1.1.6. «Комментарий па “Книгу о причинах”»

Как мы уже отмечали выше, «платоническая линия» в ходе своего развития приходит к несколько парадоксальной ситуации: душа является бессмертной, поскольку она нетелесна, но действие души - одушевление тела, следовательно, бессмертие души требует одновременно и отторжения телесного от души, и связи души и тела.
Прокл пытается решить эту проблему при помощи введения некоего «тела души», однако такое решение совершенно не может удовлетворить Фому Аквинского, который резко отвергает гилеморфное строение души. Также Фому не удовлетворяют и другие элементы платоновской парадигмы психологии, которые служат основой для поздних учений об от- деленном от человека едином интеллекте или о множественности субстанциональных форм. Однако в целом парадоксальная кульминация «платонической аргументации» вызывает большой интерес у Фомы Аквинского, который обращается к анализу арабской платонической «Книги о причинах» и сопоставляет ее с «Первоосновами теологии» Прокла. Концепция души, представленная в этих трудах, оказывает некоторое влияние на томистскую концепцию. Liber de causis или иначе Liber Aristotelis de expo- sitione bonitatis purae создана неизвестным арабским автором (ок. IX в.) в виде откомментированных выдержек из «Первооснов теологии» Прокла213 и переведена на латинский неизвестным переводчиком (возможно, Ричардом из Кремоны, XII в.)2и. Она состоит из 32 положений, сопровожденных доказательствами или пояснениями. Первое серьезное влияние «Книги о причинах» обнаруживается в трудах Алана из Лилля, где она фигурирует под названием «Aphorismi de essentia summae bonitatis». Далее ее влияние неуклонно возрастает, и в конце концов она становится одной из основных книг учебного обихода213. «Книга о причинах» была для латинян основным прямым источником по неоплатонизму вплоть до перевода на латинский самих «Первооснов» Вильгельмом из Мёрбеке (1268). Основное сочинение Фомы, специально посвященное «Книге о причинах», - комментарий к ней, Super librum de causis expositio. Однако и сама книга цитируется во всех основных трудах Фомы - несколько сотен раз. «Комментарий» Фома строит следующим образом: в начале каждой лекции, число которых соответствует числу глав «Книги о причинах», дается положение из «Книги о причинах», кратко комментируемое, затем - соответствующее ему положение из Прокловых «Первооснов теологии», наконец - собственная трактовка Фомы, который рассматривает учение о причинах, как его понимали неоплатоники и «Книга о причинах», в свете аристотелевского учения о четырех причинах. В ходе анализа Фома выявляет различия в трактовках того или иного положения в «Книге о причинах» (представляющих собой довольно точный перевод Прокловых положений) и в пояснениях, данных самим Проклом; зачастую он подвергает критике как позицию автора «Книги», так и позицию Прокла. Вопрос об отношении души к вечности рассматривается во 2-й лекции. В «Книге о причинах» выделяются три рода наивысших причин: Бог, интеллигенция и душа. Этим трем родам причин соответствует три типа отношений с вечностью: «...всякое наиболее превосходное бытие есть или превосходящее вечность и до нее, или одновременно с вечностью, или после вечности и вне времени»210. Для постижения этого положения Фома считает нужным, во-первых, рассмотреть, что есть вечность, во-вторых, в каком смысле истинно вышеуказанное положение. Понятие вечности подразумевает отсутствие недостаточности или неограниченность: этимологически Фома возводит слово «вечное» (aeternum) к «существующему вне пределов» (extra terminos existens). Поскольку во всяком движении есть некоторая недостаточность (согласно «Физике» Аристотеля217), то истинная вечность также подразумевает неподвижность и отсут- ствие временной последовательности (происходящей, согласно «Физике»218, из движения).
Такая вечность приличествует только Богу, Который, как сущий, стоит до вечности; по отношению же к тому, что получает вечность от Бога, более верно говорить о «бесконечности времени» (aevum). Вторая ступень бытия, согласно «Книге о причинах», - интеллигенция, одновременная вечности, имеющая в вечности и сущность, и действие210. Третья ступень - душа, «после вечности и вне времени». В отличие от интеллигенции, она соприкасается с движением по своему действию220. Таким образом, душа как горизонт, «круг, замыкающий видение», является нижним пределом верхней сферы, но также и началом нижнего мира, предельной границей вечности и началом времени. Фома Аквинский указывает и на сходство этой концепции с концепцией христианского платоника Дионисия Арео- пагита, который в X главе трактата «О божественных именах» так рассуждает о природе вечности, причастного вечности и временного: «...если в Писании сказано: “Распахнитесь, врата вечные”, или что-нибудь подобное, это вовсе не означает, что все, называемое в нем совершенно нерожденным или вневременным, или действительно во всех отношениях вечно, или же нетленно, бессмертно и неизменно. Зачастую в Писании наименование “вечность” прилагается к самому изначальному, а иногда и вся совокупность нашего времени называется, опять-таки “вечность”, поскольку вечности присущи изначальность и неизменность, и вообще, вечность - это предел бытия. “Временем” же в нем называется то, что подлежит рождению и нетлению, изменению и перемене; однако в том же Писании утверждается, что мы, нынче ограниченные временем, можем стать причастными вечности, если достигнем нетленной и пребывающей постоянно са- мотождественной Вечности. А кроме того, в Писании иногда воспевается временная вечность и вечное время, хотя нам прекрасно известно, что более точным было бы называть вечным само бытие, а временным - все возникающее в бытии. Итак, не следует думать, будто все, называемое в Писании вечным, и в действительности совечно Богу, существовавшему прежде вечности, а потому, неизменно следуя священнейшему Писанию, будем воспринимать вечное и временное в соответствии с их свойствами, а то, что отчасти причастно вечности, отчасти - времени, будем считать как бы средним между становлением и бытием. Бога же мы будем славословить и как Вечность, и как Время, и как Причину любой вечности и любого времени, и как Старца, и как того, кто, пребывая прежде времени и по ту сторону времени, изменяет и время, и времена; опять-таки, как предвечный Владыка, он - предвечен и сверхвечен, и Царство его - Царство всех веков»221. Таким образом, Фома обнаруживает и в платонической линии определенные элементы, которые согласуются с его представлениями о душе. Стоит отметить, что в платонической линии требование мыслить душу в соотношении с телесным миром является следствием развития собственно платонической доктрины, а не влияния перипатетизма. Разумеется, влияние перипатетизма на неоплатонизм было достаточно велико, что позволяет многим исследователям определять неоплатонизм как «платонический аристотелизм» или «аристотелический платонизм», однако если брать конкретно учение о душе, то, как можно видеть, неоплатонизм остается приверженным ряду фундаментальных постулатов, которые оказываются противоположными аристотелевским, и моменты согласия обнаруживаются только там, где сама логика развития платонической аргументации доходит до своего предела.
<< | >>
Источник: К.В. Бандуровский. Бессмертие души в философии Фомы Аквинского. 2011

Еще по теме 1.1.6. «Комментарий па “Книгу о причинах”»:

  1. § 1. Типы богослужебных книг
  2. Пьер Байяр. Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали, 2016
  3. Указатель тибетских книг
  4. Из учебных книг О вселенной
  5. ПРИЛОЖЕНИЕ АННОТАЦИИ КНИГ
  6. ПРИЛОЖЕНИЕ АННОТАЦИИ КНИГ
  7. Список книг по теме: «Созидание добродетельного потомства»
  8. Список основных трудов (только книг) Г.А. Югая и о нем
  9. XIX век: чтение книг без оплаты — кража!
  10. СОВЕТЫ НИКОЛА ВАЛУА СВОИМ ДЕТЯМ Извлечения из « Пяти книг »