<<
>>

Тема 2. Гражданское общество как институциональный механизм взаимодействия бизнеса и государства.

Представления о гражданском обществе прошли длительную эволюцию, краткий анализ которой может прояснить проблему. Канадский политический философ Чарльз Тэйлор выделил две основные традиции понимания гражданского общества.
Л-традиция, восходящая к Джону Локку и названная так по первой литере его фамилии, рассматривает гражданское общество как некое этическое сообщество, живущее по естественным законам до и вне политики. К Л-традиции Тэйлор отнес кроме Локка многих других авторов англо-американской либеральной мысли. Сюда попали такие теоретики, как Адам Фергюсон – автор первого специального исследования «Опыт истории гражданского общества» (1767), Адам Смит – автор фундаментальной «Теории нравственных чувств» (1759), заложивший основы более позднего и лучше нам известного исследования «О богатстве народов», радикальный мыслитель американской революции Томас Пейн с его теорией минимального государства и другие. Для Л-традиции важна концепция естественного состояния, в которой уже заложены все основные черты той совокупности разнообразнейших форм жизни, которую более поздние англо-американские теоретики будут называть «гражданским обществом». Адам Фергюсон, основоположник термина «гражданское общество» в его нынешнем понимании, рассматривает возникновение цивилизованного общества из предшествующих состояний, характеризуемых как «дикость» и «варварство». Эта тема станет близкой последующим мыслителям. Согласно Фергюсону, гражданским являлось лишь общество цивильное и цивилизованное, вкусившее всех плодов цивилизации. Цивилизованные манеры, гражданские, а не военные методы разрешения немногочисленных споров, совместная гордость успехами цивилизации связывают в этическое сообщество людей, придерживающихся цивилизованных законов в своей насыщенной жизни вне политической сферы. Американский политический философ Адам Селигмэн в книге «Идея гражданского общества» попытался раскрыть корни «классического» понимания гражданского общества (то есть Л-традиции) как этического видения социальной жизни вне политики и показал, что локковская традиция исходит из требований протестантизма, а точнее кальвинистской теологии.
Описывая трансцендентальные или религиозные корни представлений о гражданском обществе, Селигмэн показал, как протестантские общины Нового Света воплотили религиозные догматы в своей повседневной жизни, обусловив тем самым укоренение гражданских форм жизни в Америке. М-традиция, берущая свое имя от Шарля Монтескье, указывает, прежде всего, на другой аспект: она представляет гражданское общество как набор независимых ассоциаций граждан, опосредующих отношения между индивидом и государством. Исходным пунктом М-традиции является наличие сильного централизованного государства. Шарль Монтескье, Бенжамен Констан и Алексис де Токвиль сосредоточили внимание на проблеме защиты политической свободы от угрозы деспотического вмешательства государства в жизнь индивидов или групп населения. Их понимание гражданского общества сводится к идее «промежуточных тел» («властей»), опосредующих отношения между индивидом и государством. М-традицию в противовес англо-американской или протестантской Л-традиции обозначают как франко-итальянскую, южноевропейскую или католическую традицию мышления о гражданском обществе. В отличие от протестантской общины Нового Света католические конгрегации Франции, Италии, Испании постоянно сталкивались с проблемой отношений с сильными светскими государствами. Большой вклад в развитие теории гражданского общества внес И.Кант, считавший, что гражданское общество есть целостное явление, включающее в себя и государство как его элемент. В кантовской философии истории постулировалось некое всеобщее гражданское общество, основанное на принципе господства права. Таким образом, Кант под гражданским обществом подразумевал всеобщее правовое общество, полагая, что «только в нем возможно наибольшее развитие природных задатков»5. Серьезным этапом в развитии теории гражданского общества стала философия Гегеля. Гегель синтезировал в своей теории Л- и М-традиции, включая универсализм Канта с его идеей государственно-гражданского общества. Гегель считал, что «из естественного, «некультурного» состояния «люди должны вступать в гражданское общество, ибо только в последнем правовые отношения обладают действительностью»6.
Главным элементом в учении Гегеля о гражданском обществе выступает человек. Согласно Гегелю, отдельная личность является для самой себя целью; ее деятельность направлена, прежде всего, на удовлетворение собственных потребностей как природных, так и социальных. В этом смысле она представляет собой некоего эгоистического индивида. Однако личность может удовлетворить свои запросы не иначе, как находясь в определенных отношениях с другими людьми. В «Философии права» Гегель пишет: «В гражданском обществе каждый для себя – цель, все другие для него ничто. Но без соотношения с другими он не может достигнуть всего объема своих целей»7. Несмотря на ряд различий между Л- и М-традициями гражданского общества, они относятся к единой западной концепции гражданского общества, основными элементами которой являются свободные ассоциации граждан, экономический рынок и публичная сфера. Единство этих концепций обеспечено не только формальным совпадением структур, но и тем, что «западное гражданское общество сформировалось как общая для многих стран традиция или форма общественной жизни – как историческая конфигурация практик самоуправления, экономического обмена и обмена мнениями (публичных дебатов)»8. Но если в рыночной экономике обычно видят исторически раннее, неполитическое основание, то самоуправление и сфера общественного мнения – это уже плод более позднего развития, они находятся как бы на полпути к политической сфере. Таким образом, вопрос о гражданском обществе был исторически поставлен как вопрос о наиболее разумном и целесообразном устройстве человеческого бытия. Речь шла о новом этапе развития цивилизации, новом витке общественного процесса, который должен был получить адекватное официальное признание и выражение. При этом во всех предлагаемых моделях и концепциях четко доминировал главный лейтмотив – собственность и отказ государства от претензий на роль единственного организатора и координатора общественной жизни, от стремления держать в своих руках все социальные нити и связи.
Содержание западной концепции основано на соединении нормативных представлений об общественной жизни с реальной исторической традицией. В России же «гражданское общество» если и остается пока чем-то большим, чем лозунг, то все же чисто нормативным понятием, поскольку трудно назвать исторические практики, образующие соответствующую традицию. Контекст, в котором понятие гражданского общества обретало бы практический смысл, остается неясным. Однако ответ об уместности концепции гражданского общества во многом зависит от того, как работать с этим понятием. То есть, это вопрос не формального приложения концепции, а, скорее, выбора адекватного кросс-культурного перевода – с языка одной традиции на язык другой, который в отличие от формального способа, ищущего среди политических институтов различных стран нормативное соответствие и структурно-функциональные аналоги, добавляет к этой процедуре элемент интерпретации. Это заставляет выйти за пределы доктринального аппарата, чтобы реконструировать российскую историческую идею и практику, сопоставимую с западной концепцией гражданского общества. Некоторые авторы предлагают рассматривать российское понятие «общественность»9. Отметим наиболее общие принципы, лежащие в основе гражданского общества, независимо от специфики страны: * экономическая свобода, многообразие форм собственности, рыночные отношения, конкуренция; * признание и защита естественных прав человека и гражданина; * легитимность и демократический характер власти; * равенство всех перед законом и правосудием, надежная юридическая защищенность личности; * правовое государство, основанное на принципе разделения и взаимодействия властей; * политический и идеологический плюрализм, наличие легальной оппозиции; * свобода мнений, слова и печати, независимость средств массовой информации; * невмешательство государства в частную жизнь граждан, их взаимные обязанности и ответственность; * гражданский мир, партнерство и национальное согласие; * эффективная социальная политика, обеспечивающая достойный уровень жизни людей. В большинстве развитых стран Запада в Конституциях записано, что они являются гражданским обществом. Главным критерием служит рынок со всеми его атрибутами. Однако идеала в этом деле они также не достигают в силу ряда социальных изъянов и недостатков. Говорится даже о новом кризисе гражданского общества в странах всеобщего благосостояния10. Но по основным вышеуказанным параметрам эти страны все же отвечают условиям и требованиям гражданского общества. К сожалению, сегодня, несмотря на распространение самого понятия гражданское общество, можно констатировать, что до сих пор так и не создана систематическая теория гражданского общества. Однако нельзя не отметить последнее исследование Дж.Коэна и Эндрю Арато «Гражданское общество и политическая теория», в котором рассматриваются главные теории гражданского общества и возможности его реконструкции на современном этапе. Исходя из анализа их позиции, можно констатировать, что созданию теории гражданского общества, приемлемой для стран Восточной Европы и для России препятствуют многие факторы, в том числе и тот факт, что предмет современных дискуссий внутри политической теории переместился сегодня совсем в иную плоскость, чем в 19 веке, когда данная теория определялась оппозицией «общество-государство». Кризисы перепроизводства в начале 20 века грозили уничтожением социального мира, а требования социальной справедливости привели к усилению государственного регулирования экономикой. Это показало, что попытки восстановить авторитет государства посредством ограничения его полномочий и ограждения его от давления требований со стороны народа не снижают уровня активности государства, но лишь переносят эту активность из политической в административную сферу. Сегодня демократические движения Восточной Европы и России уповают на силу гражданского общества. Но при этом они не разграничивают в достаточной степени задачу установления эффективной рыночной экономики и проект укрепления гражданского общества по отношению к государству и высвободившимся рыночным силам. К тому же, как мы уже знаем это из реальной российской практики, стихийные силы капиталистической рыночной экономики представляют собой не меньшую угрозу для социальной солидарности, социальной справедливости, чем административная власть современного государства. Определенные черты государства, конечно, мешают организации коллективной деятельности и разрушают горизонтальную солидарность, однако более разрушительным является неограниченная экспансия капитализма. Таким образом, современное понятие гражданского общества ориентировано на иные оценки и иное общественно-политическое мышление, чем в 19 веке, так как ресурсы социальной интеграции подрываются не столько государством, сколько, экспансией становящейся все более нелиберальной корпоративной экономики. Американские исследователи видят задачу в том, чтобы гарантировать современному государству и современной экономике автономию и в то же время защитить гражданское общество от деструктивного проникновения в него требований, исходящих из этих двух сфер. Дж.Коэн и Э.Арато считают необходимым отличать гражданское общество от политического общества, являющегося сферой жизни партий, политических организаций и органов публичной политики (в частности, парламентов), а также от экономического общества, состоящего из организаций, занятых производством и распределением – обычно это фирмы, кооперативы, партнерства и т.д. Как политическое, так и экономическое общество возникает на основе гражданского общества, и их объединяет с ним ряд общих организационных форм; институционализируются они посредством прав (в частности, политических прав и прав собственности), являющихся органичным продолжением тех прав, что стоят на страже гражданского общества. Но акторы политического и экономического обществ являются непосредственными участниками осуществления государственной власти и экономического производства, задача их – контролировать соответствующую сферу, управлять ею. В свою очередь, политическая роль гражданского общества непосредственно связана не с контролем или захватом власти, а с влиянием, проводником которого являются демократические ассоциации и свободная дискуссия в интеллектуальных кругах. Однако без политического общества как некоего посредника между гражданским обществом и государством не обойтись, как не обойтись и без жесткой увязки политического общества с обществом гражданским. В принципе то же можно сказать и о взаимоотношениях между гражданским и экономическим обществом, даже если исторически, при капитализме, экономическое общество было более надежно изолировано от влияния гражданского общества, чем общество политическое. Вместе с тем легализация профсоюзов, коллективных договоров, совместного определения экономической политики, внедрение принципов корпоративного управления и т.д. свидетельствует о влиянии гражданского общества на общество экономическое и позволяет последнему играть роль посредника между гражданским обществом и рыночной системой. Но необходимо подчеркнуть, что в условиях демократического правления было бы ошибкой считать гражданское общество по определению противостоящим экономике и государству. По представлениям Дж,Коэна и Э.Арато институты экономического и политического общества относятся к числу сфер-посредников, через которые гражданское общество способно влиять на политико-административные и экономические процессы. Антагонистическим отношение гражданского общества к экономике или государству становится лишь тогда, когда последние не справляются с ролью посредников или когда институты экономического и политического общества начинают изолировать процессы принятия решений и тех, кто эти решения принимает, от воздействия со стороны социальных организаций, инициатив и публичного обсуждения. Таким образом, мы говорим о возможности внедрения демократических процедур и в государственные и в экономические институты. Но нормативно-желательный проект внедрения экономической демократии, подразумевающей различные формы участия как на уровне рабочего места, так и на уровне фирм, должен быть смягчен из-за необходимости сохранять в неприкосновенности саморегулирование управляющих систем. Однако сам факт существования парламентов, а также различных объединений работодателей и форм рабочего самоуправления, совместного разрешения споров и коллективных договоренностей указывает на то, что общественность, отстаивающая ценности гражданского общества, может быть сформирована даже внутри институтов, которые изначально функционируют на основе системного управления. Поэтому те институты, которые в рамках политической или экономической систем координируются коммуникативным способом, относятся к гражданскому обществу. Тогда как те, которые управляются при помощи денег и/или власти, относятся к институциональному уровню системы. Однако ни один из этих аспектов не следует воспринимать как «замкнутый на самого себя», так как оба они, хотя и в различной степени раскрыты для процесса демократизации. Таким образом, мы отметили, что дихотомия 19 века «общество-государство» в западной концепции на современном этапе претерпевает определенные изменения в сторону расширения. По мнению Дж.Коэна и Э.Арато, только в рамках трехчастной модели, отделяющей гражданское общество как от государства, так и от экономических структур, позволяет этому понятию возрождать свой критический потенциал в условиях демократии. Комбинация обособленных подсистем и хорошо защищенного гражданского общества, имеющего приоритет над подсистемами, позволяет избежать экономических издержек и социальных побочных эффектов, свойственных моделям, в которых предполагается социальное доминирование одной или другой из подсистем. Эта комбинация обещает экономическое саморегулирование и обособление важных сфер жизни от экономики. Политика влияния гражданского общества на экономическое и политическое выдвигается сегодня на первый план. А самостоятельность гражданского общества в особой мере зависит от его способности защитить себя перед лицом обеих подсистем. Контрольные вопросы 1. Дайте краткий анализ эволюции представлений о гражданском обществе. 2. В чем заключается суть различий Л- и М-традиций? 3. К какой традиции ближе Россия в выборе стратегии формирования гражданского общества? 4. В чем заключается содержание западной концепции гражданского общества? 5. Назовите наиболее общие принципы, лежащие в основе гражданского общества, независимо от специфики страны. 6. Чем отличается современное толкование понятия гражданского общества от общественно-политической традиции 19 века? 7. С чем связана политическая роль гражданского общества? 8. Когда отношение гражданского общества к экономике или государству становится антагонистическим? 9. Какие институты в рамках политической или экономической систем относятся к гражданскому обществу, а какие к институциональному уровню системы? Рекомендуемая литература 1. Алмонд Г., Верба С. Гражданская культура и стабильность демократии // Полис. 1992. №4. 2. Волков В. Общественность: забытая практика гражданского общества. // Гражданское общество. / Pro et Contra. Т. 2. №4. Осень 1997. 3. Гаджиев К. Гражданское общество и правовое государство // Мировая экономика и международные отношения. 1991. №5; 4. Гегель Г. Философия права. М. 1990. 5. Гражданское общество. Мировой опыт и проблемы России. М. 1998. 6. Гражданское общество в России: проблемы самоопределения и развития. М. 2001. 7. Гражданское общество в России: западная парадигма и российская реальность. М. 1996. 8. Гражданское общество в России: Структуры и сознание // Отв.ред. К.Г.Холодовский. М. Наука. 1998. 9. Дилигенский Г. Существует ли в России гражданское общество?// Поговорим о гражданском обществе. Изд-во: Фонд «Общественное мнение». М. 2001. 10. Кант И. Сочинения в 6 томах. М. 1966. Т.5. 11. Коэн Джин Л., Арато Эндрю. Гражданское общество и политическая теория. Изд-во «Весь мир». М., 2003. 12. Кулиев М.Р. Гражданское общество: социально-философские и методологические подходы. М. 1996. 13. Курикалов Ю.Л., Маркова О.В. Гражданское общество как социальная форма цивилизации // Философия и цивилизация / Материалы Всероссийской конференции. СПб., 1997. 14. Локк Дж. О политическом или гражданском обществе // Собр.соч. М. 1988. Т.3. 15. Марахов В.Г. Гражданское общество в России: теория и стратегия формирования// Стратегии формирования гражданского общества в России. / Под общ. ред. проф. В.Г.Марахова. Изд-во СПбГУ. 2002. 16. Одинцова А.В. Гражданское общество: взгляд экономиста // Государство и право. 1992. №8; 17. Перегудов С. Гражданское общество как политический феномен // Свободная мысль. 1992. №9; 18. Хархордин О. «Проект Достоевского»// Гражданское общество / Pro et Contra. М. Т. 2. №4. Осень 1997.
<< | >>
Источник: Л.А.ГАЙНУТДИНОВА Р.И.ГАЙНУТДИНОВ. БИЗНЕС И ОБЩЕСТВО: проблемы взаимодействия.. 2005

Еще по теме Тема 2. Гражданское общество как институциональный механизм взаимодействия бизнеса и государства.:

  1. 5.1. Система государственной службы в странах с федеральным типом административно-государственного управления (Германия, США)
  2. 3.1. Основные направления, формы и особенности американской политической науки в послевоенный период
  3. Библиографические ссылк
  4. Глава 15 Лидеры и рядовые члены общества
  5. ТРАНСФОРМАЦИЯ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ МЕЖДУ НЕКОММЕРЧЕСКИМ СЕКТОРОМ И ГОСУДАРСТВОМ
  6. 8.2. Гражданское общество и политическая власть
  7. 9.2. Лоббизм как система реализации групповых интересов в политике
  8. Возражения на принцип выхода из объединений
  9. Тема 2. Гражданское общество как институциональный механизм взаимодействия бизнеса и государства.
  10. Сущностные характеристики и структурное содержание информационной культуры российского общества
  11. Концептуальная модель развития конвергентной журналистики в контексте профессиональной культуры: факторы формирования стратегических ресурсов
  12. Экология насущная проблема человечества
  13. Очерк 1. ОБРАЗОВАНИЕ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ В КОНТЕКСТЕ СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ СМЫСЛОВ И ЦЕННОСТЕЙ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА
  14. Модели взаимодействия государства и гражданского общества в современной политической науке
  15. Содержание, сущность и институциональная структура гражданского общества.
  16. Институциональный базис и функции гражданского общества в условиях модернизации современной России.
  17. Региональные парламенты как центры принятия решений
  18. АСПЕКТЫ В РЕАЛИЗАЦИИ МОЛОДЕЖНОЙ ПОЛИТИКИ КАК МЕРЫ ПОДДЕРЖКИ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ МАЛОГО И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА В ЕКАТЕРИНБУРГЕ. Федосова И.В., Патракова А. А. (Екатеринбург)