<<
>>

Франкфуртская философско-социологическая школа и социальные концепции современного леворадикального движения

Идеи и концепции представителей Франкфуртской фило- софско-социологической школы, в первую очередь «критическая теория» общества, концепции «негативной диалектики» и «великого отказа», утопия об «умиротворенном существовании», занимают важное место в современной идеологической борьбе между мировыми системами социализма и капитализма и составляют значительный идейно-теоретический арсенал буржуазной идеологии и ревизионизма. И это не случайно. Сформулированная и аргументированная Т. Адорно, М.

Хоркхаймером, Г. Маркузе, Ю. Хабермасом и другими «критическая теория» общества, выражающая, протест против любого социального статус-кво, используется для критики как капитализма, так и реально существующего социализма. Вместе с тем она может быть интерпретирована и в качестве мнимой альтернативы марксизму, причем одновременно как с правых, так и с «левых» позиций. Поэтому социальная теория Франкфуртской школы импонирует самым разным течениям: от буржуазной общественной мысли вплоть до правого и «левого» ревизионизма. Такому широкому распространению идей Франкфуртской школы способствовала и проделанная представителями этой «школы» за последние 50 лет сложная эволюция (в целом приведшая к утрате прогрессивных демократических мотивов и к усилению реакционных, антисоциалистических, антикоммунистических тенденций), в которой находят теоретические аргументы как те> кто покинул почву марксизма, так и те, чье мировоззрение, ориентируясь на прогрессивные силы, развивается, пусть порой непоследовательно, в направлении марксизма. Одновременно идеи Франкфуртской школы оказались притягательными и для мелкобуржуазного радикализма, стремящегося «революционизировать» марксизм в соответствии со своими установками. Это особенно отчетливо проявилось в современном леворадикальном движении молодежи и интеллигенции на Западе. Дело, разумеется, не в прямой, непосредственной связи (хотя и таковая существует) между теорией «негативной диалектики», исповедуемой представителями Франкфуртской школы, и практическими формами сегодняшнего мелкобуржуазного «великого отказа» бунтующих «интеллектуалов». М. Хоркхаймер, например, отвечая на вопрос о связи его идей с леворадикальным движением, в частности с выступлениями молодежи, совершенно определенно отрицал ее. «Я не думаю,— сказал он,— что есть непосредственная связь. Молодежное движение глобально, и оно есть там, где моих книг не читали» К И это утверждение в известной степени верно. Действительно, леворадикальное движение протеста глобально, охватывает обширные регионы капиталистического мира, и многие его участники не знают трудов ни Адорно, ни Хоркхаймера, ни Маркузе, ни других представителей «школы». Однако объективно их концепции оказали и продолжают оказывать большое воздействие на формирование идей современного мелкобуржуазного радикализма.

Дело заключается не в персональном влиянии того или иного буржуазного или мелкобуржуазного социолога; идеи, которые он проповедует, «витая в воздухе» духовной атмосферы буржуазного общества, могут восприниматься и без какой-либо ассоциации с именем того или иного мыслителя. Так в известной степени и обстоит дело с влиянием Франкфуртской школы на леворадикальное движение интеллигенции и молодежи в современном капиталистическом обществе. Именно объективное совпадение противоречивых умонастроений мелкобуржуазного радикализма, охвативших в 60-х годах широкие слои бунтующей молодежи и интеллигенции, со взглядами и идеями представителей Франкфуртской школы, которые уже с 20-х годов нашего века были неотъемлемым компонентом идейной атмосферы капитали- стического общества, и обусловило последующее влияние философских и социологических концепций «франкфуртских» теоретиков на леворадикальное движение.

В значительной степени воздействие Франкфуртской школы на современное леворадикальное движение можно объяснить и тем, что многие участники этого движения, в силу своего социального происхождения и положения знакомые с марксизмом-ленинизмом порой крайне поверхностно, по работам тех же «франкфуртцев» или буржуазных марксологов, отвергают марксистско-ленинское учение как якобы «ортодоксальное», «догматическое», игнорирующее проблему человека, не учитываю- щее-де происшедших в современном мире социальных изменений и т.

д. Господство государственно-монополистического капитализма, систематически ведущаяся антикоммунистическая пропаганда не в меньшей степени способствуют закреплению этого положения. В результате для формирования своих убеждений и обоснования своих целей «левые» радикалы чаще всего обращаются к идеям тех буржуазных и мелкобуржуазных теоретиков и общественных деятелей, которые резко критикуют аморальность, негуманность современного капиталистического общества. Это Р. Миллс и Д. Рисмэн, Ф. Фанон и Р. Дебре, идеологи экзистенциализма А. Камю и Ж.-П. Сартр и прежде всего представители Франкфуртской школы К

Они дали бунтующей молодежи и интеллигенции теоретическое обоснование их претензий на ведущую роль в революционном движении и вооружили достаточно полно сформулированной концепцией социальной критики современного капиталистического общества, которая вместе с тем претендует быть идеологией «третьего пути». Поэтому «критическая теория» общества в определенной мере стала выражением «революционного» сознания участников леворадикального движения.

Представители этого движения, выступающие против буржуазного «истеблишмента», но вследствие определенных исторических обстоятельств не готовые к восприятию марксизма377, нашли в «критической теории» и «великом отказе» определенные теоретические и идеологические основания для своего политического нонконформизма и борьбы против «индустриального общества».

Леворадикальные круги интеллигенции и молодежи особенно легко восприняли и усвоили идеи Франкфуртской школы об авторитарном и тоталитарном характере современного «индустриального общества»; о господстве «технической рациональности», якобы лишающей промышленное производство гуманных целей и потому придающей ему, а вслед за ним и обществу в целом иррациональный характер; об извращении и нивелировке сознания людей; о мнимой неспособности рабочего класса к борьбе за революционные социальные преобразования; о «новом сознании» и «умиротворенном обществе» и т. п. Им особенно импонировал призыв к силам «интеллектуального ниспровержения» как к последнему заслону на пути «надвигающегося варварства».

К тому же представители Франкфуртской школы выступили с претензией быть «интеллектуальной совестью» «левых» и, подобно многим либеральным теоретикам, провозгласили себя приверженцами «истинного марксизма», «неомарксистами», «преодолевшими» крайности материализма и идеализма и «развивающими» учение Маркса применительно к изменившейся социальной реальности. В действительности «неомарксисты» фальсифицировали марксизм, «интегрируя» его в современные буржуазные философские течения (неофрейдизм, экзистенциализм, антропологию). Поскольку в удушающей атмосфере государственно-монополистического капитализма они все же выражали критическое отношение к капиталистическому обществу, их концепции и взгляды, фактически основанные на ложных теоретических посылках, смогли выступить в качестве теоретического рупора демократической, антимонополистической борьбы и даже сыграть роль катализатора движения протеста.

целого социального слоя. Речь идет о той части новой, особенно представленной интеллектуалами сферы мелкой буржуазии, которая сознает, что она живет в исторически безвыходном положении, но все же не готова еще полностью и безоговорочно перейти на позиции социалистического рабочего движения. Оставаясь между фронтами, она предпочитает оправдывать эту свою позицию утонченным аитисоциализмом» («Die «Frankfurter Schule» im Lichte des Marxismus. Zur Kritik der Philosophie und Soziologie von Horkheimer, Adorno, Marcuse, Habermas».

Frankfurt a.M., 1970, S. 99).

Воспринимая революционную теорию марксизма в трактовке франкфуртских теоретиков, многие представители леворадикального движения, даже в том случае, когда они сами непосредственно обращаются к произведениям классиков марксизма, интерпретируют марксизм крайне субъективистски и односторонне. Для обоснования своей антиимпериалистической программы они берут у Маркса главным образом нравственный аспект критики капитализма, извращая или вообще игнорируя лежащие в ее основе научный социально-экономический анализ и классовый подход. Подобная позиция, естественно, еще больше сближает представления мелкобуржуазных радикалов с лишенными четкого классового содержания и программы социологическими и морально-этическими категориями «критической теории» и тем самым еще сильнее усугубляет их зависимость в целом от философских и социальных концепций Франкфуртской школы.

Важное значение имеет, несомненно, и тот факт, что в прошлом некоторые представители Франкфуртской школы находились в оппозиции (хотя и в значительной степени пассивной) к фашизму. Это, безусловно, способствует их популярности в современном леворадикальном движении. Кроме того, многие из них политически и морально поддерживают это движение, сознательно противопоставляют его «старым левым» — рабочему движению, руководимому коммунистическими партиями; провозглашают левых радикалов единственной силой, способной «во всех странах мира» оказать сопротивление «современному бюрократическому и потребительскому обществу»; подчеркивают, что связывают-де свои надежды на защиту идеалов разума, свободы и справедливости лишь с «новыми левыми».

Разумеется, влияние и авторитет ведущих идеологов Франкфуртской школы в леворадикальных кругах молодежи, интеллигенции различны. Это обусловлено тем, что, несмотря на тождественность в целом позиций представителей Франкфуртской школы в понимании актуальных проблем философии, диалектики, их более или менее совпадающих характеристик марксизма, рабочего движения, государственно-монополистического капитализма и реального социализма, их практическая направленность, их политическое содержание неодинаковы.

Основатели «школы» М. Хоркхаймер и Т. Адорно в сущности не выходили за рамки либеральной критики буржуазного общества и культуры. Они по сути дела никогда не понимали и не признавали исторической миссии рабочего класса. Анализ реальных социально-экономических отношений, объективных закономерностей общественного развития, классовых антагонизмов они подменяли субъективно-этическими декларациями; вместо конкретного человека определенной общественно-экономической формации конструировали внеисторический, схематичный образ «человека вообще». Если до второй мировой войны Т. Адорно и М. Хоркхаймер еще верили в возможность преобразования «негуманных» общественных отношений и свои надежды связывали с «критически мыслящими» буржуазными интеллектуалами, то после войны вера в разум, просвещение, гуманность человечества оказалась в их глазах окончательно уничтоженной в фашистских лагерях смерти. Единственным уделом носителей «критической мысли» осталось только одно — тотальное неприятие всего существующего.

В результате «критическая теория» общества наиболее отчетливо и рельефно демонстрирует свой глубокий пессимизм и отчаяние; более того, у М. Хоркхаймера критика капиталистического общества по существу превратилась в религиозные заклинания378. Интеллектуальный академизм Адорно и фактически религиозный мистицизм Хоркхаймера вызывают резкую критику со стороны многих участников леворадикального движения, которые решительно отвергают абстрактное философствование первого и веру в существование трансцендентной справедливости второго, оценивая их как искажение подлинного смысла и сущности «критической теории».

Наиболее влиятельным из франкфуртских теоретиков в леворадикальных кругах стал Г. Маркузе. В отличие от Адорно и Хоркхаймера он более оптимистично (хотя и ему присущи фаталистические тенденции) смотрит на проблему эмансипации индивидов в современном обществе, считает, что позиция «великого отказа» по отношению к «индустриальному обществу» является эффективной. В глазах участников леворадикального движения протеста маркузеанский вариант концепции «критической теории» общества предстает как наиболее обоснованный «благодаря использованию им большого социологического материала. Кроме того, он излагает свби взгляды более популярно и доступно, без того сухого и высокомерного схематизма, которым «страдают» работы Т. Адорно и М. Хоркхаймера. Главное, что обусловливает влияние Г. Маркузе среди молодой буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции,— это то, что он не только теоретик, но также сторонник активных политических действий, причем в их экстремистском, волюнтаристском варианте 379.

Большим влиянием среди «новых левых», особенно в либеральных кругах оппозиционной интеллигенции, пользуется также Ю. Хабермас, который даже более оптимистично, чем Г. Маркузе, подходит к проблеме эмансипации современного общества, видя ее в политическом просвещении масс, в широких политических дискуссиях, а также надеется (в отличие от Г. Маркузе) на эмансипирующую роль науки и техники в современном обществе. В связи с этим он отверг и осудил вытекающие из позиции «великого отказа» «активистские акции» леворадикальной молодежи и студенчества, их ставку на «прямые» стихийные и насильственные выступления.

Правда, это вызвало со стороны многих групп протестующей молодежи, студенчества резкую критику «радикального реформизма» Ю. Хабермаса380. Однако его анализ современного капиталистического общества, трактовка причин социальных конфликтов, критика марксизма и реального социализма, бесспорно, по-прежнему принимаются многими участниками леворадикального движения. Именно поэтому, безусловно, необходимо исследование идейного влияния представителей Франк- «фуртской школы на идеологию и политическую линию современного мелкобуржуазного радикализма.

Рост радикальных настроений среди самых различных непролетарских социальных слоев стал важным фактором идейной и политической жизни современного капиталистического общества. Наряду с рабочим классом, всеми трудящимися в антимонополистическую борьбу втягиваются широкие массы так называемых средних слоев, среди которых, несмотря на отсутствие единства, все больше растет понимание жизненной важности борьбы за общедемократические требования.

Эта тенденция особенно отчетливо проявляется сегодня в леворадикальном движении интеллигенции, молодежи, составляющем важное звено в широком антиимпериалистическом наступлении.

Каковы же причины резкого возрастания социальной активности интеллигенции, студенчества, молодежи? Что их объединяет в выступлениях против современного буржуазного общества? Объективный анализ убедительно свидетельствует, что коренная причина леворадикального движения заключается прежде всего в изменении их социального положения. В прошлом студенчество (как и интеллигенция в целом) было небольшим социальным слоем, связанным с капиталистической элитой и по своему происхождению, и по своей будущей социальной роли. В современных условиях правящие круги не могут рекрутировать интеллигенцию только из своих собственных рядов; потребность современного капиталистического общества в интеллигенции удовлетворяется по необходимости за счет широких «средних слоев», мелкой буржуазии, служащих и даже представителей рабочего класса.

Но, расширяя армию лиц умственного труда, капитализм подвергает эксплуатации и умственные способности человека, превращает научного работника в узкого, «частичного» специалиста, становящегося своего рода «винтиком» производственного и общественного механизма государственно-монополистического капитализма, и тем самым открывает для больших групп интеллигенции единственную перспективу — переход в ряды «умственного пролетариата», так сказать, из «предбуржуазии» в «предпролетариат».

Важным фактором, обусловившим леворадикальное движение протеста в 60-х годах, явилось также, с одной стороны, резкое усиление авторитарных, антидемократических тенденций внутри капиталистических стран, наступление правящих кругов на социальные и гражданские права широких масс населения, а с другой — империалистическая внешняя политика, прежде всего США.

Разумеется, леворадикальное движение в отдельных странах и регионах мира имеет свои специфические осо- бенности, которые порой носят весьма существенный характер. Например, в США оно развивалось под знаком ожесточенной борьбы негритянского населения и представителей других угнетенных национальных групп против расовой дискриминации, за свои гражданские права и приобрело особую остроту в связи с агрессивной войной американского империализма во Вьетнаме. В ряде других стран (Западная Германия, Франция, Италия) главной причиной развертывания леворадикального движения послужили выступления интеллигенции, студенчества против отсталой, консервативной системы высшего образования, все более не удовлетворяющей демократическим требованиям. Борьба за искоренение недостатков, присущих системе высшего образования капиталистических стран, в значительной степени содействовала пониманию того факта, что академические проблемы современного вуза в действительности отражают неразрешенные и неразрешимые проблемы капиталистического общества в целом.

Кроме того, особенности выступлений леворадикальных групп в отдельных капиталистических странах обусловлены также взаимодействием таких объективных условий и субъективных факторов, как разная степень остроты противоречий между трудящимися и буржуазией* организованности и классовой сознательности пролетариата, влияния и авторитета коммунистических и рабочих партий. Так, в ряде западноевропейских стран, где действуют массовые рабочие партии, возглавляющие оппозиционные силы, значительная часть интеллигенции^ молодежи, пробуждавшихся к политической активности» вовлекалась непосредственно в борьбу на стороне рабочего класса.

В таких странах, как Англия и ФРГ, где руководство- социал-демократических партий проводит оппортунистический, реформистский курс, в леворадикальном движении с самого начала проявилось сильное стремление к выработке «самостоятельной» идейно-политической платформы, вне рамок рабочего движения и даже в противовес ему. Стремление создать особое «новое левое» движение проявила и определенная часть студенчества и интеллигенции во Франции, Италии и других странах Западной Европы. Но в отличие от США, ФРГ и Англии во Франции и Италии тактика и лозунги «новых левых» оказали меньшее влияние, поскольку широкие массы тру- дящихся этих стран были уже вовлечены в мощное антиимпериалистическое .движение, возглавляемое коммунистическими партиями и потому имевшее эффективную стратегию и тактику, четкие и действенные программы и лозунги борьбы. Однако при всем своеобразии в разных странах причины леворадикального движения протеста в основе своей сходны. Этот вывод со всей ясностью и определенностью был сформулирован в Итоговом документе Совещания коммунистических и рабочих партий в Москве (1969 г.): «В нашу эпоху, когда наука превращается в непосредственную производительную силу, интеллигенция все больше пополняет ряды работников наемного труда. Ее социальные интересы переплетаются с интересами рабочего класса, ее творческие устремления сталкиваются с интересами хозяев-монополистов, для которых прибыль превыше всего... Кризис буржуазной идеологии и притягательная сила социализма способст вуют вступлению интеллигенции на путь антиимпериалистической борьбы» 1. Реальная действительность убедительно подтверждает этот вывод коммунистических и рабочих партий. Леворадикальное движение — конкретное, наглядное свидетельство обострения в условиях государственно-монополистического капитализма всех социальных противоречий и расширения на этой основе масштабов антиимпериалистической, антимонополистической борьбы, вовлечения в нее все более широких, в том числе непролетарских, слоев населения.

<< | >>
Источник: Бессонов Б.Н. . Социальная философия Франкфуртской школы (Критические очерки) М., «Мысль»; Прага, «Свобода». - 359 с. . 1975

Еще по теме Франкфуртская философско-социологическая школа и социальные концепции современного леворадикального движения:

  1. Социальная философия Франкфуртской школы и современный философский ревизионизм
  2. История развития основных идей Франкфуртской философско-социологической школы
  3. Философско-социологическая концепция религии
  4. Философско-социологическая концепция морали
  5. Франкфуртская школа
  6. 4. Франкфуртская школа
  7. Франкфуртская школа: критика тоталитаризма
  8. 4.1. Философские, психологические и социологические основания теории социальной работы
  9. Глава10.ФРАНКФУРТСКАЯ ШКОЛА
  10. Телеологические концепции в современной науке. Антропный принцип и его философские истолкования