<<
>>

ЦЕРКОВЬ и республиканские ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В НОВГОРОДЕ

20—30-е годы XII в. занимают в истории Новгорода особое место, они определяли дальнейший ход новгородской истории. В новейших исследованиях дана подробная оценка не только явлений, связанных с восстанием 1136 г., его предпосылок, но и продемонстрирована непосредственная связь с этим восстанием принципов выборности республиканских органов, «вольности в князьях», низведение княжеской власти на роль второ-, степенного органа государственной власти.

Роль церкви в период, предшествующий новгородскому выступлению 1136 г., скрыта за стеной молчания летописей. Это тем более странно, что кроме вызревания республиканских преобразований 20—30-е годы XII в. характерны в истории Новгорода и как период значительных культурных начинаний и широкого церковного строительства, первых шагов новгородского летописания, которые немыслимы без участия главной идеологической инстанции феодализма — церкви. Тем не менее летописцы старательно избегают какого-либо указания на участие софийской кафедры в этих мероприятиях.

Некоторый свет на реальный ход событий проливает летописное сообщение 1130 г., согласно которому

А

новгородский владыка Иоанн Попьян «отвержеся епис- копии» после двадцатилетнего пребывания на софийской кафедре. Составитель списка новгородских владык после имени Ивана отмечает: «.„сего и не поминают»21. Это «непоминание» епископа наводит на мысль, что «отвержение» Иоанна вряд ли было добровольным, как иногда случалось в позднейшей истории новгородской святительской кафедры. Причины ухода и дальнейшего «непоминания» святителя следует искать в самих условиях политической жизни начала XII в. В этот период уже начали сказываться первые успехи антикняжеской борьбы в Новгороде, в результате которой боярство было склонно рассматривать новгородский княжеский стол вне зависимости от династических судеб Киевского великокняжеского стола22. Это стремление, выразившееся в изгнании Давыда Святославича в 1096 г. и сохранении на новгородском столе в 1102 г. Мстислава Владимировича вместо великокняжеского ставленника Изяслава Святополковича, было оформлено в ряде, заключенном в 1117 г. между Новгородом и Всеволодом Мстиславичем, когда прежний ставленник боярских кругов ушел в Киев. Заключение договора 1117 г., текст которого не дошел до нас, явилось «порождением тенденций, проявившихся еще в 1088, 1096 и 1102 гг; и явным завоеванием новгородцев. Уже с 1117 г., а не с 1136 г. новгородцы стали «вольны в князьях». Реконструируя основные положения договора 1117 г., В. JI. Янин усматривает два важнейших пункта, которые в огромной степени повлияли на дальнейшую историческую судьбу Новгорода: во-первых, ограничение права новгородского князя искать другие столы; во- вторых, атрибуция посадничества как Представительного органа новгородского боярства, чем существенно бы: ли ограничены права князя23. С 1117 г. начинается внедрение местных посадников в новгородское управление, проходившее в борьбе с киевскими ставленниками — посадниками Борисом и Данилой. Если первый из них смог удержаться на новгородском посадничест- \

\

\,

ве с 1120 по 1126 г. в силу памятной для новгородцев расправы 1118 г., подкрепленной крестоцелованием, тЬ приход киевлянина Данилы на новгородское посадничество в 1129 г. сразу же натолкнулся на противодействие горожан. Новгородский князь Всеволод Мстиславич в связи с этим вынужден был отправиться в Киев для урегулирования вопроса о посадничестве.

Именно в это время, характеризовавшееся значительным усилением зависимости князя от волеизъявления новгородского боярства, происходит уход Иоанна Попь- яна с кафедры.

Поездка Всеволода в 1130 г. в Киев, несомненно, была связана с дипломатической миссией, в центре которой была дискуссия о характере посадничества. Последовавшая передача поста великокняжеским ставленником Данилой новгородцу Петриле Ми- кульчичу подтверждает это24. Летописное сообщение об «отвержении» Иоанна записано под тем же годом: «В лето 6638. Иде Всеволод с новгородцы на Чудь зиме, в говение, и самых исече, а хоромы пожже, а жены и дети приведе домовь. И в том же лете ходи к отцю Кыеву. В то же лето концаша церковь святого Иоанна (при этом владыка, обязанный освятить новый престол, не упомянут. — А. X.). Того же лета идущи из заморья гость, потопе лодеи 7, и сами истопоша и товар, а дру- зйи вылезоша, нъ нази.; а из Дони приидоша здрави. Того же лета отвержеся архиепископ Иоанн новгород- чкыи, седе лет 20, и поставиша архиепископа Нифонта, мужа свята и зело боящася бога; и прииде Новугороду месяца генваря в 1 день на святого Василья, на обед- нюю. А Петрилу даша посадничество в Новогороде»25. Сразу же отметим, что дипломатический вояж Всеволода, «отвержение» Иоанна, назначение на софийскую кафедру Нифонта и начало посадничества новгородца Петрилы тесно связаны между собой.

Связь «отвержения» Иоанна с политическими- событиями тех лет подтверждается другим документом — духовной Антония Римлянина, датированной именно этим временем26? Реконструируя древнейший текст,

/’

/

/

В. Л. Янин во главу своих построений положил наблюдения над той частью грамоты, которая представляет и для нас несомненный интерес: «се яз Антонии, хужшии во мнисех, изыдох на место сее, не приях и имения ото князя ни от епискупа, но токмо благословение от Никиты епискупа»27. Следовательно, строительство Антониг ем Богородицкого монастырского собора в 1117 г. не было санкционировано занимавшим в то время епископскую кафедру Иоанном. Он же тринадцать лет не поставлял Антония в игумены. Это было сделано сменив- / шим Иоанна Нифонтом едва ли не сразу после прибытия его в Новгород28.

Аналогично освещается настоятельская деятельность Антония,, данная в его житии. Пространная редакция памятника была составлена Нифонтом, пострижении- ком Антонова монастыря, в 1597 г. и приурочена к открытию мощей святого. Наблюдения В. О. Ключевского над составом жития привели к справедливому предположению об использовании Нифонтом при создании агиографического произведения древних письменных источников, среди которых, вероятно, находилось сохранившееся в архивах монастыря краткое проложное житие29. Автором этой краткой редакции, возможно, был Андрей, от имени которого составлена и Нифонтова редакция, на что указывают многочисленные упоминания его имени на страницах жития. Андрей —. вполне реальная фигура в истории Антонова монастыря. Ученик первого игумена, ставший при кончине Антония духовным отцом и наследником настоятельского места, Андрей указывает, что Антоний завещал описать его жизнь. Целесообразность создания Антониева жития была отмечена владыкой Нифонтом, на что имеется указание в конце житийного текста30. Вероятно, Андреем в период его настоятельской деятельности (до 1157 г.) действительно было создано краткое житие - Антония, послужившее в XVI в. основой для Нифонто-

вой редакции31. На правомерность подобной гипотезы, на наш взгляд, косвенно указывает «непоминание» Иоанна Попьяна в составе жития, в то время как пересказ многочисленных бесед Антония с другими представителями софийской кафедры, Никитой и Нифонтом, занимает значительное место.

Для агиографа XVI в. события начала XII в. не имели того значения, как для его собрата середины XII в., и если бы Нифонт исходил из летописного рассказа, то должен был бы непременно упомянуть Иоанна Попьяна. Следовательно, составитель пространной редакции жития опирался на более раннее апокрифическое произведение, в котором имя владыки специально опущено.

Судьба Иоанна Попьяна уже затрагивалась в историографии. М. Н. Тихомиров связывал вопрос об «отвержении» Иоанна с победой населения Новгорода над епископом32. Однако этот вывод был сделан автором на основе ошибочных предпосылок. Уход владыки с кафедры исследователь связывал с принятием в 1126 г. (датировка М. Н. Тихомирова. — А. X.) Устава Всеволода о церковных судах, что, по мнению автора, было результатом согласованного выступления представителей купеческих и ремесленных слоев Новгорода. Принятие устава повлекло «ограничение заведования торговыми мерилами и устройство «дома святой Софии», где в решениях и заведовании наряду с единоличным хозяином — епископом принимают после этого участие старосты и 10 сотских»33. Несогласие Иоанна с княжеским документом, решение которого было навязано в результате антикняжеской борьбы первой четверти XII в., по мнению автора, повлекло за собой отвержение новгородского архиерея. Предпосылки М. Н. Тихомирова погрешны в связи с тем, что Устав связан с более поздним временем и датируется конституирова- нием торгового суда в Новгороде, которое было предпринято впервые в конце первой четверти XIII в.34. В. JI. Янин был склонен рассматривать «отвержение» и «непоминание» новгородского владыки как результат каких-то неизвестных нам отступлений епископа от основной линии церковной политики»35.

Находка в Новгороде в 1976 г. неизвестного ранее типа владычной буллы документально подтвердила гипотезу исследователя. Отметим, что это не только древнейший экземпляр новгородской епископской печати, но и памятник, не имеющий аналогий в известном нам материале. Греческая надпись («Господи помози пастырю Новгородскому») на лицевой стороне в сочетании с латрональным изображением Иоанна Богослова на оборотной вместо общепринятого в церковной практике изображения Богоматери «Знамение» резко отличает находку от позднейших типов владычных булл.

В. JI. Янин справедливо усматривает в наличии на печати Иоанна Попьяна патронального изображения, стремление владыки подчеркнуть не только свою независимость от киевской митрополии, но и автокефаль- ность по отношению к константинопольской патриархии80. Подобное отступление пастыря северной епархии от норм церковной политики, нарушение иерархической пирамиды и, безусловно, скрывавшиеся за этим политические устремления неизбежно должны были привести к ответным акциям со стороны митрополита и патриарха. Иоанн Попьян не только был отлучен («отверже- ся»), но и сама память его была предана епитимье («сего не поминают»).

Это свидетельствует о том, что в 20—30-х годах XII в. в Новгороде наряду с вызреванием тенденций сепаратизма боярства по отношению к великокняжеской власти проявлялось стремление к автокефалци софийской кафедры от киевской митрополии. В ходе дискуссии о границах независимости новгородского боярства в государственном управлении новгородский епископ попытался предпринять демарш по отношению к Киеву и Константинополю для ограничения (либо ликвидации ) их влияния на дела собственной епархии.

Безусловно, миссия князя Всеволода в 1130 г. в Киев преследовала цель урегулирования обеих конфликтных ситуаций. Уступка великокняжеской администрации в установлении местного представительства в посадничестве компенсировалась отказом новгородского боярства в поддержке притязаний софийской кафедры.

В епархию был направлен грек Нифонт, который в дальнейшем, как мы увидим, подтвердил свой вассалитет по отношению к высшим иерархам и догматическую приверженность к церковным канонам.

В то же время рукоположенный на кафедру в годы - коренных преобразований в Новгороде киево-печерский инок Нифонт сумел извлечь максимум выгод для Дома святой Софий. Нифонт выгодно отличается от предшественников по архиепископии заинтересованностью в новгородских делах. Не являясь новгородцем по происхождению, он стал им по своим убеждениям, восприняв традиции новгородской старины и трезво оценив современную ему действительность. Он не только поддержал республиканские устремления новгородского боярства, но и использовал их для проведения демократической реформы своей епархиальной организации. Деятельность Нифонта — ключ к решению многих вопросов в дальнейшей истории владычной кафедры. Энергичное участие владыки во внутренних мероприятиях и внешней политике Новгородской республики, автокефальные устремления, демократизация новгородской церковной организации и связанное с ней возрастание культурной жизни в городе — все это во многом определяет интерес историков к личности новгородского владыки.

Конечно, все эти преобразования могли сложиться только в условиях тесного взаимодействия софийской кафедры с новгородским боярством. Нифонт это понимал и своей Деятельностью .наглядно демонстрировал действенность боярско-владычного альянса.

После антикняжеского выступления новгородцев в 1136 г., когда был выработан статус независимости Новгорода (князь при этом сидел под стражей на владычном дворе), одной из важнейших обязанностей новгородского епископа стали поиски угодного «вятшим» новгородцам князя. В 1140 г. новгородцы посылают Нифонта в Киев «по князи». Последовавший затем отказ

новгородцев от услуг великокняжеского ставленника Святослава повлек за собой опалу на Нифонта. Его возвращают с дороги в Новгород и задерживают при дворе великого князя Всеволода36. Дважды владыка возглавлял посольства к Юрию Долгорукому. Первая поездка, состоявшаяся в 1148 г., была связана с заключением мира с суздальским князем. Принятый «с честью», Нифонт убедил Долгорукого отпустить пленных новгородцев. Однако основная задача не была выполнена: Юрий «нелюбия на новгородцев не отложи и мира не дасть»37. Посольство 1154 г. закончилось удачно для Нифонта. Он «введоша» в Новгород Мстислава- Юрьевича, благословленного Долгоруким на новгородское княжение38.

Помимо посольств, служащих целям новгородского боярства, Нифонт предпринял в 1135 г. поездку в Киев для примирения киевлян и черниговцев39, что подчеркивает авторитет новгородского владыки на общерусской политической арене.

Наиболее четко политические устремления Нифонта выявляются в ходе церковной дискуссии 1147 г. С республиканскими преобразованиями Новгорода, ос вободившими княжеский стол от коллизий борьбы за Киев, тесным образом сплетаются автокефальные уст» ремления софийской кафедры от киевской митрополии. Дискуссию 1147 г. Нифонт умело использовал для достижения своей цели.

В 1147 г. великий князь Изяслав предпринял попытку высвобождения русской митрополии из-под диктата византийской церковной иерархии. Воспользовавшись временными затруднениями Константинополя, князь санкционировал поставление в митрополиты Клима Смолятича. Для рукоположения княжеского кандидата созывается собор русских епископов. Изяслав в точности воспроизводил действия Ярослава при возведении на митрополию русина Иллариона. Но в 1147 г. собор русских иерархов раскололся на два лагеря. Большинство владык выступили на стороне князя. В этом лагере были черниговский епископ Онуфрий, белгородский Фе-

дор, переяславский Евфимий, юрьевский Демьян, вла- димиро-волынский Феодор. В противовес им выступили владыки Новгорода, Смоленска и Полоцка. В связи с этим заслуживает внимание «...то обстоятельство, что противниками великокняжеской инициативы оказались главы именно тех кафедр, которые помещались в городах с наиболее развитыми вечевыми порядками. Именно Новгород, Смоленск и Полоцк в середине XII в. демонстрируют очевидные успехи в антикняжеской борьбе и в своем стремлении к независимости от Киева»40. Нифонт к тому же учитывал без сомнения участь своего предшественника на софийской кафедре. Непризнание владыками указанных епархий автокефалии киевского митрополита повлекло за собой опалу, поддержанную великим князем. Нифонта сажают в Печерский монастырь. Лишь в 1150 г., вокняжившись на киевском столе, Юрий Долгорукий освобождает новгородского владыку: «Приде архиепископ Нифонт ис Кыева... и ради быша людье Новегороде»41.

Отстаивание Нифонтом церковных канонов в дискуссии 1147 г. нашло признание константинопольского патриарха Николая Музалона. Патриарх направляет новгородскому иерею грамоты «блажа и причитая к святем его (Нифонта. — А. X.)»42.

Политические цели новгородского епископа, выступающего за независимость епархии от митрополита, но настаивающего на зависимости митрополита от патриарха, станут ясными при обращении к более поздним событиям в истории русской церкви. В 60-х годах XII в. Андрей Боголюбский пытается организовать во Влади мире особую митрополию, автокефальную от Киева и подчиненную непосредственно патриарху. Характер намерений Андрея тот же, что и Нифонта: поиски церковного подкрепления в организации независимой от Киева системы государственного управления путем создания автокефальной церковной иерархии43. Устремление Нифонта, так же как и позднейшая инициатива Боголюб- ского, «отражают объективный процесс феодального дробления Руси, тот процесс, который состоит в усилений крупнейших центров Древней Руси и ведет к ослаблению авторитета Киевских стола и кафедры»44.

В этих условиях константинопольская патриархия не может не считаться с очевидными изменениями политической картины Руси в XII в. Свидетельством этому являются патриаршии благословленные грамоты Нифонту. и пожалование, вероятно, в это время, архиепископского титула новгородскому владыке45. Последнее означало явные достижения Нифонта в борьбе за авто-' кефалию своей епархии. Архиепископский сан в XII в. являлся не столько почетным титулованием ; иерарха, Сколько отличал того владыку, «который, не находясь в подчинении своего окружного митрополита, зависел непосредственно от патриарха»46. Таким образом, пожалование архиепископского сана Нифонту автоматически включало владетеля софийской кафедры в непосредственное ведение патриарха. Обращение новгородских архиепископов прямо к патриарху, минуя митрополита, в дальнейшей истории Дома'святой Софии общеизвестно. Нифонт титулуется архиепископом не только в летописном рассказе, где это могло быть результатом позднейшего обновления терминологии, но и в прижизненном антиминсе 1148 г. из Николо-Дворищен- ского собора. Памятник содержит надпись: «Жертвенник святого мученика Георгия священ от Нифонта архиепископа новгородского повелением епископа ростовского Нестора при благочестивем князи Георгии сыну Мономахову месяца сентября вів лето 6657 индикта в 12» ®2.

Интерес к антиминсу 1148 г. породил длительную дискуссию в исторической литературе47. В ходе ее авторы предполагали наличие различных церковных престолов в Новгороде и ростовской епархии, для которых предназначался жертвенник.

Не вдаваясь подробно в атрибуцию антиминса 1148 г., отметим несомненную фиксацию в нем архиепископского сана Нифонта. Это является свидетельством подобного титулования новгородского владыки как в центре собственной епархии, так и за ее пределами. Только изготовлением жертвенника в ростовской епис- копии можно объяснить повелительное обращение ростовского владыки к старшему по положению Нифонту.

К кругу памятников, связанных с именем новгородского иерарха, относятся именные печати Нифонта48, наличие которых свидетельствует об усилении позиций софийской кафедры в политике феодальной республики с середины XII в. В отличие от древнейшей владычной буллы Иоанна Попьяна булла Нифонта изготовлена в полном соответствии с церковными канонами.

Используя республиканские изменения в Новгороде, Нифонт провел коренную церковную реформу в своей епархии. Именно с этого времени устанавливается своеобразная новгородская система избрания епископа на вече, фактически устранявшая киевского митрополита от участия в выборах новгородского иерарха. Пользуясь церковными смутами, Нифонт сумел извлечь все

выгоды из своего положения единственно признанного в Византии русского епископа и установил для Новгорода относительную церковную самостоятельность.

Преобразования государственного управления и церковная реформа привели к заметной демократизации культурной жизни города. Особенно четко это прослеживается в архитектуре. На смену пышным княжеским постройкам XI — начала XII в. в новгородском зодчестве складывается новый тип храма: «Вместо

грандиозных, но немногочисленных сооружений появляются здания небольшие, но строящиеся в большом количестве. Здания эти значительно проще, скромнее и интимнее..., представляли как бы сокращенный вариант старых монументальных сооружений»66, объединенных конструктивным единством, характерным для строительной мысли того времени. Демократизация привела к обмирщению новгородской церкви, к более тесному сотрудничеству с боярской олигархией и купеческой верхушкой, сделала возможным широкое представительство народных масс в церковном строительстве. Создателями новгородских храмов второй половины XII в., наряду с просвещенными меценатами из кругов боярской аристократии, все чаще выступают не только купцы и купеческие корпорации, но и городские общины (улицы).

Активно участвует в церковном строительстве новгородский владыка. Если до Нифонта летопись сообщает о постройках епископами только трех церквей, то список Нифонтовых «строений» значительнее. Помимо его участия совместно с князем в постройке церкви Богородицы на Торговище (1136), Нифонт известен летописцу как создатель церкви Климента в Ладоге (1153), Саввы Освященного на Савине улице Новгорода (1154), Спасской в Пскове (1154) 66. Заботился владыка и об устройстве кафедрального собора: он «ук- раси святую Софию, притворы испьса, кивот створи и всю извъну украси». г

Воздействием нифонтовой реформы Д. С. Лихачев объясняет появление владычного Софийского сво- с. 10.

” ” ” ” д. 3-є. М.—Л., 1970, с. 19.

ПСРЛ, т. III, с. 215; т. IV, [ да. Автор считает, что под влйянйем и непосредствен- ! ным наблюдением «постриженника Киевско-Печерского монастыри новгородского архиепископа Нифонта... составлялся свод Германа Вояты» ®49. Святительская деятельность Нифонта заложила основу боярско-владыч- ного альянса, складывавшегося в бурных событиях XII столетня. .Чтт союз стал лозунгом церковной политики на протяжении всей истории Новгородской феодальной .республики.

<< | >>
Источник: Хорошев А. С.. Церковь в социально-политической системе Новгородской феодальной республики. — М.: Изд-во Моск. ун-та , 224 с.. 1980 {original}

Еще по теме ЦЕРКОВЬ и республиканские ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В НОВГОРОДЕ:

  1. НОВГОРОДСКАЯ ЦЕРКОВЬ В ГОДЫ РАСЦВЕТА РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
  2. 1. Имперская церковь на Востоке, Папская Церковь на Западе
  3. Новгород.
  4. Новгород.
  5. 2.1. Новгород.
  6. Образ Новгорода в XX столетии
  7. Новгород и Москва
  8. 16. Государственный строй Новгорода и Пскова.
  9. НОВГОРОД ДОМОНГОЛЬСКИХ ВРЕМЕН
  10. Новгород: вечное послание свободы
  11. Новгород в памяти России
  12. ЧУЖАЯ СЛАВА НОВГОРОДА-ИЛЬМЕНСКОГО
  13. ОБРАЗОВАНИЕ РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ПАРТИИ
  14. УЧАСТИЕ ЦЕРКВИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ НОВГОРОДА В 1200—1230 гг.
  15. КОЛЛИЗИИ РЕСПУБЛИКАНСКОГО ГРАЖДАНСТВА В РОССИИ
  16. Заключение. Новгород в памяти России
  17. СОФИЙСКАЯ КАФЕДРА ПЕРИОДА СТАНОВЛЕНИЯ КЛАССИЧЕСКИХ ФОРМ РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
  18. ИНСТИТУТ РЕСПУБЛИКАНСКОГО ГРАЖДАНСТВА
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -