<<
>>

О ПРЕДМЕТЕ ФИЛОСОФИИ

Так получается, что философ не волен выбирать свои темы, философия отнюдь не всегда и не везде располагает одними и теми же темами. Нет никаких вечных вопросов, есть лишь вопросы, прочувствованные и поставленные из конкретного, определенного бытия.
Так писал О. Шпенглер. Отчасти он прав: в любом поколении люди ставят и стремятся ответить на животрепещущие вопросы времени; но поставленные конкретно, они не могут не иметь в виду и вопросы вечные - о божественном и космическом измерениях мира, о нашем месте в нем, о смысле жизни, о смерти и бессмертии, о способах нашего жизнеустройства, об идолах и идеалах, о счастье и о том, зачем Я и Мы здесь и теперь, и что впереди, и что мне (нам) делать, и что такое истина, и как найти ответ на все эти вопросы. В разных культурах, в разное время и в разных формах на эти вопросы получают неоднозначные ответы, образующие цельность мировой философии и целое человеческой культуры.

В советское время было очень жесткое, прагматичное определение предмета марксистско-ленинской философии. Бедные студенты к экзамену вынуждены были выучивать его назубок. Считая философию основой мировоззрения, обслуживающего нужды идеологии, а та, в свою очередь, революционную практику, Маркс начал свою деятельность словами: «Философы различным способом лишь объясняли мир, задача состоит в том, чтобы изменить его». Первоначально в советской доктрине речь шла о философии, прежде всего как о служанке коммунистической идеологии, практически обеспечивающей сиюминутные и дальние цели государственного строительства. Предполагалось даже упразднить само ее именование. Пропагандисты вели речи о классовой борьбе, о социалистической революции как ее высшей форме, о диктатуре пролетариата и т.д.

Позже основным вопросом марксистско-ленинской философии стало заклинание-доказательство первичности материи (а в ней в первую очередь - материальное производство) и вторичности сознания, что не поддавалось доказательству и не могло быть доказано, однако оставалось одной из главных аксиом ортодоксального советского марксизма, которая выводила на обочину внимания всю антропологическую проблематику: «В марксизме нет ни грана морали», «нравственно то, что служит делу коммунизма» и т.п. В конце концов это кончилось «Моральным кодексом строителей коммунизма» - жалким парафразом евангельских заповедей, но... и с этим припозднились, и теперь имеем то, что имеем, - нравственный беспредел и погибель. И вот укор от богослова нам, нынешним безбожникам: «Жалок современный человек, кто, отдав душу на познание материи и разменяв золотой на гору медяков, самодовольно хвалится достигнутыми успехами» (21, с. 52).

Вместе с тем философия не могла ютиться в прокрустовом ложе марксизма, ведь были и другие, живые варианты, значимые для людей на вечные времена. Так, С. Булгаков видел основной вопрос философии в постижении смысла жизни; главный вопрос видели и в самоубийстве: зачем живут люди и почему они длят ужасные дни свои до естественного либо насильственного конца (А. Камю, Ф. Достоевский в «Бесах», «Подростке» и пр.).

Поэтому даже в те несколько отдаленные от нас годы, когда марксизм был единственным «самым» прогрессивным и «самым» научным учением и обслуживал нужды идеологии, жила мысль о философии как сложном духовном образовании, не подчиняющем- ся однозначному определению одной только материей либо телесностью (правда, последняя тема нынче навязывается как весьма престижная), а «любовь к мудрости» выражается и обобщается не только в теоретической, но и в образной форме.

Поэт писал о художнике слова: «Ты вечности заложник у времени в плену»; то же самое можно сказать и о философе: отвечая на запросы, надежды и боли своего времени, он в уме и чувствах призван числить вечность. Философия как любовь к мудрости в пределе обращена к конечным вопросам бытия, вечно актуальны вопросы «почему человек живет так, а не иначе», «в чем смысл жизни», «почему в жизни так много страданий», «можно ли их умерить» и «зачем в конце неминуема смерть - страшная и непостижимая».

Другая особенность философии состоит в том, что, являясь формой общественного сознания, она не имеет собственного внешнего выражения. Она находит его и в теории, и в искусстве. В то время как бесконечный прогресс науки, углубляя знание, снимает предшествующие научные результаты, философия должна, не забывая о вечности, учитывать свое прошлое - великие идеи великих учений. Поэтому ее особенность состоит и в том, что история философии непосредственно входит в ее предмет; философия может быть изложена в более или менее цельной форме, а потому любой конкретный анализ должен учитывать и ее прошлое.

Далее, большое значение для развития философии и обогащения культуры имеет личностное начало, тяготеющее к автобиографии. Фихте считал, что при анализе учения необходимо учитывать и жизнь его создателя. Было время, когда великими умами созидались великие системы, называемые их именами. Увы, время выдающихся творцов великих учений прошло, но и современное освоение и разработка конкретных и общих проблем не элиминируют культурно-исторического и индивидуального творческого вклада в их результаты.

Эти вечные и многие другие вопросы философии обращены к личностному содержанию человека, к его социальной общности и личному общению, к среде его обитания, к миру, в котором он живет, к миру как целому, к способам и средствам его познания. Они осознаются многообразными способами, несущими на себе печать цивилизационного, регионального, национального, местного и личного обличья, влияющего на содержание и на форму учений. Любое из них имеет свои особенности в языке и выражении, в вы- боре тех или иных проблем, в характере их понимания и их артикуляции. Поэтому философия как уникальная форма духовности является наукой особого рода: подобно мировой литературе, она существует в национальных, региональных и личностных формах.

Как соотносятся региональные, локальные и личностные отличия с philosophia perennis, т.е. с универсальным, наднациональным надрегиональным и надличностным духовным миром? В конечном счете философская система наук выступает сверхнациональным целым, что не снимает многообразного интеллектуального развития конкретно-исторической человеческой практики в стремлении решить и общие для всего человечества проблемы, что не смеет вести к самодовольным утверждениям о ее вечной истинности для одного или всех времен и народов.

Многообразие ее исторических форм не должно быть и музейной витриной; поскольку история философии принадлежит самому ее предмету, она актуальна во всем своем многоразличии, которое может и должно присутствовать в сегодняшнем философствовании, стремящемся найти ответы на вопросы, выдвигаемые злобой дня, а именно - глобализацией, открывшей для человечества новую эпоху - глобальный системный кризис.

<< | >>
Источник: Андреева И.С.. Философы России второй половины XX века. Портреты. Монография / РАН. ИНИОН. Центр гуманитарных науч.-информ. исслед. Отдел философии. - М. - 312 с. (Сер.: Проблемы философии).. 2009

Еще по теме О ПРЕДМЕТЕ ФИЛОСОФИИ:

  1. Специфика проблемного поля классической философии. Предмет философии и его историческая динамика
  2. V. Предмет философии
  3. § 3. ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ
  4. ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ
  5. § 1. Предмет и основные вопросы философии
  6. 1.2 Философия, предмет и функции.
  7. 2. Предмет и назначение философии образования
  8. 2. Предмет, структура и функции современной философии
  9. Предмет и функции социальной философии
  10. Глава 1 ФИЛОСОФИЯ, ЕЕ ПРЕДМЕТ И МЕСТО В КУЛЬТУРЕ
  11. Предмет философии и ее место в современной культуре
  12. ПРЕДМЕТ, СТАТУС ФИЛОСОФИИ РЕЛИГИИ. ФИЛОСОФИЯ РЕЛИГИИ И РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ
  13. I. ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ
  14. 1. Проблема предмета и метода философии в зарубежной философской мысли
  15. 63. В чем состоит феноменологическое понимание специфики философии, ее предмета?