<<
>>

В. В. Бутнев НЕКОТОРЫЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ СУБЪЕКТИВНЫХ ПРАВ И ИНТЕРЕСОВ КОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ

Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (в дальнейшем — Основы)1 проводят классификацию юридических

3 См.: Осокина Г. Л. Право на защиту в исковом судопроизводстве.

Томск, 1990. С. 147.

4 Там же. С. 151.

1 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. № 26. Ст. 733.

лиц по различным основаниям. В зависимости от цели создания юридического лица они делятся на коммерческие и некоммерческие организации. Коммерческими организациями признаются юридические лица, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (п. 1 ст. 18 Основ). В то же время используемый Основами термин «коммерческие организации» допускает двоякую трактовку и в этом смысле оказывается менее точным, чем использованный ранее союзным законодательством термин «предприятие». С одной стороны, Основы понимают под коммерческими организациями предприятия (ч. 2 п. 2 ст. 11 Основ), с другой стороны — объединения предприятий (п. 2 ст. 18 Основ). С точки зрения законодательной техники от одного из этих значений термина, следовало бы отказаться. По нашему мнению, законодатель напрасно отказался от использования в Основах понятия предприятия. Признаки предприятия достаточно четко выделены в ст. 1 Закона СССР «О предприятиях в СССР»2. Это: 1) хозяйствующий субъект, действующий на принципах хозрасчета и преследующий цель извлечения прибыли; 2) обладающий правами юридического лица; 3) не имеющий в своем составе других юридических лиц3.

По меньшей мере неточным выглядит утверждение Е. А. Суханова о том, что не может быть признано юридическим лицом непосредственно предприятие без облечения его в форму какого-либо хозяйственного общества или товарищества, поскольку предприятия «по сути представляют собой сугубо производственно-технический механизм, предназначенный для чисто производственной, а не коммерческой деятельности.

С позиций же рыночной организации экономики они — не более чем имущественные комплексы, т. е. совокупности зданий, сооружений, оборудования, имущественных прав и обязанностей — объекты, а не субъекты права»4. Такой подход не только противоречит сложившейся в нашей стране доктрине юридического лица, но и лишает статуса юридического лица так называемые «монопредприятия», т. е. предприятия, образованные одним учредителем (государственным органом, гражданином, производственным кооперативом, общественным объединением и т. п.), а не в результате объединения нескольких лиц или капиталов. По нашему мнению, понятие «коммерческие организации» должно употребляться в качестве общего для обозначения предприятий и хозяйственных объединений предприятий. В свою очередь, каждое пред-

2 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 25. Ст. 460.

3 Менее точное определение предприятия, в котором, в частности, отсутствуют два последних признака, дает ,ст. 4 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. № 30. Ст. 418.

4 Суханов Е. Основы гражданского законодательства // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 10. С. 41.

приятие должно иметь свою организационно-правовую форму (монопредприятие, производственный кооператив, арендное предприятие, полное товарищество и т. п.).

При осуществлении хозяйственной деятельности коммерческие организации вступают в разнообразные правовые отношения различной отраслевой принадлежности: с органами государства, с собственником предприятия или уполномоченными им органами, со своими учредителями, с контрагентами, с работниками предприятия. Правовое регулирование этих общественных отношений имеет существенные различия в зависимости от формы собственности, на которой основана коммерческая организация, и ее организационно-правовой формы. Чрезвычайная сложность «правовой среды», в которой «живет» коммерческая организация, вызывает' многообразие конфликтов, участником которых она становится, многообразие поводов обращения в юрисдикционные органы за разрешением этих конфликтов.

Проблема защиты субъективных прав и интересов коммерческих организаций, сложная сама по себе, еще более усложняется нестабильностью и противоречивостью законодательства. Все это вызывает к жизни необходимость теоретического исследования механизма защиты субъективных прав и интересов коммерческих организаций.

Под механизмом защиты субъективных"-прав и интересов мы понимаем взятую в единстве систему правовых средств, при помощи которых обеспечивается восстановление нарушенных субъективных прав, защита охраняемых законом интересов, разрешение правовых споров и устранение иных препятствий в реализации субъективных прав. В самом общем виде такой механизм включает в себя охранительные нормы права, охранительные правоотношения, организационно-правовые формы реализации охранительных правоотношений, разновидностью которых выступают процессуальные формы5. В данной статье основное внимание уделено отражению процессуальной стороны механизма защиты в Основах гражданского законодательства. Однако, учитывая производность процессуальных аспектов защиты от материально-правовых, мы вынуждены при исследовании процессуальных проблем затрагивать и материально-правовые проблемы защиты.

Исследование процессуальных проблем защиты субъективных прав и интересов коммерческих организаций должно начинаться с уяснения органа, уполномоченного рассматривать дела с их участием. В качестве таких органов Основы упоминают суд и арбитражный суд. Так, отказ в государственной регистрации юридического лица может быть обжалован в суд или арбитражный суд (ч. 3 п. 3 ст. 13

5 Подробнее см.: Бутнев В. В. Понятие механизма защиты субъективных гражданских прав // Механизм защиты субъективных гражданских прав. Ярославль, 1990. С. 5—17.

Основ). Ликвидация юридического лица также возможна по решению суда или арбитражного суда (ст. 17 Основ). При этом Основы не устанавливают критериев разграничения судебной и арбитражной подведомственности, относя этот вопрос к компетенции республиканского законодателя.

Российское законодательство о собственности и предпринимательской деятельности давало основания сделать вывод о том, что будут сохранены и судебный, и арбитражный порядки рассмотрения споров с участием коммерческих организаций. Защита права собственности осуществляется судом, Государственным арбитражем или третейским судом (п. 4 ст. 30 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). При несогласии с решением о бесспорном взыскании задолженности перед государством собственник вправе обратиться с иском в суд или Государственный арбитраж (п. 4 ст. 8 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР». Предприятие имеет право обращаться в суд или Государственный арбитраж с заявлением о признании неправомерными и недействительными актов любых государственных органов и действий должностных лиц, касающихся предприятия. Споры о возмещении убытков, причиненных такими действиями, решаются судом или Государственным арбитражем в соответствии с их компетенцией (п. 2 ст. 20 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Во всех перечисленных и аналогичных им случаях законодатель предоставил возможность рассмотрения дела как в суде, так и в арбитраже. В то же время для решения наиболее важных, с точки зрения законодателя, вопросов устанавливалась исключительно судебная подведомственность. Так, по решению суда возмещается государством ущерб, причиненный собственнику преступлением (п. 3 ст. 30 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»), убытки, причиненные собственнику в результате принятия законодательных актов, прекращающих право собственности (п. 1 ст. 31 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»), признаются недействительными несоответствующие закону и нарушающие права собственника акты органов государственного управления или местных органов государственной власти (п. 1 ст. 32 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). Через суд взыскиваются в местный бюджет доходы, полученные от деятельности незарегистрированного предприятия (п. 1 ст. 34 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»), в суд обжалуется отказ в регистрации предприятия (п. 2 ст. 35 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»), суд признает недействительными учредительные документы и решение о создании предприятия (п. 3 ст. 37 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»).

Принятый позднее Закон РСФСР «Об арбитражном суде» пошел по другому пути, отнеся все споры, возникающие в процессе пред-

принимательской деятельности, к ведению арбитражного суда. Это относится не только к спорам, вытекающим из гражданских правоотношений (экономическим спорам), но и к спорам предпринимателей с государственными органами в сфере управления (ст. 1, 5, б Закона РСФСР «Об арбитражном суде»). Такое решение вопроса законодателем представляется сомнительным. В большинстве стран мира споры, возникающие из предпринимательской деятельности, как между физическими, так и между юридическими лицами, рассматриваются общими судами. Аналогичный порядок следовало бы установить и в Российской Федерации. Следует согласиться с высказанным мнением о том, что в настоящее время арбитражный процесс не может быть приравнен к судебной форме защиты права. Он не обеспечивает тех гарантий, которые характерны для гражданского судопроизводства, а организационно-правовые условия деятельности арбитража снижают доступность этого вида исковой формы защиты права6. Отнесение к ведению государственного арбитража хозяйственных споров между социалистическими организациями было оправданно в условиях господства государственной собственности, когда арбитраж рассматривался в качестве одного из органов управления государственной, а попутно и иной социалистической, собственностью. В настоящее время задача обеспечения равных условий защиты всех форм собственности может быть гораздо более успешно решена путем совершенствования общего порядка гражданского судопроизводства, нежели путем создания параллельной формы правосудия — арбитражного судопроизводства.

Закон об арбитражном суде введен в действие с 1 октября 1991 г., однако фактически не действует до сих пор7, поскольку система арбитражных судов не создана и не принято законодательство о порядке рассмотрения дел в арбитражном суде. Поэтому многие споры, отнесенные к ведению арбитражного суда, рассматриваются общими судами. Остановимся на отдельных процессуальных вопросах защиты прав и интересов коммерческих организаций.

Много сложных практических проблем возникает при создании предприятий. Отказ в государственной регистрации юридического лица, как уже говорилось выше, может быть обжалован в суд (п. 3 ст. 13 Основ, п. 2 ст. 35 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Эти нормы должны трактоваться расширительно в том смысле, что обжалован в суд может быть не только отказ в регистрации, но и непроизводство регистрации в установленный законом срок. (Такое правило закреплено п. 3 ст. 6 Закона СССР «О предприятиях в СССР».) Основы иначе, чем другие законодательные акты, решают вопрос о субъекте государственной

6 См.: Ганичева Е. С. Проблемы судебной защиты прав, связанных с деятельностью производственных кооперативов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1992. С. 12.

7 Статья поступила в редколлегию 5 марта 1992 г.

регистрации. Такая регистрация должна производиться в органах юстиции (п. 3 ст. 13 Основ). Статья 6 Закона СССР «О предприятиях в СССР» называет в качестве субъектов государственной регистрации предприятий исполкомы местных Советов народных депутатов, а п. 1 ст. 34 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» — местные Советы народных депутатов, тем самым допуская такую регистрацию как исполкомами местных Советов, так и их президиумами. Любое из этих решений имеет свои плюсы и минусы. Несомненно, однако, что законодатель должен устранить разнобой в правовом регулировании данного вопроса и установить единообразный порядок регистрации предприятий. На практике такая регистрация сейчас осуществляется местной администрацией.

От отказа в регистрации предприятия следует отличать отказ уполномоченного органа в создании предприятия. В соответствии с п. 1 ст. 13 Основ учредителями юридического лица могут быть собственники имущества либо уполномоченные ими органы или лица, а в случаях, специально предусмотренных законодательными актами, — иные организации или граждане. По решению собственника или уполномоченного им органа осуществляется также реорганизация и ликвидация юридического лица (ст. 16, п. 1 ст. 17 Основ). Российское законодательство наделяет трудовой коллектив государственного и муниципального предприятия значительными правами по созданию и реорганизации предприятия. Так, предприятие может быть учреждено либо по решению собственника имущества или уполномоченного им органа, либо ,по решению трудового коллектива государственного или муниципального предприятия в случаях и порядке, предусмотренных законодательными актами РСФСР (п. 1 ст. 33 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Трудовой коллектив государственного или муниципального предприятия совместно с учредителем утверждает устав предприятия, изменения и дополнения, вносимые в него (п. 3 ст. 32, п. 2 ст. 33 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Кроме того, трудовой коллектив такого предприятия вправе самостоятельно принимать решение о выделении из состава предприятия одного или нескольких структурных подразделений для создания нового предприятия, принимать решение о создании на основе трудового коллектива товарищества для перехода на аренду и выкупа предприятия (п. 3 ст. 32 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», п. 2 ст. 24 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). Практически для учреждения нового предприятия на основе решения трудового коллектива все равно требуется согласие уполномоченного органа государства, поскольку он совместно с трудовым коллективом должен утвердить устав предприятия. На практике между трудовым коллек-

тивом и уполномоченным органом часто возникают разногласия, порядок разрешения которых недостаточно четко урегулирован законом. Основы вообще не содержат указания на порядок разрешения подобных споров, другие нормативные акты содержат противоречивые правила.

Бесспорным на практике является то обстоятельство, что не подлежит судебному обжалованию отказ юридического лица в даче согласия на учреждение при нем кооператива (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда СССР «О применении законодательства при рассмотрении судами дел по спорам с участием кооперативов в сферах производства и услуг» от 29 марта 1991 г. № 38). Специальное правило предусмотрено п. 1 ст. 16 Основ законодательства об аренде, в соответствии с которым разногласия, возникающие при заключении договора аренды, в том числе связанные с необоснованным отказом от сдачи предприятия в аренду и просрочкой рассмотрения предложения о заключении договора аренды, рассматриваются Государственным арбитражем. Также правило частного характера содержит п. 1 ст. 33 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» о том, что споры по вопросам выделения и разделения предприятий решаются в судебном или арбитражном порядке. Неясность его применения усугубляется тем, что ни сама структурная единица, желающая выделиться из предприятия, ни ее трудовой коллектив, ни представительные органы трудового коллектива (общее собрание, конференция, совет трудового коллектива) не являются юридическими лицами, а следовательно, не могут быть сторонами судебного или арбитражного процесса.

Проведенный анализ свидетельствует, на наш взгляд, о том, что в законодательстве не содержится четких критериев подведомственности споров, возникающих в ходе учреждения предприятия. По нашему мнению, если реорганизация предприятия влечет изменение его организационно-правовой формы (преобразование государственного предприятия в арендное предприятие, акционерное общество и т. п.), то все конфликтные вопросы, возникающие в процессе такой реорганизации, должны решаться на основе законодательства о приватизации государственных и муниципальных предприятий (ст. 13—17 Закона РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР»). Они не могут стать предметом судебного или арбитражного разбирательства. Однако после того, как сделка приватизации состоялась, заинтересованные лица могут обратиться в суд или арбитражный суд с иском о признании ее недействительной в соответствии с п. 3 ст. 30 Закона РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР». Естественно, подведомственны суду или арбитражному

8 См.: Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 6. С. 6.

суду споры о праве собственности на имущество предприятия. В то же время не должны попадать в сферу судебного или арбитражного контроля решения собственника (уполномоченных им органов) о создании, реорганизации, ликвидации предприятий, если они не нарушают прав и интересов других собственников. Иное означало бы необоснованное вмешательство юрисдикционных органов в деятельность собственника по управлению своим имуществом. В этой связи хотелось бы отметить совершенно неразрешимую ситуацию, созданную правилом п. 2 ст. 37 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», в соответствии с которым ликвидация и реорганизация предприятия производится по решению собственника или органа, уполномоченного создавать такие предприятия, с согласия трудового коллектива. В случае возникновения конфликта между собственником и трудовым коллективом такой конфликт не сможет быть никем разрешен, поскольку законом не предусмотрен порядок его разрешения.

В судебной практике возникает вопрос о субъекте права на обращение в суд при обжаловании отказа в государственной регистрации, а также о том, в порядке какого вида гражданского судопроизводства должно рассматриваться данное дело. Таким субъектом не может быть признано само предприятие, в регистрации которого отказано, поскольку оно как юридическое лицо возникает только с момента его государственной регистрации (п. 3 ст. 13 Основ). Пункт 3 ст. б Закона СССР «О предприятиях в СССР» называет в качестве субъекта обжалования учредителя предприятия. Им может быть как гражданин, так и орган управления, уполномоченный создавать предприятия. Закон РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» не использует понятия дочернего предприятия и ничего «не говорит о праве государственных предприятий создавать -другие предприятия. На этом основании исполкомы местных Советов иногда отказывали в регистрации государственных предприятий, учредителями которых выступали другие государственные предприятия. Впоследствии этот пробел законодательства был восполнен Указом Президента РСФСР «О едином экономическом пространстве РСФСР» от 12 декабря 1991 г., п. 5 которого предусматривает, что «предприятия всех организационно-правовых форм, зарегистрированные в РСФСР, имеют право беспрепятственно создавать на всей территории РСФСР дочерние предприятия, филиалы, отделения, представительства, другие обособленные подразделения». Таким образом, следует признать, что учредителем предприятия по российскому законодательству может быть также и организация, обладающая правами юридического лица.

9 См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 51. Ст. 1830.

В случае отказа в регистрации предприятия его учредитель вправе обжаловать такой отказ в суд. Так, в случае отказа в регистрации кооператива заявление в суд по месту нахождения органа регистрации должно подаваться всеми гражданами, желающими учредить кооператив, некоторыми из них или одним из них по поручению остальных. Как правило, такую жалобу подает председатель собрания граждан, желающих учредить кооператив. Отказ в регистрации частного предприятия может быть обжалован в суд самим предпринимателем, отказ в регистрации дочернего предприятия — предприятием-учредителем.

Существует мнение о том, что жалоба на отказ в регистрации должна рассматриваться в порядке искового производства10. Это утверждение представляется спорным. Известно, что исковое производство предназначено для рассмотрения споров о праве гражданском. В данном же деле гражданско-правовой спор отсутствует. Орган регистрации и учредители состоят в отношениях власти и подчинения, разногласия между ними носят административно-правовой характер, касаются не конкретных субъективных гражданских прав, а определения статуса юридического лица, то есть предпосылок будущих гражданских правоотношений. Поэтому, если учредителем является гражданин, дело должно рассматриваться по правилам производства по делам, возникающим из административно-правовых отношений, в порядке, установленном Законом СССР «О порядке обжалования в суд неправомерных действий органов государственного управления и должностных лиц, ущемляющих права граждан»11. Именно из этого исходил Пленум Верховного Суда СССР, разъясняя порядок обжалования отказа в регистрации садоводческого товарищества и производственного кооператива12. Подобный подход применяется на практике при отказе в регистрации предприятий других видов, если их учредителями выступают граждане.

Однако упомянутый закон предоставляет право судебного обжалования только гражданам, но не организациям. Поэтому, если субъ-

10 См.: Ломаков Д., Ярков В. Процессуальные вопросы в Законе о кооперации в СССР // Соц. законность. 1990. № 2. С. 57; Ярков В. В. Хозяйственная юрисдикция судов в Законе РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» // Правовые проблемы экономической реформы. Ярославль, 1991. С. 12.

11 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1989. № 22. Ст. 416.

12 См.: Пункт 4 постановления № 5 Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. «О применении законодательства при рассмотрении судами споров, связанных с деятельностью садоводческих товариществ» // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1990. № 3. С. 19; п. 2 постановления № 3 Пленума Верховного Суда СССР от 29 марта 1991 г. «О применении законодательства при рассмотрении судами дел по спорам с участием кооперативов в сферах производства и услуг» // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 6. С. 5—6.

ектом обжалования выступает юридическое лицо, дело должно рассматриваться в исковом порядке. Таким образом, наше законодательство предусматривает различный порядок разрешения однотипных дел, что не может быть оправдано. Пикантная ситуация возникает в случае создания дочернего предприятия материнским предприятием, принадлежащим гражданину на праве частной собственности. Видимо, субъектом обжалования отказа в регистрации такого дочернего предприятия следует признать само материнское предприятие как юридическое лицо, а не гражданина — его собственника. Если собственник материнского предприятия одновременно является его директором, он должен подписать исковое заявление с требованием о признании отказа исполкома от регистрации незаконным и о понуждении его к регистрации дочернего предприятия. Если тот же самый гражданин пожелает учредить самостоятельное (не дочернее) частное предприятие, то отказ в регистрации его он должен будет обжаловать в порядке производства по делам, возникающим из административно-правовых отношений.

Унификация порядка обжалования может идти путем поглощения производства по делам, возникающим из административно-правовых отношений, исковым производством, что, если и возможно, представляется делом весьма отдаленного будущего и требует коренного пересмотра теоретических концепций иска. В настоящее время оптимальным вариантом представляется попытка более полно использовать потенциал Закона «О порядке обжалования в суд неправомерных действий органов государственного управления». Для этого следует изменить его, наделив правом жалобы не только граждан, но и организации. Правда, в связи с отнесением подобных дел к компетенции арбитражного суда проблема во многом снимается. Поскольку арбитражному процессу неизвестно производство по делам, возникающим из административно-правовых отношений, видимо, жалобы на отказ в регистрации предприятий будут рассматриваться в едином исковом порядке независимо от того, кто (гражданин или организация) обжалует действия органа регистрации.

Основы не урегулировали порядок внесения изменений в устав предприятия. Союзное и республиканское законодательство о предприятиях относит изменение устава к компетенции учредителей, не требуя согласования этого с органами регистрации предприятия. Пункт 5 ст. 34 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» требует от учредителя лишь сообщить в недельный срок соответствующие сведения Совету, зарегистрировавшему предприятие, не предусматривая, правда, никаких санкций за нарушение этой обязанности. Таким образом, по ныне действующему законодательству регистрация изменений устава предприятия не имеет юридического значения, а следовательно, отказ в регистрации таких изменений не может быть обжалован в суд. По нашему мнению,

согласиться с такой позицией законодателя нельзя. Изменения устава могут носить очень существенный характер (вызывать смену формы собственности, на которой основано предприятие, смену организационно-правовой формы предприятия, уменьшать ответственность учредителей по долгам предприятия, влечь фактическую ликвидацию предприятия, например, в случаях сокращения числа учредителей товарищества с ограниченной ответственностью до одного, числа учредителей кооператива до двух и т. п.) и затрагивать интересы его контрагентов и государства. Поэтому следует закрепить в законе правило о том, что все изменения устава предприятия приобретают юридическое значение только после их регистрации в установленном законом порядке, как это закреплено в настоящее время в п. 5 ст. 11 Закона СССР «О кооперации в СССР». Аналогично решался вопрос в ГК РСФСР 1922 г. Изменение или дополнение устава акционерного общества, увеличение или уменьшение основного капитала могло последовать лишь по постановлению общего собрания, утвержденному и зарегистрированному в том же порядке, как и устав общества (ст. 341 ГК РСФСР 1922 г.). Применительно к полным товариществам изменения в товарищеском договоре получали силу для третьих лиц, не осведомленных об этих изменениях, лишь при условии занесения их в торговый реестр и опубликования (ст. 306 ГК РСФСР 1922 г.). В свою очередь, предприятию следует предоставить право обжаловать отказ органа регистрации в регистрации изменений устава в суд.

При рассмотрении жалоб на отказ в регистрации коммерческих организаций судам приходится проверять законность оснований такого отказа. В настоящее время практически не встречаются отказы в регистрации по мотивам нецелесообразности создания предприятия. Прямой запрет отказа в регистрации по этому мотиву содержит союзное законодательство (п. 3 ст. 17 Основ, п. 3 ст. б Закона СССР «О предприятиях в СССР», п. 4 ст. 11 Закона СССР «О кооперации в СССР»). Российский законодатель, хотя прямо не закрепляет этого правила (ст. 35 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»), но, несомненно, также исходит из него. Вместе с тем закрепленные законом (п. 3 ст. 13 Основ, п. 1 ст. 35 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности») основания к отказу в регистрации юридического лица (нарушение порядка создания юридического лица и несоответствие учредительных документов требованиям законодательства) носят очень широкий характер и по-разному трактуются на практике.

Под нарушением порядка создания юридического лица следует понимать отсутствие решения собственника или уполномоченного им органа о создании предприятия, отсутствие согласия трудового коллектива действующего предприятия на его преобразование в другое предприятие или на выделение из его состава нового предприятия,

нарушение установленного законом порядка приватизации предприятия, нарушение установленного антимонопольным законодательством порядка принудительного разделения предприятия и т. п. На практике бывает довольно сложно проверить, вынесено ли решение о создании предприятия компетентным органом, особенно если речь идет о предприятиях общественных объединений, а также о предприятиях, создаваемых ассоциациями, концернами и т. п. Так, если приказ о создании нового предприятия или изменении организационно-правовой формы действующего предприятия подписан руководителем учредителя, то следует проверять, входит ли решение этого вопроса в его компетенцию, не отнесено ли оно к компетенции других органов управления учредителя. Задача усложняется еще тем, что из наименования учредителя иногда невозможно определить, на какой форме собственности он основан. Часто предпринимаются попытки обойти установленный законом порядок приватизации государственных и муниципальных предприятий путем преобразования по решению учредителя дочерних предприятий в товарищества с ограниченной ответственностью. В этом случае в имуществе государственного предприятия определяются вклады его работников (причем иногда не всех, а только избранного круга, как правило, руководителей предприятия), а затем работники вносят эти вклады в качестве своей доли в уставный капитал товарищества с ограниченной ответственностью, создаваемого вместо государственного предприятия и являющегося правопреемником последнего. Для того чтобы разобраться в компетенции органов управления учредителя, орган регистрации должен изучить его учредительные документы. Однако закон (п. 2 ст. 33 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности») относит к учредительным документам предприятия только решение о его создании и устав, не уполномочивая орган регистрации затребовать учредительные документы учредителя. Практически все указанные вопросы могут быть изучены только при разбирательстве спора в суде. При этом в случае отмены решения исполкома о регистрации предприятия или об отказе в такой регистрации он оказывается безвинно пострадавшим, поскольку не имел реальной возможности проверить соблюдение порядка создания предприятия.

Предприятие может быть учреждено по решению трудового коллектива государственного или муниципального предприятия (п. 1 ст. 33 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). При этом следует учитывать, что союзное и российское законодательства устанавливают различный порядок выделения из состава предприятия структурного подразделения для создания нового предприятия. В соответствии с п. 2 ст. 5 Закона СССР «О предприятиях в СССР» предприятие может быть создано в результате выделения из состава действующего предприятия одного или несколь-

ких структурных подразделений по инициативе коллектива трудящихся указанного подразделения (подразделений). В отличие от этого по российскому законодательству решение о выделении структурного подразделения должен принимать не трудовой коллектив данного подразделения, а трудовой коллектив всего предприятия, из которого выделяется структурное подразделение (п. 3 ст. 32 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Закон не определяет, какой орган трудового коллектива (общее собрание, конференция или совет трудового коллектива) должен принимать данное решение. Видимо, решение этого вопроса отнесено к усмотрению самого предприятия. По нашему мнению, разграничение полномочий между органами трудового коллектива должно быть произведено в уставе предприятия или в коллективном договоре. Если этого не сделано, то законным следует признать решение любого из органов трудового коллектива.

Являются незаконными требования исполкомов о приложении к учредительным документам разрешения санэпидстанции и пожарной части на создание предприятия, договора аренды помещения предприятием (такой договор до момента регистрации предприятия им вообще не может быть подписан), гарантийного письма учредителя о предоставлении помещения предприятию и других документов. Непредставление таких документов не может считаться нарушением порядка создания предприятия. Отказ санэпидстанции или пожарной части в выдаче разрешения на создание предприятия не может быть обжалован в суд, однако в суд может быть обжаловано решение исполкома об отказе в регистрации предприятия, вынесенное в связи с непредставлением указанных документов.

Еще больше затруднений вызывает трактовка второго основания отказа в регистрации предприятия — в связи с несоответствием его учредительных документов требованиям законодательства. Часто встречается отказ в регистрации предприятия на том основании, что такая организационно-правовая форма предприятия Законом РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» не предусмотрена. Следует, однако, учитывать, что данный закон, в отличие от Основ, предусмотревших исчерпывающий перечень организационно-правовых форм предприятий, страдает существенными пробелами. Он не включает в перечень видов предприятий производственные кооперативы, коллективные предприятия, дочерние предприятия, предприятия общественных объединений, не дает исчерпывающего перечня видов объединений предприятий. Особенно много споров вызывает правовое положение производственных кооперативов. Бытует мнение о том, что они должны рассматриваться в качестве Разновидности товарищества. Между тем такая разновидность товарищества Законом РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» не предусмотрена. От полного товарищества коопера-

тив отличается тем, что он, в отличие от первого, обладает правами юридического лица, а также различной мерой ответственности участников по долгам предприятия. От смешанного товарищества и товарищества с ограниченной ответственностью кооператив отличается обязательным трудовым участием его членов в деятельности кооператива, особым характером ответственности членов кооператива по долгам кооператива и некоторыми другими признаками. Кооператив как организационно-правовая форма предприятия прямо упоминается Законом РСФСР «О собственности в РСФСР» (ст. 14—16). Закон СССР «О кооперации в СССР» действует на территории России в части, не противоречащей российскому законодательству (ст. 2 Постановления Верховного Совета РСФСР «О порядке введения в действие Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Все сказанное позволяет сделать вывод о том, что производственный кооператив — самостоятельная разновидность предприятия, и отказ исполкома в регистрации кооператива по мотиву, что такая организационно-правовая форма предприятия не имеет права на существование в России, незаконен. То же самое следует сказать относительна арендных, коллективных, дочерних предприятий, предприятий общественных объединений.

В практике исполкомов возник вопрос, не противоречит ли закону указание в уставе регистрируемого предприятия домашнего адреса гражданина-учредителя. Следует согласиться с мнением о том, что отказ в регистрации предприятия в рассматриваемой ситуации является незаконным13. Вместе с тем следует признать, что правовой статус жилого помещения и условия использования этого помещения в качестве офиса предприятия нуждаются в конкретизации в законодательстве.

Иногда суды признают правильным отказ исполкома в регистрации предприятия, но не по тому основанию, на которое сослался исполком. Например, исполком отказал в регистрации, ошибочно полагая, что частное предприятие не может быть зарегистрировано по месту жительства гражданина-учредителя. Посчитав такое мнение неверным, суд, тем не менее, отказал в удовлетворении жалобы об отмене решения исполкома, сославшись на то, что учредительные документы предприятия не соответствуют другим требованиям закона, например, в названии частного индивидуального предприятия отсутствует фамилия его собственника. Такая судебная практика представляется правильной. Следует также учитывать, что мотивы принятия судом того или иного решения не имеют преюдициального значения. Если учредитель исправит недостатки наименования предприятия, но ему вновь будет отказано в регистрации по прежнему

13 См.: Бублик В., Гудовичева Л. Малый бизнес: проблемы становления // Хозяйством право. 1991. № 4. С. 55—56; Певзнер А. Как начать свое дело? // Экономическая газета. 1992. № 8. С. 6.

основанию, то при рассмотрении новой жалобы другой суд не будет связан мнением суда, рассматривавшего предыдущее дело, и может дать свою трактовку закона.

В соответствии со ст. 17 Основ юридическое лицо ликвидируется по решению собственника (уполномоченного им органа), органа, уполномоченного учредительными документами юридического лица, суда или арбитражного суда. Органы регистрации юридического лица не наделены таким правом. Аналогичное правило установлено ст. 37 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности». Ему противоречит ст. 15 Закона СССР «О кооперации в СССР», предоставляющая право прекратить деятельность кооператива исполкому местного Совета. Видимо, следует признать, что в настоящее время исполкомы не вправе прекращать деятельность каких-либо предприятий, в том числе и производственных кооперативов. В случае принятия решения о ликвидации коммерческой организации некомпетентным органом она вправе обратиться в суд (арбитражный суд) с заявлением о признании такого решения недействительным на основании п. 2 ст. 20 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности».

Требуется установление процессуального порядка признания коммерческой организации банкротом (п. 1 ст. 17 Основ). Для этого может быть использован опыт ГПК РСФСР 1923 г., содержавшего в разделе «Исполнение судебных решений и определений» три главы о несостоятельности частных лиц, государственных предприятий и смешанных акционерных обществ, кооперативных организаций.

Ст. 17 Основ, с одной стороны, уточняет, по сравнению со ст. 37 Закона СССР «О предприятиях в СССР» и ст. 37 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», основания ликвидации предприятия, а с другой стороны, сужает их, не указывая на признание судом недействительными учредительных документов и решения о создании предприятия как на основание его ликвидации. Перечень п. 1 ст. 17 Основ не может быть признан достаточно полным. Республиканское законодательство может предусмотреть и иные основания ликвидации предприятий.

По нашему мнению, в большинстве случаев (кроме признания предприятия банкротом) его ликвидация может производиться судом (арбитражным судом) в исковом порядке по иску заинтересованных граждан или предприятий, прокурора, компетентных органов государства к данному предприятию. В качестве соответчиков по такому иску должны привлекаться орган, принявший решение о создании предприятия, и орган, произведший регистрацию предприятия, так как в случае признания учредительных документов предприятия недействительными на этот орган будет возложена обязанность исключить предприятие из государственного реестра. На практике встречаются случаи предъявления исков о признании учредительных документов

недействительными к исполкомам местных Советов, зарегистрировавшим предприятия. Такую практику следует признать неправильной.

Ликвидация предприятия затрагивает интересы прежде всего самого предприятия. Ему должно быть предоставлено право защищаться против предъявленного требования, представить в суд (арбитражный суд) необходимые документы, подтверждающие законность порядка создания предприятия и его учредительных документов. Этих доказательств в распоряжении исполкома зачастую не оказывается. Непривлечение предприятия в качестве ответчика влечет неполное установление обстоятельств дела и вынесение незаконного решения. Кроме того, следует учитывать, что исполком не принимает решения о создании предприятия (если, конечно, речь не идет о создании государственного или муниципального -предприятия самим исполкомом, выступающим в качестве его учредителя), а выполняет только техническую функцию регистрации предприятия.

Основы и российское законодательство устанавливают только самые общие правила о ликвидации предприятий, которые нуждаются в конкретизации в специальных нормативных актах, гражданском кодексе и процессуальном законодательстве (ГПК и Арбитражно-процессуальном кодексе). Ликвидация предприятия — довольно длительный и сложный процесс, в ходе которого могут возникать различные споры, подведомственные суду (арбитражному суду). ГК РСФСР 1922 г. устанавливал правило, в соответствии с которым члены ликвидационной комиссии (ликвидаторы) в случае нарушения ими своих обязанностей отвечали солидарно как перед участниками товарищества (акционерами), так и перед кредиторами предприятия (Примечание к ст. 309, ст. 356, 365 ГК РСФСР 1922 г.). В то же время ликвидаторы были вправе требовать вознаграждения за труды по ликвидации. В случае спора между товарищами и ликвидаторами размер такого вознаграждения определялся по усмотрению суда (ст. 310 ГК РСФСР 1922 г.). ГПК РСФСР 1923 г. достаточно подробно регламентировал порядок защиты интересов кредиторов в процессе признания предприятия несостоятельным. Так, в общем исковом порядке признавались недействительными сделки, совершенные должником с целью причинить ущерб своим кредиторам, например с намерением уменьшить состав либо ценность своего имущества во вред кредиторам и т. п. (ст. 336, 339, 397—399 ГПК РСФСР 1923 г.). Право предъявления таких исков имели не только заинтересованные в том кредиторы, но и сама ликвидационная комиссия или ее члены (ст. 336, 397 ГПК РСФСР 1923 г.). Отсутствие подобных правил в современном российском законодательстве позволяет недобросовестному должнику уходить от ответственности перед кредиторами, например, путем перекачивания средств предприятия, находящегося на грани банкротства, в дочерние предприятия и акционерные общества.

Государственный арбитраж Ярославской области взыскал с кооператива «Синтез» в пользу ресторана «Волга» 80 тысяч рублей в возмещение ущерба, причиненного ненадлежащим исполнением договора подряда. Исполнение решения арбитража столкнулось со значительными трудностями в связи с тем, что незадолго до его вынесения:

кооператив выступил одним из учредителей акционерного общества закрытого типа, передав ему в качестве своей доли уставного фонда все основные средства. Денег на счете кооператива не оказалось. Все члены кооператива во главе с его председателем перешли на работу во вновь созданное акционерное общество. В ранее заключенных кооперативом договорах подряда на капитальное строительство подрядчик с согласия заказчиков был заменен. Им стало акционерное общество. Те же люди, на том же оборудовании, но под вывеской другого юридического лица закончили строительство начатых объектов. Деньги за эти работы были, естественно, перечислены на счет акционерного общества. Прокурор района предъявил к акционерному обществу иск в интересах кооператива, требуя взыскать в пользу кооператива 130 тысяч рублей, полученных акционерным обществом за исполнение договоров, ранее заключенных кооперативом. Арбитраж отказал в удовлетворении иска, поскольку никаких неправомерных действий акционерное общество не совершило.

Очень актуальна проблема разрешения споров между предприятием и его учредителем, особенно между частным предприятием и его собственником, а также между дочерним и материнским предприятием. Законодательное регулирование взаимоотношений между этими субъектами явно недостаточно, судебная и арбитражная практика рассмотрения таких споров только складывается. При этом юрисдикционные органы, естественно, испытывают очень большие трудности. Можно выделить несколько категорий таких споров.

Очень принципиальный характер носят споры о праве собственности на имущество предприятия. Собственник может закрепить принадлежащее ему имущество за созданным им предприятием на праве полного хозяйственного ведения. В этом случае предприятие осуществляет права владения, пользования и распоряжения закрепленным за ним имуществом, однако собственник сохраняет в отношении имущества такого предприятия важные управленческие функции: решает вопросы реорганизации и ликвидации предприятия, определяет цели его деятельности, осуществляет контроль за эффективностью использования и сохранностью имущества предприятия. Кроме того, собственник вправе получать часть прибыли предприятия (ст. 47 Основ, ст. 5 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). Как правило, все эти полномочия собственника в отношении создаваемого им предприятия закрепляются в его уставе, утверждаемом самим собственником.

Однако зачастую роль учредителя носит формальный характер

и ограничивается изданием решения об учреждении предприятия и утверждением его устава. Учредитель или вообще не выделяет никакого имущества создаваемому предприятию, или наделяет его чисто символическим уставным фондом. Как правило, в этих случаях учредитель не участвует в деятельности предприятия и не выполняет в отношении его никаких управленческих функций. Вся прибыль предприятия и все приобретенное за счет этой прибыли имущество является плодом деятельности его трудового коллектива. Рано или поздно между трудовым коллективом и учредителем возникает конфликт. Предприятие отказывается перечислять часть своей прибыли учредителю и пытается освободиться от учредителя, преобразовавшись в товарищество с ограниченной ответственностью или перейдя в подчинение другому органу государственного управления.

Иногда исполкомы выносят решение о перерегистрации таких предприятий в новой организационно-правовой форме (как правило, в форме товарищества с ограниченной ответственностью) на основании одного лишь решения трудового коллектива, не заручившись согласием учредителя. Такая практика представляется неверной. Исполком не может знать характера взаимоотношений предприятия с учредителем, и изменение организационно-правовой формы предприятия может привести к существенным нарушениям интересов учредителя. В этом случае последний вправе обжаловать решение исполкома в суд (арбитражный суд) на основании п. 2 ст. 20 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности». Хотя данная статья предоставляет право обжаловать действия государственных органов предприятию, думается, такое право должно распространяться и на учредителя, не являющегося предприятием (гражданина, учреждение, общественную организацию и т. п.). Здесь, несомненно, применимо общее правило ст. 3 ГПК РСФСР о том, что всякое заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за зашитой своего субъективного права или охраняемого законом интереса. Таким образом, исполкомы должны проводить перерегистрацию предприятий в иную организационно-правовую форму только в бесспорных случаях, при наличии согласия на это учредителя предприятия, презюмируемого его собственником. Если соглашения между учредителем и предприятием не достигнуто, спор между ними должен разрешаться в юрисдикционном порядке по иску любого из них.

Возможна ситуация, когда учредитель в противовес «взбунтовавшемуся» трудовому коллективу назначает «своего» директора, в руках которого оказываются печать, бланки предприятия, право распоряжения его счетом в банке и т. п. Такой директор, естественно, отказывается предъявить иск к учредителю от имени предприятия. Трудовой коллектив как единое целое также лишен такой возможности, поскольку не обладает правами юридического лица. Представляется, что субъектами судебного спора с учредителем в этом случае могут

стать граждане — члены трудового коллектива, считающие, что| имущество предприятия должно принадлежать не учредителю на| праве собственности, а им на праве общей долевой собственности.

Другой категорией споров между учредителем и предприятием являются споры о размере части прибыли, которая должна перечисляться предприятием учредителю. В соответствии с п. 2 ст. 5 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР» такие споры разрешаются в судебном, арбитражном порядке, а также в порядке третейского разбирательства. Несмотря на нечеткость критериев разграничения судебной и арбитражной подведомственности, следует признать, что главная трудность рассмотрения таких дел носит не процессуальный, а материально-правовой характер. В настоящее время отсутствуют законодательное определение хотя бы приблизительного размера этой доли и соответствующие методики ее расчета.

Еще одной весьма распространенной категорией споров являются споры между учредителем и предприятием о досрочном расторжении договора между ними. Особенно актуальна эта проблема для так называемых «малых» предприятий, многие из которых создавались путем выделения структурных подразделений из состава действующих предприятий. До принятия Советом Министров СССР постановления от 8 августа 1990 г. № 790 «О мерах по созданию и развитию малых предприятий» регистрация таких предприятий проводилась в соответствии с Временным положением о малых предприятиях, нормы которого носили рекомендательный характер. Согласно Временному положению для регистрации малого предприятия в исполкоме местного Совета требовалось представить решение о его создании, устав предприятия и учредительный договор между учредителем и малым предприятием (на практике он иногда именуется договором о сотрудничестве). Данный договор с юридической точки зрения должен рассматриваться как проект договора, поскольку до регистрации малого предприятия оно не обладало правами юридического лица, а следовательно, не имело права подписывать какие-либо договоры. А. Певзнер полагает, что все эти договоры недействительны. Они были недействительны уже в момент заключения, и предприятие может прекратить всякие платежи по этому договору, в том числе отчисления от прибыли. Правда, делается оговорка: «если они не подтверждены предприятием после его регистрации»14.

Такое разъяснение представляется не основанным на законе. Как-известно, одностороннее изменение или прекращение договора не допускается. Это возможно только с согласия контрагента или по решению юрисдикционного органа. Только по решению юрисдикционного органа (суда или арбитражного суда) договор может быть

14 См.: Певзнер А. Как начать свое дело? // Экономическая газета. 1992. № 2. С. 8.

признан недействительным. Как правило, завершение оформления таких договоров (скрепление их печатью малого предприятия и т. п.) происходило уже после регистрации малого предприятия и получения им прав юридического лица. Кроме того, сам факт выполнения условий договора (выполнение работ по заказам учредителя, перечисление части прибыли учредителю и т. п.) свидетельствует о признании заключенного договора. Все это свидетельствует о том, что такие договоры имеют юридическое значение и должны выполняться.

Если учредитель (материнское предприятие) или дочернее предприятие не выполняют условий договора, контрагент вправе обратиться в арбитражный суд с иском о досрочном его расторжении. Последствия такого расторжения различны в зависимости от того, кто из них ненадлежащим образом исполняет договор. Если свои обязательства перед учредителем не выполняет дочернее предприятие, то расторжение договора должно влечь ликвидацию дочернего предприятия и возвращение ему прежнего статуса структурного подразделения без прав юридического лица, поскольку необходимым условием наделения его такими правами было выполнение обязательств перед учредителем. При этом следует иметь в виду, что согласия трудового коллектива предприятия на его ликвидацию судом или арбитражным судом не требуется (ст. 37 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»).

Государственное предприятие «Ярославтрансагентство» выделило из своего состава структурное подразделение (авторемонтную базу), наделив его правами юридического лица. По учредительному договору малое предприятие «Авторемонт» обязалось производить ремонт автомашин «Ярославтрансагентства». В связи с ненадлежащим исполнением своих обязательств «Авторемонтом» учредитель предложил. ему досрочно расторгнуть договор, вернуть все имущество на баланс «Яросдавтрансагентства», а самому малому предприятию «найти нового учредителя». После отказа «Авторемонта» выполнить эти. требования «Ярославтрансагентство» предъявило в Государственный арбитраж иск о досрочном расторжении договора. Поскольку истец в исковом заявлении не просил ликвидировать малое предприятие, арбитраж, расторгнув досрочно договор, не принял решения о ликвидации малого предприятия, не назначил ликвидационную комиссию и не решил судьбу имущества ответчика. Правовое положение малого предприятия «Авторемонт» оказалось неопределенным. Лишившись учредителя, оно, в то же время, не утратило имущества и прав юридического лица. Не возникло оснований для отмены решения исполкома о регистрации «Авторемонта» и исключения его из государственного реестра. Таким образом, спор между учредителем и дочерним предприятием оказался неразрешенным. Иные последствия влечет ненадлежащее исполнение договора

учредителем. Дочернее предприятие может требовать досрочного расторжения договора с ликвидацией дочернего предприятия и возвращения ему статуса структурного подразделения без прав юридического лица. Случаи такой «добровольной смерти» очень редки. Чаще дочернее предприятие стремится избавиться от недобросовестного учредителя. Если члены трудового коллектива ставят вопрос об изменении организационно-правовой формы предприятия (например о преобразовании государственного предприятия в товарищество с ограниченной ответственностью без выкупа имущества предприятия) , то этот вопрос должен решаться одновременно с досрочным расторжением договора между материнским и дочерним предприятием. Если же вопрос об изменении организационно-правовой формы предприятия не ставится, то решение арбитражного суда о досрочном расторжении договора должно явиться основанием для «переподчинения» государственного предприятия, для определения ему конкретного органа государственного управления. Такое решение должен принять соответствующий комитет по управлению государственным имуществом или орган управления муниципальной собственностью.

Кроме перечисленных наиболее типичных споров между предприятием и собственником его имущества могут возникать и иные разногласия, подведомственные суду (арбитражному суду). Так, предусмотренные законом способы защиты права собственности (п. 3 ст. 54 Основ, п. 5 ст. 30 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР») могут использоваться не только собственником, но и лицом, владеющим имуществом- на праве полного хозяйственного ведения, в том числе и против собственника.

От споров предприятия со своим учредителем следует отличать споры между учредителями предприятия, возникающие между учредителями хозяйственных обществ и товариществ. Неподведомственны юрисдикционным органам споры между учредителями, возникающие до подписания учредительного договора (о распределении долей в уставном капитале, об оценке имущества, передаваемого товариществу в качестве вклада в уставный капитал, по поводу отдельных положений устава или учредительного договора и т. п.). Если учредители не приходят к соглашению по всем пунктам устава и учредительного договора, то предприятия просто не возникает. Каждый из учредителей должен подыскать себе более сговорчивых компаньонов. Споры между учредителями, возникающие после регистрации товарищества (акционерного общества), должны быть, по общему правилу, подведомственны суду (арбитражному суду). К ним относятся споры об исключении одного из учредителей из числа учредителей, споры о распределении прибыли между учредителями и др. На практике разногласия между учредителями возникают довольно часто. Суды испытывают большие сложности при рассмотрении данных категорий дел, поскольку закон и подзаконные акты

страдают пробельностью в регулировании отношений между учредителями. Основную нагрузку в регулировании отношений между учредителями должны нести устав предприятия и договор между учредителями. В то же время закон должен содержать необходимый минимум правил взаимоотношений между учредителями в зависимости от организационно-правовой формы предприятия. Кроме того, закон должен выполнять функцию восполнения пробелов учредительного договора, т. е. в случаях, когда данный вопрос не разрешен учредительным договором, должны применяться правила, предусмотренные законом.

Ни российское, ни союзное законодательство не устанавливает принципа распределения прибыли между участниками товарищества (полного, смешанного, с ограниченной ответственностью). Согласно ст. 16 Положения об экономических товариществах Эстонской Республики, утвержденного постановлением Правительства Эстонской Республики от 13 июня 1990 г., по окончании хозяйственного года каждый пайщик имеет право на пропорциональную его паевому вкладу долю распределяемой прибыли от хозяйственной деятельности товарищества. Это правило не учитывает трудового вклада участников товарищества в прибыль товарищества. Между тем успешная деятельность товарищества во многом зависит не только от размера вложенных средств, но и от умелых, инициативных действий его участников. Поэтому более гибким является правило ст. 20 Положения об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 19 июня 1990 г. № 590, в соответствии с которым распределение чистой прибыли между участниками осуществляется по итогам работы за год пропорционально их долям в уставном фонде общества или иным способом, предусмотренным учредительными документами. Целесообразно было бы закрепить в законе фиксированный процент прибыли товарищества, которая должна выделяться на дивиденды участников, предоставив участникам право распределять оставшуюся прибыль по иным критериям с учетом организационно-правовой формы товарищества (поровну, в зависимости от личного вклада и т. д.).

В законодательстве следует четко предусмотреть правило о том, что право участвовать в распределении прибыли по итогам года приобретает только тот участник, который полностью внес свою долю в уставный капитал товарищества.

Современное российское законодательство не регламентирует порядка выхода участника из товарищества. Ст. 8 Положения об акционерных обществах, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 601, содержит правило о том, что акционеры не вправе требовать от общества возврата их вкладов за исключением случаев, предусмотренных настоящим Поло-

жением или уставом общества. Неясно, относится данное правило только к акционерным обществам открытого типа (что было бы объяснимо, поскольку акционер, желающий вернуть свои деньги, может просто продать свои акции) или распространяется и на акционерные общества закрытого типа, которые российский законодатель отождествляет с товариществами с ограниченной ответственностью (ст. 11 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). Представляется, что участнику товарищества должно быть гарантировано право выхода из него, если участие в таком товариществе по каким-либо причинам утратило для него интерес.

Значительно ограничивает права участника ст. 15 Положения об экономических товариществах Эстонской Республики, в соответствии с которым пайщик паевого товарищества (товарищества с ограниченной ответственностью) не имеет права требовать возврата его паевого вклада в период деятельности товарищества. Пайщику полного и коммандитного товарищества его паевой вклад может быть возвращен с согласия всех пайщиков. Правда, за участником паевого товарищества закрепляется право выйти из него в случае несогласия с решением о реорганизации товарищества (ст. 23 Положения об экономических товариществах Эстонской Республики), а за участником полного товарищества — в случае грубого нарушения своих обязанностей другими участниками (ст. 31 Положения об экономических товариществах Эстонской Республики).

Гораздо удачнее решение вопроса союзным законодателем, предоставившим участнику общества с ограниченной ответственностью право выхода из такого общества (ст. 69 Положения об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью). Разумеется, закон должен более детально регламентировать условия выхода, По общему правилу, выход должен осуществляться после своевременного (например за 6 месяцев) предупреждения об этом остальных участников товарищества. Не должен допускаться выход из товарищества, созданного для конкретной хозяйственной цели (строительства какого-либо объекта, съемки кинофильма и т. п.) или на определенный срок, — соответственно до достижения этой цели или окончания срока. Исключения могут быть предусмотрены на тот случай, если другие участники ненадлежащим образом выполняют условия учредительного договора. В случае несогласия других участников с выходом из товарищества, заинтересованное лицо вправе обратиться в суд (арбитражный суд) с иском о досрочном расторжении учредительного договора. При этом целесообразно использовать опыт русского дореволюционного законодательства и судебной практики, предоставлявших суду достаточно широкие возможности в определении уважительности причин выхода и учета интересов спорящих сторон15.

15 См.: Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т. 1. СПб.; 1908. С. 353.

Если можно допустить добровольный выход каждого участника из товарищества, то также необходимо признать и за товариществом право устранять из своей среды участника, своими действиями нарушающего интересы товарищества. Закон должен предусмотреть наиболее типичные основания исключения из товарищества. Ими могут быть невнесение обусловленной договором доли уставного капитала, разглашение коммерческой тайны, выполнение работы в пользу фирмы-конкурента данного товарищества и т. п. Естественно, исключенному должно быть гарантировано право судебного оспаривания решения собрания учредителей. Одновременно с вопросом о выходе (исключении) из товарищества должны разрешаться все имущественные споры, связанные с выходом (исключением).

В практике возник вопрос о правовых последствиях невнесения своего вклада в уставный капитал одним из учредителей. Несомненно, это может служить основанием изменения учредительного договора, исключения такого участника из товарищества. Кроме того, союзное Положение об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью предусматривает взыскание с недобросовестного учредителя 10% годовых с недовнесеннои суммы (ст. 66 Положения). Не урегулирован законом вопрос о том, может ли быть принудительно взыскано в пользу товарищества имущество, которое учредитель обязался передать по договору в качестве своей доли уставного капитала, но не сделал этого. Представляется, в данном случае должны применяться общие нормы гражданского права об исполнении обязательств и ответственности за их неисполнение (гл. 16, 19 ГК РСФСР, ст. 57, 70 Основ). Это значит, что товарищество может не только потребовать принудительного исполнения договора неисправным учредителем, но и возложить на него убытки, причиненные товариществу вследствие ненадлежащего исполнения им учредительного договора. Однако реализовать эти нормы практически очень сложно. Поскольку участник в любой момент может поставить вопрос о выходе из товарищества (хотя бы и с предупреждением других учредителей за определенный срок), принудительное взыскание его доли уставного капитала оказывается бессмысленным: не успев взыскать имущество в пользу товарищества, нужно выделять его учредителю, выходящему из состава участников. Довольно сложно взыскать в пользу товарищества и убытки. Для этого необходимо доказать, что они были причинены именно вследствие неисполнения учредительного договора неисправным учредителем. Следует признать, что наиболее надежным способом обеспечения исполнения учредительного договора является установление в нем достаточно высокой пени за просрочку внесения своей доли в уставный капитал.

По общему правилу коммерческая организация отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ей имуществом (ст. 15 Основ,

ст. 8 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). При недостаточности имущества организации возникает вопрос об ответственности учредителя по ее долгам. Такая ответственность зависит от организационно-правовой формы предприятия. Это же обстоятельство определяет и процессуальное положение предприятия и его учредителей

в судебном и арбитражном процессах.

Государство и его органы не несут ответственности по обязательствам государственного предприятия (ст. 6 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»). То же самое можно сказать об учредителях муниципального (ст. 7 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности») и индивидуального частного предприятия (ст. 8 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», ст. 5, 8 Закона РСФСР «О собственности в РСФСР»). Таким образом, российский законодатель исходит из невозможности привлечения учредителя к ответственности по долгам предприятия, обладающего правами юридического лица, имущество которого принадлежит ему на праве полного хозяйственного ведения.

Зарубежные законодательства, стремясь защитить интересы кредиторов, отступают от принципа самостоятельной ответственности юридического лица. Если юридическое лицо впало в несостоятельность в результате виновных действий руководителей или же само юридическое, лицо использовалось не более как прикрытие для деятельности другого физического или юридического лица, то законодательства ряда стран и их судебные органы отступают от начал раздельной ответственности юридического лица и его членов и предусматривают возложение неблагоприятных последствий на участников, которые фактически действовали под прикрытием юридического лица16. Русское дореволюционное законодательство не отграничивало имущество частного предприятия от иного имущества собственника, а следовательно, не разграничивало и их ответственности перед кредиторами. «Торговое имущество купца отделяется от общего его имущества только по указанию бухгалтерии, но не права. Торговые кредиторы не отличаются от прочих. Ценность торгового предприятия служит обеспечением частных долгов купца так же, как и его торговых обязательств. Имущество, составляемое торговым предприятием, юридически тонет в общем имуществе предпринимателя»17. Такое решение вопроса современным российским законодательством явилось бы шагом назад по сравнению с господствующей концепцией раздельной ответственности юридического лица и собственника его имущества. Вместе с тем, закон должен предусмотреть изъятия из этой концепции с целью защиты интере-

16 См.: Советское и иностранное гражданское право (проблемы взаимодействия развития) / Отв. ред. В. П. Мозолин. М., 1989. С. 199.

17 Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 164.

сов кредиторов. Прообразом таких мер может служить п. 3 ст. 15 Основ, в соответствии с которым «если банкротство (несостоятельность) юридического лица вызвано неправомерными действиями собственника его имущества, он отвечает по обязательствам юридического лица при недостаточности средств последнего для удовлетворения требований кредиторов».

Участники полного товарищества несут солидарную ответственность по его обязательствам всем своим имуществом. Основы относят полное товарищество к юридическим лицам, российское законодательство не наделяет его такими правами. Отсюда — некоторые нюансы в ответственности участников по долгам полного товарищества. По российскому Закону «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (ст. 9) такая ответственность носит безусловный характер, в соответствии с п. 2 ст. 19 Основ она наступает «при недостаточности имущества товарищества». Таким образом, в соответствии с Основами иск должен предъявляться кредитором к товариществу как юридическому лицу, а члены полного товарищества могут привлекаться в качестве соответчиков. Российское законодательство ничего не говорит о том, может ли полное товарищество быть стороной судебного или арбитражного процесса. Очевидно, следует исходить из того, что сторонами гражданского процесса могут быть только организации, обладающие правами юридического лица (ст. 33 ГПК РСФСР, ст. 1 Закона РСФСР «Об арбитражном суде»). Следовательно, иски, возникающие из обязательств полного товарищества, должны предъявляться непосредственно к его участникам (ко всем, одному или некоторым из них по выбору кредитора).

По-иному должен решаться вопрос применительно к смешанным товариществам. Поскольку они обладают правами юридического лица (п. 3 ст. 10 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»), иск должен предъявляться к товариществу, а действительные члены товарищества — привлекаться к ответственности в случае недостаточности имущества товарищества. В процессе товарищество и действительные члены занимают положение соответчиков. Участие членов-вкладчиков в процессе исключается, поскольку они вообще не несут ответственности по долгам товарищества, а несут лишь убытки, связанные с деятельностью товарищества, в пределах сумм внесенных ими вкладов. В этой связи следует отметить гораздо более точную формулировку п. 3 ст. 19 Основ по сравнению с п. 1 ст. 10 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности». По той же причине исключается участие в гражданском процессе по аналогичным делам участников товарищества с ограниченной ответственностью и акционеров акционерного общества открытого типа.

Несколько иначе обстоит дело с процессуальным положением

in

членов кооператива в процессе об ответственности по долгам кооператива. Члены производственного кооператива несут ответственность по его долгам только в случае недостаточности имущества кооператива и при условии его ликвидации (ст. 43 Закона СССР «О кооперации в СССР»). Поэтому кооператив и его члены не могут стать соответчиками в одном процессе. Пока кооператив не ликвидирован, все иски, вытекающие из его обязательств, должны предъявляться непосредственно к «ему, а для привлечения его членов к участию в процессе в качестве ответчиков нет правового основания. Напротив, после ликвидации кооператива к ответственности должны привлекаться его бывшие члены. Их ответственность носит долевой характер. Ее конкретный размер определяется в соответствии с принципами, изложенными в уставе кооператива (в зависимости от времени членства в кооперативе, заработка, поровну и т. п.). Однако устав не может предусматривать размер ответственности члена кооператива менее его годового дохода (ст. 43 Закона СССР «О кооперации в СССР»).

Наше законодательство не устанавливает срока давности, в течение которого ответственность по долгам товарищества или производственного кооператива может быть возложена на бывшего члена товарищества (кооператива), вышедшего из его состава. Русское дореволюционное законодательство также не устанавливало никакого срока, однако судебная практика считала, что над вышедшим товарищем продолжает тяготеть ответственность по сделкам, заключенным до его выхода18. В соответствии со ст. 311 ГК РСФСР 1922 г. товарищ, выбывший из полного товарищества, отвечал по долгам товарищества в течение двух лет со дня утверждения отчета за год выбытия его из состава товарищества. Наиболее удачным представляется подход к решению проблемы, примененный современным эстонским законодателем. Согласно ст. 35 Положения об экономических товариществах Эстонской Республики «вышедший или исключенный из товарищества пайщик несет в течение трех лет наравне с другими пайщиками ответственность по обязательствам, появившимся в период его пребывания пайщиком. Пайщик не отвечает по обязательствам товарищества, появившимся после регистрации его выхода и опубликования соответствующего сообщения в печати».

Мы остановились лишь на некоторых процессуальных проблемах, возникающих из деятельности коммерческих организаций. Развитие такой деятельности, совершенствование законодательства и практики его применения, несомненно, потребует более глубокого теоретического исследования перечисленных и многих других связанных с ними проблем.

18 См.: Шершеневич Г. Ф. Указ. соч. С. 353.

<< | >>
Источник: Рясенцев В.А. и др.. РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ЗАЩИТЫ СУБЪЕКТИВНЫХ ПРАВ В ОСНОВАХ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА. Сборник научных трудов. 1992

Еще по теме В. В. Бутнев НЕКОТОРЫЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ СУБЪЕКТИВНЫХ ПРАВ И ИНТЕРЕСОВ КОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ:

  1. Каковы формы защиты субъективных прав и законных интересов граждан и организаций?
  2. Преступления против интересов службы в коммерческих организациях
  3. § 1. Механизмы защиты субъективных гражданских прав коммерсантов
  4. § 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ИНТЕРЕСОВ СЛУЖБЫ В КОММЕРЧЕСКИХ И ИНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ
  5. 37. Защита прав и законных интересов граждан.
  6. Является ли защита прав и законных интересов ответчика в заочном производстве формальной?
  7. Глава 11. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ИНТЕРЕСОВ СЛУЖБЫ В КОММЕРЧЕСКИХ И ИНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ
  8. 8. Некоторые иные средства, определяющие способы защиты прав
  9. Кто помимо прокурора правомочен обратиться в суд в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц?
  10. 3.2. Защита прав и интересов предпринимателей в третейских судах
  11. Глава III. СПОСОБЫ ЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ В КОММЕРЧЕСКОМ СПОРЕ
  12. Глава 11. Судебная защита прав и законных интересов военнослужащих177
  13. 2.3. Защита прав и интересов предпринимателей судом общей юрисдикции
  14. 51. Защита прав и законных интересов государства и других субъектов внешнеэкономической деятельности
  15. Международно-правовые основы защиты прав и интересов женщин и их реализация в современной России
  16. ГЛАВА 23. НЕСУДЕБНЫЕ ФОРМЫ ЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ. НОТАРИАЛЬНОЕ ПРОИЗВОДСТВО
  17. Рясенцев В.А. и др.. РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ЗАЩИТЫ СУБЪЕКТИВНЫХ ПРАВ В ОСНОВАХ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА. Сборник научных трудов, 1992
  18. § 3. Защита прав военных организаций в арбитражном процессе258
- Авторское право - Адвокатура России - Адвокатура Украины - Административное право России и зарубежных стран - Административное право Украины - Административный процесс - Арбитражный процесс - Бюджетная система - Вексельное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право России - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Лесное право - Международное право (шпаргалки) - Международное публичное право - Международное частное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Правовая охрана животного мира (контрольные) - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор в России - Прокурорский надзор в Украине - Семейное право - Судебная бухгалтерия Украины - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Теория государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право России - Уголовное право Украины - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право Украины - Экологическое право (курсовые) - Экологическое право (лекции) - Экономические преступления - Юридические лица -