<<
>>

§ 1. Богоискательство как социально-политическое явление

«Новое религиозное сознание» лишь у истоков несло на себе печать замкнутости и кружковщины. Очень скоро оно стало воспринимать себя не как связанное с какими-либо университетско-академическими потребностями и кругами, не как философскую школу или направление, а в качестве выразителя духовного состояния общества, его самочувствия и самосознания, его здоровья и болезни одновременно.

Разными путями приходили к «духовному ренессансу» его многочисленные и непохожие друг на друга представители. «Новое религиозное сознание» объединило в себе людей, пришедших, во-первых, от неославянофильства и консерватизма (В. Розанов), во-вторых, от декадентства и мелкобуржуазной революционности (Д. Мережковский, Н. Минский, Д. Философов), в-третьих, от легального марксизма», неокантианства и буржуазно-демократического либерализма (С. Булгаков, Н. Бер-

* В атеистической и религиоведческой литературе для характеристики религиозно-модернистских течений в русском православии начала XX в. (в котором внецерковную линию реформаторства составляли главным образом богоискатели) приняты такие понятия, как «новоправославие» и «неохристианство».

17

дяев, С. Франк). «Новое религиозное сознание», или богоискательство, — сложное и противоречивое образование не только потому, что в него входили люди, стоявшие на различных социально-политических позициях и выражавшие интересы разнородных социальных групп и сословий эксплуататорской России, но и потому, что это течение с момента своего зарождения до упадка проделало определенную внутреннюю эволюцию. Вначале Мережковский и Розанов возглавили соответственно левый и правый социально-политические фланги «нового религиозного сознания». Вакуум в центре вскоре (к 1905 г.) заполнили бывшие «легальные марксисты» Булгаков, Бердяев, Франк и др.

Рассматриваемое религиозно-философское течение с самого начала было явлением одновременно буржуазного и помещичьего сознания. Оно было буржуазным в том смысле, что отражало определенные религиозно-реформаторские настроения мелкой буржуазии и заключало в себе отдельные идеи анархизма и либерального народничества. Их представителем и выразителем в религиозной публицистике явился Д. Мережковский. Помещичьим, «докапиталистическим» это течение было постольку, поскольку к нему принадлежал В. Розанов, откровенный защитник самодержавия, консерватор патриархально-феодального типа. В дальнейшем социально-политическое и классовое представительство «нового религиозного сознания» было осложнено вхождением в него довольно влиятельной группы либерально-буржуазных мыслителей (Булгаков, Бердяев и др.), которые самим вхождением в это течение мировоззренчески и идеологи чески завершили переход с неокантианско-ревизионистских и буржуазно-демократических позиций периода их принадлежности к «легальному марксизму» второй половины 90-х годов к религиозной философии и кадетскому либерализму. Иными словами, если до этого они выступали как представители «критического» направления в русской социал-демократии и потому рассматривались Лениным как ревизионисты марксизма в теории оппортунисты бернштейнианского типа на практике, то к началу 900-х годов философы этой группы превратились в открытых либералов, врагов марксистской революционной теории. «...У русской социал-демократии этого периода, — писал В. И. Ленин, в частности, о предысто-

18

рии центристского (буржуазно-либерального) направления богоискательства, — стал ломаться голос, стал звучать фальшью, — с одной стороны, в произведениях гг. Струве и Прокоповича, Булгакова и Бердяева, с другой стороны — у В. Ина и Р. М., у Б. Кричевского и Мартынова. ...Социал-демократизм принижался до тред-юнионизма и брентанистами легальной и хвостистами нелегальной литературы» (2, 6, 181—182).

Наиболее неустойчивой и текучей была собственно либерально-буржуазная группировка «нового религиозного сознания». В силу своей общей политической нестабильности она особенно чутко реагировала на приливы и отливы классовой борьбы, на сдвиги в общественной жизни России. Как справедливо заметил Н. И. Бочкарев в исследовании «В. И. Ленин и буржуазная социология в России», «либеральное движение катилось волнами» (29, 5). Идеологические колебания и идейные превращения русских либералов были достаточно сложными. Только за один период — вторая половина 90-х — начало 900-х годов — рассматриваемая линия либерализма прошла стадии «легального марксизма», «освобожденства» и кадетизма. Причем перед революцией 1905 г. здесь имеют место оппозиционные веяния и попытки заигрывания с либеральным народничеством. «Идейные вожди буржуазии, — пишет Н. И. Бочкарев, — выдавали себя за народников и социалистов. Пестрая оболочка из идей социализма, народничества должна была создать иллюзию выражения интересов широких масс» (там же, 16). Одним из проявлений указанной тенденции были многочисленные публикации Булгакова в 1903—1905 гг., в которых он пытался примирить народничество и марксизм под сенью либерализма. «...Русским Мильеранам, — замечал В. И. Ленин по поводу таких явлений, — хочется приравнять буржуазное реформаторство к социализму...» (2, 8, 79). Другим проявлением сближения буржуазного либерализма с идеями мелкобуржуазной интеллигенции было влияние лозунгов «религиозного анархизма» и «религиозного народничества» Мережковского на социально-философские воззрения Бердяева (см. 10). Поворотным пунктом от буржуазного демократизма к контрреволюционности и консерватизму стала для либералов-богоискателей революция 1905—1907 гг., после поражения которой они — теперь уже навсегда — встали

19

в оппозицию к революционно-демократическим традициям русской общественно-политической мысли и впоследствии все глубже увязали в болоте консерватизма и контрреволюционности. Эта стадия в эволюции буржуазно-либерального ядра «нового религиозного сознания» была отмечена сборником статей «Вехи», написанным Булгаковым, Бердяевым, Франком, Струве и др. ««Вехи», — писал В. И. Ленин, — крупнейшие вехи на пути полнейшего разрыва русского кадетизма и русского либерализма вообще с русским освободительным движением, со всеми его основными задачами, со всеми его коренными традициями» (2, 19, 168). Резкому поправению «нового религиозного сознания» после первой русской революции соответствовало и стремление его либеральных представителей отмежеваться от народничества. В. И. Ленин отметил эту характерную черту богоискательско-веховских идеологов: «...в данное время либеральной буржуазии в России страшно и ненавистно не столько социалистическое движение рабочего класса в России, сколько демократическое движение и рабочих и крестьян, т. е. страшно и ненавистно то, что есть общего у народничества и марксизма, их защита демократии путем обращения к массам» (там же, 172).

Таким образом, при оценке социально-политического и классового смысла «нового религиозного сознания» невозможно ограничиться однозначными определениями, так как в нем присутствовали и буржуазно-демократические, и либеральные, и консервативные тенденции, нередко маскируемые «социалистическими» заявлениями. И лишь в конечном счете контрреволюционность и консерватизм победили в богоискательском сознании, подавив его остальные идеологические компоненты. В целом такая трансформация либерализма в консерватизм, и на этой почве слияние изначально консервативной составляющей богоискательства с либеральной, соответствовала процессам объективного классового сближения охранительно-консервативных сил самодержавия с буржуазно-оппозиционными для борьбы с революцией и крепнущим классовым союзом пролетариата и крестьянства. Как и большинство идейных движений в России этого периода, новое философское направление формировалось и распространялось весьма быстрыми темпами. Но как скоротечно оно сложилось, так же скоротечно и разло-

20

жилось, просуществовав в качестве «духовного возрождения» менее двух десятилетий, т. е. с конца 90-х годов о начала первой мировой войны.

21

<< | >>
Источник: В.А.Кувакин. Религиозная философия в России. НАЧАЛО XX ВЕКА. 1980

Еще по теме § 1. Богоискательство как социально-политическое явление:

  1. § 1. РЕЛИГИЯ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ
  2. Постмодернизм как социальное явление
  3. Культура как социальное явление, ее структура и формы
  4. ЛЕКЦИЯ № 10. Культура как социальное явление
  5. Познание как социальное явление и творческий процесс
  6. Глава IX. Греческий полис как социально-политический организ
  7. Образование как общественное явление и как педагогический процесс
  8. ГЛАВА II СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ
  9. 45. Право как явление цивилизации и культуры. Свобода, справедливость и формальное равенство как основание права.
  10. Социальные явления
  11. § 3. Социальные группы и народ как объекты политической мифологии и субъекты Верховной Власти традиционного общества
  12. § 1. Природа социального явления
  13. § 1. Государство – сложное и исторически развивающееся общественно-политическое явление
  14. ОПИСАНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ ЯВЛЕНИЙ
  15. II. Факторы Социальных явлений
  16. § 2. ПРЕДВИДЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ ЯВЛЕНИЙ