<<
>>

Библейский эсхатологический миф в хронике «The Last ВаШе»/«Последняя битва»: с надеждой на новую жизнь

Основу названной сказочной повести составляет эсхатологический миф, изложенный в Евангелии, Апокалипсисе, а также в ряде ветхозаветных книг.

Сюжетно-фабульный уровень

Создавая заключительную хронику, Льюис почти буквально следует соответствующим библейским текстам: это и Евангелие,и Апокалипсис, и ряд ветхозаветных книг.

Так события в Нарнии «последних времён» во многом подобны тем, что описаны евангелистами Матфеем и Лукой, а также на страницах Книги Бытия и пророческих книгах Исайи и Иеремии.

Например, война Тархистана против Нарнии ассоциативно отсылает к евангельским пророчествам:«Восстанет народ на народ и царство на царство», «Ипопричинеумножениябеззакония, вомногихохладеетлюбовъ» [Новый Завет 1892: 275, 87]. Переосмысляя слова Иисуса, что Бог «пошлёт Ангелов Своих с трубою громогласною» [Новый Завет 1892: 89]созвать людей на Суд, писатель вводит образ Отца Времени, который трубит в рог, возвещая

конец истории. Христовопредупреждение, чтовтедни«солнцепомеркнет, илунанедастсветасвоего, извёздыспадутснеба» [Новый Завет 1892: 89/находитвыражениевкартинеиз 14-йглавы «Последнейбитвы»:

«Allthestarswerefalling: theseweredozens, andthenscores, andthenhundreds, tillitwaslikesilverrain: anditwentonandon» [Lewis 2011:

749/.«HetooktheSunandsqueezeditinhishand.

Andinstantlytherewastotaldarkness» [Lewis 2011: 749-750/. Евангелист Лука

пишет, чтона земле воцарится «уныние народов и недоумение», люди начнут искать смерти и «говорить горам: падитенанас! и холмам: покройте нас!» [Новый Завет 1892: 276] - столь же мрачныенастроения царят в Нарнии, оказавшейся под игом лже-Аслана: многим её жителям начинает казаться, что «if we had died before today we should have been happy» [Lewis 2011: 679/. Момент суда Аслана перекликается спритчей об отделении «овец от козлов» на Божьем Суде [Новый Завет 1892: 90-91/, хотя Аслан не выносит приговора тем, кто не сохранил ему верности.

Более того - он не произносит ни слова упрёка или осуждения в их адрес, да и вообще не произносит ни слова за всё время суда. Но представшие пред ним сами встают справа или слева от Льва в зависимости от своего внутреннего состояния: «And when some looked, the expression of their faces changed terribly - it was fear and hatred . And all the creatures who looked at Aslan in that way swerved to their right, his left, and disappeared into his huge black shadow, which streamed away to the left of the doorway. The children never saw them again. But the others looked in the face of Aslan and loved him, though some of them were very frightened at the same time. And all these came in at the Door, in on Aslan's right» [Lewis 2011: 751/. Здесь прослеживается намёк на идею, в соответствии с которойотнюдь не Бог отправляет человека на вечную муку, но сам он обрекает себя на страдание, отпадая от Творца по собственной воле. Об этом впоследствии Льюис скажет в «Размышлениях о псалмах»: «Когда же “рай” понимают не как единение с Богом, “ад” - не отвержение от Него, вера в будущую жизнь - злое суеверие. На одном его конце - пошлый хэппи-энд, на другом - кошмар, от которого люди сходили с ума или преследовали ближних» [Льюис 2011:45]. По его мысли, «врата ада заперты изнутри»[Льюис 1997:172], и разница в вечной участи людей будет зависеть не столько от любящего Бога, Который не может быть жесток к Своим созданиям, сколько от того, живёт ли в их сердцелюбовь или ненависть.

Далее рассмотрим аллюзии на некоторые ветхозаветные книги, которые также проявляются на уровне сюжета. Главным образом, это 14я глава повести, «NightFallsuponNarnia» / «Ночь падает на Нарнию», где повествуется об окончательном разрушении волшебного мира, ставшего жертвой злых сил.

Нарнию завоёвывает враждебный ей Тархистан, и она погибает. То, чтоотнеёостаётся, отданонарастерзаниемонстрам:

«TheDragonsandGiantLizardsnowhadNarniatothemselves. They went to and fro tearing up the trees by the roots and crunching them up».[Lewis 2011: 752].Развитиесобытий происходит по сценарию, описанному пророками Исаией и Иеремией:в Нарнии воистину наступает «день лютый», чтобы «сделать землю пустынею», «грудою развалин, жилищем шакалов, ужасом и посмеянием, без жителей, , землею сухою, степью, землею, где не живет ни один человек, и где не проходит сын человеческий» [Библия 2010: 942, 1062].Назначение чудовищ именно в этом - опустошить Нарнию, превратив её в «aworldofbarerockandearth», где ненайти не то что живого существа, а даже ни единого дерева, ни единой травинки (уже знакомый нам образ «бесплодной земли» из первой хроники): «Minutebyminutetheforestsdisappeared.

The whole country became bare and you could see all sorts of things about its shape - all the little humps and hollows which you had never noticed before.The grass died. .You could hardly believe that anything had ever lived there»[Lewis 2011: тамже]. Сделавсвоёстрашноедело, чудовищатакжеумирают:

«Themonstersthemselvesgrewoldandlaydownanddied»[Ibid].

Вэтотмоментстановитсяочевиднасвязьсвидением Иезекиля, описанным в 37й главе соответствующей книги, которому «по грандиозности и пугающему величию, возможно, нет равных ни в одной книге Библии» [Макчин: ttp://www.blagovestnik.org/books/00145.htm]. Далее скажем о нём чуть более подробно.

«Была на мне рука Господа, и Господь вывел меня духом, и поставил меня среди поля, и оно было полно костей, и обвел меня кругом около них, и вот весьма много их на поверхности поля»[Библия 2010:1132-1133],-так начинается рассказ пророка о ниспосланном ему откровении. Возможно, упомянутое поле было полем битвы,где произошло грандиозное сражение, в котором полегли тысячи людей, так что не осталось никого, кто бы мог похоронить их. «Сын человеческий! оживут ли кости сии?» - вопрошает пророка Вседержитель и далее повелевает обратиться к ним от Своего Имени: «И сказал мне: изреки пророчество на кости сии и скажи им: "кости сухие! слушайте слово Господне! Так говорит Господь Бог костям сим: вот, Я обложу вас жилами и выращу на вас плоть, и покрою вас кожею и введу в вас дух, - и оживете "»[Библия 2010:1133]. Сказанное немедленно исполняется.

Льюис же создаёт ситуацию, обратную библейской, так что происходит своего рода «переворачивание мифа» [Мелетинский 1998:428] и его превращение в антимиф, что намного усиливает трагическое звучание текста. Так, Иезекилево видение начинается с образов мрачных, жутких и даже вызывающих чувство омерзения (чего стоит один толькомомент, когда кости начинают соединяться и обрастать плотью, однако дух в них по-прежнему отсутствует, и взор пророкавынужден созерцать тысячи непогребенных тел) [Макчин: http://www.blagovestnik.org/books/00145.htm], однако завершение его являет нам торжество жизни. У Льюиса же всё оказывается с точностью до наоборот: в Старой Нарнии «последних времён» торжествуют силы смерти. Сравним:«Their flesh shrivelled up and the bones appeared: soon they were only huge skeletons that lay here and there on the dead rock, looking as if they had died thousands of years ago»w. «...исталисближатьсякости, костьскостьюсвоею. И видел я: и вот, жилы были на них, и плоть выросла, и кожа покрыла их сверху,, и вошел в них дух, - и они ожили, и стали на ноги свои - весьма, весьма великое полчище» [Lewis 2011:752],[Библия 2010: там же].Если пророк

подробно описывает воскрешение мёртвых, то английский писатель столь же последовательно показывает нам обратный процесс: чудища сначала старятся, затем испускают дух, после чего их плоть съеживается и отделяется от костей. Наконец на голой земле не остаётся ничего, кроме этих самых костей. Можно предположить, что и вид их подобен виду костей, представших взору Иезекиля. Вновь сравним: «asiftheyhaddiedthousandsofyearsago» и «и вот они весьма сухи»- в обоих случаях нам дают понять, чтосмерть настиглаих обладателей ужедавно. Разница лишь в том, что Льюис более конкретен в указании временного промежутка:«thousandsofyearsago» - «тысячи лет назад», в то время как в библейском тексте такого рода уточнения отсутствуют.

Итогданачинаетсяпоследнийактвселенскойтрагедии. Огромная стена морской воды обрушивается на опустошённую землю, погребая скопившееся на ней зло: «Itwasafoamingwallofwater. The sea was rising. . You could see all the rivers getting wider and the lakes getting larger, and separate lakes joining into one, and valleys turning into new lakes, and hills turning into islands, and then those islands vanishing. And the high moors to their left and the higher mountains to their right crumbled and slipped down with a roar and a splash into the mounting water; the waters met the sky»[Lewis 2011: 753].Здесь несомненна связь с повествованием о Потопе, которому посвящены 6-7 гл. Книги Бытия, где рассказывается о том, как было стёрто с лица земли искажённое грехом и оборвавшее свою изначальную связь с божественными принципами творение. Сама ритмико-синтаксическая организация текста в данном случае теснейшим образом сближает его с библейской тональностью.

Как известно, в число важнейших ритмико-синтаксических особенностей текстов Св. Писания входят повторы, создающие т.н. «эффект самоперевода», когда несколько раз передаётся один и тот же смысл (как, например, в этом случае:«И лишилась жизни всякая плоть, движущаяся по земле, и птицы, и скоты, и звери, и все гады, ползающие по земле, и все люди; все, что имело дыхание духа жизни в ноздрях своих на суше, умерло. Истребилось всякое

существо, которое было на поверхности земли; от человека до 96

скота») [Библия 2010: 40] .благодаря чему достигаетсяполная его

экспликация;параллельныеконструкции и полисиндетон («в сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились; и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей. И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом; на пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись горы») [там же]. Их сочетание создаёт совершенно особую ритмомелодию библейской прозы.

Эти же особенности характеризуют ритмическую организацию текста Льюиса.Здесь мы находим всё те же повторы (лексический и синтаксический),полисиндетон и параллелизм, с помощью которых создаётся ритмомелодия, крайне близкая к библейской. Примечательно, что появляется она именно в момент окончательной гибели Нарнии; такпроисходит эмоциональное вхождение читателя в ритмику священного текста, призванное обеспечить его глубинную связьс текстом льюисовским.

Своеобразие предложенной Льюисом художественной интерпретации библейского повествования о Потопе проявляется следующим образом:

1. Библейский водный апокалипсис не ставит последней точки в истории человечества - скорее, он знаменует некий рубеж, за которым прекращается существование одного и следует появление другого людского рода [Элиаде 2010: 62]. У Льюиса же видим окончательное погружение Нарнии в воду, что на символическом уровне знаменует возвращение в холод и тьму первобытного Хаоса ив терминологии Н. Фрая определяется как «фаза тьмы, зимы и распада (разложения)» [Матвеева 2012: 143]. И за этим погружением отнюдь не следует возрождения - мир Старой Нарнии уходит навсегда, он более «не заселится никогда, и в роды родов не будет жителей в нем»[Библия 2010: 954]. Не менее интересно и то, что гибель Старой Нарнии связана не только с водами потопа, но и с неким музыкальным началом[Матвеева 2012: там же]: вызванная к жизни божественной песней Аслана, она разрушается мелодией «ofastrange, deadlybeauty», которую издаёт рог Отца Времени, чего нет в Библии.

97

2. Новая Нарния, куда сразу после катастрофы переносятся персонажи, не

возникает на руинах прежней: в самый последний момент выясняется, что она «hasalwaysbeenhereandalwayswillbehere». Форма PresentPerfect глагола «tobe», имеющая временной акцент «до настоящего момента», и следующая за ней форма FutureIndefinite этого же глагола, указывающая на неопределённоебудущее,создают впечатление, будто в Новой Нарнии прошлое, настоящее и будущее сливаются, и само время, в котором что-то рождается, а что-то уходит, здесь отсутствует. Инымисловами, НоваяНарния - иная, высшаяреальность, чтовомного

разпревосходитреальностьпогибшейНарнии (« Thenewonewasadeepercountry: everyrockandflowerandbladeofgrasslookedasifitmeantmore»[Lewis2011: 760]); это качественноновоесостояниебытия; царствоВечности,

которомуникогданебудетконца.

3. Новое человечество, родоначальником которого становится спасшийся

от потопа Ной, как это выясняется в дальнейшем, оказывается ничем не лучше истреблённого водами смерти. Потомки спасённого праведника продолжают творить зло [Акимов 2005: 147], болеть и умирать. У Льюиса же не происходит ничего подобного. Во-первых, открывшаяся персонажам страна с чудесными цветами и зелёными горами оказывается страной, главные отличительные черты которой составляют вечная красота, бесконечная радость, любовь и мир; местом, где сохраняется лучшее, что когда-либо было не только в Нарнии, но и на земле, и в Других Мирах. «”Why” exclaimed Peter. "It's England. And that's the house itself - Professor Kirk's old home in the country where all our adventures began!” "I thought that house had been destroyed,” said Edmund. ”So it was,” said the Faun. "But you are now looking at the England within England, the real England just as this is the real Narnia”»[Lewis 2011: 766].Во-вторых, жителями этой Нарнии становятся не все, а только чистые и избранные, те, что не только не творили зла, но и всячески с ним боролись как внутри, так и вокруг себя, и победили. ВНовойНарниивстречаютсявселюбящиедругдругасоздания,

какнарнийцы, такилюди, «сыныАдамаидочериЕвы»,

98

«andtherewasgreetingandkissingandhand-shakingandoldjokesrevived»[Lewis

havebeendrawnmtotherealNarniathroughtheDoor»[maM же: 759]и что все

ихдрузья, окоторыхони знали, чтотеумерли, непогибли, носталиреальнее, чемкогда-либо [Петерсон 2011: 302], инаходятсясреди счастливыхсозданий, заполнившихбезвременноекоролевствоАслана.

Уровень персонажей

Центральной фигурой библейского эсхатологического мифа является фигура Антихриста, господство которого придётся на эпоху, предшествующую Второму Пришествию Христа. Согласно текстам Писания, она будет отмечена «полным отрицанием общественных, моральных и религиозных ценностей» [Элиаде 2010: 73], а потому в определённом смысле равнозначна возвращению к Хаосу. Эта эпоха и наступает в Нарнии, где роль Антихриста отведена Обезьяну по имени «Shift». Он и становится виновником катастрофы(о чём свидетельствует семантика его имени: «shift» -«изменение, сдвиг» [АРС 2003: 677]), спровоцировав «смену курса», радикальный «сдвиг», ассоциируемый с изменой своему предназначению и по сути своей равнозначный космической катастрофе: «It is as if the sun rose one day and were a black sun. .Or as if you drank water and it were dry water» [Lewis 2011:682]. Символично использование в данном случае оксюморонных сочетаний «a black sun» и «dry water»: вводя зловещие образы «чёрного солнца» и «сухой воды», писатель даёт понять, что речь идёт о некой аномалии, потрясшей сами основы мироздания.Читатель осознаёт, какой мрак сгустился в душе нарнийцев с приходом к власти самозваного «Аслана»: для них это полный крах надежд, разрыв с изначальной гармонией жизни и более того - с самой жизнью.

Анализ других дефиниций имени Обезьянавскрывает такие черты героя, каклживость, лицемерие и изворотливость, т.к. значение существительного «shift» - ещё и «an ingenious or devious device or strategem» [OED 2011: 1642], «хитрость, уловка» [АРС 2003: 677], «искусно продуманный и реализованный

нечестным путём план», аглагол «to shift» переводится как «изворачиваться, юлить». Именноэтим и занимается персонаж Льюиса на протяжении повести: надев на ослика львиную шкуру, Обезьян заставляет его изображать Аслана и правит страной, а точнее - творит произвол, прикрываясь именем Льва. Так выдаёт себя за Творца вселенной описанный в Апокалипсисе «человек греха».При этом он панически боится любых вопросов со стороны нарнийцев, а когда те стараются вызвать его на откровенный разговор, он тут же пресекает эти попытки. Кроме того, обезьяний облик сближает героя с «князем тьмы» - несомненно, Льюисубыло известно изречение Бл. Августина «Дьявол есть обезьяна Бога», ибо плодит зло и искажает замысел Творцаподобно тому, как Тот творит добро.

На ложь Обезьяна, как и на обман Антихриста, жители реагируют по- разному. Одни открыто становятся на его сторону, и среди них мы видим Тисрока, тархистанцев и предателя Рыжего. Другие оказываются жертвами собственного легковерия и неразумия. К ним относитсябольшая часть говорящих зверей и иных существ, которые на протяжении долгого времени не подозревают о том, что их целенаправленно вводят в заблуждение, а лишь недоумевают, чем бы они могли прогневать Великого Льва, что он стал к ним столь безжалостен. Не находя видимых тому причин, они пытаются объяснить это тем, что «Aslan is not a tame lion»,а следовательно, волен делать всё, что пожелает.Встретив со стороны Хитра жёсткую отповедь в ответ на просьбу разрешить импобеседовать с Асланом лицом к лицу,нарнийцы оказываютсянастолькозапуганыисбитыстолку, чтоуженевсостояниипонять, комуверить. Эта группа персонажей в основном молча страдает и терпит.

В этой ситуации своеобразным «гласом Истины» становится кентавр Roonwit (Руномудр), который предстаёткакмыслитель и прорицатель, подобный ветхозаветным пророкам, так часто обличавшим и увещевавшим свой народ от имени Всевышнего за отступление от заветов Яхве и служение ложным богам. Согласно Писанию, «в последние дни» эта миссия будет возложена на Еноха и Илию,но к их словам прислушаются немногие, и в конце«зверь, выходящий

из бездны, сразится с ними, и победит их и убьет их. . И живущие на земле будут радоваться сему и веселиться»[Новый Завет 1892: 810-811]. Нечто подобное происходит и с Руномудром. Когда к власти приходит Обезьян, онединственный оказывается способен уидеть истинное положение вещей («somegreatevilhangsoverNarnia») и делает всё, чтобы предотвратить беду. Прежде всего, кентаврпредупреждает короля Тириана, чтобы тот не верил слухам о возвращении Аслана, ибо «thestarssay nothingofthecomingofAslan, norofpeace, norofjoy. I know by my art that there have not been such disastrous conjunctions of the planets for five hundred years» [Lewis 2011: 676]. Какибиблейскиепророки, Руномудруверен,

чтовечнаяистинапокоитсянаНебесах(«thereareliarsonearth,•

therearenoneamongthestars»), азначит, доверятьможнолишьим,

иникомудругому. Именно в этой верности кроется подлинный источник мудрости персонажа, но ни король, ни остальные жители Нарнии не внемлют его предостережениям. И, подобно ветхозаветным провидцам, претерпевавшим мученическую кончину за свою преданность Богу и Его слову, претерпевает её и герой Льюиса: он умирает на поле боя в разгар «последней битвы» между силами добра и зла. Его последние слова - слова о том, что «nobledeathisatreasurewhichno-oneistoopoortobuy», которые, будучи выстраданы всей жизнью этого благородного существа, подводят её окончательный итог.

Уровень идей

И библейские эсхатологические повествования, и повествование Льюиса характеризует наличие этиологического смысла [Акимов 2005:146]: в том и в другом случае причиной катастрофы становится повсеместное и во всём торжество зла над добром (как и в рассмотренном выше мифе Гесиода). Но в льюисовском тексте мы находим несколько иную расстановку акцентов: если в Библии мир истребляется суровым приговором Божьего Суда («И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, , ибо Я раскаялся, что создал их») [Библия 2010: 39], то в «Последней битве»мотив возмездия свыше отсутствует. У Льюиса к трагической развязке приводит сама

ситуация тупика, в котором оказались нарнийцы и из которого большинство из них не смогли выбраться, когда вера жителей в Аслана смениласьпоклонением лже-Льву, смешанным с культом Таш враждебного нарнийцам Тархистана («TheCalormenesusedifferentwordsbutweallmeanthesamething. Tash and Aslan are only two different names for you know Who. . TashisAslan: AslanisTash»), ивстраневоцарился «жуткийпризрак “Ташлана”, подделка,

укравшаяуАсланаимяивтиснувшаяеговкличкувосточнойбогини» [Кураев 1991: 500], требующейчеловеческихжертв: «”AndAslan“-“Tashlan, fool,"

whisperedRishdaTarkaan » [Lewis 2011:722]. Т акписательизобразил

«религиозныйсинкретизм», ставший одной из реалий современного ему мира, который, по его мысли, являет собой главный признак «последних времен». У общества, поражённого этим недугом, нет будущего, полагает Льюис. Именно поэтому, а вовсе не из-за гнева Аслана, Нарния оказывается

обречена.Неслучайно и разбушевавшееся море в конце обрушивается на уже мёртвую, пустую землю.

Нофинал «Последней битвы», при всём обилии описанных в ней ужасов, радостен: пережив гибель Нарнии прежней, лучшие герои вступают в Нарнию Новую, в мир, преображённый и «восстановленный в своей изначальной славе» [Элиаде 2010: 73], и в глазах автора «Хроник...» это оказывается важнее всех предыдущих страданий и смертей. Такая расстановка акцентов аналогична содержащейся в текстах Писания, где на первый план выступает пришествие и торжество Бога в мире, а не бедствия, его предварявшие, на что красноречивее всего указывает финал «Откровения Св.Иоанна»: эта книга завершается отнюдь не надгробным плачем [Кураев 1991: там же], - напротив, её венчает торжественное описание «нового неба и новой земли», где «смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет»,за которым следует ликующее «Ей, гряди, Господи Иисусе!»[Новый Завет 1892: 833-834, 838]. Так и Льюис запрещает своим героям оплакивать Нарнию («You need not mourn over Narnia, Lucy» [Lewis 2011: 759]) - именно потому, что «прежнее прошло». Так возникает ещё один маркер, указывающий на глубинную связь текста хроники с соответствующими священными текстами.

...Как известно, ситуация, сложившаяся на рубеже XIX-ХХвв., стала ситуацией глобального «человеческого кризиса», когдана волю вырвались «такие демонические силы злобы и ненависти, подспудно всегдапребывающие в сознании человека, которые могут в одночасье покончитьс человеком и со всем живым на земле»[Губин, Некрасова 2000: 5]. ХХв. таким образом превратил «абстрактную возможность смерти (самоубийства)человечества - в возможность предельно реальную..Человечество действительно оказалось перед выбороммежду жизнью и смертью, подойдя к пределу пределов, к порогу: впервыеоно как род стало практически смертным в условиях ядерной,экологической и террористической угроз»[Карякин 2009: 11]. Это чувство «кризисности, непрочности бытия человека и общества», стремление «наделить смыслом события современности, поместив их в эсхатологический контекст» [Желтикова, Гусев 2011: 22], заглянуть за черту видимого и хотя бы в малой степени проникнуть в тайну смерти, вызвали к жизни и жуткий образ Чарна, и описание «Последней битвы» между силами добра и зла. Идеи возрождения после смерти и победы над ней в конце времён, характерные для мифологии в целом и выступающие сердцевиной христианского мировоззрения в частности, особым образом осмысляются и преломляются в повестях Льюиса, где чувство надежды на новую жизнь и «выход современной цивилизации из кризиса, который вызванразрушением и утратой значимости фундаментальных принциповчеловеческого бытия», связанное «с обретениемподлинного смысла исторического существования, осуществлениемчеловеком своего предназначения» [там же], в итоге одерживает верх над пессимизмом и унынием. Именно таково назначение эсхатологических мифов - гесиодовского и библейского - в структуре «Племянника чародея» и «Последней битвы».

Рассмотрев подробно льюисовскую эсхатологию, мы перейдём к другим типам мифологических повествований.

2.4.

<< | >>
Источник: РОДИНА МАРИЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА. МИФ И ЕГО ПОЭТИКА В ЦИКЛЕ К.С.ЛЬЮИСА «ХРОНИКИ НАРНИИ»: ПРОБЛЕМА ХУДОЖЕСТВЕННОЙФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ. 2015

Еще по теме Библейский эсхатологический миф в хронике «The Last ВаШе»/«Последняя битва»: с надеждой на новую жизнь:

  1. МАРКСИЗМ (СОЦИАЛИЗМ): ЭСХАТОЛОГИЧЕСКИЙ МИФ
  2. Библейский миф и наука
  3. СТАРОСТА ТЕРЯЕТ ПОСЛЕДНЮЮ НАДЕЖДУ
  4. 16. Последняя битва Корнилова
  5. РОДИНА МАРИЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА. МИФ И ЕГО ПОЭТИКА В ЦИКЛЕ К.С.ЛЬЮИСА «ХРОНИКИ НАРНИИ»: ПРОБЛЕМА ХУДОЖЕСТВЕННОЙФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ, 2015
  6. Шемшук В. А.. НАШИ ПРЕДКИ. Жизнь и гибель трёх последних цивилизаций., 1996
  7. «ГОЛУБАЯ КРОВЬ» - ПОСЛЕДНИЙ АКТ ТРАГЕДИИ НАУКИ В СССР, ИЛИ ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ ПРОФЕССОРА Ф.Ф.БЕЛОЯРЦЕВА
  8. IV. Эсхатологическое учение об искуплении
  9. Эсхатологическое учение
  10. Духовное развитие и эсхатологическая проблема
  11. Может быть, Вы больше, чем Ваше тело?
  12. Принимает ли ваше сознание такое объяснение механизмов обучения?
  13. VI. ПРОРЫВ В НОВУЮ ЗЕМЛЮ (І926—1927)
  14. 49. Создал ли марксизм новую философскую ан гропологию ?
  15. Как представлять новую информацию
  16. 56 Последние дни: последнее учение
  17. Библейские императивы
  18. Читатель. Вы описываете нам вовсе не Ренуара, а ваше представление о нем. Автор. Разумеется, История — жанр преимущественно субъективный.
  19. БИБЛЕЙСКАЯ КРИТИКА