<<
>>

ТРУД ДУХОВНЫЙ

  Вчера в русском классе моем разбирали «Обломова», и когда они весело потешались над ничегонеделаньем русским: пыль не уберут, а мечтают: «Подайте мне Человека!» — я вдруг обиделся и встал на защиту русских байбаков и мечтателей, вплоть до чеховских, кто мечтают «работать, работать!».

Да ведь они уже работают, работали, наработали — и интенсивнейше! В душе и над душой, тонкость чувств и переживаний, и проблем духа в себе прокручивая, выговаривая, продумывая, выписывая, — все эти Онегины и Печорины, и Лермонтов, и Обломов, и говорящие и спорящие герои Достоевского. И чем это меньше «работа», чем изобрести новую модель подтяжек или маргарин и на нем надпись: «Не могу поверить, что это не масло!»? Конечно, и это —дело, и, ради Бога, пусть делается. Но и утонченность душевной жизни, копание духом в высях сверхидей и сверхценностей — есть та часть мировой Работы, что в разделении труда между странами-народами и культурами выпала Старому Свету и России.

Так что же лучше?

Оба лучше. Восполняют друг друга — и Америка, и Россия.

А кто же еду будет создавать, кушать что?

Но ведь Эйнштейн не должен выращивать себе капусту. И труд русских думателей и спорщиков, лежа на печи или за бутылкой в трактире или на кухне, — как труд математиков: имматериальный, но — труд! Так что русские баре и интеллигенты, что вздыхали о деле и работать бы!., — уже этими вздохами и упреками себе (Лермонтов, «Дума») величайше и наработали в Духе.

А и советские: в утопиях и мечтах, в их крахе, в муках и заблуждениях, — тоже за все народы потрудились, так что наш опыт — всем наука. Так врач-эпидемиолог прививает чуму себе, проверяя экспериментально, — и сам полубездыханный лежит. Конечно, не специально так захотели в России себя в жертву и службу принести. Но в Божьей экономии бытия объективно так вышло: будто нарочито, и призваны на то — русские, жители России и советчины...

Они были ошарашены моим патриотическим взрывом за Россию и советчину. И, видно, открылось им — иное измерение бытия, и труд там, и ценности, не подозревавшиеся ими. А то все «работу» считали созданием материальных изделий, вещей.

А культивировать душу? «Наука страсти нежной»?.. Конечно, можно —раз-два, ложись, «сунул, вынул —и бежать!», —а французы тут наворачивают какие галантные ритуалы игр любовных, ухаживаний, соблазнений, переживаний! Также и русские —во Психее...

Один обратил внимание на то, что Обломов в халат — одежду Востока одевается, привольную... И верно: евразиец, русский человек — в просторы, как в шаровары, облекся, прямо в них, как на диване, разлегся, широкая душа... А имя-то! — им я раскрываю. — Все из «о», а это — гласная, означающая центр; так что Обломов — при оси Бытия: куда же ему еще сдвигаться-то? Он — шар и кругл и совершенен. К нему тянутся и приходят.

Спрашивали: почему к Обломову приходят люди? Он ведь не богат, хотя что-то от него берут... Да ведь он —центр бытия: О — О — О...

И так получается панорама характеров: Чичиков — ездит, Одиссей — тоже, Обломов — лежит, а к нему приходят. Но по теории относительности это все равно: кто, кого считать движущимся. Ну а итог — один: панорама образов. Хотя это тоже важно, что Обломов лежит — как бог на месте, как Перводвига- тель (Аристотеля идея и термин: сравнивал его с прекрасной статуей: она стоит, но все влекутся к ней, и так недвижное производит и заводит движение в мире. — 24.7. 94): к нему влекутся и приходят, рассказывают...

...Воркует Субстанция — вон музыкой. Сама! Ее благословенное величество — как резвится! как глаголет!

    РАЗБИЛ ОЧКИ В СУХОДРОЧКЕ

Х.91. Разбил очки — беда! И в какой ситуации постыдной!.. ...Досада. Правда, разбилось то стекло, которое на слепом глазу, так что можно любую стекляшку вставить, без диоптрий.

А все ж —хлопоты, доллары... Ну и — постыд...

А вернулся с какого интеллектуальства — вечером-то! В «Рас- сел-хаузе», доме с колоннами, еще 1828 года постройки, такой особнячок аристократический, — феминистка из Нью-Йорка читала эссеи свои, что у нее еще в работе.

Присцилла пригласила. Хорошая дикция — понятно было почти все, кроме юмора. Это я для языка пошел — чтобы себя в атмосфере английского удерживать. Ну и глаза не портить, как смотря кино или телик.

Потом беседовали за кофеем, и я был представлен как профессор и мыслитель из России и что-то умное трекал...

Зачем это пишу? Да ведь это же у меня очередно болит — и «кому повем печаль мою?» Чего уж хитрить-то, коли наедине с собой и бумагой и Богом: ему-то видно. Я ж не на людей эссей пишу, как вон та журналистка, чуя публику и ее запрос, угождая и развлекая юмором и сленгом.

Она давала зарисовки горожан, наматывая их на себя — женщину, вышедшую в город лечиться от тоски одиночества — разглядыванием множеств людей и разных картин и сцен. И все оказывается целительно и интересно. Привела два варианта чувства города: Уитмена —восхищение и гордость, и Сэмюэля Джонсона, который выходил в город лечиться от тоски (как и Чайковский в программе к финалу Четвертой симфонии, где «Во поле березка стояла», писал: выходи в народ, когда невмоготу... — так примерно) и говорил: если кто устал от Лондона — значит, устал от жизни... Сюжет, конечно, хороший, экзистенциальный — для панорамы сценок. «Кто эта женщина? Зачем она

ходит по городу?» — себе адресует писательница вопрос глазами встреченных — и получается живо. Серия коммуникаций, общений; и город выходит сказочен, и люди все — как персонажи из чудес...

Нормальная литература.

Ну ладно: ты тоже запиши то интересное объективное, что вчера в занятиях со студентами тобой и ими намыслилось.

<< | >>
Источник: Георгий ГАЧЕВ. МЕНТАЛЬНОСТИ НАРОДОВ МИРА. 2008

Еще по теме ТРУД ДУХОВНЫЙ:

  1. sssn По мере развития человечества его совокупный духовный опыт постоянно обогащается, и в каждую последующую эпоху человек стоит перед все более сложным выбором духовных ориентиров. Ситуация в особенности усложняется в связи с тем, что дифференциация духовного опыта сопровождается его фрагмен- таризацией, когда человек под давлением социокультурных установок, духовных интуиций и личного духовного опыта выхватывает лишь отдельные стороны и проявления духовной реальности, поэтому для одн
  2. РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ СУЩНОСТИ ДУХОВНОСТИ В ДУХОВНОЙ АНТРОПОЛОГИИ И ПРОБЛЕМА ДУХОВНОГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ
  3. Токарева С.Б.. Проблема духовного опыта и методологические основания анализа духовности. — Волгоград: Изд-во ВолГУ. — 256 с., 2003
  4. ДУХОВНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ КАК УЧЕНИЕ О ДУХОВНОМ СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ
  5. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ДУХОВНОГО ОПЫТА В ДУХОВНОЙ АНТРОПОЛОГИИ
  6. Труд.право У
  7. 2. Труд
  8. ТРУД И ИГРА
  9. 3. Труд
  10. Припинення труд.договору
  11. Труд
  12. Труд.договір, умови та види
  13. § 2. Труд как общественное явление
  14. Домашний и рыночный труд.