<<
>>

Город и сельский образ жизни

После Октябрьской революции идеи большевиков имели широкую поддержку в стране, особенно в городах в среде городских рабочих. Когда во время Гражданской войны городские революционеры двинулись в деревню, они часто действовали, как оккупанты.
Крестьян они рассматривали как врагов, а себя—как подлинных представителей советской власти. Крестьянское хозяйство, было, по мнению большевиков, слабо развитым и примитивным, а сам крестьянин был отсталым и нецивилизованным. Его образ жизни был грубым и тупым. В традиционной крестьянской утопии город представал как обманчивая и безбожная действительность, для большевиков все было наоборот. Г ород представлял собой мир грамотных людей и рисовался в целом как более передовой и современный образ жизни. В1913 году Ленин писал, что города являются центрами экономической, политической, интеллектуальной и духовной жизни, наиболее важными очагами прогресса. Разумеется, большевики не отождествляли себя с трущобами и нищетой, существующими в капиталистических городах. Отвергали они и индивидуалистические черты городского образа жизни, увеличивающие различия между людьми. Г ород отождествлялся в большевистском божественном главным образом с прогрессом, развитием сил производства и пролетариатом. Движение крестьян в города (отход) началось во время НЭПа. Ленин считал это явление неотъемлемой частью процесса модернизации общества. По его мнению, отход крестьян в города выводил людей из косного, замедленного образа жизни и собирал их в центре современной общественной жизни. Отход, считал он, повышает уровень грамотности и развивает сознание людей, приобщает их к новым культурным формам и требованиям. В мире искусства энтузиазм по поводу города был еще большим. Вдохновляющими тотемами для Маяковского, Мейерхольда, футуристов и «заводских поэтов» были автомобили, небоскребы, часы и красивая одежда. В первые годы после революции в архитектуре преобладала «рациональная» геометрическая форма. Конструктивистская архитектура черпала вдохновение в коллективизме, который должен был прийти на смену индивидуальному домохозяйству. В этих строениях предусматривалось коллективное приготовление пищи, стирки, изготовления одежды. Считалось, что при таком образе жизни не будет нужды в посещении магазинов, кухнях и домашней работе. К тридцатым годам эти городские мечты были похоронены. Между 1926 и 1939 годами городское население СССР увеличилось на 30 миллионов. Только за первую пятилетку городское население выросло на 44%. С другой стороны, оказалось, что городской рабочий класс рассматривает людей, приехавших из деревни, как серьезных конкурентов, и, соответственно, возобладало враждебное отношение к ним. Эти эмоции явились, по-видимому, одной из основных движущих сил коллективизации. Люди, приехавшие из деревни в город, не могли за один день превратиться в коренных горожан. Наоборот, городской образ жизни и весь процесс становления советской цивилизации протекал под влиянием деревенского менталитета. «Примитивные трудовые навыки вновь прибывших крестьян, их леность и пассивность, их желание постоянно менять работу в поисках лучших условий заставили режим прибегнуть к широкомасштабному принуждению и наведению дисциплины. Приток низкообразованных масс привел к сужению культурного пространства, к распространению «иррациональных, обскурантистских тенденций» на рабочих местах и во всех слоях населения. Перемещаясь в города, крестьяне не могли оставить свои ценности в деревне.
В то время крестьяне по-прежнему находились в культурной изоляции, им в значительной степени были присущи подозрительность, консерватизм, суеверность, упрощенность культурного восприятия, хотя и смягченная юмором, специфическим колоритом и щедростью. Города впитали в себя крестьянские ценности, которые затем подчинили себе все сферы городской жизни—дом, улицу, место работы.» Т аким образом, первоначальное божественное большевизма привело к возникновению совершенно иной действительности (см. рис. 7). А. Деревня В.Город ^ С. Деревенский образ жизни Рис. 7. Четвертый аспект божественного в большевизме: город Отношение к народной крестьянской культуре и народному образу жизни так и осталось для большевиков неразрешенной проблемой. Черты образа жизни пролетариата, такие как аскетизм, дисциплина, трудолюбие и преданность производству вступали в противоречие с сельским образом жизни, характеризовавшимся ленью, пьянством и общей безответственностью. В том, как крестьяне расцвечивали жизнь, действительно присутствовало сильное карнавальное начало. Оно не имело ничего общего с дисциплинированным образом жизни, который должен был вести пролетариат. Традиционные крестьянские посиделки предполагали приготовление спиртного, его неумеренное потребление, бурные эмоциональные излияния, физическую близость (совместное купание, драки). Дворяне и священники были главными объектами карнавальных насмешек. Начиная с тридцатых годов предпринимались попытки организовать карнавалы в контексте официального божественного, подчеркивалась роль народных традиций в создании произведений искусства, но реальной трансгрессии культур не произошло. Вместо искренней спонтанности учреждались строгие правила, навязываемые извне, вместо трансцендентных иерархий—управляемая экспрессия. Можно было смеяться только над классовыми врагами, но нельзя—над окружающей действительностью. Однако настоящий карнавал так и не был изжит. Он находил выражение не только в крайностях индивидуальной жизни, но и в культуре анекдотов, постоянно привлекавших внимание к теневым зонам и противоречиям официального божественного. «—Как жили ваши родители? -Щ — Политика была не для них, они жили собственной жизнью. —Было ли это типично? Жили ли так другие люди? —Я хочу сказать, что бы ни говорили, российские люди всегда были объединены выпивкой». С точки зрения Зиммеля, городскому образу жизни свойственен интеллект, сдержанное отношение к миру, дистанцирован- ность и индивидуальность (№>го, 1991,114—146). Однако это, в значительной степени, ценности среднего класса, далекие от образа жизни российских крестьян, чуждые социальным сетям, основывающимся на неформальных отношениях (8гаЬаг, 1991). Эти ценности сомнительны с точки зрения повседневной культуры рабочего класса и сталинской культуры развития. И в самом деле, советская городская культура характеризуется деревенским образом жизни и существованием традиционных, деревенских сообществ. Однако вне этой паутины неформальных связей житель советского города сталкивается со всеми патологиями городской культуры, подмеченными Зиммелем. Здесь и чрезмерная уязвимость внутреннего мира, утрата собственных ценностей, одиночество, склонность к чрезмерному преувеличению (№>го, 1991, 136).
<< | >>
Источник: М. КИВИНЕН. ПРОГРЕСС И ХАОС: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРОШЛОГО И БУДУЩЕГО РОССИИ. 2002 {original}

Еще по теме Город и сельский образ жизни:

  1. Прелесть жизни в диком сельском краю
  2. Образ жизни
  3. Образ жизни
  4. 1. Из жизни города
  5. МОНАШЕСТВО В ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ ГОРОДА
  6. ОБРАЗ ЖИЗНИ
  7. III. Культура в общественной жизни города
  8. 1.4. ОБРАЗ ЖИЗНИ ПОСВЯЩЕННЫХ
  9. Новое в образе жизни царя
  10. Общественный строй и образ жизни