<<
>>

СИНТАГМА ПРЕМОДЕРН-МОДЕРН-ПОСТМОДЕРН ЕСТЬ ЭКСТРАПОЛЯЦИЯ ЗАПАДНОГО ЛОГОСА

Когда мы говорим о смене эпох на схеме Премодерн-Модерн-Постмодерн, мы экстраполируем научный миф о прогрессе (то есть социальный конструкт времени эпохи Модерна) на весь этот процесс. По логике Модерна, каждый из этих этапов есть «следующий шаг», обоснованный вектором исторического развития от «минуса к плюсу», от «плохого к хорошему», от «несовершенного к совершенному».
При этом считается, что переход от одной фазы к другой принципиально снимает актуальность предшествующей фазы, относит ее к категории небытия, рассеивает в энтропии, а если что-то от нее и остается (остаток, residuo), то это не существенно и на общую картину поступательного развития общества не влияет. В таком случае мы видим одномерную картину: логос борется с мифосом и постепенно побеждает его. На концепте времени это отражается так: от архаического времени (мифологической идентичности вождя, жреца и бога или героя), от циклизма через разомкнутое линейное время монотеизма (с основным вектором упадка) человечество (причем именно западноевропейская его часть) переходит к идее прогресса, эволюции и поступательного линейного развития. Каждая фаза вытесняет собой предыдущую, которая уходит в небытие. Так приблизительно и представляло себе картину истории общество Модерна до того момента, пока оно не стало критически рефлектировать само себя (что означало предвестие следующей эпохи — Постмодерна). На определенном этапе этот прогрессистский оптимизм (в духе Иоахима де Флора или Огюста Конта) натолкнулся на два фактора — внешний и внутренний. Усердное навязывание социальной парадигмы Модерна незападным обществам приводило к широкому саботажу со стороны локальных культур процесса аккультурации. Это влекло за собой появление различных версий «археомодерна» (О. Шпенглер называл это явление псевдоморфозом), при котором структура современности накладывалась на автохтонные архаические или религиозные пласты, порождая гротескные формы уродливой и избирательной модернизации — «модернизации без вестернизации», по выражению А. Тойнби (1889-1975). Кроме того, со стороны бывших колониальных держав в ходе деколонизации все ярче поступали сигналы открытого отрицания западных культурных ценностей и социальных паттернов: местные культуры претендовали на самобытность и оригинальность, протестуя против «культурного расизма», имплицитно заложенного в самонадеянности европейцев относительно «универсальности» своей цивилизации и ее исторической топики. Этому процессу способствовали многочисленные труды антропологов, этнологов и социологов, демонстрировавших полноценность религиозных и архаических культур в незападных обществах, их богатство, многообразие и обоснованность их тихих претензий на самосохранение. Вместе с тем на этот период времени приходится и открытие новой социокультурной топики в самой западной социологии и антропологии. Социологи, психологи, антропологи, структуралисты обнаруживают, что и в самом западном обществе ниже главного этажа прогрессистского логоцентризма расположены гигантские подвалы коллективного бессознательного, где до сих пор полноценно и суверенно главенствует миф. Таким образом, синтагма истории социального логоса с его последовательными сменами базовых моделей (включая смену концептов времени) обнаружилась как серия событий, касающихся по большей части лишь «числителя» социальноантропологической «дроби». В «знаменателе» же все остается по-старому — там преобладают архаические мифы в их первозданном виде. И эти же мифы, архетипы и символы пышным цветом расцветают в незападных обществах — кое-где под тонкой вуалью фрагментарной аккультурации, а кое-где напрямую, в первозданном, «дикарском», примитивном виде. Открывая в ХХ веке фигуру и мир «другого», западные социологи и антропологи открывали забытую, загнанную в подполье, репрессированную часть самих себя. Это и привело наиболее глубоких и последовательных из них к тому, чтобы отречься от «духа Просвещения», оставить фанатичное и эксклюзивное следование только одной из мифологий — логоцентричной мифологии Нового времени, претендующей на абсолютность, — и открыто посмотреть в лицо гигантскому морю мифов, сновидений и символов. ?
<< | >>
Источник: Дугин А.Г.. Социология воображения. Введение в структурную социологию. — М.: Академический Проект; Трикста. — 564 с. — (Технологии социологии).. 2010

Еще по теме СИНТАГМА ПРЕМОДЕРН-МОДЕРН-ПОСТМОДЕРН ЕСТЬ ЭКСТРАПОЛЯЦИЯ ЗАПАДНОГО ЛОГОСА:

  1. ПРЕМОДЕРН-МОДЕРН-ПОСТМОДЕРН: СТРУКТУРА ИСТОРИЧЕСКОЙ СИНТАГМЫ ЗАПАДНОГО ОБЩЕСТВА
  2. ЧЕЛОВЕК В СЕРИИ ПРЕМОДЕРН-МОДЕРН-ПОСТМОДЕРН ?
  3. 2.8.6. Еще одна современная стадиальная типология социоисторических организмов: премодерное, модерное и постмодерное общество
  4. МОДЕРН КАК АНТИТЕЗА ПРЕМОДЕРНУ
  5. Фундаментализм модерна в постмодерне
  6. ПОСТМОДЕРН И ЛОГОС ?
  7. 72 Мсдс.рн есть современность. Чго означает постмодерн?
  8. КОНЦЕПТ ПРЕМОДЕРНА И ЕГО ВРЕМЯ
  9. НЕЧТО О ЛОГОСЕ, РУССКОЙ ФИЛОСОФИИ И НАУЧНОСТИ ПО ПОВОДУ НОВОГО ФИЛОСОФСКОГО ЖУРНАЛА «ЛОГОС».
  10. § 2.0 недопустимости экстраполяции метода познания на природу
  11. ТРАНСФОРМАЦИИ РЕЛИГИИ В ПРЕМОДЕРНЕ
  12. СТАРТОВЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ОБ ИСТОРИЧЕСКОЙ СИНТАГМЕ
  13. СУДЬБА МИФОСА В МОДЕРНЕ
  14. КОНЦЕПТ ПОСТМОДЕРНА
  15. ТИПОЛОГИЯ РЕЛИГИЙ И ИСТОРИЧЕСКАЯ СИНТАГМА ?
  16. ПРОСТРАНСТВО ПРЕМОДЕРНА ?