>>

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ

Крупнейший политический деятель, один из выдающихся лидеров национально-освободительного движения, борец за мир, демократию и социальный прогресс, убежденный противник социальной несправедливости и национального угнетения, искренний друг Советского Союза — таким запечатлелся в памяти современников и вошел в историю Джавахарлал Неру.
В течение нескольких десятилетий его имя было неразрывно связано с борьбой за освобождение Индии от колониального рабства, за ее возрождение и становление как великого суверенного государства Азии. С 15 августа 1947 года, когда Неру поднял трехцветный национальный флаг над историческим Красным фортом в Дели, он в течение почти 17 лет стоял у руля независимой Индии, ведя страну по пути обновления, ликвидации колониализма, наследия феодализма и вековой отсталости. Под руководством Неру была проведена реорганизация государственной системы посредством создания штатов по национально-этническому и языковому признакам, положившая конец британской административной системе, основанной на принципе «разделяй и властвуй», и ликвидировавшая феодальную раздробленность, осуществлены первоначальные аграрные реформы, подорвавшие крупное помещичье землевладение. Он возглавил перестройку народного хозяйства на плановых началах, заложил основы политики индустриализации Индии — решающего условия ее экономического роста. По инициативе Неру был создан мощный и продолжающий крепнуть государственный сектор экономики. Он был последовательным демократом, борцом за равноправие, против кастовых пережитков и религиозно-общинной реакции, за прочное национальное единство Индии, основанное на сочетании принципов демократии и централизма. Деятельность Неру не ограничивалась сферой политики. Это был человек высокой духовной культуры, энциклопедической эрудиции, глубокого философского склада ума. Он оставил огромное литературное наследие, в котором универсальная образованность, широта интересов, оригинальность и острота мысли сочетаются с полным внутреннего тепла, темперамента и драматизма живым подходом ищущего, борющегося, порой сомневающегося и оступающегося, но сохраняющего веру в прогресс человека. Неру был мыслителем и поэтом. И думается, что, даже не будь его выдающейся политической деятельности, он одними только своими сочинениями обеспечил бы себе право на внимание и интерес потомков. Но литературное творчество Неру невозможно отделить от его политической биографии. «Чем ближе и теснее связаны мысль и действие, тем более они активны,— говорил Дж. Неру.— Счастливейший человек тот, чье мышление и действия согласованны»1. Исторические и философские раздумья были для Неру не самоцелью, а поиском ответа на важнейшие проблемы, волновавшие его родину и все человечество. Неру обращался к прошлому, чтобы понять настоящее и предвидеть будущее. С этих позиций написаны две первые вышедшие на русском языке книги Дж. Неру — «Открытие Индии» и «Автобиография».
Двадцать лет назад, когда эти книги были изданы в СССР, они вызвали большой интерес и сыграли выдающуюся роль в ознакомлении советских читателей с историческим прошлым и современными проблемами Индии в момент активного укрепления дружественных отношений между двумя странами. Такова и выходящая ныне книга «Взгляд на всемирную историю». Здесь диапазон автора более широк. Неру рисует картину развития человеческого общества в масштабах всего мира, останавливаясь на важнейших событиях мировой истории, выделяя и обобщая основные стороны исторического процесса. История Индии дается наряду с событиями в других странах и частях света, в сравнении с ними. Это глубокая и самобытная работа историка, но это не академическое исследование. Как и в «Открытии Индии», Неру пытается осмыслить прошлое своей страны, в данном случае сквозь призму мировой истории, для того чтобы яснее увидеть ее настоящее и наметить пути его изменения. Прошлое занимает Неру в первую очередь как «указание на будущее». История для него — школа жизни, опыта, борьбы, источник формирования мировоззрения. И Неру подходит к ней как активный политический деятель, потребностями практики побуждаемый к исследованию. «Моя завороженность историей проистекала не от знакомства с разрозненными событиями, совершавшимися в прошлом, но, скорее, от их связи с тем, что подводило к настоящему,— говорил Дж. Неру.— Только в таком случае история вызывала во мне отклик. Иначе она предстала бы чем-то случайным, не связанным с моей жизнью или этим миром»2. Читатель с большим удовольствием прочтет увлекательный рассказ Неру о событиях минувшего. Особое внимание советского читателя привлечет историческое мировоззрение человека, бывшего одним из признанных вождей национально-освободительного движения, возглавившего независимое индийское государство и больше, чем кто-либо другой, оказавшего влияние на его настоящее и будущее. К историческим взглядам Неру можно подойти так, как он подходил к истории, т. е. искать в них то. что особенно актуально для наших дней, что он предначертал для будущего. К истории человечества и своей страны он подходит как рационалист. Он ищет в ней самой внутренний смысл, логику развития, а не подходит к ней с априорными, внеисторическими категориями. Таково и отношение Неру к прошлому его родины. Оно лишено некритического любования стариной, идеей об исключительности и обособленности исторического пути Индии, его подвластности присущему только этой стране духовному закону. Привлекает внимание и то, что взгляды Неру свободны от религиозного и довольно распространенного в Индии нравственного мистицизма. Традиции европейского рационализма, европейской духовной культуры, критически воспринятые Неру, прошедшего школу европейского воспитания, повлияли на его исторические представления, в особенности применительно к Индии, помогли ему избавиться от пристрастности, идеализации, увидеть свою родину такой, какова она есть в сопоставлении с другими странами. «Индия была у меня в крови,— писал Дж. Неру,— и многое в ней меня инстинктивно глубоко волновало. И все же я подходил к ней почти как чужеземный критик, полный отвращения к настоящему и ко многим пережиткам прошлого, которые я наблюдал. Я пришел к ней в известной степени через Запад и смотрел на нее так, как мог бы смотреть дружественно расположенный европеец»3. Отказавшись от поисков смысла истории вне ее самой, Неру приходит к признанию внутренних закономерностей исторического развития и тем самым делает принципиальный шаг к реалистическому, можно сказать почти материалистическому, истолкованию исторического процесса. «В Азии в течение прошлых лет действовало множество исторических сил и произошло много хорошего и много не слишком хорошего, как бывает всегда, когда действуют беспристрастные исторические силы,— говорил Дж. Неру.— И они все еще действуют. Мы пытаемся как-то повлиять на них, направить их по определенному руслу, но в главном они будут продолжать действовать по-своему и не остановятся до тех пор, пока не достигнут своей цели и не выполнят свою историческую миссию»4. Признание объективных закономерностей приводит Дж. Неру, к осознанию направленности исторического процесса вверх по спирали, пониманию его как объективного и прогрессивного хода событий, как восхождения от низшего к высшему. Эти моменты мировоззрения оказали положительное влияние и на политическую деятельность Дж. Неру. Он подходил к ней не волюнтаристски, не моралистически, не с точки зрения религиозных требований, а скорее научно, пытаясь вплести ее в общее, объективно необходимое течение истории, подчинить прогрессивным тенденциям. Именно в соответствии велению времени, предопределенному всем предшествующим развитием человечества, видел Дж. Неру оправданность и реализм политической линии, политической борьбы. Именно так стремился он подойти к выработке политического курса. «Наш идеал и цель не могут идти вразрез с историческими тенденциями»5, — говорил Дж. Неру. Он последовательно придерживался той прогрессивной научной концепции, что подлинным творцом истории является народ, а деятельность политических руководителей должна быть подчинена борьбе за удовлетворение чаяний и устремлений народных масс. Неру подчеркивал: «...народ был главным действующим лицом, а за его спиной стояли, подталкивая его, великие исторические силы... Если бы не эта историческая обстановка и политиче ские и социальные силы, никакие вожди или агитаторы не могли бы заставить народ действовать»6. Во взглядах Дж. Неру на закономерность исторического процесса и роль народных масс наиболее отчетливо проявилось влияние научного социализма. Мировоззрение Дж. Неру формировалось под воздействием многих школ. Можно подумать: Неру не оригинален, он эклектик, и поставить на этом точку. Но это примитивизм. Неру гораздо сложнее, и при изучении его взглядов недопустим упрощенный подход. Для Неру было характерно стремление познать и освоить многое из того, что накоплено опытом человечества, и отобрать из него лучшее. Дж. Неру иногда использовал в политической борьбе отдельные положения различных философских систем, и это, конечно, заслоняло от его взора их непримиримость, антагонизм. И тогда это неизбежно вело к эклектике, чего он всячески хотел избежать. Он предпочитал «умственный и духовный подход, синтезирующий различия и противоположности, способствующий пониманию и усвоению разнообразных религий, идеологий, политических, социальных и экономических систем»7. Создать «синтез идеологий» никому не удалось, Неру это знал. Противоречивые элементы не нашли единства и примирения в его мировоззрении. Никому не дано соединить несоединимое, антагонистическое, классово противоположное. Будучи честным исследователем, Неру нередко самокритически пересматривал свои первоначальные мировоззренческие построения, стремясь идти вперед и совершенствовать свои взгляды. Направление политических и социальных поисков Дж. Неру, тенденции их развития были плодотворны и сохраняют значение и сегодня. В поисках ответа на актуальнейшие проблемы антиимпериалистической борьбы и будущего колониальных в прошлом стран Неру стремился идти в ногу со временем. Он впитал в себя традиции древней культуры Индии и богатой истории ее национально-освободительного движения, в частности философии и практики гандизма. Он усвоил все, что мог предложить западноевропейский буржуазный либерализм, получая образование в его колыбели — Великобритании, и, испытав разочарование, обратился к социалистическим идеям, первоначально в их фабианской интерпретации. Но, раз обратившись к идеалам равенства и социальной справедливости, Дж. Неру силой своего критического, ищущего ума подошел к восприятию многих положений научного социализма. Дж. Неру не противился этому процессу. Наоборот, он с жадностью изучал теорию и практику научного социализма и находил, что очень многое в них пригодно для Индии. Неру был одним из первых лидеров национально- освободительного движения, не побоявшихся говорить о значении марксизма-ленинизма, увидевших в этой науке логику исторического развития, веление времени. Дж. Неру многократно подчеркивал положительное влияние научного социализма на свое мировоззрение. Он писал: «...теория и философия марксизма осветила много темных уголков в моем сознании. История наполнилась для меня новым содержанием. Марксистское толкование пролило на нее поток света, и она предстала передо мной в виде развертывающейся драмы, в которой имелись закономерность и цель, пусть даже и неосознанные. Несмотря на ужасающее расточительство и страдания в прошлом и настоящем, будущее было озарено надеждой, хотя впереди было еще много опасностей. Особенно привлекали меня в марксизме отсутствие в основном догматизма и научный подход»8. В другом месте Неру отмечал: «Изучение Маркса и Ленина оказало огромное влияние на мое сознание и помогло мне увидеть историю и современную жизнь в новом свете. В длинной цепи исторических событий и общественного развития обнаружился некий смысл, некая последовательность, а будущее уже не казалось таким неясным»9. Научный социализм привлекал Неру не только как теория. Его влияние потому было особенно сильным, что Неру восхищал и притягивал колоссальный и беспрецедентный эксперимент по революционному преобразованию старого мира, осуществлявшийся на его глазах в Советской России. «В то время, когда остальной мир задыхался в тисках депрессии и в некоторых отношениях возвращался вспять, в советской стране на наших глазах созидался новый большой мир, — писал он. — Следуя заветам великого Ленина, Россия заглянула в будущее и думала только о том, что должно быть, тогда как другие страны лежали придавленные мертвой рукой прошлого и тратили свои силы на то, чтобы сохранить бесполезные реликвии минувшей эпохи. На меня, в частно сти, произвели сильное впечатление сообщения о больших успехах, достигнутых при советской власти в отсталых районах Средней Азии. Поэтому в конечном счете я был всецело на стороне России; существование и пример Советского Союза были светлым и отрадным явлением в темном и мрачном мире»10. С исключительным интересом следил Неру за социальными преобразованиями в Советской России. Первую поездку в нашу страну он совершил вместе со своим отцом, Мотилалом Неру, крупным деятелем Индийского национального конгресса, еще в 1927 году, в дни десятилетия Советской власти. Увиденное здесь побудило его сделать вывод: «...советская революция намного продвинула вперед человеческое общество и зажгла яркое пламя, которое невозможно потушить. Она заложила фундамент той новой цивилизации, к которой может двигаться мир»11. Характерен глубокий интерес Дж. Неру к В. И. Ленину, его личности, его теоретической и практической деятельности. Оценивая роль В. И. Ленина в истории, Дж. Неру писал, что «миллионы людей смотрят на него как на спасителя и величайшего человека эпохи»12. Неру называл В. И. Ленина «великим умом и гением революции»13. Идеалом Неру было единство мысли и действия, теории и практики. Влияние идей научного социализма, высокая оценка исторических заслуг СССР закономерно привели его к признанию необходимости осуществления коренных социально-экономических преобразований в Индии, к провозглашению социализма сначала в качестве идеала общественного строя, а впоследствии и в качестве конечной цели политической деятельности. В своей речи на сессии Индийского национального конгресса (ИНК) в Лакхнау в 1936 году Неру сказал: «Я уверен, что единственный ключ к решению проблем, стоящих перед миром и перед Индией,— социализм. Когда я произношу это слово, я вкладываю в него не расплывчато гуманистический смысл, а точное научно-экономическое содержание... Я не вижу иного пути уничтожения безработицы, деградации и зависимости индийского народа, кроме социализма. Для этого необходимы широкие революционные преобразования в нашем политическом и обществен ном строе, уничтожение богатых в сельском хозяйстве и промышленности... Это означает ликвидацию частной собственности (за небольшим исключением) и замену теперешней системы, основанной на погоне за прибылями, высшим идеалом кооперативного производства... Короче говоря, речь идет о новой цивилизации, радикально отличающейся от нынешнего капиталистического строя» *. Неру увидел в социалистическом преобразовании общества закономерный результат исторического развития человечества. Он подчеркивал, что капитализм «не соответствует нашему веку», что мир перерос его. Он отмечал, что научно-техническая революция делает необходимость социализма особенно очевидной, что современный научный подход — это и есть социалистический подход14. В то же время Дж. Неру был одним из первых вождей антиколониального движения, который с большой ясностью, силой и прозорливостью указал, что движение к социализму является специфической потребностью для развивающихся стран, объективно предопределенным путем прогресса для государств, сбросивших империалистическое господство, в том числе для Индии. В этом тезисе и в его аргументации Дж. Неру предвосхитил многие положения, высказанные позже рядом политических деятелей Азии и Африки. Дж. Неру четко поставил вопрос о неприемлемости капитализма для освободившихся стран в связи с тем, что последние не располагают временем, чтобы добиваться прогресса теми же методами и темпами, как некогда западный мир. «Должны ли мы следовать английским, французским или американским путем?— говорил он.— Разве мы располагаем временем в 100—150 лет, чтобы достичь нашей цели? Это совершенно неприемлемо. В таком случае мы просто погибнем»15. Мысль о том, что только социализм дает возможность бывшим колониальным народам вырваться из тисков отсталости, проводилась Дж. Неру и в его известной статье «Основной подход»: «Нельзя забывать, что бедность невозможно сразу превратить в богатство посредством какого-то волшебства, применив социалистический или капиталистический метод. Единственный путь лежит через напряженную работу, увеличение производительности труда и организацию справедливого распределения продуктов. Это длительный и тяжелый процесс. В слабо развитой стране капиталистический метод не предоставляет таких возможностей. Только с помощью планового социалистического подхода можно достичь непрерывного прогресса, хотя на это потребуется время»16. Симпатии Дж. Неру к социализму отразили большой и важный сдвиг в развитии демократической общественной мысли Индии, происшедший сначала под воздействием победы Великого Октября, достижений социалистического строительства в СССР, а затем под воздействием победы над германским фашизмом и японским милитаризмом во второй мировой войне, победы, открывшей Индии путь к успеху в национально-освободительной борьбе и к независимости. В своих выступлениях по поводу социально-экономической программы правящей партии ИНК после достижения страной независимости Неру делал главный упор на необходимости индустриализации и внедрения планового начала для обеспечения независимости национального развития, подъема народного хозяйства и благосостояния народа. Он говорил: «В широком смысле нашей целью является создание государства благоденствия и общества социалистического типа, в котором нет больших различий в доходах и предоставляются равные возможности для всех»17. Неру признавал объективную необходимость переустройства индийского общества в социалистическом направлении, хотя в понимании самого процесса, его форм и методов этого переустройства у него были свои специфические, главным образом субъективно-идеалистические, представления. Они обусловливались исключительно сложным переплетением присущих современной Индии классовых противоречий, множественностью социальных укладов, а самое главное — недооценкой Неру особой исторической роли рабочего класса как носителя идеологии научного социализма. Соотношение классовых сил в национально-освободительном движении, направленном против британского колониального господства, а впоследствии и в независимой Индии ограничивало возможности Неру в осуществлении своих субъективных идеалов на практике. На его представлениях и в особенности на его практической политике неизбежно сказывался громадный объем нерешенных общедемократических задач, стоящих перед Индией и создающих основу для широкого объединения национальных сил. Нередко Неру как бы абсолютизировал ту временную расстановку классов, которая была обусловлена определенным уровнем демократического движения, соответствовала целям определенного его этапа, но не могла сохраняться, коль скоро речь заходила о социалистическом преобразовании. Неру как бы не хотел выйти за рамки общедемократического этапа революции в своем анализе индийского общества, не хотел признать, что борьба за социализм требует радикально иной классовой ориентации, что при переходе от общедемократических целей к социалистическим содержание, состав и соотношение между компонентами единого национального фронта периода антиимпериалистического движения должны в конечном счете существенно измениться. Неру признавал наличие классов и классовой борьбы, но выдвигал в качестве основополагающего тезис о возможности разрешения классовых противоречий путем компромисса и реформ, основанных на классовом сотрудничестве. Он считал, что с помощью одного лишь убеждения можно не допустить роста влияния имущих и эксплуататорских классов в экономической и политической жизни страны. Нельзя не отметить в этом известного груза либерально-буржуазных представлений, а также восприятия утопических моралистических концепций М. Ганди. Как раз эти представления и концепции служили исходным пунктом безосновательной субъективной критики отдельных моментов истории СССР, некоторых положений хеории научного социализма, коммунистического движения в Индии. Здесь заложено глубокое противоречие мировоззрения Дж. Неру, которое он не преодолел до конца, хотя и стремился к этому. Длительная сравнительная изолированность Индии, ее общественной мысли, да и самого Неру от достижений марксистско-ленинской теории и практики построения социализма в СССР и других странах тоже ограничивала его возможности полного познания процессов сложения нового, социалистического мира, к принятию которого Неру подходил постепенно, с большим субъективизмом и оговорками, особенно это касается концепции классовой борьбы и руководящей роли рабочего класса. С одной стороны, в предлагаемой вниманию читателя книге Дж. Неру признает научную истинность марксистской интерпре тации истории, базирующейся на раскрытии классовых антагонизмов. «Маркс постоянно говорит об эксплуатации и классовой борьбе,— писал Неру, — ...по Марксу, это не предмет для возмущения или нравственного осуждения. В эксплуатации повинно не эксплуатирующее лицо. Господство одного класса над другим является естественным результатом исторического прогресса... Маркс не призывал к классовому конфликту. Он лишь показал на фактах, что этот конфликт существует в действительности и всегда существовал в той или иной форме»18. Критикуя в «Автобиографии» гандистскую абсолютизацию принципа ненасилия, Неру пишет: «Если есть что-либо поучительное в истории, то оно состоит в том, что политические взгляды групп и классов определяются их экономическими интересами. Ни разум, ни моральные соображения не заслоняют этих интересов. Отдельных лиц можно убедить, они могут отказаться от своих особых привилегий, хотя это бывает довольно редко, но классы и группы так не поступают. Поэтому попытка убедить правящий привилегированный класс отказаться от власти и поступиться своими несправедливыми привилегиями до сих пор всегда терпела неудачу, и, по-видимому, нет никаких оснований утверждать, что она удастся в будущем»19. Но с другой стороны, Неру 50—60-х годов тщетно пытается примирить признание классовой борьбы с гандистской концепцией классовой гармонии, противореча собственным, полным реализма оценкам прежних лет. «Не отвергая и не сбрасывая со счетов классовые противоречия, мы хотим решить эту проблему мирным путем на основе сотрудничества, — говорил он.— Мы стремимся к сглаживанию классовых конфликтов, а не к их обострению и стараемся привлечь людей на свою сторону, вместо того чтобы грозить им борьбой и уничтожением... Теория классовых конфликтов и войн устарела, поскольку она стала слишком опасной в наше время»20. Оставляя в стороне смешение и отождествление классовой борьбы с войной, абсолютное противопоставление ненасилия и насилия, мирного и немирного пути решения классовых противо речий, думается, что в этих-словах сказалась не столько эволюция убеждений Дж. Неру под конец жизни, сколько прагматическая потребность, вытекающая из политического курса, в определении которого немалую роль играли консервативные силы в руководстве многоклассовой и крайне неоднородной правящей партии — Индийского национального конгресса, — силы, укреплявшие в тот период свое влияние, что и привело впоследствии к расколу Конгресса. Но практика политической борьбы, социально-экономического развития страны неумолимо влияла на взгляды Неру. Она не подтверждала концепцию о классовом сотрудничестве, о возможности «перевоспитания» индийских помещиков и капиталистов, наоборот, она изобиловала острыми социальными конфликтами, в ходе которых привилегированные классы, помещики, ростовщики и монополисты, прибегали к любым средствам подавления протеста трудящихся и открытого насилия над ними во имя защиты своих интересов. Накал классовой борьбы, искреннее сочувствие к угнетенным, желание изменить их долю, неизменная субъективная преданность социалистическим идеалам вновь возвращали Дж. Неру к трезвой оценке глубины и объективного характера классовых противоречий в индийском обществе. Неру в конечном счете признавал наличие в Индии «привилегированных групп и классов», противящихся преобразованиям. Он указывал на то, что для защиты своих корыстных интересов эти социальные слои (а к ним Неру относил не только полуфеодальных землевладельцев, по прежде всего монополистическую верхушку) могут пойти против социального прогресса страны. Провозглашение Национальным конгрессом социалистических лозунгов не привело Неру к поверхностной идеализации индийского общества. Оставаясь в его оценке реалистом, он говорил: «Это капиталистическая экономика со значительным государственным контролем или капиталистическая экономика плюс общественный, непосредственно управляемый государством сектор. Но по существу это капиталистическая экономика»21. Неру видел угрозу социалистическому курсу страны, угрозу прогрессу и демократии не только в традиционных для индийского общества силах феодальных землевладельцев или религиозно общинной розни, но и в растущих монополиях. Незадолго до своей смерти, осенью 1963 года, Неру писал: «Чем могущественнее за последние годы стали монополии, тем дальше ушла Индия в сторону от социализма», ибо «монополии — враги социализма»22. Годы, прошедшие после смерти Неру, полностью подтвердили высказанные им опасения насчет роли индийского монополистического капитала, феодальных и полуфеодальных землевладельцев. Левые и демократические силы Индии, все сторонники «курса Неру» ведут борьбу против устремлений монополистического капитала и его союзников. * * * Последовательно прогрессивными были внешнеполитические взгляды Дж. Неру23, причем в этой области он не знал того конфликта, которым были отмечены его представления о социализме и внутренняя политика. И как мыслитель и как государственный деятель Неру внес выдающийся вклад в дело борьбы с империализмом, обеспечения международного мира, изменения соотношения сил на мировой арене в послевоенные годы в пользу сил национального освобождения, прогресса, социализма. Джавахарлал Неру был последовательным борцом за мир и международную безопасность. Отстаивая мирное сосуществование, он выступал активным сторонником разрядки международной напряженности, сдерживания гонки вооружений и сторонником всеобщего разоружения. Он явился одним из активных творцов политики неприсоединения, которая легла в основу миролюбивого внешнеполитического курса Индии. В понимании Неру «неприсоединение» отнюдь не означало пассивного нейтралитета. Он говорил: «Когда иод угрозой находится свобода и справедливость, когда совершается агрессия, мы не можем быть и не будем нейтральными»24. Позитивный нейтрализм органически сочетался у Неру с последовательной борьбой против колониализма, актуальность ко торой он неизменно подчеркивал. «Империализм, или колониализм, подавлял и продолжает подавлять прогрессивные общественные силы,— писал Дж. Неру.—Он неизменно вступает в союз с привилегированными группами или классами, поскольку он заинтересован в сохранении статус-кво в общественной и экономической жизни. Даже после того, как страна становится независимой, она может оставаться зависимой экономически от других стран»25. Предостережение Неру насчет экономической зависимости от империализма полностью сохраняет свое значение для Индии и других развивающихся стран. Неру был в числе тех, кто выдвинул пять принципов мирного сосуществования (Панча шила), получивших широкое признание в качестве основы взаимоотношений между азиатскими странами. Он один 'из инициаторов созыва исторической Бандунгской конференции, явившейся важной вехой в процессе сплочения освободившихся государств Азии и Африки на борьбу против империализма, неоколониализма, расизма, за мир, свободу и социально- экономический прогресс. Крупной исторической заслугой Дж. Неру было его неуклонное стремление к единству и союзу со всеми прогрессивными силами на мировой арене. Еще в 1927 году оно привело его к активному участию в Антиимпериалистическом конгрессе угнетенных народов в Брюсселе. «Идеи о необходимости каких-то совместных действий угнетенных народов, а также совместных действий этцх народов и левого крыла рабочего движения пользовались большой популярностью,— писал Неру.— Становилось все более ясно, что борьба за свободу есть общая борьба против общего противника — империализма и что для этой цели желательно совместно выработать план действий, а по возможности и предпринять совместные действия»26. Это был важный шаг к признанию единства национально-освободительной борьбы с революционным, в том числе рабочим, движением во всем мире. Революционный национализм в лице Дж. Неру откликался на призыв к широкому сотрудничеству, к объединению усилий в борьбе с империализмом, провозглашенный вождем пролетарской революции В. И. Лениным. «Мы в Индии неизбежно занимаем позиции вместе с прогрессивными силами всего мира в борьбе против фашизма и империализма,—говорил Дж. Неру. — ...Со циализм на Западе и пробуждающийся национализм в восточных и других зависимых странах выступают против этого объединения фашизма и империализма»27. Одним из наиболее ярких и плодотворных проявлений этой линии было постоянное стремление Дж. Неру к взаимопониманию с Советским Союзом. Установление и успешное развитие индийско-советского сотрудничества неразрывно связаны с политическим курсом Неру. Дружественные отношения между нашими двумя странами, основа которых была заложена его политикой, давно уже стали, говоря словами JI. И. Брежнева, одним из «самых убедительных проявлений союза мира социализма с миром, рожденным национально-освободительным движением»28. Эти отношения являются образцом мирного сосуществования и плодотворного сотрудничества государств с различными социально-экономическими системами, связанных общностью интересов в борьбе за мир и международную безопасность. Благоприятное развитие советско-индийских отношений на протяжении всего периода после достижения Индией независимости нашло свое глубокое выражение в подписанном в августе 1971 года советско-индийском Договоре о мире, дружбе и сотрудничестве. Официальные дружественные визиты Генерального секретаря ЦК КПСС JI. И. Брежнева в Индию в ноябре 1973 года и в декабре 1980 г. закрепили все положительное, что было достигнуто в отношениях между двумя странами за предшествующие годы, явились новым важным вкладом в развитие дружеских двусторонних отношений, а также в укрепление международной разрядки, мира и безопасности в Азии и во всем мире. Подписанные в результате этих визитов совместные документы, развивающие основные принципы отношений между СССР и Индией и определяющие главное направление сотрудничества между двумя странами, были с большим одобрением встречены в Советском Союзе и Индии и получили высокую оценку мировой демократической общественности. * * * Окидывая взглядом многогранную деятельность Дж. Неру как политического и общественного деятеля, философа и истори ка, хочется подчеркнуть, что всем лучшим в своем наследии — мы в этом глубоко убеждены — он обязан тяге к социализму, к прогрессу, интересу к научной социалистической теории, оказавшей значительное влияние на его мировоззрение и политику. Тяга к социализму привела Неру к идее союза с силами прогресса, с международным рабочим движением, к сотрудничеству с СССР. Тягой Неру к социализму обусловлено провозглашение целью Индийского национального конгресса построения общества социалистического образца. При всей нечеткости социалистического идеала Неру непреложным фактом останется то, что он был одним из первых вождей национально-освободительного движения, понявших узость антиимпериалистического национализма, необходимость его трансформации в социалистическом направлении. В этом его непреходящая историческая заслуга. В этом же объяснение той горячей симпатии и того глубокого уважения, которыми неизменно пользовался и пользуется у советских людей великий сын Индии Джавахарлал Неру. Профессор Р. Ульяновский
| >>
Источник: Неру Джавахарлал. Взгляд на всемирную историю. Том 1. 1981 {original}

Еще по теме ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ:

  1. (вступительная статья)
  2. ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ
  3. (вступительная статья)
  4. (вступительная статья)
  5. (вступительная статья)
  6. (вступительная статья)
  7. (вступительная статья)
  8. ( вступительная статья )
  9. (вступительная статья)
  10. (вступительная статья)
  11. ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ
  12. ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ
  13. Вступительная статья
  14. Вступительная статья
  15. Морандьер Л.Ж.. Гражданское право Франции / Пер. с фр. и вступительная статья Е. А. Флейшиц. Том 1. – М.: Изд-во иностранной ли.,. – 742 с., 1958
  16. Вступительные экзамены
  17. О вступительном сочинении
  18. ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
  19. Подготовка к вступительным экзаменам
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -