<<
>>

3. Евфеника: биологическое и социальное

Анализ соотношения биологического и социального факторов развития человека в ставшем, современном состоянии целесообразно сосредоточить на центральном вопросе - взаимодействии двух программ наследования.
Социальное наследование, или преемственность, о котором мы говорили в самых общих чертах, формируется на новой качественной основе по сравнению с биологическим наследованием. Вместе с тем формирование социального наследования имеет объективную основу и предпосылки прежде всего в биологических факторах эволюции человека - в существенном видоизменении естественного отбора, в замене его стабилизирующим отбором. Как отмечает И.И. Шмальгаузен, «стабилизирующий отбор пойдет в направлении сохранения наименее мутабильных линий и будет препятствовать накоплению значительного количества мутаций»99. Движущая и стабилизирующая формы естественного отбора полностью укладываются в рамки дарвинизма: в обоих случаях отбираются наиболее жизнеспособные и приспособленные особи. Однако при движущей форме отбора осуществляется выработка новых приспособлений, новых норм реакций, а при стабилизирующей - сохранение существующих приспособлений.

Стабилизация и дальнейшее развитие сложившихся приспособлений возможны при неизменности норм реакций. В применении к виду человека сохранение нормы реакций предполагает нейтрализацию и устранение тех мутаций, которые выходят за пределы установившейся нормы. Отбираются лишь те мутации, которые укладываются в рамки данного 98

Беляев Д. Методологические проблемы биологии. - Диалектический материализм и современная наука. Прага, 1978. С. 93. 99

Шмальгаузен И.И. Избранные труды. Организм как целое в индивидуальном и историческом развитии. М., 1982. С. 367.

приспособленного фенотипа. «Материалом для стабилизирующего отбора, - пишет И.И. Шмальгаузен, - являются мутации, лежащие в пределах установившегося фенотипа»100.

Стабилизирующий отбор осуществляется на основе селективного преимущества нормального фенотипа перед мутационными и модификационными неадекватными уклонениями от нормального фенотипа.

«...Нормальный фенотип более или менее полно доминирует над всеми мутациями»101. Стабилизация нормального фенотипа достигается путем автоно- мизации развития, которая обеспечивается совершенствованием внутренних регуляторных механизмов онтогенеза.

Принцип оптимальности фенотипа, рассмотренный выше в связи с макроэволюцией как процессом оптимизации информации, приобретает на уровне эволюции человека специфику. Она связана прежде всего со взаимодействием биологического наследования с социальным (преемственностью). Важнейшим результатом влияния социальной программы наследования на биологическое наследование явилось то, как отмечает Э. Майр, что «вид Ношо sapiens не подвергается генетическому контролю»102. Он подвергается контролю фенотипическому, что ведет к господству фенотипа над генотипом. Это является основным содержанием принципа оптимальности фенотипа человека и важной особенностью мегаэволюции.

Данная особенность мегаэволюции человека не оставляет никаких сомнений в определяющей роли труда как социального фактора и опровергает мнение некоторых ученых, что случайные мутации, их удачное сочетание якобы сыграли решающую роль в происхождении и эволюции человека. К такому выводу приходят и сами биологи-эволюционисты. Мнение Э. Майра уже приводилось. Предоставим теперь слово другому американскому биологу - В. Гранту: «Одна из движущих сил эволюции человека, которой уделяется довольно много внимания в текущей литературе, - это закрепление селективно нейтральных му- тантных генов под действием генетического дрейфа. По этому поводу мне хочется высказать одно соображение. Вполне возможно, что такое закрепление иногда и происходило. Однако я сомневаюсь в том, что оно могло привести 100

Шмальгаузен И.И. Избранные труды. С. 169. 101

Шмальгаузен И.И. Факторы эволюции. М., 1968. С. 253 102

Майр Э. Эволюция. - Эволюция. М., 1978. С. 31.

к возникновению какой-либо существенной характеристики в эволюции человека»103.

Аналогичная мысль высказывается и советским биофизиком-эволюционистом С.Э.

Шнолем: «С некоторого уровня биологического совершенства роль мутаций оказывается совсем незначительной и, быть может, прогресс в целом определяется не столько накоплением полезных мутаций, сколько накоплением полезного опыта»104. Точнее, на наш взгляд, говорить о накоплении деятельности, являющейся более обобщенной характеристикой социальных факторов эволюции человека, нежели об опыте. Но суть вопроса одна: прогресс человека связан не с биологической программой наследования.

Господство фенотипического контроля над генотипиче- ским дает основание считать принцип оптимальности фенотипа человека особо актуальным. Фенотип - продукт взаимодействия генотипа со средой. С биологической точки зрения все в индивидуальном развитии зависит от характера взаимодействия генотипа со средой. Иначе говоря, нет такой черты фенотипа, которая была бы абсолютно независима от генотипа или среды, от их взаимодействия. Следовательно, понятие фенотипа - весьма широкое по содержанию и включает генотип и воздействие среды на него.

Основное в проблеме человека в биосоциальном плане - сохранение генотипа, наследственной основы, в нормальном виде и создание условий среды, обеспечивающих оптимальное развитие его фенотипа. Эта задача может быть успешно решена с помощью особой теоретической отрасли - ев- феники (от греч. «хороший фенотип») как общего учения о биосоциальной природе человека105. В буквальном смысле 103

Грант В. Эволюция организмов. С. 363. 104

Шноль С.Э. Физико-химические факторы биологической эволюции. С. 227. 105

Термин «евфеника» предложен выдающимся советским биологом Н.К. Кольцовым (см, БМЭ. Т. 9, М., 1929) и впоследствии поддержан другими генетиками (см. Макьюсик В.А. Генетика человека. М., 1967. С. 193; Дубинин Н.П. Вечное движение. М., 1973.С. 63).

Весьма положительное отношение к евфенике выражено в докладе академика Д.К. Беляева «Современная наука и проблемы исследования человека» на III Всесоюзном совещании по философским вопросам современного естествознания. На вопрос «Как вы относитесь к евфенике?» он ответил: «Это термин, который введен более 50 лет тому назад нашим знаменитым био- речь идет о научном управлении фенотипом человека, а через него и об управлении генотипом. И если нет никакой необходимости и смысла в развитии 'евгеники, то есть реальный смысл в создании и развитии евфеники.

Придерживаясь определения евфеники, данного Н.К. Кольцовым, как учения о хорошем проявлении наследственных задатков, можно обобщенно представить фенотип человека состоящим из следующих элементов: 1) биологические задатки, кодируемые в генах; 2) среда (социальная и природная); 3) деятельность; 4) ум (сознание, мышление). Ведущий из них - деятельность. Предметом евгеники является лишь первый из указанных элементов евфеники, гипертрофированный, абсолютизированный. Остальные структурные элементы фенотипа человека, являющиеся социальными феноменами, остаются вне внимания евгеники. Поэтому подход евгеники к проблеме человека является весьма ограниченным, игнорирующим социальные факторы его развития.

Предметом евфеники являются мегаэволюционные, биосоциальные закономерности развития человека, сформировавшиеся под влиянием среды. В понятие среды человека, кроме природных (географических, климатических, биологических факторов и т.д.), входят и социальные условия его существования. Евфеника должна учитывать специфику влияния всех факторов среды на развитие человека, в том числе и на его генотип. С доминирующей ролью фенотипа над генотипом в развитии человека связано возрастание прямого, непосредственного влияния среды, но не в ламаркистском понимании. Прямое влияние среды основано на действии естественного отбора. Это отмечал С.С. Шварц: «Ламаркистские принципы эволюции в настоящее время могут считаться отвергнутыми и не заслуживают рассмотрения... Однако из этого совершенно бесспорного положения отнюдь не следует, что непосредственное влияние сре-

логом Н.К. Кольцовым как антитеза евгеники. Под евфеникой он предложил понимать различного рода медицинские, педагогические, социальные и всякие другие факторы, которые формируют человека.

Я отношусь вполне положительно к евфенике и совершенно согласен с тем, что евфеника - воспитание в широком смысле слова должно оыть решающим в формировании человека» (см, Диалектика в науках о природе и человеке. Человек, общество и природа в век НТР.М, 1983. С. 192).

ды на организм в эволюционном процессе никакой роли не играет и должно быть исключено из рассмотрения факторов эволюционного процесса.

Характер реакции организма на среду (норма реакции) - важнейший результат эволюции и вместе с тем важнейший фактор, определяющий ее дальнейший ход... Среда формирует фенотип организмов, своеобразно реагирующий на изменение условий существования. Это с неизбежностью влечет за собой коренные изменения в характере отбора»106. Эти изменения связаны с отбором мутаций в рамках данного приспособленного фенотипа. Отбор «нейтральных» мутаций в рамках нормального фенотипа, повышающий его адаптацию, И.И. Шмальгаузен назвал прямым естественным отбором107.

Это специфическая форма прямого приспособления, которая отличается от ламаркистского понимания. Если ламаркистская трактовка прямого приспособления исключает естественный отбор, то, согласно теории стабилизирующего отбора, сам изменчивый фенотип может служить точкой приложения естественного отбора. В этом случае приспособительные признаки, возникшие и развивавшиеся вначале в строгой зависимости от внешнего фактора, т.е. как модификации, замещаются постепенно мутациями в пределах той же нормы и становятся наследственными. Приобретенная адаптивная модификация становится мутационной и наследуемой. Как говорит И.И. Шмальгаузен, «...конкретные адаптивные модификации могут через стабилизирующую форму естественного отбора преобразоваться в наследственные приспособления»108.

Так трактуют дарвинисты наследование приобретенных признаков. Не только прямое приспособление, но и наследование приобретенных изменений осуществимо в процессе стабилизирующего отбора. Собственно прямой естественный отбор, или прямое приспособление, обусловливает наследование приспособления. Такая точка зрения в корне отличается от «примитивных представлений ламаркистов о непосредственном фиксировании модификаций в ряду поколе-

106 Шварц С.С. Экологические закономерности эволюции. М., 1979. С. 123.

1,17 См.: Шмальгаузен И.И. Избранные труды. Организм как целое в индивидуальном и историческом развитии. С. 168-169. 108 См. там же. С. 367.

4 Голография Вселенной

ний»109. Вне и без прямого естественного отбора нет наследования приобретенных, признаков.

Прямое приспособление и наследование приобретенных признаков, безусловно, оптимизируют фенотип. Наряду с генотипом фенотип, его оптимизация существенно обогащают индивидуальное развитие организма. Когда шларечь о роли индивида в макроэволюционных процессах, отмечалось, что обмен наследственной информацией осуществляется в фенотипической форме. Биологическая особь, индивид есть средоточие всех видов информации - генотипичсской и фенотипической. Через него осуществляются также главные механизмы передачи наследственной информации, а именно через половые клетки и отбор фенотипов. В то же время они явились главными механизмами биологической трансформации вещества, энергии и информации.

Дальнейшая оптимизация фенотипа реализуется путем резкого возрастания роли фенотипа в биологической эволюции. Тенденция эта четко прослеживается в антропосоцио- генезе. Оптимальность фенотипа достигает своего предела на социальном уровне развития материи, переходной ступенью к которому от биологической формы движения послужила зоопсихологическая информация, сыгравшая важную роль в формировании механизмов прямого приспособления и наследования приобретенных адаптивных признаков.

Вопрос этот рассмотрен выше. К сказанному можно добавить высокую оценку исследований зоопсихологов по обсуждаемому вопросу, данную И.И. Шмальгаузеном: «нельзя не вспомнить, что о возможной роли ненаследственных результатов "прямого приспособления" в процессе эволюции и о ведущем значении таких аккомодаций в эволюции индивидуального развития, об их последовательном замещении наследственными изменениями через естественный отбор совпадающих вариаций имеются замечательные соображения в классической 1896 и в блестящем исследовании Болдуина (J. Baldwin, 1902). К сожалению, эти работы зоопсихологов были в последовавшем затем периоде увлечения генетикой почти совершенно забыты»110.

Необходимо обратить внимание на принципиальную важность приведенного высказывания И.И. Шмальгаузена: во- 109

См.: Шмальгаузен И.И. Избранные труды. Организм как целое в индивидуальном и историческом развитии. С. 368. 110

См. там же. С. 50. Существо освещаемого здесь вопроса в биологической литературе называется эффектом Болдуина.

первых, прямое приспособление постепенно переходит в наследование приобретенных изменений; во-вторых, эти изменения сопровождаются естественным отбором даже при воздействии на них зоопсихологической информации. Фено- типический контроль над естественным отбором еще более эффективен на социальном уровне, с помощью социальной ин( юрмации, или социальной программы наследования.

Резкое возрастание роли и значения принципа оптимальности фенотипа не только в антропосоциогенезе, но и в развитии современного человека происходит на основе совершенствования механизма адаптации человека как биологического вида. Оптимизация фенотипа есть оптимизация адаптации человека. И здесь адаптация есть сущность, всеобщее основание развития, эволюции человека. К таким важным выводам пришли и антропологи.

Так, Т.И. Алексеева считает: «В характере взаимодействия человеческих популяций со средой есть несколько черт, обращающих на себя внимание своей всеобщностью. Во- первых, независимо от расовой и этнической принадлежности на одни и те же экологические воздействия организм отвечает изменениями в одном и том же направлении. Во-вторых, изменяясь, антропологические признаки не переходят "установленных" генетическим фондом морфологических и физиологических границ этноса вне зависимости от условий, в котхуые попадает та или иная популяция. И наконец, третья осязательная черта - компенсаторные реакции: при ослаблении физического развития (понижение веса тела, объема груди, мускульной массы тела и т. д.), как правило, наблюдается увеличение в крови гамма глобулина, из которого, как известно, вырабатываются антитела, повышающие сопротивляемость организма к неблагоприятным воздействиям среды»111.

111

Экологическая ниша - Земля. Знание - сила, 1983, № 1. С. 17.

Эти выводы свидетельствуют о роли принципа оптимальности фенотипа в развитии современного человека. Первый из них характеризует экологическую адаптацию с ярко выраженной фенотипической направленностью. Второй - фе- нотипический контроль над генотипичсским развитием, в результате чего происходит стабилизация генотипа популяций людей (по И.И. Шмальгаузену). Стабилизация генотипа способствует стабилизации и фенотипа, т.е. происходит их взаимная стабилизация, ведущая к биологической устойчивости популяции людей в целом. В третьем выводе под- черкивается значение биохимической адаптации, которая среди биологических видов адаптации, как отмечалось, является главной, определяющей. Этот комплекс изменений объединяется Т.И. Алексеевой в понятие «адаптивный тип».

Адаптация человека осуществляется с помощью двух программ наследования: биологической и социальной. Признание этого факта становится все более единодушным. В последнее время и многие западные биологи признают наличие двух программ наследования. Правда, социальную программу наследования они называют культурной, с которой в основном связывают прямое приспособление и наследование приобретенных признаков. Так, В. Грант пишет: «Постепенное развитие и накопление культурного наследия представляет собой культурную эволюцию. В культурной эволюции наследование приобретенных признаков - реальный процесс»112. В том, что важнейшими особенностями социальной программы (культуры) являются прямое приспособление и наследование приобретенных изменений, можно убедиться, сославшись еще на одного ученого - Э. Майра: «Культурная эволюция - процесс гораздо более быстрый, чем биологическая эволюция. Один из ее аспектов - глубоко заложенная в человеке (и странным образом ламаркистская) способность к культурной эволюции путем передачи от одного поколения к другому накопленной информации...»ш Из сказанного ясно, что прямое приспособление и передача приобретенной информации на социальном уровне осуществляются больше небиологическим способом, чем биологическим. Это также специфика мегаэволюции.

Итак, оптимизация фенотипа человека в биологическом плане осуществляется в основном в направлении развития прямой адаптации и наследования приобретенных изменений. На биологическом уровне они реализуются с помощью естественного отбора, а на социальном - преимущественно небиологическим путем, с помощью социальной информации. Оптимизация фенотипа человека не только служит предпосылкой и условием формирования социальной программы наследования, но и составляет ее содержание, сущность. Объясняется это тем, что социальная программа наследования включается в фенотип человека. Таким образом, фенотип человека представляет собой единство биологического и социального. Биологическая про- 1.2

Грант В. Эволюция организмов. С. 351 1.3

Майр Э. Эволюция. С. 30-31.

грамма наследования человека включает и генотипичес- кую (наследственную) программу.

Программа социального наследования формируется и реализуется небиологическим путем. Ее основу составляет диалектическое единство материального и идеального. Идеальная информация формируется в сознании, мышлении с помощью материального - языка - и передается посредством него. В данном случае содержанием этой информации является идеальное, а материальное (язык) есть форма выражения этого содержания. В ДНК кодируется и передается по наследству лишь материальная информация. Поэтому интеллект не может кодироваться в структуре ДНК. Для него нужна такая информационная структура, какой является мозг человека - суострат идеальной (субъективной) информации М4.

Гены - субстрат биологической информации, а фены (единицы фенотипа)-субстрат социальной информации. Таково четкое «разделение труда» между генами и фенами. И поскольку нет обратной связи от фена к гену, от фенотипа к генотипу, то наследование интеллекта невозможно биологическим путем. Здесь нужна другая, социальная программа наследования. Как отмечает известный английский философ-марксист Д. Льюис, со времени возникновения социального наследования «эволюция человека больше не является биологической эволюцией и прежние формы изменчивости и борьбы за выживание имеют для него ограниченное и совсем второстепенное значение. Основной действующей силой изменения становится производство людьми своей материальной жизни в форме производства средств к жизни и воспроизводства самого человека»115. 114

Важность идеальной (субъективной) информации в виде сознания, интеллекта для развития личности подчеркивал академик В. Глушков: «...чувство "я" связано в первую очередь с совокупной информацией, которую заключает в себе так или другая личность... Информация - главное в человеческом "я"» (Диалог с В. Глушко- вым: «Искусственный интеллект». - ЛГ, 1976,29 декабря). 115

Льюис Д. Человек и эволюция. М., 1964. С. 47. Д. Льюис отмечает подчиненный, второстепенный характер биологической эволюции человека по отношению к его социальной эволюции. Мы подчеркиваем это в связи с тем, то тезис о прекращении биологической эволюции человека является дискуссионным или просто неверным. Однако даже признание этого тезиса нисколько не умаляет роли и значения социального развития человека как основы его психических функций.

Сказанное подтверждает несостоятельность теоретических и методологических основ евгеники, связанных с извращением биологической структуры человека. Признавая лишь генотип человека, евгенисты игнорируют роль и значение фенотипа. Между тем завершенность видообразования человека, т.е. нефилетичность его эволюции, означает, что в процессе развития человека преобразуется его фенотип, но не нормальный генотип. Попытки изменить нормальный ход процессов развития генотипа человека чреваты большими опасностями, связанными с возможностью появления вредных мутаций. Поэтому необходимо сохранять человека как биологический вид и не допускать вмешательства в генотипические процессы его эволюции. Задача состоит в том, чтобы, оберегая генотип человека от разрушающих действий, обеспечить его максимальное развитие.

Сохранению человека как биологического вида противоречат попытки искусственного изменения объективного процесса его биологической эволюции, длившейся тысячелетиями. Управление человека своим организмом заключается не в изменении его генотипа, а, наоборот, в его стабилизации путем создания максимально благоприятных условий для нормального функционирования, т.е. в оптимизации его фенотипа. Искусственное вмешательство в гены человека возможно лишь в плане «исправления» их патологических отклонений, связанных с болезнями. В подтверждение сказанного можно сослаться на ученых-генетиков, серьезно озабоченных опасностями, связанными с увлечением генной инженерией. Генная инженерия открывает широчайшие перспективы для биологии и медицины, но попытки вмешаться в генотип человека могут обернуться настоящим бедствием для человечества1 |й.

Рецепты евгеники в корне противоречат принципам воспитания, направленным на формирование всесторонне развитой, духовно богатой личности, раскрывающей все свои дарования. Осуществление этой цели требует создания для всех людей, для каждого человека подлинно человеческих условий развития, при которых талант, одаренность и гениальность были бы не счастливым исключением, а нормой, естественным состоянием. Только социалистическое общество впервые в истории создает такие условия и предо-

116 См.: На пути к управлению наследственностью. — За рубежом, 1974, №36.

ставляет всем людям возможность для развития своих талантов и способностей. Непременным условием всестороннего развития каждого человека является открытый доступ к сокровищам духовной культуры. Усвоение всего богатства духовной культуры человечества и есть процесс социального наследования в ходе индивидуального развития человека.

Ограниченные физические данные человека дополняются развитием техники, по определению К. Маркса, как оп- редмеченной силы знания и искусственного продолжения естественных органов труда человека. «Биологическая неполноценность» человека, о которой много говорят сторонники неоевгеники и социобиологии, была бы действительно проблемой, если бы у него не было, кроме генетической, другой программы—программы социального наследования. «Важность этого момента заключается в том, - отмечает Д. Льюис, - что это действительно новый способ наследования качеств, вытесняющий генетическое наследование качеств на стадии биологической эволюции. Это намного более скорый и эффективный вид социальных превращений человека, нежели естественный отбор и биологическое выживание форм, обладающих преимуществами»117.

Природа этого способа наследования состоит в усвоении в процессе обучения результатов всего предшествующего общественного развития, а также в передаче приобретенных свойств (в виде личного опыта) не только из поколения в поколение, но и от индивида к индивиду в процессе жизни одного поколения. Преимущество этого наследования в том, что «разум может общаться с разумом»118. Если генетическая программа наследования формируется очень долго - в процессе эволюции, то социальное наследование значительно быстрее - даже в течение одного поколения людей оно может неоднократно меняться.

Глубоко ошибочным является утверждение неоевгени- ков о том, что человек как биологический вид клонится к угасанию и что поэтому нужно якобы улучшать искусственным путем генетическую программу современного человека. Классовая подоплека евгеники и неоевгеники, а также социобиологии очевидна: не нужны никакие социальные меры переустройства общества, ибо ближайшее

1,7 Льюис Д. Человек и эволюция. С. 80. 118 Там же. С. 55.

будущее якобы грозит человечеству гибелью в силу ограниченности его биологии. В этих условиях спасение усматривается только в улучшении искусственным путем генетической природы человека. Несостоятельность установок евгеники признается и некоторыми западными биологами. Так, Э. Майр пишет: «Евгеника, или преднамеренный отбор, несовместима со всеми теми ценностями, которыми особенно дорожит человек»"9.

В силу принципа адекватной наследуемости личного и коллективного опыта путем воспитания и обучения человека его развитие неограниченно. В игнорировании этого вполне очевидного факта заключается научная несостоятельность различных биологизаторских концепций человека, отрицающих определяющую, ведущую роль социальной сущ-

Евфеника как учение об индивидуальном развитии человека не может замыкаться рамками естественнонаучных данных. Она должна учитывать определяющую роль социальных факторов по отношению к биологическим. В этом специфика евфеники по сравнению с тем разделом биологической науки, который называется биологией человека. Как видим, при разработке проблемы человека евфеника должна опираться на данные не только биологии, но и философии, социологии, логики, психологии, этики и других наук.

Коренное отличие евфеники от евгеники заключается в том, что генотип человека рассматривается в ней в единстве со средой, включающей и социальные факторы. В этом рациональный смысл евфеники, являющейся позитивным преодолением принципиальных ошибок евгенизма.

Биологизаторской крайности в исследовании человека подчас противостоит и другая крайность - социологизатор- ство, абсолютизирующее роль социальных факторов в формировании способностей человека. Безусловно, психика человека в целом - явление социальное. Но отсюда вовсе не следует, что биологические факторы не играют никакой роли в детерминации психики человека. Отвергая тезис об исключительной биологической обусловленности способностей, нельзя отрицать тот неоспоримый факт, что способ- 119

Майр Э. Эволюция. С. 29. 120

Критику неоевгеники и социобиологии см.: Фролов И.Т. Перспективы человека. М., 1983. ности имеют свои органические, наследственно закрепленные предпосылки в виде задатков.

К числу биологических предпосылок, или задатков, относятся различные типы нервной системы, установленные И.П. Павловым; музыкальный слух; функциональная асимметрия мозга (правизна и левизна) и связанное с ней развитие способностей и т.д. Задатки имеют не только функционально- физиологическую, но и соответствующую структурно-морфологическую основу, закодированную в генах и передаваемую по наследству. Наличие подобных предпосылок необходимо для формирования и развития способностей и таланта. Но при всей их важности они представляют собой лишь возможности, которые превращаются в действительность в процессе воспитания. Можно иметь так называемый абсолютный музыкальный слух, но если нет соответствующих условий для его развития, то он может не проявиться. Если задатки врожденны, то способности - результат развития личности.

Видный советский психолог С.Л. Рубинштейн отмечал: «Развиваясь на основе задатков, способности являются все же функцией не задатков самих по себе, а развития, в которое задатки входят как исходный момент, как предпосылка. Включаясь в развитие индивида, они сами развиваются, т.е. преобразуются и изменяются»121. Здесь очень тонко подмечено, что биологические предпосылки развития способностей человека служат основой его одаренности.

На наш взгляд, такой подход к проблеме соотношения биологического и социального в психике человека позволяет преодолеть крайности биологизаторства и социологиза- торства. Нельзя отрывать способности от задатков и на этой основе строить метафизические рассуждения по типу «или - или»: способность либо биологична, либо социальна. Марксистской диалектике чужд подобный подход. Она признает равенство всех людей от рождения в социальном плане. Что касается биологии человека, то нельзя отрицать тот факт, что люди различаются по их индивидуальным физическим и умственным задаткам, а не по классовым различиям. Различия в задатках связаны прежде всего с врожденными особенностями их нервно-мозгового аппарата, анатомо-физиологических, структурно-функциональных и

121 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1940. С. 533-534.

других данных, которые при всех индивидуальных особенностях в то же время однотипны (в том смысле, что они являются человеческими, т.е. принадлежат представителям одного биологического вида человека) у представителей всех рас, национальностей и народностей.

Анализ принципа оптимальности фенотипа человека показывает, что эволюционное развитие его продолжается на основе стабилизирующей формы естественного отбора, которая, однако, не приводит к образованию новых видов. Стабилизация эволюции человека создает благоприятную основу не для коренного, качественного, в смысле видооб- разующего, преобразования биологии человека, а для внутривидовой, т.е. нефилетической, эволюции. Стабилизация биологии человека есть основа его неограниченного социального развития. В этом заключается и одна из существенных особенностей мегаэволюции, или биосоциальной эволюции, человека, ее диалектика и метафизика*.

* Из голографической триады мегаэволюции человека: универсальность, деятельность (труд) и творчество в главе слабее освещено творчество. Упущение это восполнимо со ссылкой на работу А. Бергсона «Творческая эволюция» (М-Жуковский, 2006).

<< | >>
Источник: Г. А. Югай. Голография Вселенной и новая универсальная философия. Возрождение метафизики и революция в философии. 2007

Еще по теме 3. Евфеника: биологическое и социальное:

  1. 3.14.9. Биологические и социально-биологические концепции (Э. Уилсон, Ж. Дюби, И.П. Павлов, 3. Фрейд, В. Райх и др.)
  2. 2. Взаимодействие биологических и социальных факторов Воссоединенность биологических и социальных факторов.
  3. Биологическое и социальное в развитии человека
  4. 3.1. Социальное и биологическое
  5. § 2. Как соотносятся биологическое и социальное в личности?
  6. Социальная структура биологических сообществ
  7. ЧЕЛОВЕК КАК ПРОДУКТ БИОЛОГИЧЕСКОЙ И СОЦИАЛЬНОЙ ЭВОЛЮЦИИ
  8. Самоорганизация в химических и биологических процессах. Химико-биологические предпосылки и механизмы жизни
  9. # 3. Психическое развитие ребенка: факторы биологический и социальный
  10. Лекция 4. Социальные и биологические аспекты двуполости человека.
  11. ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К МОДЕЛИРОВАНИЮ АНТРОПОСОЦИОГЕНЕЗА. СООТНОШЕНИЕ БИОЛОГИЧЕСКОГО, ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО И СОЦИАЛЬНОГО В ЧЕЛОВЕКЕ
  12. Биологическая индикация и биологический мониторинг
  13. Параграф 17.14. Обращение взыскания на животных, растения, иной биологический материал Статья 209. Правовая основа обращения взыскания на животных, растения, иной биологический материал
  14. Биологическое оружие