<<
>>

Третья конституционная попытка

Французская писательница Жермена

де Сталь восторгалась Александром:

«Государь, Вы сами — конституция для Вашей империи, и Ваше сознание — гарантия ее».

Император отвечал без ложной скромности: «Если это и так, то я — лишь счастливая случайность»36. По окончании Наполеоновских войн, когда установление порядка в международных отношениях требовало, казалось, только времени, можно было вернуться к обустройству России. Прерванная войнами работа над

39

проектами преобразований в двух основных областях — в сфере системы правления и в крестьянском вопросе — продолжилась.

В марте 1818 г. в речи на открытии Польского сейма Александр I дал понять, что хочет распространить действие конституции («законно-свободных учреждений») на всю Россию. Подготовка конституции была поручена Н. Н. Новосильцеву, одному из старых «молодых друзей». В Варшаве, где Новосильцев был императорским делегатом при конституционном правительстве Польши, разрабатывалась (с учетом польской модели) Уставная грамота Российской империи. Проект был готов к 1820 г. и предусматривал новое политическое устройство России: конституционную монархию.

Предполагалось ограниченное народное представительство и при этом федерация из 12 равноправных наместничеств. Декларировались права и свободы граждан (в том числе слова, печати, вероисповедания). Нигде ни слова не было сказано о крепостном праве.

Тем не менее относительно проблемы крепостного права поначалу можно было дать благоприятный прогноз: в 1816 г. в Эстляндии (а чуть позже в Лифляндии и Курляндии) оно было отменено. Сами эстляндские помещики заявили императору о своей готовности освободить крестьян (правда, вся земля осталась помещичьей).

Проектом отмены крепостного права в России Александр поручил заниматься самому преданному и исполнительному своему подданному: А.

А. Аракчееву. Работа Аракчеева велась в такой тайне, что до сих пор в подробностях неизвестна. Не сохранился и сам текст проекта. Известно лишь, что в 1818 г. он уже лежал на столе императора и поначалу был одобрен. Предполагалось, что государство будет выкупать крестьян у помещиков. Аракчеев был лично предан Александру, исполнителен, но не талантлив («Ах, если бы у меня была треть ума Сперанского, — восклицал он, — я был бы великим человеком!»). По его проекту процесс освобождения растягивался как минимум до 2018 г., поскольку выделяемая сумма позволяла выкупать ежегодно не более 50 тыс. душ.

Итак, важнейшие проекты были готовы и представлены Александру I на исходе 1810-х гт. До конституционной монархии оставался один шаг. Что же помешало его сделать? Обычно говорят о ряде значительных событий:

40

о революциях в Европе, о возмущении солдат Семеновского полка в 1820 г. и известиях о тайных антиправительственных обществах в России. Все это так, но все это приобретает смысл только при рассмотрении эволюции мировоззрения самого Александра I.

В 1821 г. возвращенный из ссылки М. М. Сперанский отметил в своем дневнике перемену в настроении Александра: «Разговор о недостатке способных и деловых людей не только у нас, но и везде. Отсюда заключение: не торопиться с преобразованиями; но для тех, кто их желает, иметь вид, что ими занимаются»37. Откуда же такая перемена?

Долгострой Александр I стремился быть челове-

ком своего времени. Но время менялось — и с ним менялся император. Эпоха Просвещения отошла в прошлое, а с 1812 г., когда «русский Бог» спас страну от нашествия «двунадесяти языков», Александр впервые серьезно углубился в религиозные проблемы, стал ежедневно читать Библию, много и истово молиться так, что, по утверждению его личного врача, «у него на верху берца обеих ног образовалось очень обширное омозоление общих покровов»38. В 1815 г. началась дружба императора с баронессой Юлией Крюденер, славившей его как «избранника Божьего».

Религиозно-мистическое мировосприятие этой немолодой дамы оказало неизгладимое влияние на Александра, — в знак особого расположения он стал молиться вместе с ней.

Его представления об усовершенствовании мира в 1820 г. резко отличались даже от представлений 1813 г. Об этом он сам говорил австрийскому канцлеру Меттерниху. Уже в 1814 г., в Париже, современники заметили, что речи Александра были «смесью либеральных идей с Библиею»39. На протяжении последующих десяти лет в речах оставалось все меньше либеральных идей. В 1820 г., в письме к княгине Мещерской, Александр объяснял свои важнейшие и труднейшие заботы так: «Дело идет об изыскании средства против владычества зла, распространяющегося с быстротою при помощи всех тайных сил, которыми владеет сатанинский дух, управляющий им. Это средство, которое мы ищем, находится, увы, вне наших слабых человеческих сил. Один только Спаситель может доставить это средство Своим божественным словом. Воззовем же к нему от всей полноты, от всей глубины наших сердец, да сподобит Он послать Духа Своего Святаго на нас и направит нас по угодному пути, который только один может привести нас к спасению»40. Как разительно отличается лексика императора от его прежних писем к Лагарпу!

Царь окончательно отвлекся от насущных дел российских и занялся решением вселенских проблем и мирового устройства, и внутренняя политика России первой половины 1820-х гг. фактически оказалась обусловлена борьбой различных группировок.

41

Для тех, кто не желал преобразований, отход императора от управления страной означал возможность максимально распространить свое влияние в подвластных областях. Именно с этим связаны и усиление деспотизма Аракчеева, и религиозно-мистическая деятельность Министерства народного просвещения и духовных дел во главе с А. Н. Голицыным, которого Н. М. Карамзин прозвал «министром затмения»: ведь Голицын, едва вступив на пост министра, предложил закрыть все университеты, кроме московского. А. А. Аракчеев, начиная с 1815 г., постепенно все более оказывался посредником между высшими органами государственной власти и императором. Он стал чуть ли не единственным докладчиком по делам и Комитета министров, и Государственного совета, и Собственной Его Императорского Величества канцелярии (через которую шли, среди прочего, представления к наградам и повышениям). К тому же он был председателем Департамента военных дел и начальником военных поселений. Очередь на прием к Аракчееву, обязательный для успешного движения крупных дел, занимали с четырех утра.

Александр I так объяснял роль Аракчеева: «Все, что делается дурного, он берет на себя; все хорошее приписывает мне»41. Цензура запретила в то время басню Крылова, в которой лев, задумав извести пестрых овец, приказывает пасти их... волку. Мораль: «...Лев был бы и хорош, да все злодеи волки»42. Даже такой близкий Александру человек, как П. М. Волконский, мог лишь сетовать в частной переписке: «Сожалею только о том, что со временем, конечно, Государь узнает все неистовства злодея [т. е. Аракчеева], коих честному человеку переносить нельзя, открыть же их — нет возможности по непонятному ослеплению его к нему; между тем растеряет многих честных людей и восстановятся прежние лихоимства и беспорядок»43.

Политическая борьба начала 20-х гг. оказалась борьбой консерваторов и охранителей. Перемещение министра просвещения Голицына в далекое от политических баталий кресло управителя Почтового департамента было серьезным успехом охранителей. Попытки реализации каких-то свобод в религиозной области (поддержка мистических течений христианства, библейские общества, близкие по духу к протестантизму, перевод Священного Писания с церковнославянского языка на русский) были пресечены. Дела

42

православной религии вернулись к Синоду. А. С. Шишков, вступая в 1824 г. на пост министра народного просвещения, провозгласил во вступительной речи, что «обучать грамоте весь народ... принесло бы более вреда, нежели пользы». Православный катехизис Филарета Дроздова он отнес к числу «по настоящему карбонарских и философских произведений». Выработанный Шишковым цензурный устав был столь строг, что, по замечанию С. Н. Глинки, «пользуясь им, и Отче наш можно было перетолковать якобинским наречием». Этот устав, принятый в 1826 г., следует относить именно к закату александровского царствования, а не к началу николаевского (что обычно делают).

Царствование Александра I один сенатор сравнивал с долгостроем Иса-акиевского собора: старый разрушили, чтобы построить новый, навезли горы материала, но ни плана, ни активной работы нет:

Сей храм — трех царств изображенье:

Гранит, кирпич — и разоренье.

— Рекомендуемая литература —

Из множества биографий императора Александра Благословенного выделим три. Самым объемным и полным по собранному материалу до сих пор остается четырехтомник известного биографа Романовых: Шильдер Н. К. «Император Александр I. Его жизнь и царствование» (СПб., 1894—1905). Итогом работ дореволюционных историков может считаться монография внука Николая I великого князя Николая Михайловича «Император Александр I» (Пг., 1914; М., 1999). Среди множества современных работ выделим такую, которую можно считать толковым путеводителем по жизни и судьбе императора: Александр Архангельский «Александр I» (М., 2000). Ее автор выступает с современных позиций гуманитарных наук: он не стремится стать судьей над прошлым, а определяет себе роль переводчика с языка идей и образов далекой эпохи (во многом чужого) на современный, посредника (пусть и небеспристрастного) между читателем и временем Александра Первого. История реформаторских попыток первых лет царствования Александра подробно исследована в монографии М. М. Сафонова «Проблема реформ в правительственной политике России на рубеже XVIII—XIX вв.» (Л., 1988). Последние реформаторские попытки александровского царствования исследовал С. В. Мироненко в работе «Самодержавие и реформы. Политическая борьба в России в начале XIX века» (М., 1989). Большой фактический материал по политической истории собран в старой, но не потерявшей своего значения работе А. Н. Пыпина «Общественное движение в России при Александре!» (СПб., 1908). Важность работы подтверждается ее

43

переизданием (СПб., 2001), дополненным обстоятельной библиографией по теме (основные источники и литература, включая начало XXI в.). Из множества изданных биографий Сперанского особенно рекомендуем работу В. А. Томсинова «Светило российской бюрократии. Исторический портрет М. М. Сперанского» (М., 1997), однако оценивать самого Сперанского лучше всего по изданию его собственных сочинений: Сперанский М. М. «Руководство к познанию законов» (СПб., 2002) или Сперанский М. М. «Проекты и записки» (М., Л., 1961.). В Интернете по адресу: http://prigodich.8m.com/html/ Speranskiy/ помещен прекрасный сборник материалов к биографии Сперанского, составленный Д. И. Луков-ской, С. С. Гречишкиным и В. И. Морозовым.

Оценка личности А. А. Аракчеева современными исследователями значительно отличается от однозначно отрицательного образа «гения зла», десятилетиями рисовавшегося самыми черными красками. Познакомиться с современной точкой зрения (во вступительной статье Е. Э. Ляминой) и мнением людей, знавших Аракчеева, можно в сборнике «Аракчеев. Свидетельства современников» (М., 2000).

44

<< | >>
Источник: Д.И. Олейников. История России с 1801 по 1917 год. Курс лекций : пособие для вузов / Д. И. Олейников. — М. : Дрофа. — 414 с.. 2005

Еще по теме Третья конституционная попытка:

  1. Этап 2. Попытка навести порядок.
  2. Попытки освобождения крестьян
  3. Попытки выселения
  4. Попытки реформ
  5. Попытки совершенствования урока
  6. Попытка подвести итог
  7. попытки УКРЕПИТЬ ТРОН
  8. Попытки «удержать» понимание
  9. II. Попытки преодоления раскола
  10. а. Попытки поглощения Востока
  11. § 4. Новые попытки модернизации
  12. Попытка стабилизации экономики
  13. Попытка государственного переворота
  14. 3.6.4. Порочный круг: попытки его разорвать
  15. 1.3. Попытка верификации теории самозарождения в экспериментах
  16. Попытки модернизации социализма («Перестройка»)
  17. ПОПЫТКА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ОБЩЕЙ ФОРМУЛЫ
  18. Попытка ликвидации сулланских порядков
  19. ГЛАВА XV ПОПЫТКА ЯЗЫЧЕСКОЙ РЕАКЦИИ
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -