<<
>>

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

20 Так как определение — это обозначение, а всякое обозначение имеет части и так же, как обозначение относится к предмету, так и часть его относится к части предмета, то возникает затруднение, должно ли обозначение отдельных частей содержаться в обозначении целого или нет.
В некоторых случаях оно явно содержится в нем, в других нет. Обозначение круга пе вклю- 25 чает в себя обозначения отрезков, а в обозначении слога содержится обозначение его элементов, хотя и круг делится на отрезки так же, как слог — на элементы. Кроме того, если части предшествуют (prote- га) целому, а острый угол — часть прямого, и палец — часть живого существа, то можно было бы подумать, что острый угол предшествует прямому и палец пред- зо шествует человеку. По-видимому, однако, эти последние 1 первее (protera): ведь обозначение первых2 дается на основе последних, которые первее и потому, что могут существовать без первых.

А впрочем, о части говорится в различных значениях, и одно из них — мера, прилагаемая к количеству. Но это оставим в стороне, а исследуем то, из чего как частей состоит сущность. Так вот, если материя — это одно, форма — другое, то, что из них,— третье, а сущ- ность есть и материя, и форма, и то, что из пих, то юв5и и одном смысле и о материи говорится как о части чего-то, а в другом — нет, а как о части говорится лишь о том, из чего состоит обозначение формы. Так, плоть не есть часть вогнутости (ведь она та материя, на ко- 5 торой образуется вогнутость), но она часть курносо- сти; и медь есть часть изваяния как целого, но не часть изваяния, поскольку под ним подразумевается форма (ведь говоря о какой-либо вещи, следует разуметь форму или вещь, поскольку она имеет форму, но никогда не следует подразумевать под вещыо материальное, как оно есть само но себе). Вот почему обозначение круга не заключает в себе обозначения отрезков, а в обозначение слога входит обозначение элементов, 10 ибо элементы слога суть части обозначения формы, а не материи, между тем отрезки круга — это части в смысле материи, в которой осуществляется [форма]; все же они ближе к форме, нежели медь, когда меди придается круглость. А в некотором смысле и не все элементы слога будут входить в его обозначение: на- is пример, эти вот [буквы, начертанные] на воске, или [звуки, производимые] в воздухе: ведь и они составляют часть слога как материя, воспринимаемая чувствами. Да и линия исчезает, если ее делить на половины, или человек [исчезает], если его разлагать на кости, жилы и плоть, однако это не значит, что они состоят из названных [элементов] как из частей сущности,— они состоят из них как из материи, и это части 20 составного целого, но уже не части формы, т. е. того, что содержится в обозначении, а потому они и не входят в обозначение. Так вот, в одних обозначениях будет содержаться обозначение таких частей, в других оно содержаться не должно, если это не обозначение составного целого; поэтому некоторые вещи состоят из указанных частей как из начал, на которые они разлагаются, переставая существовать, а некоторые не со- 25 стоят.

То, что есть соединение формы и материи, па- пример курносое и медный круг, разлагается на указанные составные части, и материя есть их часть; а то, что не соединено с материей, но имеется без материи и обозначение чего касается только формы, не исчезает ни вообще, ни во всяком случае таким именно образом; так что для названных выше вещей это [материаль- зо ное] составляет начала и части, но оно не части и не

начала формы. И поэтому глиняное изваяние превращается в глину, медный шар — в медь и Каллий — в плоть и кости; так же круг распадается на отрезки, ибо он есть нечто соединенное с материей; одним ведь юз5ь именем обозначается и круг как таковой, и единичный круг, потому что ие для [всех] единичных вещей есть особое имя.

Итак, об этом сказано правильпо; все же, возвращаясь к этому вопросу, скажем еще яснее. Части обо- 5 зиачепия, на которые такое обозначение разделяется, предшествуют ему3 — или все или некоторые из них. А в обозначение прямого угла ие входит обозначение острого угла; напротив, обозначение острого угла включает в себя обозначение прямого, ибо тот, кто дает определепие острого угла, пользуется прямым, а именно «острый угол меньше прямого». И подобным же обра- ю зом обстоит дело и с кругом и полукругом: полукруг определяется через круг, и палец — через целое, ибо палец — это «такая-то часть человека». Поэтому те части, которые таковы как материя и на которые вещь распадается как па материю, суть печто последующее; а те, которые даны как части обозначения и выраженной в определении сущности, предшествуют — или все, или некоторые. А так как душа живых существ (co- is ставляющая сущность одушевленного) есть соответствующая обозначению сущность — форма и суть бытия такого-то тела (ведь любую часть подобного тела, если давать ее надлежащее определение, в самом деле нельзя будет определять, не указав ее отправления, которое не будет иметь места без чувственного восприятия),то ее части — или все, или некоторые — будут предшествовать живому существу как составному целому (и одинаковым образом обстоит дело в каждом отдельном 20 случае); а тело и его части — нечто последующее по отношению к этой сущности, и на них как на материю распадается не сущность, а составное целое. Так вот, для составного целого эти телесные части в некотором смысле предшествуют, а в некотором пет: ведь отдельно они не могут существовать. Действительно, ие во всяком состоянии палец есть палец живого существа, а омертвевший палец есть палец только по имени. Но не- 25 которые телесные части существуют вместе [с целым] — главные части, в которых как первом заключается форма (logos), т. е. сущность вещи,—это может быть,

например, сердце или мозг (безразлично ведь, что из них обоих таково). А человек, лошадь и все, что подобным образом обозпачает едипичное, но как общее обозначение,— это пе сущпость, а некоторое целое, составленное из вот этой формы (logos) и вот этой материи, взятых как общее. Единичное же из последней зо материи — это уже Сократ, и так же во всех остальных случаях. Итак, части бывают и у формы (формой я называю суть бытия вещи), и у целого, составленного из формы и материи, и у самой материи. Но части обозначения — это только части формы, и обозпачепие касается общего, ибо бытие кругом И круг, бытие душой 1038а и душа — одпо и то же. А уже для составпых целых, папример для вот этого круга и для любого отдельного из пих, будет ли это круг, воспринимаемый чувствами или постигаемый умом (умопостигаемым я пазываю, папример, круги математические, чувственно воспринимаемыми, например, — медные или деревянные), 5 определения не бывают, ио они позпатотся посредством мысли или чувственного восприятия; а если опи перестали быть [предметом позпания] в действительности, то не яспо, существуют ли опи еще или пет, по они всегда обозначаются и познаются при помощи общего обозначения. Материя же сама по себе пе познается4. А есть, с одпой стороны, материя, воспринимаемая чувствами, а с другой — постигаемая умом; воспринимаемая чувствами, как, например, медь, дерево или всякая дви- і0 жуїцаяся материя, а постигаемая умом — та, которая находится в чувственно воспринимаемом пе поскольку оно чувственно воспринимаемое, например предметы математики.

Итак, сказано, как обстоит дело с целым и частью, с тем, что есть предшествующее, и с тем, что есть последующее. А если кто спросит, будет ли предшествовать прямая, круг и живое существо или же то, па что 15 они делятся и из чего состоят, т. е. их части,— то следует сказать, что ответить на это пе просто. Если душа есть живое существо как одушевленное, а душа каждого отдельного живого существа — оно само, круг — то же, что бытие кругом, прямой угол — то же, что бытие прямым углом и сущность прямого угла, то, правда, некоторые целые5 и по сравнению с некото- 2о рымп частями надо признать чем-то последующим, например, по сравнению с частями обозначения и

с частями отдельного прямого угла (ведь и материальный медный прямой угол, и точно так же прямой угол, заключенный в двух отдельных линиях6, есть нечто последующее); пематерпальпый же угол есть, правда, нечто последующее по сравнению с частями, входящими в обозначение угла, по предшествует частям, находящимся в единичном. Просто, однако, нельзя ответить на этот вопрос. Если же душа есть нечто иное, чем живое существо, т. е. не есть то же, что оно, то и в этом случае следует призпать, что, как было сказано, 25 одни части предшествуют, а другие пет.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Естествен вопрос, какие части принадлежат форме и какие не ей, а составному целому; ведь если это остается неясным, нельзя давать определения чему бы то пи было, ибо определение касается общего и формы; зо если поэтому неясно, какие части относятся к материи и какие нет, то не будет яспо и обозначение предмета. Так вот, если говорить о том, что появляется в разных по виду вещах (например, круг у меди, камня и дерева), то представляется ясным, что ни медь, пи камень не относятся к сущности круга, так как круг отделим от них. Там же, где отделимость не видна \ 35 вполпе возможно, что дело обстоит подобным же обрало* зом2, как если бы все круги, которые мы видим, были

lOfjob /

медные (тем не менее медь ппсколько по относилась бы к форме); однако в этом случае трудно мысленпо отвлечься [от формы]. Так, например, форма человека всегда представлена в плоти, костях и тому подобных 5 частях; значит ли это, что они части формы и определения? Все же нет, они материя, только мы не в состоянии отделить их [от формы], потому что форма человека не появляется в чем-то другом.

По так как отделить [одно от другого] кажется возможным, хотя неясно, когда именно, то некоторые стали уже сомневаться и относительно круга и треугольника, полагая, что не подобает определять их че- ю рез линии и непрерывное, а обо всем этом3 следует говорить в том же смысле, в каком говорят о плоти или костях человека, о меди и камне изваяния; и они сводят все к чпслам и существом липни объявляют существо двух. Так же и из тех, кто принимает идеи, одни

считают двойку самой-по-себе-линией, другие — эйдо- сом линии: по их мнению4, эйдос и то, эйдос чего он ость, в пекоторых случаях тождественны друг другу, как, например, двойка и эйдос двойки; но в отношении 15 линии это уже не так5.

Отсюда следует, что эйдос один у многих вещей, эйдос которых кажется различным (как это и получалось у пифагорейцев6), и что возможно нечто одно тгрпзпать самим-по-себе-эйдосом всего, а остальное не иризпать эйдосами; однако в таком случае все будет 20 одпим7.

Итак, сказано, что относительно определений имеется некоторое затруднение и ио какой именно причине. Поэтому бесполезно сводить все указанным выше образом [к форме] и устранять материю; ведь в пекоторых случаях, можно сказать, эта вот форма имеется в этой вот материи или эти вот вещи в таком-то состоянии. И то сравнение живого существа [с медным кругом], которое обычно делал младший Сократ8, ненра- 25 нильно: оно уводит от истины и заставляет считать возможным, чтобы человек был без частей тела, как круг без меди. Между тем сходства здесь нет: ведь живое существо — это нечто чувственно воспринимаемое и определить его, не принимая в соображение движения, пельзя, а потому этого нельзя также, пе принимая в соображение частей, находящихся в определенном со- 30 стоянии. Ибо рука есть часть человека пе во всяком случае, а тогда, когда она способпа исполнять работу, значит, когда рука живая, а пеживая не есть часть его.

Что касается математических предметов, то почему определения частей не входят в определение целого, например полуокружности — в определение круга? Они ведь пе чувственно воспринимаемые части. Или это не имеет зпачения? Ибо материя должпа быть и у чего-то, .35 не воспринимаемого чувствами; более того (kai), неко- ю,37а торая матерпя имеется у всего, что не есть суть бытия вещи и форма сама по себе, а есть определенное нечто. Нот почему у круга как общего эти полуокружности не будут частями, а у отдельных кругов будут, как было сказано раньше, ибо материя бывает и воспринимаемая чувствами, и постигаемая умом.

Ясно, одпако, н то, что душа есть первая сущность, тело — материя, а человек или живое существо — со- 5 единение той и другой как общее; Сократ же и

Кориск, если они также и душа, означают двоякое (ведь одни разумеют под ними душу, другие — составное целое); если же о них говорится просто — как об этой вот душе и этом вот теле, то с единичным дело ю обстоит так же, как с общим.

А существует ли помимо материи такого рода сущностей какая-нибудь другая9 и следует ли искать какую-нибудь другую сущность, пежели эти, напрпмер числа или что-то в этом роде, это надо рассмотреть в дальнейшем 10. Ведь имепно ради этого мы пытаемся разобраться и в чувствепно воспринимаемых сущностях, хотя в пекотором смысле исследование этих сущностей относится к учению о природе, т. е. ко второй 15 философии, ибо рассуждающему о природе надлежит позпавать не только материю, по и определимую [сущность], и это еще в большей мере. А что касается определений, то позднее надлежит рассмотреть11, в каком смысле содержащееся в обозначении составляет части определения и почему определение есть единая речь (ясно ведь: потому, что предмет един, по в силу чего го предмет един, раз он имеет части?).

Таким образом, что такое суть бытия вещи и в каком смысле она существует сама по себе, об этом в общих чертах сказано для всего 12; сказано также, почему обозначение сути бытия одних вещей содержит части определяемого, а других — нет, и указано, что в обозначении сущности вещи пе содержатся части мате- 25 риального свойства: ведь они принадлежат не к [определимой] сущности, а к сущпости составной; а для этой, можно сказать, некоторым образом определение и есть и не есть, а именпо: если она берется в соединении с материей, то нет определения (ибо материя есть нечто неопределенное), а если в отношении к первой сущности, то определение есть, например для человека — определение души 13, ибо сущность — это форма, находящаяся в другом; из нее и из материи состоит так зо называемая составная сущность; такая форма есть, па- пример, вогпутость (ведь «курносый нос» и «курно- сость» состоят из этой вогнутости и носа: (в них «нос» содержится дважды)). В составной же сущности, па- пример курпосом иосе или Каллии, будет заключаться Ю37Ь также и материя. — Кроме того, было сказано, что в некоторых случаях суть бытия вещи и сама вещь — одно и то же, как у чистых (protai) сущностей; например,

кривизна и бытие кривизной — одно, если кривизна — чистая сущпость (чистой я называю такую сущность, о которой сказывают ие поскольку она находится в чем-то другом, отличном от пее, т. е. в материальном субстрате); у того же, что дано как материя или как соединенное с материей, тождества [между вещью и 5 сутью ее бытия] нет, а также у того, что едино привходящим образом, например «Сократ» и «образованность», ибо они одно и то же привходящим образом.

<< | >>
Источник: Аристотель. Сочинения в 4-х томах. Том 1. Изд-во Мысль, Москва; 550 стр.. 1976

Еще по теме ГЛАВА ДЕСЯТАЯ:

  1. Глава десятая 1
  2. Глава десятая 1
  3. Глава десятая 1
  4. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  5. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  6. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  7. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  8. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  9. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  10. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  11. Глава десятая.
  12. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ ПО ИХ СТОПАМ
  13. Глава II! О ДЕСЯТИ КАТЕГОРИЯХ АРИСТОТЕЛЯ
  14. Глава десятая ОБЩЕСТВЕННЫЕ СТРАСТИ
  15. Глава десятая Новая Земля
  16. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ ПЛЕННИК ПИРАМИДЫ
  17. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ ПОСЛЕДНИЙ БОЙ
  18. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ [Составные части предложения]