3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ В СТРУКТУРЕ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ

В литературе можно выделить три основных варианта понимания психологической природы индивидуальных ценностей. Первый из них — трактовка ценности в одном ряду с такими понятиями как мнение, представление или убеждение (Rokeach, 1969; 1973; 1979; Ручка, 1976; Брожик, 1982; Schl?eder, 1993).
Так понимаемые ценности не обладают самостоятельной побудительной силой, черпая ее из каких-то иных источников. Другая трактовка рассматривает индивидуальные ценности или ценностные ориентации как разновидность или подобие социальных установок (отношений) или интересов (Spranger, 1913; Morris, 1956; Саморегуляция..., 1979). В таком понимании им приписывается направляющая или структурирующая функция, к которой сводится эффект ценностной регуляции. Наконец, третий подход сближает их с понятиями потребности и мотива, подчеркивая их реальную побудительную силу (Maslow, 1970 а; Жуков, 1976; Дилигенский, 1977; Додонов, 1978; Шерковин, 1982; Василюк, 1984). Первая трактовка ценностей исходит из описанной выше асоциальной парадигмы. Она отождествляет социальную, и в том числе ценностную регуляцию с внешними требованиями, более или менее рефлектируемыми индивидом, и противостоящими его внутренним эгоцентрическим побуждениям,

224 ГЛАВА 3. СМЫСЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ, ИХ СВЯЗИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ

если последние вообще принимаются в расчет. Вторая трактовка более продуктивна; вместе с тем она унаследовала от изучения социальных установок проблему расхождения между декларируемыми и реальными ценностями (см. Донцов, 1974; Зотова, Бобнева, 1975; Брожик, 1982; Кунявский и др., 1985). Кроме того, рассмотрение ценностей и установок как однопорядковых образований противоречит представлениям об особом статусе, месте и роли ценностей в человеческой жизни, характерным как для обыденного сознания, так и для большинства подходов к проблеме ценностей в философии, этике и эстетике (см. Леонтьев Д.А., 1996 а). Наибольшим объяснительным потенциалом обладает, на наш взгляд, третий подход, ставящий понятие ценности в один ряд с понятиями потребности и мотива. О.И.Генисаретский (1985), приводя мысль А.Н.Леонтьева о существовании своеобразных «узлов», соединяющих различные виды деятельности в целостные личностные структуры, отождествляет эти «узлы» с ценностными образованиями, задающими основу личности. Более того, ряд авторов прямо указывает на смысловую природу ценностей (Жуков, 1976; Братусь, 1981; 1985; Зинченко, 1998; Тихомандрицкая, Дубовская, 1999).

Начнем с развернутого анализа соотношения этих понятий между собой. Осмыслить это соотношение помогает двухуровневая модель мотивации, предложенная Е.Ю.Патяевой (1983 а). Рассмотрев целый ряд современных подходов к пониманию структуры мотивации, она констатирует наметившееся в них различение двух уровней мотивационных образований. К одному уровню относятся конкретно-ситуативные мотивационные образования, релевантные единичной деятельности (см. раздел З.З.). Мотивационные образования другого уровня являются внеситуативными, устойчивыми и обобщенными. Они побуждают деятельность не непосредственно, а участвуя в порождении конкретно-ситуативных мотивов. Е.Ю.Патя-ева выделяет два вида влияний устойчивых мотивационных структур на возникновение и функционирование конкретно-ситуативных мотивов. Первый из них — это ситуативная конкретизация первых во вторых, например, познавательной потребности в мотиве поступить в определенный вуз, или эстетической потребности в мотиве сходить в театр, или, наконец, карьерных устремлений в мотиве подставить ножку своему коллеге, написав на него анонимку. Второй из них — это «смещение» конкретной деятельности в соответствии с некоторыми устойчивыми внеситуативными принципами поведения, например, проявление в различных ситуациях и, соответственно, в различных конкретных мотивах устойчивой склонности к риску или высокого уровня притязаний или конформности

3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ

225

или, напротив, нетерпимости к недостаткам. Критерием, позволяющим отнести эти личностные тенденции к классу устойчивых моти-вационных структур, выступает то, что они проявляются не только в процессе осуществления той или иной деятельности, но уже на этапе порождения конкретно-ситуативных мотивов, то есть «мо-тивообразования» конкретной деятельности, и отражаются в структуре конкретных мотивов, в их смысловой характеристике. То же по сути разделение представлено в трехуровневой схеме структуры мотивации А.Г.Асмолова (Мотивация, 1985), различающего источники мотивации, детерминанты направленности деятельности в конкретной ситуации, и регуляторы протекания деятельности. Первые два уровня практически совпадают с выделенными Е.Ю.Патяевой.

По своему функциональному месту и роли в структуре мотивации личностные ценности достаточно очевидным образом относятся к классу описанных Е.Ю.Патяевой устойчивых мотивационных образований или источников мотивации по А.Г.Асмолову. Их мотивирующее действие не ограничивается конкретной деятельностью, конкретной ситуацией, они соотносятся с жизнедеятельностью человека в целом и обладают высокой степенью стабильности; изменение в системе ценностей представляет собой чрезвычайное, кризисное событие в жизни личности. Дополнительным аргументом, подкрепляющим это положение, служит то обстоятельство, что целый ряд авторов независимо друг от друга предложили различать два класса ценностей — ценности-цели жизнедеятельности или терминальные ценности, с одной стороны, и ценности-принципы жизнедеятельности или инструментальные ценности, с другой стороны Щисккокп, 1951; Rokea.cn, 1969; 1973; Жуков, 1976; Самарчян, 1979), функции которых совпадают с двумя описанными Е.Ю.Патяевой (1983 а) формами влияния устойчивых мотивационных образований на конкретно-ситуативные.

Вместе с тем более традиционным является рассмотрение потребностей в качестве устойчивых мотивационных образований. Потребности также характеризуются трансситуативностью и устойчивостью и оказывают на конкретную деятельность «мотивообразу-ющее» и «смещающее» воздействия. Под функциональным углом зрения личностные ценности и потребности оказываются, таким образом, неразличимы. Вероятно, в этом состоит одна из объективных причин того, что понятию ценности в психологии до сих пор не удалось утвердиться в самостоятельном статусе. Можно ли, действительно, свести личностные ценности к разновидности или форме проявления потребностей, или между ними имеются различия настолько существенные, что понятию потребности придется

8 — 7503

226 ГЛАВА 3. СМЫСЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ, ИХ СВЯЗИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ

потесниться, поделив с личностными ценностями функцию устойчивых внеситуативных источников мотивации?

Обратимся к феноменологии потребностей и личностных ценностей и попробуем выделить и описать основные различия между ними.

Потребности представляют собой форму непосредственных жизненных отношений индивида с миром (см. Леонтьев Д.А., 1992 а). Они действуют «здесь-и-теперь», отражая текущее состояние этих динамичных и постоянно меняющихся отношений. Побудительные и смыслообразующие процессы, берущие начало от потребностей субъекта, отражают динамику самой жизни, актуальные требования текущего момента, которые предъявляет субъекту его жизненный мир. Личностные ценности представляют собой «консервированные» отношения с миром, обобщенные и переработанные совокупным опытом социальной группы. Они ассимилируются в структуру личности, как это было описано выше, и в дальнейшем своем функционировании практически не зависят от ситуативных факторов. Через потребности человек переживает свои отношения с миром «один на один», через ценности он переживает свою принадлежность к социальному целому; в своих потребностях человек всегда одинок, в ценностях, напротив, он всегда не один. Если потребности представляют в структуре мотивации живое, динамичное, ситуативно изменчивое, то ценности — стабильное, «вечное», не зависящее от внешних обстоятельств, абсолютное. К.Клакхон характеризует ценности как «аспект мотивации, соотносящийся с личными или культурными стандартами, не связанными исключительно с актуальным напряжением или сиюминутной ситуацией» (Kluckhohn, 1951, р. 425). Соответственно, побудительная сила потребностей постоянно меняется, их система характеризуется «динамической иерархией». Иерархия личностных ценностей неизменна. Изменение иерархии личностных ценностей, как уже отмечалось выше — это кризис в развитии личности.

Другая группа различий между потребностями и личностными ценностями связана с характером их мотивообразующих воздействий. В.Франкл (Frankl, 1969) выразил это следующим образом: если потребности толкают нас, то ценности притягивают. Потребности мы субъективно воспринимаем как нечто, находящееся «внутри» нас и толкающее к чему-то «снаружи»; при этом то, к чему побуждает нас любая потребность — это конкретный предмет или, точнее, конкретная деятельность, релевантная некоторому классу предметов (см. Леонтьев Д.А., 1990 а). Реализация потребности и осуществление релевантной ей деятельности приводит к временному насыщению и дезактуализации потребности. Ценности мы вое

3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ

227

принимаем как что-то внешнее, относящееся к миру. Хотя существуют релевантные любой ценности деяния и произведения, ни одно из них, или их совокупность, не может насытить и дезактуализиро-вать ценность даже на короткое время. Если регулирующее действие потребностей выражается в задании некоторого целевого состояния, в принципе достижимого, то регулирующее действие ценностей выражается в задании вектора деятельности, который направлен в бесконечность. Деятельность может соответствовать или не соответствовать этому вектору, но он не завершается конкретной достижимой целью, а ведет за горизонт.

Наконец рассмотрим форму переживания и субъективной репрезентации потребностей и личностных ценностей. Потребности (не производные от них ситуативные мотивы и т.д., а сами потребности) непосредственно переживаются как связи с миром, какие-то зависимости или взаимозависимости, нужды или желания, напряжения или соблазны, требующие каких-то усилий, направленных в мир, чтобы адаптироваться к этим напряжениям или, напротив, приспособить мир к своим желаниям. Ценности переживаются как идеалы — конечные ориентиры желательного состояния дел. При этом необходимо учитывать два обстоятельства. Во-первых, если потребности переживаются как воплощение моего индивидуального желания, то ценности — как «объективно» желательного положения вещей, не только для меня одного. К.Клакхон в этой связи различает просто желаемое или предпочитаемое, с одной стороны, и желательное, предпочтение которого обосновано с точки зрения личных или общественных стандартов, с другой стороны. Критерии желательности желаемого определяются при этом его совместимостью со стратегическими целями и направленностью развития как личности, так и социальных групп и социокультурных систем (см. КШскпопп, 1951). Во-вторых, ценностные идеалы не обязательно осознаются; осознанность не является необходимым признаком личностной ценности.

«Сам человек может вообще не осознавать, осуществляет ли он ценностное отношение к действительности, и если да, то какое. Действенная же сила ценностного отношения от этого не потеряется» (Донцов, 1974; см. также Брожик, 1982; Шискпопп, 1951). Поэтому точнее было бы вместо слова «идеал», описывающего личностную ценность со стороны ее субъективной феноменальной репрезентации, воспользоваться понятием «модель должного» по аналогии с понятием «модель потребного будущего». Последнее было введено Н.А.Бернштейном (1966) для обозначения того факта, что человеческий мозг отражает не только события настоящего и прошлого, но и ситуацию предстоящего, причем последнюю в двух различных формах — вероятност

8*

228 ГЛАВА 3. СМЫСЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ, ИХ СВЯЗИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ

ного прогноза и программирования потребного будущего. Н.А.Берн-штейном была показана физиологическая реальность «моделей потребного будущего», что позволяет нам опереться на это понятие и говорить о «модели желательного» или «модели должного» применительно к форме существования личностных ценностей в структуре личности.

Представим рассмотренные различия в таблице 2.

Таблица 2

Различия между потребностями и личностными ценностями Потребности Личностные ценности 1. ИСТОЧНИК Индивидуальные отношения с миром Коллективный опыт социальной общности 2. Относительная значимость и побудительная сила Постоянно меняется Неизменна 3. Зависимость от момента Сильно зависят Не зависят 4. Субъективная локализация 'Внутри" "Снаружи* 5. Характер воздействия 'Толкают* "Притягивают* 6. Куда направляют На желаемое состояние В желательном направлении 7. Насыщение и дезактуализация Временно возможна Невозможна 8. Форма репрезентации Связи с объективными условиями жизни Идеал (модель должного) 9. Критерии необходимости Индивидуальные Социальные (общие) 3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ

229

Из этой таблицы можно заключить, что, как минимум, потребности и личностные ценности — не одно и то же. И учитывая, что в структуре мотивации и смысловой регуляции деятельности (первое мы рассматриваем как частный случай второго) потребности и личностные ценности занимают одно и то же место, закономерно встает вопрос об их соотношении как источников мотивации в дифференциальном и генетическом аспектах. К рассмотрению этого вопроса мы и переходим.

Из сказанного выше о тождественности функции потребностей и личностных ценностей в регуляции жизнедеятельности и об их структурных, генетических и психологических различиях закономерно возникает вопрос об их соотношении в структуре индивидуальной мотивации. Интуитивно очевидно, что структура мотивации разных людей характеризуется разным соотношением этих групп источников мотивации. Спектр возможных вариантов их соотношения можно представить в виде логического континуума:

Рис. 5. Возможные соотношения между потребностями и личностными ценностями в структуре побуждений

Левый полюс этого континуума соответствует случаю, когда источники мотивации сводятся целиком к потребностям при полном отсутствии ценностей. На нем находятся, в частности, животные. Выразительной иллюстрацией характера чисто потребностной регуляции в человеческом контексте является образ кадавра — модели №2 идеального человека работы профессора Выбегалло из бессмертной повести братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу». Позволим себе привести характеристику этого персонажа устами его создателя: «— Вот наш идеал! — провозгласил он. — Или, выражаясь точнее, вот модель нашего с вами идеала. Мы имеем здесь модель универсального потребителя, который всего хочет и все, соответственно, может. Все потребности в нем заложены, какие только бывают на свете. И все эти потребности он может удовлетворить... Модель универсального потребителя... хочет неограниченно... она хочет таких вещей, о которых мы и понятия не имеем. И она не будет ждать милости от природы. Она возьмет от природы все, что ей нужно для полного счастья, то есть для удовлетворенности... Счастье данной модели будет неописуемым. Она

230 ГЛАВА 3. СМЫСЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ, ИХ СВЯЗИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ

не будет знать ни голода, ни жажды, ни зубной боли, ни личных неприятностей. Все ее потребности будут мгновенно удовлетворяться по мере их возникновения» {Стругацкий, Стругацкий, 1992, с. 137).

Правый полюс — только ценности при полном отсутствии потребностей — дает нам образ ангела. В реальности этот полюс, разумеется, недостижим, и на практике мы имеем просто людей с разным удельным весом потребностного и ценностного компонента в структуре мотивации. Тем не менее, определенные клинические синдромы, такие как нервная или психическая анорексия (см. Зей-гарник, Братусь, 1980), дают нам картину, иллюстрирующую в некоторой степени приближение к этому полюсу.

Приведенный выше рисунок отражает, однако, не только дифференциально-психологическую, но и генетическую картину. Левому полюсу соответствует новорожденный младенец; по мере онтогенетического развития происходит постепенное усвоение ценностей, которые начинают теснить потребности как источники мотивации. Поскольку новые ценности усваиваются существенно более быстрыми темпами, чем новые потребности, удельный вес потребностей в структуре мотивации снижается и между ними происходит перераспределение функций в пользу ценностей. Это движение обозначено на рисунке 5 прерывистой стрелкой.

Механизм становления личностных ценностей уже давно был описан в понятиях интериоризации личностью социальных ценностей (Донцов, 1975). Ряд авторов (Додонов, 1978; Кюрегян, 1979) отмечают, что осознание некоторого предмета как общественной ценности предшествует превращению его в личностную ценность — регулятор индивидуального поведения. «Перенимая от окружающих людей взгляд на нечто как на ценность, достойную того, чтобы на нее ориентироваться в своем поведении и деятельности, человек может тем самым закладывать в себе основы потребности, которой раньше у него не было» (Додонов, 1978, с. 12). Однако отнюдь не все социальные ценности, осознаваемые и даже признаваемые индивидом в качестве таковых, реально ассимилируются им и становятся его личностными ценностями. Осознания и положительного отношения к ценности явно недостаточно; более того, они, по-видимому, даже не являются необходимыми. Необходимым же условием этой трансформации является практическое включение субъекта в коллективную деятельность, направленную на реализацию соответствующей ценности. Э.ААрутюнян (1979) отмечает, что промежуточным звеном, опосредующим этот процесс, выступает система ценностей референтной для индивида малой группы. Можно предположить, что усвоение ценностей больших социальных групп и общностей всегда опосредовано ценностями малых референтных для индивида групп.

3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ

231

На начальных стадиях индивидуального развития единственной референтной малой группой, опосредующей усвоение социальных ценностей, долгое время остается семья. В подростковом возрасте, когда оформляются более или менее устойчивые компании сверстников, они становятся вторым, альтернативным каналом усвоения ценностей. Этим, в частности, объясняется возможность воспроизводства в обществе антигуманных и антиобщественных ценностей. Если деви-антная группа становится для индивида референтной, ценности более широких социумов, в том числе общечеловеческие ценности, воспринимаются через призму ценностей референтной малой группы, а не наоборот.

Таким образом, личностные ценности являются генетически производными от ценностей социальных групп и общностей разного масштаба. Селекция, присвоение и ассимиляция индивидом социальных ценностей опосредуется его социальной идентичностью и ценностями референтных для него малых контактных групп, которые могут выступать как катализатором, так и барьером к усвоению ценностей больших социальных групп, в том числе общечеловеческих ценностей. Личностные ценности выступают как внутренние носители социальной регуляции, укорененные в структуре личности.

На рисунке поэтому необходимо обозначить и социальную среду, выступающую источником ценностей.

внешнее

внутреннее

Рис. 6. Изменение соотношения потребностей и личностных ценностей в ходе социогенеза

Как видно из рисунка 6, границы между социальным и биологическим и между внешним и внутренним совпадают только в начальной точке развития, у новорожденного ребенка. В этой и только в этой точке оказывается верна «асоциальная» парадигма, рассматривавшаяся выше. Однако в реальном развитии мы имеем движение, завершающееся усвоением ценностей социальных общностей и их трансформацией в личностные ценности. Это движение можно рассматривать по меньшей мере в двух аспектах. Во-первых, как движение от ценностей социальных групп (социальное, внешнее) к личностным ценностям (социальное, внутреннее). Это движение традиционно обозначается понятием интериоризации. Во-вторых,

232 ГЛАВА 3. СМЫСЛОВЫЕ СТРУКТУРЫ, ИХ СВЯЗИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ

как движение от структуры индивидуальной мотивации, основанной исключительно на потребностях (внутреннее, биологическое) к структуре, в которой главенствующую роль играют ценности (внутреннее, социальное). Это движение известно под не менее традиционным названием социализации. Интериоризация и социализация применительно к становлению личностных ценностей представляют собой две стороны одного процесса, рассматриваемого, соответственно, в аспекте судьбы (трансформации) самих ценностей и судьбы (трансформации) структуры индивидуальной мотивации. Это движение через разные границы: через границу внешнего/внутреннего в первом случае и через границу биологического/социального во втором.

Этот процесс не всегда протекает гладко. Если ребенок в процессе развития испытывает сильное давление на свои потребности и граница между внешним и внутренним оказывается слишком слабой, она падает под напором социальных ценностей, которые вторгаются в структуру мотивации, не встречая сопротивления и становятся личностными ценностями, не претерпевая заметных трансформаций. Индивид тем самым сливается с группой, однако утрачивает свою личностную идентичность (аутентичность), конформно растворяясь в социальном целом. Такой случай можно назвать гиперсоциализацией. Противоположный случай — гипосоциализация — может иметь место, когда эта граница, напротив, чересчур прочна и давление вызывает ответное сопротивление со стороны индивида. В этом случае индивид не пропускает в свою личность внешние регуляторы; в результате ценности не занимают в структуре мотивации соответствующее им место.

<< | >>
Источник: Леонтьев Д.А.. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. 2-е, испр. изд. — М.: Смысл. — 487 с.. 2003

Еще по теме 3.6. ЛИЧНОСТНЫЕ ЦЕННОСТИ И ПОТРЕБНОСТИ В СТРУКТУРЕ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ:

  1. 4.4. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ И СМЫСЛОВОЙ СФЕРЫ ЛИЧНОСТИ
  2. 2.7. СМЫСЛОВАЯ РЕГУЛЯЦИЯ КАК КОНСПИРИРУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ ЛИЧНОСТИ. Смысл В СТРУКТУРЕ ЛИЧНОСТИ
  3. 4.6. ПАТОЛОГИЯ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ
  4. 4.2. ФИЛОГЕНЕЗ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ
  5. 2.3. ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О СМЫСЛОВЫХ СТРУКТУРАХ И СМЫСЛОВОЙ СФЕРЕ ЛИЧНОСТИ
  6. 3.2. СМЫСЛОВАЯ УСТАНОВКА: РЕГУЛЯЦИЯ НАПРАВЛЕННОСТИ АКТУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  7. 4.7. НАРУШЕНИЯ СМЫСЛОВОЙ РЕГУЛЯЦИИ ПРИ ДЕВИАНТНОМ РАЗВИТИИ личности
  8. МОТИВАЦИЯ И СМЫСЛОВАЯ РЕГУЛЯЦИЯ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И.А. Васильев
  9. Потребности и экологические ценности челонека
  10. ГЛАВА 5 СОЦИАЛЬНАЯ РЕГУЛЯЦИЯ:ЦЕННОСТЬ, НОРМЫ И ОБЫЧАИ
- Cоциальная психология - Возрастная психология - Гендерная психология - Детская психология общения - Детский аутизм - История психологии - Клиническая психология - Коммуникации и общение - Логопсихология - Матметоды и моделирование в психологии - Мотивации человека - Общая психология (теория) - Педагогическая психология - Популярная психология - Практическая психология - Психические процессы - Психокоррекция - Психологический тренинг - Психологическое консультирование - Психология в образовании - Психология лидерства - Психология личности - Психология менеджмента - Психология педагогической деятельности - Психология развития и возрастная психология - Психология стресса - Психология труда - Психология управления - Психосоматика - Психотерапия - Психофизиология - Самосовершенствование - Семейная психология - Социальная психология - Специальная психология - Экстремальная психология - Юридическая психология -