<<
>>

§1. Итальянский фашизм: зарождение и становление дискурса

Актуальный идеализм. Философской основой фашистского движения можно считать концепцию актуального идеализма, сформулированную Джованни Джентиле. Исследователи его творчества неоднократно отмечали, что между взглядами Джентиле и фашизмом как движением ни в коем случае нельзя ставить знак равенства, так как Бенито Муссолини использовал самые разные идеи для того, чтобы прийти к власти.145 Тем не менее, именно Джентиле заложил тот идейный фундамент, на котором вырос и смог развиваться идеологический дискурс итальянского фашизма. Актуализм вырос как оппозиция материализму и позитивизму, которые понимали мир как объективную реальность, данную нам в опыте. Основываясь на воспроизводимости этого опыта, материалисты делают вывод о том, что эта реальность существует независимо от нашего сознания и восприятия. Актуалисты возражали, что всякий опыт - есть акт субъекта, а потому внешняя реальность не может рассматриваться самостоятельно, независимо от реципиента. «Единственная незыблемая реальность, которую мне дано утверждать и с которой поэтому должна быть связана всякая реальность, кою я могу мыслить, - та самая, которая мыслит, которая реализуется и является, таким образом, реальностью лишь в мыслящем себя акте», - писал Джентиле146. Таким образом, все мыслимое оказывается имманентно самому акту мышления. Следуя Канту, Джентиле утверждает: «Я содержу в себе пространство и время»147 148. Дух априори обладает элементарной осведомленностью, из которой затем уже диалектическим методом выводит все категории, пригодные для того, чтобы облечь действительность в дескриптивную и нормативную форму. Однако для Джентиле это больше, чем просто условие познания, для него процесс мышления - сама космогония. Субъект необходим, чтобы совершить акт мышления, объект нужен, чтобы быть предметом этого акта, однако истинная реальность формируется только в синтезе субъекта и объекта, которое и есть мышление. Через эту диалектику дух самополагает себя. Да, на этом пути возможно зло и ошибки, они понимаются Джентиле как отрицание Духом себя самого. Но это, по сути, двигатель развития Духа, он потому является благим и истинным, что способен преодолевать зло и 3 несовершенство, двигаясь вперед . С этим связано его понятие «человечности», которая объединяет всех индивидов. «Живые, мертвые и еще не родившиеся» - в акте они познают препятствия, чтобы преодолеть их, зло, чтобы его исправить, боль, чтобы ее смягчить и так далее. Объединенные «в действии, в цивилизации», они составляют жизнь духа149. Сформулированная актуализмом идея реальности как продукта коллективного рассуждения думающего сообщества впоследствии стала одним из фундаментальных философских оснований движения фашистского корпоративизма. Так, через истину и мораль, ограниченное эмпирическое «я» обнаруживает трансцендентальное «мы»150. Джентиле распространяет эти идеи и на общественные институты. Определяя государство как «нацию, сознающую свое единство», как «полную и совершенную человечность», он уподобляет его личности, а это значит, оно не может быть ни агностичным, ни аморальным. Так формируется идея «этического государства». Чтобы через коллективное мышление двигаться к цели (а истина - всегда останется целью, она раскрывает себя через исторический процесс, но это «направление, а не пункт прибытия»), всякое государство должно иметь свою доктрину, дающую право обучать и воспитывать новые поколения нации. Именно поэтому Джентиле был так увлечен реформой образования - ему было важно научить нацию «мыслить и действовать».151 152 Принципиальное значение для фашизма имела также концепция культуры как некой коллективной памяти, обеспечивающей возможность непрерывного развития мирового духа.
В 1936 г. Джентиле дал следующее определение: «Культура - это центр, это основа мира, куда бессмертный дух приходит, реализуя свой мир. Это мир цивилизации, в котором объединены наука и искусство, общество и Государство. Цивилизация - это комплекс форм, в которых воплощается и развертывается могущество человека как триумф свободы, как господство духа над природой, и это является основным принципом культуры. Нецивилизованные народы не имеют истории, их человечность скрыта для них самих в примитивной скорлупе их сознания, и у них нет культуры. Прогресс - это синоним мысли и культуры» . В этой цитате - «философский» ключ к консерватизму фашизма, к его попыткам вернуться к истокам древнеримской цивилизации и возобновить прерванный процесс. Подход Джентиле встретил немало критических замечаний, в частности, его обвиняли в солипсизме. Кроме того, «дьявольскую философию этического государства» решительно осудили в Ватикане, а работы Джентиле были внесены церковью в список запрещенной литературы. Однако именно актуализм был господствующим философским основанием для целого поколения фашистских интеллектуалов153. И хотя актуализм никогда не претендовал на массовость, оставаясь, в сущности, элитарным течением, он стал моральной и философским основанием для целого поколения итальянских фашистских интеллектуалов. Христианский консерватизм и корпоративизм. Если Джентиле сформулировал метафизику итальянского фашизма, то его социальноэкономическим фундаментом был корпоративизм, наиболее последовательными идеологами которого принято считать Уго Спирито (Ugo Spirito, 1896-1979) и Джузеппе Боттаи (Giuseppe Bottai, 1985-1959). Базовые принципы корпоративизма даже смогли воплотиться в экономической политике Муссолини, хотя - и такой цинизм был вообще характерен для дуче - использовались эти идеи скорее для партийного контроля над бизнесом, нежели чем для защиты прав рабочих и достижения общественного блага.154 Кроме того, корпоративизм позволял оправдать господство в стране единственной партии. Парламент признавался неэффективной формой общественного контроля, характерной для «загнивающих» либеральных систем. Взамен предлагалась альтернативная, позиционировавшаяся как более эффективная и справедливая, система корпоративизма, которая формировала иллюзию общественного контроля за государственным развитием через корпорации или синдикаты. Теоретики корпоративизма утверждали равенство всех классов внутри нации («великий эксперимент экономического примирения классов ради вышестоящих интересов страны»), провозглашали необходимость для каждого занять свое месте в системе производства, а вместо профсоюзов предлагали установить власть не избираемых органов - корпораций. Согласно идеалам корпоративизма, производство должно было приобрести социальный характер и руководствоваться общественными потребностями \ «Корпоративизмом движет возможность нравственного и индустриального единения социальной жизни; это радость делиться и приносить в жертву. Он противостоит каждой уникальной частной жизненной цели и именно по этой причине корпоративизм не является экономической идеей, но уникальной политической, моральной, религиозной. Он является сущностью самой Л фашистской революции», - утверждал У. Спирито. Поскольку движущим фактором экономического развития вместо стремление к прибыли становятся коллективные социальные цели, то и во главе предприятий теперь могут стоять не собственники, а менеджеры, которые были, по сути, такими же трудящимися. То есть капитал как таковой вообще исключался из системы3. При этом зарождение концепции корпоративизма произошло еще в XIX веке в интеллектуальных кругах Католической церкви. Именно на этой базе в дальнейшем выстраивали свою модель сторонники Муссолини. Католический корпоративизм стал реакцией на индивидуализм и марксистскую концепцию классовой борьбы, он стал своеобразной альтернативой господствовавшим в то время социализму и либерализму. Первое официальное определение корпоративизма, данное в 1884 году, звучало следующим образом: корпоративизм - «это система социальной организации, в своей основе имеющая группу людей, объединенную 155 156 157 естественными интересами и социальными функциями, и как специфические органы государства они направляют и координируют труд и капитал в соответствии с общественным интересом».158 Эти идеи лежат в основе знаменитой энциклики Rerum Novarum, опубликованной папой Львом XIII, вызвавшей активное политическое движение католиков в Италии. Она признает незыблемость частной собственности и выступает против чрезмерного усиления роли государства в общественной жизни, указывая на то, что его главная роль - беречь закон и порядок в стране. Она провозглашает необходимость создания основанных на католической религии профессиональных союзов, каждый из которых будет решать проблемы своих членов, повышая их физическое, духовное и экономическое благосостояние. При этом рекомендуется избегать таких союзов, которые противоречат христианским ценностям и общественному благу - то есть профсоюзов социалистов.159 160 Но если католический корпоративизм подчеркивал моральные обязательства человека перед богом и церковью, то фашистский корпоративизм на первое место помещает народ и государство. Исследователь Э.Нольте идет еще дальше, рассматривая христианский консерватизм как отрицание вообще всего пути, пройденного человечеством от эпохи Возрождения до Нового времени. «Свобода науки против догматического обскурантизма, господства разума против господства традиции, терпимость против угнетения, прогресс против реакции, техника против унаследованной рутины, спонтанность против жесткого авторитета, самоопределение против деспотизма», - приводит перечень оппозиций он, добавляя, что христианство впадает в радикальный консерватизм и в итоге оказывается на одной стороне с фашизмом161 162 163. Националисты: Э. Коррадини, А.Рокко. Известная переводчица и исследовательница итальянской культуры Ц. И. Кин выделила три фазы становления итальянского национализма: мифологическая фаза, которая относится к концу XIX века (включает в том числе фигуру Габриэле Д’Аннунцио, о которой подробнее речь пойдет немного позже); затем первая Л фаза - от начала XX века до 1910 года - и вторая фаза - 1910-1915 гг. «Отцом» итальянского национализма принято считать Энрико Коррадини (1865-1931). Впоследствии он, конечно же, влился в фашистскую партию, однако наибольшего самостоятельного влияния достиг в начале 1900-х. В -5 1903-1905 гг. совместно с Вильфредо Парето , а также Дж.Папини и Дж.Преццолини он издает ультраправую газету Il Regno («государство»)164. Наряду с пропагандой милитаризма и империализма, постоянными отсылками к величию Древнего Рима, Коррадини активно высказывается в поддержку Католической церкви. «Если уж должен появиться бюрократический блок, то и католики должны принять участие», - провозглашала его газета165. Утверждалось, что национализм не может быть враждебен по отношению к католической религии, поскольку это именно римское и итальянское творение. Отдельных похвал удостаивалась Католическая церковь как институт - националистов вдохновляли ее авторитаризм и иерархичность в противовес раннему христианству с его покорностью и пацифизмом166 167 168. В 1910 г. Коррадини формирует Итальянскую националистическую Л ассоциацию (Associazione Nazionalista Italiana) . Однако дальнейшая судьба националистического движения уже не связана с именем Коррадини. Не выработав единого отношения к Католической церкви и демократическим ценностям, движение раскалывается, а идейное лидерство перехватывают другие интеллектуалы, в числе которых особо важна фигура профессора -5 Альфредо Рокко . Хотя в центре внимания его работ, прежде всего, - экономическая теория, Рокко затрагивал также и проблему отношений с церковью. Являясь последовательным теоретиком синдикализма, он вдохновлялся отлаженной структурой Католической церкви. При этом оговаривался, что национализм должен будет взять под свою опеку сторонников Католической церкви - точно также как и настроенный решительно против национализма пролетариат169. Истоки в искусстве: Г. Д’Аннунцио и Ф. Т.Маринетти. Признанным учителем Бенито Муссолини и вдохновителем всего фашистского движения170 следует считать писателя Габриэля Д’Аннунцио171. Человек невероятно яркий, яркий, он на шестом десятке лет проявил себя и чрезвычайно смелым солдатом, возглавив первую в истории авиации бомбардировку столицы противника, и правителем - в этой роли он попробовал себя в 1920 году, когда вместе с единомышленниками захватил город Фиуме на берегу Адриатики172 173 174. Именно Д’Аннунцио фашизм обязан своей системой красочных политических ритуалов - он был блестящим оратором и выходил к своей публике в униформе, увешанной медалями. Кроме того, именно он одним из первых начал активно ссылаться на древнеримскую историю. «Я славлю тот факт, что я римлянин и признаю в каждом неримлянине варвара», - провозглашал он в захваченном Фиуме . Д’Аннунцио никогда не отличался хорошими отношениями с церковью . Еще в 1911 году Католическая церковь отлучила его за драму «Мученичество Св. Себастьяна», в которой роль святого исполнила Ида Рубенштейн, еврейка по происхождению и ко всему прочему известная своей нетрадиционной сексуальной ориентацией. Католикам запретили читать его книги и посещать постановки по его произведениям175 Проза Д’Аннунцио несет отпечаток антиклерикализма. Один из его рассказов - «Идолопоклонники» повествует об истово верующей группе людей, чьим идолом стал некто Святой Панталеоне176. Характерно, что в посвященном ему ритуале использован текст католической молитвы: «Ut fidelibus tuis aeris serenitatem concedere digneris. Te rogamus, audi nos!»177. Далее по сюжету выясняется, что чужая религиозная община, которая поклоняется другому идолу, украла свечи для ритуала. После этого озверевшая толпа отправляется на расправу. Характеризуя возбужденную преданность идолу, Д’Аннунцио использует экспрессивную лексику, формирующую негативный образ верующих: «узкий фанатизм», «отупевшие от слепого поклонения», «мятущаяся толпа». Новелла завершается сценой абсурдного насилия, которое не приводит ни к чему, кроме сокрушения идола Панталеоне, который толпа пыталась таким образом возвысить178. Свои социально-политические идеалы Д’Аннунцио смог последователь выразить после провозглашения независимости республики Фиуме. Совместно с итальянским синдикалистом Де Амбрисом он подготовил текст конституции нового государства, причем первая - черновая - версия была написана в стихах179 180. В сущности, документ выдержан в либеральных традициях и гарантирует гражданам основные права и свободы. Уважаются и приветствуются все религиозные взгляды, однако ритуалы не должны вступать в противоречие с законодательством республики . Школа полностью отделяется от религии - присутствие религиозных и политических символов в образовательных учреждениях исключено. Вместо этого повсюду должны быть «начертаны вдохновляющие слова, которые подобно героической симфонии, никогда не потеряют своей силы оживлять и будоражить душу»181. Таких поэтических вставок, сосуществующих с привычными юридическими формулировками, в тексте конституции немало. Например, из десяти существующих в Фиуме корпораций последняя не получила специального имени: «Ее приберегли для мистических сил прогресса и смелых авантюр. Это своего рода обет, принесенный гению неизвестности, человеку будущего»182. Отдельного внимания заслуживает предпоследняя статья, посвященная музыке: «Музыка является религиозным и социальным институтом. Возрождение нации достигается лирическим усилием. Музыка — это ритуальный язык, она порождает искусство жизни и труд жизни. Великая музыка всегда возвещает внимательным и взволнованным массам приближение царства духа. Подобно тому как крик петуха пробуждает рассвет, так музыка пробуждает зарю духа. Она осветит царство человека»183 184. Вряд ли стоит удивляться тому, как сильно люди искусства повлияли на становление итальянского фашизма. Причиной тому и образный инструментарий, объединявший нарождающийся политический миф и искусство, и революционно-модернистская природа фашизма, позволившая ему заручиться поддержкой многих представителей итальянской интеллигенции.185 Особенно интересна в этой связи фигура Филиппо Томмазо Маринетти, сформировавшего, с одной стороны, движение футуристов в искусстве, а с другой - оказавшего влияние на становление идеологии итальянского фашизма186. В 1909 году Маринетти пишет и публикует «Манифест футуризма», призывая громить музеи, памятники и университеты, чтобы освободить Землю от «зловонной гангрены» прошлого. Он воспевает любовь к опасности, мужество, отвагу и бунт, восхваляет войну как «единственную гигиену мира», а красоту способен разглядеть только в борьбе, кульминацией которой должны стать «многозвучные приливы революций»187. Десятилетие спустя вместе с национал-синдикалистом Алкестом Де Амбрисом он выпускает новый манифест - теперь уже фашистской партии. От прежнего революционного запала здесь остается одно напоминание: «этот манифест является революционным, поскольку он антидогматичный, новаторский и направлен против предрассудков».188 189 190 В остальном документ состоит из политических требований, которые нельзя назвать исключительными: это избирательное право, роспуск Сената, социальные гарантии, национализация военной промышленности и др. Для нас важен пункт финансовых требований: «конфискация всей собственности религиозных организаций и ликвидация епархий, ответственных за 3 чудовищные долги государства и привилегии узкого круга лиц». Антиклерикальные убеждения стали одним из противоречий, из-за которых уже через год - в 1920 г. - Маринетти и группа его соратников- футуристов вышли из состава фашистской партии. На самом деле принципиальных точки расхождения было три. Во-первых, футуристы сочувствовали трудящемуся классу и, в частности, забастовкам рабочих, а также считали ошибочным террор, развязанный против социалистов. Во- вторых, они считали обязательными следовать антимонархическим принципам. Недостаточный антиклерикализм Fasci di Combattimento был 4 лишь третьим пунктом . Так и оставшись до конца жизни «беспартийным фашистом», Маринетти своей бескомпромиссной позицией в начале 1920 -х гг. высветил принципиальный конфликт между свободолюбивыми, анархическими, революционными поисками футуризма и фашизмом, чья идеология в поисках долгосрочной опоры уже начала дрейф к консерватизму и тоталитарным формам осуществления внутренней политики. С другой стороны, несмотря на сущностные противоречия, футуристы и фашисты до последнего продолжали искать точки соприкосновения, свидетельством чему может служить их регулярное участие в культурной жизни Италии - особенно в оформлении Mostra della Rivoluzione fascista. Из-под пера футуристов регулярно выходили работы, демонстративно подчеркивающие общее революционное содержание этих движений191 192 193 194.
<< | >>
Источник: Вермишев Георгий Андреевич. РЕЛИГИЯ В ЕВРОПЕЙСКОМ ИДЕОЛОГИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ 20-30 ГОДОВ XX ВЕКА. Диссертация, СПбГУ.. 2014

Еще по теме §1. Итальянский фашизм: зарождение и становление дискурса:

  1. ЗАРОЖДЕНИЕ И СТАНОВЛЕНИЕ СОЦИОЛОГИИ КАК НАУКИ
  2. Фашизм
  3. Фашизм
  4. ИТАЛЬЯНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
  5. ИТАЛЬЯНСКАЯ МУЗЫКА
  6. 9.1. Дискурсы здоровья и болезни
  7. ФАШИЗМ И МИФ
  8. СОЦИОЛОГИЯ ФАШИЗМА
  9. 2. Дискурс И ДИСПОЗИТИВ образования
  10. СТРУКТУРНАЯ ЛИНГВИСТИКА: РЕЧЬ И СЛОВО (ВЫСКАЗЫВАНИЕ, ДИСКУРС)
  11. 54. Фашизм и другие виды авторитарных режимов
  12. ИТАЛЬЯНСКИЙ И БАЛКАНСКИЙ ФРОНТЫ
  13. Асонов Н. В. ДИСКУРС-АНАЛИЗКАК МЕТОД ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ
  14. Итальянская школа
  15. ГЛАВА VI. Итальянское право.
  16. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ИТАЛЬЯНСКИХ ГОСУДАРСТВ В СЕРЕДИНЕ XIX в.
  17. 3. Рецепция итальянского процесса в германской империи
  18. Галилей и итальянская картина мира