<<
>>

Внутренняя и внешняя политика первых представителей династии Караманли, Ахмеда и Мухаммеда

1711 год для эйалета Западный Триполи явился годом бурных потрясений и началом господства династии Караманли. К началу XVIII в. деи Западного Триполи, Туниса, а позднее и Алжира перешли к открытой борьбе за власть с янычарами и раисами корсарских кораблей.
Приходившие к власти деи ;вели себя в эйалета* как на суверенной территории, самостоятельно заключая договоры с европейскими государствами. Вот почему европейцы называли Триполитанию, Алжир и Тунис регентствами или королевствами, а их глав — султанами. В то же время перед лицом опасности со стороны европейских государств деи не порывали окончательно с Османской империей, добиваясь признания их Высокой Портой и получения титула паши. Co своей стороны, Стамбул время от времени вмешивался в местные распри и навязывал эйалетам. своих наместников. Ho в начале XVIII в. эйалеты Западный Триполи, Тунис и Алжир полностью вышли из повиновения Порты. В 1705 г, в Тунисе была основана династия Али Хусейна, просуществовавшая до 1956 г. В Алжире с 1710 г. утвердилась форма правления деев, которые избирались непосредственно диваном, а не посылались Высокой Портой. Приходу династии Караманли к власти в Триполитании способствовали следующие факторы. За почти 200-летнее господство турок в эйалете Западный Триполи была создана своеобразная этническая прослойка ку- лугли. К началу XVIII в. кулугли представляли значительную группу людей, занимавших привилегированное положение и стремившихся к власти. Большинство их проживало в пригороде Триполи Меншии и в районе Сахеля. Им в отличие от янычар были ближе интересы местных жителей, с которыми они были связаны кровными узами, хотя в глазах местного населения кулугли все же считались чужими. Кулугли занимались ремеслами, земледелием и торговлей. Наряду с этим оии несли военную службу, которая передавалась по наследству. За военную службу кулугли предоставлялись особые права и привилегии. Так, например, они освобождались от уплаты налогов. Вторым фактором, способствовавшим превращению правителей Западного Триполи в самостоятельных монархов, явился экономический упадок Османской империи, который, естественно, и привел к закату ее политического и военного могущества в середине XVII в. Изменился характер янычарского корпуса, игравшего важную роль в турецкой армии, сократилась численно и утратила боевые качества сипахи. Все это обусловило поражение Турции в войнах во второй половине XVII в. с Австрией, Венецией и Россией. Внутренняя слабость и военная отсталость Османской империи привели к тому, что правители стран Северной Африки стали лишь номинально признавать власть султана, прекратили посылать налоговые поступления и солдат в распоряжение Стамбула. В начале XVIII в. Высокой Порте, всецело поглощенной своими внутренними и внешними проблемами, ничего не оставалось, как признать приход кулугли Караманли к власти в эйалете Западный Триполи. Третьим фактором было то, что во взаимных распрях и междоусобицах янычарский корпус ослабил себя как количественно, так и качественно. Все это дало возможность кулугли претендовать на власть. Еще в период фактического пребывания у власти Мухаммеда аль-Джина была широко развернута кампания по отстранению от власти турецких ставленников.
Согласно Ибн Галбуну, современнику Ахмеда Караманли, в 1710 г. закончился период правления турок и наступила эпоха господства кулугли [99, с. 209—210]. Основатель династии Караманли Ахмед в тот период тайно поддерживал Мухаммеда аль-Джина, который вел борьбу против турок. В основании и укреплении династии Караманли немалую роль сыграли личные качества и социальное положение Ахмеда. Его прадед Мустафа Караманли, выходец из Анатолийской Турции, служил еще на кораблях адмирала Доргута плотником. Сколотив достаточное состояние после многих корсарских походов, он прибыл с первой партией янычар при правлении Мурада Аги в Триполи, где женился на местной женщине. Отец Ахмеда Юсуф, типичный представитель кулугли, начал свою службу в отрядах по поддержанию внутренней безопасности эйалета. Благодаря настойчивости и инициативе он, выдвинувшись на командные должности и получив титул бея, стал командовать отрядом войск пригорода Триполи — Меншии. Пойдя по стопам отца, Ахмед поступает на службу в турецкую армию, в отряд, которым командовал раньше его отец. Тщеславный, энергичный юноша быстро добивается успехов. Осуществилась мечта Ахмеда занять пост, принадлежавший его отцу. В обстановке своеволия янычар отряд Ахмеда Караманли, состоявший полностью из кулугли, стал приобретать значение стабилизирующего фактора не только в пригороде, но и во всем Триполи. Этому способствовала та линия поведения, которой придерживался Ахмед Караманли, заключавшаяся в сохранении нейтралитета и невмешательства в происходившие междоусобицы различных групп янычар. В его тактике была и вторая, скрытая сторона: дождаться удобного момента, когда ослабнут борющиеся стороны, и самому выступить в схватке за власть. Рост авторитета Ахмеда Караманли, снискавшего симпатии населения Триполи, вызвал серьезное беспокойство у Махмуда Абу Мувейса. Решив избавиться от своего соперника, дей разработал коварный план. Он вызвал Ахмеда Караманли к себе и поручил ему отправиться к правителю Гарьяна с особой миссией помочь тому подавить восставшие племена. Заподозрив неладное, Ахмед Караманли вскрыл секретный пакет, который предназначался правителю Гарьяна. Содержание его сводилось к тому, что податель сего пакета должен быть немедленно убит, как только послание будет передано по назначению. После этого Ахмед Караманли, поняв, что настал час действовать, немедленно перешел в наступление. С помощью своих сторонников, как представителей кулугли, так и местных феодалов — марабутов, противников дея, он поднял восстание жителей Меншии и Сахеля, большинство которых составляли кулугли. В результате Триполи оказался в осаде. Однако и внутри города у Ахмеда Караманли было много сторонников, которые открыли ему ворота. Дей Махмуд Абу Мувейс, предчувствуя жестокую расправу, повесился в цитадели. Ахмед Караманли вначале ограничился должностью командующего войсками. Деем был избран Юсуф Маккаки. В связи с частой сменой деев в Триполи свергнутый в 1710 г. Халиль-паша добился у султана фирмана о назначении его на пост паши-иаместника в эйалете Западный Триполи. Ему удалось убедить султана в том, что жители эйалета поддерживают его и что он будет встречен в стране как освободитель от засилья янычар. После этого Халиль-паша снарядил эскадру с 800 воинами на борту и направился в Триполи. Однако в первых числах августа 1711 г., когда эскадра Xa- лиль-паши подошла к Триполи, было разрешено спуститься на берег только уполномоченному султана Мулаю Ибрагиму и командующему эскадрой. Созванный в присутствии дея, командующего войсками и раисов диван принял решение нг принимать Халиль-пашу в качестве наместника султана [61, с. 210— 211]. Это решение было доведено до сведения уполномоченного султана. Халиль-паше ничего не оставалось делать, как уйти из Триполи. Эскадра направилась вдоль побережья, и у Зувары был высажен вооруженный отряд на берег, где с помощью подкупа Халиль-паше удалось заручиться поддержкой отдельных племен [149, с. 285]. От Зувары войска в пешем порядке направились к Триполи, в то время как эскадра, прибыв в гавань Триполи, блокировала город с моря. Ахмед Караманли, дожидаясь Халиль-пашу, выступил ему навстречу со своим войском, состоявшим из кулугли. К нему присоединились вооруженные отряды племен близлежащих районов Триполи. Решающий бой произошел у Сабраты 25 августа 1711 г. В результате продолжительного сражения войско Халиль-паши было разгромлено, а сам он был убит. Одержав победу, Ахмед Караманли поспешил закрепить ее результаты. С этой целью он направил в Стамбул представительную делегацию из знатных-людей Триполи с дорогими подарками султану. В задачу делегации входило добиться утверждения Ахмеда Караманли наместником султана в эйалете Западный Триполи, известить султана о тяжелом положении в стране и разъяснить причины, побудившие Ахмеда Караманли взять власть в свои руки. Делегации было дано также указание оправдать убийство Халиль- паши в бою, как результат ненависти к нему местных жителей. Помимо указанной делегации Ахмед Караманли инспирировал посылку петиций к султану от различных слоев населения Триполитании с требованием назначить его официальным наместником султана в эйалете Западный Триполи [143, с. 183]. Ахмед Караманли составил смелый и коварный план уничтожения своих противников, как турок-янычар, так и тех, в чьей преданности он сомневался. В соответствии с этим планом он пригласил около 300 турок к себе в загородный дом в Мен- шии по случаю его назначения на пост командующего войсками. По мере прибытия гостей их встречали и уничтожали в длинном узком коридоре, ведущем в главный зал дома. Одновременно в городе началась открытая охота за турецкими янычарами, которые истреблялись повсеместно. Собрав богатства своих жертв, Ахмед Караманли направил их в дар султану, которые тот охотно принял. Таким образом, путь к власти был очищен. Избавление Триполитании от командиров-янычар, являвшихся инициаторами заговоров и причиной самоуправства и постоянной смуты в эйалете, было положительным фактом и приветствовалось местным населением. 28 июля 1712 г. под предлогом выяснения обстоятельств гибели Халиль-паши в Триполи прибыл Мухаммед-паша, более известный как Джаним Ходжа. В действительности же он был послан султаном с целью выяснения положения в эйалете и возможности назначения Ахмеда Караманли наместником султана Западного Триполи. По прибытии посланника султана ему были оказаны пышные почести и преподнесены подарки, а также была предоставлена возможность общаться с жителями города. Для выяснения причин гибели Халиль-паши адмирал вызвал к себе на корабль представителей различных слоев населения Триполи. Среди них были и противники власти Ахмеда Караманли. По возвращении на берег часть из них была казнена, остальные были высланы из города. Такая жестокая расправа с представителями оппозиции произвела сильное впечатление на остальных противников Ахмеда Караманли, которые уже не осмеливались выступать против него и в дальнейшем избегали контакта с адмиралом. Как не раз случалось во взаимоотношениях Высокой Порты с эйалетами Западный Триполи, Алжир и Тунис, султану пришлось подтвердить фактическую власть Ахмеда Караманли в Триполи. Однако официальное вступление Ахмеда Караманли в должность наместника султана с присвоением ему титулов бей- лербея и паши произошло только в марте 1722 г. [G1, с. 226]. Одержав важную победу, Ахмед Караманли начал шаг за шагом добиваться независимости от Порты и установления абсолютной власти над эйалетом. После получения титула паши от султана Ахмед Караманли занялся прежде всего укреплением своей власти внутри страны. За 34-летний период правления в эйалете ему пришлось подавлять более 20 восстаний и заговоров. В результате многих усилий он, по существу, основал самостоятельное феодальное государство, лишь формально признававшее верховную власть турецкого султана. Ахмед Караманли разделил страну на округа, поставив во главе каждого из них каидов, преданных ему людей. При новом правителе была осуществлена реорганизация армии и флота, в результате чего янычары окончательно потеряли значение как военная сила. Отныне опору династии Караманли, сердцевину его войска составляли кулугли. Оставшиеся подразделения янычар были расформированы, и отдельные янычары были распределены по различным воинским отрядам и гарнизонам. Ахмед Караманли ввел придворный церемониал при своем дворе, который славился исключительной пышностью. Большое значение Ахмед Караманли придавал религии. Он с особым усердием следил, чтобы вся административная власть на местах осуществлялась в соответствии с нормами шариата. В связи с этим он приказал восстановить шариатские суды, ликвидированные в период янычарской вольницы, и создать новые там, где ранее их не было. Огромным авторитетом при Ахмеде Караманли пользовались марабуты, которые оказывали заметное влияние на происходившие в стране события. Самоуправство и беззаконие янычар в предшествующие годы окончательно опустошили казну правителей эйалета Западный Триполи, и перед Ахмедом Караманли стояла сложная за дача изыскать источники дохода для содержания военной силы — опоры его режима. Ранее основным источником доходов была караванная торговля с Центральной Африкой, но она фактически сошла на нет, так как из-за слабости режима деев Феццан оказался фактически вне суверенитета Османской империи. Во внутренних районах царила анархия. Своей неотложной задачей Ахмед Караманли считал обеспечение безопасности на караванных путях, идущих с юга страны к ее Средиземно- морскому побережью, что означало покорение племен Феццана и внутренних районов Триполитании. Поддержание порядка на караванных путях привело к возобновлению торговли и оживлению ремесла в Триполи. Однако восстановление безопасности внутри страны и упорядочение налоговых поступлений вызвали ряд восстаний. Главная их причина заключалась в том, что оставшиеся янычары не хотели мириться с потерей своих прав и привилегий в вопросах контроля над правителем страны и всеми силами способствовали разжиганию борьбы за власть. Против установления военной деспотии, сопровождавшейся укреплением административной власти и ужесточением налоговой системы, выступало также оседлое и кочевое население. В 1713 г. Ахмеду Караманли для утверждения власти в близлежащих к Триполи районах пришлось подавить выступления в Таджуре и Тархуне. He успел он расправиться над повстанцами, как пламя восстания заполыхало в Масаллате. Выступление приобрело широкий размах. Серьезность положения заставила Ахмеда Караманли самому прибыть с войсками для подавления восстания. Расправа была жестокой: сжигались дома повстанцев, уничтожались посевы, конфисковалось имущество и скот. За этими выступлениями последовал ряд заговоров местных вождей, но и они были раскрыты. Co свободными арабскими племенами Ахмед Караманли стремился поддерживать союзнические отношения, сохраняя их привилегированное положение и самостоятельность. Однако, когда они восставали, правитель жестоко расправлялся с ними. В 1715 г. во время восстания племен ауляд халифа и ауляд наср Ахмед Караманли опустошил районы к юго-востоку от Триполи. Только в племени ауляд халифа было убито 600 бедуинов. Особенно пострадали дети, старики и женщины. Вспыхнувшее в 1716 г. восстание охватило обширные районы страны. Выходец из Магриба Али бен Абдаллах бен Абд ан-Наби (Абу Киля) объявил себя ожидаемым пророком [99, с. 194]. Свою деятельность против Ахмеда Караманли он начал в Джебель-Нефусе. К нему присоединились некоторые племена. Сторонники Абу Кили грабили местное население, убивая тех, кто им сопротивлялся и не хотел присоединиться к восстанию. Восстание ширилось, оно охватило сначала Вади-эль-Комкум, юго-восточнее Мизды, а затем Джебель-Нефусу. Сторонники лжепророка с проповедями направились в эль-Джебель-эль- Ахдар в Киренаике, где им также удалось развернуть восстание и создать армию из представителей различных племен и жителей населенных пунктов. Было решено двинуться на Триполи с целью его захвата. К восставшим присоединялись все новые и новые отряды. К тому же им удалось захватить большой караван, направлявшийся из оазиса Ауджила в Триполи, с данью, собранной в Киренаике. Ахмед Караманли возглавил преданные ему войска и, не дожидаясь противника у Триполи, двинулся тому навстречу. Бой состоялся в районе Сирта. Разношерстное войско Абу Кили не выдержало удара хорошо организованных и обученных воинов Ахмеда Караманли. После этого боя Ахмеду уже нетрудно было подавить отдельные, разрозненные очаги сопротивления в различных концах страны. И вскоре он с триумфом возвратился в Триполи. В конце 1716 г. Ахмед Караманли направился в Феццан, чтобы подтвердить свою власть над шейхом этого района, который отказался выплачивать дань. Ахмед Караманли в течение 10 дней достиг Мурзука, но, узнав о волнении в Триполи, повернул обратно. В пути его догнали посланцы правителя Феццана. Они заверили Ахмеда Караманли в своей преданности, обещав ему выплачивать соответствующую дань. Осенью 1718 г., в связи с тем что шейх Феццана не проявил должного уважения к Триполи, против него была организована новая экспедиция. Попытка взять Мурзук с ходу не увенчалась успехом. Чтобы устрашить племена Феццана, которые не хотели подчиняться властям Триполитании, командование военной экспедиции начало разрушать близлежащие населенные пункты и лагеря кочевников. Такой участи, в частности, подвергся район Эль-Гатруна с богатыми сельскохозяйственными угодьями. С 1718 г. после смерти шейха Феццана Мухаммеда ан-Нас^ра наследовавший ему сын Ахмед исправно выполнял все обязательства перед Караманли). Ho наместник султана не удовлетворился этим. В 1731г. военную экспедицию триполитанцев возглавили сыновья Ахмеда Караманли— Мухаммед и Махмуд. Ахмед ан-Насер, испугавшись военных действий, запросил мира, обязуясь регулярно платить дань и возместить убытки, затраченные на организацию экспедиции. В ответ на просьбу шейха о пощаде Ахмед Караманли направил в Феццан еще большие силы во главе с Кехьей Хасаном аль-Ахмаром, поручив ему окончательно иокорить Феццан. Сдавшийся Ахмед ан-Насер со своим сыном был доставлен в Триполи. Представив их перед собравшимся диваном, Ахмед Караманли проделал над шейхом Феццана унизительную процедуру. Он продал Ахмеда ан-Насера за две медные монеты своему сыну Мухаммед~бею и поручил ему возвратить шейха в Феццан и заставить править там о г его имени. Шейха в обратный путь сопровождал Раджеб Ахмед бен Мустафа Бири, в задачу которого входило разрушение крепостных стен Мурзука [99, с. 182}. Было неспокойно и в Киренаике, где одно восстание сменяло другое, между племенами шли непрерывные стычки, а караванные пути были далеко не безопасны. В 1719 г. Ахмед Караманли назначил своего брата аль-Хаджа Шаабана правителем Киренаики, направив ему в помощь войско под командованием Ибрагима ат-Тирияки и Али бен Халиля аль-Адгама. В задачу обоих кулугли входили наведение порядка в районе Бенгази и Дерны и установление там спокойствия и безопасности. Вскоре они подняли мятеж против аль-Хаджа Шаабана и отстранили его от власти, и новым правителем Киренаики стал Ибрагим ат-Тирияки. Однако он не довольствовался захватом власти в Киренаике. Его честолюбивые помыслы простирались гораздо дальше. Новый правитель Киренаики хотел стать наместником султана во всей стране. К этому его подталкивали различного рода прорицатели, предсказывавшие по расположению звезд его счастливую судьбу. Ибрагим ат-Тирияки решил двинуться на Триполи. По мере продвижения войска к городу к нему присоединялись вооруженные отряды кочевников. Подойдя к Мису- рате, они склонили на свою сторону горожан и подвергли разграблению правительственные склады, захватив порох и свинец в Каср-Ахмеде (Мисурата-Марина). У Таджуры мятежники встретили кавалерию Ахмеда Караманли. Разгорелся ожесточенный бой. Во время боя много мятежников было уничтожено. Сам Ибрагим ат-Тирияки бежал в Египет [133, с. 145]. Серьезную опасность для правления Ахмеда Караманли представляли авантюры Джанима Ходжи. Еще в 1712 г. посланник султана по расследованию дела о гибели Халиль-паши намеревался на свой страх и риск захватить Киренаику, а оттуда двинуться к Триполи. Ho эти планы не были осуществлены, так как он вскоре был отозван в Стамбул. Джаним Ходжа в 1714 г. был назначен адмиралом турецкого флота, однако спустя три года за авантюризм был отстранен от должности и сослан в Кандию. Там в 1719 г. ему удалось захватить пять кораблей и разместить на них свыше 400 вооруженных морских авантюристов. С этими кораблями он направился к берегам эйалета Западный Триполи. В 1720 г. Джаним Ходжа захватил Бенгази. Представившись губернатором, назначенным Высокой Портой, он начал грабить местное население, отбирая деньги и сельскохозяйственную продукцию. Затем Джаним Ходжа сумел захватить некоторые гавани на триполитанском побережье. Авантюра Джанима Ходжи заставила Высокую Порту принять меры для его устранения, хотя к этому времени он уже был признан шейхами и вождями ряда племен Эль-Джебель- эль-Ахдар. В Триполи было получено указание из Стамбула уничтожить Джанима Ходжу, а его отрубленную голову прислать в столицу. Одновременно в Тунис было послано предписание о выделении деем Туниса в случае необходимости подкрепления триполитанцам для уничтожения авантюриста. Посланные в 1721 г. Ахмедом Караманли в район Сирта войска вынудили Джанима Ходжу спешно погрузить свои сокровища на корабли и со своими сторонниками отправиться в Тунис. Оттуда он еще раз в том же году предпринял попытку захватить западную часть Триполитании и начать наступление на Триполи. Высадившись в Зуваре и не найдя поддержки у населения, на которую он рассчитывал, Джаним Ходжа окончательно отказался от новых попыток захватить Триполи [133, с. 337]. В 1721 г. против Ахмеда Караманли был организован заговор, который возглавлял близкий родственник правителя страны Бен ар-Раис. К нему присоединился аль-Хадж Шаабан. Однако попытка убить Ахмеда Караманли не увенчалась успехом. Аль-Хадж Шаабан был убит, а бежавший Бен ар-Раис нашел убежище у племени аль-махамид. В 1722 г. это племя вместе с Бен ар-Раисом опустошило район Сирта. На его подавление был послан новый командующий кавалерией, Ибрагим. В результате вооруженные отряды восставших были разбиты, и вожди племени вынуждены, были выдать Бен ар-Раиса, который был доставлен в Триполи и казнен. Успехи Ахмеда Караманли в подавлении выступлений и заговоров объяснялись не только его решительностью и жестокостью, но главным образом и тем, что страна, погрязшая в междоусобицах, нуждалась в мире и безопасности. Стремление населения эйалета Западный Триполи к миру часто оказывалось сильнее попыток янычар разжечь борьбу за власть и восстановить их контроль над правителем страны. По мере укрепления своей власти внутри страны и обеспечения безопасности передвижения караванов по ее территории Ахмед Караманли все больше внимания уделял возрождению славы и мощи флота Западного Триполи, который являлся оплотом его режима и силой, защищавшей страну с моря. Чтобы выдержать бремя расходов на постоянные военные экспедиции во внутренние районы, а также удовлетворить все возраставшие потребности ненасытного двора, Ахмед Караманли нуждался в значительных средствах. Одним из главных источников доходов в тот период было корсарство. Ахмед Караманли нередко приглашал иностранных специалистов в Триполи, которые помогали местным морякам в овладении искусством мореплавания и строительства кораблей. Вскоре число судов увеличилось, и они теперь могли не только защищать прибрежные воды Триполи, но и заниматься прибыльным промыслом. В конце 20-х годов Ахмед Караманли объявил себя покровителем корсаров. За предоставление им убежища и пополнение их кораблей всем необходимым корсары выплачивали правителю треть своей добычи. Объявление покровительства корсарахМ фактически означало объявление войны европейским кораблям и вынуждало страны, владевшие этими кораблями, выплачивать эйалету Западный Триполи значительные суммы за обеспечение безопасности морской торговли у его берегов. Важная роль сильного флота заключалась и в том, что он ограждал Триполи от нападения европейских пиратов. Наличие мощного флота, покровительство корсарам, доходы от транссахарской торговли — все это подняло престиж правителя Западного Триполи и позволило ему укрепить как свою власть внутри страны, так и независимость по отношению к другим государствам. При Ахмеде Караманли арабский язык наравне с турецким был объявлен официальным языком эйалета. В ряды армии, флота и администрации стали приниматься представители местного арабо-берберского населения, хотя предпочтение отдавалось кулугли — Ахмед Караманли добился от Порты наследственной передачи власти в эйалете Западный Триполи. В официальной переписке и хутбах в мечетях Ахмед Караманли отныне величался не как наместник султана, а как независимый правитель государства, повелитель верующих. По отношению к Османской империи Ахмед Караманли проводил двойственную политику. С одной стороны, он считал себя независимым от Османской империи, имел своих представителей в европейских странах, заключал с ними договоры, не спрашивая на то согласия султана. Случалось и так, что правитель Западного Триполи отклонял ходатайство султана о заключении мира с тем или иным государством в тех случаях, когда эта акция могла нанести ущерб его интересам. Так, например, 23 октября 1723 г. в Триполи прибыл представитель султана с приказом заключить соглашение о мире с императором Австрии и Венецианской республикой. Ахмед Караманли расценил приказ султана как вмешательство во внутренние дела государства и отказался его выполнить. С другой стороны, Ахмед Караманли хорошо понимал, что без защиты Османской империи как во внутриполитическом, так и внешнеполитическом плане он не смог бы добиться стабильности в стране и продержаться долго у власти. Поддержка Османской империи помогала Ахмеду Караманли строить отношения с крупными европейскими державами. Вот почему он всегда и везде признавал сюзеренитет султана как халифа правоверных. Во всех мечетях эйалета Западный Триполи обычно по пятницам произносили хутбу, в которой упоминалось имя султана, правившего в тот период в Стамбуле. Имя этого султана чеканилось на монетах, которые производились в Триполи. Особенно сложные отношения сложились у Ахмеда Караманли с Францией. Франция была первым европейским государством, которому еще при султане Сулеймане Великолепном Османская империя предоставила ряд льгот. Эти льготы положили начало установлению в Османской империи режима капитуляций. Франции были предоставлены такие льготы, как консульская юрисдикция, освобождение ее подданных от налогов, установление фиксированных таможенных пошлин. В дальнейшем капитуляции превратились в договорные обязательства. Такие обязательства, нашедшие свое отражение в мирном договоре 1740 г., были навязаны эйалету Западный Триполи Францией еще в 1G85 г. Французские консулы, направляемые в Триполи, следили за неукоснительным соблюдением капитуляций. Договор о мире с Францией неоднократно нарушался и расторгался в период вольницы янычар. В начале своего правления Ахмед Караманли, остро нуждавшийся в финансовых средствах, также сквозь пальцы смотрел на действия корсаров. В 1713 г. французский корабль, груженный оливковым маслом, был захвачен у берегов Северной Африки. На следующий год в Триполи прибыла эскадра капитана Дюкена, сына известного французского адмирала, которая подвергла город бомбардировке. Только в 1720 г. между эйалетом Западный Триполи и Францией был восстановлен мир на основе условий договора 1685 г. [84, с. 231]. Следует особо отметить статью этого договора, согласно которой монахи-капуцины и монахи других миссионерских орденов должны были рассматриваться как подданные французского короля и пользоваться его защитой. Неприкосновенность монахов распространялась также на их имущество. Ахмед Караманли симпатизировал этой великой европейской державе и, со своей стороны, делал все, чтобы поддерживать с ней мир. Однако акции раисов корсаров, которые часто были неуправляемы и нападали на французские торговые корабли, нередко вели к нарушению мирных отношений. Так, в 1722 г. был ограблен французский корабль, приписанный к Марселю. Переговоры в связи с этим инцидентом длились долго, и французы не'сколько раз демонстрировали свою военную силу. В 1725 г. у берегов Триполитании появились французские корабли под командованием де Ваттана. В 1727 г. у входа в Триполи бросила якорь французская эскадра под командованием капитана де Монса, а в 1728 г.— французские корабли адмирала Грандпре. Эскадра Грандпре вошла в гавань Триполи и в течение 20—26 июля бомбардировала город, вследствие чего ему был нанесен тяжелый ущерб. Военные действия Франции против Западного Триполи продолжались около года. Просьбы Ахмеда Караманли о мире и прекращении военных акций оставались без ответа. Только 2 августа 1729 г. французы согласились подписать мирный договор, добившись от Ахмеда Караманли внесения в него специального пункта, по которому корсары обязаны были получать паспорта у французского консула, что фактически означало французский контроль над ними. Этим же договором было оговорено, что корсарские корабли не будут подвергаться нападению военных кораблей Франции и корсарам будет разрешено заходить во французские порты при условии, что они будут нападать на суда других стран лишь на определенном расстоянии от французского берега. Корсарам с французскими паспортами разрешалось также посещать французские торговые корабли. Установление контроля за действиями корсаров позволяло Франции, которая в то время активно вела торговую войну, направлять их усилия против своих противников. Вскоре Франция установила контроль над всеми корсарами, базировавшимися в странах Северной Африки, хотя договорные отношения порой не всегда могли удержать корсаров от нападения на французские корабли. Помимо уступок, достигнутых при подписании мирного договора, французы добились у Ахмеда Караманли возврата захваченных французских судов и возмещения нанесенного им ущерба. Что касается Англии, то она, со своей стороны, в 1716 г. подтвердила действия соглашения 1662 г. между обеими сторонами, а в 1730 г. направила адмирала Кавендиша к берегам эйалета для его нового подтверждения. Голландия, заинтересованная в торговле со странами Средиземноморья, также заключила договор с Западным Триполи о мире и дружбе. Интенсивность торговых отношений между двумя странами побудила голландцев в 1703 г. подтвердить действие договора 1683 г. В сентябре 1712 г. в Триполи прибыло три голландских корабля под командованием Питерсона, который подарил Ахмеду Караманли 100 ц пороха и четыре бронзовые пушки, В 1728 г. эйалет Западный Триполи и Голландия заключили новый мирный договор. Посланная из Триполи делегация в Голландию подтвердила дружественные чувства к этой стране. Она возвратилась в Триполи, привезя с собой 4 тыс. флоринов для Ахмеда Караманли, 2 тыс. — для членов делегации и 500 флоринов для ее секретаря. Направленная в 1743 г. вторая делегация в Голландию была также встречена с большими почестями. В 1726 г. благодаря посредничеству Высокой Порты эйалет Западный Триполи установил дружественные, отношения с Австрийской империей и заключил с ней договор о мире. Согласно этому договору, корабли Австрии были гарантированы от нападения триполийских корсаров. Кроме того, гарантии распространялись на торговые корабли Неаполя, Сицилии и Мальты. Первый австрийский консул, Джузеппе Мейер, обосновался в Триполи в 1729 г. В 1742 г. у Ахмеда Караманли начались трения с Неаполитанским королевством из-за корсарского корабля, захваченного неаполитанцами. В порядке репрессий Ахмед Караманли арестовал консула с семьей и захватил в рабство две команды неаполитанских кораблей, находившихся в порту Триполи. Инцидент был исчерпан лишь через год, когда неаполитанцы удовлетворили требования Западного Триполи. Между Мальтой и эйалетом Западный Триполи также часто возникали трения, в связи с тем что мальтийская эскадра вела непрерывную охоту за корсарскими кораблями стран Северной Африки. В апреле 1723 г. мальтийская эскадра захватила три- полийский торговый корабль в Ликате (Сицилия). .Спустя несколько дней великий магистр Мальтийского ордена узнал, что турецкие корабли у о-ва Пантеллерия захватили венецианское и сицилийское судна, груженные солью. Он приказал своей эскадре выйти в море и напасть на мусульманские корабли. В мае эскадра напала на триполийский корабль, на котором находилась команда из 400 человек, и после четырехчасового боя захватила его. В плен было захвачено 267 человек, в том числе 20 раненых, остальные погибли во время сражения [84, с. 233]. В октябре 1737 г. мальтийцы в водах Сицилии у Калабрии захватили триполийский корабль, в результате чего в плен было взято 45 турок, два ренегата и четыре христианских раба. Несмотря на это, в целом отношения Триполи с Мальтой в XVII в. были сравнительно хорошими. Правители обеих стран часто обменивались подарками и постоянно поддерживали между собой переписку, решая возникавшие между ними индиценты мирным путем. К концу правления Ахмеда Караманли на территории эйалета Западный Триполи сложилось феодальное государство с сильными административным аппаратом, армией и флотом. Это позволило Ахмеду Караманли с помощью армии и флота не только обеспечивать безопасность государства от внешнего врага и установить порядок во внутренних районах страны, но и гарантировать постоянное поступление доходов, основными источниками которых являлись корсарство, сбор дани с малых европейских государств и налогов с населения внутренних районов страны. С ростом доходов государства Ахмеда Караманли укреплялись и богатели феодально-племенная верхушка и мусульманское духовенство. О процветании феодалов, купцов, шейхов племен и мусульманского духовенства свидетельствовало строительство мечетей. Великолепным памятником мусульманского зодчества того времени является мечеть, известная в настоящее время под названием «Джами Ахмед-паша». Она была заложена в 1736 г. на месте старой мечети, сооруженной еще арабским завоевателем Триполи Амром ибн аль-Асом в 643 г. Мечеть Ахмеда Караманли — вариант колонной мечети; 16 колонн поддерживают полуциркульные арки в сравнительно небольшом квадратном зале. Над куполом мечети возвышается минарет. Стены мечети выложены голубой, зеленой и бледно-желтой мозаикой, их украшают орнаменты, изречения из Корана, карнизы, узоры и т. д. Внутренний двор мечети предназначался для захоронения членов династии Караманли. При ней была открыта религиозная школа. Помимо строительства мечети, которое продолжалось несколько лет, начались перестройка и ремонт крепостных стен я ворот города, а также цитадели, превращенной в дворец и ставшей резиденцией правителей Караманли. Цитадель, расположенная на берегу моря и с трех сторон окруженная крепостными стенами, в период правления основателя этой династии считалась неприступной. Гордостью Ахмеда Караманли были верфи, сооруженные в порту Триполи и предназначенные для строительства крупных судов. К концу жизни Ахмед Караманли потерял зрение. Лишившись возможности управлять делами государства, он передал бразды правления младшему из своих сыновей — Мухаммеду (старший сын, Махмуд-бей, являлся правителем Киренаики, а средний сын, Юсуф, — командующим войсками). 4 ноября 1745 г., вскоре после передачи власти, Ахмед Караманли, не желая быть объектом для сочувствия и обузой для окружающих, покончил жизнь самоубийством. Власть полностью перешла в руки Мухаммеда Караманли, который еще при жизни отца фактически управлял делами государства. Члены дивана, верхушка корпорации раисов флота и крупные военачальники поклялись в верности новому правителю. Впоследствии султан Махмуд I утвердил его своим наместником в эйалете Западный Триполи и присвоил титул паши. В первые годы правления Мухаммед Караманли проводил такую же внутреннюю и внешнюю политику, как и его отец. По-прежнему особое внимание уделялось укреплению флота и армии, строительству кораблей. Флот эйалета настолько вырос по силе, что триполийские корсары своими дерзкими нападениями не только наводили ужас на торговые корабли, но и постоянно держали в напряжении все южное побережье Европы. После принятых англичанами и французами мер триполийские корабли действовали исключительно против других государств. В апреле 1747 г. Мухаммед Караманли послал офицеров к неаполитанскому консульству, чтобы те сорвали флаг Неаполитанского королевства. Это означало объявление войны, и консул покинул Триполи, чем незамедлительно воспользовались корсары для нападения на корабли королевства. Предпринятая акция была призвана заставить Неаполь платить большую ежегодную дань в обмен на свободное плавание в Средиземном море, В 1748 г. корсары зйалёта Западный Триполи нарушили мирный договор с Австрией, и ее суда стали подвергаться ограблениям. Только с помощью представителя великого герцогства Тосканы в 1749 г. удалось восстановить мир между обоими го*» сударствами. В 1751 г. Дания за большую сумму — 21,5 тыс. цехинов выкупила своих пленных и добилась благодаря энергичным действиям представителя датского королевского двора Хамекена заключения мира с Западным Триполи, уплатив ему 26 тыс. цехинов. В 40-х годах XVIII в. в Триполи проживало, по сведениям Зорзи Таванелли, капитана венецианского торгового судна, захваченного в плен корсарами и проведшего около года в Триполи, 17 тыс. человек, причем половину из них составляли евреи. По его сообщению, корсарский флот Мухаммеда Караманли в то время состоял из восьми кораблей различного типа. Кроме того, существовал корсарский флот, принадлежавший частным лицам и базировавшийся в порту Триполи. Корсарские корабли паши выходили в рейд, как правило, один раз в год. Продолжительность рейда составляла не менее 40 дней. Корсары на частных кораблях проводили рейды на свой страх и риск. В случае удачи они были обязаны отдавать треть добычи паше [84, с. 240]. Если эйалет Западный Триполи вынуждал многие государства принимать, свои условия мира в зависимости от уплаты и размеров дани, то соперничавшие между собой великие державы Европы с помощью силы, в свою очередь, навязывали эйа- лету все новые и новые кабальные соглашения. 19 сентября 1751 г. Англия заключила с Мухаммед-пашой мирный договор. В соответствии с этим договором, который содержал 28 статей, Англии предоставлялось право вести торговлю во всех портах эйалета Западный Триполи. С ввозимых ею товаров собиралась таможенная пошлина размером 3%; оружие, порох, корабельный лес и парусина, пшеница и многие другие товары не облагались пошлиной. По договору англичанам предоставлялся ряд привилегий. Так, согласно ст. 6, английскому консулу вместе с его помощниками и переводчиками разрешалось посещать все порты страны как по суше, так и по морю. Статья 15 предоставляла английскому консулу предпочтение перед другими иностранными консулами приветствовать и поздравлять первым наместника султана по случаю государственных и религиозных праздников. Английские подданные (ст. 18) подпадали под действие английского законодательства, если другой стороной в споре был не- мусульманин. В случае смерти английского подданного его имуществом распоряжался английский консул. В этом договоре явно прослеживалась тенденция англичан, которая оформилась впоследствии в политику «разделяй и властвуй». Так, ст. 20 гласила, что в случае войны между Англией и Алжиром или Тунисом эйалет Западный Триполи должен был занимать нейтральную позицию и не оказывать этим странам никакой помощи [10, с. 378]. Следующая статья обязывала правителя эйалета воздерживаться от покупки английских товаров и имущества, а также английских подданных, захваченных в плен корсарами Туниса и Алжира. В договоре было также оговорено (ст. 2), что при встрече английских кораблей с кораблями эйалета Западный Триполи в открытом море последние имеют право проверять официальные документы у первых. В случае подтверждения английской принадлежности к кораблям должно быть, согласно ст. 28, проявлено дружественное отношение и разрешено им мирно продолжать путь. При встрече кораблей обеих сторон в нейтральных портах они были обязаны приветствовать друг друга, а их капитаны — устраивать празднества для укрепления дружественных отношений между двумя странами. Таким образом, договор регламентировал взаимоотношения судов как в открытом море, так и в портах своих и других государств. Вместе с тем в договоре было оговорено, что его пункты являлись действительными и для подданных о-ва Майорка и судов Гибралтара, над которыми, по Утрехтскому миру 1713 г., Англия установила свой суверенитет. За уступки, сделанные Мухаммед-пашой в этом договоре, англичане обязались направлять в эйалет Западный Триполи пушки и другое огнестрельное оружие, а также боеприпасы к ним. Успехи англичан в обеспечении своих привилегий для морской торговли в портах эйалета, безопасности морского судоходства в водах Западного Средиземноморья и прав английского консула в Триполи побудили французов также добиваться новых уступок со стороны Мухаммеда Караманли путем расширения и дополнения подписанного ранее договора 1729 г. Французскому консулу не так трудно было это сделать в связи со сложившейся в эйалете благоприятной для Франции обстановкой. К концу правления Мухаммеда Караманли, не особенно утруждавшего себя управлением государством, его власть над корсарами ослабела. Этим не преминули воспользоваться корсары. В соответствии с договором 1729 г. им разрешалось посещать с дружественным визитом французские торговые корабли. Эти посещения некоторые капитаны корсаров начали использовать в корыстных целях, занявшись вымогательством и шантажом. Под этим предлогом французские власти в 1752 г. потребовали от Мухаммеда Караманли дополнить договор 1729 г. следующей статьей: «Авантюристы из эйалета Западный Триполи, которые не подчиняются статье 9 договора от 6 ноября 1729 г. и вымогают у капитанов или владельцев французских судов продовольствие, товары, инструменты, боеприпасы и другое имущество, препятствуют судоходству, задерживая суда или подвергая их карантину без необходимости в этом... подвергаются жестоким наказаниям вплоть до смертной казни в случае их плохого обращения с капитанами, владельцами французских судов или их моряками» [127, с. 82]. Уступки Мухаммеда Караманли европейским государствам привели к тому, что против него был организован заговор во главе с вице-адмиралом корсарского флота Мухаммед-пашой. В ночь на 11 июля 1752 г. албанские моряки (арнауты), служившие на корсарских кораблях Мухаммед-паши, подняли мятеж. По свидетельству датского консула Смита, они набросились на выходивших из мечети знатных людей города и убили их. Среди убитых был шейх аль-биляди (мэр города). Затем моряки-арнауты сняли охрану с крепостных орудий и захватив их, повели обстрел резиденции Караманли. В городе началась паника. Однако вооруженные отряды, из местного населения* проживавшего в пригородах Триполи, заслышав канонаду, собрались у ворот города. Скандируя слова «Да здравствует Мухаммед Караманли!», они требовали открыть ворота, намереваясь соединиться с жителями города. Восставшие моряки-арнауты, видя, что их не поддерживает местное население и что даже те, кто вначале к ним примкнул, разбежались, попытались прорваться к морю и сесть на корабли. Пробиться к воротам города, ведущим к морю, удалось только 200 морякам [84, с. 242]. Захватив корабль английского консула, они погрузили на него пушки, снятые с фортов крепости. Мятежники предупредили иностранных консулов, что они будут атаковать любое судно, которое приблизится к кораблю и помешает его отплытию. На следующий день в различных уголках города были обнаружены обезглавленные трупы 15 моряков-албанцев [61, с. 253]. Таким образом, этот мятеж не имел успеха, так как выражал интересы узкого круга лиц, обогатившихся за счет корсарства, к которым в первую очередь относились верхушка раисов и моряки-ренегаты. Заключение нового договора с англичанами и внесение дополнительной статьи в договор 1729 г. с французами способствовало усилению роли консулов Англии и Франции в Западном Триполи, а также обострению соперничества этих стран за влияние на правителя эйалета. В то же время эго означало и ограничение деятельности корсаров, что, естественно, вело к сокращению доходов от морского разбоя. Последнее, в свою очередь, негативно отразилось на армии и флоте — опоре военной деспотии династии Караманли. Давая оценку документам, подписанным Мухаммедом Караманли, Омар Али бен Исмаил заключает: «Подписав соглашения, Мухаммед Караманли несомненно причинил зло своему народу. Он первым способствовал разрушению здания государства, для которого много сделал его отец. После заключения этих договоров европейцы начали с вожделением смотреть на эйалет Западный Триполи, предвкушая новые победы» [101, с. 47]. В 1753 г. в Киренаике вспыхнуло восстание против правления старшего брата паши Мухаммеда — Махмуда, который еще при Ахмеде Караманли стал полновластным владыкой восточной части эйалета Западный Триполи. Несмотря на неоднократные попытки столкнуть братьев в борьбе за власть, правителю эйалета, жестоко расправлявшемуся с теми, кто пытался подорвать единство в семье Караманли, удавалось сохранить сплоченность ее членов. С помощью посланных Мухаммедом Караманли войск восстание в Киренаике было подавлено.
<< | >>
Источник: Прошин Н.И.. История Ливии в новое время (середина XVI - начало XX в.). 1981 {original}

Еще по теме Внутренняя и внешняя политика первых представителей династии Караманли, Ахмеда и Мухаммеда:

  1. Тема IV. ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЕРВЫХ РУССКИХ КНЯЗЕЙ
  2. Внутренняя политика Юсуфа Караманли
  3. Внутренняя политика первых ханьских императоров
  4. Крушение династии Караманли
  5. ТЕМА 5 ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДИНАСТИИ КАРОЛИНГОВ В VIII?НАЧАЛЕ IX В.
  6. Глава II ФЕОДАЛЬНАЯ ДИНАСТИЯ КАРАМАНЛИ (1711—1835)
  7. Внутренняя и внешняя политика де Голя.
  8. Внешняя и внутренняя политика фараонов Древнего царства
  9. ПОДХОД К ВНУТРЕННИМ ФАКТОРАМ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ
  10. ВНЕШНЯЯ И ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА СЕРБО-ХОРВАТО-СЛОВЕНСКОГО ГОСУДАРСТВА
  11. ВОЙНЫ, ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА СЕФЕВИДОВ B 1520 — 1578 гг.
  12. ГЛАВА 9 ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ НА РУБЕЖЕ XIX - XX вв.
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -