<<
>>

Русский консерватизм

Термином «консерватизм» обозначаются течения социальнофилософской мысли, направленные на сохранение и поддержание исторически сложившихся форм государственной и общественной жизни, ее моральных, правовых, религиозных и семейных основ. Социально-философские идеи консерватизма сформировались в Западной Европе в XVIII в. как реакция на либерально-демократические идеи. Во второй половине XIX в. консерватизм возникает на русской почве. Прямое влияние на становление русского консерватизма оказал западноевропейский консерватизм таких мыслителей, как Томас Карлейль, Эдмунд Бёрк, Жозеф де Местр, а также более ранние формы отечественной консервативной мысли — славянофильство и русское почвенничество.
Идеология русского консерватизма, наиболее емко выраженная в формуле графа С. Г. Уварова «Православие. Самодержавие. Народность», на публицистическом уровне обосновывалась М.Н. Катковым, на философском — К.Н. Леонтьевым и К.П. Победоносцевым. Философская основарусского Один из наиб°лее ™убоких консерватизма - органическая мыслителей XIX в. Константин Нико- теория развития К.Н. Леонтьева лаевич Леонтьев (1831 — 1891) не только был активнейшим проповедником консервативных идей, но и разработал оригинальную социальнофилософскую концепцию консерватизма. Свои идеи К.Н. Леонтьев не облекал в традиционную философскую форму, а излагал живым, афористичным языком. Концепция Леонтьева носит глубоко системный характер. В его методологии жило утраченное впоследствии единство естественно-научного и гуманитар- ного знания. Он считал, что принципы развития, господствующие в природе, сохраняются и проявляют себя в человеческой истории. Связывая воедино природу и человека, мир его культуры, К. Леонтьев сформулировал органическую теорию развития, для которой характерны: • аналогия между любой органической системой и организмом как неразложимой целостностью; • представление о закономерных этапах развития системы, составляющих конечный во времени цикл. Органическое развитие, по Леонтьеву, является сложным процессом, полный цикл которого включает в себя следующие этапы: (1) первичной простоты; (2) цветущей сложности; (3) вторичного смесительного упрощения. Если немного переформулировать концепцию развития в терминах системного подхода, то вырисовывается очень строгая научно-философская концепция развития. Начальным этапом развития выступает первичная простота, т.е. такое состояние системы, в котором не выявились еще все заложенные в ней возможности. Переход от первичной простоты к цветущей сложности — это период становления системы, связанной с такими процессами, как • индивидуализация, т.е. обособление явления, с одной стороны, от окружающего мира, а с другой — от всех сходных явлений; • дифференциация и усложнение, т.е. «увеличение богатства внутреннего», появление разнообразных неоднородных частей, элементов; • интеграция, или постепенное укрепление единства взаимосвязанности и взаимообусловленности составляющих частей. Переход от первичной простоты к цветущей сложности представляет собой процесс самоорганизации системы. Цветущая сложность — высшая точка развития, которая «есть высшая степень сложности, объединенная неким внутренним деспотическим единством»182. Деспотизм в данном случае означает принудительные начала организации разнообразных элементов в одну систему, обеспечивающие ее существование в качестве целого. В каждой органической системе заложен механизм саморазрушения и при достижении высшей точки развития начинается рассогласованность между составляющими ее частями.
Усложнение составных частей системы переходит те границы, в рамках которых система сохраняет устойчивость. Начинается переход от цветущей сложности к вторичному смесительному упрощению, который представляет собой процесс дезорганизации системы и проявляется в • ослаблении единства между частями; • разрушении сложной иерархической структуры и уравнивании частей друг с другом; • нарастании однообразия, унифицированности; • отпадении частей от единого целого. Итогом является распад, разложение, гибель системы. На основе этой схемы Леонтьев обосновал идею цикличности развития государств, народов, культур, выдвинутую Н.Я. Данилевским. Цикличность в развитии общества подобна фазам развития организма, где есть эмбриональный период, рождение, рост и расцвет всех возможностей, но есть также угасание и смерть. Любая органическая целостность имеет свой срок существования. Леонтьев видит некий алгоритм в жизни народов, культур и государств, несмотря на кажущуюся уникальность их истории. Из примитивного состояния первоначальной простоты постепенно формируется усложняющаяся общественная система. Это восходящая линия развития, на которой общество характеризуется сложной сословной социальной структурой, наличием деспотических организующих начал жизни в форме национальных государств, координацией и субординацией всех его частей, расцветом науки, искусства, ремесла. Достигнув расцвета, своей высшей точки, общество постепенно переходит к нисходящей линии развития, где разнообразие сменяется однообразием, упрощением, в результате чего постепенно угасает способность к культурному творчеству и в конечном итоге данное общество перестает существовать как субъект исторического процесса. Теория органического циклического развития Леонтьева, базировавшая на теории культурно-исторических типов Данилевского, стала философской основой историософских построений русских консерваторов. В программной статье «Византизм и славянство» К.Н. Леонтьев проводит сравнительный анализ России и Западной Европы и показывает принадлежность России не к европейскому, а к другому типу культуры, который он определяет как византийский, главными характеристиками которого являются самодержавная монархия как форма государственной власти и православие как духовная основа общественной жизни. «Великая ложь нашего времени»: В русском консерватизме идеи про критика западноевропейских гресса, демократии и либерализма концепций прогресса и демократии подвергались развернутой критике как с позиций органического подхода (К.Н. Леонтьев), так и с религиознонравственных позиций (К.П. Победоносцев). Выдвигаемые Леонтьевым идеи цикличности развития находились в прямом противоречии с популярными в то время концепциями прогресса. Сторонники прогресса трактовали историческое развитие как поступательное движение общества от низших ступеней к высшим, к достижению материального благополучия, всеобщего гражданского равенства и демократических свобод. Цель прогресса — счастье всего человечества. Для обозначения процесса реализации этих идей Леонтьев употребляет понятие «эгалитарнолиберальный прогресс», т.е. уравнительно-освободительный. Понятие эгалитарно-либерального прогресса у него двойственно: в одной формуле объединены стремление к свободе и стремление к равенству. Леонтьев анализирует последствия эгалитарно-либерального прогресса для форм национальной культуры и национальной государственности. Процесс исторического развития, по Леонтьеву, ничего общего с западноевропейскими теориями прогресса не имеет. Развитие даже по нисходящей линии есть естественный упорядоченный процесс. Эгалитарно-либеральный прогресс, в основе которого лежит борьба за равенство и свободу, направлен на разрушение порядка, деградацию общества, ниспровержение государственных, религиозно-церковных и социальных устоев. Люди, в безумной жажде немедленных демократических свобод и уравнительных прав, повсюду вступают за них в борьбу, проникаясь ненавистью и злобой. В этой борьбе теряются выработанные длительным культурным развитием умения, сложные чувства, высшие понятия. На смену им приходят примитивные идеи. Идет процесс упрощения, при котором и государство, и его граждане, и культура в целом деградируют и теряют индивидуальность. Идеи прогресса, понимаемого как движение к всеобщему благу, рассматривались Леонтьевым как иллюзорные. Всеобщее помешательство на почве уравнительного материального благополучия есть не что иное, как погоня за призраком, новая форма религиозного суеверия. Леонтьев высмеивает и претензии сторонников прогресса на построение счастливого будущего. Он пишет о том, что глупо и стыдно людям, называющим себя реалистами, верить в такую нереализуемую вещь, как счастье человечества. Как органическая природа живет разнообразием, антагонизмом и борьбой, обретая в этом единство и гармонию, так и человеческое общество не может основываться только на счастье и добре. Жизнь с необходимостью включает в себя горе и страдания, которые сопровождают историческое бытие каждого народа со времени возникновения его государственности и до его разложения и гибели. Любая же попытка реализации идеи всеобщего счастья на практике не может принести народу ничего другого, кроме неисчислимых страданий. Леонтьев провидчески замечает, что нет никаких верных научных данных о том, что это быстрое поступательное движение человека к счастью, «этот полет стремглав без тормозов» не приведет к прямо противоположному результату, «к безвозвратному падению в страшную бездну отчаяния»1. Для Леонтьева было ясно, что движение по пути прогресса с неизбежностью приведет к кризису культуры, ибо культура есть не что иное, как своеобразие. Главная беда эгалитарного прогресса заключается в том, что он несет бесцветную, однообразную, унифицированную культуру — именно то, что в XX в. получило название «массовая культура». В русском консерватизме была не только дана критика идей либерализма и демократии с философских позиций, но и выявлены идейные основы либерально-демократических учений, предпосылки демократии и механизм ее функционирования. Сопоставив теорию и практику демократии и показав полное их расхождение, Константин Петрович Победоносцев (1846—1907) находит такой емкий образ для характеристики демократии, как «великая ложь нашего времени». Демократия безнравственна, потому что основана на лжи, а «что основано на лжи, то не может быть право». Он показывает, что идея народовластия очень привлекательна, но в основе своей ложная, и весь опыт истории свидетельствует о том, что эта идея никогда не воплощалась в жизнь, да и не может быть воплощена, поскольку в действительности управлять будет не народ, а политическая элита. Теория парламентаризма, согласно которой воля народа выявляется через представительное учреждение — парламент, ложна, так как полностью противоречит практике парламентаризма. По теории, должно господствовать разумное большинство, на практике господствуют пять-шесть предводителей политических партий. По теории парламентаризма, народные представители должны быть из наиболее достойных граждан, на практике — это наиболее често- любивые и нахальные граждане. По теории, народные представители должны руководствоваться народным благом, на практике же они руководствуются личным благом и т.д. Поэтому истинное определение парламента будет выглядеть следующим образом: парламент есть «учреждение, служащее для удовлетворения личного честолюбия, тщеславия и личных интересов представителей»183. Самодержавие как форма Смысл деятельности к°нсерваторов r^fe- власги. ИМПерСКаЯ Идея лее четко выразил Михаил Никифорович Катков (1818—1887), который видел свое предназначение в том, чтобы стоять на страже прав верховной власти и государства во всем, что касается его безопасности, единства и целостности. Русские консерваторы дали развернутое теоретическое обоснование самодержавной власти как единственно возможной и высшей формы государственной власти в России. Исследуя российскую государственность, они поставили на теоретическом уровне такие вопросы: • Что определяет бытие России как России? • Что обеспечивает целостность и устойчивость России? • Какие факторы могут нарушить устойчивость России и разрушить ее целостность? В поисках ответов на эти вопросы консерваторы пришли к выводу: целостность и устойчивость России обеспечивает только самодержавная монархия. Именно поэтому она является единственной возможной формой государственной власти. В русском консерватизме во второй половине XIX в. впервые было подвергнуто осмыслению государственное бытие России в качестве империи. Обращение к этой проблеме было обусловлено конкретно-историческими условиями того времени: завершилось «собирание» империи и уже успели проявиться потенциально заложенные в любом многонациональном образовании противоречия. Имперская идея в консерватизме была связана, в первую очередь, с идеей государственной мощи, при которой единая государственная централизованная власть выступает как самоценность и гарантирует единство империи. Русские консерваторы ясно осознавали, что государственное величие России связано с ее целостностью и неделимостью, поэтому защита единства Российской империи проходит лейтмотивом через всю консервативную мысль. Наиболее яркое выражение эта идея нашла у М.Н. Каткова, который считал, что сохранение целостности и единства для России — вопрос жизни и смерти, вопрос ее бытия в качестве великого государства. Он неоднократно подчеркивал историческую заслугу русского народа в создании великого государства. Борясь с либеральными и демократическими поползновениями на целостность России, он доказывал, что Российская империя может существовать только как унитарное государство, а любые попытки федерировать Россию приведут к ее развалу. Федеративное устройство России не сплачивалось бы национальным единством. В конгломерате разных национальностей существовало бы непреодолимое стремление не к единству действий, а к обособлению, взаимному отчуждению и национальному антагонизму. Федерация неизбежно приведет к сепаратизму, а сепаратизм, по образному выражению Каткова, есть внутренняя язва, разъедающая государственный организм. Поэтому государственная власть в борьбе с сепаратизмом правомочна идти на любые меры, способные защитить целостность государства. Будущее России — Перспективы будущего развития России «реакционно-прогрессивное проанализированы К.Н. Леонтьевым. Он за- движение». КК Леонтьев дается вопросом: какое будущее ждет Россию в случае отказа от византийских начал жизни, т.е. от самодержавия и православия? Здесь, на его взгляд, просматривается несколько вариантов. Первый: тихое, медленное разложение византийских начал путем демократизации. Россия в таком случае пойдет подражательным путем, потеряет свое «национальное лицо» и растворится в западноевропейской культуре. Что же касается ее государственности, то Россия перестанет существовать как великое государство, превратившись в заурядную демократическую республику на задворках Европы. С такой возможностью К.Н. Леонтьев не может и не хочет примириться. Поэтому он, не колеблясь, приходит к выводу, что никакая пугачевщина не может повредить России так, как ей может повредить очень мирная, очень законная демократическая конституция. Но такой вариант возможен только при мирном течении событий, гарантий которому нет. Опыт Европы показал, что переход к демократии не осуществляется мирным путем. Либерализм и демократизм порождают кровавое заблуждение революций. Вероятнее другое. К.Н. Леонтьев был убежден в том, что демократия никогда не впишется в систему государственного устройства России, она его разрушит. Не нужно строить иллюзий, предупреждает Леонтьев, в отношении демократии и свободы, чуждых русской государственности: порядок в ней держится исключительно самодержавным деспотизмом и централизмом. К тому же народ, живший столетия в условиях деспотизма, впитавший в себя чувства ненависти, страха, скорби, при разрушении принудительных начал становится неуправляемым. Такой народ опасен для всех, в том числе и для себя. Россию ждет анархия и гражданская война. Не менее катастрофический вариант просматривается Леонтьевым и при попытке воплощения в жизнь социалистических учений. Видя нарастающую силу революционного движения, он делает предположение о том, что социалистического будущего России избежать не удастся. Рассматривая перспективы социализма, Леонтьев сравнивает его с ранним христианством. Социалистические идеи, по его мнению, ненаучны и являются какой-то непонятной разновидностью религиозно-политического радикализма. Они становятся популярными и привлекают к себе, как привлекали идеи раннего христианства периода мученичества. Секрет их привлекательности в том, что эти новые, не испытанные на практике идеи сулят быстрое и простое решение всех социальных проблем. Их гибельные последствия сразу не видны. Пока в XIX в., замечает К. Леонтьев, социалистические идеи распространяют социалистические пророки, но придет XX в., и социалистических пророков сменят социалистические диктаторы. Великие диктаторы могут проявиться только на почве социализма, а сам социализм будет оформлен как государственная религия. Что может спасти Россию? И возможно ли вообще ее спасение? В поисках выхода он пришел к мысли о «реакционно-прогрессивном движении» — парадоксальной, но диалектической идее. Возвращение к прошлому невозможно. Следовательно, нужно идти вперед. Но как? Не путем отрицания начал национальной культуры и государственности, как предлагают либерально-демократические и социалистические учения, а «прогрессивно-охранительным» путем: «то есть проповедовать движение вперед на некоторых пунктах исторической жизни, но не иначе, как посредством сильной власти и с готовностью на всяческие принуждения». На месте стоять нельзя, заключает Леонтьев. Хотя нельзя восстановить то, что уже по существу своему утрачено, но можно и должно одной рукой, охраняя и утверждая святыню церкви, крепить могущество самодержавной власти, другою двигать нацию вперед: Необходимо вступить решительным и твердым шагом на путь чисто экономических, хозяйственных реформ, необходимо опередить в этом изнеженную духом Европу, стать во главе движения... из последних сил стать первыми в мире!184 10.6.
<< | >>
Источник: В.Н. Лавриненко, проф. В.П. Ратников. Философия: Учебник для вузов. 2010

Еще по теме Русский консерватизм:

  1. СТАНОВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОНСЕРВАТИЗМА
  2. 8. Русский консерватизм второй половины X IX в.
  3. 8. Русский консерватизм второй половины X IX в.
  4. СУДЬБА РУССКОГО КОНСЕРВАТИЗМА
  5. ЭВОЛЮЦИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ РУССКОГО КОНСЕРВАТИЗМА В XIX ВЕКЕ
  6. Консерватизм
  7. Консерватизм
  8. ПИСЬМО ПЯТОЕ. О КОНСЕРВАТИЗМЕ
  9. § 3. Что такое консерватизм?
  10. ШАШИЗМ: АЛЬЯНС КОНСЕРВАТИЗМА И МОДЕРНИЗМА
  11. Патриархальный Консерватизм
  12. ПОНИМАНИЕ ЛИБЕРАЛИЗМА И КОНСЕРВАТИЗМА
  13. 1.1. Идеи политического и социального консерватизма в «наказе» Екатерины II
  14. КОНСЕРВАТИЗМ Э. БЁРК РАЗМЫШЛЕНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ ВО ФРАНЦИИ37
  15. Тема ЯЗЫЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА ДРЕВНИХ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН. ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ, ИХ ВЛИЯНИЕ НА СКЛАДЫВАНИЕ ХАРАКТЕРА РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА (РУССКОЙ МЕНТАЛЬНОСТИ)
  16. ЛЕКЦИЯ 7.ЕВРОПЕЙСКИЙ КОНСЕРВАТИЗМ И ИСТОРИЧЕСКАЯ ШКОЛА ПРАВА. РОЖДЕНИЕ КЛАССИЧЕСКОЙ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ ПРАВА
  17. Глава XXX НЕОРОМАНТИЗМ И ЁТИЦИЗМ. ЛИБЕРАЛИЗМ И КОНСЕРВАТИЗМ. РОСТ ЗНАЧЕНИЯ СРЕДНИХ КЛАССОВ (1818—1844 гг.)