<<
>>

Изображение повседневности в нарнийском цикле как показатель отношения к ней автора

С.Л.Кошелев пишет о К.С.Льюисе как о человеке, который «был в претензии» к своей эпохе и её культуре. Одну из главных причин этих претензий он видит именно в том, что его время стало временем мировых войн.

Но помимо неё, была и другая, не менее важная, и состояла она в том,

что «упадок воображения и фантазии в литературе XX века очевиден. Даже научная фантастика - ветвь литературы, к которой Льюис всегда проявлял особое внимание, - в большинстве своих образцов достаточно бескрыла. По выражению Дж. Р. Р.Толкиена, близкого друга Льюиса, фантасты в основном заняты тем, что заставляют осточертевшие механические игрушки бегать все быстрее и быстрее, а идеалы их идеалистов, сводятся, самое большее, к тому, чтобы построить несколько городов под стеклянными крышами на других планетах. Лишь немногим писателям нашего века внятны звуки рога Эльфийской Страны»[Кошелев 1991: 2]. Именно по причине этой крайней приземлённости Льюис не питал любви и к культуре завершившегося на тот момент XIX в. [там же]. Поэтому не вызывает удивления то, что социальнобытовая реальность нашего мира предстаёт в семикнижии преимущественно началом разрушительным. Критика автором повседневности ярче всего просматривается в том, как он её изображает.

Преждевсего, потекстамвсегоцикла «рассыпаны» содержащиесоответствующийподтекст: впервыхдвуххрониках(«Племянникчародея», Колдуньяиплатянойшкаф»)вмиреповседневностильютдожди («itwasoneofthewettestandcoldestsummerstherehadbeenforyears», «whennextmorningcametherewasasteadyrainfalling, sothickthatwhenyoulookedoutofthewindowyoucouldseeneitherthemountainsnorthewo odsnoreventhestreaminthegarden» [Lewis 2011: 13,

112]). «Серебряноекресло»такжеоткрываетсяописаниемхмуройненастнойпого ды: дождя, правда, уженет, нонаулицехолодно, сыроитоскливо:

«Itwasadullautumnday», «onthatdullautumndayonthedamplittlepath»,

«andJilllookedroundandsawthedullautumnsky» [Lewis 2011: 549, 551]. День,

вкоторый персонажи совершают путешествие в Нарнию, назван«пасмурным»,«тусклым», «скучным», «унылым» (англ. «dull») [АРС 2003: 244], и эта характеристика повторяется несколько раз. Кроме того,

ситуация в последней повести усугубляется тем, что события происходят 188

осенью. Это невесёлое время года, когда всё вокруг тоскует и увядает, характеризуется соответствующей - а именно тёмно-серой - цветовой гаммой, передающей безрадостную и гнетущую атмосферу, которая царит и в природе, и в душе у героев, и в школе, где они учатся. То, что упоминание о плохой погоде повторяется в трёх из семи хроник, да при этом ещё и вынесено в сильную позицию (во всех случаях упомянутая деталь возникает в первой главе, а в «Серебряном кресле» - в первом же предложении: «Itwasadullautumndayговорит само за себя.

Вфинале«ПринцаКаспиана»мирповседневностиопределяетсякак«^геагу for a moment, after all they had been through, and unexpectedly, nice in its own way» [Lewis 2011: 418]. И хотя по возвращении из мифологического пространства Инобытия он предстаёт для детей «по-своему приятным», это объясняется лишь тем, что он им родной, ибоникакого сравнения с Нарнией этот привычный мир не выдерживает и на её фоне воспринимается главным образом как «dreary»,m.e.

«мрачный» и «отчаянно скучный» [АРС 2003: 239]. Так на первый план выступает характеристика серости и скуки, от которой всё время хочется куда-нибудьскрыться.Так или иначе она повторяется в большинстве повестей, её нет лишь в «Коне и его мальчике» и «Последней битве», где действие не выходит за пределы фантастических миров.

Во-вторых, действие мира обыденной жизни на душу человека во всех случаях предстаёт как разрушительное. Так, Люси завидует красоте своей старшей сестры, Сьюзен; Эдмунд всех ссорит, высмеивает и предаёт; Джил на каждом шагу падает духом и жалеет себя, болезненная ранимость и застенчивость уживаются в этой девочке с желанием «toshowoff». Фрэнку, при всей его доброте и отзывчивости, присущи «thesharpness, andcunningandquarrelsomenes», которые герой «hadpickedupasaLondoncabby» [Lewis 2011:96]. Да и жизнь кэбмена в мире повседневности, как и жизнь его супруги Елены, бедна, убога и всячески препятствует раскрытию того лучшего, что заложено в личности того и другой. Дядя Эндрьюпредстаёт злодеем и циником, абсолютно закрытым для всего чудесного и прекрасного.

Так возникает впечатление, что герои Льюиса до начала приключений в Нарнии словно погружены в некую духовную спячку. При этом писатель явно даёт понять, что нравственная незрелость, всевозможные слабости, недостатки и откровенные пороки его персонажей есть главным образом результат воспитания, основанного на тех социальныхтенденциях, которые в его произведениях подвергаются беспощадной критике [Дэвис 2011: 155]. Так, в «Серебряном кресле» Льюис яростно осмеивает школу, превратившуюся из предназначенного ей места интеллектуального и морального развития детей в место их деградации: «Itwaswhatusedtobecalleda “mixed” school;

somesaiditwasnotnearlysomixedasthemindsofthepeoplewhoranit. These people had the idea that boys and girls should be allowed to do what they liked. And unfortunately what ten or fifteen of the biggest boys and girls liked best was bullying the others» [Lewis 2011: 549].Те,

ктоделалподобныевещи,вполнемоглинестрашитьсянаказания, т.к. «the Head said they were interesting psychological cases and sent for them and talked to them for hours». Болеетого, «if you knew the right sort of things to say to the Head, the main result was that you became rather a favourite than otherwise» [тамже]. Позволяя хулиганам обижать более слабых, руководители экспериментальной школы создали в её стенах атмосферу, где жестокость стала само собой разумеющейся, а сила начала расцениваться как абсолютное добро.

Так под пером писателя обычная английская школастановится символом современного Льюису общества, где господствуют произвол и право сильного; где у всякого своя правда, при этом каждый убеждён в том, что именно его правда - неопровержимая истина; где «серьёзные люди» отказываются верить в доброе и прекрасное, если оно не вписывается в узкие рамки их утилитарного мировоззрения.Главную беду современного ему образования Льюис видит в том, что оно стремится избегать сострадания и нравственного видения мира, подчеркивая преимущества фактов перед воображением, спорта перед логикой и мирских наук перед мудростью и добродетелью

(этойпроблемеонпосвятитэссе «Человекотменяется»). И хотя писатель не идеализирует «доброе старое время» («schools were usually nastier than now»),идея о духовнойдеградации общества отчётливо просматривается в его текстах - так, он прямо говорит, что в предыдущем поколении моральные нормы былипрочнее и имелибольший авторитет («Things like Do Not Steal were, I think, hammered into boys' heads a good deal harder in those days than they are now»)[Lewis 2011:92], в то время как тенденции,возникающие в современном обществе, изображаются им как аморальные ине совместимые с добрыми отношениями между людьми.

В-третьих, миру повседневности отведено очень скромное положение. Сведения, которые мы можем о нём почерпнуть из льюисовских повестей, крайне скудны и фрагментарны. Так, из «Племянника...» мы узнаём лишь то, что в год, когда Полли и Дигори совершили путешествие в Нарнию, лето было сырое и дождливое и что у главного героя смертельно больна мама. Однако чем, когда и почему она заболела, какие отношения были у мальчика с ней, с отцом (о котором тоже ничего не известно, кроме того, что он уехал в Индию), с друзьями (кроме Полли) и были ли они у него вообще, мы так и не узнаем. Отсутствуют в повести и другие подобные подробности.

Похожую картину наблюдаем и в хронике «Лев, Колдунья и платяной шкаф». Её первая глава сообщает нам о разыгравшейся Второй мировой войне, но - предельно кратко, без каких-либо деталей. Так же мало, практически ничего, не говорится и о прошлом детей Пэвенси.

В «Принце Каспиане» единственным атрибутом повседневного миравыступает железнодорожная станция, с которой Питер, Сьюзен, Эдмунд и Люси должны отправиться в школу, причём автор повествует об этом так, что читателю сразу становится понятно: ребята этому явно не рады.

В «Покорителе зари» присутствует ряд указаний на некоторые факты из обыденной жизни детей Пэвенси и об изменениях, которые произошли с момента событий, описанных в предыдущих хрониках: так, мы узнаём, что старшие дети вошли во взрослую сознательную жизнь - Питер поступил в

191

институт и делает успехи в учёбе, Сьюзен же, которая «учится неважно»,поехала с родителями в Америку.

В повестях «Конь и его мальчик» и «Последняя битва» наш мир не присутствует вовсе, а в «Серебряном кресле» представлен экспериментальной школой, где царят травля и жестокость и где для того, чтобы стать «своим», необходимо сделаться таким же подлецом.

Иными словами, во всех перечисленных случаях главный акцент сделан на приключениях детей в Нарнии и тех нравственных уроках, которые они из них извлекают, в то время как обыденная жизньдана скупыми схематичными набросками и является только фоном, на котором разворачиваются ключевые для персонажей события, - но не более того. Именно из этого реального, упорядоченного и привычного мира ребята устремляются вслед за мечтой, которая неожиданно для всех оказывается последней реальностью.

Наконец, в-четвёртых, отношение автора к повседневности ярче всего подчеркивает то, что в конечном итоге писатель навсегда убирает своих лучших героев из обыденного мира, «заставляя» их погибнуть в крушении поездов и «перенося» их души в Новую Нарнию. Весьма примечательно, что на момент своей смерти в последней книге все персонажи ещё очень молоды, а некоторые из них - и вовсе дети; тем самым автор явно даёт понять, что они изначально были созданы для другого мира, гораздо более светлого, нежели наш, и гораздо более «настоящего» [Афонина 2012:131]. Этот конечный уход из мира повседневности лишён трагического звучания - напротив, он оборачивается возвращением «из плена иллюзии туда, где ихистинный дом» [там же: 135] и потому исполнен необыкновенного света, величия и ликования.

Далее рассмотрим, каким образом выстраивают свои отношения с повседневностью и как к ней относятся сами льюисовские герои.

Отношение к повседневности героев нарнийского цикла

повседневности весьма критически.Так, Эдмунд в повести «Покоритель Зари, или Плавание на Край Света» признаётся одному из своих нарнийских друзей,

пожелавшему увидеть наш мир (о котором тот слышал, что он «roundlikeaball»), что

« Thereisnothingparticularlyexcitingaboutaroundworld, whenyouarethere » [Lewis 2011: 533]. Такуюжеоценку («It'sverydull; notworthseeing,

really») даётобыденномумируДигори Керк, само имя которого - «Дигори», являющееся производным от английских слов «dignity» - «достоинство, благородство» и «digger» - «золотоискатель» [АРС 2003: 216], говорит о многом. «Dignity» поистине является одной из ключевых характеристик данного персонажа - это человек необыкновенно глубокого и благородного сердца, настоящий «рыцарь духа». Что касается характеристики «digger», то она реализуется самой его жизнью и теми ценностными установками, которые мистер Кёрк избрал для себя: он стал великим ученым, профессором, который посвятил жизнь исследованию красот и тайн окружающего мира, по крупицам собирая сокровища творческой человеческой мысли. Именно это делает его истинным «золотоискателем» - только в переносном смысле слова. Но мистер Кёрк гораздо уютнее чувствует себя в компании древних манускриптов, чем в многолюдных очередях или на станции метро, являя собой лик истинного «нарнийца», одного из тех, кого называют людьми «не от мира сего». В тексте эта «неотмирность» персонажа подчёркивается, во-первых, упоминанием о том, что он ведёт жизнь вдали от суеты большого города, в усадьбе, где есть множество красивых и необычных мест, овеянных множеством легенд, а во- вторых, описанием внешности профессора: его лицо заросло бородой(«shaggy white hair which grew over most of his face as well as on his head»), да и сам он выглядит странноД^ was so odd-looking»).Именно усадьба мистера Кёрка даёт Питеру, Сьюзен, Эдмунду и Люси защиту от вырвавшегося на волю зла.

Таким же образом противопоставлен окружающему миру Юстэс Вред, который главный признак «своего» человека во враждебно настроенной среде (в данном случае это школа) видит в том, что этому человеку здесь тоже плохо[Афонина 2012: 133], как и ему самому, ичто он

«hatethisplaceaboutasmuchasanybodycanhateanything»[Lewis 2011: 552]. Именно

193 по этому признаку герой распознаёт родственную душу в Джил Поул, после чего, поборов страх остаться непонятым, рассказывает ейо Нарнии. А потом они вместе делают попытку спастись от окружающей их жестокости и равнодушия («Holdhands. Wemustn'tgetseparated!») и по мере сил им противостоять. Разумеется, дети не могут победить зла - зато они вполне способны ему не поддаваться.

Подобный настрой сохраняют и другие герои Льюиса (исключение составляют дядя Эндрю и Сьюзен). Живя в повседневном мире, они постоянно испытывают потребность из него вырваться, их всех буквально «тянет» «Туда», ибо «здесь», на земле, для них нет никакой надежды [Афонина 2012: там же]. Добро, справедливость, красота и свобода, - вот что считают истинно драгоценным и Юстес, и его новая подруга, и дети Пэвенси, и Полли, и профессор Кёрк. Но земную реальность нельзя изменить так, чтобы эти ценности стали в ней главными. Это тоже хорошо осознают все главные герои, да и сам Льюис явно не верит, что подобное преображение повседневной действительности реально возможно. А если так, то и жизнь в подобном мире не стоит ценить слишком высоко. Сказанное объясняет, почему для «друзей Нарнии» на протяжении всей своей (пусть и недолгой) жизни оказывается так важно возвращаться к опыту приключений в Другом Мире и обсуждать его. «Нарнийцы» навсегда остаются друзьями, которых объединяет только имодним известная тайна. Такимобразом,

взгляднаповседневностьбольшинстваперсонажей цикла повторяетвзгляд льюисовский:«нарнийцы» предпочитают противопоставлять себя несправедливости, которая их окружает, и никак не стремятся влиться в окружающее их общество, зато сами предпочитают всегда держаться вместе.

Итак, описанный Льюисом повседневный мир есть мир Англии рубежа веков. Временной отрезок, на протяжении которого разворачиваются события, охватывает период с конца 90х гг. XIX по начало 50х гг. ХХ вв. Как известно, это время радикальных перемен и сильнейшего духовного и культурного кризиса. Кроме того, именно на него приходятся обе мировые войны.

194

В интерпретации писателя мир повседневности - главным образом мир, где: 1) почти всё время льют дожди; 2) холодно, неуютно и безрадостно; 3) отсутствует яркость красок, свежесть и новизна; 4) практически невозможны по-настоящему глубокие, тёплые и искренние отношения между людьми (если они и встречаются, то это скорее исключение, нежели правило); 5) нет места фантазии, чуду и волшебству; 6) господствует озабоченность вопросами материального благосостояния; 7) нравственные ориентиры либо крайне «размыты», либо их вовсе нет. За всем этим просматривается совершенно конкретная авторская позиция - жёсткий критицизм по отношению к повседневной социально-бытовой и культурной реальности своего времени. Эту позицию так или иначе разделяет большинство льюисовских героев.

3.3.

<< | >>
Источник: РОДИНА МАРИЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА. МИФ И ЕГО ПОЭТИКА В ЦИКЛЕ К.С.ЛЬЮИСА «ХРОНИКИ НАРНИИ»: ПРОБЛЕМА ХУДОЖЕСТВЕННОЙФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ. 2015 {original}

Еще по теме Изображение повседневности в нарнийском цикле как показатель отношения к ней автора:

  1. Политика - это совокупность отношений определённого множества людей к государственной власти и связанных с ней отношений друг с другом.
  2. ПОВСЕДНЕВНОЕ СТАНОВИТСЯ ЕЩЕ БОЛЕЕ ПОВСЕДНЕВНЫМ
  3. 24. КАК ОБНАРУЖИТЬ ВОСЕМЬ ОШИБОК В ПОВСЕДНЕВНЫХ РАССУЖДЕНИЯХ
  4. Критика — сильная манипуляция. Как с ней уверенно справляться
  5. Глава VI* О ЖИЗНИ ХРИСТИАНИНА, И ПРЕЖДЕ ВСЕГО О ТОМ, КАК НАСТАВЛЯЕТ О НЕЙ СВЯТОЕ ПИСАНИЕ»
  6. МЕТОДИКА ИЗУЧЕНИЯ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТИ РАБОТЫ КАК ОДНОГО ИЗ ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО КЛИМАТА
  7. §1.1.1.5. Пятый вектор эволюции: ограничение физического насилия. Коэффициент кровопролитности как кросс-культурный показатель
  8. Педагогические технологии в текущем управленческом цикле
  9. Методическая работа на кафедре, цикле
  10. Глава 22 Благость Маркионова бога не является его природным свойством, ибо проявилась не сразу, как в ней возникла необходимость
  11. III. Общий взгляд на происхождение и развитие мнений относительно сущности души с некоторыми размышлениями о ней как о протяженной, хотя и нематериальной, субстанции
  12. 3.3. Коммуникативно-поведенческие установки учителя как показатель профессионально-личностной готовности к гуманистически-ориентированному полисубъектному взаимодействию в социально-образовательной среде
  13. РОДИНА МАРИЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА. МИФ И ЕГО ПОЭТИКА В ЦИКЛЕ К.С.ЛЬЮИСА «ХРОНИКИ НАРНИИ»: ПРОБЛЕМА ХУДОЖЕСТВЕННОЙФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ, 2015