. Многие монахи, ученики монастырских школ, студенты без всякого почтения относились не только к догматам церкви, но и к христианскому аскетизму. Бродячие школяры распевали шуточные песни,

1 Маркс К.} Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 2, с. 142.

26

Холл школы Дивинити-скул в Оксфорде. 1430—1438. «Украшенная готика»

сатирически высмеивая монахов, церковь и ее служителей. Кто-то когда-то придумал мифический образ епископа Голии, который будто бы сочинял антицерковные сатиры, и школяры называли себя «голиардами». Они создавали и исполняли свои отнюдь не безобидные песенки, с насмешкой отзывались о небесных тайнах, апостолах, пророках и прославляли земные радости.

«Голиарды» пели о весне, о любви, о женщинах, и их песни становились серьезными конкурентами скучным и монотонным проповедям деревенских священников.

Церковники видели опасность, которую несли с собой новые веяния; соборы осуждали голиардов и отлучали их от церкви. Роджера Бэкона объявили колдуном, отстранили от преподавания и на 14 лет заточили в тюрьму. В атмосфере острой идеологической борьбы подготовлялись новые политические бури.

Постоянно нуждавшийся в деньгах Генрих III время от времени собирал съезды светских и духовных магнатов. Теперь их начинают называть парламентом. Бароны и епископы, близкие потомки тех, кто заставил Иоанна Безземельного издать Великую хартию вольностей, жившие в атмосфере споров о власти короля и папы, все чаще заявляли протест против нарушений своих прав королем, утечки английских денег в Рим, своеволия чиновников. Недовольство нарастало и среди рыцарей, городской верхушки, среднего и мелкого духовенства. Но все эти слои перешли к ак-

27 тивным действиям лишь тогда, когда возникла реальная угроза их привилегиям.

В 1257 г. на английское крестьянство обрушилось бедствие: из-за дождливого лета был снят невиданно малый урожай, и в стране начался голод. Феодалы не могли в таких условиях получить обычный доход со своих земель. Именно в этой обстановке Генрих III потребовал от своих вассалов уступить ему третью часть всей движимой и недвижимой собственности Англии.

Бароны и церковные магнаты не только отвергли неслыханное требование короля, но предъявили ему ультиматум: подчиниться специально избранному комитету баронов. В июне 1258 г. магнаты съехались в Оксфорд для выработки новой системы управления государством. Бароны явились вооруженными, в сопровождении рыцарей, решившись принудить короля к подчинению. Неистовые речи, произносившиеся на заседаниях этого парламента, й характер принятых решений («Оксфордские провизии») дали основание современникам назвать его «бешеным парламентом».

В «Оксфордских провизиях», утвержденных королем и наследным принцем Эдуардом, была разработана сложная система высших государственных органов, дававшая всю полноту власти магнатам. Стремясь отстоять свои особые интересы, рыцари выработали дополнения к «Оксфордским провизиям» — так называемые «Вестминстерские провизии». В этом документе рыцарство ограничивало права баронов по отношению к их вассалам. Часть баронов согласилась с требованиями рыцарей: компромисс между различными слоями господствующего класса был достигнут.

Однако ни король Генрих III, ни принц Эдуард не намерены были примириться с ролью марионеток в руках баронов. Внимательно следя за наметившимися расхождениями в лагере баронов, они смогли привлечь часть магнатов на свою сторону. Это сделало неизбежной гражданскую войну. Вся страна разделилась на два лагеря.

Во главе сторонников реформы стоял крупный магнат, выходец из Франции, Симон де Монфор — видный политический деятель, друг Гроссетеста, смело, хотя и весьма непоследовательно выступавший против Генриха III уже в течение многих лет. Военные действия начались в 1263 г. Симон де Монфор во главе большой армии двинулся из Оксфорда к границам Уэльса, а затем прошел с запада на восток через всю Англию, беря королевские крепости и без боя вступая в города. Лондон встретил армию Мон-фора торжествами и колокольным звоном. Незадолго до решающего сражения к армии Монфсра примкнули студенты Оксфордского университета, который был временно закрыт королем. Весной 1264 г. Монфор одержал победу. Король и принц Эдуард оказались в плену. Правда, уже через год армия Монфора была разбита, и сам он погиб в сражении. Но в начале 1265 г., являясь фактическим диктатором Англии, Монфор впервые в истории страны созвал парламент не из числа одних только магнатов; кроме них, бы-

28 ли приглашены по два представителя от графств (т. е. рыцари) и от городов (т. е. городская верхушка). После поражения Монфора Генрих III, а затем и Эдуард I (1272—1307) в течение 30 лет созывали парламенты в прежнем баронском составе. Но в 1295 г. Эдуард I вновь собирает парламент с участием рыцарей и горожан, и с тех пор этот порядок уже не нарушается. Поэтому парламент 1295 г. назвали «образцовым парламентом», хотя сам он был сформирован по образцу парламента 1265 г. Английская монархия стала феодальной монархией с сословным представительством.

<< | >>
Источник: Кертман Л. Е.. География, история и культура Англии: Учеб. пособие. — 2-е изд., перераб.— М.: Высш. школа,.— 384 е., ил.. 1979

Еще по теме ЦЕНТРАЛИЗАЦИЯ АНГЛИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА И ОБРАЗОВАНИЕ ФЕОДАЛЬНОЙ МОНАРХИИ С СОСЛОВНЫМ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВОМ:

  1. Глава 6. Правление первых Романовых. Сословно-представительная монархия. Война с Польшей за Украину и Белоруссию. Финансовые затруднения государства
  2. 24. Сословно-представительная монархия в России.
  3. Сословная монархия.
  4. ОБРАЗОВАНИЕ СЕФЕВИДСКОГО ФЕОДАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА В XVI в. НАЧАЛО ВОЙНЫ С ТУРЦИЕЙ
  5. § 26.2. Сословная монархия XIII – XV вв.
  6. § 28.2. Сословная монархия XIV – XV вв.
  7. Теория сословной монархии
  8. ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ФОРМИРОВАНИЕ СОСЛОВНОЙ МОНАРХИИ
  9. § 26.1. Ленная монархия XI – XIII вв. Образование новой монархии.
  10. Глава 5 ГРУЗИНСКАЯ ФЕОДАЛЬНАЯ МОНАРХИЯ
  11. Архивная деятельность в период складывания и существования феодальной монархии
  12. § 4. Феодальное государство
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -