<<
>>

Появление элементов проблемности в понимании истины в классической науке

До середины XX в. понятие истины не фигурировало в философских трудах о науке как проблема. Подавляющим большинством исследователей принималось как нечто само собой разумеющееся, что ученый стремится к истине, а для достижения этой цели необходимо, чтобы получаемые им результаты соответствовали предмету изучения. Научный эксперимент является способом удостоверения истинности теоретических положений, причем его показания однозначны и не зависят от места, времени и личности исполнителя, если условия экспериментирования воспроизводятся с достаточной точностью.

Как известно, основным условием проведения как экспериментальных, так и теоретических работ считалось максимальное устранение из получаемых результатов всех характеристик ученого как человека, принадлежащего определенной исторической эпохе, культуре, семье, религиозной конфессии и так далее.

Основные споры разгорались не по проблеме истины, здесь все были более или менее согласны (я имею в виду прежде всего философов, историков, социологов науки). Дискуссии велись главным образом о значении для адекватной интерпретации науки логики развития научных идей, с одной стороны, и влияния на науку социальных факторов, понимаемых как внеш- ниє по отношению к ней, — с другой. При взгляде на эти дискуссии (интерналистов и экстерналистов) из исторической перспективы нельзя не заметить, что, несмотря на бурный характер обсуждений, проведение международных конференций и симпозиумов и, казалось бы, непримиримость позиций тех и других, в основании взглядов оппонентов лежал общий тезис: содержание и логика научных идей не зависят от социальных влияний. Воздействие социума как внешних факторов: война, неурожай, избыток или недостаток финансирования, смена политического режима и т.д. — может ускорить или замедлить развитие науки, изменить его направление, поменять приоритеты. Однако логика и содержание научных идей этому воздействию не могут быть подвержены. С этим соглашались представители обеих спорящих сторон. Согласны они были и в том, что любое вторжение в результаты научных исследований каких бы то ни было элементов социальности в любом ее виде неизбежно приводит к ошибкам и неточностям. Дискуссия сводилась в конечном итоге к тому, что более полно раскрывает существо науки: ее социальная природа (тот факт, что наука невозможна вне общества и делается людьми) или же совокупность научных идей, которые в своем развитии опираются лишь на предшествующее знание и никак не определяются социальным контекстом. И историй науки было две — социальная история и история научных идей. Научная истина добывалась как результат развития научных идей, и научное знание было тем совершеннее, чем независимее было от социальных обстоятельств. Понятие истины не обсуждалось, оно понималось одинаково всеми участниками дискуссии и вполне соответствовало реалиям классической науки Нового времени. Но тем не менее сам факт проведения дискуссий подобного рода свидетельствует о появлении необходимости специально подтвердить (без обсуждения прямым текстом) принимавшуюся до сих пор безоговорочно всеми идею истины в науке как базирующуюся на полном отделении социального от логического.

Аналогичных взглядов придерживался и социолог науки Р.Мертин. Он принимал участие в дискуссиях интерналистов и экстерналистов на стороне последних, но в его позиции намечаются некоторые существенные сдвиги в понимании соотно шения социального и логического, граница между которыми переносится им в науку как социальную структуру.

Социальное — это уже не нечто находящееся за пределами науки и воздействующее на нее извне как внешние факторы, это - социальное устройство самой науки. Наука, таким образом, это не только научные идеи, социальное тоже включается в ее рамки. В то же время граница сохраняется и очень жесткая. Ни организация научных институтов, ни ценностные установки ученых, этические нормы их поведения и характер отношений на иерархической лестнице не могут повлиять на содержание научных теорий, их логику. Для Мертона важно вычленить научное знание в особую область, четко отграниченную и от социальной структуры самой науки, и от других социальных институтов в обществе. Историка и социолога должны интересовать только ошибки, заблуждения в развитии науки, ложные ходы и тупиковые ситуации. Другими словами, предметом его внимания являются моменты в истории научных идей, связанные с ученым-человеком, недостаточная квалификация или сообразительность которого явились причиной нарушения логического процесса выведения одной идеи из другой. При этом современная теоретическая мысль вбирает в себя все то истинное, что содержалось в прошлом знании. Поэтому ученый в своей повседневной работе не испытывает никакой потребности в анализе истории тех идей и теорий, которыми он оперирует. Ученый не интересуется, в каком социальном контексте, при каких исторических обстоятельствах возникают научные идеи, а социолог и историк не вникают в содержание научных теорий.

Но помимо того, что Мертон сместил границу между социальным и логическим внутрь науки, введя в оборот идею о социальном не только как о внешних по отношению к науке факторах, но и как о социальности самой науки, он сделал еще один шаг в сторону от жесткого противопоставления научного знания и социальных условий его существования в обществе. Мертон выступил против создания всеобъемлющих социологических теорий. По его мнению, трудно установить какие-либо закономерности, справедливые для общества в целом. Более или менее постоянные отношения можно установить для сравнительно узких областей социальной жизни, создавая теории «среднего ранга», только они могут быть действительно работающими. Мертон, в силу этого своего убеждения, не стремится создать универсальную теорию взаимодействия науки и общества, научных идей и социальных обстоятельств. Он берет конкретную ситуацию в Англии XVII в. и обосновывает тезис, что развитию науки содействовали в тех условиях и экономика, и религия в лице протестантизма1. Мертон не отрицает факта противоположности теологического и научного подхода к миру. Пуританство ненамеренно содействовало утверждению науки как социального института, вопреки своей теологии как особому способу восприятия мира и вопреки умонастроению своих вождей. Взаимодействие науки и религии Мертон рассматривает здесь как функциональное, которое осуществляется по линии скрытой (неявной) функциональности. Социальные ценности, присущие пуританству, одобряли науку в силу своей глубоко утилитарной ориентации, скрытой за религиозной терминологией и поощряемой религиозным авторитетом. Такая функциональная взаимосвязь не просто безразлична к внутреннему содержанию, внутренней сути взаимодействующих социальных явлений, но даже допускает их противоположность, поэтому естественно предположить, что протестантизм совсем не является единственно возможным социальным институтом, который мог оказать содействие становлению современной науки.

В разные исторические эпохи, по убеждению Мертона, наука, научные системы покоятся на различных предпосылках.

Основной предпосылкой современной науки является широко распространенное инстинктивное убеждение в существование «порядка природы». Окончательным критерием истины в науке Галилея и Ньютона является эксперимент, считает Мертон, но само понятие эксперимента оказывается невозможным без исходной предпосылки о том, что в природе существует порядок и если ей задавать соответствующие вопросы, то она ответит. Эта предпосылка выражает собой веру в возможность самой науки, но не может, тем не менее, индуцировать ее развитие. Необходим был постоянный интерес к поиску этого порядка природы эмпирическими и рациональными средствами, т.е. активный интерес к миру и к тому, что в нем происходит. В лице протестантизма религия создала условия для воз никновения такого интереса. Протестантизм настаивал на активной светской деятельности, причем акцент делался на опыт и разум как основы действия и веры.

Мертон полагает, таким образом, что никаких единых закономерностей развития науки в обществе нет и быть не может. Любую историческую ситуацию следует рассматривать особо и выявлять свойственные ей функциональные отношения. Причем специфику ситуации определяют социальные условия, они каждый раз иные и подчиняются своим законам, не обладающим глобальным характером и совсем не обязательным для другой ситуации. Однако научное знание развивается единообразно, кумулятивно, поступательно. Из всех социальных условий каждой исторической ситуации его развитие стимулируют только те условия, которые совпадают по своим характеристикам с социальным устройством науки и которые сами доминируют в обществе. Так было с этическими нормами протестантизма в Англии XVII в. Но эти отношения между социальным в обществе и социальным в науке никак не касаются содержания научных идей. Научные идеи безразличны к общественным ценностям, их отношения опосредованы социальным институтом самой науки. Истинность или ложность научных представлений никак не зависит от социального контекста их возникновения.

Так или иначе, но в концепции Мертона нарушена параллельность двух историй науки, социальной и истории научных идей. Социальная история фокусируется у него в некоторых кризисных точках, в такой, например, как возникновение естествознания Нового времени в Англии. Кризисные точки все разные, поэтому, хочет того Мертон или нет, намечается про- блемность понимания истины в науке как соответствия знания предмету и его полной независимости от субъекта деятельности, в какой бы форме эта субъектность ни проявлялась.

Не только для Мертона интерпретация научной революции XVII в. была пробным камнем в формировании теоретических позиций. А.Койре, тоже участник дискуссий интерналистов и экстерналистов, но, в отличие от Мертона, на стороне первых, пошел по пути нарушения непрерывности в первую очередь в истории научных идей. Для него возникновение науки Нового времени означало утверждение начал этой науки в контексте культуры, прежде всего философии как одной из ее составляющих. Научная мысль, по его мнению, никогда не была полностью отделена от философской. Естествознание не развивается в вакууме, но всегда находится в окружении идей, фундаментальных принципов, которые обычно рассматриваются как философские. Такое погружение науки в контекст культуры, которое было свойственно не только Койре, неизбежно заставляет переосмыслить проблему объективности научного знания, а значит, и проблему истинности, как она понималась в классической науке. Ведь если результаты, получаемые в естествознании, не освобождаются полностью (хотя бы по исходному замыслу, в идеале) от субъектных вкраплений того или иного рода, это означает, что нарушено главное требование к исследованию в классической науке, а именно: предмет изучения и знание, получаемое о нем, должны противостоять ученому как от него независимые. Это является обязательным условием истинности знания. 2.

<< | >>
Источник: А. Л. Никифоров (ред.). Понятие истины в социогуманитарном познании [Текст] / Рос. акад. наук, Ин-т философии ; - М.: ИФРАН. - 212 с.. 2008

Еще по теме Появление элементов проблемности в понимании истины в классической науке:

  1. Плюрализм в науке как способ сохранения своеобразия и особенностей классической и неклассической науки
  2. § 3. В науке гражданского права важно различать три элемента: исторический, догматический и практический.
  3. СОЦИАЛЬНЫЙ ЛОГОС И СТРУКТУРНАЯ СОЦИОЛОГИЯ (В КЛАССИЧЕСКОМ ПОНИМАНИИ)
  4. JI.А. Маркова Истина в классической и неклассической науке2
  5. Специфика проблемного поля классической философии. Предмет философии и его историческая динамика
  6. 2. Творчество и интуиция, объяснение и понимание. Истина
  7. 1.4 Проблемная лекция 1.2 по модулю 1 "Введение”: - Современная экологическая ситуация отдельных компонентов биосферы (элементы глобальной экологии; экологический императив)
  8. Часть вторая Распространение вопроса об истине на понимание в науках о духе
  9. ЧАСТЬ ВТОРАЯ РАСПРОСТРАНЕНИЕ ВОПРОСА ОБ ИСТИНЕ НА ПОНИМАНИЕ В НАУКАХ О ДУХЕ
  10. Истина как основа, цель познания и критерий истины
  11. Истину или то, что выдается за истину, исследовать и испытывать
  12. Истинность моделей в свете учения об объективной, абсолютной и относительной истине
  13. Проблема истины и ее критериев. Истина и правда