<<
>>

Л. К. Иауменко, З.А. Мукашее Важное направление философских исследований

Обзор литературы о проблеме целостности244

Развитие современной науки невозможно представить, не принимая во внимание идеи целостного подхода к изучаемым явлениям действительности. Целостность - одна из центральных категорий материалистической диалектики и один из ведущих методологических принципов современного научного знания.

Для Маркса и Ленина целостность - выражение внутренней взаимосвязи, сущности явлений действительности, в теории - она синоним конкретности научной истины, диалектической всесторонности знания.

До последнего времени категория целостности не получала в нашей философской литературе должного освещения, в особенности в связи с практикой современного естествознания. Этот пробел в известной степени восполняют недав-

244 Коммунист, 1965, № 15. і но вышедшие работы В.Г. Афанасьева, И.В. Блауберга и і Г.А. Югая245.

В условиях быстрого развития научных знаний целостный подход перерастает в сложную методологическую проблему, глубоко современную по своему существу.

Принцип целостного подхода к явлениям имеет настолько глубокие корни в самом фундаменте науки, что сейчас уже ни одно понятие теории не может рассматриваться как обладающее предметным смыслом, если оно вырвано из систематической связи целого. Свидетельство всему этому - то особое внимание, которое уделяется в современной науке понятиям системы, структуры, элемента, части и целого.

Факты взаимопревращения микрообъектов, наличие «виртуальных» частиц и многое другое ставят физиков перед необходимостью так или иначе решать проблему целостности применительно к области микропроцессов. Лежащие в основе кибернетики принципы предполагают изучение взаимодействия частей на основе целостной количественной оценки системы. Подход к языку как к специфической целостной системе, определяющей свойства его отдельных компонентов, - ведущий принцип структурного метода в лингвистике, оказавшего глубокое воздействие на развитие некоторых важнейших отраслей современного языкознания. В биологии целостный подход к пониманию явлений жизни служит показателем научности и теоретической глубины биологических знаний. Клетка и ткань, многоклеточный организм, вид, ценоз, биосфера рассматриваются в современной биологии как уровни целостной организации. Проблема определения этих уровней, условия перехода от одних к другим, закономерности синтеза высших уровней целостности на основе низших, взаимодействие целостных живых объектов со средой - вот круг фундаментальных проблем, определяющих развитие современной биологии.

Что касается социальных явлений, то пути их изучения раскрыты диалектико-материалистической теорией общественного развития: только такое исследование социальных явлений может претендовать на научность, которое рассматривает

245 Афанасьев В.Г. Проблема целостности в философии и биологии. М., J 964; Блауберг И.В. Проблема целостности в марксистской философии.

Мм 1963; Югай Г.А. Диалектика части и целого. Алма- Ата, 1965. См. также: Г.А. Югай. Проблема целостности организма. М., 1962.

эти явления как моменты целостного общественного организма, имеющего в своей основе способ производства материальных благ. В общественной науке, так же как и в биологии, физике и ряде других дисциплин, встает проблема различения уровней целостной организации в обществе, установления критериев этого различения, определения характера взаимосвязи этих уровней в рамках более широкой целостности и т.п. С решением этих проблем теоретические положения общественных наук обретают всю полноту конкретной истины, а их рекомендации практике - обоснованность и действенность.

Проблема целостности затрагивает не только вопрос об отношении той или иной науки к ее предмету. Правильное понимание этой категории позволяет также рационально объяснить и взаимодействие различных наук и их методов в исследовании тех или иных явлений действительности, процесс дифференциации и интеграции знаний.

По-видимому, недостаточно будет сказать, что этот процесс взаимодействия наук и интеграции научных знаний является иллюстрацией известной истины о «связи всего со всем», об универсальном взаимодействии. В ходе своего развития наука дифференцирует связи между явлениями, выделяя внутренние и существенные и отсекая внешние и случайные, обособляя специфический предмет исследования, как область внутренне связанных явлений, от фактов внешних и посторонних ей, то есть как определенную целостность. Сближение разнородных явлений, применение методов одной науки к предмету другой только тогда имеет смысл, когда постигнута мера внутреннего единства этих явлений, следовательно, когда определен тот более широкий тип целостности, которому они принадлежат и в рамках которого связь этих явлении оказывается внутренней, а не внешней, необходимой, а не случайной и произвольной. Положение о всеобщей связи и зависимости явлений конкретизируется в категории целостности. Следовательно, не только дифференциацию знаний, но и их интеграцию следует рассматривать в аспекте этой категории.

Все эти обстоятельства заставляют уделить особое внимание исследованиям проблемы целостности.

Ориентация на данные современной науки позволяет авторам рассматриваемых нами книг увидеть в простых (на первый взгляд) и традиционных для философии категориях части и целого аналог сложных теоретических проблем и одновре- менно средство для их решения. Вместе с тем они анализируют проблему целостности не только под углом зрения потребностей конкретных наук, но и самой философии. Не ограничиваясь раскрытием содержания категорий части и целого, авторы показывают их связь с другими категориями материалистической диалектики и ее законами.

Такой подход к исследованию проблемы - свидетельство серьезности творческих замыслов авторов книг. Систематически рассматривая содержание вопроса, заново истолковывая его старые и выявляя новые аспекты, прослеживая проявление общих закономерностей в частных случаях, они не сбиваются на легкий путь изложения диалектики как «суммы примеров».

Наиболее важный и наиболее общий результат исследования проблемы состоит в преодолении ограниченного, узкого, только количественного понимания категорий части и целого, в раскрытии их богатого качественного содержания, в демонстрации эффективности широкого их применения к исследованию самых сложных о&ьектов познания.

В истории науки сложились два противоположных направления в понимании соотношения части и целого. Одно из них развивало одностороннее представление о том, что целое есть простая сумма его частей, а часть - доля целого. Сведение качественного своеобразия целого к качественному своеобразию его отдельных частей, а следовательно, и к чисто количественному представлению в общем, имело в своей основе методологию механицизма. Второе направление, исходя из правильного тезиса о несводимости свойств целого к сумме свойств его частей, абсолютизировало целое, рассматривало его как особое мистическое начало, не зависящее от соотношения частей.

Используя большой фактический материал науки, авторы раскрывают несостоятельность метафизического и идеалистического понимания категорий части и целого. Взглядам метафизиков и идеалистов противопоставляется аргументированная, проверенная практикой марксистская точка зрения, показывающая, что части и целое находятся в диалектическом соотношении, исключающем одностороннее, изолированное рассмотрение каждой категории.

Историко-философский и историко-научный анализ проводится И.В. Бдаубергом и ГЛ. Югаем не в интересах формальной «полноты» описания. Он служит им средством теоретического решения проблемы. Анализ историко-философского мате- риала свидетельствует о продуктивности исторического метода исследования современных проблем.

Несколько иначе построена монография В.Г. Афанасьева. Автор в основном отталкивается от современного состояния проблемы в естествознании и философской науке. Систематическое исследование диалектики целостности, осуществляемое в первой части книги, служит теоретическим фундаментом для анализа проблемы на конкретном материале биологической науки, чему посвящена вторая часть монографии.

Наибольший интерес вызывают те разделы рецензируемых книг, в которых раскрывается диалектика части и целого. В работах показаны противоречивое единство этих категорий, их взаимозависимость и переходы. Известная самостоятельность части не исключает ее подчиненности функционированию целого; само это целое существует и проявляется лишь во взаимодействии частей, которое есть ведущий момент в процессе развития: «нет частей вне целого» и «нет целого вне связи частей».

Надо сказать, что авторы не ограничиваются констатацией этих общих положений диалектики и иллюстрированием их суммой примеров. Самую диалектику они стремятся применить конкретно, анализируя различные объекты познания, имеющие разные уровни системной организации. Само конкретное содержание этой диалектики существенным образом изменяется в зависимости от того, какие виды взаимодействия, типы организации, формы целостности и факторы целостности мы рассматриваем, в каких аспектах развертываются взаимоотношения части и целого. Дифференцированный подход к проблеме целостности - общая черта рассматриваемых книг. Универсальное же ее решение не мыслится авторами как результат простого суммирования, тождественного в ряде разнородных случаев, но опирается на исследование закономерных взаимосвязей частных случаев в общем процессе развития. Поэтому, например, И.В. Блауберг отмечает, что «неорганизованная совокупность может с очень большой степенью точности служить моделью метафизических представлений о целом как о механической сумме частей»246, тогда как «в целостной системе целое и части не могут быть выделены как самостоятельные, равнодушные друг к другу стороны без того,

246 Блауберг И.В, Проблема целостности в марксистской философии. С. 52.

чтобы не было умерщвлено их живое отношение»247. С этой точки зрения наиболее всесторонней моделью диалектических представлений будет органическое целое, развивающееся на собственной основе.

Этот дифференцированный подход четко выражен и в книге Г.А. Югая. Выделяя различные аспекты определения категорий части и целого (количественный, качественно-функциональный, структурный и системный), он приходит к выводу, что каждый из рассматриваемых аспектов выражает не только способ организации объекта, но и уровень его анализа как целого, степень полноты знания о нем. Каждый из них в отдельности дает , лишь абстрактное, одностороннее представление о целом. На! пример, «недостаточность количественного определения категорий части и целого выражается прежде всего в том, что ; лишает возможности анализа внутренних движущих сил раз. внгия предмета как целого»248.

Высшую форму организации целого представляет органическое целое, развивающееся на собственной основе и воспроизводящее условия своего существования как целостности. Именно с позиции этого наиболее развитого целого можно оценить более простые типы взаимосвязи части и целого. Принцип развития, выражающийся в дифференцированном подходе, позволяет здесь найти общее решение проблемы, не игнорируя частных случаев, не преувеличивая их особенностей. Отсюда становится ясным, что метафизические представления оказываются несостоятельными потому, что ориентируются лишь на один аспект соотношения части и целого и, пренебрегая принципом развития, механически сводят все остальные к этому наиболее простому. Как показывает В.Г. Афанасьев, механицизм с необходимостью приводит к идеализму в биологии, в частности к витализму.

Соответствующие разделы рассматриваемых работ служат хорошей иллюстрацией того понимания природы общего, которое развивается в диалектической логике. Заслуживает серьезного внимания и дальнейшего обсуждения важный методологический вопрос о принципах классификации типов и форм целого. Здесь преждевременны, как нам представляется, окончательные решения, а необходимы дальнейшие исследования. В книге Г.А. Югая вывод о принципах классификации прямо следует из анализа различных аспектов в определении катего-

247 Там же. С. 86.

249 Югай Г.А. Диалектика части и целого. С. 88.

рий части и целого. В основу классификации им кладется принцип «внутреннего взаимодействия частей», в котором «в совокупном единстве представлены все аспекты определения части и целого... количественный, качественно-функциональный, структурный и системный»249. В зависимости от характера этого взаимодействия частей автор различает прежде всего два основных типа: целое с нефункциональной и целое с качественно-функциональной связью частей. Последнее в свою очередь подразделяется на механическое, физико-химическое и органическое целое. К последнему типу могут быть отнесены не только объекты, связанные с биологической формой движения материи, но и социальные и вообще саморазвивающиеся системы.

Точка зрения автора подкупает известной простотой и логичностью, выражающейся в непосредственном выведении тии^« целого из анализа диалектики самих исследуемых категорий. Тем не менее она не может быть принята безоговорочно и, по-видимому, нуждается в дальнейшей разработке и уточнении. В частности, представляется спорной квалификация математических объектов, кристаллических систем как такого рода целых, в которых «отсутствует качественно-функциональное взаимодействие частей» . Ведь понятие функциональной зависимости раньше всего получило гражданство именно в математике.

Иначе подходят к этому вопросу В.Г. Афанасьев и И.В. Блауберг. В основу классификации типов целого они кладут различие форм движения материи. «...Каждой форме движения материи, - пишет И.В. Блауберг, - соответствует и определенный материальный носитель этой связи ("части - целое"), в котором находит свое воплощение специфический для данной формы движения тип целостности»251. Такой подход позволяет автору рассмотреть проблему классификации целого не только в статическом, но и в динамическом аспекте, раскрыть генетические связи различных типов целого, включение элементарно организованных целостных систем в более сложные и высокие. Соображения, развиваемые в связи с этим, заслуживают серьезного внимания. Нельзя, однако, не указать и на недостаток, обнаруживающийся при таком подходе к проблеме классификации.

249Югай Г.А. Диалектика части и целого. С. 101. 250

Там же. 251

Блауберг И.В. Проблема целостности в марксистской философии. С. 54.

Положив в основу специфическую природу материального носителя соответствующего типа целостности, автор затем сам сталкивается с фактами глубокого изоморфизма, то есть совпадения типа взаимодействия частей в объектах заведомо различной природы, для характеристики которых он оказывается вынужденным вводить критерии уже иного рода по сравнению с формой движения материи. Таков критерий, установленный К. Марксом для саморазвивающихся, «органических» объектов. Маркс определяет их как такие, в которых каждое полагаемое есть одновременно и предпосылка, что позволяет отнести к одному и тому же типу целостности объекты, принадлежащие различным формам движения материи, например, организм и общество.

Этот же упрек может быть сделан и книге В.Г. Афанасьева, іде в более систематической форме реализуется указанный критерий классификации. Но упрек этот не обесценивает в целом серьезно аргументированной точки зрения авторов, безусловно, заслуживающей дальнейшего изучения. Критерий выдвинут далеко не произвольно, в чем нас особенно убеждает монография В.Г. Афанасьева, в которой с достаточной полнотой критически проанализированы самые различные точки зрения по данному вопросу, имевшие место в истории науки в нашей стране и за рубежом.

В рассматриваемых работах поднят и ряд других актуальных и дискуссионных вопросов. Интересные соображения развиваются В.Г. Афанасьевым по вопросу о целостности вида, об общих чертах и специфических отличиях биологического и кибернетического целого, о целостности восприятия, научного понятия и по ряду других. Значительный интерес представляет анализ И.В. Блаубергом природы органического целого, логико-методологической функции категории целостности, взаимосвязи категорий части и целого с другими категориями и законами материалистической диалектики. Заслуживают внимания страницы книги Г.А. Югая, посвященные изложению оригинального понимания природы интегрального фактора целостности организма, усматриваемого автором в раздражимости, диалектике части и целого как фактора ускорения процесса общественного развития.

Вопрос о соотношении категорий «часть» и «элемент», «структура», «система» и «целое» требует дальнейшей разработки и всестороннего обсуждения. Не только в рецензируемых книгах, но и вообще в современной научной литературе отсутствует единство мнений на этот счет. Целое, как единство частей, необходимо имеет определенную структуру и систему. В работе В.Г. Афанасьева раскрываются оба аспекта, но, к сожалению, в ней не разграничиваются категории «часть» и «элемент» и отношения «часть - целое» и «элемент - структура». Более того, категории «часть» и «элемент» употребляются как вполне тождественные, в том же смысле порою употребляется и понятие «компонент». В книге же Г.А. Югая такое различение проводится сознательно и, как думается, с полным основанием. Уже по чисто формальным соображениям понятие «элемент» целесообразнее сопоставить именно с категорией «структура», но не «целое». «Часть» и «элемент» - близкие понятия, но не тождественные. Элемент не всегда является частью, потому что его качественная определенность может быть и самостоятельной в своем существовании и не зависеть от природы данного целого. Таковы, например, некоторые химические вещества в составе организма как целого. Часть есть определенность, существующая лишь в рамках данного целого при условии выполнения ею определенной функциональной «обязанности», полагаемой данным целым. Развитие этих функций, их дифференциация и интеграция и положены в основу эволюции данного целого. Отождествление же части с элементом или просто компонентом делает непонятным процесс возникновения и развития целостности: качество целостности должно возникнуть просто «из ничего». Совсем иначе выглядит проблема, если предположить процесс превращения элемента в часть, который совпадает с процессом возникновения данного целого. В несколько менее явной форме понимание этого последнего обстоятельства выражено и в книге И.В. Блауберга, различающего (применительно к органическим объектам) «первичные компоненты» и части развитого целого. К сожалению, этот момент остается недостаточно проанализированным. Разграничение категорий «часть» и «элемент» может оказать хорошую услугу при исследовании ряда конкретных научных проблем.

Аналогичное замечание можно сделать и по воіюосу о соотношении категории целого и системы. И.В. Блауберг отождествляет их, характеризуя их как синонимы. В книгах же Г.А. Югая и В.Г. Афанасьева эти понятия различаются. Система рассматривается как более общая категория, чем целостность: не всякая система есть целостность, целостность есть наиболее развитая, высшая форма системы упорядоченности компонентов и предполагает низшие формы системной организации в качестве предпосылки. Подобного рода логи- ческая субординация отражает историческую последовательность развития системных образований в целостные объекты. Думается, эта идея заслуживает одобрения, тем более, что в известном высказывании о законе движения органических объектов Маркс прямо указывает на то обстоятельство, что система «становится целостностью исторически»252.

В связи с этим все же необходимо отметить недостаток, общий для всех этих книг. Авторы ориентируются главным образом на диалектику части и целого в рамках уже «ставшего» объекта, уделяя недостаточное внимание становлению целостности как таковой. Они довольно много говорят об историческом развитии целостных объектов различной степени сложности, об их взаимодействиях друг с другом и со средой, но мало — о становлении самого явления целостности. Последнее по большей части предполагается как данное. Было бы полезно рассмотреть превращение случайного множества или агрегата элементов (в вышеразъясненном смысле) в упорядоченное множество (систему, структуру), этого последнего - в целостность. В работах все же преобладает в данном вопросе аналитический подход.

Заслуживает поэтому критического обсуждения и вопрос о соотношении внутренних и внешних связей целостного объекта. Особенно обстоятельно он разбирается В.Г. Афанасьевым в общей форме и в форме анализа частного вопроса о взаимоотношении живого организма и среды. Автор высказывает интересную мысль о целесообразности «вести речь не о среде как компоненте живого тела... а о качественно отличной как от среды, так и от организма целостной системе "организм - среда"253. Показывается и главная роль среды в формировании и развитии целостности вообще, целостности организма в частности и относительная самостоятельность последнего, его активность по отношению к среде. Но в конечном итоге автор все же склоняется к тому, что «специфика целого, его сущность определяются прежде всего внутренней природой образующих его компонентов, характером их внутреннего взаимодействия»254.

Проблема целостности рассматривается в работах под углом зрения внутреннего взаимодействия частей, внутрен- 252

Marx К. Grundrisse der Kritik der Politischen Okonomie. Berlin, 1953. S. 189. 253

Афанасьев В.Г. Проблема целостности в философии и биологии. С. 371.

2И Там же. С. 41.

ней организации. Такой подход совершенно необходим, в ряде случаев он решающ, но в целом все же недостаточен.

Отмеченные недостатки не отменяют положительной оценки вышедших работ. Они - естественное следствие сложности малоисследованной проблемы, в решение которой эти книги внесли свой вклад. Положено хорошее начало, его необходимо упрочить и развивать.

<< | >>
Источник: Г. А. Югай. Голография Вселенной и новая универсальная философия. Возрождение метафизики и революция в философии. 2007

Еще по теме Л. К. Иауменко, З.А. Мукашее Важное направление философских исследований:

  1. Когнитивное направление в исследованиях аттитюда
  2. Основные направления исследований юридической педагогики
  3. Основания разветвления философских направлений в постгегелеской философии
  4. Религиозно-этическая направленность русской философской мысли
  5. 1.6 . Методы философских исследований
  6. Упражнение 12. Исследование ложно направленного поведения
  7. В каких философских направлениях разрабатьіваюі ся гносеологичеі киь проблемы гуманитарных наук?
  8. § 2. Какие темы стали общими для всех философских направлений?
  9. Подавление историко-философских исследований
  10. Различные формы власти в Советском Союзе и России: направления исследования
  11. § 1. Основные направления исследований интеллектуального развития ребенка Ж. Пиаже
  12. ? Раздел II ? Основные этапы и направления развития философской мысли
  13. Особенности философской мысли Древнего Китая, ее рационально-прагматическая направленность
  14. ФИЛОСОФСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СВОБОДЫ
  15. Миф в философских исследованиях
  16. Техника как предмет философского исследования