<<
>>

ИСТОРИЯ И ЗДРАВЫЙ смысл

Каков кто в рассуждении таков и в житии

Г. Те плов Понимание истории в русском Просвещении во многом зависит от того, в каком отношении история стоит к разуму. В истолковании разума сходятся, соединяются разнообразные темы и положения просвещенческой философии.

Прежде всего рационалистический подход вытесняет историософский провиденциализм и задает те ментальные координаты, в которых складывается историческое сознание305. В разуме ищет опору и добродетель и «естественная религия». «Там, где есть истина, — констатирует Е.А. Овчинникова особенности просветительского мировоззрения, — там добродетель; религия должна быть основана только на принципах разума, в противном случае она может быть источником пороков»306. Разум как первое свойство души, вла- дычествуюшей нал телом307, есть вместе с тем главная просвешаюшая сила. В этом русское Просвещение следует своему западноевропейскому образцу. Прежде всего в разуме видят опору и основу как жизни, так и науки. Жизнь, согласующаяся с законами разума и основывающаяся на здравом рассуждении, — просвещенная жизнь. В этом смысле разум, связанный с самой жизнью, разум, который в жизни непосредственно запечатлевается, не противоречит голому и абстрактному умствованию науки. Разум, по сути, представляет собой усиленную просвещением и возмужавшую в занятиях науками способность к здравому рассуждению, или ум308. Однако просвещенный ум, или разум, не есть ни «житейский рассудок», ни «жизненная мудрость», черпающие свои соображения из каждодневного опыта, а разум, поддерживающий сам себя, растущий и совершенствующийся по своим законам и в силу этого влияющий на саму жизнь. Это разум науки, разум кумулятивно наращиваемого знания, алгоритмически постигающего новое мышления и расширяющегося понимания. Задача науки совпадает с задачей самой жизни. «Мы рождаемся с тем, чтобы час от часу далее мыслить и больше понимать; к чему разные дороги мы называем искусством и науками», — писал Г. Теплов309. Конечно, и разум, лежащий в основе науки, т. е. просвещенный разум, и жизненный разум не чужды друг другу радикально, они имеют общее происхождение, укорененное в самой человеческой природе, выражением чего явля- ется так называемый «здравый смысл». Однако житейский разум состоит в родстве с предрассудками, заблуждениями и лживыми мнениями, в то время как разум науки методичен и прямолинеен, он приучен «ступать по самым малым степеням, чтобы он мог всегда восходить снизу наверх чувствительно, не пропуская ни одной степени»310. Именно такой просвещенный разум имеет значение для формирующейся исторической науки.

Применительно к пониманию истории в России XVIII в. следует различать два аспекта, две стороны, два смысла просвещенного разума — разум в узком смысле разума науки и здравый разум, или здравый смысл.

Первое наиболее широкое изъяснение разума дается через его противопоставление чувству. Разум «сильнее» чувства в том смысле, что он обладает большими возможностями для постижения и понимания мира. «Разум человеческий, — писал В. Золотницкий, — столь пространен, что ему подвержено не только знание всех вешей, которые составляют общность сего земного шара: но понятие его простирается до тончайших вешей, и удивительных тайностей, которые наружным чувствам не подвержены. Он взыскивает неизвестныя веши, узнает их свойства, определяет натуру и управляет оными»311 . Разум, в отличие от чувства (ощущения), способен располагать природой и определять, а если надо — изменять модус ее существования в соответствии со своим представлением.

Оптимистической верой в силу и успехи разума были проникнуты петровские преобразования. Эта вера не могла не сказаться и на понимании истории. Прежде всего разум рассматривался в эту эпоху в отношении к естественному и полезному. Разумная способность приравнивалась к естественным способностям, а разум становился концентрированным выражением «человеческой природы», метонимическим обозначением естества. Критика с позиции разума приводила к требованию «естественного»312. Апелляция к «естественному разуму» (например, у Феофана Прокоповича: «Вопросим естественного разума»313) становилась типичным началом всякого рассуждения. Значение «естественного разума» усиливалось сопоставлением его с авторитетом св. Писания, что, в частности, можно встретить у того же Феофана Прокоповича314. Несколько иной акцент в этой проблеме расставлял другой проповедник петровской эпохи, Гавриил Бужинский. Согласно его позиции, единство богопознания с естественным разумом достигается на основе самого разума, божественные установления раскрываются естественным разумом: «...знание Божие, естественным разумом познаваемое, всеянное во умах человеческих...»315.

<< | >>
Источник: А.В. Малинов. Философия истории в России XVIII века. СПб.: Издательско-торговый дом «Летний сад». — 240 с.. 2003 {original}

Еще по теме ИСТОРИЯ И ЗДРАВЫЙ смысл:

  1. Д. ПРИСТЛИ РАЗБОР«ИССЛЕДОВАНИЯ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ДУХЕ НА ОСНОВЕ ЗДРАВОГО СМЫСЛА» Д-РА РИДА, «ОПЫТА О ПРИРОДЕ И НЕИЗМЕННОСТИ ИСТИНЫ» Д-РА ВИТТИ И «ОБРАЩЕНИЯ К ЗДРАВОМУ СМЫСЛУ ДЛЯ ЗАЩИТЫ РЕЛИГИИ» Д-РА ОСВАЛЬДА
  2. Проблема здравого смысла
  3. ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ О ШКОЛЬНЫХ УСПЕХАХ
  4. &) Sensus communis (здравый смысл)
  5. ЗАЩИТА ЗДРАВОГО СМЫСЛА 4
  6. РАЗУМ И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ
  7. О ЗДРАВОМ СМЫСЛЕ, ИЛИ ИСКУССТВО ВЫЖИВАНИЯ
  8. Общее знание против здравого смысла
  9. Здравый смысл и коммунизм 190
  10. § 2. Философия здравого смысла Т. Рида о своеобразии вкусов камчадалов и эскимосов
  11. 2. Смысл и направленность истории .
  12. 4.5. Смысл и назначение истории
  13. 130. Существует ли смысл и цель в истории?
  14. Проблема направленности и смысла истории
  15. 5. Историософия о смысле исторического процесса. «Конец истории».
  16. 8. СМЫСЛ ИСТОРИИ
  17. Смысл истории и общественный прогресс