Либеральный консерватор

Владимир Путин в 50 лет и в роли президента РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА, 07.10.2002 Карьера Владимира Владимировича Путина — самая стремительная и самая блестящая, учитывая достигнутый результат, из всех известных нам перемещений в политическом классе России с момента начала горбачевских реформ, то есть за последние 17 лет.
В ИСТОРИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ В XX веке, после падения монархии, Россией (РСФСР, СССР, РСФСР, РФ), исключая переходные фигуры, руководили: Владимир Ульянов-Ленин, Иосиф Джугашвили-Сталин (профессиональные революционеры), Никита Хрущев, Леонид Брежнев (профессиональные аппаратчики), Юрий Андропов (профессиональный сотрудник органов госбезопасности), Михаил Горбачев, Борис Ельцин (профессиональные аппаратчики), Владимир Путин (профессиональный сотрудник органов госбезопасности). Всех их, за исключением Леонида Брежнева, смело можно называть реформаторами (не касаясь, естественно, сущности и методов их реформаторской деятельности). XX век в России — это, безусловно, беспрецедентный по плотности событий период сменяющих друг друга войн, революций и реформ. Владимир Путин стал президентом (главой) страны в возрасте 47 с небольшим лет. Так же, как и Владимир Ленин. Таким образом, Путин вместе с Лениным — самые молодые в истории России XX века руководители государства, если не считать императора Николая II и вести отсчет 503 правления Сталина не со дня смерти Ленина, а с конца 20-х годов, когда Сталин наконец установил свое единовластие. В любом случае с Путиным окончательно пресекается геронтократическая тенденция в российской политике второй половины XX века, нарушенная приходом к власти Г орбачева (в возрасте 54 лет), но чуть было не возобновившаяся, если бы президентом России после Ельцина стал, как намечалось одной из противоборствующих в 1999 году группировок, Евгений Примаков. Определение «второй», может быть, самое характерное для фигуры второго президента России. Владимир Путин — второй после Юрия Андропова выходец из органов госбезопасности глава страны. Вслед за Лениным Путин второй руководитель России, который свободно говорит и читает на иностранном языке (Ленин, правда, знал несколько иностранных языков). Путин — второй после Николая Романова глава государства, родившийся и выросший не в провинции, а в столичном городе, пусть только во второй столице, которой был с 1918 года Петроград- Ленинград-Санкт-Петербург. Путин — второй после Бориса Ельцина глава государства, избранный на свой пост населением страны. Он также второй глава государства, срок правления которого не только оговорен Конституцией, но и, скорее всего, будет реально ограничен конституционной нормой. Путин — третий за историю России XX века юрист, возглавивший государство. До него это были его тезка Ленин и Михаил Горбачев (впрочем, еще и Александр Керенский, если брать в расчет и тех, кто совсем недолго и почти формально возглавлял государство). Чем Путин не отличается от практически всех своих предшественников, так это тем, что на вершине власти он оказался неожиданно для общества. После гибели монархии конкретное имя каждого нового правителя России до момента его воцарения было загадкой для населения страны. Исключениями, да и то с оговорками, можно считать Сталина, Хрущева и Ельцина, которые в той или иной степени публично и довольно долго боролись за власть, постепенно становясь фигурами, которых общество узнавало как преемников предшествующего властителя. Впрочем, у Путина тоже был такой период, но только очень короткий — всего несколько месяцев. 504 Но вот чем совершенно точно уникален Владимир Путин в ряду своих предшественников, так это тем, что он не шел к высшей власти осознанно и долго. Стремительная карьера Путина не знает аналогов в истории России XX века. В этом она, безусловно, революционна. Несколько утрируя, можно сказать, что Путин сначала получил власть, а лишь затем должен был ее завоевывать. Это — признак либо династического, либо революционного (или контрреволюционного) механизма получения власти. В случае президентства Владимира Путина мы имеем симбиоз того и другого. Словом, второй президент России как политическая фигура и как человеческий тип есть сумма основных властно-психологических характеристик всех своих предшественников на посту главы Российского государства в XX веке. И это, надо думать, не случайно. Кстати, об определении «второй». Если Путин, как и положено по Конституции, уйдет с поста президента в 2008 году, он и здесь станет вторым (после Бориса Ельцина), кто в истории России XX, а теперь уже и XXI века, покинет вершину власти в стране не в результате смерти (Ленин, Сталин, Брежнев, Андропов, Черненко) или государственного переворота (Николай II, Керенский, Хрущев, Горбачев), а по закону и добровольно. Если случится именно так, то Путин, закрепив едва наметившуюся, абсолютно новую, только с конца XX века народившуюся у нас тенденцию, одним лишь этим сделает колоссально много для России — сразу укрепит нашу демократию десятикратно. Впрочем, об этом, точнее о Путине после 2008 года, стоит сказать несколько слов специально. ПУТИН ПОСЛЕ 2008-го Молодость Путина, которую он ощущает и осознает как позитивный политический фактор (помнится, с год назад во время выступления в какой-то студенческой аудитории он даже сам отметил, что далеко не стар), эта молодость (не в биологическом смысле, конечно) сделает уникальным для обозримой истории России и его уход с поста президента в 2008 году. Весной 2008-го ему будет всего 55 с половиной лет. 505 А это и физически, и особенно политически вполне дееспособный возраст. Впервые политик в таком возрасте покинет высший пост в России, причем, повторюсь, не будучи смещенным и изгнанным из Кремля в результате государственного переворота. В условиях стабильной демократии это означает, что Путин не канет в политическое небытие объективно, а субъективно будет способен еще раз взять не меньшую политическую высоту. Человек, который получает контракт на исполнение какой-либо работы на конкретный срок (а Путин не раз говорил, что он нанят обществом на выполнение обязанностей президента), сколь бы трудолюбив и увлечен своим делом он ни был, не может не думать, чем займется после отставки, если его контракт истекает гораздо ранее пенсионного возраста. Собственный бизнес? Это не занятие для далеко не старого русского политика, вкусившего высшей власти. Участие в бизнесе других? Быть подчиненным своих бывших подчиненных? То есть, теряя имя, участвовать в сомнительных сделках (а для иных у нас политиков не нанимают)? Конечно, Путин не выберет ни первого, ни второго. После 2008 года перед Путиным открываются три стези, по каждой из которых, правда, первые шаги необходимо сделать, еще находясь в Кремле. Если Путин пока не озаботился этим, то, конечно же, вынужден будет озаботиться сразу после ближайших президентских выборов. Первая стезя— сугубо международная. Стать должностным лицом высшего уровня на мировой арене. Ясно, что всемирные организации не подходят — американцы никогда не допустят туда гражданина России в качестве первого лица. Остается Европа. Тоже, в общем-то, сомнительно, но как рабочая гипотеза рассматриваться может. Для этого нужно «немногое» — вступить в Евросоюз. Несмотря на почти фантастичность гипотезы, предвижу форсирование попыток юридической интеграции России в объединенную Европу с весны 2004 года. Вторая стезя, естественно, ведет к президентству в едином государстве Россия-Белоруссия, для чего нужно создать это государство де-юре и де-факто. Третья стезя раздваивается на две переплетающиеся дорожки. Мы часто говорим о выборах 2008 года и даже начи- 506 наем прикидывать, кто будет президентом после Путина, то есть в период от 2008-го до 2012 года. А вот кто угнездится в Кремле в 2012-м? К весне 2012 года Владимиру Путину будет всего лишь 59 лет, что не является препятствием для борьбы за пост президента. Для реализации этой возможности, равно как и для того, чтобы оставаться реально значимой фигурой в российской политике после 2008 года, Путину, естественно, нужна социально-политическая опора, то есть партия. Она, безусловно, будет создана или найдена из числа тех, кто перейдет пятипроцентный барьер на ближайших думских выборах. Цели этой партии (в интересующем нас ракурсе): стать партией № 1 на думских выборах 2007 года; далее — привести к победе на президентских выборах 2008-го креатуру Путина, которую, в зависимости от обстоятельств, партия Путина либо оставит в Кремле, либо сменит в 2012 году, вернув своего лидера в уже знакомый ему кабинет. Этот последний сценарий — самый реальный. Ради него стоит работать всей молодой (еще более молодой, чем сам шеф) команде Путина. И, кстати, этот сценарий не исключает и не отменяет усилий по реализации белорусского сценария. Я практически исключаю возможность того, чтобы Путин, сколько бы ни намекали на это его присные, дал добро на изменение Конституции и удлинение сроков действия президентского мандата как «точечную» корректировку Основного Закона — даже через референдум. Ибо выглядеть это будет вызывающе антидемократично. И не только выглядеть. Масштабная же конституционная реформа, в рамках которой увеличение сроков президентской легислатуры пройдет в пакете, дело сложное и неочевидно полезное. Всё-таки опасно слишком скоро от даты принятия менять, даже в лучшую сторону, Конституцию. Текст получить лучше можно, но стабильность в стране может непредсказуемо, в том числе и для инициаторов процесса, поколебаться. Что будет «после Ельцина», волновало всех, а что будет делать «после» сам Ельцин — очень немногих. В случае с Путиным ситуация, в силу его возраста, иная. Что будет делать Путин «после» — значимый вопрос, причем значимый уже для сегодняшней политической жизни. Его не обсуждают публично, но это не значит, что кто-то о нем не думает. 507 Кроме того, вопрос этот актуализируется буквально с каждым месяцем. Через полтора года об этом будут говорить на каждом политическом углу, но тот, кто задумается на сей счет раньше других, сможет правильно построить свою долгосрочную стратегию. Что, впрочем, экзотическая штука в нашей политике. Я начал разговор о юбиляре, если отбросить вступительные главы этой статьи, «с конца», с того, чем обычно портреты политических деятелей заканчивают — с будущего Путина, не ради оригинальности только. Одно дело, когда политик, достигший вершины власти, видит в этом финал своей карьеры, уходящий либо в старость, либо в смерть, а другое дело, когда это всего лишь рубеж. Путину в Кремле сегодня нужен успех. Не только потому, что, как всякий homo faber, он хочет делать свое дело лучше других (особенно лучше двух предшественников), но и потому, что его собственное будущее отнюдь не ограничивается достигнутым. Фактически его будущее — всё за рубежами 2008 года. И этого будущего очень и очень много. Как Путин идет к своему будущему? Ждет ли его искомый успех? Собственно, именно об этом есть смысл говорить в связи с пятидесятилетием человека, занимающего президентский пост в России. Иначе, в зависимости от отношения к юбиляру, лучше ограничиться прочувствованной поздравительной телеграммой или суровым молчанием. ПУТИН И РОССИЯ Категорическим императивом всей внутренней и внешней политики Путина, безусловно, является возрождение величия России как максимально значимого и активного субъекта мировой политики. Производимые Путиным тактические маневры, включающие вынужденное (с его точки зрения) отступление по тем или иным направлениям (в Центральной Азии, например), не должны заслонять эту стратегическую цель путинской политики. Поскольку на пути достижения этой цели стоит такая немалая проблема, как сохранение целостности и самостоятельности России вообще, Путин готов жертвовать менее 508 значимыми ценностями, если даже в глазах других эти ценности абсолютны. Сначала Путина интересует, сохранится ли Россия и будет ли она самостоятельной и влиятельной, а лишь затем — какой политический режим будет в ней существовать. Конечно, Путин предпочитает демократию авторитаризму, но только в тех случаях, когда демократия более эффективна как средство возрождения России. Точно такое же отношение у него и к рынку. ПУТИН И ИСТОРИЯ Знаменитая фраза Путина, сказанная им в связи с решением возвратить официальный статус мелодии советского гимна, «возможно, мы с народом ошибаемся», означает, что Путин считает всю историю России, включая и советский период, единой и не подлежащей третированию с позиций сегодняшнего дня. В общем-то это называется патриотизмом. ПУТИН И НАРОД Эта же фраза, сказанная по конкретному поводу, означает также, что Путин не считает народ главным и единственным делателем истории. Более того, считая народ скорее пассивным (в отличие от элит), чем активным субъектом исторического процесса — иначе он не дал бы уничтожить Советский Союз, Путин относится к народу с почтением. Почтением деятельного сына к промотавшему свое состояние отцу. Если малая часть народа имеет и много хлеба, и новомодные зрелища, если какая-то часть народа (столичная интеллигенция) имеет мало хлеба, но много заменяющей ей всё остальное зрелищ, то Путин — из того самого почтения — хочет дать большей части народа, не имеющей или почти не имеющей хлеба, хотя бы зрелище. То зрелище, которое эта часть народа жаждет. Почтение к народу смешивается у Путина не с презрением (как у «новых русских», у вечно старой и вечной новой бюрократии и у вечно молодящейся столичной интеллигенции), а с... пожалуй, с жалостью и недоверием. Промотавший свое состояние отец, несмотря на прошлую мощь и грозность, становится похож на великовозрастного ребенка, состарившегося недоросля. Отсюда — путинский патернализм. Каче- 509 ство, соглашусь, не вполне демократическое. Но об отношении Путина к демократии — речь впереди. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ Путин есть либеральный консерватор. Что в реалиях России означает: быть либеральнее народа и консервативнее либеральной элиты. В жизни это называется: сидеть на двух стульях. В политике — прагматизм. То есть ты не сидишь одновременно и там, и там, а вынужден, в зависимости от обстоятельств, всё время перескакивать со стула на стул. ПУТИН И ВОЖДИЗМ Конкретная история России (история XX века в особенности) заставляет Путина быть вождем (еще одна не слишком демократическая черта). Мундир вождя по-прежнему висит в главном кремлевском кабинете, и каждый вновь в него входящий глава Российского государства имеет соблазн этот мундир время от времени надевать. Зачем нужен вождь России? А затем, зачем он был нужен на протяжении всего XX века. Во-первых, чтобы ставить конкретные цели нашей самой православной, самой утопичной, самой романтичной, самой маниловской стране мира. Стране, где перекур любят больше работы — не потому, что работа трудна, а потому что во время перекура интереснее, потому что обсуждение прожектов привлекательней, чем изготовление деталей. Грубо говоря, вождь нужен России там, где не работает (по какой-то причине) рынок или нет смысла существования. Но это далеко не всё. Во-вторых, вождь нужен России для того, чтобы умерять аппетиты российской бюрократии, вечно обкрадывающей свой народ. Наконец, в новых условиях мундир вождя понадобился и для того, чтобы ограничивать эгоизм отечественной бизнес-элиты, которая из двух основных классов российского общества — народа и бюрократии — предпочла заключить «общественный договор» с бюрократией. Словом, вождь в России — это замена отсутствующих там, где они отсутствуют, смысла жизни, гражданской солидарности и единства действий. 510 Больше демократии, кричат Путину! Выдави из себя вождя! Думаю, он и не прочь бы это сделать. Но как только снимает мундир вождя — плоть обретают воспоминания о судьбе Горбачева и СССР. ПУТИН И БЮРОКРАТИЯ Управляемость государственной машине (после анархизма ельцинских времен) Путин вернул. Но бюрократию, главную проблему всех русских правителей, так и не победил, точнее — не заставил работать на общество. О русскую бюрократию разбивались все наши реформы. Генерального сражения не дал ей и Путин, не совершил, например, кадровую революцию. А в позиционной войне бюрократия всегда искусней. Именно она — в рамках этой позиционной войны — натягивает на своего противника мундир вождя, прося не избирать себя, а назначать. И заодно выторговывает шантажом и угрозами третьи, четвертые сроки пребывания во власти (раз уж демократия и приходится избираться). ПУТИН И ОЛИГАРХИ Ладно бы только бюрократия — дело для России привычное. Но ведь народились еще олигархи, ставшие третьей силой в государстве. Путин урезал их власть в Москве — они пошли в регионы. Вся хлипкая партийная система, еще как-то работающая в Москве (но не в городе Москва), то есть на федеральном уровне, в провинции, в регионах просто рухнула, не успев создаться. Нет в России политической жизни в форме борьбы партий практически во всех регионах, особенно сырьевых. Там есть политическая жизнь лишь как форма публичного сосуществования и борьбы бизнес-групп. Из провинции олигархи идут на Москву, опираясь теперь не только на столичную интеллигенцию и собственные деньги, но и на избирателей провинции, то есть на народ.
Что есть у Путина, кроме его президентского статуса, чем можно сопротивляться против этого второго пришествия олигархов в российскую власть? Всего три орудия. Генпрокуратура, предусмотрительно отобранные у олигархов СМИ и... КП РФ. 511 ПУТИН И КОММУНИСТЫ Одобренная Путиным, но неудачная попытка разрушения КП РФ имела одно незапланированное последствие. Единственная дееспособная партия России, кажется, начала обновляться. Политический эффект от этого может оказаться весьма интересным. Например, таким, что КП РФ может стать естественным союзником Путина, единственным реальным посредником между ним и народом — особенно если Путин станет проигрывать войну олигархам и бюрократии. Считать «Единую Россию» путинской партией весьма преждевременно. «Партия власти» и есть партия власти, то есть ее анонимных, а не конкретных носителей. Это партия бюрократической массы. ПУТИН И УПРАВЛЯЕМАЯ ДЕМОКРАТИЯ Поскольку самое распространенное определение сегодняшнего (путинского) политического режима— управляемая демократия, а вошло это определение у нас в обиход после (так уж случилось) публикации 13 января 2000 года (то есть еще до выборов, на которых Путин победил) моей статьи «Диагноз: управляемая демократия», не могу не сказать и об этом. Да, в России управляемая демократия. Да, Путин сознательно работает ее инструментами. Но что есть управляемая демократия? Это демократия (выборы, альтернативность, свобода слова и печати, сменяемость лидеров режима), но корректируемая правящим классом. Разве это не то, что есть во всякой демократической стране? (Вопрос о том, где и в какой обстановке термин «управляемая демократия» стал использоваться впервые, тема отдельного разговора.) Почему Путин, не декларируя, естественно, этого, действует в рамках управляемой демократии? Потому что, во-первых, правящий класс России сегодня — это бюрократия, переплетенная с олигархией, и их суммарный эгоистический инстинкт превосходит физические возможности страны по производству товаров, обмениваемых на доллары. Во-вторых, потому что в регионах, как я уже отмечал, объединенный финансово-административный ресурс олигар- 512 хии и бюрократии позволяет обеспечивать любые нужные им результаты выборов. В-третьих, потому что в отсутствие нормальных партий даже на федеральном, не говоря уже о региональном, уровне центральная власть не может в случае расхождения своих интересов с интересами правящего класса опереться на народ или правоохранительные органы. Ибо и народ, и правоохранительные органы сегодня находятся в прямой материальной и физической зависимости от бюрократических структур и олигархических кланов. Мне известен случай, когда один из лидеров одной олигархической группы сказал весьма высокопоставленному представителю федеральной власти: в этот регион можете не соваться — там вы у нас суд не выиграете. В-четвертых, потому что это только кажется нашим либералам (иногда их называют правыми), что если бы в России установилась не управляемая, а полномасштабная (где она есть?) демократия, они бы сохранили свою власть и собственность. Нет, власть тут же перешла бы к коммунистам, сомнений в этом нет никаких. И инстинктивно наши либералы не раз это признавали. Последний случай: либералы сыграли свою скрипку в разыгранной по нотам управляемой демократии партии, когда помогли своими голосами запретить коммунистам проводить намеченный ими референдум. Да, в России еще нет стабильной системы элитарных плюралистических форм демократического участия, то есть того, что есть на Западе. По двум причинам (и не Путин их создал): во-первых, потому что наши элиты ведут между собою борьбу не за участие, а за полный контроль над властью; во-вторых, потому что элиты у нас сами по себе, а общество — само по себе. На нынешнем этапе управляемая демократия не позволяет: 1) элитам пожрать друг друга; 2) одной из них — полностью (тотально) подчинить себе власть и общество; 3) народу— свергнуть (демократическим путем) власть нынешних элит и отобрать у них собственность. В этом смысле управляемая демократия в России есть механизм восполнения функций отсутствующего в стране общенационального Общественного договора. Кремль, центральная власть забрали рычаги управляемой демократии себе, чтобы они не достались не народу, а эли- 513 там. Ибо элиты и народ, еще более, чем народ и власть, отчуждены друг от друга. Да что там, они просто ненавидят друг друга. В этом как раз Путин прав. А не прав он в том, что в своем патернализме не готов построить систему реального самоуправления и постоянно потакает бюрократии, когда она подталкивает его к всасыванию этого самоуправления в критикуемую ею же «вертикаль власти». Впрочем, одно из объяснений того, почему Путин не стимулирует рост реального самоуправления, для меня очевидно. Он просто опасается, что в нынешних условиях местное самоуправление станет формой легализации пока еще неформальной власти преступных группировок по всей территории России. И в этом своем опасении Путин тоже прав. Если крупные преступники вполне успешно претендуют на власть через систему региональных и городских выборов, которые хоть как-то, но контролируются и корректируются федеральной властью, то естественно предположить, что местное самоуправление будет тотально захвачено низовыми криминальными элементами. ПУТИН И ЕЛЬЦИН Насколько Путин зависим от Ельцина сегодня? Это одна из самых больших маленьких загадок сегодняшней российской политики. Разгадку знают очень немногие, но ясно, что это зависимость не лично от Ельцина, а от того, что справедливо называют «семьей Ельцина», то есть одной из олигархических группировок, правда, знающей больше других. Зависимость ограниченная. Когда ушедший в отставку Ельцин неожиданно собирается «на работу» в Кремль — это воспринимается с юмором. Когда видеокассету с каким-нибудь странным заявлением Ельцина доставляют к эфиру на телестудию — показ кассеты решительно пресекается. Но когда одной из причин торможения создания единого государства Россия-Белоруссия становится, насколько мне известно, желание Бориса Ельцина (и, надо думать, его «семьи») стать президентом этого государства, зависимость ощущается отчетливо. Утончается ли эта зависимость со временем? Ответ мы узнаем после президентских выборов 2004 года. 514 ПУТИН И ДРУГИЕ ПОЛИТИКИ Одна из интереснейших составляющих феномена Путина— это то, как он своим появлением обрушил всю персональную иерархическую пирамиду российской политики. Рухнули все, включая Евгения Примакова и Геннадия Зюганова. О более слабых фигурах и говорить не приходится. Объяснение этого факта— тема отдельной статьи, но восстановить эту иерархию до сих пор не удается: Путин по-прежнему парит над ее развалинами в гордом одиночестве. Это, конечно, плохо. Плохо, потому что расслабляет центральную власть. Плохо, потому что демонстрирует ущербность самых ярких представителей нашей политической элиты. Плохо, потому что у Путина нет серьезного политического оппонента, то есть общество отучается от и так вяло приживающейся у нас альтернативности. Плохо, ибо именно в таких условиях объективно усиливаются элементы вождизма. Но почему же альтернативы Путину не появляются? Наиболее общий ответ таков: в России дефицит и идей, и людей. Путин, безусловно, интеллектуал, но очевидно не гений. И его интеллекта хватает, чтобы все самые ценные и интересные идеи, циркулирующие в политическом классе, забирать себе. Большего этот класс сгенерировать не может, пережевывая в основном интеллектуальные зады западноевропейской либеральной мысли двадцатилетней давности. Более того, Путин порой в одиночку наносит нокаутирующие интеллектуальные удары всем лучшим умам русского либерализма. Так случилось после террористической атаки на США в 2001 году. Одним своим звонком Джорджу Бушу Путин поверг наземь всё руководство СПС и «Яблока», вместе взятых. Я не утверждаю, что слова и действия Путина каждодневно и радикально превосходят слова и действия всех остальных политиков России. На мой взгляд, и у него случаются резкие и необъяснимые провалы. Самый показательный — знаменитое объяснение правомерности прихода США в Грузию: если можно в Центральную Азию, то почему нельзя на Кавказ? ПУТИН И США Это тема необъятная и во многом тоже загадочная. Мне не раз приходилось писать и говорить, что внешняя политика 515 Путина слишком зашифрована. То ли потому, что он боится, что его не поймут. То ли он знает что- то такое, что большинство окружающих, включая профессионалов, не знают. Податливость Путина, временами поразительную, американскому гегемонизму, лично я объясняю не мифическими, как мне кажется, договоренностями о разделе сфер ответственности и влияния между Россией и США, а чекистским алгоритмом действия, инстинктом разведчика. Конечно же, Путин не может не видеть и не понимать опасности американского гегемонизма, глубины американского эгоизма и того, что никакого возрождения сильной России, что недемократической, что демократической, США не нужно. Поэтому он не может не рассматривать США как потенциального противника, причем более сильного. Как в этих условиях может больше всего преуспеть разведчик, работая в интересах своей Родины? Только одним способом — внедрившись в центр системы управления противника, занять в этом центре максимально высокий пост. Что это значит? То, что максимум чужих секретов ты можешь получить только при условии максимально эффективного служения тому, чьими секретами хочешь овладеть. Публичный вариант этой тактики — навязать свое союзничество потенциальному сопернику, заставляя его если и не решать твои проблемы, то хотя бы учитывать твои интересы. В любом случае абсолютно ясно одно: сегодня лично Владимир Путин — свой человек на Западе и даже в США. Это не означает, что страна, возглавляемая Путиным, то есть Россия, является своей на том же Западе и тем более в США. Конвертировать отношение Запада к себе лично в отношение Запада к России Путин пока не сумел. СТИЛЬ РАБОТЫ Путин, безусловно, любит свою работу и относится к ней крайне ответственно. Если он уверен, что знает, как нужно решать ту или иную проблему, то действует крайне решительно. Доказательств этому немало: Чечня (особенно осенью 1999 года), реформа Совета Федерации, борьба с Гусинским и Березовским, контакты с Ким Чен Иром (несмотря на иронию и насмешки ли- 516 беральных СМИ), та же поддержка американцев в операции против талибов и т. д. Но если он не знает точного ответа на вопрос, а знать всё невозможно, его действия противоречивы или просто отсутствуют. И это случалось не раз: ситуация вокруг реформы Правительства, вроде бы действующего успешно, но вроде бы не так, как хотелось бы; эпопея с реформированием РАО «ЕЭС России» по Чубайсу; проблема Белоруссии; военная реформа и т. д. Вполне очевидно, что в собственно политике Путин чувствует себя гораздо увереннее, чем в экономике. Что, впрочем, и неудивительно для президента, ибо эта должность больше политическая. Правда, сегодня в России вопросы экономики едва ли не важнее чисто политических проблем. ПУТИН И КАДРЫ В кадровых решениях, и это, пожалуй, самая большая проблема Путина как президента, он предпочитает людей, которым доверяет, профессионалам. Поскольку круг его личных знакомых и друзей — это в основном юристы, именно это направление он обновил кадрами наиболее радикально и во многом успешно. В остальном же — провалов больше, чем успехов, а точнее — на своих местах остались прежние, ельцинские кадры, лишь слегка разбавленные путинскими людьми, причем далеко не всегда удачно. Выросший в лоне системы госбезопасности, а потому много знающий о скелетах в шкафах всех представителей правящего класса, Путин, очевидно, не доверяет элите. Но только из ее среды можно рекрутировать новые руководящие кадры. Результат — кадрового обновления, особенно в последний год, практически не происходит. Между тем рецепта тут только два, и смешивать их нельзя: либо ты увольняешь всех чужих, вне зависимости от квалификации, и ставишь всех своих (но такой кадровый резервуар «своих» может дать только собственная партия), либо вообще забываешь о категории «свой — чужой», а назначаешь только лучших профессионалов в данной сфере. Сейчас же Путин явно делает работу за многих своих подчиненных, вникая в такие тонкости, которыми не должен заниматься президент. Отчасти — это демонстрация патернализма, но только отчасти. 517 ХАРАКТЕР (НЕКОТОРЫЕ ЧЕРТЫ) В чем-то Путин крайне закрыт, но временами произносит удивительно откровенные тексты. Так было осенью 1999 года, когда журналисты допекли его вопросами о целесообразности новой военной кампании в Чечне — знаменитая фраза «мочить в сортире». Когда родственники погибших подводников «Курска» засыпали президента в общем-то безосновательными упреками на встрече в Видяево, Путин фактически, не произнося фамилии, сказал, что разваливали-то флот не при нем, а при прежнем президенте. После наводнения на юге России Путин бросил представителю РАО «ЕЭС России»: «Вы самые умные или самые циничные?» и попросил назвать зарплаты руководителей РАО. (В конечном итоге, но некоторое время спустя, Анатолий Чубайс цифры назвал, однако зарплаты оказались на удивление маленькими, но Путин почему-то больше к этому вопросу не возвращался.) Путин, несмотря на свою раскованную, временами даже очень раскованную речь и умение отвечать, казалось бы, на все вопросы, не любит касаться некоторых тем, по разным причинам ему неприятных. Это тот же «Курск», это потери в Чечне, это олигархи, это некоторые действия Генпрокуратуры. Если такие вопросы ему задаются, он либо отшучивается, причем не всегда удачно, либо отвечает кратко и резко, даже агрессивно по отношению к тому, кто неприятный вопрос задал. Словом, если Путин как бывший разведчик и умеет скрывать свои эмоции, то либо не слишком хорошо, либо эмоций у него слишком много для президента— иные вырываются наружу. УСПЕХИ И ПРОВАЛЫ: БАЛАНС Я писал в начале этой статьи, что Путину нужен успех. Не только в сегодняшнем деле отправления обязанностей президента России, которую он очевидно глубоко любит и искренне хочет возродить, но и для будущего, собственного будущего. Что ж, без всякой лести можно сказать, что, конечно же, президентство Путина успешно и по сути, и в историческом 518 контексте. Какой он получил страну — известно. Хуже положение дел в ней не стало точно. Ни по одному направлению, в том числе и в смысле наличия демократических свобод, ибо назвать более свободным общество времен Ельцина может только человек, не знакомый с политологией вообще. Вседозволенность это всё-таки не свобода, а если и свобода, то только для самых сильных. Лучше при Путине стало очень многое. В целом Россия осени 2002 года на порядок жизнеспособнее России осени, а тем более весны 1999 года. Путинское лидерство по-прежнему развивается по восходящей, тогда как у его предшественников Горбачева (после 1989 года) и Ельцина (после 1993 года) катилось вниз. И это при том, что Путин находится у власти фактически уже три года. Ельцин к этому времени уже был дискредитирован как политик, у Горбачева — забуксовали все реформы, правда, в старой, советской парадигме власти. В персональном политическом плане Путин тоже успешнее своих предшественников. Ельцин как реальная альтернатива Горбачеву возник спустя четыре года после прихода того к власти, но фактически гораздо раньше, с 87-го. Но Михаил Сергеевич был более неосмотрителен в этом плане, чем Борис Николаевич, альтернативы которому стали возникать с начала 93-го года одна за другой: Руцкой, Хасбулатов, Черномырдин, Чубайс, Лужков, Примаков. Просто Ельцин подрубал соперников под корень — сразу, как они или элита всерьез задумывались о том, что время смены лидера пришло. Затянул Ельцин только с первой парой из этого списка, но зато и разобрался, опомнившись, танками. Путину альтернативы до сих пор не появилось и, видимо, не появится до ближайших президентских выборов. Это, конечно, свидетельство успешной деятельности. 50 ЛЕТ Встретить свое пятидесятилетие в главном кабинете Кремля, во главе великой, по крайней мере в прошлом, но и не без надежд на будущее, страны; входя в десятку, если не пятерку, самых влиятельных политиков мира; с такой популярностью в народе и при в общем-то довольно прилично (в сравнении с предшествующими годами) идущих делах; имея практиче- 519 ски абсолютную гарантию победы на ближайших президентских выборах— если это не жизненный и профессиональный успех, то пусть об этом скажут гениальные писатели, каковых сейчас нет, либо анахореты, наверное, существующие, но мы вряд ли их поймем. Карьера большого политика, впрочем, не может считаться окончательно успешной до того дня, пока он не уйдет на покой. Владимиру Путину до этого далеко. Так что каждый может пожелать ему того, что хочет. Не стоит, однако, забывать, что успех твоего соседа, даже если ты его любишь, это всего лишь его успех. А успех президента твоей страны, даже если ты его не любишь, это неизбежно и твой успех. 520
<< | >>
Источник: Виталий Третьяков. НАУКА БЫТЬ РОССИЕЙ. 2007

Еще по теме Либеральный консерватор:

  1. 6. КОНСЕРВАТОРЫ
  2. Я = КОНСЕРВАТОР
  3. Внутренняя политика либералов и консерваторов
  4. ГЛАВА 7 ДВУЛИЧИЕ КОНСЕРВАТОРОВ
  5. ИСПАНСКИЕ КОНСЕРВАТОРЫ У ВЛАСТИ (1996-2004)
  6. Взаимоотношения «центр - регионы» в годы правления испанских консерваторов
  7. ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ИУДАИЗМ
  8. Либеральное движение
  9. § 10. ЭВОЛЮЦИЯ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ДЕМОКРАТИИ
  10. Слагаемые либерального движения
  11. Защита прав людоеда, или либеральный фундаментализм
  12. 4. Возникновение либерально-оппозиционных групп и объединений
  13. Урок 28. Становление либеральной демократии
  14. Либеральная альтернатива преобразования России
  15. КАТОЛИЧЕСКОЕ, ЛИБЕРАЛЬНОЕ И ЕВАНГЕЛИЧЕСКОЕ АНГЛИКАНСТВО
  16. ДЕМОКРАТИЯ ЛИБЕРАЛЬНАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ПРЕДИСЛОВИЕ
  17. Эволюция либеральных идей
  18. ПЕРЕХОД К «ЛИБЕРАЛЬНОЙ ИМПЕРИИ»
  19. Либеральные тенденции в массовом политическом сознании
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -