<<
>>

Философско -методологические проблемы экономической науки

Понятие экономика происходит от греч. oikonomike — букв, искусство ведения хозяйства, а экономические науки — это политическая экономия, экономическая социология, управление общественным производством, экономика труда, экономика отраслей хозяйства, история экономической мысли и ряд других.
В экономической науке, как и в других социально-гуманитарных науках, с давних пор прослеживаются два направления — натуралистическое и культур- центристское. Предельное свое выражение натуралистический подход получил в экономическом материализме, который чаще всего связывают с именем К. Маркса. Если хотите понять действия конкретных людей, социальных групп, классов, государственных структур, начинайте с экономики, учил Маркс, рассматривая «политическую экономию как ключ к анатомии общества». Он подчеркивал при этом, что в основе любой власти лежит экономическая власть, именно владение средствами производства обеспечивает политическую гегемонию данного класса и выражающего его интересы государства. Маркс пишет: «В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения, — производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышаются юридическая и политическая надстройка общества и которой соответствуют определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обуславливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а наоборот, их общественное бытие определяет их сознание. На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями или — что является только юридическим выражением этого — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались.
Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов необходимо всегда отличать материальный, с естественно-научной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства от юридических, политических, религиозных или философских, короче: от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт»134. Переход к новой общественно-экономической формации происходит, когда прежняя исчерпала себя, и в ее же недрах начинается. Надо заметить при этом, что Маркс вовсе не отрицает обратного влияния духовных факторов, — сознание не только отражает мир, но и творит его. Сейчас практически не в ходу понятие общественноэкономической формации, предпочитают понятие социокультурных систем, подчеркивающее роль культурных факторов в целостности социальных систем. Тем не менее многое подмечено верно и не утратило своей актуальности. И социалистическая революция, и перестройка начались тогда, когда прежние экономические отношения и скрепляющая их идеология исчерпали себя. В 1917 г. Россия была обескровлена империалистической войной за передел мира, «власть лежала в грязи», и ситуацией воспользовались большевики, которых многие до того не принимали всерьез. Экономический кризис и политическое безвластие в Германии 30-х годов открыли дорогу национал-социалистам. «Спусковым крючком» к развалу Советского Союза оказалось резкое обрушение мировых цен на нефть. Обреченными оказались не только «строительство социализма», но и перестройка, принявшая форму «катастройки» (А. Зиновьев). И в том, и в другом случае разрушенную экономику пытались восстановить директивным образом, к тому же разрушив и то, что еще сохранилось. Когда М. Горбачева, убедительно доказывавшего необходимость и неизбежность перестройки, спросили, а есть ли у него ее экономическая программа, он ответил: «Начнем — там видно будет».
Принявший неуправляемые формы развал экономики обернулся немыслимыми прежде межнациональными конфликтами, а волевые попытки перейти к капиталистической экономике привели к резкому обнищанию и вымиранию народа, к власти олигархов, умело воспользовавшихся ситуацией. Еще одним проявлением натуралистического подхода к экономике стал позитивизм, требовавший единства методов в построении теории любых процессов и фактически редуцировавший любые исследования к гипотетико-дедуктивной модели. Сюда же правомерно отнести и структурно-функциональный подход, переносящий структурные и функциональные связи, открытые в природе, на общество, включая экономические науки. Во многом альтернативой натуралистическому подходу развивались культурцентристские концепции экономики, которые подчеркивали социально-культурную обусловленность экономических процессов с учетом понимания мотивов, целей, настроений, психологии индивидов и групп (В. Дильтей). Немецкий ученый Г. Шмоллер (1838-1917) в исследовании деятельности «агентов экономических отношений» опирался на совокупность экономических, географических, психологических факторов. Придавая важное значение внеэкономическим факторам, он рассматривал экономические действия как следствие «душевной жизни» и происходящих в ней изменений. В. Зомбарт (1863-1941) отошел от первоначально разделяемых им идей Маркса к неокантианству. Отрицая существование экономических законов, он объяснял мотивы экономической деятельности в любом обществе наличием хозяйственного духа, особенно ярко воплощенного в капитализме. Считая «дух капитализма» (стремление к наживе, деньгам) свойственным человеческой природе, Зомбарт стал создателем «реформистской теории организованного капитализма». «Протестантская этика и дух капитализма» — так называется один из программных трудов М. Вебера. М. Вебер проследил взаимное влияние нарождавшегося в XVI-XVII вв. капитализма и протестантской религии, обратив внимание на важный и социокультурно обусловленный сдвиг, который произошел в это время. В отличие от раннего христианства, порицавшего богатство, идеолог протестантизма Жак Кальвин обосновывает в качестве нравственной деятельности обогащение, основанное на честном труде. Таким образом, дух капитализма отодвигает религиозные ценности, скрепляющие структуру социального пространства, в область частной жизни, и определяющими становятся материальные ценности. Наряду с максимизацией личной выгоды, М. Вебер выделяет в качестве одной из ценностей капиталистического общества индивидуальную свободу (естественно, ограниченную порядками гражданского повиновения). М. Вебер полагал возможным построение политэкономии как строгой науки, одновременно способной к пониманию. Методология «идеальных типов», разработанная им, предлагалась как ключ к обнаружению уникальных аспектов, присущих конкретной исторической ситуации. Более того, Вебер считал возможным не только строить политэкономию на натуралистической платформе, но и распространить метод «актуального понимания» на естественные науки. Отдельно следует остановиться на применении методологии М. Вебера к условиям современной ему России. Интерес к событиям в России заставил его изучить русский язык, а анализ событий там привел к выводу, что прямолинейный перенос капитализма в Россию может вызвать непоправимые последствия (ранее о такой опасности предостерегал Маркс). Уже тогда (1906) М. Вебер заметил, что русская бюрократия не просто подавляет демократию, но любые, даже оппозиционные идеи подчиняет целям своего господства. Без правового государства, без индивидуальной свободы, духовного обновления Россия не сможет выполнить ни одной из задач, которые перед собой ставит, считал ученый. М. Вебер видел и опасность того, что экономические успехи как самоцель приведут к «возрастанию несвободы». Убедительной иллюстрацией правоты этого тезиса стал советский период в нашей истории. Плановая экономика была обречена на нежизнеспособность в условиях «закрытой системы», а чрезмерно поспешная «общность имущества» порождала массовое расхищение «ничейного добра». В современной экономической науке актуально сочетаются принципы натуралистического и культурцентристского подходов, хотя порой с рецидивами односторонности (например, в подчеркнуто технико-центристских концепциях). В современной экономической социологии экономическая и социальная сферы взаимополагающи и неотделимы настолько, что освещаются «не отдельно взятые тенденции, наблюдаемые в сфере экономики и общества, и даже не взаимосвязи между ними, а нечто более сложное: механизмы, которые порождают и регулируют эти взаимосвязи»135 . Экономическое мышление, включающее в себя взгляды и представления, порожденные практическим опытом людей, их участием в экономической жизни, рассматривается как проявление экономического сознания в конкретной ситуации. Различаются социальные механизмы регулирования экономики и частные социальные механизмы регулирования отдельных социально-экономических процессов. К важнейшим категориям экономической науки относятся «экономические интересы», «экономическое поведение», «экономическая культура», «социально-экономические стереотипы», а также сравнительно недавно выработанные — «социальный капитал», «культурный капитал», «интеллектуальный капитал», «символический капитал». Действительно, с переходом от индустриального общества к постиндустриальному, информационному обществу, обществу знания все более значимым и ценным становится не материальный, а интеллектуальный капитал. К концу XX в. индустриальная цивилизация изжила себя прежде всего потому, что биосфера не в состоянии выдерживать все нарастающие индустриальные атаки, уже достигнуты «пределы роста» в использовании природных ресурсов, в частности энергетических, поднимается «третья волна» технологической революции, которая делает современную цивилизацию информационной, т. е. сегодня главным фактором общественного развития становится информация. На смену пролетариату как придатку машины приходит когнитари- ат, способный оптимально оперировать нарастающим валом информации, принимающей все более сложный и разнообразный характер. Ныне вместо разделенных когда-то производителей и потребителей на арену выходит единый «произтребитель» — потребитель все более активно определяет производственную политику, вплоть до управленческих решений. Конечно, неизбежен рост безработицы, смена менталитета людей, адаптация к инновациям. Как указывает А. Тоффлер, сегодня на один доллар, вложенный в экономику третьей волны, должно приходиться несколько долларов, вложенных в образование, переучивание работающих, переселение, социальную реабилитацию и культурную адаптацию. Самое важное здесь — трансформация не машин, а менталитета людей, переход к осознанию первичной значимости в их жизни культуры. Мир в целом окончательно перестает выглядеть машиной, он заполняется инновациями, для восприятия и осмысления которых необходимо постоянное самосовершенствование, непрерывное образование, широкомасштабное, гибкое мышление, позволяющее видеть связь между событиями, на первый взгляд, независимыми друг от друга. Анализируя достоинства и недостатки планирования и прогнозирования общественного развития, Тоффлер в своей практопии (практической утопии) считает необходимым и возможным их органичное единство в планах-прогнозах. Принципиальное значение приобретают вопросы о роли государства и моральных факторов в экономике. Государственный диктат в экономике, примитивное планирование настолько дискредитировали себя, что возврат к ним уже немыслим. Экономика должна развиваться как самоорганизующаяся система, в которой государству отводится роль аттрактора, задающего направление в точках бифуркации, развилки. Идея минимального государства предлагает сосредоточение государства на среднесрочных проектах, план-прогнозных сценариях. Ошибочным и опасным является подход, объявляющий государство и рынок несовместимыми. Требовать от рынка порождения морально удовлетворительных предпочтений значило бы ставить перед ним совершенно неподобающую задачу (Бьюкенен). Особенно это ощутимо в условиях резкого перехода к рынку, делающего его «диким». Поэтому государство, сохраняя за собой экономические и внеэкономические рычаги управления рынком, должно сочетать с этим ответственность за социальную защищенность своих граждан — налогоплательщиков, на которых оно держится. В 90-е годы, в эпоху бурной олигархизации и лихорадочного перехода России к рынку, ее премьер-министр доказывал, что чем скорее Россия, являясь «сырьевой державой», перейдет на мировые цены на нефть, тем скорее вольется в мировую экономику. Правда, с учетом разницы в зарплатах в России и в развитых странах приходилось признать, что такой резкий переход «приведет к снижению мобильности определенной части населения». Если бы только это! Но и это, в переводе на обычный русский язык, означало, что наиболее незащищенная часть населения — старики, инвалиды не смогут поехать не только на свадьбы и похороны, но и на отдых и лечение. Другой пример не обремененного моралью экономического подхода: в 70-е годы XX в. американский экономист М. Фридман создал экономическую модель, эффективную только в условиях почти фашистской диктатуры, которая была вскоре применена в Чили. Экономист получил за нее Нобелев скую премию, вручение которой оговаривает эффективность теории, но, к сожалению, не учитывает моральную составляющую. Современный мир представляет собой единый экономический организм, в котором нарушения в отдельных его частях тут же отражаются на всем организме. А это диктует не «войну всех против всех», а сотрудничество в решении всех глобальных проблем, которые потому так называются, что не могут быть решены усилиями отдельных государств, даже могущественных в экономическом, политическом и военном отношении. Вопросы и задания 1. В чем сущность «экономического материализма»? 2. В чем сущность культурцентристских концепций экономики? 3. Как М. Вебер объяснял обреченность «социализма» в России? Почему «перестройка» в СССР обернулась «катастройкой»? 4. Каковы важнейшие категории экономической науки? 5. Каковы современные представления о роли в экономике государства? 6. Возможно ли связывать экономику и мораль?
<< | >>
Источник: Торосян В.Г.. История и философия науки : учеб, для вузов. 2012

Еще по теме Философско -методологические проблемы экономической науки:

  1. Э. Г. Юдин Отношение философии и науки как методологическая проблема
  2. Философско -методологические проблемы наук о государстве и праве
  3. Философские и методологические проблемы филологических наук
  4. Философские проблемы исторической науки
  5. ГЛАВА II ЛОГИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОБОСНОВАНИЯ ПОЛОЖИТЕЛЬНОЙ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ МЕТАФИЗИКИ КАК НАУКИ
  6. § 1. Философия науки и философские проблемы конкретных наук
  7. Философские проблемы социологической науки
  8. Философские проблемы психологической науки
  9. К. С.Абульханова-Славская ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ НАУКИ И ФИЛОСОФСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ В КОНТЕКСТЕ ПАРАДИГМЫ СУБЪЕКТА С.Л.РУБИНШТЕЙНА
  10. ? Глава 18 ? Философские проблемы экономической жизни общества
  11. Глава 11 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ С ПРОБЛЕМАМИ В РАЗВИТИИ
  12. ВВЕДЕНИЕ МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИСТОРИИ ПЕДАГОГИКИ КАК НАУКИ
  13. § 2. Идея развития — основное методологическое основание новоевропейской философии и науки
  14. 2. Необходимость кардинального методологического переворота и переоценки философских ценностей
  15. Методологические проблемы наук о культуре