<<
>>

2.3. Правовые аспекты формирования нации

Процесс формирования нации непосредственно интернализирует многие юридические аспекты, которые образуют своеобразную иерархию в полиэтнических обществах. Социальное пространство последних чаще всего дифференцируется на «большинство» и «меньшинство» населения.
Первое поле занимает доминирующие, второе - подчиненные позиции. Эта структура отношений большинства-меньшинства фундируется через самые разнообразные механизмы: численный перевес, экономическое, политическое и культурное господство. Доминирующее большинство заинтересовано в конструировании и поддержании такой иерархии и использует самые разные средства. Экономические, политические и культурные интересы толкают к воспроизводству иерархии, что требует довольно четкого определения и охраны границ этнических полей. Актуализирующая роль в этом процессе принадлежит этническим элитам. Конфронтация элит - универсальная характеристика всех обществ. Одним из инструментов этой борьбы является эксепция конкурентов по тому или иному критерию, среди которых наиболее адекватным выступает принадлежность (национальность). Борьба элит при определенных обстоятельствах ведет к феномену, который в последние годы называют «разыгрыванием национальной карты». В этом контексте этническая принадлежность участника борьбы пропускается через призму ценностной системы и превращается либо в большое достоинство («наш»), либо в страшный недостаток («чужой»). Прибегая к этому методу, элиты начинают заниматься обозначением границ этнических полей, эксплицировать принадлежность конкурентов к тому или иному полю, порою проводя сложные генеалогические изыскания, чтобы доказать поколенческую чуждость конкурента. Маркировку границ этнических полей как оружие борьбы элит используют и этническое меньшинство, и большинство 4. Таким образом, члены этнических элит, отстаивая субъктивные (личные или групповые) интересы, играют ключевую роль в конструировании границ этносов и наций. Приоритет той или иной этнической группы или нации очень часто зависит от социальной мобильности и социального статуса элиты. В результате в процесс конструирования и маркировки этнических полей вовлекаются широкие слои населения. Вопросы относительно того, кто «свой», а кто «чужой», какие проявления культуры - «наши», а какие навязаны извне, где проходят границы физического, социального пространства, занимаемого каждым этнополем, превращаются в центральные социальные проблемы. Элита, разыгрывающая национальную карту, начинает борьбу за социальное превосходство и оттеснение этнически чуждых конкурентов, но эта борьба имеет тенденцию к перерастанию в процесс формирования или реструктуризации этноправовой пирамиды, охватывающей все социальное пространство, а не только его элитарные участки. Этническая элита в состоянии поднять национальное движение, вызвать конфликты, обеспечить с их помощью сплочение членов своей этнической общности, резко обозначить межэтнические границы.
Однако сконструированная элитой обновленная этническая карта отчуждается объективно от ее творцов, трансформируется по отношению к ним во внешний структурный фактор. Так, этническая элита, априори мобилизующая «своих» на мирную борьбу за власть под невинными лозунгами национальной культуры или справедливого представительства, вызывала конструктивные социальные трансформации, в результате которых коренным образом менялась этническая карта (Карабах, Приднестровье, Чечня, Осетия, Ингушетия и др.). Этническая элита, претендующая на власть, формирует соответствующие организации и движения. Возникновение национальных движений имеет тенденцию превращения их в общественно-политические организации и политические партии. В этом случае наиболее активная часть этноса оказывается в рядах формальной организации, нередко вовлекающей довольно широкие массы населения. В рамках этнического поля формируется внутренняя политическая стратификация: на вершине находится лидер или группа лидеров, затем актив, ниже - масса рядовых участников движения, на самом дне - «болото» (члены этноса, которые в силу тех или иных причин не участвуют в движении). Нередко движения в качестве своего ядра имеют формальные организации. Появление их придает границам этнополя жесткий характер. Но определяющую роль во всем этом процессе, безусловно, играет национальное государство. В отечественной юриспруденции стратегически меняющим прежние концептуальные построения (примордиализм и конструктивизм) стало предложение В.А. Тишкова пересмотреть понятие нации в пользу гражданского, а не этнического содержания. Аргументируется этот подход тем, что вся международная практика и доктринальный язык современных государств, кроме советского, постсоветских и пост-югославских, пользуется термином «нация» в значении политической и гражданской общности. Далее следовала ссылка на уже отмеченный нами выше подход ООН. Правоведы полагают, что с пониманием нации как высшей формы этнической общности, с ее правами связывалось в СССР в целом и в РСФСР в частности выделение республик как национально-государственных образований. Именно им предоставлялось по Конституции право на самоопределение. А поскольку национальные движения опирались именно на это положение, то опасность сецессий связывалась с ним. Идеи гражданской нации имели в своей основе попытку нейтрализовать стремление народов или их элит иметь свою максимально возможную иди полностью независимую государственность. Идея деполитизации этничности высказывалась тогда Г.Ч. Гусейновым, Д.В. Драгунским, B.C. Сергеевым, В.Л. Цымбурским. Сейчас представление о нации как о согражданстве поддерживается далеко не всеми. Критика шла и идет до сих пор как со стороны философов, государствоведов, так и со стороны традиционных разработчиков теории этноса - этнологов. Многие государствоведы и философы отстаивают прежние историко-стадиальные представления о нации как высшей форме этнической общности, сложившейся в период становления капитализма на основе экономических связей, единства территории, языка, особенностей культуры и психики. Сторонники этой позиции считают, что сохранение национальной государственности есть демократический способ решения национального вопроса. Дискуссии об использовании понятия «нация» продолжались и в 90-х годах; философы, государствоведы, правоведы чаще прибегали к политико-практической аргументации, этнографы больше обращали внимание на традиции отечественной науки. В.И. Козлов писал, что на протяжении по крайней мере XX в. слово «нация» и производное от него «национальность» употреблялись в русском языке обычно в этническом смысле, не связанном с наличием или отсутствием государственности. Это отразилось во многих работах и, таким образом, вошло в менталитет многих десятков (если не сотен) миллионов людей . Действительно, во Франции со времени Великой французской революции конца XVIII в. для обозначения сообщества свободных граждан было использовано понятие «нация». Содержательный акцент в нем был сделан на то, что каждый народ (как граждане) суверенен и имеет право на образование своего государства. Под влиянием французской революции в таком значении понятие «нация» перешло и в английский язык. Историческая ситуация в Германии была иной. На ее территории в то время существовало несколько немецко-язычных государств. Формировавшаяся идея немецкой государственной общности основывалась на языковом, культурном сходстве, территориальной близости. Понятие «нация» употреблялось там в смысле «народ» и в таком значении сохранилось в немецком языке до сих пор. Сторонники использования термина «нация» в значении согражданства и инициатор этой идеи В.А. Тишков понимают, что использование термина в прежнем смысле обрело глубокую эмоциональную и политическую легитимность, и никакими запретами-декретами его демонтировать нельзя. «Никто не накладывает запрет, - пишет В.А. Тишков, - на употребление понятия нации в его этническом значении для лидеров республик и активистов национальных общин, но федеральная власть обязана оставить некоторое доктринальное пространство для процесса гражданского нациестроительства, без чего не может существовать ни одно государство» . Попытки классифицировать типы национализма были шагом вперед в его понимании, облегчавшим социологический анализ межэтнических отношений и идентичностей. Ранее уже говорилось о выделении таких типов, как гражданский (государственный) и этнический национализм. Разные авторы предлагают свое видение разнообразия национализмов. Дж. Брейли различает сепаратистский национализм, реформаторский, нацеленный на придание существующему государству более четко выраженного национального характера, и ирредентистский. Дж. Холл классифицирует все многообразие национализмов применительно к конкретным историческим периодам и регионам. В отечественной юриспруденции упрощенный вариант классификации национализмов представлен В. Ильиным в уже упоминавшейся нами работе. По его мнению, поскольку есть две традиции понимания нации, то есть и два вида национализма: гражданский (государственный) национализм и культурный (этнический) национализм. Первый основывается на представлении о нации как политической общности, в основе второго -представления о нации как исторически сложившейся социально-психологической и даже генетической общности. Гражданский национализм почти равнозначен понятию патриотизма. Этнический национализм - это идеология и движение в защиту прав определенного этноса. Поскольку представления о том, какими правами должен обладать тот или иной этнос, очень субъективны, то и само понятие национализма оказывается размытым. Борьба за права этноса всегда предполагает задачу отвоевать эти права у другого этноса. При этом нередко трудно определить, где защита своих прав перерастает в ущемление чужих. Поэтому в зависимости от конкретного контекста понятие национализма может нести позитивную, нейтральную или негативную оценку. В советской и российской традиции, нагруженной озабоченностью за судьбу империи, доминирует негативное определение. В современном западном обществоведении это понятие нейтрально. Универсальное средство борьбы за права своего этноса, достижение этой цели - создание национального государства, которое основывается на демографическом и культурном доминировании одного этноса. Другие этнические общности приобретают в нем статус этнических меньшинств. При определенных условиях национальное государство имеет тенденцию перерастания в этнократию, то есть в систему правления, при которой представители доминирующего этноса получают ярко выраженные привилегии по отношению к этническим меньшинствам. Нам ближе интересный подход к национализму, изложенный в книге «Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х д годов» (авторы - Л.М. Дробижева, А.Р. Аклаев, В.В. Коротеева, Г.У. Солдатова). Он состоял в том, чтобы на основе изучения деклараций, институциональных решений и практического поведения выделить типы национализмов в Российской Федерации. В результате были зафиксированы следующие типы. 1. Национализм классический, выражающий стремление к полной независимости (вариант Чеченской Республики - Ичкерии). Этот тип был реализован в республиках Прибалтики, Грузии, Армении, Украине, Молдове. Сюда же можно отнести и Азербайджан, Казахстан, республики Средней Азии, правда, с учетом того, что за полную самостоятельность они не боролись, а получили ее в результате распада СССР. В составе же СССР они стремились к конфедеративному устройству. И в этом отношении их национализм того периода можно отнести к следующему типу. 2. Национализм паритетный с ярко выраженным стремлением к возможно полному суверенитету, который в силу внешних и внутренних условий ограничен за счет передачи части полномочий федеральному Центру (в Татарстане, Башкортостане, Туве). 3. Экономический национализм, при котором доминирующей в декларациях и действиях является самостоятельность в экономической сфере, и эта самостоятельность рассматривается элитой как путь к возможно полному суверенитету (в Саха-Якутии и - на отдельных этапах - в Татарстане). 4. Защитный национализм, при котором доминируют идеи защиты культуры, языка, территории, демографического воспроизводства и т.п. (осетинский, ингушский национализм, этнокультурный национализм в Карелии, Коми). Наконец, есть некоторые основания для выделения 5-го типа — модернизационного национализма, при котором доминируют «идеи инновационного прорыва». Он был свойствен российским реформаторам, которые нередко заявляли: «Сначала реформируем Россию, потом сами все к нам потянутся». Иногда он прослеживается в Татарстане. Конечно, декларируемые идеи и политика, как и практика, заметно различаются. В реальной жизни очень редко удается осуществить идеи национализма без ущерба для людей других национальностей. Учитывая критику национализма, важно выделить и показать возможности либерального национализма, который в декларациях, законах и постановлениях реализует культурный плюрализм, паритет культур и сохранение гражданских прав личности, культуру толерантности и отсутствие враждебного восприятия других наций. Если существует сила, которую нельзя преодолеть, то важно понять ее, найти ее позитивные варианты и стимулировать их всеми возможными для научного мира способами. Стремление к образу «национализма с демократическим лицом» есть в республиках Российской Федерации. При наличии традиции негативной оценки национализма в республиках принципы его обычно определяются в концепции самоопределения и суверенитета, а в ряде республик имеют место попытки создания республиканского согражданства. Например, под заголовком «Мы татарстанцы» публикуются материалы на целые газетные полосы, слово «татарстанцы» можно увидеть на плакатах-призывах. Представление «мы - якутяне» настойчиво встраивается в общий идеологический каркас в Саха (Якутии). Определяющую роль в формировании того или иного типа национализма, как показывает практика правоведческих исследований, играют национальные элиты (в отечественной юриспруденции, как правило, отождествляют национальную и этническую элиту, что, на наш взгляд, принципиально неверно). Структуралистско-конструктивистская парадигма исходит из того, что нация - это социальная конструкция, но она является результатом многовекового процесса социального конструирования, а нынешние элиты -это не творцы нации, а продолжатели этого процесса, их роль в нем не стоит переоценивать. Они могут подстегнуть массу националистическими лозунгами, сыграть на ее национальных чувствах, скорректировать ее деятельность по формированию или воспроизводству нации, но они не могут организовать это на пустом месте. Иначе говоря, элиты, опираясь на государство или другие организации, конструируют нацию, но для успеха этого процесса они нуждаются в уже возникших структурных предпосылках. Кроме того, нация как результат социального конструирования многих поколений людей сама является социальной структурой, игнорировать которую можно лишь на словах. В этом случае государство превращается в главный инструмент воспроизводства этноса, поддержания границ этнических полей (как своих, так и чужих), укрепления отношений большинства-меньшинства. В одних случаях государство открыто провозглашается органом определенного этноса, в других - государство фактически выступает в качестве органа воспроизводства определенного этноса и поддержания этнической иерархии, например через государственный язык, охрану традиций, норм этнического большинства и т.д. Этнос, организованный в государство, использует государственную машину для постоянного воспроизводства этнополя посредством рычагов государственной политики. Несмотря на любые декларации, все нации в многонациональных обществах строятся на основе этноса-большинства в качестве ядра. Само понятие нации как этноса, организованного в государство, предполагает этносоциальную иерархию: на вершине этнос, образующий ядро нации, затем все остальные со статусом этнических меньшинств или без такового. Поэтому почти неизбежный результат формирования национального государства - возникновение иерархии этнического большинства-меньшинства. Феномен нации как этноса, организованного в государство, неизбежно содержит в себе тенденцию к перерастанию в этнократию. Эту тенденцию можно сдерживать, маскировать, но до конца ее устранить нельзя, ибо само существование государства предполагает использование в качестве базовых ряда компонентов этнической культуры. Таким образом, в теории права так называемое «национальное государство» - это устойчивая форма взаимодействия людей, преследующих те или иные цели. Одним из важнейших источников вдохновения для строительства нации и национального государства является национализм. Овладев умами людей, он выступает как программа их деятельности, обеспечивающая создание и воспроизводство нации. Фундирующим направлением формирования этнической культуры является конституирование государственного языка как официального средства общения в рамках данного государства. Даже в полиэтническом обществе государство обычно определяет язык одного этноса в качестве языка официального делопроизводства, за этим следует его обязательное преподавание для всех жителей страны, использование знания этого языка в качестве критерия контроля над уровнем образованности и развития при поступлении в университеты, принятии на работу и т.д. Таким образом, этнический язык поддерживается в качестве ведущего средства общения силой государства. В демократическом государстве наличие официально провозглашенного или фактически существующего государственного языка выступает как мощный инструмент этносоциальной стратификации. В простейшем случае эта официальная иерархия имеет два уровня: государственный и прочие языки. В более сложных случаях иерархия имеет несколько этажей: общегосударственный, официальный региональный, а порою и субрегиональный язык, прочие языки, не имеющие официального статуса. Так, в СССР фактически в качестве государственного языка выступал русский, в союзных республиках наряду с русским - язык титульного этноса, в рамках ряда союзных республик существовали автономные республики, округа со своими официальными языками, на самом низу пирамиды - языки прочих народов, не имевших своих государственных образований. В постсоветской России наряду с государственным русским во всех республиках в составе РФ действуют официальные языки второго (республиканского) уровня, также поддерживающиеся силой государства. Существование, развитие и использование всех прочих языков - это частное дело граждан. Те, для кого государственный язык является родным, неизбежно оказываются в привилегированном положении. Никакие конституционные гарантии и институты не в состоянии устранить это неравенство. В ряде стран, в том числе в СССР, национальная принадлежность являлась или является одной из важнейших паспортных характеристик. В одних случаях официальная идентификация фиксирует самоидентификацию, в других делается попытка ввести объективные критерии официальной идентификации этничности. Это становится особенно важным в тех случаях, когда разные этнические поля имеют различия в официальном статусе (дискриминируются или получают привилегии). С помощью этого механизма индивиды буквально загоняются в этнические поля, порою в те, с которыми давно утратили всякие отношения в результате ассимиляции и связаны лишь памятью о происхождении предков. Члены многих этносов нередко требуют такого официального закрепления национальной принадлежности, в том числе и посредством принудительных процедур, удерживающих в этническом поле тех, кто стремится его покинуть. Так, введение в постсоветской России новых паспортов без указания национальности было воспринято в ряде республик как посягательство на национальные права. Для этнических меньшинств официальная фиксация в паспорте национальности - это эффективный инструмент торможения ассимиляции. Но для тех представителей меньшинств, которых волнует не разрушение этнических границ, а предотвращение их стигматизации как чужаков, устранение официальной фиксации национальности - прогрессивная мера, создающая условия для свободы личности. К этой же категории официальных принудительных маркеров этничности относится фамилия. Это символический предписанный статус: ее никто не выбирает, она принимается с рождением и может изменяться в связи с замужеством (иногда женитьбой), фиксируется во всех документах, сопровождающих индивида на протяжении всей жизни. Поскольку основная часть фамилий указывает на этническую принадлежность, они выполняют функцию маркировки членов этноса, где бы они ни находились. Таким образом, для правоведов представляют интерес следующие параметры национального: власть (элита), способы национальной идентификации, система национальных движений и организаций, межнациональные конфликты. Мы полагаем, что такой подход не дает представления о юридических параметрах национального и, более того, снижает эффективность социологических исследований в решении актуальных социальных задач. Нам представляется, что для того, чтобы юриспруденция заняла достойное место в решении проблем национальных отношений, необходимо выйти на макроуровень и рассмотреть следующие проблемы: 1. Определить нацию и национальное как юридические категории. 2. Выяснить соотношение государственного и национального как теоретически, так и на эмпирическом материале структурирования федеративных отношений в России. 3. Эксплицировать и измерить конфигурации массового сознания в национальных отношениях в России. 4. Обобщить материал социологических исследований по конкретным регионам с целью разработки модели макросоциолгической структуры национального государства или отдельных полиэтничных регионов, входящих в его состав. Поскольку все эти задачи в одной работе и силами одного автора решить невозможно, мы выделим далее те аспекты проблемы, которые актуальны для конкретного, но самого кризисного региона - Северного Кавказа.
<< | >>
Источник: СЕМЕНЕНКО ЕЛЕНА АЛЕКСАНДРОВНА. ПРАВОВОЙ СТАТУС НАЦИИ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ СОЦИУМЕ. 2004

Еще по теме 2.3. Правовые аспекты формирования нации:

  1. А.Н. Мещеряков ВИЗУАЛИЗАЦИЯ ИМПЕРАТОРА МЭЙДЗИ И ФОРМИРОВАНИЕ ЯПОНСКОЙ НАЦИИ
  2. РОЛЬ ДЕЛИ В ФОРМИРОВАНИИ ИНДИЙСКОЙ НАЦИИ. СТОЛИЦА И ИНДИЯ
  3. СЕМЕНЕНКО ЕЛЕНА АЛЕКСАНДРОВНА. ПРАВОВОЙ СТАТУС НАЦИИ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ СОЦИУМЕ, 2004
  4. 6.3. Гражданское общество в контексте формирования правовой культуры и правового поведения
  5. ГЛАВА I ИСТОРИКО _ ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ «НОВОЙ ФИЛОСОФИИ»
  6. § 1. Психологические аспекты гражданско-правового регулирования
  7. ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ОХРАНЫ ЛЕСОВ
  8. ЗАКОНОДАТЕЛЬНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА
  9. § 1. Психологические аспекты справедливости и законности уголовно-правового наказания
  10. Общественный экологический мониторинг и контроль: правовые аспекты
  11. § 5. О формировании правового государства в России
  12. Формирование политико-правового сообщества.
  13. § 1. Исторические корни и условия формирования правового государства
  14. § 3. Значение правовой системы для формирования и развития гражданского общества
  15. Глава 14. Правовые аспекты совершения акционерным обществом сделок, требующих специального одобрения
  16. § 24. ФОРМИРОВАНИЕ ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТОВ ФЕОДАЛЬНОГО СТРОЯ
- Авторское право - Адвокатура России - Адвокатура Украины - Административное право России и зарубежных стран - Административное право Украины - Административный процесс - Арбитражный процесс - Бюджетная система - Вексельное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право России - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Лесное право - Международное право (шпаргалки) - Международное публичное право - Международное частное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Правовая охрана животного мира (контрольные) - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор в России - Прокурорский надзор в Украине - Семейное право - Судебная бухгалтерия Украины - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Теория государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право России - Уголовное право Украины - Уголовный процесс - Финансовое право - Хозяйственное право Украины - Экологическое право (курсовые) - Экологическое право (лекции) - Экономические преступления - Юридические лица -