<<
>>

IV. H аучн Мито с odicm н универсум Аристотепя Щ,

Основоположный принцип эвдемонизма невозможен без понимания взаимодействия обоих этих факторов. Не менее важна и огромная осведомленность Стагирита в политической структуре древнегреческих полисов (как известно, в Ликее были изучены 158 их конституций).

Экономическая сторона, если не основа общественно-государственной жизни не раз подчеркнута автором * Политики» и « Этики».

«Без предметов первой необходимости. — читаем мы в первой из них (1, И 4), — нельзя не только хорошо жить, но и вообще жить». Аристотель настойчиво подчеркивает ЄСЛІЄСЯІДЄЙЯОСЯІЬ происхождения полиса, в сущности полностью освободившись в своем понимании от мифологических ассоциаций. И здесь он руководствуется триадной схемой и телеологической методологией. Элементарную клеточку человеческого общения Стагирит видит в семье (включающей и рабов), которая, разрастаясь, становится селением, союзное объединение их образует полис, город-государство. Именно оно составляет высшую цель, последнюю энтелехию человека как общественного существа. Хотя исторически, как здесь предполагается, государство возникает последним, но принципиально, методологически оно важнее индивида, от которого Стагирит отправляется. «Первичным по природе является государство по сравнению с семьей и каждым из нас ведь необходимо чтобы целое предшествовало части» (Политика, I, ] 10|.

Однако принципиальная первичность государства как института целостности в отношении составляющих его индивидов не должна быть чрезмерным единством, как бы растворяющим их без остатка. Именно так трактует Аристотель платоновский проект идеального государства, ибо чрезмерное усиление такого единства, вытекающее из жесткости этого проекта, превратило бы полис в какое-то несуразное образование, в котором исчезла бы личностная жизнь. В действительности, не раз подчеркивает Стагирит. государство — это единство в многообразии его различных элементов, важнейшим из коих является именно человеческая индивидуальность.

Раскрывая утопизм платоновского («сократовского») проекта. Аристотель усматривает его прежде всего в отсутствии частной собственности — определяющем устое сугубой коллективности этого проекта Неискоренимое себялюбие человеческого существа неотделимо от обладания собственностью, ибо «-люди заботятся всего более о том. что принадлежит .лично им* менее заботятся они о том, что является общим, или заботятся в той мере, в какой это касается каждого» (там же, II, 1 10>. Общность собственности относительна, частность же ее по сути абсолютна. Автор «Политики», можно сказать, поет гимн частной собственности, ибо «трудно выразить словами, сколько наслаждения в сознании того, что нечто принадлежит тебег ведь свойственное каждому чувство любви к самому себе не случайно, но внедрено в нас самой природой» (Политика, II, И 4).

Совершенно несостоятельно, по убеждению Аристотеля, и предлагаемое в платоновском проекте устранение индивидуальной семьи, заменяемое неким коллективным отцовством-материнством и таковым же и даже более неопределенным состоянием «ничьих» детей.

Все это 177 просто невыполнимо, утопично уже потому, что насильственно разрушает природно-кровную близость людей [которую не удастся полностью утаить ни от родителей, ни от их детейТакое разрушение природных связей отрицательно д.\я морального благополучия людей, о:Ведь лучше быть двоюродным братом в собственном смысле, чем сыном» в смысле платоновского проекта [там же, Л, II 12).

Моральное здоровье и тем более совершенство «обшников (komonoi) одного государства» (II II 12) может и должно быть достигнуто на основе его реальных свойств и особенностей. Различие между утопистом Платоном и реалистом Аристотелем в особенности проявляется в их трактовке едва ли не самой общей морально-этической категории — категории слрсшедлидости.

У Платона, как мы видели ока выступала как весьма абстрактный итог «правильного» устройства идеального государства, где все его «общники» выполняют те обязанности и тот труд, которые определяются интеллектуальными свойствами, укорененными в их душах. Аристотель тоже глубоко осознал всеобщее стремление к справедливости (правосудности — dikaiosyne) как выражение морально-социальной устойчивости государственного организма. Моральная сторона этого сверхширокого понятия с необходимостью переплетена здесь с юридической и экономической.

Справедливость порождается процессом многообразного обмена и выступает как уравнивающая |направите,\ьная — to diortotikon), ибо здесь господствуют отношения пропорциональности, приравнивающие самую разнообразную деятельность субъектов общественного разделения труда. Середина в торговых сделках реализуется между «больше:: и «меньше». В уравнивающей справедливости Аристотеля заключена идея абстрактного труда, разработанная политэкономами нового времени (в особенности Марксом!. Она выражена Стагиритом через осознание роли монетных денег как меры оценки стоимости товаров, фиксируемой государственным законом |монета —nomisma —от слова monnos — закон).

В этом контексте Аристотель также выявляет свою моральную позицию. Он считает совершенно необходимым использование денег для приобретения потребительских благ, количество которых всегда имеет те или иные пределы. Здесь деньги используются экономически, для ведения хозяйства (в этом и ближайший смысл данного грекоязычного термина). Однако использование денег открывает возможности в принципе безграничного накопления богатств, ростовщичества — так называемая хрелгашисяшка, резко осуждаемая Аристотелем. Она выявляет ненасытность человеческой порочности, ибо г!вожделения людей по природе беспредельны, а в удовлетворении этих вожделений и проходит жизнь большинства людей» (Политика. II, [V 11|. Такова печальная картина далеко зашедшей уже индивидуалистической дезинтеграции полиса.

Другая разновидность справедливости — распределяющая [to dianemetikonK В обществе социального и интеллектуального неравенства, в распределении различных благ она с необходимостью ориен- тирована на качественность заслуги, достоинство, положение того или иного лица. И в этой связи Аристотель трактует формы государственного устройства в различных древнегреческих полисах.

Форма как основоположное понятие философии Аристотеля, его метафизики первостепенна и для его трактовки государственного общежития. Его содержание многообразно, но в особенности оно определяется характером, воспитанием граждан государства. ««Ведь воспитание должно соответствовать каждому государственному строю; свойственный каждому государственному строю характер обыкновенно служит и сохранению строя и с самого начала, его установлению» (Политика, VIII, I 1). Материей же государства следует признать присущие ему экономические отношения.

Формы государственного правления в различных полисах определяются конкретно историческими, географическими и другими условиями в особенности соотношением богатых, зажиточных и бедных граждан. В своей классификации государственных форм Аристотель исходит, во-первых, из числа и качества правителей и во-вторых — из того, в чьих интересах осуществляется их правление. Он различает при этом формы «правильные», в которых оно осуществляется в интересах большинства граждан, и «неправильные», где правители озабочены прежде всего собственным благополучием.

Монархия — древнейшая форма первого рода. Ее вырождение в силу ряда условий приводит к установлению произвола тирании. Вслед за Платоном и Аристотель крайне отрицательно — с мотивами ненависти — характеризует это обычно насильственно возникающее правление, имевшее место в Афинах и в других древнегреческих полисах. Аристократия — правление лучших (морально и интеллектуально) в интересах большинства граждан. Когда же правителями становятся наиболее богатые, которых обычно немного, и они озабочены главным образом собственным благополучием, устанавливается олигархия. Третьей, правильной формой, не идеальной, но лучшей из возможных, является полития. о которой скажем ниже. Обычная же форма власти в полисах — демократия, господство большинства, в принципе, в интересах большинства. Обобщающим движущим принципом аристократии служит добродетель, олигархии — богатство, а демократии — свобода. Ее отрицательность выражается в неустойчивости при этом строе порядков и законов государства. Но демократия и олигархия — наиболее распространенные формы полисного устройства (хотя немало и всякого рода переходных}.

Недостатки демократии и олигархии преодолеваются в лолшэт и и (politeia — государственное устройство). Если в демократии правит обычно неимущее большинство то в политии это большинство правит в силу своего небольшого имущественного ценза. При этом в составе граждан преобладают среднезажиточные, а богачи и бедняки с о с та вля ют дв а менее значительных по своей численности слоя. Здесь происходит как бы сочетание демократии с олигархией. Методологическая идея триадности и роли в ней среднего звена, играющего первостепенную роль в этической доктрине Стагирита, осмысливает теперь понимание лучшей из возмож- 179

ных политико-экономических форм. «Усредненность» по,\итии выражается в примирении в ней принципов свободы, богатства и добродетели. Господство законности определяет максимальную устойчивость полиса. Добродетель дружбы (philial, столь ценная в частной жизни, в условиях поли ти и получает наибольшие возможности для распространения среди граждан, дополнительно способствуя крепости полиса.

Но полития. как констатирует сам автор «Политики» (II, IX 6 — 91 в современной ему Греции встречается редко. Существует мнение некоторых историков Античности, что Аристотель стремился внушить своему ученику Александру Македонскому, двинувшемуся на завоевание Ближнего Востока, идею организовать там полисы именно такого рода. Увы, эти завоевания открыли совсем другую эпоху в истории восточного Средиземноморья.

Возвращаясь к проблеме моральной обоснованности государственности, вытекающей из этической доктрины Аристотеля, можно констатировать, что все рассмотренные выше социально-экономические и политические устои полиса в различный мере отвечают — или противоречат — собственно этическим, нравственным принципам этой доктрины.

Но ее высшие, дианоэтические положения, как это ни парадоксально на первый взгляд, увязаны главным образом, если не исключительно, с убежденностью Аристотеля как идеолога рабовладения. Широко известна эта роль Стагирита, в частности, выраженная в слов ах. что «если бы ткацкие челноки сами ткали, а плектры сами играли на кифаре, тогда и зодчие не нуждались бы в работниках, а господам не нужны были бы рабы» (Политика І, II 5).

Исключительная ценность умственного труда в его высших философских проявлениях, от которых неотделимы дианоэтические добродетели, поставила огромную проблему досуга |to skhoLastikoo). Без труда рабов эта проблема в те тысячелетия была неразрешима. Причем этот труд — лишь частная и первостепенная разновидность физического труда вообще. Аристотель противопоставляет его. как деятельность л родугкт и в л ую (poietikel, деятельности аютшвнои (prakUkon), чисто умственной.

Характерно., что в силу такого противопоставления Аристотель склонен в политиях приблизить труд земледельцев, ремесленников и торговцев к труду рабов, сделав полноправЕіьши гражданами лишь воинов, правителей, судей, жрецов. Можно усмотреть здесь определенную перекличку — ссылки на примеры Египта и Крита — с раскритикованным им проектом идеального государства Платона. Но все же Аристотель мечтал о другом. Он был твердо убежден, что физический труд во всех его разновидностях требует сильных и развитых тел, каковыми обладают азиатские варвары. Греки же в принципе призванье к интеллектуальному руководству ими. В определенной мере такие идеи Стагирита получили свою реализацию в эллинистических монархиях, образовавшихся из огромной, аморфной и кратковременной империи Александра Македонского.

<< | >>
Источник: В.В. Соколов. Философия как история философии. — М.: Академический Проект. — 843 с. — (Фундаментальный учебник).. 2010

Еще по теме IV. H аучн Мито с odicm н универсум Аристотепя Щ,:

  1. ВВЕДЕНИЕ В МЕТАФИЗИКУ УНИВЕРСУМА И ТРАНСЦЕНДЕНТНОГО
  2. Универсум — это аспектон
  3. 2.5. Социализация человека на основе принципа минимального универсума
  4. РЕЛИГИЯ В СИСТЕМЕ КУЛЬТУРНОГО УНИВЕРСУМА
  5. IV. НАУЧНО-ФИЛОСОФСКИЙ УНИВЕРСУМ АРИСТОТЕЛЯ
  6. Философское представление о материальности и системная организация универсума
  7. Отражение как всеобщее свойство универсума. Проблема «опережающего отражения»
  8. В. П. Б Е Х. ЧЕЛОВЕК И ВСЕЛЕННАЯ, 1998
  9. Основные ПОНЯТИЯ и допущения логики предикатов
  10. Тема 12. Судові витрати
  11. Ф. Д. Шлейермахер О РЕЛИГИИ
  12. Основные законы логики предикатов
  13. Классы и парадоксы
  14. МИР КАК ПОЭМА И КАК РЕФЕРЕНТ 67
  15. 1. Религиозная философия