<<
>>

Оптимизм и пессимизм.

По отношению к ценностным перспективам бытия человечества возможны две позиции — оптимизма и пессимизма. Оптимизм характеризует уверенность в успешной реализации смысла истории, заключающейся в торжестве социальной гармонии.
Истоки оптимизма и образ смысла истории, по С. Грофу, восходят к первой базовой перинатальной матрице, которая создает имманентный опыт гармонии отношений со средой. Интересно сравнить эти идеи с тем, что в исторической телеологии М. М. Бахтин обнаруживал феномен «исторической инверсии»: «Сущность такой инверсии сводится к тому, что мифологическое и художественное мышление локализует в прошлом такие категории, как цель, идеал, справедливость, совершенство, гармоническое состояние человека и общества и т. п. Мифы о рае, о золотом веке, о героическом веке, о древней правде; более поздние представления о естественном состоянии, о естественных прирожденных правах и др. — являются выражением этой исторической инверсии. Определяя ее несколько упрощенно, можно сказать, что здесь изображается как уже бывшее в прошлом то, что на самом деле может быть или должно быть осуществлено только в будущем, что, по существу, является целью, долженствованием, а отнюдь не действительностью прошлого»183. Все эти мифы о «золотом веке», с одной стороны, являются отражением памяти о внутриутробной гармонии, с другой — мечтами о возвращении в будущем такой гармонии. По словам Достоевского, «золотой век — мечта самая невероятная из всех, какие были, но за которую люди отдавали всю жизнь свою и все свои силы, для которой умирали и убивались пророки, без которой народы не хотят жить и не могут даже и умереть»184.

В конце XX века все более явственно ощущается духовный кризис общества, в немалой степени связанный с вопросом о смысле истории. В докладе «Пределы роста» Римскому клубу Денис Медоуз и его соавторы зафиксировали важнейшие проблемы современного общества: «Нищета среди богатства, деградация окружающей среды, потеря доверия к социальным институтам, неконтролируемая урбанизация, неустойчивая занятость, отчуждение молодежи, распад традиционных ценностей, инфляция и затруднения в экономической и финансовой сфе-

п

ре» .

Американский социолог Г. Адаме подчеркивал, что «с 1800 по 1900 г. мир не удвоил и не утроил свое движение, но по любым принятым в науке меркам — будь то лошадиные силы, калории, вольты, масса любой формы — и напряжение, и вибрация, и объем, и т. п. прогресс общества был в 1900 г., пожалуй, в 1000 раз больше, чем в 1800»185. В связи с ускорением темпов развития жизнь стремительно ускользает в буду щее. Как писал А. Тоффлер, человеческая цивилизация насчитывает примерно 50 тысяч лет. Если принять средний возраст человека в 62 года, то за эти годы на земле сменилось около 800 поколений, из которых 650 ютились в пещерах и шалашах, 730 не знали письменности, а 794 — печатного слова. Электромоторами пользовались два последних, а наши современники создали больше материальных ценностей, чем все предшествующие поколения. Экстраполирование в будущее этого убыстряющегося темпа развития человечества создает «шок от будущего»1 По Тоффлеру, основные ценности индустриального общества следующие: —

большинство людей хотят от жизни одного и того же, главной целью является экономический успех; —

чем больше фирма, тем больший доход она приносит; —

главными факторами производства являются труд, сырье и капитал, а не земля; —

производство стандартизованных товаров и услуг более эффективно, чем ручное шту чное производство; —

наиболее эффективной организацией является бюрократия; —

прогрессу способствует стандартизация производства.

В супериндустриальном обществе происходит существенный сдвиг ценностей: —

в связи с удовлетворением базовых потребностей снижается эффективность экономических стимулов; —

возникают количественные ограничения для фирм; —

возрастает ценность информации по сравнению с землей, трудом, сырьем и капиталом; —

на смену массовому стандартизованному производству приходят индивидуальные продукты потребления и услуги; —

вместо бюрократии большей эффективностью обладают временные организационные формы, способные принимать нестандартные, творческие решения; —

развитие технологии не совпадает с прогрессом и не гарантирует его; —

людей привлекает работа, позволяющая свободу действий и самореализацию186.

Смысл истории многогранен, для отдельного человека он воплощается в задаче идентификации себя с тем прошлым, которое определило его сущность как самоценного индивида и составной части различ- ных групп (этноса, нации и др.)187. Метафорой такого осмысления истории является «зеркало», глядя в которое человек пытается рассмотреть себя и то, что за его спиной.

Смысл истории — это, как говорил Ильин, вопрос веры.

Крушение социалистической мономифологической картины мира, очевидное для абсолютного большинства граждан России, создало предпосылки для возникновения новой мифологии. Под «новой мифологией» здесь понимается не только новая парадигма осмысления целей и смыслов жизни, но и новая картина мира настоящего и будущего, новое отношение к времени. Термин «мифология» здесь является амбивалентным указателем на позитивные перспективы, обнадеживающие историческое движение, на конечную фальсифицируемость парадигмальной концепции в духе Поппера.

Зачем создается миф? Чтобы освоить мир в его коллизиях, овладеть ситуацией дискомфорта, чтобы превратить неизвестную, пугающую напряженность ожидания в простую и понятну ю надежду и мобилизовать силы на достижение намеченной цели. Таким образом, смысл истории всегда мифологичен, то есть имеет значимость лишь в определенной мифологической системе ценностей. Такова гегелевская телеология Абсолютного Духа или Абсолютного Разума, у Ницше — самореализация свободного сверхчеловека, у Соловьева — путь от Богочеловека Христа до Богочеловечества, у Даниила Андреева — формирование общечеловеческого братства и одухотворение природы, социалистическая мифология — реализация коммунизма как «светлой мечты» человечества о социальной гармонии.

В телеологии истории необходимо выделить два аспекта: во-первых, функциональная доминанта бытия и деятельности человека как антиэн- ропийного, организующего и упорядочивающего космос фактора направлена на континуальную открытость в вечность; во-вторых, общество в целом и его отдельные части осуществляют ценностное прогнозирование и дискретное осмысление истории в виде субъективно обозримых временных этапов, оформляя их в символические мифологические концепции.

<< | >>
Источник: В. М. ПИВОЕВ. Философия смысла, или Телеология / В. М. Пивоев; ПетрГУ. — Петрозаводск. — 114 с.. 2004 {original}

Еще по теме Оптимизм и пессимизм.:

  1. Баланс «ОПТИМИЗМ — пессимизм»
  2. «ПОДРЫВНЫЕ» ИНСТИТУТЫ В РОССИИ: ПЕССИМИЗМ, ОПТИМИЗМ ИЛИ РЕАЛИЗМ?
  3. 2.3.6. Идея прогресса в XVIII веке: оптимизм (Ж.А. Кондорсе) и пессимизм (Ж.-Ж. Руссо)
  4. ЗА ЧЕМ НУЖЕН ПЕССИМИЗМ?
  5. ГЛАВА 13 ПОМОГИТЕ СВОЕМУ РЕБЕНКУ ИЗБЕЖАТЬ ПЕССИМИЗМА
  6. ГЛАВА 4 ПРЕДЕЛЬНЫЙ ПЕССИМИЗМ
  7. ВЫЗЫВАЕТ ЛИ ПЕССИМИЗМ ДЕПРЕССИЮ?
  8. ГИБКИЙ ОПТИМИЗМ
  9. ТЕОРИЯ ОПТИМИЗМА М. СЕЛИГМАНА
  10. ТРИ ГРАНИ ОПТИМИЗМА
  11. 4. Пессимизм и безнадежность
  12. Учиться оптимизму
  13. ПЕССИМИЗМ, ДУРНОЕ ЗДОРОВЬЕ И РАК
  14. КАК НАУЧИТЬСЯ ОПТИМИЗМУ
  15. 6.7. ОПТИМИСТИЧЕСКИЙ ПЕССИМИЗМ
  16. РУКОВОДСТВО ПО ПОЛЬЗОВАНИЮ ОПТИМИЗМОМ
  17. ОПТИМИЗМ И ЩОРОВЬЕ
  18. Причины, порождающие пессимизм
  19. Часть 3 ИЗМЕНИМ СЕБЯ: ОТ ПЕССИМИЗМА КОШММИЗМУ
  20. ОПТИМИЗМ И БОЛЕЕ ЗДОРОВАЯ ЖИЗНЬ